Дело № 2-150/19

УИД 26RS0001-01-2018-009589-52

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 апреля 2019 года город Ставрополь

Промышленный районный суд города Ставрополя в составе: 

председательствующего по делу судьи Коваленко О.Н.,

при секретаре Локтионовой Т.П.,

с участием: 

представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующей по доверенности от 03.09.2018г.,

ответчика ФИО3 и ее представителей ФИО4, действующей по доверенности от 22.10.2018г., ордеру № № от 26.10.2018г., и ФИО5, действующего по ордеру №С № от 02.04.2019г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО6, ФИО3 А. П. А.Б. о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском (впоследствии уточненным) к ФИО3, ФИО6, П. А.Б.о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, истребовании имущества из чужого незаконного владения.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что в период с 02.11.2005г. по 09.07.2013г. состоял в зарегистрированном браке с ФИО3 После расторжения брака продолжали состоять в фактических брачных отношениях до мая 2018г. В период брака были приобретены объекты недвижимости, расположенные по адресу: 

<

адрес>: 

склад (незавершенный строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489, 3 кв.м., с кадастровым номером №;

5/8 в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером №Е;

склад (незавершенный строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358, 5 кв.м., с кадастровым номером №Л.

13.02.2014г. заключил мнимые сделки с ФИО6 и формально собственником этих объектов до 08.12.2015г. был он. 08.12.2015г. он также заключил мнимые сделки с ФИО3 и формально право собственности на вышеперечисленные объекты недвижимости перешло к ФИО3

Так как сделки были мнимыми и фактически не исполнялись, то вышеуказанные объекты недвижимости никогда не выходили из его фактического владения и использования.

Имущество ФИО6 не передавалось. Расчеты по договорам не производились как ФИО6 по договорам купли-продажи от 13.02.2014г., так и ФИО3 по договорам от 08.12.2015г.

Данные объекты фактически находились в собственности истца до момента прекращения фактических брачных отношений с ФИО3

После расторжения брака на основании решения Промышленного районного суда 

<

адрес> от 07.11.2014г. истцом приобретено право собственности на объект назначение – нежилое с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475.

Данное имущество было достроено истцом и по мнимому договору купли-продажи от 30.10.2015г. продано ФИО3 Однако, фактически договор купли-продажи данного недвижимого имущества также не исполнялся. Договор был заключен в период фактического совместного проживания с ФИО3 Имущество ФИО3 не передавалось, расчеты по договору не производились.

Также возведено и на основании договора аренды земельного участка и разрешения на строительство 05.03.2014г. зарегистрировано право собственности на незавершенный строительством объект, назначение нежилое, площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21%, с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475.

По мнимой сделке 14.04.2014г. право собственности на этот объект недвижимости зарегистрировано за ФИО6 В последующем также по мнимой сделке от 21.11.2015г., совершенной между ФИО6 и ФИО3, право собственности на вышеуказанный объект недвижимости зарегистрировано за ФИО3, с которой он состоял в фактических брачных отношениях. 

Однако, фактически договоры купли-продажи данного объекта недвижимости между истцом и ФИО6 и последующий договор между ФИО6 и ФИО3 не исполнялись. Имущество ФИО6 не передавалось. Расчеты по договорам не производились как ФИО6, так и ФИО3

Все перечисленные объекты недвижимости фактически находились в пользовании и владении истца до момента прекращения фактических брачных отношений с ФИО3

О том, что сделки фиктивные и не влекут за собой никаких правовых последствий, знали и ФИО6 и ФИО3 

Указывает, что формальное изменение собственника имущества было необходимо для наиболее эффективного управления указанным имуществом и обеспечения возможности наследования этого имущества только их детьми с ФИО3, но фактически производить отчуждение своего имущества не собирался и не делал этого.

На момент заключения вышеназванных сделок ни истец, ни ФИО6, ни ФИО3 не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, фактически спорное имущество друг другу не передавали, расчеты по сделкам не производили. Стороны при заключении договоров купли-продажи не имели намерений исполнять данные договоры и не требовали их исполнения.

