Мотивированное 

решение

 изготовлено 9 ноября 2018 года

Дело № 2-772/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 октября 2018 года

г. Тутаев Ярославской области

Тутаевский городской суд Ярославской области в составе: 

председательствующего судьи Голубевой А.Е., 

при секретаре Устиновой Т.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным соглашения об отступном, применении последствий недействительности сделки, разделе совместно нажитого имущества, 

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4, с учетом уточнения заявленных исковых требований просила признать недействительным соглашение об отступном от 7 декабря 2017 гола, заключенное между ответчиками, применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности ФИО4 на земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с хозяйственными постройками, расположенные по адресу: 

<

адрес>, произвести раздел общего имущества супругов, признать за ФИО2 право собственности на земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом по указанному адресу, признать за ФИО3 право собственности на земельный участок с кадастровым номером № взыскать с истца в пользу ФИО3 компенсацию за разницу в площадях земельных участков в размере 76 000 руб., компенсацию за долю жилого дома в размере 200 000 руб., взыскать с ФИО3 в пользу истца судебные расходы по уплате государственной пошлины, расходы по оплате услуг оценщика, расходы на оплату юридических услуг. В обоснование заявленных требований истец указала, что состояла в браке с ФИО3 с 26 июня 2004 года по 2 ноября 2012 года, в период брака в совместную собственность были приобретены квартира по адресу: 

<

адрес>; а также спорные земельный участок и жилой дом. Решением Симоновского районного суда г. Москвы были определены доли в квартире в 

<

адрес>. В отношении спорных жилого дома и земельного участка между бывшими супругами было достигнуто соглашение о размежевании земельного участка и передаче части земельного участка с жилым домом истцу, а второй части земельного участка ответчику ФИО3, для указанных целей ФИО5 (матери истца) была выдана доверенность. С момента приобретения земли и дома по совместной договоренности супругов указанная недвижимость была передана во владение и пользование родителям истца – ФИО5 и ФИО1 (умер ДД.ММ.ГГГГ), которые в период пользования имуществом увеличили его материальную ценность, никакого личного имущества ФИО3 в доме и на земельном участке не было, в доме он не проживал, расходы по содержанию имущества и его ремонту не нес, землю не возделывал, впоследствии ФИО5 было произведено размежевание земельного участка с кадастровым номером № на два с кадастровыми номерами № и №. В начале мая 2018 года истцу стало известно об отчуждении спорного имущества ФИО4, согласия на отчуждение указанного имущества истец не давала. При разрешении судебного спора относительно квартиры в 

<

адрес> интересы ФИО3 представляла ФИО6, которая является близкой знакомой ФИО4 Истец полагает, что ФИО4 было известно об отсутствии у ФИО3 полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом супругов и неправомерности действий участника совместной собственности. Действия по незаконному отчуждению имущества являются намеренными, чтобы в дальнейшем истец не могла разрешить вопрос о разделе совместно нажитого имущества. ФИО3 неоднократно просил ключи от дома, которые у него отсутствуют для целей дальнейшей перепродажи.

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представители по доверенности ФИО7 и ФИО5 заявленные требования поддержали в полном объеме. Истец пояснила, что в период брака супруги проживали в 

<

адрес>, совместное проживание было прекращено еще за три года до развода, примерно в 2009 году, истец осталась проживать в квартире в 

<

адрес>, приобретенной в период брака, ответчик выехал из квартиры, проживает также в 

<

адрес> спорные жилой дом и земельный участок приобретались за наличные денежные средства, родителями истца была продана дача, от ее продажи денежные средства были вложены в покупку спорного недвижимого имущества, которое впоследствии находилось во владении родителей истца, они обрабатывали землю, отец постоянно проживал в доме, мама до настоящего времени пользуется домом и земельным участком как дачей, другие лица данным имуществом никогда не пользовались, не предпринимали попытки к использованию, ФИО3 никогда этим имуществом не пользовался, несколько раз в период совместного проживания приезжал в гости к родителям истца на выходные, квартира в 

<

адрес> была оформлена на истца для получения налогового вычета, поскольку ее заработная плата была выше заработной платы супруга, спорное имущество уже было оформлено на ФИО3 с целью получения им налогового вычета, иск об определении долей в квартире в 

