Дело № 2-20/2023 

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

г.Барнаул 07 августа 2023 года 

Алтайский краевой суд в составе 

председательствующего Калиниченко В.В.

при секретаре судебного заседания Прилуцкой Н.В. 

с участием:

государственного обвинителя – начальника отдела государственных обвинителей прокуратуры Алтайского края ФИО1

защитников – адвоката Юдина Д.Б., представившего удостоверение *** и ордер *** от ДД.ММ.ГГ; адвоката Бессарабова С.Г., представившего удостоверение *** и ордер *** от ДД.ММ.ГГ 

потерпевшего (гражданского истца) Потерпевший №1 

подсудимых (гражданских ответчиков) ФИО2, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО2, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, 

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> 

<

адрес> гражданина Российской Федерации, 

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, не судимого, 

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 и ФИО3 совершили убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 18 час. 55 мин. 10.01.2023 года до 11 час. 50 мин. 13.01.2023 года ранее знакомые ФИО 1, ФИО3 и ФИО2 находились в доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, где совместно распивали спиртные напитки. 

В указанные время и месте между ФИО2 и ФИО 1, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, произошел конфликт по поводу того, что последний взял в долг у ФИО2 денежные средства и не вернул их, в связи с чем у ФИО2 возникли личные неприязненные отношения к ФИО 1 и умысел на причинение смерти последнему.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2 в вышеуказанные период времени и месте взял в руки имеющийся в доме нож, подошел со стороны спины к сидящему в кухне на корточках ФИО 1 и клинком указанного ножа умышленно нанес последнему не менее одного удара в жизненно важный орган – шею, отчего ФИО 1 упал на пол, после чего ФИО2 подошел к лежащему ФИО 1 и клинком этого ножа умышленно нанес последнему не менее девяти ударов в область головы и шеи, после чего оставил нож на полу. 

В это же время находящийся в доме в состоянии алкогольного опьянения ФИО3, понимая, что действия ФИО2 направлены на убийство ФИО 1, движимый ложным чувством товарищества, подкрепленным ранее имеющимися у него личными неприязненными отношениями к ФИО 1, решил оказать ФИО2 содействие в достижении преступного результата, то есть совместно с последним группой лиц совершить убийство ФИО 1 

Реализуя свой преступный умысел на совершение убийства ФИО 1 группой лиц, в вышеуказанные период времени и месте ФИО3 взял в руки указанный нож, находившийся на полу кухни, с которым подошел к лежащему ФИО 1 и, высказав намерение об убийстве ФИО 1, клинком этого ножа умышленно нанес последнему не менее одного удара в жизненно важный орган – шею, после чего, убедившись в наступлении смерти ФИО 1, покинул помещение кухни. 

В результате совместных умышленных действий ФИО3 и ФИО2 потерпевшему ФИО 1 были причинены следующие телесные повреждения:

- колото-резаные раны (***) передней и левой боковой поверхностей шеи с проникновением в просвет гортаноглотки, с повреждением левой наружной яремной вены, с кровотечением, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; 

- сквозная резаная рана завитка левой ушной раковины, резаные раны левой теменно-височной области (2), которые обычно у живых лиц причиняют легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 3-х недель; 

- поверхностные резаные раны наружного конца левой надбровной дуги (2), левой щеки (1), которые обычно у живых лиц не причиняют вреда здоровью. 

В результате совместных умышленных действий ФИО3 и ФИО2, направленных на совершение убийства ФИО 1, последний скончался в вышеуказанный период времени на месте происшествия от колото-резаных ранений (***) передней и левой боковой поверхностей шеи с проникновением в просвет гортаноглотки, с повреждением левой наружной яремной вены, осложнившихся обильной кровопотерей.

С целью сокрытия убийства, совершенного группой лиц, ФИО2 в вышеуказанные время и месте скинул труп ФИО 1 в погреб дома. 

Совершая указанные действия, ФИО2 и ФИО3 осознавали общественную опасность данных совместных действий, предвидели неизбежность наступления смерти ФИО 1 и желали этого.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого преступления признал, подтвердив исследованные в соответствии с п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показания, в том числе данные в ходе очной ставки с ФИО3, согласно которым он проживает по адресу: 

