судья Масленников Е.А. № 22-105/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ставрополь 21 января 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Краснопеева С.В.,

судей Беловицкого Е.В. и Каплаухова А.А.,

при секретаре судебного заседания Ильиной В.В.,

помощнике судьи Агаджанян Ш.О.,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Ставропольского края ФИО2,

осужденного ФИО1, посредством видеоконференц-связи,

его защитника – адвоката Аракеляна Ф.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Мизиева Э.Ю., апелляционным жалобам адвоката Аракеляна Ф.П., потерпевших Потерпевший №13 и Потерпевший №2 на приговор Предгорного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> края, гражданин РФ, со средним образованием, женатый, имеющий 2-х малолетних детей и несовершеннолетнего ребенка, индивидуальный предприниматель, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, проживающий в 

<

адрес> «б», несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу;

срок лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу; на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

гражданские иски Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №3о., Потерпевший №4, Потерпевший №5, Потерпевший №6, Потерпевший №7, Потерпевший №8, Потерпевший №9, Потерпевший №10, Потерпевший №11, Потерпевший №12, Потерпевший №13, Потерпевший №8, Потерпевший №15, Потерпевший №16, ФИО12, Потерпевший №18, Потерпевший №19, Потерпевший №20, Потерпевший №21, Потерпевший №22, Потерпевший №23, Потерпевший №24, ФИО13, Потерпевший №26, Потерпевший №27, Потерпевший №28, Потерпевший №29, Потерпевший №30, Потерпевший №31, ФИО14 к ФИО1 удовлетворены;

с ФИО1 в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, взыскано:

в пользу Потерпевший №1 680 000 рублей;

в пользу Потерпевший №2, Потерпевший №31, Потерпевший №10 каждому 300 000 рублей;

в пользу Потерпевший №3о. 480 000 рублей;

в пользу Потерпевший №4, Потерпевший №5, Потерпевший №13, Потерпевший №22 каждому 150 000 рублей;

в пользу Потерпевший №6, Потерпевший №9 каждому 410 000 рублей;

в пользу Потерпевший №7 220 000 рублей;

в пользу Потерпевший №11, Потерпевший №19, Потерпевший №15, Потерпевший №18, Потерпевший №23, Потерпевший №24, Потерпевший №26, Потерпевший №29 каждому 100 000 рублей;

в пользу Потерпевший №12, Потерпевший №28 каждому 48 000 рублей;

в пользу Потерпевший №8 176 000 рублей;

в пользу Потерпевший №20 130 000 рублей;

в пользу Потерпевший №16 38 000 рублей;

в пользу Потерпевший №17 96 000 рублей;

в пользу Потерпевший №8, Потерпевший №21, ФИО13, Потерпевший №30 каждому 50 000 рублей;

в пользу Потерпевший №27 250 000 рублей;

в пользу ФИО14 200 000 рублей;

разрешены вопросы о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Краснопеева С.В., кратко изложившего содержание приговора, существо апелляционных представления и жалоб, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным в мошенничестве, то есть, в хищении чужого имущества, совершенном в период с августа 2023 до мая 2024 года в Предгорном муниципальном округе 

<

адрес>, в особо крупном размере на общую сумму 5 686 000 рублей, путем обмана потерпевших Потерпевший №24, Потерпевший №9, Потерпевший №3о., Потерпевший №18, Потерпевший №12, Потерпевший №23, Потерпевший №31, Потерпевший №8, Потерпевший №8, Потерпевший №22, Потерпевший №1, Потерпевший №6, Потерпевший №5, Потерпевший №11, ФИО12, Потерпевший №10, Потерпевший №21, Потерпевший №30, Потерпевший №16, Потерпевший №20, Потерпевший №26, Потерпевший №15, Потерпевший №13, Потерпевший №2, Потерпевший №4, Потерпевший №7, Потерпевший №19, ФИО13, Потерпевший №27, Потерпевший №28, Потерпевший №29, ФИО14, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – старший помощник прокурора 

<

адрес> ФИО15 считает приговор в отношении ФИО1 несправедливым ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания. Полагает, что, назначая ФИО1 наказание, суд не учел степень общественной опасности совершенного преступления, не дал надлежащей оценки обстоятельствам его совершения, размеру причиненного потерпевшим ущерба, а также тому, что причиненный ущерб не возмещен. Указывает, что приходя к выводу об отсутствии оснований для назначения дополнительного наказания, суд никак не мотивировал такое решение, кроме того, не разрешил вопрос о том, как поступить с имуществом осужденного, на которое наложен арест. Просит приговор в отношении ФИО1 изменить: усилить назначенное наказание до 6 лет лишения свободы, назначить дополнительное наказание в виде штрафа в размере 500 000 рублей, сохранить арест, наложенный на имущество осужденного, до исполнения приговора в части имущественных взысканий.

