САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

УИД: 78RS0019-01-2023-011712-45

Рег. №: 33-206/2026 Судья: Малиновская А.Г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 22 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

Председательствующего

ОсиН. Н.А.,

СудейПри помощнике судьи

ФИО1, ФИО2, ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24 сентября 2024 года по гражданскому делу № 2-2753/2024 по иску ФИО4 к ФИО5 о признании сделки недействительной.

Заслушав доклад судьи ОсиН. Н.А., судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5, в котором, изменив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), просит признать доверенность ФИО6, выданную на ФИО7 оспоримой и недействительной с применением последствий недействительности; признать завещание ФИО6 № №... от 17.03.2020, составленное в пользу ФИО5 оспоримым и недействительным с применением последствий недействительности; признать свидетельства о праве на наследство по завещанию, выданные на имя ФИО5 № б/н в реестре за №... от 02.12.2022 и № б/н в реестре за №... от 02.12.2022 оспоримыми и недействительными с применением последствий недействительности.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО4 являлся отцом ФИО6, умершему 

<

дата>. ФИО4 является единственным наследником умершего сына. После смерти сына ему стало известно о наличии завещания, составленного ФИО6 в пользу ответчика ФИО5 Истец ставит под сомнение подписание ФИО6 документов: завещания № №... от 17.03.2020, составленного ФИО6 в пользу ФИО5, и доверенности, удостоверенной нотариусом ФИО8, выданной от имени ФИО6 на ФИО7 Указывает на то, что его сын являлся наркозависимым с 2000 года, состоял на учете у нарколога, проходил курс лечения, которое не приводило к положительным результатам.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24.09.2024 в удовлетворении заявленных исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО4 выражает несогласие с постановленным решением суда, просит его отменить, полагая незаконным и необоснованным.

Стороны в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом согласно требованиям ст. 113 ГПК РФ, ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в судебную коллегию не представили. При таком положении в соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. Временем открытия наследства является момент смерти гражданина (ч. 1 ст. 1114 ГК РФ).

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

В соответствии со ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. 1142-1145 и 1148 названного кодекса. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117), либо лишены наследства (п. 1 ст. 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

В соответствии со ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В силу ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами ГК РФ о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами ст. 1130 ГК РФ. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания (ст. 1119 ГК РФ).

Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть совершено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем (п. 3 ст. 1125 ГК РФ).

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений названного кодекса, влекущих недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается (п. 1 ст. 1131 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 17.03.2020 нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО8 удостоверено завещание ФИО6, которым тот завещал все принадлежащее ему ко дню смерти имущество ФИО5 (т. 1 л.д. 45).

Также 17.03.2020 нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО8 удостоверена доверенность от ФИО6 на ФИО7, на ведение наследственного дела о передаче наследственного имущества, оставшегося после умершей 18.11.2008 ФИО9 (т. 1 л.д. 203).

<

дата> ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умер (т. 1 л.д. 38). После его смерти нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО8 открыто наследственное дело №... (т. 1 л.д. 35-132).

С заявлением о принятии наследства после умершего ФИО6 по завещанию к нотариусу 13.10.2020 обратился ФИО5 (т. 1 л.д. 39).

04.12.2020 к нотариусу с заявлением о принятии наследства по всем основаниям обратился отец наследодателя – ФИО4 (т. 1 л.д. 40).

Обращаясь в суд, ФИО4 полагал, что доверенность и завещание от 17.03.2020 подлежат признанию недействительными, поскольку подписаны не ФИО6, а иным лицом, в связи с чем истцом заявлено ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы в отношении указанных документов.

Для проведения почерковедческой экспертизы судом первой инстанции истребованы образцы почерка ФИО6 из архива Выборгского районного суда Санкт-Петербурга, выписка из реестровой книги нотариуса ФИО8 (т. 1 л.д. 158).

Оригинал доверенности № №... от 17.03.2020, удостоверенный нотариусом ФИО8, по запросам суда предоставлен не был, поскольку, как указано нотариусом, данная доверенность удостоверена в одном экземпляре и выдана на руки ФИО6, копии доверенностей, а также копии паспорта гражданина в архиве нотариуса не хранятся (т. 1 л.д. 34, т. 2 л.д. 34). В этой связи истец отказался в судебном заседании от проведения почерковедческой экспертизы в отношении оспариваемой доверенности (т. 2 л.д. 46).

Определением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 16.04.2024, с учетом определения суда от 13.08.2024, по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза в отношении оспариваемого завещания, производство которой поручено ООО «Межрегиональное бюро судебных экспертиз» (т. 1 л.д. 228-230, 125-127).