<

адрес>. Вечером ДД.ММ.ГГ к нему домой пришел его друг ФИО3, с которым они стали распивать спиртное. В дальнейшем ФИО3 остался у него ночевать. В ходе распития он рассказал ФИО3 о том, что накануне к нему приходил ФИО 1, которому он дал 1000 руб. для приобретения спиртного, однако ФИО 1 взял деньги, ушел и больше не возвращался, из-за чего он на него разозлился. Они с ФИО3 обсудили, что ФИО 1 поступил неправильно. ДД.ММ.ГГ около 09 часов он проснулся, дома у него все также находился ФИО3, с которым они продолжили употреблять спиртное. Примерно через 1-2 часа к нему пришел ФИО 1, который был без денег и без водки. Втроем они стали употреблять спиртное. Примерно в 14 часов 30 минут ФИО3 лег спать в зальной комнате, а он и ФИО 1 остались в кухне, где стали курить. В это время он начал предъявлять ФИО 1 претензии по поводу невозврата денег, затем сильно разозлился на него в связи с этой ситуацией, поднялся, взял из кухонного гарнитура нож. ФИО 1 оставался сидеть на корточках около печи, к нему спиной. Он подошел к ФИО 1 сзади, наклонился над ним и ударил последнего один раз лезвием ножа в область шеи спереди. От данного удара ФИО 1 упал на пол на правый бок. Затем он наклонился над ФИО 1 и нанес ему еще не менее 9 ударов лезвием ножа в область шеи (спереди в левую сторону) и головы. Он видел, что после его ударов на шее и голове ФИО 1 появились колото-резаные раны, из которых пошла кровь. ФИО 1 остался лежать на полу в кухне, около печи, захрипел, но был жив. Он продолжил предъявлять ФИО 1 претензии по поводу того, что тот взял деньги и не купил спиртного. После нанесения ФИО 1 последнего удара к нему сзади подошел ФИО3 и столкнул его с ФИО 1, отчего из его рук выпал нож. Оттолкнув его, ФИО3 увидел, что ФИО 1 лежит около печи и у того ножевые ранения. На вопрос ФИО3 он ответил, что порезал ФИО 1, так как тот взял деньги и не принес спиртное. ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения и сказал, что ФИО 1 также ему напакостил, брал у того деньги и не отдавал. ФИО3, видя, что ФИО 1 еще жив, сказал: «Не оставлять же его так, надо добивать». После чего ФИО3 подошел к ФИО 1, взял с пола вышеуказанный нож, который воткнул в шею последнему, при этом пытаясь надавить сильнее, как будто собирался перерезать шею. В этот момент от происходящего он почувствовал себя плохо и ушел в зал. Он слышал, что от нанесенного ФИО3 удара ножом ФИО 1 захрипел. Через несколько секунд он вернулся и увидел, что ФИО 1 не подает признаков жизни. ФИО3 он никак не препятствовал. После чего они с ФИО3 выпили спиртного и пошли спать. Проснувшись в тот же день, он вышел в кухню и увидел, что ФИО 1 лежит на том же месте. Также он увидел в области шеи ФИО 1 спереди новое ножевое ранение, которое причинил ФИО 1 именно ФИО3 Он по ножевому ранению, которое, как ему показалось, было больше всех остальных, понял, что ФИО3 действительно пытался перерезать шею ФИО 1 Так как в дом могли зайти посторонние люди, он решил спрятать труп в погреб. Он попытался замотать труп в одеяло и покрывало, но у него не получилось, и тогда он бросил их на дно погреба. Допускает, что куртку ФИО 1 он также бросил в погреб. Затем он спустил труп ФИО 1 на дно погреба. Также он вымыл вышеуказанный нож и убрал его на место. Через некоторое время ФИО3 вышел к нему на кухню, он сказал тому, что спустил труп ФИО 1 в погреб. После употребления спиртного они вновь легли спать в доме. Перед этим он позвонил своей матери Свидетель №4 и сообщил ей, что убил человека. Вечером ДД.ММ.ГГ, после того, как он спустил труп ФИО 1 в погреб, к нему заходил Свидетель №9 (его отчим), которому в ходе распития спиртного он говорил, что убил человека. Проснувшись ДД.ММ.ГГ, они с ФИО3 решили избавиться от трупа, для чего поочередно попытались поднять его наверх, но у них ничего не получилось, поэтому они решили оставить труп в погребе, крышку которого он накрыл паласом. Затем он позвонил матери и сказал, что труп находится в погребе. После чего он и ФИО3 по предложению последнего ушли домой к знакомому последнего – Свидетель №5, где впоследствии были задержаны сотрудниками полиции (т.4 л.д.122-126, 127-130, 132-137, 160-164, 182-187). 

В ходе проверки показаний на месте ФИО2 подтвердил свои показания, воспроизвел на месте совершения преступления обстоятельства, при которых они с ФИО3 нанесли ножевые ранения ФИО 1, продемонстрировав на манекене механизм причинения телесных повреждений последнему (т.4 л.д.138-146).

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого преступления признал, подтвердив исследованные в соответствии с п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показания, в том числе данные в ходе очной ставки с ФИО2, согласно которым с последним он поддерживает дружеские отношения. Также ему знаком ФИО 1 Вечером ДД.ММ.ГГ он совместно с ФИО2 распивал спиртное дома у последнего. В ходе распития ФИО2 сообщил ему, что накануне ФИО 1 не вернул тому деньги, переданные для приобретения спиртного. В дальнейшем он остался ночевать у ФИО2 Проснувшись утром ДД.ММ.ГГ, он и ФИО2 продолжили употреблять спиртное. Примерно через 1-2 часа к ним пришел ФИО 1, и они все вместе стали употреблять спиртное. Примерно в 14-15 часов он пошел спать в зал, а ФИО2 и ФИО 1 остались в кухне. Проснувшись от шума и зайдя в кухню, он увидел, что на полу около печи лежит ФИО 1, сверху на котором сидел или стоял ФИО2 Подумав, что у ФИО 1 случился приступ эпилепсии, он решил сам оказать тому помощь, для чего подошел сзади к ФИО2 и оттолкнул его в сторону. При этом он сразу же увидел, что у ФИО 1 имеются колото-резаные раны в области шеи и головы, а рядом с ФИО 1 на полу лежал нож. Тогда он понял, что ФИО2, находясь сверху ФИО 1, наносил последнему удары данным ножом в область шеи и головы. Он сказал ФИО2: «Что ты наделал? Тогда надо добивать его». ФИО2 ему на это ничего не ответил, не возражал, не останавливал его, уже встал с пола и стоял перед ним, наблюдая за его действиями. Он решил добить ФИО 1, взял указанный нож и нанес им один удар в область шеи ФИО 1, причем попытался сделать режущее движение в сторону, перерезая горло, после чего вытащил нож и бросил его на пол. Затем он выпил спиртного и пошел спать. Когда он наносил удар ножом ФИО 1, то видел, что тот еще был жив, хрипел, но дышал. Помощь ФИО 1 он не оказывал, так как понимал, что тот все равно умрет, поэтому решил добить его, нанеся удар ножом в шею, сделав режущее движение в сторону, чтобы наверняка причинить смерть. После его удара ФИО 1 перестал подавать признаки жизни. Проснувшись утром ДД.ММ.ГГ, он увидел, что трупа ФИО 1 в кухне нет. ФИО2 сообщил ему, что сбросил труп в погреб. Решив избавиться от трупа, они попытались поднять его наверх, чего сделать не смогли, поэтому решили оставить труп в погребе. После чего он и ФИО2 пошли к его свату Свидетель №5, где в дальнейшем были задержаны сотрудниками полиции (т.4 л.д.132-137, 204-208, 209-212, 241-245; т.5 л.д.14-17, 23-25). 

В ходе проверки показаний на месте ФИО3 подтвердил свои показания, воспроизвел на месте совершения преступления обстоятельства, при которых он нанес ножевое ранение ФИО 1, продемонстрировав на манекене механизм его причинения, а также указал на погреб, в котором находился труп ФИО 1 (т.4 л.д.218-227). 

Наряду с признанием вины самими подсудимыми, их виновность в совершении вышеуказанного преступления подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных в судебном заседании.

