УИД 59RS0017-01-2025-001638-34

Дело № 33-389/2026 (2-849/2025)

Мотивированное апелляционное

определение составлено 27.01.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 14.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Казакова М.В.,

судей Бабиновой Н.А., Букатиной Ю.П.

при секретаре судебного заседания Штейниковой Н.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску исполняющего обязанности прокурора г. Губаха, действующего в защиту интересов Я., к обществу с ограниченной ответственностью «Северо-Углеуральская управляющая компания» о возмещении морального вреда

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Северо-Углеуральская управляющая компания» на решение Губахинского городского суда Пермского края от 26.09.2025.

Заслушав доклад судьи Казакова М.В., пояснения представителя истца прокурора Цилинской Ю.А., изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

исполняющий обязанности прокурора г. Губахи обратился в суд с иском в защиту интересов Я. (далее истец) о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Северо-Углеуральская управляющая компания» (далее ответчик, ООО «СУУК») в пользу Я. компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей. В обоснование требований указал, что приговором Губахинского городского суда Пермского края от 11.06.2025 генеральный директор ООО «СУУК» А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации. Начальник участка обслуживания жилого фонда ООО «СУУК» С. также признана виновной в совершении аналогичного преступления. Указанным приговором за законным представителем потерпевшей Я. – К. признано право на удовлетворение гражданского иска с передачей вопроса о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. К., действующая в интересах Я., обратилась в Губахинский городской суд Пермского края с исковым заявлением о взыскании с А. и С. морального вреда в размере 300 000 рублей с каждого. Определением судьи Губахинского городского суда Пермского края исковое заявление оставлено без движения, после чего определением Губахинского городского суда Пермского края от 18.07.2025 исковое заявление возвращено заявителю. Я. в результате противоправного поведения руководителя управляющей компании по управлению многоквартирным домом ООО «СУУК» А. и начальника участка обслуживания жилого фонда ООО «СУУК» С., выразившегося в некачественном исполнении ими своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей по обслуживанию многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: ****, получила телесные повреждения, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью. Согласно заключению эксперта у Я. имелись следующие телесные повреждения: ***. В настоящее время Я. страдает от ухудшения здоровья, постоянной физической боли в области предплечья, она утратила возможность самостоятельно удовлетворять собственные бытовые нужды, вследствие чего нарушен её прежний образ жизни. Данные обстоятельства свидетельствуют о причинении Я. физических и нравственных страданий, что является основанием для компенсации морального вреда. Я. 16.07.2025 обратилась к прокурору г. Губахи с заявлением об обращении в ее интересах в Губахинский городской суд Пермского края с требованием о взыскании с ООО «СУУК» компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей в связи с отсутствием у нее специальных знаний, достижением ею возраста ** лет, а также наличием инвалидности ** группы, что не позволяет ей в полной мере защищать свои нарушенные права. Сумма 800 000 рублей соответствует причиненному Я. моральному вреду.

Решением Губахинского городского суда Пермского края от 26.09.2025 исковые требования удовлетворены частично. В пользу Я. с ООО «СУУК» взыскана компенсация морального вреда в размере 350000 рублей. В остальной части исковых требований отказано. Также с ООО «СУУК» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 20000 рублей.

С данным решением не согласился ответчик ООО «СУУК», в апелляционной жалобе просит решение суда изменить, снизить размер компенсации морального вреда до 130000 рублей. В обоснование жалобы указано, что судом не в полной мере учтено, что ООО «СУУК» добровольно оказывало Я. материальную помощь, оплачивало лекарства, средства ухода, осуществляло систематическое сопровождение из квартиры на прием к травматологу за все время лечения. Суд также не учел лечение Я. не в стационаре, а амбулаторно, отсутствие оперативного вмешательства во время лечения, возможность потерпевшей самостоятельно передвигаться в настоящее время, отсутствие доказательств ухудшения здоровья Я. после получения травмы, сложное финансовое положение ООО «СУУК». Также судом первой инстанции не было учтено, что ООО «СУУК» допустило не множественное, а единичное нарушение прав Я. и своевременно, в досудебном порядке приняло меры к заглаживания причиненного вреда.