Также стало известно, что ФИО3 произвела отчуждение объектов недвижимости, заключила договоры купли-продажи 22.06.2018г. со своей матерью П. А.Б., заведомо зная, что собственником этих объектов недвижимости является истец, который не давал согласие на их отчуждение, что она совершает действия по отчуждению имущества вопреки его воле. Безусловно, знала об этом и П. А.Б.

Указывает, что при совершении сделок между ФИО3 и П. А.Б. допущено злоупотребление правом, что влечет их ничтожность в силу ст. 10 ГК РФ и 168 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество у лица, которое возмездно приобрело имущество у лица, которое не имело право его отчуждать, во всех случаях.

Считает, что П. А.Б. является недобросовестным приобретателем, в связи с чем он имеет право истребовать у нее принадлежащее ему имущество.

Просит суд признать недействительными (ничтожными) сделки:

- договор купли-продажи от 13.02.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости: склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 13.02.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости - 5/8 долей в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности, инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером №Е, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 13.02.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости - склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358,5 кв.м., с кадастровым номером №Л, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 08.12.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости – склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358,5 кв.м., с кадастровым номером №Л, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 08.12.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости - 5/8 долей в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности, инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 08.12.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости – склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 30.10.2015г., заключенный между ФИО1 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости: здание, назначение: нежилое, с кадастровым номером №, общей площадью 454,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475,

- договор купли-продажи от 14.04.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости: нежилого здания площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21%, с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475,

- договор купли-продажи от 21.11.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости: нежилого здания площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21%, с кадастровым номером №8, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475.

Истребовать из чужого незаконного владения П. А.Б. объекты недвижимости:

- здание, назначение нежилое, кадастровый №, площадью 454,8 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475;

- объект незавершенного строительства – нежилое здание площадью 1363,9 кв.м. степень готовности 21%, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, квартал 475,

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 498,3 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>,

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 358,5 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>.

Аннулировать из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности за П. А.Б. на вышеуказанные объекты недвижимости.

Применить последствия ничтожной сделки и аннулировать запись о регистрации права собственности за ФИО3 на 5/8 долей в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства – административное здание, 97% готовности, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, надлежащим образом извещен о времени и месте слушания дела, о причинах неявки суду не сообщил, представил суду письменные пояснения по делу, где указал, что в период с дата по дата состоял в браке с ФИО3. В период брака им, на полученные в кредит денежные средства были приобретены и в последующем достроены объекты недвижимости, являющиеся предметом спора, а именно:

склад (незавершенный строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489, 3 кв.м., с кадастровым номером №;

5/8 в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером №;

склад (незавершенный строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358, 5 кв.м., с кадастровым номером №

дата официально зарегистрированный брак между ним и ФИО3 расторгнут, однако это не привело к фактическому расторжению между ними семейных и деловых взаимоотношений, поскольку они фактически проживали совместно, вели общее хозяйство, воспитывали двоих малолетних детей, вели общий бизнес и совместно пользовались имуществом. Поскольку фактически брачные и имущественные взаимоотношения между ними не прекращались, то совместно нажитое имущество между нами не делилось, и спор о праве на данное имущество между ними отсутствовал.

В ходе ведения бизнеса и управления всем недвижимым имуществом их семьи ФИО3 выполняла обязанности бухгалтера. Она его убедила, что для удобства ведения бизнеса, исчисления и уплаты налогов, необходимо формально заключить договоры по отчуждению вышеназванного имущества сначала ФИО6, а потом с ней, а она, в свою очередь, зарегистрируется в качестве предпринимателя, для сдачи этого имущества в аренду, семья будет иметь стабильный доход и все недвижимое имущество останется под его контролем.

дата по рекомендации ФИО3 он заключил мнимые договоры купли-продажи с ФИО6, которые фактически правовых последствий не влекли, поскольку денежных средств по договору купли-продажи он не получал, фактически имущество ФИО6 не передавал, данное имущество продолжало оставаться под его контролем. Им в указанный период предпринимались меры к содержанию и улучшению этого имущества, обеспечению его охраны, его использованию, при этом формально собственником этих объектов до дата был ФИО6 

дата ФИО6 заключил также мнимые сделки по продаже этого имущества ФИО3 и формально право собственности на вышеперечисленные объекты недвижимости перешло к ней. 