Так, из показаний допрошенного в судебном заседании потерпевшего Потерпевший №1 следует, что ФИО 1 приходился ему сыном. Последний злоупотреблял спиртными напитками, проживал совместно с ним, но часто уходил из дома, как только получал пенсию по инвалидности. Как правило, сын находился у ФИО3, совместно с которым употреблял спиртное. Сын боялся ФИО3, тот мог его «погонять». Также сын был знаком с ФИО2 Последний раз он видел сына в десятых числах января 2023 года. В дальнейшем от своей сестры Свидетель №7 он узнал, что сына убили. В состоянии опьянения сын агрессивным не становился, был безобидным в принципе. Расходы на погребение понес он, организацией самих похорон занималась Свидетель №7 

Свидетель Свидетель №7 суду показала, что потерпевший Потерпевший №1 является ее родным братом, а ФИО 1 приходился ей племянником, получал пенсию по инвалидности, по характеру был спокойный, неконфликтный, ни с кем не дрался и не ругался, никого не оскорблял. ФИО 1 общался с подсудимыми, которые вследствие наличия у последнего денежных средств постоянно заманивали его к себе. Прописан ФИО 1 был у отца, но большую часть времени проводил у ФИО3 Со слов ФИО 1 ей известно, что ФИО3 побил того в декабре 2022 года. Соседи сообщали ей о том, что подсудимые били и обижали ФИО 1 О смерти племянника она узнала ДД.ММ.ГГ после обеда. 

Из показаний свидетеля Свидетель №4, допрошенной в судебном заседании, следует, что она проживает в 

<

адрес>, а ее сын ФИО2 – в 

<

адрес> Алтайского края, в доме ее брата Л.Ф.. Сын злоупотреблял спиртными напитками, собирал у себя дома плохие компании, общался с ФИО3, в отношении которого ходили нехорошие отзывы, особенно когда тот выпьет. Также ее сын общался с ФИО 1, который был спокойным и безобидным, умственно отсталым. В состоянии алкогольного опьянения сын мог накричать или ударить. ДД.ММ.ГГ в вечернее время сын позвонил ей и сообщил, что у него дома находится труп. Она ему не поверила, по голосу тот был пьян. В этот же день он позвонил снова, спросил что ему делать, она ответила, что нужно вызывать полицию и участкового. В дальнейшем телефон сына был недоступен. Утром ДД.ММ.ГГ ее брат Свидетель №2 зашел в дом сына, где в погребе обнаружил труп, после чего вызвал полицию. Больше с сыном она не общалась. 

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №16, данным в судебном заседании, ФИО2 является его племянником, проживал в 

<

адрес> в 

<

адрес>. ФИО3 он знает как жителя этого села. Подсудимые вместе употребляли спиртное. В январе 2023 года ему позвонила сестра Свидетель №4 и попросила посетить ее сына, так как тот в ходе телефонного разговора сообщил ей о нахождении в погребе дома трупа. Утром ДД.ММ.ГГ он пришел к ФИО2, в доме никого не было, и, действительно, открыв погреб, находящийся в кухне, он обнаружил там труп. После чего он позвонил участковому. Когда труп подняли из погреба, он увидел на нем ножевое ранение. 

Свидетель Свидетель №3 суду показала, что она работает участковым врачом-терапевтом КГБУЗ «Михайловская ЦРБ». ДД.ММ.ГГ в дообеденное время ей позвонили на телефон неотложной помощи и сообщили об обнаружении трупа, попросили осмотреть его. По приезде в 

<

адрес> в 

<

адрес> в погребе был обнаружен труп ФИО 1 с ножевыми ранениями на шее. Убедившись в отсутствии признаков жизни ФИО 1, она уехала. Кроме того, ДД.ММ.ГГ около 19 часов она находилась в указанном доме для оказания медицинской помощи Свидетель №6, где в состоянии алкогольного опьянения также находились подсудимые и ФИО 1

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля Свидетель №8 следует, что он состоит в должности участкового уполномоченного полиции ОУПП и ПДН ОМВД России по 

<

адрес> Алтайского края. С ФИО 1 и подсудимыми знаком по роду служебной деятельности. Все указанные лица злоупотребляли спиртными напитками. ФИО 1 практически проживал у ФИО3 ДД.ММ.ГГ до обеда ему позвонил Свидетель №2 и сообщил о нахождении трупа в 

<

адрес> в 

<

адрес>, где проживал ФИО2 По прибытии на место он обнаружил труп ФИО 1 В дальнейшем подсудимые были задержаны в доме по 

<

адрес>.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №9, исследованным на основании ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденным последним в судебном заседании, ФИО2 является его пасынком, проживает в 

<

адрес>. В десятых числах января 2023 года ему позвонил ФИО2 и пригласил к себе в гости. Когда он пришел к ФИО2, в доме уже находился ФИО3 Те находились в состоянии алкогольного опьянения. Далее они начали совместно распивать спиртное. В ходе распития ФИО2 начал хвастаться тем, что у них дома есть труп, который лежит в погребе. ФИО3 при этом находился либо за столом, либо в комнате. Он испугался услышанного, и когда ФИО2 предложил ему посмотреть труп, он ушел из дома. Об этом он никому не рассказывал, надеясь, что это была пьяная шутка. Полагает, что ФИО2 совершил преступление из-за злоупотребления спиртными напитками (т.1 л.д.247-249).

Свидетель Свидетель №5, чьи показания были исследованы на основании п.1 ч.2 ст.281 УПК РФ, показал, что его старшая дочь замужем за братом ФИО3 Последний никогда не заходил к нему в гости. ФИО2 и ФИО 1 он знает как жителей 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГ около 13 часов к нему домой пришли ФИО3 и ФИО2, которые принесли с собой водку. ФИО3 попросил его разрешения побыть у него дома до утра, что показалось ему странным. В ходе распития спиртного те разговаривали между собой, он слышал обрывки фраз «надо сжечь улики, труп лежит в погребе, нужно где-то отсидеться». В дальнейшем в дом зашли сотрудники полиции, которые попросили ФИО3 и ФИО2 пройти с ними, сообщив ему о возможной причастности последних к убийству ФИО 1 (т.1 л.д.214-216). 

Из показаний свидетеля Свидетель №6, оглашенных в связи со смертью последнего, следует, что он был знаком с ФИО2, ФИО3 и ФИО 1 В состоянии алкогольного опьянения ФИО2 мог вступать в конфликт с другими, ФИО3 является спокойным, если его не трогать. ФИО 1 в любом состоянии не проявлял агрессии (т.1 л.д.218-226).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №15, исследованным на основании п.1 ч.2 ст.281 УПК РФ, в десятых числах января 2023 года к ее дочери Свидетель №14 пришли ФИО2 и ФИО3 Последний попросил Свидетель №14 одолжить денежные средства для приобретения спиртного, на что дочь ответила отказом. Тогда ФИО2 или ФИО3 сообщили о факте произошедшего убийства. Последние искали где им можно спрятаться, но Свидетель №14 попросила их уйти, что они и сделали (т.1 л.д.267-269). 