Согласно выводам заключения эксперта в ООО «Межрегиональное бюро судебных экспертиз» №..., рукописная запись «ФИО6», расположенная в завещании от 17.03.2020 выполнена ФИО6; подпись от имени ФИО6 в завещании от 17.03.2020 вероятно выполнена ФИО6; в исследуемой рукописной записи и подписи от имени ФИО6 в завещании от 17.03.2020 установлено наличие признаков снижения темпа и координации движений, свидетельствующих о выполнении рукописной записи и подписи в «необычных условиях» (необычная поза исполнителя, необычное или болезненное состояние и т.п) (т. 2 л.д. 133-154).

Оценивая данное экспертное заключение, суд первой инстанции счел, что оснований ставить под сомнение его достоверность не имеется, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы. Заключение в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, образовании, стаже работы.

При этом суд первой инстанции счел существенным, что в процессе разрешения спора, истцовой стороной не предоставлено каких-либо иных, дополнительных доказательств, свидетельствующих о невозможности подписания оспариваемых документов наследодателем, тем самым лишив суд возможности сопоставить материалы дела с выводами эксперта о том, что в завещании от 17.03.2020 установлено наличие признаков снижения темпа и координации движений, свидетельствующих о выполнении рукописной записи и подписи в «необычных условиях».

Судом принят во внимание довод истца о том, что в период совершения юридически значимых действий наследодатель являлся наркозависимым, страдал рядом хронических заболеваний. На данное обстоятельство указывают выводы судебной посмертной психиатрической экспертизы, проведенной в СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6» по гражданскому делу 2-122/2022, которое рассматривалось Фрунзенским районным судом Санкт-Петербурга по иску ФИО4 к ФИО5 о признании завещания недействительным. Согласно выводам экспертов (т. 1 л.д. 59) на период совершения юридически значимых действий, наследодатель понимал значение своих действий и руководил ими. Оснований для исключения данных доказательств из числа доказательств по настоящему делу по ходатайству ответчика суд первой инстанции не усмотрел, поскольку решение по гражданскому делу № 2-122/2022 вступило в законную силу.

Выводы заключения экспертизы по уголовному делу №... от 24.05.2024, проведенной в ФБУ Северо-Западный РЦСЭ Минюста России, предоставленной истцом в качестве иного доказательства в обосновании своей правовой позиции по делу, не приняты судом первой инстанции в качестве доказательств по настоящему делу, поскольку при изучении данного документа судом установлено, что объектом экспертной оценки являлись иные документы (подпись в реестровой книге, договор займа), а не оспариваемым в настоящем производстве документы.

Разрешая заявленные исковые требования ФИО4, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в их удовлетворении. Вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что завещание № №... от 17.03.2020 и доверенность № №... от 17.03.2020, подписаны не ФИО6, а иным лицом. При этом суд первой инстанции счел существенным, что от экспертного исследования текста доверенности № №... от 17.03.2020 истец отказался, иных доказательств о пороке указанного документа суду не предоставил. Оснований для удовлетворения требований о признании недействительными свидетельств о наследовании и записей в реестре также не имеется, поскольку указанное требование производно от первоначального, в удовлетворении которого судом отказано, самостоятельных оснований для оспаривания указанных документов не заявлено.

Оснований не согласиться с такими выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на законе и фактических обстоятельствах дела.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводами экспертизы, проведенной экспертом ООО «Межрегиональное бюро судебных экспертиз», о необоснованном принятии судом указанного заключения, как достоверного доказательства по делу, не принимаются во внимание, поскольку данное заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, не доверять представленному заключению оснований не имеется, заключение экспертизы получено с соблюдением требований закона, экспертом, имеющим необходимую квалификацию, профильное образование, длительный стаж работы по соответствующей экспертной специальности, предупрежденным по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, экспертом даны ответы на все поставленные вопросы, которые мотивированны, не содержат внутренних противоречий, понятны и являются полными.

Судебная экспертиза проведена с соблюдением требований ст. 84-86 ГПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, заявитель жалобы не представил.

При этом, то обстоятельство, что ответить на постановленный вопрос о принадлежности подписи от имени ФИО6 в завещании от 17.03.2020 ФИО6 в категорической форме не представилось возможным, не свидетельствует о неверных выводах эксперта об отнесении исследуемой подписи наследодателю ФИО6, поскольку в данном случае вероятностный вывод обусловлен краткостью и простотой исследуемой подписи.

