Судья Шибаева Л.Б. Дело № 22-2224/2020

76RS0014-02-2020-000351-07

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ярославль 22 октября 2020 года

Ярославский областной суд в составе:

председательствующего Беляевой Л.Н., 

помощника судьи Коробова И.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО9, адвоката Ельчанинова А.В. на приговор Кировского районного суда г. Ярославля от 14 августа 2020 года, которым

ФИО9, 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 293 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, на срок 2 года. 

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

В период испытательного срока возложена обязанность являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, 1 раз в месяц в дни, определяемые уголовно-исполнительной инспекцией.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления осужденного ФИО9 и адвоката Ельчанинова А.В. в поддержание апелляционных жалоб, прокурора Штепен Е.В. об оставлении приговора без изменения, суд

у с т а н о в и л:

ФИО9 признан виновным в халатности, то есть неисполнении и ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 26-27 сентября 2019 года в г. Ярославле при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Виновным себя ФИО9 не признал.

В апелляционных жалобах:

- осужденный ФИО9 указывает о несогласии с приговором, просит приговор отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.

Ссылается на события 26-27 сентября 2019 года, указывает, что в ходе досмотра сказал ФИО1, чтобы он вынул из одежды и обуви шнурки, ФИО1 на его требование ответил, что они не снимаются, «намертво впаяно». Посмотрев на шнурки, которые были на кроссовках, увидел, что они располагаются параллельными линиями, концов шнурков не было, подумал, что шнурки в обуви являются декоративными, вшиты в обувь и не снимаются (до этого неоднократно сталкивался с таким), поэтому не стал требовать снять их.

Считает, что сотрудники ППС, которые доставили ФИО1,2,3,4, а также лица, приглашенные в качестве понятых, не могли слышать разговор, который состоялся между ним и ФИО1. Полагает, что суд незаконно отказал в ходатайстве защитника об исключении показаний ФИО2,3,4, а также понятых из числа доказательств.

Указывает, что ФИО1 был в сознании, адекватен, намерений совершить самоубийство не высказывал, он ориентировался в пространстве и во времени, самостоятельно передвигался.

Приводит сведения о рабочем месте, о том, что единственной возможностью осуществлять наблюдение за камерами у него была, находясь в помещении зала оперативного дежурного. Не отрицает, что держал в руках сотовый телефон, указывает, что это не мешало ему смотреть на монитор, отрывая взгляд от телефона. С целью проверки технического состояния камер (не реже 1 раза в 1 час) выходил около 23 час. 45 мин. в зал помощника оперативного дежурного и через окна в перегородке осмотрел камеры. Указывает, что, наблюдая в монитор, видел, что ФИО1 передвигается по камере, садится на пол в разных частях камеры, нагибается, встает; в его поведении не было ничего необычного. Ввиду того, что размер картинки, выводимой на монитор, был небольшой, а качество изображения низким, он не смог разглядеть действия ФИО1, когда он вынул шнурки из обуви и привязал их к металлической решетке входной двери, а также надел петлю на шею. Считает, что сделал все от него зависящее, чтобы выполнить требования инструкции, а именно осуществлять постоянное наблюдение за задержанными. 

Не соглашается с мнением суда о том, каким образом он должен был наблюдать за задержанными лицами. Считает, что смерть ФИО1 не состоит в причинной связи с тем, что он не изъял у него шнурки и, по мнению суда, не осуществлял постоянное наблюдение. Просит отменить обвинительный приговор и вынести оправдательный приговор.

- адвокат Ельчанинов А.В. в интересах осужденного ФИО9 считает приговор суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона.

Приводит описательно-мотивировочную часть приговора, обстоятельства, характеризующие объективную и субъективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 293 УК РФ. Указывает, что у лица должна быть реальная возможность для надлежащего исполнения своих обязанностей. 