Помимо изложенных, доказательствами, подтверждающими виновность подсудимых в совершении вышеуказанного преступления, являются: 

- протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому зафиксирована обстановка в доме по адресу: 

<

адрес>. На дне погреба, расположенного в кухонном помещении, обнаружен труп ФИО 1 с внешними признаками насильственной смерти в виде множественных колото-резаных ран в области шеи и головы. В верхнем выдвижном ящике стола-тумбы обнаружены и изъяты 5 кухонных ножей. Кроме того, в ходе осмотра обнаружены и изъяты смывы вещества бурого цвета, одеяла (покрывала), куртка, утепленные штаны (т.1 л.д.42-58); 

- заключение эксперта *** от ДД.ММ.ГГ года, согласно выводам которого при исследовании трупа ФИО 1 обнаружены следующие телесные повреждения:

1.1. Колото-резаные раны (***) передней и левой боковой поверхностей шеи с проникновением в просвет гортаноглотки, с повреждением левой наружной яремной вены, с кровотечением. Эти повреждения образовались незадолго до наступления смерти (до нескольких десятков минут), причинены в результате 5-кратных воздействий плоским клинковым объектом (предметом), имевшим острие, тупую (обух) и острую (лезвие) кромки. Данные повреждения в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. В момент их причинения потерпевший мог находиться передней и левой боковой поверхностями шеи по отношению к направлениям воздействий травмирующего предмета. Возможность потерпевшим совершать активные действия после причинения данных повреждений в короткий промежуток времени (до нескольких минут) не исключена.

1.2. Сквозная резаная рана завитка левой ушной раковины, резаные раны левой теменно-височной области (2), которые обычно у живых лиц причиняют легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 3-х недель; поверхностные резаные раны наружного конца левой надбровной дуги (2), левой щеки (1), которые обычно у живых лиц вреда здоровью не причиняют. Данные повреждения причинены в результате 6-кратных воздействий предметом (предметами) с острой кромкой, могли образоваться незадолго до наступления смерти.

Смерть ФИО 1 наступила за 3-5 суток до исследования трупа в морге (ДД.ММ.ГГ) от колото-резаных ранений (№1-5) передней и левой боковой поверхностей шеи с проникновением в просвет гортаноглотки, с повреждением левой наружной яремной вены (указанных в п.1.1), осложнившихся обильной кровопотерей.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи из трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации в крови 3,0 промилле, в моче 3,7 промилле, что обычно у живых лиц соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения (т.1 л.д.145-162);

- оглашенные показания эксперта ФИО4, согласно которым все вышеуказанные колото-резаные ранения шеи (в количестве 5 шт.) на трупе ФИО 1 являются единым комплексом травмы и причинены незадолго до наступления смерти последнего, в результате 5-кратных воздействий плоским клинковым объектом (предметом), имевшим острие, тупую (обух) и острую (лезвие) кромки. Исходя из характера каждого вышеуказанного колото-резаного ранения шеи трупа ФИО 1, разграничить, от какого именного ранения (1, 2, 3, 4 или 5) наступила смерть ФИО 1, не представляется возможным, так как в своей совокупности они осложнились обильной кровопотерей, что и привело к наступлению смерти. Описанные в п.1.2 заключения телесные повреждения ФИО 1 были определены как не состоящие в причинно-следственной связи со смертью последнего, исходя из установленного экспертным исследованием характера и морфологии данных ранений (без пересечения крупных кровеносных сосудов). Описанные в п.1.2 повреждения могли образоваться в короткий промежуток времени до наступления смерти (до нескольких минут) (т.1 л.д.165-167); 

- заключение эксперта №199-МК от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на основании исследования ран от трупа ФИО 1, а также предполагаемых травмирующих объектов – пяти ножей, не исключается образование истинных колото-резаных ран на кожном лоскуте от трупа ФИО 1 от воздействия ножами №***,2,3,4, изъятыми в ходе осмотра места происшествия (т.3 л.д.74-86);

- заключение эксперта №39-MK от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на куртке ФИО 1, обнаруженной возле трупа последнего, выявлены следы-наложения вещества бурого цвета, часть из которых являются участками сквозного пропитывания, образованными при попадании значительного количества указанного вещества из источника его истечения; часть – комбинированными и представленными участками сквозного пропитывания, а также брызгами, помарками и потеками (т.2 л.д.88-94);

- заключения экспертов №34-МК от ДД.ММ.ГГ года, ***-MK от ДД.ММ.ГГ, согласно которым на одеялах, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружены следы-наложения вещества бурого цвета, часть из которых являются комбинированными, представленными участками сквозного пропитывания, брызгами и помарками; часть – брызгами указанного вещества (т.2 л.д.22-36, 61-64);

- заключение эксперта №36-МК от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на основании исследования следа-наложения, расположенного на покрывале, изъятом из погреба, установлено следующее:

1. На представленном для экспертизы покрывале светло-зеленого цвета из погреба обнаружен по всем поверхностям след-наложение ***, являющийся комбинированным, состоящим из участков сквозного пропитывания материалов и помарок; 

2. Участки сквозного пропитывания образовались вследствие чрезмерного попадания из открытого источника кровотечения на следовоспринимающий материал бурого вещества, похожего на кровь;

3. Помарки образовались от контакта следовоспринимающего материала с объектом (объектами), смоченным бурым веществом, похожим на кровь (т.2 л.д.130-133);

- заключение эксперта №98-МК от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на штанах, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружены след-наложение *** на правой штанине и след-наложение *** на левой штанине, которые представлены помарками, образовавшимися от контакта с объектом (объектами), покрытым веществом бурого цвета, похожего на кровь, до его высыхания (т.3 л.д.6-9);

- заключения экспертов №№1802, 1790, 1791, 1792 от ДД.ММ.ГГ, №3691 от ДД.ММ.ГГ года, №1883 от ДД.ММ.ГГ, согласно которым на одеялах, покрывалах, куртке, штанах (утепленных), трех марлевых тампонах, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь ФИО 1 (т.2 л.д.48-52, 76-79, 118-121, 160-163; т.3 л.д.19-22, 137-140);

