Гражданское дело № 2-1950/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 июня 2019 года город Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Гончаровой Е.Г.,

при секретаре Миногиной А.В.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика и третьего лица помощника прокурора Центрального района г.Оренбурга Попова Е.А., действующей на основании удостоверения и доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к прокуратуре Центрального района г. Оренбурга о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику, в котором указал, что ФИО1 приговором Центрального районного суда г.Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ был осужден по ч. 

<

данные изъяты> УК РФ, в виде лишения свободы сроком на пять лет; по ч. 

<

данные изъяты> УК РФ, в виде лишения свободы сроком на два года; по п. 

<

данные изъяты> УК РФ в виде лишения свободы сроком на три года; по ч. 1 ст. 213 УК РФ в виде лишения свободы сроком на три года; по ч. 

<

данные изъяты> УК РФ в виде исправительных работ сроком на 

<

данные изъяты> год с удержанием 

<

данные изъяты> % заработка ежемесячно в доход государства. На основании ч. 

<

данные изъяты> УК РФ назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на шесть лет с отбыванием в ИУ общего режима. Постановлением Президиума Оренбургского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Центрального районного суда г.Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Оренбургской области областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменен. В части осуждения ФИО1 по ч.1 ст. 213 УК РФ наказанию в виде лишения свободы на 

<

данные изъяты> года –отменено. Производство по делу в этой части прекращено на основании пункта 

<

данные изъяты> УПК РФ и обвинение с ФИО1 снято. Полагает, что ДД.ММ.ГГГГ ответчиком было совершено преступление в результате которого ФИО1 причинен моральный вред. Вызванный нравственными страданиями, в результате привлечения ФИО1 заведомом невиновного к уголовной ответственности по ч.1 ст. 213 УК РФ, а так же ответчиком было совершено преступление в нарушение ст. 21 Конституции РФ, ст.7,9 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № «О персональных данных», персональные данные подлежат распространению с согласия гражданина. Без решения суда ответчиком через СМИ и без согласия ФИО1 на распространения персональных данных были распространены в газете «ЯИК» 

<

данные изъяты> года, «Комсомольская правда», ДД.ММ.ГГГГ года, в телевидении канала Орен-ТВ г.Оренбурга в ДД.ММ.ГГГГ года порочащие сведения чести и достоинства гражданина РФ и человека. Унизили ФИО1 в газетах миллионах, общества граждан РФ. Сообщив ложные сведения в СМИ, в нарушение ст.9, ст. 29 УПК РФ, а также п.1ст.1 Европейской конвенции от ДД.ММ.ГГГГ и ч.1 ст.24 Конституции РФ. Размер компенсации морального вреда оценивается истцом в сумме 500 000 рублей, который подлежит взысканию с ответчика. На основании изложенного и руководствуясь ст.12, ст.151-ст.1064, ст.1070, ст.1099, ст.1101 ГКРФ, ст.131-132 ГПК РФ, а также согласно ст.53 Конституции РФ, протокола № «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» ст.3, компенсация в случае судебной ошибки от ДД.ММ.ГГГГ и ч.4 ст. 15 Конституции РФ, просил суд взыскать с прокуратуры Центрального района г.Оренбурга в пользу ФИО1 в счет возмещения морального вреда в виде компенсации в сумме 500 000 рублей.

В ходе судебного заседания в качестве третьего лица были привлечены Министерство финансов РФ, министерство финансов Оренбургской области, прокуратура Оренбургской области.

Впоследствии истец изменил свои требования окончательно просил суд взыскать с прокуратуры Центрального района г.Оренбурга в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 1 500 000 рублей, мотивируя незаконностью поддержания обвинения в Центральном районном суде г. Оренбурга по привлечению к уголовной ответственности по ч.1 ст. 213 УК РФ.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал измененные требования, просил суд их удовлетворить в полном объеме, пояснив, что в ходе рассмотрения уголовного дела именно прокуратурой Центрального района г. Оренбурга поддерживались обвинения по ст. 213 УК РФ, приговор в последующем в этой части был отменен, что подтверждает незаконность действий со стороны ответчика. Тем самым поддержание незаконных обвинений ответчиком нанесли ему нравственные и моральные страдания, оцененные в заявленную сумму.