Ссылается, что «трансляция в режиме реального времени, производилась на монитор, установленный в зале оперативного дежурного, в котором и находился ФИО9, с целью наличия у него возможности осуществлять постоянный контроль за задержанными. Вместе с тем, качество изображения, ввиду обстоятельств, не зависящих от ФИО9, не позволяла ему разглядеть действия содержащегося в камере ФИО1». Делает вывод о том, что у ФИО9 по независящим от него обстоятельствам отсутствовала реальная возможность осуществления своих полномочий надлежащим образом, в строгом соответствии с требованиями нормативных актов.

Указывает, что установлен факт несоответствия решетчатой двери в помещении для содержания задержанных требованиям п. 4 Приложения №2 к Наставлениям, утвержденного Приказом МВД России от 30.04.2012 №389 «Об утверждении Наставления о порядке исполнения обязанностей и реализации прав полиции в дежурной части территориального органа МВД России после доставления граждан», предусматривающим Правила оборудования помещений для задержанных. Ссылается, что перегородка и дверь с внутренней стороны обшиваются прозрачным органическим стеклом толщиной не менее 5 мм. Указывает, что надлежащей оценки этому обстоятельству не дано. Делает вывод о том, что «указанное нарушение свидетельствует об отсутствии прямой причинно-следственной связи между бездействием ФИО9 по не изъятию шнурков из обуви задержанного ФИО1 и совершения последним суицида с использованием шнурков и решетки входной двери, к которой имелся доступ – обстоятельством, не связанным с должностными обязанностями ФИО9».

Указывает, что материалы дела не содержат данных о нарушении ФИО9 требований п.п. 14, 15, 16 и 17 должностной инструкции, приводит положения названных пунктов и действия ФИО9 о соблюдении. Вновь повторяет, что ФИО9 в силу независящих от него обстоятельств, возможности осуществления постоянного наблюдения за поведением задержанных, а также их постоянного контроля со своего рабочего места, отсутствовали. Выбранный им способ наблюдения и контроля посредством просмотра видео-трансляции в режиме реального времени с камер наблюдения, выведенной на монитор, установленный в зале оперативного дежурного, был единственно возможным способом. Вместе с тем, по независящим от ФИО9 обстоятельствам (в силу низкого качества изображения) не позволял ему в полной мере контролировать ситуацию в помещениях, где содержались задержанные. 

Не соглашается с мнением суда о том, каким образом ФИО9, полагая, что перегородка между его рабочим местом и помещениями для задержанных препятствует постоянному наблюдению за ними, имел реальную возможность осуществлять постоянное наблюдение за поведением задержанных. 

Считает, что вывод суда о том, что из содержания видеозаписи следует, что, находясь в помещении оперативного дежурного, ФИО9 не пытался осуществлять через монитор наблюдение за задержанными лицами, а проводил время, держа в руке сотовый телефон, глядя на его экран, основан на предположении.

Не соглашается с выводом суда о критическом отношении к показаниям ФИО9 относительно обстоятельств, при которых им в нарушение п. 11 Наставления не были изъяты шнурки из кроссовок ФИО1 при личном досмотре. Оспаривает показания свидетелей ФИО2,3,4,5,6 в ходе предварительного следствия, считает, что их допрос производился с нарушением требований ст. ст. 189-190 УПК РФ. Указывает, что стороной защиты было заявлено ходатайство об исключении этих показаний из числа допустимых доказательств, считает, что суд в удовлетворении ходатайства необоснованно отказал. Ссылается на обстоятельства получения в ходе предварительного следствия показаний свидетеля ФИО7. Указывает, что согласно видеозаписи, изученной в судебном заседании, в момент досмотра ФИО1 в непосредственной близости от ФИО1 и ФИО9 находился лишь ФИО3, остальные находились на значительном удалении, разговаривали между собой и не могли слышать и знать о разговоре, который произошел между ФИО1 и ФИО9 в момент досмотра. 

Считает, что суд дал «неправильную оценку» показаниям указанных свидетелей, кроме этого, не привел показания свидетеля ФИО4, данные в ходе предварительного следствия, сославшись на их аналогичность показаниям свидетеля ФИО4, а также допустил аналогичное нарушение, сославшись на показания свидетеля ФИО6, данные в ходе предварительного следствия, не раскрыв их содержания.

Оспаривает выводы суда о наступлении общественно-опасных последствий, об обстоятельствах, которые суд признал таковыми. Указывает, что ФИО1 был доставлен в дежурную часть в связи с совершением административного правонарушения, а также был задержан в соответствии с требованиями ст. 27.3 КоАП РФ, срок его задержания не превышал 48 часов, право ФИО1 на личную неприкосновенность не нарушалась. На момент доставления в дежурную часть ФИО1 находился в средней степени алкогольного опьянения, что подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения и заключением судебно-медицинской экспертизы. Согласно заключению посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в период, предшествующий смерти, у ФИО1 не выявлено такого эмоционального состоянии, которое могло быть расценено как «предрасполагающее к самоубийству». Делает вывод о том, что ФИО1 не находился в беспомощном состоянии, «его действия по совершению акта суицида не было обусловлено действиями либо бездействием третьих лиц, у ФИО9, как сотрудника органа внутренних дел, исходя из положений ФЗ «О полиции», обязанность по защите жизни и здоровья ФИО1 не возникала». Считает, что суд допустил изменение предъявленного ФИО9 обвинения, необоснованно признал, что следствием допущены технические ошибки.

Автор жалобы считает, что вина ФИО9 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, не нашла своего подтверждения, его виновность установлена судом на основании неправильной оценки доказательств, представленных стороной обвинения, полученных в ходе предварительного следствия с нарушением требований УПК РФ, а также неправильного применения уголовного закона. Просит приговор Кировского районного суда г. Ярославля от 14 августа 2020 года в отношении ФИО9 отменить, вынести оправдательный приговор.

И.о. Ярославского транспортного прокурора Штепен Е.В. подала возражения на апелляционные жалобы осужденного и адвоката, в которых находит приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб и возражения, суд апелляционной инстанции находит приговор в отношении ФИО9 законным, обоснованным и справедливым. 

Судом первой инстанции при соблюдении принципа состязательности сторон, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона исследованы фактические обстоятельства дела, представленные сторонами и имеющиеся в деле доказательства, которые подробно приведены в приговоре, все рассмотренные в судебном заседании доказательства получили оценку при постановлении приговора, выводы суда в приговоре мотивированы.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы отражают позицию стороны защиты в судебном заседании, которая проверена судом и с приведением соответствующих мотивов в приговоре признана несостоятельной. 

Доводы жалоб об отсутствии в действиях ФИО9 состава преступления являются необоснованными, опровергаются материалами дела.

Фактические обстоятельства совершенного преступления, приведенные в приговоре, соответствуют собранным по делу доказательствам. 

Выводы суда о виновности ФИО9 в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах основаны на проверенных в судебном заседании и подробно приведенных в приговоре доказательствах, которым в совокупности дана правильная оценка, соответствующая требованиям ст. 88 УПК РФ. 

Судом с достаточной полнотой исследованы показания потерпевших ФИО8,9; свидетелей ФИО2,3,4,10,11,12,13,14,15,16,17,18,19,20, протоколы осмотра места происшествия, выемки и изъятия дисков с видеозаписями, осмотра указанных дисков с видеозаписями, заключения судебно-медицинской экспертизы, посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, другие письменные материалы дела. 

Вопреки доводам жалобы указанные доказательства, в том числе, показания свидетелей, данные в ходе предварительного следствия, исследованные в судебном заседании в порядке и при наличии оснований, предусмотренных УПК РФ, приведены в приговоре в объеме, достаточном для принятия судом решения. Ходатайство стороны защиты об исключении доказательств из числа допустимых было рассмотрено судом, постановление суда от 5 августа 2020 года является мотивированным (т.4 л.д.36-37). Кроме этого, свидетели, чьи показания в ходе предварительного следствия оспариваются стороной защиты, были допрошены в судебном заседании, в целом они подтвердили ранее данные показания, о чем свидетельствует протокол судебного заседания. 