В апелляционных жалобах потерпевшие Потерпевший №13 и Потерпевший №2 считают приговор в отношении ФИО1 несправедливым ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания. Полагают, что суд неправомерно признал смягчающими наказание обстоятельствами наличие на иждивении ФИО1 двух малолетних детей и жены, не проверив фактическое содержание их осужденным. Кроме того, наличие малолетних детей необоснованно учтено в качестве смягчающего наказание обстоятельства дважды как по части первой, так и по части второй ст. 61 УК РФ. С учетом того, что ФИО1 вину не признал, в содеянном не раскаялся, мер к заглаживанию причиненного преступлением ущерба не принял, всячески уклонялся от ответственности за содеянное, считают, что назначенное наказание не соответствует принципу справедливости и не достигнет целей исправления осужденного. Просят приговор изменить, исключить смягчающие наказание обстоятельства в виде наличия на иждивении жены, двух малолетних и одного несовершеннолетнего ребенка, усилить назначенное ФИО1 основное наказание до 6 лет лишения свободы, назначить дополнительное наказание в виде штрафа в размере 500 000 рублей и ограничение свободы на срок 1 год.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО16 считает приговор незаконным ввиду существенного нарушения судом уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона. Приводя описание деяния, признанного судом доказанным, ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ № «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях», полагает, что квалификация, данная действиям ФИО1, как следствием, так и судом является неверной, поскольку в рассматриваемом деле, исходя из предъявленного обвинения, имеется совокупность преступлений, а не длящееся преступление. Настаивает на том, что вина ФИО1 в мошенничестве не доказана, элементы объективной стороны преступления, в частности время его совершения, не установлены, что порождает неопределенность обвинения и нарушает право обвиняемого на защиту. Приводя анализ доказательств по уголовному делу, обращает внимание на то, что в ходе следствия ФИО1 представлена учетная тетрадь, подтверждающая передачу им денежных средств бухгалтеру ФИО3 №5 в период с 2023 по апрель 2024 года. Указывает, что свидетели ФИО17 и ФИО3 №4 не имели отношения к денежным средствам ООО «ФИО7», отрицали передачу ФИО1 собранных у арендаторов средств. Сотрудники Общества отрицали сообщения ООО «ФИО7» об амнистии долгов за период COVID-19, что противоречит приговору. Кроме того, судом не установлено, кто являлся правообладателем торговых точек на рынке «Грис» в 2023-2024 годах. Так, ДД.ММ.ГГГГ защита представила выписку из ЕГРЮЛ, согласно которой ФИО7 Д.Р. стал учредителем ООО «ФИО7» не позднее ДД.ММ.ГГГГ, а гендиректором – не позднее ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, он мог осуществлять организационно-хозяйственные функции только с января 2024 года. До этого основным бенефициаром рынка «Грис» являлась ФИО18 ФИО3 ФИО3 №5 показала, что передавала ФИО3 №12 деньги от ФИО1 за август 2023 – апрель 2024. На стадии предварительного следствия был допрошен только ФИО7 Д.Р., который в 2023 году не имел полномочий управления ООО «ФИО7» и ИП «ФИО18». Полагает, что без допроса в судебном заседании действующего на тот период директора ООО «ФИО7» невозможно было объективно проверить получение средств юридическим лицом и ИП с августа 2023 по январь 2024, распоряжений о сборе денег и приказа об амнистии задолженностей 2021-2022 годов. Считает, что показания свидетеля ФИО3 №12 оглашены в судебном заседании незаконно, поскольку сторона защиты возражала против этого. Явка указанного свидетеля судом не обеспечена, что лишило сторону защиты возможности допроса ключевого свидетеля, в связи с чем считает протокол допроса ФИО3 №12 (т. 6 л.д. 165-169) недопустимым доказательством, подлежащим исключению из числа доказательств. Считает, что сумма причиненного ущерба установлена судом неверно. Приводя показания потерпевшего Потерпевший №20 полагает, что он признан потерпевшим необоснованно, поскольку денежные средства в размере 220 000 рублей принадлежали его матери ФИО3 №9, которая потерпевшей не признавалась. Размер ущерба в сумме 130 000 рублей, указанный Потерпевший №20 в судебном заседании, противоречит размеру ущерба, указанному им на стадии предварительного следствия. При таких обстоятельствах полагает, что гражданский иск Потерпевший №20 удовлетворён необоснованно. На основании изложенного просит обжалуемый приговор отменить, оправдав ФИО1 по предъявленному обвинению.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37 - 39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела, всесторонне и полно с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон.

