УИД 31RS0024-01-2020-001313-94

Дело №2-1008/2020

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

11 ноября 2020 года г. Шебекино

Шебекинский районный суд Белгородской области в составе: председательствующего судьи Ермошина Е.А., при секретаре судебного заседания Хамской Ю.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО11 к ФИО4 ФИО12 и ФИО8 ФИО13 о признании результатов межевания земельного участка недействительными и установлении границ земельного участка, исправлении реестровой ошибки и устранении препятствий в пользовании земельным участком,

УСТАНОВИЛ:

Дело инициировано иском ФИО1 Истец предъявил требования признать результаты межевания земельного участка № по 

<

адрес> недействительными, обязать ФИО4 не чинить препятствий в пользовании земельным участком № по 

<

адрес>. Кроме того, просит признать реестровой ошибкой сведения государственного кадастра недвижимости о координатах характерных точек смежной границы земельного участка с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>, с земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: 

<

адрес>, устранив реестровую ошибку путем установления координат характерных точек смежной границы земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: 

<

адрес>, и именно н3 (х374103,3-у2137445,07) – н5 (х374121,57-у 2137420,37).

В обоснование требований истец сослался на то, что стороны являются собственниками смежных земельных участков. Земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, принадлежит ФИО1, а земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, - ФИО4 

19 мая 2020 года при производстве работ по замене деревянных столбов забора, разделяющего земельные участки, у истца с ФИО4 произошел конфликт, из-за того, что ФИО4 полагает, что забор расположен на ее территории. При выполнении кадастровых работ по установлению в натуре местоположения двух точек земельного участка, принадлежащего ФИО4, выявлено, что граница земельного участка, установленная в системе координат СК-31, не соответствует фактическому расположению забора, на 0,04 м меньше, чем по координатам (т. 1 л.д. 2-5, 187-192).

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 поддержали исковые требования и обстоятельства, на которых они основаны.

Третье лицо кадастровый инженер ФИО3 полагал, что спор между сторонами может быть урегулирован путем исправления реестровой ошибки по подготовленному им межевому плану при условии подписания сторонами акта согласования границ.

Ответчики ФИО4 и ФИО8, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явились. ФИО4 представила ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представители третьих лиц ФГБУ «ФКП Росреестра», Шебекинского отдела Управления Росреестра, а также администрации Шебекинского городского округа, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явились.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ответчиков и представителей третьих лиц.

Исследовав обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает иск необоснованным и неподлежащим удовлетворению. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу статьи 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Положения подпункта 2 пункта 1 ст. 60 ЗК РФ предусматривают, что нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению, в том числе в случае самовольного занятия земельного участка.

В соответствии со ст. 22 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности" местоположение границ земельных участков подлежит в установленном настоящим Федеральным законом порядке обязательному согласованию (далее - согласование местоположения границ) с лицами, указанными в части 3 настоящей статьи (далее - заинтересованные лица), в случае, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы, или уточнено местоположение границ смежных с ним земельных участков, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

В силу части 3 статьи 39 указанного Федерального закона согласование местоположения границ проводится с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве собственности, пожизненного наследуемого владения, постоянного (бессрочного) пользования или аренды. Результат согласования местоположения границ оформляется кадастровым инженером в форме акта согласования местоположения границ на обороте листа графической части межевого плана (часть 1 статьи 40). Местоположение границ земельного участка считается согласованным при наличии в акте согласования местоположения границ личных подписей всех заинтересованных лиц или их представителей (ч. 2 ст. 40).

Согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости, свидетельству о государственной регистрации права в собственности ФИО1 находится земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу 

<

адрес>, площадью 600 кв.м. Границы земельного участка не установлена в соответствии с требованиями земельного законодательства. Описание местоположения земельного участка отсутствует (т. 1, л.д. 156-157, 20-21). 

Также ФИО1 на праве аренды принадлежит земельный участок из категории земель: земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования: для ведения гражданами садоводства и огородничества, площадью 754 кв.м., с кадастровым номером № расположенный по адресу 

<

адрес> (т. 1 л.д. 147-149).

Земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, из категории земель: земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, для индивидуальной жилой застройки, площадью 600±9 кв.м., находится в общей долевой собственности ФИО4 и ФИО8 (по 1/2 доле в праве). Границы земельного участка ответчиков определены в соответствии с земельным законодательством (т. 1 л.д. 214-216). 

Копия межевого плана, направленная в суд ФГБУ «ФКП Росреестра по Белгородской области», надлежащим образом не заверена, часть страниц отсутствует, в связи с чем данный документ во внимание судом не принимается (т. 1, л.д. 178-181).

Из межевого плана, представленного Шебекинским отделом Управления Росреестра (т. 1 л.д. 158-171) следует, что земельный участок ответчиков граничит с земельным участком ФИО1 в точках н1-1. Акт согласования границ в части точек н1-1 ФИО1 не подписывался (т. 1 л.д. 168).

Из объяснений ФИО3 следует, что координаты точек н1 и 1 указаны в межевом плане как ранее учтенные, поэтому согласование границ с ФИО1 не проводилось.

Объяснения ФИО3 в этой части подтверждаются имеющимся в деле проектом землеустроительного дела, подготовленного в 2006 году ООО «Белгородземстандарт». Кадастровые работы в 2006 году не были завершены по причине отказа ФИО5 (прежнего собственника земельного участка № по 

<

адрес>) в согласовании границ (т. 1 л.д. 22-62).