От Прокуратуры г. Губахи поступили возражения на апелляционную жалобу с просьбой оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца прокурор Цилинская Ю.А. возражала против доводов апелляционной жалобы, просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о слушании извещены, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, об отложении судебного заседания не просили, в связи с чем в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией при указанной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 31.01.2025 около 14 часов 00 минут с крыши дома по адресу: **** произошло падение снежно-ледяной массы на Я., в результате чего ей были причинены телесные повреждения, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью.

Согласно заключению эксперта № ** м/д от 06.03.2025, у Я. имелись следующие телесные повреждения: закрытый перелом в\3 правой плечевой кости с контактным кровоподтеком правого плеча; закрытый перелом правой лучевой кости; закрытый перелом второй пястной кости левой кисти с контактным кровоподтеком левой кисти; ссадина щечной области слева. Данные повреждения, судя по характеру, могли образоваться в результате контактных механических воздействий (ударов либо соударений) твердого тупого предмета/предметов, возможно, в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении. Закрытый перелом в\3 правой плечевой кости с контактным кровоподтеком правого плеча расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (пункт 6.11.1 приказа Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Закрытый перелом правой лучевой кости; закрытый перелом второй пястной кости левой кисти с контактным кровоподтеком левой кисти расцениваются как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья (пункт 7.1 приказа Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Ссадина щечной области слева не причинила вреда здоровью, так как не повлекла за собой его расстройства и стойкой утраты общей трудоспособности (пункт 9 пр. Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 г. № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Приговором Губахинского городского суда Пермского края от 11.06.2025 А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации. С. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Материалами уголовного дела № **/2025 подтверждено, что причинение телесных повреждений 31.01.2025 Я. произошло в результате падения на нее снега с крыши многоквартирного дома по адресу: ****. В спорный период 31.01.2025 управление многоквартирным домом по вышеуказанному адресу осуществляло ООО «СУУК», следовательно, обязанность по надлежащему содержанию имущества дома лежала именно на ответчике ООО «СУУК». А. в соответствии с положениями договора между ООО «СУУК» и Администрацией Северо-Углеуральского городского поселения от 01.01.2012, устава организации являлся единоличным руководителем обслуживающей организации, к компетенции которого относилось обеспечение надлежащего оказания ООО «СУУК» услуг по содержанию и обслуживанию данного многоквартирного дома. С. на основании приказа генерального директора ООО «СУУК» от 03.03.2023 была переведена на должность начальника участка обслуживания жилого фонда, являлась сотрудником обслуживающей организации, в ее должностные обязанности входило осуществление контроля за состоянием крыши данного многоквартирного дома.

Как следует из протокола допроса свидетеля К. (дочери Я.) от 18.03.2025 из материалов уголовного дела № **/2025: в приемном отделении матери был поставлен диагноз: закрытый перелом верхней третей плечевой кости, закрытый перелом правой лучевой кости, закрытый перелом второй пястной кости левой руки. В настоящий момент у мамы все еще болит правая рука, она не может ей двигать, на правой руке имеется отек, она не может самостоятельно одеться, подняться, сходить в туалет. По словам травматолога, для образования костной мозоли в месте перелома плечевой кости необходимо около 5 месяцев. Сотрудники управляющей компании приходили к ней домой, предлагали помощь. В настоящее время они оплачивают лекарства, средства ухода, осуществляют сопровождение на прием к травматологу.

Как следует из протокола допроса потерпевшей Я. от 10.03.2025 из материалов уголовного дела № **/2025: Я. была направлена на амбулаторное лечение, в настоящий момент правой рукой двигать не может, очень сильная резкая боль при движении, на правой руке стоит бандаж. К ней на следующий день после происшествия пришли представители управляющей компании, помощь она приняла, они оплачивают лечение и средства ухода, также помогают спуститься из квартиры и подняться.

Согласно справке ООО «СУУК» от 14.08.2025 из кассы предприятия наличными денежными средствами были возмещены затраты на приобретение лекарственных препаратов и средств ухода для Я. Денежные средства выданы дочери К. на общую сумму 34 051,52 руб. Кроме того, Я. и К. оказана помощь в виде доставки автомобилем ООО «СУУК» от места жительства до лечебного учреждения г.Губаха и предоставление сопровождения в количестве четырех сотрудников компании 07.02.2025, 21.02.2025, 28.02.2025, 07.03.2025, 21.03.2025. Сумма оказанной материальной помощи, согласно расчету, составила 67 745,92 руб. Общая сумма добровольно оказанной помощи составила 101 797,44 руб. Указанный размер материальной помощи стороной истца не оспаривался.