Вопреки утверждениям стороны защиты, в приговоре, как это предусмотрено требованиями ст. 307 УПК РФ, содержится описание преступного деяния осужденного ФИО1, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины и мотивов, причиненного ущерба, с изложением доказательств виновности по подтвержденному в суде обвинению, приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом, сформулированы выводы о квалификации действий осужденного, а также по другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора.

Суд проверил все доводы, приведенные в защиту ФИО1, дал им правильную оценку, основанную на анализе исследованных доказательств. Из протокола судебного заседания усматривается, что все ходатайства стороны защиты судом разрешены после выяснения мнений участников судебных заседаний и исследования фактических обстоятельств дела, относящихся к данным вопросам. Решения суда по ходатайствам являются мотивированными и сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Право стороны защиты на представление доказательств в судебном разбирательстве дела судом не нарушено. Позиция стороны защиты и представленные доказательства получили объективную оценку в приговоре.

Содержание показаний потерпевших, свидетелей и других исследованных доказательств изложено в приговоре в соответствии с содержанием протокола судебного заседания.

Утверждения стороны защиты об отсутствии в деле доказательств совершения ФИО1 преступления, за совершение которого он осужден, опровергаются совокупностью доказательств, непосредственно исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, вопреки утверждениям адвоката Аракеляна Ф.П., соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и взаимно дополняющих друг друга показаниях потерпевших и свидетелей, протоколах следственных действий, документах, вещественных доказательствах, иных допустимых и достоверных доказательствах, исследованных в судебном заседании, которые подробно приведены в приговоре по каждому из деяний, подлежащих доказыванию.

В суде первой инстанции осужденный ФИО1 вину не признал, показал, что с сентября 2017 года являлся кассиром-контролером на рынке «Грис» у ИП «ФИО7», а с 2023 года в ООО «ФИО7»; он осуществлял сбор денежных средств за аренду и иные платежи по указанию ФИО7 М.Н., а в последующем и ее сына ФИО3 №12; настаивает на том, что денежных средств потерпевших он не похищал, все собранные денежные средства он передавал бухгалтеру ФИО3 №5 или перечислял их иным лицам по указанию руководителей рынка.

Несмотря на занятую осужденным позицию, его вина в совершении преступления нашла подтверждение совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре, в том числе

- показаниями потерпевших о том, что они осуществляют торговлю на рынке «Грис» и каждому из них ФИО1 в конце 2023 – начале 2024 года, во время реконструкции рынка представился новым директором, заявив, что из-за дефицита мест новые торговые павильоны получат только те, кто заплатит ему лично; на собрании администрации рынка им стало известно, что администрация не собирала денежные средства за новые торговые места, а ФИО1 действовал без согласия администрации рынка, присвоив полученные денежные средства;

- показаниями свидетелей ФИО3 №1, ФИО3 №7 – сотрудников потерпевшего Потерпевший №7 том, что ФИО1 требовал 340 000 рублей за аренду торговых помещений и 100 000 рублей «магарыч» за новые павильоны; позже выяснилось, что новые павильоны предоставлялись администрацией рынка бесплатно;

- показаниями свидетелей ФИО3 №3, ФИО3 №4, ФИО3 №2 – сотрудников ООО «ФИО7» о том, что ФИО1 с весны 2024 года собирал с арендаторов денежные средства за предоставление новых торговых мест после реконструкции рынка, хотя места предоставлялись безвозмездно; новый руководитель ФИО7 Д.Р. простил долги арендаторам; им стало известно о жалобах на ФИО1, который представлялся директором и получал денежные средства, не сдавая их в бухгалтерию рынка. Руководство рынка не давало ФИО1 указаний о сборе дополнительных денежных средств;

