РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июня 2021 года г. Усолье-Сибирское

Усольский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Егорова Д.К., при секретаре Морозовой О.А., с участием старшего помощника прокурора города Усолье-Сибирское Радаева Д.А., истца ФИО1, его представителя по заявлению ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 38RS0024-01-2021-001439-42 (2-1132/2021) по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с данным иском, указав в обоснование, что ДД.ММ.ГГГГ был задержан в порядке статьи 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления. ДД.ММ.ГГГГ истцу было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 158 УК РФ и Усольским городским судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде заключения под стражу изменена на денежный залог в размере 

<

данные изъяты> рублей. ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем ОВД СЧ ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области подполковником юстиции ФИО3 было вынесено постановление о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ с признанием в соответствии со ст. 134 УПК РФ за истцом право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием. Действиями органов власти, выразившееся в незаконном возбуждении уголовного дела, избрании меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 5 месяцев 26 дней, допросов в качестве подозреваемого, привлечения в качестве обвиняемого, истцу были причинены моральные страдания. В период проведения следствия и суда истец глубоко переживал происходящее, находился в постоянном стрессе, что привело к ухудшению здоровья, бессонницы и депрессии. Вместе с истцом данный стресс переживала его законная супруга, будучи беременная и занималась одна воспитанием несовершеннолетнего ребенка. Однако сохранить беременность в связи с тяжелым моральным переживанием не получилось. Его семья находилась под осуждением окружающих, которые считали истца виновным в совершении преступления. Близкие и родные истца перестали общаться с ним, вызывали осуждение и презрение к нему. Также истец был уволен с работы, где до возбуждения уголовного дела считался ответственным работником. 

На основании изложенного просит суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель по заявлению ФИО2 поддержали заявленные требования в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Иркутской области по доверенности ФИО4 (л.д. 81) направила в суд письменные возражения, в которых просила суд отказать в удовлетворений исковых требований, рассмотреть дело в своё отсутствие (л.д. 98-102) 

Представитель третьего лица прокуратуры Иркутской области по доверенности Радаев Д.А. (л.д. 85-86) в судебном заседании полагал, что размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, должен быть определен исходя из всех обстоятельств настоящего дела, представил письменные возражения на иск (л.д. 193-195) 

Представитель третьего лица ГУ МВД России по Иркутской области по доверенности ФИО5 в представленных суду письменных возражениях просит исковые требования оставить без удовлетворения, рассмотреть дело в своё отсутствие (л.д. 53-56) 

Изучив материалы гражданского дела, выслушав истца, его представителя, прокурора, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу «Максимов (Maksimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. 

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации, основанных на принципах правового государства, верховенства права, юридического равенства и справедливости, следует, что государство, обеспечивая лицам, пострадавшим от незаконного и (или) необоснованного привлечения к уголовной ответственности на любой стадии уголовного судопроизводства, эффективное восстановление в правах, обязано гарантировать им возмещение причиненного вреда, в том числе путем компенсации из средств государственного бюджета.

Согласно части 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Из материалов дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ следователем СО МО МВД России «Усольский» лейтенантом юстиции ФИО6 возбуждено уголовное дело (данные изъяты) по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 3 ст. 158 УК РФ по факту покушения на хищение нефтепродуктов из нефтепродуктопровода (данные изъяты), расположенного на территории ФГКУ комбинат «Прибайкалье» по адресу: 

<

адрес>, с использованием специально изготовленного устройства, вмонтированного в нефтепродуктопровод и отвода от него (л.д. 43).

ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 30 минут истец ФИО1 был задержан в порядке статьи 91 УКП РФ по подозрению в совершении данного преступления (л.д. 128-129)

ДД.ММ.ГГГГ был проведен личный обыск подозреваемого ФИО1 (л.д. 130-132)

ДД.ММ.ГГГГ в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> где проживал ФИО1 был проведен обыск в жилище без судебного решения, в дальнейшем законность которого подтверждена постановлением Усольского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 133-134) 

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Усольского городского суда Иркутской области ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на два месяца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41-42).

Постановлением Усольского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продлен срок содержания под стражей на один месяц и 26 суток, а всего до трех месяцев и 26 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 17-19).

Постановлением Усольского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продлен срок содержания под стражей на два месяца, а всего до 5 месяцев 26 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 148-151).

Постановлением Усольского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемому ФИО1 была изменена мера пресечения с заключения под стражу на залог денежных средств в размере 1 000 000 рублей (л.д. 175-177).