Свидетель Л. сообщила суду, что является главным бухгалтером ООО «СУУК», представила снимок Я., на котором она передвигается самостоятельно с помощью трости в правой руке, снимок свидетель сделала сама из окна своего дома, живет рядом с Я., фото сделано 06.09.2025, видела Я. и ранее, она ходит, передвигается самостоятельно. Кроме того, свидетель сообщила, что в ООО «СУУК» имеется дебиторская задолженность, доходная часть составляет 1600000 рублей, получают они 1200000 рублей, расход составляет 1300000 рублей, имеется задолженность перед контрагентами, удовлетворение исковых требований в заявленном размере осложнит деятельность предприятия вплоть до его закрытия.

Установив данные обстоятельства и руководствуясь статьями 151, 1068, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, пунктами 9, 19, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», пунктами 1, 24, 25, 26, 27, 28, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований исполняющего обязанности прокурора г. Губахи, действующего в интересах Я., поскольку вред Я. причинен в результате ненадлежащего исполнения должностными лицами ответчика своих профессиональных обязанностей.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 350000 рублей, суд первой инстанции принял во внимание обстоятельства причинения и характер физических и нравственных страданий, связанных с причинением тяжкого вреда здоровью, особенности каждой из сторон, степень разумности и справедливости, учел возраст и состояние здоровья Я., наличие инвалидности по общему заболеванию, а также тот факт, что лечение Я. получала не в стационаре, а амбулаторно, оперативное вмешательство не требовалось, в настоящее время Я. самостоятельно передвигается, ухудшение ее здоровья документально не подтверждено. Также суд учел имущественное положение ответчика ООО «СУУК», который имеет кредиторскую задолженность перед контрагентами в размере 806,2 тысяч рублей, а также дебиторскую задолженность населения за техническое обслуживание и содержание жилья в размере 22 696,7 тысяч рублей, в том числе пени в размере 1 906,5 тысяч рублей, что подтверждается справкой от 17.09.2025 № 266, а также значимость компенсации для истца, являющегося получателем пенсии.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется, поскольку выводы суда основаны на положениях законодательства, соответствуют установленным обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу указанной нормы для возложения имущественной ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из содержания приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учетом степени вины причинителя вреда, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, должен учитывать требования разумности и справедливости.

Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 161 Жилищного кодекса Российской Федерации управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме. Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами.

Надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, о техническом регулировании, пожарной безопасности, защите прав потребителей, и должно обеспечивать:

1) соблюдение требований к надежности и безопасности многоквартирного дома;

2) безопасность жизни и здоровья граждан, имущества физических лиц, имущества юридических лиц, государственного и муниципального имущества;

3) доступность пользования помещениями и иным имуществом, входящим в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме;

4) соблюдение прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме, а также иных лиц;

5) постоянную готовность инженерных коммуникаций, приборов учета и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к осуществлению поставок ресурсов, необходимых для предоставления коммунальных услуг гражданам, проживающим в многоквартирном доме, в соответствии с правилами предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домах, установленными Правительством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пунктах 14, 15, 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Во-первых, судом бесспорно установлены фактические обстоятельства причинения вреда и виновность ответчика. Вступившим в законную силу приговором Губахинского городского суда Пермского края от 11.06.2025 достоверно подтверждено, что 31.01.2025 на Я., находившуюся вблизи дома по адресу: ****, обрушилась значительная масса снежно-ледяного покрова с крыши этого многоквартирного дома. Данное происшествие повлекло причинение Я. конкретных телесных повреждений, перечисленных в заключении судебно-медицинской экспертизы № ** м/д от 06.03.2025: закрытый перелом верхней трети правой плечевой кости, закрытый перелом правой лучевой кости, закрытый перелом второй пястной кости левой кисти, ссадина щечной области. При этом перелом плечевой кости квалифицирован экспертами как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности, что подчеркивает исключительную серьезность последствий. Судом также установлено, что травмирование истца произошло в результате ненадлежащего исполнения должностных обязанностей по содержанию общего имущества многоквартирного дома сотрудниками управляющей компании. В спорный период многоквартирный дом находился в управлении ответчика ООО «СУУК», сотрудники которого были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации. Таким образом, наличие вреда, его противоправная причина, вина ответчика в лице его должностных лиц и причинно-следственная связь между бездействием по очистке крыши и полученными травмами доказаны приговором суда, имеющим преюдициальное значение для настоящего гражданского дела.