Суд в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона оценил все рассмотренные в судебном заседании доказательства, указал в приговоре, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты; выводы суда в приговоре мотивированы.

Показания ФИО9 о том, что он надлежащим образом исполнял свои обязанности, на что указывается и в апелляционных жалобах, правильно оценены судом. 

Суд обоснованно указал, что они опровергаются собранными по делу доказательствами, в том числе, показаниями свидетелей, письменными материалами уголовного дела, в приговоре подробно приведены и проанализированы нормативные документы, которыми ФИО9 должен был руководствоваться.

Установлено, что ФИО9, приняв решение о задержании ФИО1 в ходе личного досмотра ФИО1, проведенного 26 сентября 2019 года около 21 часа 00 минут в дежурной части, не изъял у ФИО1 шнурки из кроссовок; а после помещения ФИО1 в специальное помещение для содержания задержанных лиц (СПСЗЛ) ФИО9 не осуществлял постоянное наблюдение за поведением ФИО1, постоянный контроль задержанного. Вследствие не изъятия шнурков из обуви ФИО1 и отсутствия постоянного наблюдения за поведением задержанного ФИО1 в СПСЗЛ 27 сентября 2019 года около 1 часов 23 минут ФИО1 совершил самоубийство путем повешения с использованием петли, изготовленной из шнурков кроссовок, прикрепленной к дверной решетке. Причиной смерти ФИО1 явилась механическая странгуляционная асфиксия от сдавления органов шеи петлей при повешении.

Ненадлежащее исполнение ФИО9 своих обязанностей выразилось в том, что, проводя личный досмотр, он не изъял у ФИО1 шнурки из кроссовок. Неисполнение ФИО9 своих обязанностей выразилось в том, что он не осуществлял постоянное наблюдение за поведением задержанного ФИО1, постоянный контроль задержанного. 

Факт того, что ФИО9 не изъял шнурки из кроссовок и шнурки из спортивных брюк ФИО1 установлен; помимо показаний самого ФИО9 подтверждается показаниями сотрудников ППСП ФИО2,3,4, понятых ФИО5,6, протоколом об административном задержании ФИО1, в котором отсутствуют сведения об изъятии шнурков.

Вопреки доводам жалоб показания свидетелей ФИО 2,3,4 о том, что они не слышали, как ФИО9 предлагал ФИО1 вытащить шнурки из кроссовок и спортивных брюк, ФИО1 указанные предметы не изымал, подтверждаются видеозаписями. На них зафиксировано, что ФИО1 самостоятельно достал из карманов одежды ряд предметов, затем ФИО9 осмотрел карманы его одежды, при этом попыток достать шнурок из спортивных брюк и шнурки из кроссовок ФИО1 не предпринимал. 

Правильно оценены судом и показания ФИО9 о том, что шнурки на кроссовках несъемные, а шнурок из спортивных брюк он не мог достать без нарушения его целостности ввиду наличия узлов. Они опровергаются показаниями потерпевшего ФИО8 о том, что шнурки из кроссовок, которые он отдал брату, хорошо вынимались, данными видеозаписи о том, что ФИО1, чтобы вытащить каждый шнурок из кроссовок потратил около 30 секунд, то есть за 1 минуту вытащил оба шнурка. Шнурок из брюк был изъят без повреждений, каких-либо узлов и повреждений не имел, что подтверждается данными протоколов осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключением эксперта, которые также правильно оценены судом.

Запрет на нахождение при задержанных лицах шнурков прямо следует из Перечня продуктов питания, предметов первой необходимости, обуви, одежды, которые задержанные лица могут иметь при себе, хранить и получать в передачах (приложение №4 к Наставлению).