Представитель ответчика и третьего лица помощник прокурора Центрального района г.Оренбурга Попова Е.А. в судебном заседании возражала против заявленных требований, указывая, что требования предъявлены к ненадлежащему ответчику, кроме того, при отмене приговора в указанной части не указаны реабилитирующее основания, которые в свою очередь также лишают права истца требовать компенсации. Дополнительно ссылаясь, что при отмене приговора Президиум произвел переквалификацию, тем самым также не свидетельствует о наличии обоснованности заявленных требований.

Представитель третьего лица Министерство финансов РФ области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ходатайств в суд не представил, о причинах не явки не сообщил.

Представитель третьего лица Министерство финансов Оренбургской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, представив отзыв на исковое заявление в котором указали, что они не имеют полномочий в сфере исполнения федерального бюджета и не являются структурным подразделением Министерства финансов РФ. 

Суд, заслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела и оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Как установлено судом, приговором Центрального районного суда г.Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных 

<

данные изъяты> ч.1 ст.213, 

<

данные изъяты> УК РФ и назначено наказание: по 

<

данные изъяты> УК РФ по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ - в виде лишения свободы сроком на пять лет; по 

<

данные изъяты> УК РФ по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ г. - в виде лишения свободы сроком на два года; по п. 

<

данные изъяты> УК РФ по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ, - в виде лишения свободы сроком на три года; по ч.1 ст.213 УК РФ по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ г. - в виде лишения свободы сроком на три года; по 

<

данные изъяты> УК РФ по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ - в виде исправительных работ сроком на 

<

данные изъяты> год с удержанием 

<

данные изъяты> % заработка ежемесячно в доход государства. На основании 

<

данные изъяты> УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 

<

данные изъяты> месяцев. В соответствии с 

<

данные изъяты> УК РФ отменено ФИО1 условно - досрочное освобождение по приговору Дзержинского районного суда г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ На основании ст

<

данные изъяты> УК РФ по совокупности приговоров к вновь назначенному ФИО1 наказанию частично присоединено неотбытая часть наказания по приговору Дзержинского районного суда г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ - 

<

данные изъяты> месяцев лишения свободы и окончательно к отбытию назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 

<

данные изъяты> лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, исчисляя срок наказания с момента фактического задержания, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Центрального районного суда г.Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения. А его кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановлением Президиума Оренбургского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ надзорная жалоба осуждённого ФИО1 удовлетворена частично. Президиум постановил приговор Центрального районного суда г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить: - в части осуждения ФИО1 по ч.1 ст.213 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 

<

данные изъяты> года- отменить, производство по делу в этой части прекратить на основании п.

<

данные изъяты> УПК РФ. Переквалифицировать действия ФИО1: с ч

<

данные изъяты> УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 

<

данные изъяты> месяцев; 

<

данные изъяты> УК РФ на ч

<

данные изъяты> УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 

<

данные изъяты> УК РФ на п. 

<

данные изъяты> УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 

<

данные изъяты> года. На основании ч. 

<

данные изъяты> УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний и наказания назначенного по ч.1 ст. 139 УК РФ назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 

<

данные изъяты> лет. На основании ст. 

<

данные изъяты> УК РФ к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору от ДД.ММ.ГГГГ в виде лишения свободы на срок 

<

данные изъяты> месяца, по совокупности приговоров назначить ФИО1 к отбытию 

<

данные изъяты> месяца лишения свободы в исправительной колонии общего режима. В остальной части судебные решения в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Основанием для изменения судебных постановлений явилось отсутствие признака состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 213 УК РФ.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что при рассмотрении уголовного дела прокуратурой Центрального района г. Оренбурга поддерживалось незаконное обвинение по привлечению к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 213 УК РФ, и в результате привлечения ФИО1 заведомом невиновного к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 213 УК РФ причинил истцу моральный вред, и нравственные страдания.