Заключенные и оспариваемые в данном судебном заседании сделки были мнимыми, поскольку они фактически не исполнялись, объекты недвижимости никогда не выходили из его фактического владения и пользования, бремя содержания данного имущества, его сохранения и улучшения нес он до мая 2018 года.

Имущество им фактически ФИО6 не передавалось, равно как и ФИО6 не передавал спорного имущества ФИО3, расчеты по договорам от дата и дата сторонами не производились, что ФИО6 признает в полном объеме.

Данные объекты недвижимости находились фактически в его собственности до мая 2018 г., то есть до момента прекращения фактических брачных отношений с ФИО3 и использовались в интересах их семьи: его, ФИО3 и их детей. 

Кроме того, после расторжения брака с ФИО3, на основании решения Промышленного районного суда 

<

адрес> от дата им приобретено право собственности на нежилой объект с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес> в, в квартале 475.

Данное имущество достроено и по договору купли-продажи от дата, по предложению ФИО3 для удобства ведения бизнеса, поскольку она была зарегистрирована в качестве предпринимателя, передано ей по мнимому договору купли-продажи, который ими заключался так же формально, без намерений создать правовые последствия данной сделки. Фактически, договор купли-продажи данного недвижимого имущества не исполнялся, расчеты по договору не производились, имущество в единоличное пользование ФИО3 не передавалось, имущество оставалось в их семье и из-под его контроля не выбывало. Договор был заключен в период их с ФИО3 фактического совместного проживания и недвижимость использовалась им в интересах семьи, им производились улучшения данного имущества, обеспечение его сохранности.

Так же им возведено и, на основании договора аренды земельного участка и разрешения на строительство дата, зарегистрировано право собственности на незавершенный строительством объект, назначение нежилое, площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21 %., с кадастровым номером №8, расположенное по адресу 

<

адрес>, в квартале 475.

По мнимой сделке от дата право собственности на этот объект недвижимости зарегистрировано за ФИО6 В последующем также по мнимой сделке от дата, совершенной между ФИО6 и ФИО3 право собственности на вышеперечисленный объект недвижимости зарегистрировано за ФИО3, с которой он состоял в фактических брачных отношениях. Фактически договоры купли-продажи данного объекта недвижимости между ним и ФИО6 и последующие договоры между ФИО6 и ФИО3 не исполнялись. Имущество ФИО6 не передавалось, а соответственно он не передавал этот объект недвижимости ФИО3, расчеты по договорам не производились как ФИО6, так и с ФИО3, что ФИО6 признал в полном объеме в суде.

Все вышеперечисленные спорные объекты недвижимости до мая 2018 года фактически находились в его пользовании и владении до момента прекращения по инициативе ФИО3 фактических брачных и деловых (имущественных) отношений между нами. 

В необходимости заключения всех вышеперечисленных сделок по отчуждению имущества в пользу ФИО3, со ссылкой на удобство ведения бизнеса и исчисления налогов, его убедила сама ФИО3, которой он доверял безгранично во всем.

О полном доверии, наличии между у ними имущественных отношении и совместном пользовании всем имуществом даже после расторжения брака свидетельствует имеющаяся в материалах дела доверенность, в которой он в 2014 году предоставляет ФИО3 право пользоваться и распоряжаться всем принадлежащим ему имуществом, в том числе и правом отчуждения принадлежащего ему имущества. Данная доверенность выдавалась им на 3 года и не отзывалась.

Для того, чтобы убедить его в искренности своих намерений, ФИО3 дата составила нотариально заверенное завещание, согласно которому все принадлежащее ей имущество на случай её смерти, она завещала ему. В последующем, после прекращения фактических брачных отношений, в июле 2018 года, ею подготовлено распоряжение об отмене завещания.

Все названное еще раз свидетельствует о наличии после дата между ним и ФИО3 не только фактических семейных, но и имущественных, деловых взаимоотношении.

В своих возражениях на исковое заявление ФИО3 указывает, что видом её предпринимательской деятельности и источником дохода в 2014 году являлась сдача недвижимого имущества в аренду.