Во-вторых, суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, регулирующие порядок компенсации морального вреда, и взвешенно определил его размер с учетом всей совокупности обстоятельств. Суд обоснованно исходил из того, что причинение тяжкого вреда здоровью по своей сути предполагает наличие у потерпевшего физических и нравственных страданий.

Из материалов дела, включая протоколы допросов потерпевшей и ее дочери, следует, что **-летняя Я., являющаяся инвалидом ** группы, в результате полученных травм длительное время испытывала сильную физическую боль, лишилась возможности самостоятельно себя обслуживать, передвигаться и вести прежний образ жизни, что неизбежно влечет глубокие нравственные переживания, чувство беспомощности и ущербности.

Определяя компенсацию в сумме 350 000 рублей, суд продемонстрировал индивидуальный подход, учел как тяжесть последствий (тяжкий вред здоровью, множественные переломы, преклонный возраст и состояние здоровья потерпевшей), так и смягчающие ответственность обстоятельства.

В частности, суд принял во внимание, что лечение осуществлялось амбулаторно и без оперативного вмешательства. Также суд учел тот факт, что после происшествия ответчик добровольно оказал потерпевшей существенную материальную помощь на сумму 101 797,44 руб., оплатив приобретение лекарств и средств ухода и обеспечив транспортировку к врачу.

Кроме того, суд учел имущественное положение ответчика, имеющего значительную кредиторскую задолженность в размере 806,2 тысяч рублей.

При указанных обстоятельствах, снижение размера компенсации с 800 000 рублей до 350 000 рублей является результатом тщательной оценки судом всех доказательств и аргументов обеих сторон, а не произвольным решением. В итоге, определенная судом сумма компенсации в размере 350000 рублей соответствует требованиям разумности и справедливости с учетом всех установленных судом обстоятельств дела.

Доводы апелляционной жалобы судебной коллегией признаются несостоятельными, не опровергающими выводов суда.

Утверждение о том, что вред был причинен в результате единичного, а не множественного нарушения, не имеет юридического значения для квалификации деяния и определения объема ответственности, поскольку сам факт нарушения обязанности по обеспечению безопасности, повлекший тяжкие последствия, является достаточным основанием для возложения ответственности.

Довод о сложном финансовом положении общества, подтвержденный показаниями свидетеля-бухгалтера и представленной справкой, был учтен судом первой инстанции при снижении размера компенсации.

Указание на то, что потерпевшая самостоятельно передвигается с тростью, не отменяет факт причинения тяжкого вреда здоровью истца, что установлено в результате экспертизы. Причинение тяжкого вреда, безусловно, сопровождается причинением физической боли и связанных с этим страданий, а впоследствии сопровождается ограничением трудоспособности, ограничением подвижности, ограничением привычного образа жизни. Длительность и интенсивность физических и нравственных страданий подтверждена материалами дела и учтена судом первой инстанции.

Ссылка на отсутствие доказательств ухудшения здоровья после травмы противоречит выводам судебно-медицинской экспертизы, зафиксировавшей причинение именно тяжкого вреда здоровью.

Всесторонняя оценка судом как обстоятельств, увеличивающих объем ответственности (тяжесть вреда, возраст и беспомощность потерпевшей), так и обстоятельств, ее смягчающих (оказание добровольной помощи, имущественное положение ответчика), свидетельствует о вынесении взвешенного и справедливого решения, полностью соответствующего принципам полного возмещения вреда и соразмерности.

Таким образом, ни один из доводов, изложенных в апелляционной жалобе ООО «СУУК», не опровергает правильность выводов суда первой инстанции, которые, в свою очередь, основаны на полном, всестороннем и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их системной взаимосвязи. Решение Губахинского городского суда Пермского края от 26.09.2025 является законным и обоснованным, полностью соответствует материалам дела и действующему законодательству, а потому не подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда

определила:

решение Губахинского городского суда Пермского края от 26.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Северо-Углеуральская управляющая компания» – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Челябинск) через суд первой инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи