Судья Тутынин С.С. Дело № 22-1118/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 03 июля 2025 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Крыласова О.И., 

при секретаре судебного заседания Муфтаховой А.Н.,

с участием:

прокурора Шахмина И.Н.,

представителя Минфина России (в лице Управления Федерального казначейства по Удмуртской Республике) Х.С.М..,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе представителя Минфина России (в лице УФК по Удмуртской Республике) Б.А.Т.

на постановление Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 25 апреля 2025 года, которым удовлетворены требования Г.И.Е. о возмещении имущественного вреда в связи с реабилитацией. 

Заслушав доклад судьи Крыласова О.И., выступление представителя Минфина России Х.С.М.., прокурора Шахмина И.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, суд

установил:

заявитель Г.И.Е. обратился в суд с заявлением, в котором просит возместить ему имущественный вред в порядке реабилитации в сумме 1 343 149 рублей, выплаченных им за оказание юридической помощи по уголовному делу защитнику – адвокату Максимовой С.Р. и связанных с понесенными убытками в виде упущенной выгоды.

Постановлением Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 25 апреля 2025 года данные требования удовлетворены, взыскано в пользу Г.И.Е. с Министерства финансов РФ за счёт казны РФ в счёт возмещения имущественного вреда 887 149 рублей, в счет расходов по оплате юридической помощи 406 000 рублей, в счет иных расходов 50 000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель Минфина России (в лице Управления Федерального казначейства по Удмуртской Республике) Б.А.Т. выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным и необоснованным. В обоснование своих доводов указывает, что взыскание судом упущенной выгоды противоречит требованиям закона, поскольку в соответствии со ст. 135 УПК РФ подлежит возмещению лишь реальный вред, а не предполагаемый, упущенная выгода не предполагает бесспорности взыскания, поскольку подлежит доказыванию на общих основаниях, что возможно только в порядке гражданского судопроизводства. Находит, что судом не установлены обстоятельства участия адвоката в производстве по уголовному делу, не дана оценка доводам Минфина, указанным в возражениях о том, что из буквального толкования соглашения от 25 ноября 2022 года и 1 июня 2023 года (п.3.1) следует, что стоимость услуг определяется твердой суммой 60 000 или 70 000 рублей соответственно и не зависит ни от количества, ни от длительности судебных заседаний в период производства по делу, то есть не зависит от какой-либо работы. Отмечает, что в материалах дела нет актов оказанных услуг, при этом неясно какую работу сделал адвокат, и какой объем документов он оформил в тот или иной период для получения вознаграждения. Заявляет, что суд не дал оценку доводам Минфина о том, что необходимо проверить, соответствует ли установленная в соглашениях стоимость оказанных адвокатом юридических услуг стоимости и тарифам аналогичных услуг по оказанию квалифицированной юридической помощи, сложившейся в Удмуртской Республике, в соглашениях об оказании юридической помощи имеется ссылка на Решение Совета Адвокатской палаты УР от 11.07.2019, которыми утверждены ставки вознаграждения за юрпомощь, оказываемую адвокатами. Так, согласно п. 2.17.1 Решения, стоимость одного дня участия в судебных заседаниях суда первой инстанции составляет 8 000 руб. (п.2.13), а в заседаниях апелляционной и кассационной инстанции соответственно 8 000 и 10 000 руб. Между тем, заявитель просит по 60 000 рублей за апелляцию и кассацию. Таким образом, суд не принял во внимание то, что с учетом характера спора, объема проделанной адвокатом работы, количества и обоснованности составленных по делу документов, требуемая сумма носит неразумный (чрезмерный) характер. Утверждает, что суд не учел, что при анализе работы адвоката, представленной заявителем в соглашениях, видно, что многие виды юрпомощи дублируются, большинство услуг имеют явно повторный характер и не носят признаков необходимости. Обращает внимание, что судом не дана оценка тому, что в соглашении от 25 ноября 2022 года указана услуга по консультации вопросов, возникающих по гражданскому делу, в то время, как предметом настоящего спора являются требования, вытекающие из уголовного дела. Просит постановление отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель заявителя – адвокат Максимова С.Р. выражает несогласие с ней, просит постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеют лица, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В силу требований ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение: заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования; конфискованного или обращенного в доход государства на основании приговора решения суда его имущества; штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда; сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи; иных расходов, понесенных реабилитированным вследствие незаконного и необоснованного уголовного преследования, а также в целях устранения последствий такого уголовного преследования, подтвержденных доказательствами.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 02 апреля 2015 года № 708-О, по смыслу норм главы 18 УПК РФ, возмещению подлежат лишь фактические расходы реабилитированного лица, которые непосредственно находятся в причинно-следственной связи с оказанием ему юридической помощи. Если судом будет установлено, что заявленная сумма понесенных расходов не обусловлена действительной стоимостью юридических услуг в пределах существовавших на момент ее оказания рыночных значений, он присуждает к возмещению лишь сумму, являвшуюся с учетом совокупности всех обстоятельств дела, объема работы, квалификации субъектов оказания юридических услуг, а также правила о толковании сомнений в пользу реабилитированного лица, объективно необходимой и достаточной в данных конкретных условиях для оплаты собственно юридической помощи.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что суд, рассматривающий в порядке главы 18 УПК РФ требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах, вправе удовлетворить или отказать в их удовлетворении полностью или частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

Эти требования судом первой инстанции не соблюдены.

Из представленных материалов следует, что 29 августа 2022 года Глазовским МСО СУ СК РФ по УР возбуждено уголовное дело по п. «б» ч. 2 ст. 238 УК РФ.

25 ноября 2022 года в рамках расследования данного уголовного дела следователем Глазовского МСО СУ СК России по УР ФИО1 М.С. Г.И.Е. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 238 УК РФ.

Приговором Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 13 ноября 2023 года Г.И.Е. оправдан по ч. 1 ст. 238 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления.

Апелляционным постановлением Верховного Суда Удмуртской Республики от 13 февраля 2023 года данный приговор оставлен без изменения.

Г.И.Е. обратился в суд с заявлением о возмещении причиненного ему имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием в сумме 1 343 149, 00 рублей, а именно: упущенной выгоды в сумме 887 149, 00 рублей, расходов, связанных с оплатой услуг адвоката в сумме 406 000,00 рублей, расходов, связанных с проведением экспертизы в сумме 50 000, 00 руб.

Удовлетворяя ходатайство Г.И.Е. суд первой инстанции пришел к выводу, что суммы, выплаченные им адвокату Максимовой С.Р., а также расходы на оплату заключения специалиста, подтверждены документально, отвечают требованиям разумности.

Помимо этого, суд посчитал, что вследствие необоснованного привлечения к уголовной ответственности Г.И.Е. недополучил за период с 4 октября 2022 года по 16 июня 2024 года доход от коммерческой эксплуатации изъятых у него электрических машинок, что является упущенной выгодой.

Между тем, судом первой инстанции не дано оценки соответствию заявленных реабилитированным Г.И.Е. требований о возмещении имущественного вреда в виде расходов на оказание юридической помощи защитнику – адвокату Максимовой С.Р., сложности и объему материалов уголовного дела, периоду уголовного преследования, объемам фактически выполненной адвокатом работы и продолжительности времени участия защитника в следственных действиях и судебных заседаниях, то есть объективным данным, позволяющим судить о соразмерности вознаграждения фактически проделанной работе, а также не проверено соответствие расчета стоимости оказанных услуг размеру фактически оказанных услуг.

Наряду с этим, суд оставил без внимания, что, согласно п. 3.1 соглашений № 21/уг-2022 от 25 ноября 2022 года и № 21/1г-2/2023 от 1 июня 2023 года, заключенных между адвокатом Максимовой С.Р. и Г.И.Е., гонорар адвоката за оказание юридической помощи составляет 60 000 рублей и 70 000 рублей соответственно.

Однако судом по заявлению Г.И.Е. за оказание ему адвокатом Максимовой С.Р. юридической помощи по соглашению от 25 ноября 2022 года в его пользу взыскано 110 000 рублей, по соглашению от 1 июня 2023 года – 106 000 рублей.

При этом, акты приема-передачи оказанных услуг, предусмотренные п. 3.5 указанных выше соглашений, фиксирующие объем и стоимость юридических услуг, составляемые по завершению оказания услуг, в суд не представлены.

Также, суд не сопоставил, соответствует ли стоимость оказанных адвокатом Максимовой С.Р. юридических услуг, установленная в соглашении, действительной стоимости юридических услуг в пределах рыночных значений, существовавших на момент ее оказания по месту предварительного следствия и судебного заседания, в том числе в ходе апелляционного и кассационного рассмотрения.

Кроме того, удовлетворяя требования Г.И.Е. о возмещении ему упущенной выгоды в связи с отсутствием возможности получать доход от коммерческой деятельности при эксплуатации электрических машинок, суд свои выводы в достаточной степени не мотивировал, надлежащим образом не оценил и не проверил заключение специалиста, в частности, чем именно подтверждается его выручка по оказанию услуг проката детских электрических машинок (при осуществлении Г.И.Е., иными, кроме указанной выше, видами деятельности), сведения об указании в нем 6 детских электрических машинок, цветом: красный – 1, белый – 3, черный металлик – 1, синий глянец – 1, в то время, как в постановлении следователя от 31 мая 2024 года Г.И.Е. были возвращены электроквадрацикл красного цвета, 4 машинки красного цвета, машинка желтого цвета и машинка белого цвета.

Не дана судом оценка и периоду, за который Г.И.Е. просил возместить упущенную выгоду – с 4 октября 2022 года по 16 июня 2024 года, в то время, как оправдательный приговор был вынесен 13 ноября 2023 года, и вступил в законную силу 13 февраля 2024 года, при этом постановлением следователя от 4 октября 2022 года электроквадрацикл красного цвета, 4 машинки красного цвета, машинка желтого цвета и машинка белого цвета было постановлено выдать на ответственное хранение Г.И.Е., и которые были получены им в тот же день, а также тому, что согласно предъявленного Г.И.Е. обвинения, ему вменялось в вину оказание услуг, не отвечающим требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей при использовании лишь одной транспортной игрушки в качестве аттракциона «электромобиль».

Указанные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, они повлияли на законность и обоснованность принятого по делу решения, и не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, в том числе, потому что в представленных материалах отсутствуют материалы уголовного дела, исходя из анализа которых можно проверить и оценить в полном объеме доводы, приводимые сторонами по делу. 

Поэтому суд апелляционной инстанции считает, что постановление об удовлетворении заявления Г.И.Е. о возмещении имущественного вреда в связи с реабилитацией подлежит отмене, материалы дела - передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд, но иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

постановил:

постановление Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 25 апреля 2025 года о возмещении Г.И.Е. имущественного вреда в связи с реабилитацией отменить, материалы дела направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционную жалобу представителя Минфина России (в лице УФК по Удмуртской Республике) Б.А.Т. удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий О.И. Крыласов