- протокол выемки от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому в помещении морга Рубцовского МРО КГБУЗ «

<

адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы» изъята одежда ФИО 1: две кофты, толстовка, носок (т.2 л.д.2-6);

- заключение эксперта №95-МК от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на кофтах и толстовке, изъятых с трупа ФИО 1, обнаружены следы-наложения вещества бурого цвета, часть из которых являются комбинированными, представленными участками сквозного пропитывания и помарками; часть – помарками, образованными от контакта с объектом, покрытым данным веществом; часть – участком сквозного пропитывания, образованным при попадании значительного количества указанного вещества из источника его истечения (т.3 л.д.31-41);

- заключения экспертов №3692 от ДД.ММ.ГГ года, №1881 от ДД.ММ.ГГ года, согласно которым на кофтах и носке, изъятых с трупа ФИО 1, обнаружена кровь последнего (т.3 л.д.51-54, 123-125);

- протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ года, в ходе которого в помещении ОМВД России по 

<

адрес> Алтайского края изъяты вещи ФИО3: кофта, джинсы, штаны (трико), футболка, трусы, носки, сапоги (т.1 л.д.73-76);

- заключение эксперта №100-МК от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на одежде и сапогах ФИО3 обнаружены следы-наложения вещества бурого цвета, часть из которых являются комбинированными, представленными брызгами (дорожкой брызг), помарками и пятнами; часть – брызгами, образованными от попадания указанного вещества на поверхность предметов одежды; часть – комбинированными, состоящими из брызг и пятен; часть – помарками или мазком (т.2 л.д.186-202);

- заключение эксперта №3693 от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на одежде ФИО3 (трико, брюки) обнаружена кровь ФИО 1(т.2 л.д.212-217);

- протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому в помещении ОМВД России по 

<

адрес> Алтайского края изъяты вещи ФИО2: трико, футболка, трусы (т.1 л.д.80-83); 

- заключение эксперта №99-МК от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на одежде ФИО2 обнаружены: 

1. След №1 на правом рукаве кофты, который является комбинированным и представлен единичным следом брызг, образовавшихся от попадания брызг вещества бурого цвета, похожего на кровь, на поверхность материала под углом, близким к прямому, а также помаркой, образовавшейся от контакта с объектом, покрытым бурым веществом, до его высыхания;

2. Следы №2 на передней поверхности футболки, №3 на передней поверхности трусов слева, №4 на задней поверхности трусов справа, №5 на задней поверхности трусов слева, которые являются помарками, образовавшимися от контакта с объектом (объектами), покрытым веществом бурого цвета, до его высыхания (т.2 л.д.226-233);

- заключение эксперта №3694 от ДД.ММ.ГГ года, согласно которому на одежде ФИО2 (футболка, трусы) обнаружена кровь ФИО 1 (т.2 л.д.243-248);

- протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ года, в ходе которого у ФИО2 изъят принадлежащий ему сотовый телефон «HUAWEI» (т.1 л.д.85-88);

- протоколы осмотров предметов (документов) от ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ года, согласно которым изъятые в ходе расследования уголовного дела предметы и документы осмотрены, имеющие значение для уголовного дела признаны и приобщены к нему в качестве вещественных доказательств. В ходе осмотра приложения «WhatsApp» сотового телефона ФИО2 обнаружена переписка, в которой он сообщает о совершенном им убийстве. При осмотре детализации расходов для абонентского номера свидетеля Свидетель №4 установлены неоднократные входящие звонки ДД.ММ.ГГ от ФИО2 (т.4 л.д.39-51, 52, 53-62, 63-64, 65-84, 85, 86-92, 93, 94-104, 105-107, 109-111, 112). 

Суд изучил, проверил и оценил представленные доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, и находит их соответствующими требованиям действующего уголовно-процессуального закона, а их совокупность – достаточной для признания виновности подсудимых в совершении указанного преступления.

Вышеуказанные обстоятельства совершения убийства объективно подтверждаются признательными показаниями самих подсудимых о времени, месте и способе причинения смерти ФИО 1, которые согласуются, в частности, с показаниями свидетеля Свидетель №4, которой ее сын ФИО2 в ходе телефонного разговора сообщил о нахождении трупа в своем доме; показаниями свидетеля Свидетель №16 об обнаружении трупа в погребе дома ФИО2, куда он зашел по просьбе своей сестры Свидетель №4; показаниями свидетеля Свидетель №3 об осмотре ею указанного трупа, на шее которого имелись ножевые ранения; показаниями свидетеля Свидетель №8 о задержании подсудимых по подозрению в совершении убийства ФИО 1; показаниями свидетеля Свидетель №9, которому его пасынок ФИО2 в ходе распития спиртного сообщил о нахождении трупа в погребе своего дома; показаниями свидетеля Свидетель №5, в присутствии которого подсудимые обсуждали вопросы планируемого уничтожения улик и своего сокрытия от правоохранительных органов в связи с совершенным убийством; показаниями свидетеля Свидетель №15 о намерении подсудимых скрываться от сотрудников полиции в связи с совершением убийства; протоколом осмотра места происшествия об обнаружении в погребе дома ФИО2 трупа ФИО 1 с признаками насильственной смерти в виде множественных колото-резаных ран в области шеи, а также иных телесных повреждений; заключением судебно-медицинской экспертизы и показаниями эксперта о количестве, характере, локализации, степени тяжести, механизме образования и давности выявленных у ФИО 1 телесных повреждений, причине и давности его смерти; заключениями медико-криминалистических и биологических судебных экспертиз об обнаружении на одежде подсудимых и ФИО 1, а также на вещах, изъятых на месте преступления, крови ФИО 1, об обнаружении на этих вещах значительного количества следов крови, что согласуется с показаниями подсудимых о характере и локализации причиненных ими телесных повреждений и с заключением эксперта о причинах наступления смерти ФИО 1 от колото-резаных ранений шеи с обильной кровопотерей; заключением эксперта о возможности образования ран на шее трупа ФИО 1 от воздействия изъятых в доме ФИО2 ножей; протоколом осмотра сотового телефона ФИО2, в котором содержится переписка последнего в Интернет-мессенджере, где он сообщает о совершенном убийстве. 