Доводы истца о наложении границ земельных участков и наличии реестровой ошибки основаны на данных, содержащихся в пояснительной записке инженера-геодезиста ООО «Белгородземстандарт» ФИО6, из которой следует, что инженером-геодезистом при помощи тахеометра TRIMBLE M3 была выполнена работа по установлению в натуре местоположения координат двух точек земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Было выявлено, что граница этого земельного участка, установленная в соответствии с земельным законодательством, в системе координат СК-31 не соответствует фактическому расположению забора. Фактическая ширина земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, составляет 19,79 м. Фактическая ширина земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, составляет 23,55 м, что на 0,04 м меньше, чем по координатам (т. 1 л.д. 97-99).

Кадастровый инженер ФИО3 в заключении от 12 октября 2020 года указывает, что им выявлено несоответствие координат точки 2: ее координаты х374103,26-у2137445,20, а должны быть: х374103,30-у2137445,07 (л.д. 225). Между тем, в подготовленных в целях урегулирования спора проектах межевого плана от 01 октября 2020 года и от 05 ноября 2020 года кадастровым инженером указаны различные координаты этой спорной точки: в межевом плане от 01 октября 2020 года точка н7 имеет координаты: х374103,30-у2137445,07, а в межевом плане от 05 ноября 2020 года - х374103,28-у2137445,05. Ни один из предложенных проектов не согласован сторонами (т. 1 л.д. 226-229, т. 2 л.д. 15-21).

В соответствии с приложением к Приказу Минэкономразвития России от 01.03.2016 N 90 "Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка, требований к точности и методам определения координат характерных точек контура здания, сооружения или объекта незавершенного строительства на земельном участке, а также требований к определению площади здания, сооружения и помещения" средняя квадратическая погрешность местоположения характерных точек составляет 0,1 м.

Таким образом, выявленное инженером-геодезистом ООО «Белгородземстандарт» ФИО6 и кадастровым инженером ФИО3 отклонение фактического положения забора от координат, отраженных в межевом плане земельного участка, принадлежащего ответчикам (0,04 м), находится в пределах погрешности измерений (0,1 м), что указывает на отсутствие реестровой ошибки.

В ходе проверки, проведенной заместителем главного государственного инспектора Шебекинского района по использованию земель Управления Росреестра по Белгородской области, установлено, что конфигурация и площадь земельных участков, находящихся в собственности и в аренде у ФИО1 соответствуют сведениям, содержащимся в ЕГРН, в рамках погрешности, установленной Приказом Минэкономразвития России от 01.03.2016 N 90 "Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка, требований к точности и методам определения координат характерных точек контура здания, сооружения или объекта незавершенного строительства на земельном участке, а также требований к определению площади здания, сооружения и помещения". Нарушений земельного законодательства не выявлено (т. 2 л.д. 22-26).

Из акта приемки-сдачи выполненных работ по выносу точек на местность, составленного кадастровым инженером ФИО7 10 ноября 2020 года, следует, что вынесенные на местность точки соответствуют местоположению металлических столбов, к которым крепится забор. При этом использовалась аппаратура геодезическая спутниковая EFT M3 GNSS, отличная от использованной инженером геодезистом ФИО6 (т. 2 л.д. 13-14). 

В этой связи суд считает, что сам по себе факт отсутствия подписи ФИО1 в акте согласования границ не является достаточным основанием для признания результатов межевания недействительными и устранения реестровой ошибки, поскольку факта наложения границ земельных участков достоверно не установлено. Обозначенная заборами граница между земельными участками по объяснениям ФИО1 существует более 15 лет.

Постановлением ст. УУП ОМВД России по Шебекинскому городскому округу от 21 мая 2020 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 – по ч. 1 ст. 330 УК РФ, в отношении ФИО1 – по ст. 167 УК РФ (т. 1 л.д. 138-139).

В объяснениях, данных при проведении проверки в порядке ст. 144 УПК РФ, ФИО4 указала, что 19 мая 2020 года около 18 часов 30 минут, она обнаружила, что ФИО1 демонтирован принадлежащий ей забор (т. 1 л.д. 120). 

ФИО1 в своем объяснении подтвердил, что демонтировал сгнивший забор и стал устанавливать новый, однако ФИО4 полагала, что старый забор принадлежал ей и стоял на ее земельном участке. ФИО1 считает, что забор устанавливал его отец (т. 1 л.д. 120).

В протоколе осмотра места происшествия и приложенной к нему фототаблице зафиксирован факт демонтажа части забора длиной 4 метра и установки новых металлических столбов (т. 1 л.д. 121-123).

Истцом также представлены фотографии смежных заборов. На фото зафиксировано, как ФИО8 в присутствии ФИО4 применяет физическую силу и угловую шлифовальную машину к каркасу забора (т. 2 л.д. 27).

Однако данное обстоятельство не указывает на создание препятствий истцу в пользовании его земельным участком. Судом установлено, что ФИО1 приступил к монтажу нового забора, не определив границ своего земельного участка, и без выноса на местность границ смежного земельного участка, принадлежащего ответчикам.

В этой связи в удовлетворении иска надлежит отказать.

В силу ст. 98 и ст. 100 ГПК РФ расходы истца на представителя при отказе в иске взысканию с ответчика не подлежат. 

Руководствуясь ст.ст.167, 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска ФИО1 ФИО14 к ФИО4 ФИО15 и ФИО8 ФИО16 о признании результатов межевания земельного участка недействительными и установлении границ земельного участка, исправлении реестровой ошибки и устранении препятствий в пользовании земельным участком отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Шебекинский районный суд Белгородской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А. Ермошин

Мотивированное решение изготовлено 18 ноября 2020 года.