Согласно представленных ею документов, она зарегистрирована в качестве предпринимателя с дата. Заявляя о финансовой состоятельности на момент заключения оспариваемых сделок, ФИО3 представила суду декларации о доходах за 2014 и 2015 годы. При этом, доказательств наличия у нее на момент получения доходов права собственности на какие-либо объекты недвижимости не представлено. Такие доказательства отсутствуют.

В аренду ФИО3 сдавала безвозмездно переданное ей сначала им, а в последующем ФИО6 недвижимое имущество, которое в настоящее время является предметом спора, о чем ФИО3 умышленно умалчивает. При этом, в подтверждение осуществления предпринимательской деятельности ФИО3 представлены не договоры аренды, а договоры субаренды, что еще раз свидетельствует об отсутствии у неё принадлежащего на праве собственности имущества, которое она могла бы сдавать в аренду. 

Все полученные ею в 2014 и 2015 годах доходы от сдачи в аренду переданного им и ФИО6 недвижимого имущества направлялись на содержание этого же спорного имущества, его улучшения (дальнейшего строительства, ремонта, реконструкции), уплату налогов, а прибыль оставалась в семье. Доходов от иной деятельности у ФИО3 не имелось.

Все вышеназванное еще раз свидетельствует о мнимости сделок, по которым ФИО3 зарегистрировала за собой право собственности на спорное имущество.

Указанные в возражениях на исковое заявление доводы о наличии у ФИО3 денежных средств для приобретения спорного имущества не соответствуют действительности. Доказательства тому, что денежные средства снимались со счетов ФИО3 для расчетов по договорам купли-продажи путем передачи денежных средств наличным платежом, либо доказательств перечисления денежных средств безналичным платежом, ответчиком не представлено. На наличие таких доказательств она не ссылалась.

Все вышеназванное свидетельствует о мнимости, безденежности договоров купли-продажи спорного имущества, заключенных с ФИО3, поскольку они совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия. До мая 2018 года, он сохранял контроль над всем спорным имуществом, что подтверждается, в том числе, показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.

О том, что сделки мнимые и не влекут за собой никаких правовых последствий знали он, ФИО6 и ФИО3, никто не желал наступления правовых последствий в виде реального перехода права собственности на объекты недвижимости. Все знали и понимали, что совершаются мнимые сделки, для вида, что имущество из его собственности не выбывает, что данные действия совершены на время, тем более, что после того, как право на спорные объекты было зарегистрировано за ФИО3 оно не только фактически, но и юридически возвратилось в собственность их семьи. 

В июле 2018 года ему стало известно, что ФИО3 произвела отчуждение объектов недвижимости, а именно дата и дата она заключила со своей матерью - П. А.Б. договоры купли-продажи объекта незавершенного строительства по адресу: 

<

адрес>Г, 

<

адрес>, кадастровый №; здания по адресу 

<

адрес> В, 

<

адрес>, кадастровый №; объекта незавершенного строительства по адресу 

<

адрес> в 

<

адрес>, кадастровый №; объекта незавершенного строительства по адресу 

<

адрес>Г 

<

адрес>, кадастровый №, заведомо зная, что она не имела права его отчуждать данное имущество, поскольку она не является собственником. ФИО3 знала, что он против отчуждения имущества нашей семьи, но совершила отчуждение имущества вопреки его воле. Знала об этом и П. А.Б., которая является матерью ФИО3, она знала обо всем, что происходит в их семье.

Данные сделки заключены ФИО3 под влиянием и в сговоре с её сожителем ФИО7, который действовал, как следует из условий договоров, в интересах её матери П. А.Б., проживающей в 

<

адрес>, по доверенности. Однако доверенность в материалах регистрационного дела, представленного суду, отсутствует, и её действительное наличие вызывает большие сомнения.

Данные сделки так же мнимы, поскольку фактически, недвижимое имущество осталось во владении и пользовании ФИО3 и её сожителя ФИО7 При этом П. А.Б., проживающая в 

<

адрес>, данным имуществом никогда не пользовалась, фактически данное имущество ей не передавалось. Никто из допрошенных в судебном заседании свидетелей не указал на П. А.Б., как на нового владельца спорного имущества. Доказательств действительного исполнения заключенных договоров ответчиками ФИО3 и П. А.Б. не представлено. Более того, цена отчуждаемого ФИО3 имущества значительно занижена и не соответствует ни кадастровой его стоимости, ни стоимости этого имущества, отраженной в ранее заключенных договорах купли-продажи. 