Показания ФИО2 и ФИО3, данные ими в ходе предварительного следствия и подтвержденные в судебном заседании, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, даны в присутствии защитников, являющихся гарантом соблюдения их прав и законных интересов, последовательны, непротиворечивы, содержат детали, которые могут быть известны лишь лицам, совершившим данное преступление, согласуются между собой и состоят в логической связи с совокупностью иных исследованных в судебном заседании доказательств, которые дополняют друг друга, складывая истинную картину произошедшего. Уточнение и дополнение своих показаний на стадии предварительного следствия суд связывает с нахождением подсудимых во время совершения преступления в состоянии опьянения. Свои признательные показания о причинении смерти ФИО 1 подсудимые подтвердили при проведении проверок показаний на месте, а также в ходе очной ставки между ними. До начала допросов и производства иных следственных действий с участием подсудимых им разъяснялось право не свидетельствовать против самого себя, более того, они были предупреждены о том, что при согласии дать показания их показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу и в случае последующего отказа от них. В судебном заседании подсудимые подтвердили, что показания даны ими добровольно, без оказания на них какого-либо незаконного воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов. С учетом изложенного указанные показания ФИО2 и ФИО3 суд кладет в основу приговора. 

Оценивая исследованные доказательства в своей совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимых и квалифицирует действия ФИО2 и ФИО3 (каждого) по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц.

Об умысле подсудимых на умышленное причинение смерти ФИО 1 объективно свидетельствуют конкретные обстоятельства содеянного, а именно избранные ими способ и орудие преступления, характер и локализация телесных повреждений. Так, нанося ФИО 1 целенаправленные удары колюще-режущим предметом – ножом, обладающим высокими поражающими свойствами, в область расположения жизненно важных органов (шею), подсудимые осознавали общественную опасность своих действий, предвидели неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО 1, и желали наступления этих последствий. Между совместными умышленными действиями подсудимых и наступлением смерти ФИО 1 имеется прямая причинно-следственная связь.

По смыслу закона убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединилось другое лицо (другие лица).

Как следует из установленных по делу фактических обстоятельств преступления, ФИО2 в целях реализации умысла на совершение убийства потерпевшего нанес ему множественные удары ножом в область шеи и головы, а после того, как данные действия стали очевидными для ФИО3, тот, наблюдая и осознавая, что потерпевший еще жив (что следует из показаний самих подсудимых), высказав намерение об убийстве («надо его добивать»), взял нож и нанес им не менее одного удара в шею потерпевшего, после чего тот перестал подавать признаки жизни. То есть в процессе совершения ФИО2 убийства потерпевшего ФИО3 с той же целью умышленно присоединился к действиям ФИО2 и также совершил действия, направленные на умышленное причинение смерти потерпевшему, тем самым оказав содействие в совершении убийства, выполнив часть его объективной стороны. Причем колото-резаные раны шеи, причиненные обоими подсудимыми, в совокупности причинили тяжкий вред здоровью потерпевшего по признаку опасности для жизни и находятся в причинной связи с наступлением смерти потерпевшего. Присоединившемуся к его действиям ФИО3, который продолжил совершать действия, направленные на убийство потерпевшего, ФИО2, присутствовавший рядом, никак не препятствовал, каких-либо мер к оказанию медицинской помощи потерпевшему не предпринимал. В дальнейшем подсудимые совместно пытались вытащить труп из погреба, чтобы избавиться от него. Таким образом, при совершении убийства ФИО 1 подсудимые выступали соисполнителями, то есть действовали группой лиц, о чем свидетельствуют их совместные действия, направленные на достижение единой цели, – лишение жизни потерпевшего. При этом каждый из подсудимых принимал непосредственное участие в лишении жизни ФИО 1, и это охватывалось умыслом каждого из них.

При таких обстоятельствах квалифицирующий признак совершения убийства группой лиц нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с заключениями стационарных комплексных психолого-психиатрических судебных экспертиз ФИО2 и ФИО3 хроническим психическим расстройством не страдали и не страдают. ФИО2 

<

данные изъяты>, а ФИО3 – 

<

данные изъяты> Выявленные особенности 

<

данные изъяты> ФИО2 и ФИО3 не столь выражены, не сопровождаются слабоумием, психопродуктивной симптоматикой, отсутствием критических возможностей и не лишали их в период инкриминируемого деяния способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими, как и в настоящее время. В указанный период времени ФИО2 и ФИО3 не обнаруживали также признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, включая патологический аффект и патологическое алкогольное опьянение, а находились в состоянии простого алкогольного опьянения. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждаются. Ссылки ФИО2 на запамятование отдельных эпизодов произошедшего клинически недостоверны, нозологически не специфичны, направлены на попытку демонстрации психического расстройства и их следует расценивать как установочные. Синдромом зависимости от алкоголя, наркоманией и токсикоманией ФИО2 не страдает и ранее не страдал. Признаков наркомании, токсикомании у ФИО3 не выявлено, 

<

данные изъяты>. У ФИО2 и ФИО3 не обнаруживается данных за состояние аффекта либо иного значимого эмоционального состояния, способного оказать влияние на их сознание и деятельность. Выявленные у них индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния на их поведение во время совершения инкриминируемого деяния (т.5 л.д.76-79, 129-132). 

С учетом указанных заключений комиссии экспертов, иных исследованных материалов дела, поведения подсудимых в судебном заседании, которые ориентируются в судебно-следственной ситуации, логично отвечают на поставленные вопросы, суд не находит оснований сомневаться в их вменяемости и способности нести уголовную ответственность за содеянное. 

При исследовании данных, относящихся к личности потерпевшего ФИО 1, установлено, что участковым уполномоченным полиции по месту жительства он характеризуется отрицательно, главой администрации сельсовета – посредственно; не судим; на учете у врача-нарколога не состоит; 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.120, 127, 128, 130, 132, 133, 135, 138-139, 182-186). 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимых, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее их наказание, а также влияние наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей. Кроме того, при назначении наказания суд в соответствии с положениями ч.1 ст.67 УК РФ учитывает характер и степень фактического участия каждого подсудимого в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда. 

Оценивая характер общественной опасности преступления, суд принимает во внимание, что деяние посягает на жизнь человека, является умышленным, уголовным законом отнесено к категории особо тяжких преступлений. Определяя степень общественной опасности содеянного, суд исходит из того, что преступление является оконченным. 

Подсудимый ФИО2 на учетах у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит; участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется отрицательно, главой администрации сельсовета – посредственно; не судим. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд признает и учитывает при назначении наказания: полное признание вины; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления; наличие малолетнего ребенка; неудовлетворительное состояние здоровья самого подсудимого и его близких, оказание помощи последним; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, что выразилось в невозврате ФИО2 его денежных средств и распоряжении ими по своему усмотрению. 