Из исследовательской части экспертного заключения следует, что в исследуемой подписи и образцах имеются некоторые различающиеся частные признаки, выразившиеся в вариационность при выполнении отдельных элементов. Выявленные различающиеся признаки могут быть объяснены вариационностью подписи, не являются существенными и на вывод не влияют. Установленные совпадающие общие и частные признаки существенны, устойчивы, информативны, но с учетом краткости, простоты выполнения исследуемой подписи и высокой степени выриационности в образцах, образуют совокупность признаков, достаточную лишь для вероятного вывода о том, что подпись от имени ФИО10 в завещании от 17.03.2020 вероятно выполнена ФИО6 Выявить большее количество совпадающих признаков, в том числе информативных, не удалось вследствие краткости и простоты строения исследуемой подписи, ограничивших объем содержащегося в ней графического материала и высокой степени вариационности в образцах. По указанным причинам ответить на вопрос в категорической форме не представилось возможным (т. 2 л.д. 140).

Таким образом, вопреки доводам истца, то обстоятельство, что вывод о принадлежности подписи ФИО6 в завещании от 17.03.2020 ФИО6 является вероятностным, не может свидетельствовать о неверных выводах экспертов, а также о наличии оснований для признания завещания недействительным, при том положении, что каких-либо достаточных и достоверных доказательств в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, что оспариваемые документы подписаны не ФИО6, а иным лицом, не представлено. Заключение эксперта, которым установлено подписание оспариваемого завещания ФИО6 стороной истца не опровергнуто, ходатайств о назначении повторной или дополнительной судебной экспертизы стороной истца не заявлено.

Наличие признаков, свидетельствующих о выполнении рукописной записи и подписи в «необычных условиях» также само по себе не свидетельствует ни о неверных выводах экспертов, ни о наличии оснований для признания завещания от 17.03.2020 недействительным.

Кроме того, выводы эксперта ООО «Межрегиональное бюро судебных экспертиз» соотносятся и не противоречат представленному в материалы дела заключению эксперта ФБУ Северо-Западный РЦСЭ Минюста России, проведенному в рамках уголовного дела №.... Предметом данного исследования являлись, в том числе, реестр № 2 регистрации нотариальных действий нотариуса ФИО8, начатый 09.01.2020 и законченный 23.07.2020 (т. 2 л.д. 157-171).

Копия данного реестра (страница 83) предоставлена в материалы дела. За № 596 реестра зарегистрировано нотариальное действие по обращению ФИО6 17.03.2020: завещание № №...; за № 598 реестра зарегистрировано нотариальное действие по обращению ФИО6 17.03.2020: доверенность № №... (т. 1 л.д. 158-159).

Согласно выводам заключения эксперта ФБУ Северо-Западный РЦСЭ Минюста России, установить кем – ФИО6 или иным лицом исполнена запись «ФИО6» и подпись от имени ФИО6, расположенные на странице 83 в графе «подпись лица (лиц), обратившегося (обратившихся) за совершением нотариального действия» за № 596 в реестре № 2 регистрации нотариальных действий нотариуса ФИО8, начатом 09.01.2020 и законченном, не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения (ответ на вопрос № 1).

Установить кем – ФИО6 или иным лицом исполнена подпись от имени ФИО6, расположенная на странице 83 в графе «подпись лица (лиц), обратившегося (обратившихся) за совершением нотариального действия» за № 598 в реестре № 2 регистрации нотариальных действий нотариуса ФИО8, начатом 09.01.2020 и законченном, не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения (ответ на вопрос № 3).

Также экспертами установлено, что имеются признаки необычного выполнения подписи от имени ФИО6 и рукописный текст «ФИО6» в графе за № 596 и подписи от имени ФИО6 в графе за № 598, однако определить причины возникновения сбивающего фактора не представляется возможным, в связи с тем, что не установлено кем выполнена подпись (ответы на вопросы № 5, 7).

В исследовательской части заключения установлено также, что у подписанта в исследуемой записи «ФИО6», расположенной в графе «подпись лица (лиц), обратившегося (обратившихся) за совершением нотариального действия» на странице 83 за № 596, имеются признаки нарушения координации движений 1 группы, проявившихся в мелкой извилистости прямолинейных штрихов и также выявлены нарушения координации движений и замедленности движений, свидетельствующие о воздействии на процесс письма сбивающих факторов. Определить причины возникновения сбивающего фактора не представляется возможным. Установить кем выполнена исследуемая запись также не представляется возможным, так как экспертам не удалось выявить необходимую для какого-либо определенного вывода совокупность совпадающих или различающихся признаков, что объясняется ограниченным объемом графического материала, содержащегося в исследуемой записи, обусловленного ее краткостью (т. 2 л.д. 163-164).