- показаниями свидетеля ФИО3 №5 – бухгалтера ИП «ФИО18» и секретаря-делопроизводителя ООО «ФИО7» о том, что ФИО1 собирал денежные средства с арендаторов и передавал их ей общей суммой; она не вела учет сбора аренды, а только отчет о поступлении средств от контролеров; с августа 2023 года ФИО7 Д.Р. стал собственником рынка, а в январе 2024 года – гендиректором; она передавала денежные средства ФИО3 №12, который вел контроль за денежными средствами;

- показаниями свидетеля ФИО3 №12 – директора ООО «ФИО7» о том, что с августа 2023 года, после перехода управления рынка от его матери ФИО3 №12, он проводил реконструкцию рынка; новые торговые места предоставлялись арендаторам бесплатно; в апреле 2024 года на ФИО1 поступили жалобы от арендаторов, о том, что он с августа 2023 года, представляясь директором рынка, незаконно собирал с арендаторов дополнительные денежные средства за новые торговые площади, прикрываясь их нехваткой, а также собирал аннулированные долги арендаторов, присваивая полученные денежные средства;

- протоколами осмотра мест происшествия с участием потерпевших, в ходе которых они указали места, где ФИО1 мошенническим путем получал денежные средства у потерпевших; и иными, исследованными в ходе судебного следствия доказательствами, приведенными в приговоре.

Совокупность представленных суду и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств обоснованно признана достаточной для вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления и для постановления обвинительного приговора.

Доводы стороны защиты о том, что обвинение основано лишь на предположениях, отвергаются судебной коллегией как необоснованные, поскольку выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления основаны и подтверждены совокупностью конкретных доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что свидетели ФИО17 и ФИО3 №4 не имели отношения к денежным средствам ООО «ФИО7», отрицали передачу ФИО1 собранных у арендаторов средств признаются несостоятельными, опровергаются протоколом судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого свидетель ФИО3 №4 в ходе допроса показала, что является бухгалтером-кассиром в ООО «ФИО7». Этот же свидетель, как и свидетель ФИО17 настояли на том, что от арендаторов рынка «Грис» им стало известно о сборе ФИО1 денежных средств за торговые места, которые предоставлялись безвозмездно.

Вопреки доводам адвоката ФИО16, сотрудники ООО «ФИО7» не отрицали амнистии долгов, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО3 №2, ФИО3 №4, ФИО17

Показания свидетелей и потерпевших в совокупности с иными письменными доказательствами, положенными в основу обвинительного приговора, свидетельствуют о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления. Судом достоверно установлено, что ФИО1, обманывая потерпевших, представлялся директором рынка, указывал суммы денежных средств, которые потерпевшие должны были передать ему за получение новых торговых мест, а также требовал произвести оплату за аренду торговых мест, в то время как такая обязанность у арендаторов отсутствовала.

Ссылка стороны защиты на наличие учетной тетради денежных средств не опровергает выводы суда о доказанности вины ФИО1, поскольку указанные в ней сведения о передаче бухгалтеру ФИО3 №5 денежных средств, не свидетельствует о том, что в ней учтены похищенные денежные средства. Кроме того, из показаний свидетеля ФИО3 №5, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что она действительно получала денежные средства от ФИО1 и расписывалась в учетной тетради. Однако, кто и какую денежную сумму передавал ФИО1, она не знала, поскольку получала денежные средства общей суммой. Учет сбора денежных средств за аренду она не вела, в ее обязанности входило введение отчета о поступлении средств от ФИО1

Доводы адвоката о том, что судом не установлен правообладатель торговых точек на рынке «Грис» в 2023-2024 годах, на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления не влияют, поскольку действиями осужденного материальный ущерб причинен не правообладателю рынка, а конкретным потерпевшим.