Подсудимый ФИО3 на учетах у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит; участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется отрицательно, главой администрации сельсовета – посредственно; не судим. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3, суд признает и учитывает при назначении наказания: полное признание вины; явку с повинной; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления; наличие малолетнего ребенка; неудовлетворительное состояние здоровья самого подсудимого и его близких, оказание помощи последним; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, что выразилось в невозврате в разное время ФИО2 и ФИО3 их денежных средств, и распоряжении ими по своему усмотрению. 

Иных обстоятельств, смягчающих наказание подсудимых, прямо предусмотренных ч.1 ст.61 УК РФ, не имеется. В то же время признание в качестве таковых обстоятельств, не закрепленных данной нормой, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ является правом суда, а не его обязанностью. Суд, обсудив данный вопрос, не находит оснований для отнесения к смягчающим иных, кроме перечисленных выше, обстоятельств. В том числе суд не усматривает оснований для признания таковыми обстоятельств, приведенных в качестве характеризующих личность подсудимых.

Исходя из установленных обстоятельств дела, личности подсудимых, суд приходит к выводу о том, что именно состояние алкогольного опьянения, в которое ФИО2 и ФИО3 привели себя сами, распивая спиртные напитки на протяжении нескольких дней, сняло внутренний контроль за их поведением, вызвало немотивированную агрессию к потерпевшему, что привело к совершению ими особо тяжкого преступления против личности – убийства человека. В связи с чем в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ суд признает и учитывает в качестве отягчающего их наказание обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. В судебном заседании подсудимые не отрицали факт нахождения на момент совершения убийства в состоянии алкогольного опьянения, данное обстоятельство подтверждается заключениями стационарных комплексных психолого-психиатрических судебных экспертиз, в соответствии с выводами которых во время совершения преступления подсудимые находились в состоянии простого алкогольного опьянения, а ФИО3, кроме того, 

<

данные изъяты>. Согласно характеристикам, данным главой администрации сельсовета и участковым уполномоченным полиции, в достоверности изложенных в которых сведений оснований сомневаться не имеется, ФИО2 и ФИО3 характеризуются как лица, злоупотребляющие спиртными напитками, что подтверждается и исследованными показаниями свидетелей, также указавших на применение подсудимыми физического воздействия к ФИО 1 и ранее, до произошедшего. Сами подсудимые в судебном заседании пояснили, что нахождение в состоянии алкогольного опьянения оказало влияние на их поведение во время совершения преступления, при этом ФИО2 сообщил, что в таком состоянии он стал агрессивным, а ФИО3 указал, что совершение преступления обусловлено его нахождением в алкогольном опьянении.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, судом не установлено. 

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей, характер и степень фактического участия каждого подсудимого в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда, наличие смягчающих и отягчающего обстоятельств, данные о личности подсудимых, суд полагает необходимым назначить каждому из них наказание в виде лишения свободы и не находит оснований для применения к ним положений ст.73 УК РФ, поскольку суд приходит к выводу о невозможности исправления подсудимых без реального отбывания наказания. Кроме того, суд полагает необходимым назначить подсудимым дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное в качестве обязательного, препятствий для назначения которого не имеется. Суд приходит к выводу, что назначение данных видов наказания отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления подсудимых и предупреждения совершения новых преступлений. 

Каких-либо исключительных и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, суд не усматривает, поэтому не находит оснований для применения к подсудимым положений ст.64 УК РФ. Предусмотренных законом оснований для применения к ним положений ст.ст.53.1, 72.1, 82.1 УК РФ не имеется.

С учетом фактических обстоятельств преступления против жизни и здоровья (в том числе способа его совершения, степени реализации преступных намерений, мотива и цели совершения деяния), степени его общественной опасности, а также наличия обстоятельства, отягчающего наказание подсудимых, суд не усматривает законных оснований для применения к ним положений ч.6 ст.15 УК РФ.

На основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает подсудимым отбывание лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, поскольку ими совершено особо тяжкое преступление и ранее они лишение свободы не отбывали. 

В связи с осуждением ФИО2 и ФИО3 к реальному лишению свободы, в целях обеспечения исполнения приговора, а также учитывая вышеизложенные обстоятельства, характер и степень общественной опасности содеянного, суд приходит к выводу о необходимости оставления без изменения до вступления приговора в законную силу ранее избранной в отношении них меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Согласно протоколу задержания ФИО2 в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ задержан 13.01.2023 года (т.4 л.д.118-120). Указанная дата задержания ФИО2 не оспаривается. 

Как следует из протокола задержания ФИО3, последний в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ задержан 14.01.2023 года (т.4 л.д.214-216). Однако, как видно из материалов дела, фактически ФИО3 по подозрению в совершении преступления был задержан 13.01.2023 года, в тот же день доставлен в отдел полиции и более не освобождался, что подтвердил в судебном заседании. 

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ суд полагает необходимым зачесть в срок лишения свободы ФИО2 и ФИО3 время их содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания, поскольку наказание последним следует отбывать в исправительной колонии строгого режима. 

В ходе предварительного следствия потерпевшим Потерпевший №1 предъявлен гражданский иск (т.1 л.д.107-108) о взыскании с подсудимых в счет компенсации причиненного преступлением морального вреда денежной суммы в размере 1 000000 руб., а также о возмещении расходов на погребение в размере 28600 руб. В ходе судебного разбирательства потерпевший уточнил требование в части взыскания расходов на погребение, уменьшив их сумму до 28200 руб., с учетом представленных в материалы дела документов. 

С требованием о взыскании расходов на погребение подсудимые согласились, в части компенсации морального вреда оставили вопрос на усмотрение суда.

Разрешая указанные исковые требования, суд исходит из положений ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации об общих основаниях ответственности за причинение вреда, положений ст.151 и п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывает характер причиненных потерпевшему Потерпевший №1 физических и нравственных страданий, степень вины причинителей вреда, требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности потерпевшего, материальное положение подсудимых. При этом, по смыслу закона, в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке. 