При исследовании подписей от имени ФИО6, расположенный в графе «подпись лица (лиц), обратившегося (обратившихся) за совершением нотариального действия» за № 596, 597, 598, экспертами выявлена замедленность движений, что свидетельствует о воздействии на процесс сбивающих факторов, установить причину которых не представляется возможным. Экспертам не удалось выявить необходимую для какого-либо определенного вывода совокупность совпадающих и различающихся признаков, что объясняется ограниченным объемом графического материала, содержащегося в исследуемых подписях, обусловленным их краткостью и простотой строения, а также ограниченной сопоставимостью исследуемой подписи и образцов сравнения, связанных с их различиями в конфигурации, в связи с чем установить кем ФИО6 или иным лицо выполнены подписи не представляется возможным (т. 1 л.д. 164-165).

Таким образом, в результате данного исследования экспертам не удалось установить кем ФИО6 или иным лицом выполнена подпись в реестре нотариуса ФИО8 при обращении за удостоверением оспариваемого завещания и доверенности. Вместе с тем, невозможность установить подписанта обусловлена простотой подписи и ограниченностью образцов для исследования. Также установлено выполнение записи и подписи с наличием сбивающих факторов, что аналогично проведенному экспертному исследованию по настоящему гражданскому делу.

Принимая во внимание, что бремя доказывания наличия обстоятельств, дающих основания для признания оспариваемых документов недействительными, в частности непринадлежности подписи и рукописной записи ФИО6 в завещании и доверенности наследодателю, в силу ст. 56 ГПК РФ лежит на истце, судебная коллегия, учитывая вышеизложенное, полагает, что ФИО4 не представлено достаточных и достоверных доказательств, дающих основания полагать, что ФИО6 не подписывал оспариваемые завещание и доверенность. При этом судебная коллегия учитывает, что вероятностный вывод эксперта в отношении подписи, выполненной в завещании, обусловлен простотой подписи, а от проведения судебной экспертизы в рамках гражданского дела в отношении доверенности истец отказался. Краткость и простота строения подписи ФИО6 следует также из заключения экспертов, проведенного в рамках уголовного дела. При этом, судебная коллегия отмечает, что невозможность установления экспертами кем именно была выполнена подпись, вероятностный вывод экспертов по указанным причинам, а также наличие «сбивающих факторов» при подписании, сами по себе не могут однозначно свидетельствовать о том, что ФИО6 не подписывал оспариваемые документы и не могут являться основанием для признания завещания и доверенности недействительными.

Таким образом, судебная коллегия не усматривает оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО6

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не принято во внимание представленное в материалы дела заключение специалиста ФИО11, согласно которому ФИО6 17.03.2020 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, являются необоснованными, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, при этом требования о признании завещания недействительным на основании ст. 177 ГК РФ в рассматриваемом споре заявлены не были. Кроме того, вступившим в законную силу решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 11.04.2022 по гражданскому делу №... ФИО4 отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО5 о признании завещания ФИО6 от 17.03.2020 недействительным на основании ст. 177 ГК РФ (т. 1 л.д. 58-64).

Доводы о подаче ФИО4 заявления о пересмотре данного решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеют.

Доводы подателя жалобы о том, что уже после смерти ФИО6 07.10.2020 за ним зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес> (т. 1 л.д. 77-82) не свидетельствуют о неверных выводах суда первой инстанции.

Согласно материалам дела, 29.09.2020 ФИО6 выданы свидетельство о праве на наследство по закону после умершей 

<

дата> ФИО9 на 13/77 доли в праве общей собственности на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес> (т. 1 л.д. 52), и на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес> 

<

адрес> (т. 1 л.д. 53).

При этом согласно разъяснениям, данным в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании», наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Таким образом, ФИО6, еще до своей смерти, как наследник являлся собственником квартиры, расположенной по адресу Санкт-Петербург, Придорожная аллея, 

<

адрес>, однако государственная регистрация права собственности на данную квартиру произведена уже после смерти ФИО6

Учитывая изложенное, оснований для удовлетворения ходатайства ФИО4 об истребовании из Росреестра по Санкт-Петербургу сведений о зарегистрированных правах ФИО6 на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес>, и на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес>, на день его смерти, не имелось.

Ссылки ФИО4 о том, что в отношении ФИО5 возбуждено уголовное дела по факту мошенничества, а также ссылки на то, что в 2011 году ФИО5 уже был осужден, не могут быть приняты во внимание, поскольку не свидетельствуют о неверных выводах суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований. Сведений о вынесении приговора в отношении ФИО5 не имеется.

Доводы о том, что при совершении нотариальных действий нотариусом ФИО8 не велась видеосъемка также не влияют на обоснованность и законность постановленного решения суда. Кроме того, проведение видеосъемки при совершении нотариального действия не является обязательным.

Доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

Таким образом, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем, доводы в апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24 сентября 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 03.02.2026.