В соответствии с частью 1 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №), право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам возбуждается обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Вместе с тем лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке обвинения.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 54-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" статья 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации дополнена частью 2.1, согласно которой право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по уголовным делам обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части 2 данной статьи (в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор), если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (дела, возбуждаемые руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем), а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части 1 статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации случаев, а именно: для случаев причинения вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, - статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности; для случаев причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности - статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего; для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ - пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть при наличии вины причинителя.

Таким образом, из положений статей 1064, 1079 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Приведенное Конституционным Судом Российской Федерации различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации). При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ года №-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав, хотя и по делам обвинения, не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Следовательно, вопрос о возмещении морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности по уголовным делам в силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации должен разрешаться с учетом оснований, предусмотренных статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, и общих правил возмещения вреда, установленных статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, по смыслу которой для наступления ответственности за причинение вреда необходимо одновременное наличие следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда, наличие вины последнего.

На основании изложенного требования о возложении на обвинителя обязанности возмещения вреда оправданному могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации вынесение в отношении подсудимого по делу обвинения оправдательного приговора не предрешает вопроса о вине обвинителя и не является безусловным основанием для возмещения ему имущественного и морального вреда, такие требования могут быть удовлетворены лишь при условии установления факта противоправности действий обвинителя, обратившегося в суд, исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом).

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства злоупотребления со стороны прокуратуры Центрального района г. Оренбурга своими правами либо иной недобросовестности с его стороны. Достаточных оснований для вывода о том, что поддержание обвинения в суде было направлено не на защиту прав и охраняемых законом интересов пострадавших, а только на причинение ФИО1 вреда, доказательств злоупотребления ответчиком не имеется.

Также отсутствует факт незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, данных о том, что уголовное дело в отношении истца прекращено по реабилитирующим основаниям, а также отсутствуют доказательств, подтверждающих доводы истца о претерпевании им нравственных или физических страданий.

Таким образом, факт нарушения личных неимущественных прав истца со стороны органов государственной власти, их должностных лиц, а равно противоправность действий (бездействия) данных лиц в ходе рассмотрения дела не подтверждены.

Кроме того, из искового заявления следует, что ФИО1 предъявил требования к ответчику прокуратуре Центрального района г.Оренбурга.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен УПК РФ (статьями 133 - 139, 397 и 399).

Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Федеральный закон «О полиции» от ДД.ММ.ГГГГ № 3-ФЗ в части 1 статьи 47 установил положение, согласно которому финансовое обеспечение деятельности полиции, включая гарантии социальной защиты сотрудников полиции, выплат и компенсаций, предоставляемых (выплачиваемых) сотрудникам полиции, членам их семей и лицам, находящимся на их иждивении, в соответствии с законодательством Российской Федерации, является расходным обязательством Российской Федерации и обеспечивается за счет средств федерального бюджета.

В соответствии со ст. 52 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ года № «О прокуратуре Российской Федерации» обеспечение деятельности органов и организаций прокуратуры Российской Федерации является расходным обязательством Российской Федерации.

Сотрудники прокуратуры и полиции являются должностными лицами федеральных органов государственной власти и их финансовое обеспечение, согласно законодательству, является расходным обязательством Российской Федерации и в связи с этим, причиненный ими вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

Таким образом, в данном случае истец предъявил требования к ненадлежащему ответчику прокуратуре Центрального района г.Оренбурга.

Несмотря на неоднократные разъяснения, истец требований к иным лицам, в частности к Министерству финансов Российской Федерации не предъявлял, отказавшись от привлечения в качестве соответчика, либо замены ответчика.

С учетом вышеизложенных положений закона и обстоятельств дела суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, поскольку истцом предъявлены требования к ненадлежащему ответчику, также истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что указанные им действия (бездействия) прокуратуры Центрального района г.Оренбурга в установленном законе порядке признаны незаконными, что по вине должностных лиц данного государственного органа нарушены его личные неимущественные права либо принадлежащие ему иные нематериальные блага.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к прокуратуре Центрального района г. Оренбурга о взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца с даты изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы. 

Судья Гончарова Е.Г.

Мотивированное решение изготовлено 28.06.2019 года.