<

адрес> подавался ФИО3, при рассмотрении указанных требований вопрос о разделе иного имущества не вставал, поскольку между бывшими супругами была достигнута договоренность о том, что мать истца размежует земельный участок, часть земельного участка с домом перейдет семье истца, а другая часть земельного участка ФИО3, еще до раздела квартиры истец общалась с ФИО8 как представителем ФИО3 и приезжала к ней домой, передавала документы, в квартире был ФИО4, истец полагала, что они фактически проживают вместе, близко знакомы. ФИО3 дважды звонил истцу в мае 2018 года, просил дать ключи от дома. Представитель истца ФИО5 подтвердила объяснения истца, дополнительно пояснила, что с момента приобретения спорных дома и земельного участка, указанным имуществом пользовались только она с супругом, обрабатывали землю в заборе, сажали овощные культуры, за забором постоянно окашивали, постоянно страховали жилой дом, несли расходы на содержание имущества, восстанавливали колодец, сделали погреб, забор поставили, теплицу, печь переделывали. Представитель истца по доверенности ФИО7 полагала, что ответчики были друзьями с детства, учились в одной школе, ответчик ФИО4 ни разу не был на спорном земельном участке и в жилом доме, ключей у него нет, заинтересованности в этом имуществе нет, имеет ряд заболеваний, которые также подтверждают отсутствие у него заинтересованности в недвижимом имуществе, он не просил освободить жилой дом и земельный участок, не заявлял требований об устранении препятствий в пользовании имуществом, до настоящего времени имуществом пользуется ФИО5, фактически передача имущества не состоялась, представитель ответчика ФИО3 проживает совместно с ФИО4, является риэлтором, указанные обстоятельства свидетельствуют о незаконности совершенной сделки и об осведомленности ФИО4 об указанном обстоятельстве, срок исковой давности истцом не пропущен, так как он начинает исчисляться с момента, когда истец узнала о продаже спорного имущества, поскольку ранее право пользования указанным имуществом никем не оспаривалось.

Ответчик ФИО3, его представитель по доверенности ФИО6, ответчик ФИО4, представитель третьего лица Межмуниципального отдела по Тутаевскому и Большесельскому районам Управления Росреестра по Ярославской области в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом. 

Ранее в судебном заседании представитель ответчика ФИО3 по доверенности ФИО6, просила применить срок исковой давности по требованиям о разделе совместно нажитого имущества, в удовлетворении требований отказать, представитель отрицала наличие каких-либо договоренностей между бывшими супругами о разделе спорного имущества, пользование имуществом ФИО5 осуществляла с согласия истца, поскольку она рядом проживала, она желала приобрести у ФИО3 жилой дом и земельный участок, с этой целью разделила земельный участок, чтобы ФИО3 мог продать его по частям, но сделка между ФИО3 и ФИО5 не состоялась, в связи с чем ФИО3 принял решение о реализации данного имущества, истец этим имуществом лично не пользовалась.

Заслушав объяснения стороны истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

С 26 июня 2004 года по 2 ноября 2012 года ФИО3 и ФИО2 состояли в браке.

На основании договора купли-продажи от 21 августа 2006 года ФИО3 приобретены: земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с хозяйственными постройками, расположенные по адресу: 

<

адрес> 29 августа 2006 года право собственности на указанное имущество зарегистрировано за ФИО3 7 декабря 2017 года между ФИО4 и ФИО3 заключено соглашение об отступном, согласно которому ФИО3 в счет исполнения обязательства, вытекающего из договора займа от 6 февраля 2016 года, предоставляет ФИО4 в качестве отступного вышеуказанный земельный участок и жилой дом. Право собственности ФИО4 в отношении спорного имущества на основании указанного соглашения зарегистрировано 15 декабря 2017 года.

Стороной ответчика заявлено ходатайства о применении последствий пропуска срока исковой давности по требованиям о разделе совместно нажитого имущества.

В силу пункта 7 статьи 38 СК РФ к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права ( п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Данный порядок определения начала течения срока давности по требованию о разделе общего совместного имущества разведенных супругов означает, что при отсутствии каких-либо нарушений права собственности бывшего супруга (как в случае продолжения совместного пользования общим имуществом, так и в случае добровольного неосуществления бывшим супругом правомочий по пользованию таким имуществом) срок давности не начинает течь.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам. Спорное недвижимое имущество было приобретено бывшими супругами в период брака в 2006 году, в то же время супруги распорядились указанным имуществом, предоставив его в пользование и владение родителям истца – ФИО5 и ФИО1 Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются. При этом, распоряжение относительно спорного имущества было сделано ФИО3, как титульным собственником, так и ФИО2, как собственником совместно нажитого имущества. С указанного времени родители истца осуществляли владение спорным имуществом, при этом ФИО1. до дня смерти, а ФИО5 – до настоящего времени. Указанное обстоятельство подтверждается объяснениями стороны истца, самой ФИО5, показаниями свидетелей ФИО9 и ФИО10, полисами добровольного страхования спорного жилого дома, заключаемыми ФИО1. и ФИО11 ежегодно с 2007 года по 2019 год, доверенностями от 27 июня 2014 года и от 3 мая 2017 года, выданными ФИО3 как титульным собственником спорного имущества на имя ФИО5 для размежевания земельного участка. Приведенными выше доказательствами также подтверждается тот факт, что правомочия по пользованию спорным имуществом ФИО3 не осуществлялись с момента расторжения брака. При изложенных обстоятельствах у ФИО2 оснований считать, что ее права в отношении спорного имущества были нарушены, не имелось. Родители ФИО2, уполномоченные в период брака, в том числе и ею, на пользование и владение данным имуществом, после расторжения брака продолжали реализовывать предоставленные им полномочия. Срок исковой давности по требованиям о разделе указанного имущества следует исчислять с момента, когда истцу стало известно об отчуждении земельного участка и жилого дома. Из объяснений истца следует, что ей стало известно об этом в мае 2018 года, имущество фактически отчуждено в декабре 2017 года. С учетом изложенного срок исковой давности по требованиям о разделе спорного имущества истцом не пропущен.