Оценивая показания ФИО9, суд правильно указал, что требование инструкции об осмотре не реже 1 раза в час относится к техническому состоянию комнат для содержания задержанных лиц, а не к наблюдению и контролю за задержанными, которые должны осуществляться постоянно в силу п. п. 16 и 17 должностной инструкции.

Иные обстоятельства, на которые обращается внимание в жалобах, также оценены судом и не исключают обязанность исполнения требований должностной инструкции и ответственность за их нарушение. 

Доводы жалобы о том, что у ФИО9 по независящим от него обстоятельствам отсутствовала реальная возможность осуществления своих полномочий надлежащим образом, несостоятельны. 

Суд обоснованно указал, что кроме задержанных ФИО 1 и 7 иные лица в дежурную часть до обнаружения смерти ФИО1 не доставлялись, таким образом, ничего не должно было отвлекать ФИО9 от выполнения его обязанностей по постоянному наблюдению за поведением задержанных и контролю за ними. Вместо этого ФИО9 ушел в помещение оперативного дежурного, где имелся монитор с трансляцией происходящего в камерах для задержанных, хотя, по его мнению, качество изображения было низким и не позволяло рассмотреть действия задержанных. При этом, из содержания видеозаписи следует, что, находясь в помещении оперативного дежурного, ФИО9 также не пытался осуществлять через монитор наблюдение за задержанными, а проводил время, держа в руке сотовый телефон, глядя на его экран. 

Вопреки доводам жалобы указанный вывод суда основан не на предположении, а на анализе содержания видеозаписи.

Доводы жалоб о том, что смерть ФИО1 не состоит в причинной связи с тем, что ФИО9 не изъял шнурки из обуви ФИО1, не осуществлял постоянное наблюдение, обоснованно признаны судом несостоятельными. Смерть потерпевшего наступила в результате асфиксии от сдавления органов шеи петлей при повешении. ФИО1 повесился на шнурках из своих кроссовок, которые не изъял ФИО9; ввиду отсутствия постоянного наблюдения за задержанным ФИО9 не видел и не пресек действия ФИО1 по приготовлению и совершению самоубийства. В приговоре подробно приведено содержание видеозаписи, действия ФИО1, из видеозаписи следует, что с момента, когда ФИО1 надел на шею петлю и сел с целью повешения, до момента его обнаружения прошло около 10 минут.

Вопреки доводам жалоб судом правильно оценены и наступившие общественно-опасные последствия, указано, в чем выразилось существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, выводы суда в приговоре подробно мотивированы.

Нельзя признать обоснованными доводы жалобы о том, что суд допустил изменение предъявленного ФИО9 обвинения. Данных об изменении содержания предъявленного ФИО9 обвинения, которое может нарушать права подсудимого, приговор не содержит, а исправление технических ошибок, о которых указано в приговоре, таким изменением не является, положение подсудимого не ухудшает. 

Таким образом, обстоятельства и доказательства, на которые обращается внимание в апелляционных жалобах осужденного и адвоката, исследованы и оценены судом, выводы суда в приговоре мотивированы; собранных по делу доказательств достаточно для правильного разрешения дела. При исследовании доказательств и их оценке нарушений уголовно-процессуального закона судом не допущено. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения уголовно-процессуального закона, правила оценки доказательств. 

Действия ФИО9 квалифицированы по ч. 2 ст. 293 УК РФ, халатность, то есть неисполнение и ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности смерть человека. Выводы суда в приговоре мотивированы, все юридически значимые для квалификации действий осужденного обстоятельства нашли отражение в приговоре, правильно оценены судом. 

При назначении наказания ФИО9 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Приговор Кировского районного суда г. Ярославля от 14 августа 2020 года в отношении ФИО9 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката Ельчанинова А.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Беляева Л.Н.