То обстоятельство, что в ходе предварительного следствия не допрошена ФИО18, не свидетельствует о неполноте предварительного следствия или судебного разбирательства, поскольку совокупности иных доказательств было достаточно для вынесения итогового решения. Нарушения права на защиту осужденного допущено не было, ФИО1 не был лишен возможности привести доводы в свою защиту, чем он и воспользовался.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, судом первой инстанции были приняты исчерпывающие меры для обеспечения явки в судебное заседание свидетеля ФИО3 №12 Так, он неоднократно извещался судом о необходимости явки в судебное заседании на 12, 19, ДД.ММ.ГГГГ путем направления судебных повесток и СМС-сообщений с использованием ПИ «Судебное делопроизводство ГАС «Правосудие». Кроме того, ФИО7 Д.Р. подвергался приводу постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, который не представилось возможным исполнить. Судом принимались меры к проведению допроса свидетеля путем использования систем видеоеонференц-связи на базе Никулинского районного суда 

<

адрес>, которым в проведении допроса посредством ВКС отказано. При этом от свидетеля ФИО3 №12 в Предгорный районный суд 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ поступило заявление о невозможности его явки в судебное заседание. В данном заявлении он подтвердил свои показания, данные им в ходе предварительного следствия, настаивал на их оглашении в ходе судебного разбирательства. При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции были приняты исчерпывающие меры для обеспечения явки свидетеля ФИО3 №12 в судебное заседание.

Вопреки доводам адвоката, наличие возражений стороны защиты об оглашении показаний свидетеля ФИО3 №12 не являлись основанием для признания показаний свидетеля недопустимым доказательством. Личность ФИО3 №12 была установлена в ходе предварительного следствия, он предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, показания данного свидетеля оглашены в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 281 УПК РФ.

Доводы защитника о неверно установленной сумме ущерба судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку размер причиненного ущерба установлен на основании совокупности доказательств, в частности показаний потерпевших, в том числе потерпевшего Потерпевший №20, данных им в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО1 похитил у него 130 000 рублей и об ошибочном указании им на стадии предварительного следствия суммы причиненного ущерба в размере 150 000 рублей.

Утверждение защитника о том, что Потерпевший №20 является ненадлежащим потерпевшим, признаются необоснованными, так как судом правильно установлено, что материальный вред причинен преступлением именно Потерпевший №20, а не его матери ФИО3 №9

Доводы адвоката о неправильной квалификации действий ФИО1, как продолжаемого преступления признаются несостоятельными.

Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях» продолжаемым является преступление, состоящее из двух или более тождественных противоправных деяний, охватываемых единым умыслом. О единстве умысла виновного в указанных случаях могут свидетельствовать, в частности, такие обстоятельства, как совершение тождественных деяний с незначительным разрывом во времени, аналогичным способом, в отношении одного и того же объекта преступного посягательства и (или) предмета преступления, направленность деяний на достижение общей цели.

Как правильно установлено судом первой инстанции, действия ФИО1 в отношении каждого из потерпевших охватывались единым умыслом, направленным на хищение денежных средств, принадлежащих Потерпевший №24, Потерпевший №9, Потерпевший №3о., Потерпевший №18, Потерпевший №12, Потерпевший №23, Потерпевший №31, Потерпевший №8, Потерпевший №8, Потерпевший №22, Потерпевший №1, Потерпевший №6, Потерпевший №5, Потерпевший №11, ФИО12, Потерпевший №10, Потерпевший №21, Потерпевший №30, Потерпевший №16, Потерпевший №20, Потерпевший №26, Потерпевший №15, Потерпевший №13, Потерпевший №2, Потерпевший №4, Потерпевший №7, Потерпевший №19, Потерпевший №25, Потерпевший №27, Потерпевший №28, Потерпевший №29, Потерпевший №32, состояли в совершении одним и тем же способом ряда тождественных преступных действий в период времени с августа 2023 до мая 2024 года, объединенных единым мотивом и единым способом для достижения общей цели хищения денежных средств потерпевших в особо крупном размере.

Таким образом, действия ФИО1 получили надлежащую правовую оценку в приговоре и правильно квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана, в особо крупном размере.

При назначении ФИО1 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, данные о его личности, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи, а также характеризующие данные и обстоятельства, смягчающие наказание и другие обстоятельства.

Суд признал обоснованно учел в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие у осужденного 2-х малолетних детей, а на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – наличие на иждивении жены и несовершеннолетнего ребенка.