Заявляя требования о признании недействительным соглашения об отступном, истец указывает на нарушение положений ст. 253 ГК РФ о распоряжении имуществом, находящимся в совместной собственности бывших супругов, без согласия истца. 

По смыслу положений пункта 2 ст. 253 ГК РФ при распоряжении имуществом, находящимся в совместной собственности, согласие всех участников совместной собственности предполагается.

Согласно пункту 3 ст. 252 ГК РФ каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Достаточных и неоспоримых доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО4 было известно об отсутствии у ФИО3 необходимых полномочий на распоряжение спорным имуществом, суду не представлено.

Учитывая расторжение брака между супругами, положения п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ о необходимости получения нотариально удостоверенного согласия супруга на совершение сделки, к спорным отношениям неприменимы. К моменту заключения оспариваемой сделки с момента расторжения брака прошло длительное время, с момента судебного спора об определении долей в совместно нажитой квартире, где представителем ФИО3 выступала ФИО6 также прошло значительное время. Доводы о том, что ФИО4 являлся одноклассником ФИО3, а ФИО6 является риэлтором и проживает совместно с ФИО4, не могут однозначно свидетельствовать об отсутствии у ФИО3 необходимых полномочий на распоряжение спорным имуществом.

Право собственности в установленном законом порядке было зарегистрировано за ФИО3, брак между ним и ФИО2 был прекращен в 2012 году, фактически семейные отношения прекращены раньше, спор о разделе совместно нажитой квартиры был ранее рассмотрен судом. ФИО2 знала о регистрации права собственности на спорное имущество за ФИО3, о его возможности в соответствии с требованиями законодательства реализовать спорное имущество в отсутствие ее согласия, действий по своевременной защите своих прав не предпринимала.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о добросовестности действий ФИО4 при заключении сделки, поскольку последний заведомо не мог знать об отсутствии у ФИО3 необходимых полномочий на распоряжение спорным имуществом.

Доводы стороны истца о мнимости совершенной сделки суд также признает несостоятельными.

По мнению суда, истец не доказала, как того требует п. 1 ст. 170 ГК РФ, ст. 56 ГПК РФ, того, что стороны оспариваемой сделки не имели намерения заключить договор, и у них не было цели достигнуть правовых последствий сделки.

Материалами дела подтверждается, что стороны договора об отступном не только заключили договор, но и осуществили передачу жилого дома и земельного участка, подписав передаточный акт, произвели государственную регистрацию перехода права собственности на жилой дом и земельный участок, что свидетельствует о том, что они не только имели намерение создать соответствующие заключенной сделке правовые, но и совершили для этого необходимые действия, в результате чего наступили юридические последствия. В материалы дела также представлен договор займа от 6 февраля 2016 года, в счет погашения которого было заключено соглашение об отступном. Оснований не доверять представленным доказательствам у суда не имеется. 

Доводы стороны истца о том, что ФИО4 действий по пользованию спорным имуществом не предпринимал, не свидетельствуют о мнимости сделки и отсутствии его заинтересованности в спорном имуществе. ФИО4 правомочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом, принадлежащим ему на праве собственности, могут осуществляться по его усмотрению.

На основании изложенного заявленные требования суд оставляет без удовлетворения.

Вместе с тем, суд отмечает, что в настоящее время истец не утратил право на взыскание компенсации за долю, принадлежащую ей в совместно нажитом имуществе.

Доводы о произведенных улучшениях родителями истца в жилом доме и на земельном участке правового значения при рассмотрении заявленных требований не имеют. У лиц, осуществивших улучшение жилого дома и земельного участка, имеется право на обращение в суд с требованиями о взыскании стоимости произведенных улучшений.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, 

решил:

Исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Тутаевский городской суд Ярославской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.Е.Голубева