Заявленные требования об имущественной компенсации морального вреда суд признает законными и обоснованными, поскольку установлен факт безусловного причинения морального вреда Потерпевший №1 в виде физических и нравственных страданий вследствие гибели близкого человека (родного сына), лишения возможности общения с погибшим. При этом моральный вред потерпевшему Потерпевший №1 причинен вследствие совместных преступных действий подсудимых, умышленно причинивших смерть ФИО 1 

Таким образом, суд полагает необходимым гражданский иск удовлетворить и взыскать с подсудимых, с учетом степени вины каждого из них, роли каждого в причинении смерти, в пользу потерпевшего Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в следующих долях: с ФИО2 – 550000 руб., с ФИО3 – 450000 руб.

Заявленные потерпевшим расходы на погребение ФИО 1 подтверждены документально, а именно надлежащим образом заверенным счетом-фактурой от ДД.ММ.ГГ (т.1 л.д.117-119), в котором указан перечень соответствующих услуг и приведена сумма, составляющая 28200 руб. Указанные расходы, как следует из показаний потерпевшего Потерпевший №1, фактически были понесены им, а его сестра Свидетель №7 указана в данном документе в качестве заказчика услуг лишь потому, что занималась организацией похорон. Поэтому Потерпевший №1 вправе претендовать на возмещение и этих затрат. 

Указанные расходы являются необходимыми и оправданными, соразмерны оказанным услугам, ввиду чего суд, руководствуясь положениями ст.ст.1064, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает необходимым гражданский иск удовлетворить и в этой части, взыскав с подсудимых в солидарном порядке в пользу потерпевшего Потерпевший №1 расходы на погребение в размере 28 200 руб. 

Обсуждая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд полагает, что в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ вещи подсудимых и погибшего ФИО 1, одеяла (покрывала), нож, марлевые тампоны подлежат уничтожению как предметы, не представляющие ценности и не истребованные сторонами; принадлежащий ФИО2 сотовый телефон следует передать матери последнего, с учетом его мнения; детализация расходов абонентского номера свидетеля Свидетель №4 подлежит оставлению в материалах уголовного дела в течение всего срока его хранения как документ, который может служить средством для установления обстоятельств уголовного дела. 

При разрешении вопроса о распределении процессуальных издержек суд исходит из требований ст.ст.131, 132 УПК РФ, в соответствии с которыми к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению. При этом процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В ходе производства по уголовному делу защиту прав и законных интересов подсудимых осуществляли адвокаты по назначению.

На основании постановлений следователя и суда адвокатам выплачено вознаграждение в следующих размерах:

- за осуществление защиты ФИО2: адвокату Якореву В.А. – 17665 руб. 44 коп.; адвокату Юдину Д.Б. – 24725 руб. и 17 999 руб. 80 коп.;

- за осуществление защиты ФИО3: адвокату Ахметову С.С. – 14 982 руб. 24 коп.; адвокату Бессарабову С.Г. – 27 197 руб. 50 коп. и 20 571 руб. 20 коп. 

Принимая во внимание, что отказа от адвокатов со стороны подсудимых не поступало, они находятся в трудоспособном возрасте, суд не находит законных оснований для освобождения их от уплаты данных процессуальных издержек. 

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 14 (четырнадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с установлением следующих ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени суток с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением на него обязанности являться в указанный специализированный государственный орган 2 (два) раза в месяц для регистрации в установленные этим органом дни. 

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 13 (тринадцать) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с установлением следующих ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени суток с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением на него обязанности являться в указанный специализированный государственный орган 2 (два) раза в месяц для регистрации в установленные этим органом дни. 

Срок отбывания ФИО2 и ФИО3 наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок лишения свободы ФИО2 и ФИО3 время их содержания под стражей с 13.01.2023 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания. 

Меру пресечения в отношении ФИО2 и ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – в виде заключения под стражу. 

Гражданский иск удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 550000 (пятьсот пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 450000 (четыреста пятьдесят тысяч) рублей. 

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 в солидарном порядке в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения расходов, затраченных на погребение, 28 200 (двадцать восемь тысяч двести) рублей.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства:

- находящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю: одеяло (покрывало) светло-зеленого цвета (с рисунком в виде бабочек); куртку синего цвета с надписью «Уралэлектромедь»; одеяло (покрывало) светло-зеленого цвета (с рисунком в виде множества ромбов); одеяло (покрывало) темно-синего, синего, желтого, белого цветов; одеяло (покрывало) красного и белого цветов; носок серого цвета; носок черного цвета; три марлевых тампона; нож №1 из пакета (бумажного свертка №2) с рукоятью из пластика, на которой имеются две заклепки; кофту из пряжи мелкой вязки серого цвета, со вставками из аналогичного материала красного цвета; джинсы из джинсового материала оттенков синего цвета; штаны (трико) из трикотажного материала с рисунком по всем поверхностям в виде камуфляжа оттенков зеленого, коричневого цветов; футболку из трикотажного материала, перед и зад которой красного цвета, а рукава выкроены белым цвета; мужские трусы из трикотажного материала синего цвета; пару носков из трикотажного материала серого цвета; пару сапог из полимерного материла черного цвета; трико из синтетического трикотажного материала серого цвета; мужскую футболку из трикотажного хлопчатого материала камуфляжной расцветки в тонах зеленого и коричневого цветов; мужские трусы из хлопчатого трикотажного материала серого цвета; кофту серого цвета с геометрическим рисунком в виде горизонтальных полос темно-серого цвета; толстовку с длинными рукавами однотонного зеленого цвета; кофту серо-коричневого цвета с длинными рукавами; брюки (штаны утепленные) – уничтожить; сотовый телефон «HUAWEI» – передать свидетелю Свидетель №4;

- детализацию расходов абонентского номера свидетеля Свидетель №4 – хранить в материалах уголовного дела.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 60390 (шестьдесят тысяч триста девяносто) рублей 24 копейки, связанные с оказанием юридической помощи адвокатами.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 62750 (шестьдесят две тысячи семьсот пятьдесят) рублей 94 копейки, связанные с оказанием юридической помощи адвокатами. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пятый апелляционный суд общей юрисдикции в течение 15 суток со дня его постановления путем принесения жалобы или представления в Алтайский краевой суд, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В течение указанного срока осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должны указать в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками процесса. Осужденные имеют право на обеспечение помощью защитника в суде апелляционной инстанции, подлежащее реализации путем заключения соглашения с адвокатом либо путем обращения с соответствующим ходатайством о назначении защитника, которое может быть изложено в жалобе или иметь форму самостоятельного заявления. 

Судья В.В. Калиниченко