Вопреки доводам апелляционных жалоб потерпевших, признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие у осужденного малолетних детей соответствует требованиям п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Признание смягчающими обстоятельствами наличие на иждивении ФИО1 жены и несовершеннолетнего ребенка также не противоречит требованиям ч. 2 ст. 61 УК РФ, согласно которым перечень обстоятельств, смягчающих наказание, не является исчерпывающим.

Исходя из п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд вправе признать, в том числе наличие несовершеннолетних детей при условии, что виновный принимает участие в их воспитании, материальном содержании и преступление не совершено в отношении их. При этом доказательств, опровергающих наличие на иждивении ФИО1 жены и несовершеннолетнего ребенка, уголовное дело не содержит, соответственно доводы потерпевших о необоснованном признании указанных обстоятельств смягчающими, не могут быть признаны обоснованными.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 и 73 РФ мотивированы в приговоре и сомнений у судебной коллегией не вызывают.

Вывод суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы признается обоснованным. Вид исправительного учреждения для отбывания лишения свободы назначен судом правильно.

Все гражданские иски потерпевших разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно процессуального закона и п. 1 ст. 1064 ГК РФ, в соответствии с которым вред, причиненный гражданину, подлежит возмещению в полном объеме лицом, его причинившим, и обоснованно удовлетворены в размере ущерба, установленного судом первой инстанции в ходе рассмотрения уголовного дела.

Как следует из прокола судебного заседания, уголовное дело рассмотрено на основе состязательности сторон и равноправия их перед судом. Суд создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми стороны реально воспользовались.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановленный приговор, а также иных нарушений уголовного либо уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

Вместе с тем, судебная коллегия, частично соглашаясь с доводами апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевших, считает приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Правильно установив фактические обстоятельства, придя к обоснованному выводу о необходимости квалификации действий ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана, в особо крупном размере, суд первой инстанции излишне квалифицировал те же действия ФИО1 и по признаку причинения значительного ущерба гражданам.

Судебная коллегия приходит к выводу, что с учетом общего размера причиненного ущерба свыше одного миллиона рублей, образующего особо крупный размер, а также совершение продолжаемого преступления с умыслом осужденного на хищение денежных средств в особо крупном размере, дополнительная квалификация по признаку значительности ущерба для гражданина не требовалась, поскольку охватывалась особо крупным размером причиненного ущерба. В этой связи судебная коллегия полагает необходимым исключить из квалификации действий ФИО1 квалифицирующий признак совершения мошенничества с причинением значительного ущерба гражданину.

Кроме того, судебная коллегия считает, что судом необоснованно повторно учтено в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1 на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, наличие у него малолетних детей, поскольку указанное обстоятельство уже было учтено в силу п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Учитывая изложенное, наличие у ФИО1 малолетних детей подлежит исключению из числа смягчающих наказание обстоятельств, признанных таковыми на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Помимо этого, заслуживают внимания доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевших о несправедливости приговора ввиду чрезмерной мягкости назначенного ФИО1 наказания.

Согласно ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Давая оценку доводам апелляционного представления и жалоб потерпевших о несправедливости приговора, судебная коллегия соглашается с ними по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 6 УК РФ справедливость наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" обращено внимание судов на необходимость исполнения требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, имея ввиду, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в ст. ст. 2, 43 УК РФ.

Характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла.

Согласно положениям ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

В частях 1, 3 ст. 60 УК РФ указано, что лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений его Общей части. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В нарушение вышеуказанных требований закона, суд первой инстанции при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы на срок два года, не учел характер и не утратившую своего значения до настоящего времени степень общественной опасности совершенного умышленного преступления против собственности, отнесенного уголовным законом к категории тяжкого, фактически не учел способ совершения преступления, связанного с хищением чужого имущества путем обмана, характер и размер наступивших последствий в виде причинения имущественного ущерба в особо крупном размере, который до настоящего времени не возмещен, что в совокупности свидетельствует о том, что назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года нельзя признать справедливым вследствие его чрезмерной мягкости.

Исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, установленных фактических обстоятельств, данных о личности осужденного, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, судебная коллегия на основании ст. 389.24, п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ считает необходимым усилить назначенное ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ наказание до пяти лет лишения свободы, поскольку именно такой вид и размер основного наказания достигнет своих целей.