ДД.ММ.ГГГГ залог был принят, ФИО1 был освобожден ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 00 минут из-под стражи из ИВС (л.д. 178-181) 

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя по ОВД СЧ ГСУ МВД России по Иркутской области подполковником юстиции ФИО7 было прекращено по уголовному делу (данные изъяты) уголовное преследование в отношении ФИО1, отменена мера пресечения (процессуального принуждения) в виде денежного залога в размере 1 000 000 рублей. За ФИО1 было признано в порядке статьи 134 УПК РФ право на реабилитацию (л.д. 183-184) 

Таким образом, судом установлено и материалами дела подтверждено, что истец ФИО1 находился под стражей в период времени с ДД.ММ.ГГГГ 15 часов 30 минут до ДД.ММ.ГГГГ 17 часов 00 минут (5 месяцев 26 суток), кроме того, в отношении него была избрана мера пресечения в виде залога в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (1 месяц 24 дня) 

Доводы представителей ответчика, третьего лица о полном отказе в удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в письменных отзывах, в связи с недоказанностью истцом размера компенсации морального вреда, подлежат отклонению судом, поскольку необоснованное привлечение к уголовной ответственности, применение меры пресечения в виде заключения под стражу, залога само по себе накладывает ограничение на личную свободу гражданина, вынуждая, в том числе, согласовывать свои перемещения с компетентными органами, что не может не изменить привычного образа жизни истца, а неоднократное продление срока содержания под стражей, невозможность жить прежней жизнью лишь усугубляли нравственные страдания истца.

Действительно, материалами дела не подтверждено и истцом не представлено достаточных доказательств в подтверждение своих доводов о причинно-следственной связи между его уголовным преследованием и потерей работы, распадом семьи. 

При этом, на протяжении длительного периода времени сотрудниками правоохранительных органов в отношении истца проводились различные процессуальные действия (допросы, обыск, участие в иных следственных мероприятиях, запрашивался характеризующий материл), что также не могло не отразиться на его психологическом состоянии, на его репутации на работе, а необходимость участия в процессуальных действиях, переживания и стресс, связанный с этим, также создавали препятствия для полноценного участия истца в жизни его семьи, воспитании дочери ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, оказании им необходимого внимания. 

Возбуждение в отношении ФИО1 уголовного преследования по обвинению в совершении преступления ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с последующим избранием в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, залога, безусловно, причинило истцу нравственные страдания, выразившиеся в пребывании в постоянном нервном напряжении и психотравмирующей ситуации.

При определении размера компенсации морального вреда, суд также учитывает длительность уголовного преследования, периоды нахождения истца под стражей, под залогом, разлучение с семьей, близкими родственниками, друзьями, лишение возможности вести обычный образ жизни, свободы передвижения, что является существенным психотравмирующим фактором.

Доводы истца о причинении ему в период нахождения под стражей телесных повреждений сотрудниками правоохранительных органов не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Из обозренного в судебном заседании Личного дела ФИО1 (ФСИН ГУ по Иркутской области СИЗО-1) установлено, что при личном обыске ФИО1 дежурным ИВС ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ заявлений и замечаний со стороны истца сделано не было (л.д. 117-120), при телесном осмотре ДД.ММ.ГГГГ каких-либо повреждений зафиксировано не было (л.д. 121-124) Кроме того, согласно постановления об освобождении из ИВС от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 после освобождения претензий к сотрудникам ИВС не имел, что подтвердил собственноручно (л.д. 180) 

Учитывая вышеприведенные нормы права, положения пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», а также все заслуживающие внимание обстоятельства, свидетельствующие об объеме и степени страданий истца, а именно: суд учел обстоятельства привлечения истца к уголовной ответственности, основание прекращения уголовного преследования, категорию преступления, в совершении которых он обвинялся, данные о личности истца, степень нравственных страданий, тяжесть предъявленного обвинения в преступлении, за совершение которое предусмотрено реальное лишение свободы; характер избранной меры пресечения в виде заключение под стражу и длительность применения такой принудительной меры в отношении истца, в результате применения которой нарушены конституционные права истца на свободу и неприкосновенность личности, неприкосновенность частной жизни и другие; незаконное ограничение конституционных прав в виде свободного передвижения, а также других нематериальных благ, таких как честь, достоинство, доброе имя, принимая во внимание, что истец ранее к уголовной ответственности не привлекался, считает возможным взыскать с Министерства финансов РФ в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей за счет казны Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

Апелляционная жалоба, представление на решение суда могут быть поданы сторонами в Иркутский областной суд через Усольский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Д.К. Егоров