Кроме того, по смыслу закона, если статья Особенной части УК РФ, по которой квалифицировано преступление, предусматривает возможность назначения дополнительного наказания по усмотрению суда, в приговоре следует указать основания его назначения или неназначения с приведением соответствующих мотивов.

Соглашаясь с доводами прокурора и потерпевших, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции никак не мотивировал выводы об отсутствии оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа, указав лишь, что с учетом содеянного и личности подсудимого, считает возможным не назначать ему такое дополнительное наказание.

С таким решением судебная коллегия не соглашается, поскольку ФИО1 совершено корыстное тяжкое преступление, в результате которого потерпевшим причинен ущерб в размере 5 686 000 рублей, ущерб не возмещен, поэтому достижение целей наказания и исправление осужденного по убеждению судебной коллегии возможно с назначением ему дополнительного наказания в виде штрафа в размере 500 000 рублей.

В то же время судебная коллегия не усматривает оснований для назначения осужденному дополнительного наказания в виде ограничения свободы, полагая, что наказание в виде лишение свободы со штрафом является достаточным для достижения целей наказания, указанных в ст. 43 УК РФ.

Кроме того, заслуживают внимания доводы апелляционного представления о нарушении судом положений п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, обязывающие при постановлении приговора разрешить вопрос о том, как поступить с имуществом, на которое наложен арест для обеспечения гражданского иска.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 29 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» разъяснил, что если по уголовному делу на имущество обвиняемого, для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска был наложен арест, то в случае удовлетворения гражданского иска суд в приговоре указывает имущество, соразмерное удовлетворенным требованиям, арест на которое сохраняет свое действие до исполнения приговора в части гражданского иска.

Из материалов уголовного дела следует, что в ходе предварительного расследования постановлениями Предгорного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ на автомобили: «Лада 219020 Лада Гранта», регистрационный знак 

<

***> регион, 2019 года выпуска, «LADA GRANTA SPORT», регистрационный знак 

<

***> регион, 2023 года выпуска, «Лада GFK110», регистрационный знак 

<

***> регион, 2018 года выпуска и нежилое здание площадью 893, 3 кв. метров, расположенное по адресу: 

<

адрес>, муниципальный округ Георгиевский, 

<

адрес>, здание 79, строение 2, кадастровый №, принадлежащие ФИО1, был наложен арест в целях исполнения приговора в части исковых требований.

Однако, при постановлении приговора, вопреки требованиям п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, суд не разрешил вопрос о том, как следует поступить с имуществом, на которое наложен арест.

Поэтому судебная коллегия считает необходимым внести в приговор соответствующие изменения, для обеспечения исполнения приговора сохранить арест, наложенный на вышеуказанное, принадлежащее ФИО1 имущество до исполнения приговора в части имущественных взысканий.

Иных оснований для изменения приговора в отношении ФИО1 судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Предгорного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

исключить из квалификации действий ФИО1 квалифицирующий признак совершения мошенничества с причинением значительного ущерба гражданину;

исключить из числа смягчающих наказание обстоятельств, признанных таковыми на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, наличие у ФИО1 малолетних детей;

усилить наказание, назначенное ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ, до 5 (пяти) лет лишения свободы, со штрафом в размере 500 000 рублей;

для обеспечения исполнения приговора сохранить арест, наложенный на принадлежащее ФИО1 имущество: автомобиль «Лада 219020 Лада Гранта», регистрационный знак 

<

***> регион, 2019 года выпуска; автомобиль «LADA GRANTA SPORT», регистрационный знак 

<

***> регион, 2023 года выпуска; автомобиль «Лада GFK110», регистрационный знак 

<

***> регион, 2018 года выпуска; нежилое здание площадью 893, 3 кв. метров, расположенное по адресу: 

<

адрес>, муниципальный округ Георгиевский, 

<

адрес>, здание 79, строение 2, кадастровый №.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционные жалобы потерпевших Потерпевший №13 и Потерпевший №2 удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката ФИО16 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в Пятый кассационный суд общей юрисдикции через Предгорный районный суд 

<

адрес> в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине шестимесячный срок кассационного обжалования в порядке сплошной кассации может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями главы 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор и апелляционное определение подаются непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Краснопеев С.В.

Судья Беловицкий Е.В.

Судья Каплаухов А.А.