ФИО3, действуя согласовано с сожителем ФИО7 и матерью П. А.Б. совершая сделки со своей матерью, заведомо знала, что фактическим собственником спорного имущества является он, и что она не имеет права на его отчуждение.

В нарушение п.п. 3, 4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ, ФИО3 и её мать П. А.Б. действовали заведомо недобросовестно, злоупотребляя своим правом и исключительно с намерением причинить ему вред, оставив без средств к существованию и без имущества, совместно нажитого в браке с ФИО3 

У П. А.Б. отсутствовали намерения приобретать объекты недвижимости для осуществления полномочий собственника, а именно для владения и пользования ими, а также для извлечения выгоды в виде получения денежных средств от сдачи имущества в аренду либо для дальнейшего его использования, поскольку в настоящее время пользуется данным имуществом ФИО3, что свидетельствует о мнимости сделок, заключенных между П. А.Б. и ФИО3

Все вышеназванное указывает на формальный характер сделок, которые ФИО3 заключила с П. А.Б., злоупотребляя своим правом, и их мнимость. Заключая оспариваемые договоры, стороны не намеревались создать соответствующие им юридические последствия, сделки были формальными, а спорное имущество находилось под его контролем и в его владении, как до совершения сделок, так и после их заключения, что свидетельствует о мнимости сделок по которым право собственности на спорное недвижимое имущество переходило к ФИО6, ФИО3, а в последующем и к П. А.Б.

Полагал, что доводы ответчика ФИО3 и её представителей о пропуске им срока для обращения в суд с иском об оспаривании вышеназванных сделок, являются необоснованными, т.к. срок исковой давности не начинал течь, поскольку оспариваемые им договоры купли-продажи недвижимого имущества, заключенные с ФИО6, фактически не исполнялись, что ответчик ФИО6 признал в своем заявлении в суд.

О фактическом исполнении ФИО3, оспариваемых сделок в части из которых он являлся стороной сделки, а в части – нет, он узнал в мае 2018 года, когда ФИО3 приступила к фактическому исполнению сделок, ограничив ему ранее беспрепятственный доступ к имуществу – объектам недвижимости, запретив охране пускать его на территорию, где расположено спорное имущество, заблокировав доступ к счетам, на которые поступали денежные средства от сдачи их спорного имущества в аренду и отозвав ранее написанное на его имя завещание.

С учетом разъяснений, данных в абз. 3 п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата №, согласно которым трехлетний срок исковой давности исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, срок исковой давности им не пропущен.

Мнимые сделки по отчуждению спорного имущества, заключены между ФИО3 и П. А.Б. в июне 2018 года. До настоящего времени данные сделки фактически не исполнены, доказательств обратному ответчики не представили и на наличие тому доказательств они не ссылались. В связи с чем, трехгодичный срок для оспаривания данных сделок им так же не пропущен.

Вместе с тем, если, несмотря на вышеперечисленные доводы, суд прейдет к выводу о пропуске им срока для обращения в суд с соответствующими исковыми требованиями о признании ничтожными сделок, то, с учетом его правовой некомпетентности и с учетом того, что о нарушении своего права он узнал лишь в мае 2018 года при обстоятельствах, изложенных выше, просил восстановить срок для обращения с иском в суд, признав причины пропуска данного срока уважительными.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, с участием его представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 исковые требования поддержала, дала пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении. Просила требования удовлетворить в полном объеме, признать оспариваемые сделки между ФИО1 и ФИО6, ФИО6 и ФИО3, Гладких и ФИО3 ничтожными, истребовать у П. А.Б. из чужого незаконного владения спорное имущество, передав его в собственность ФИО1 Применить последствия недействительности сделки.

Ответчик ФИО3 исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать. Пояснила, что имела финансовую возможность приобрести имущество по оспариваемым сделкам, поскольку осуществляла предпринимательскую деятельность и имела доход. Часть имущество, полученное по сделкам, она продала своей матери П. А.Б. по договорной цене. А, кроме того, у нее были перед матерью долговые обязательства, в счет которых она и передала указанное имущество.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 исковые требования не признала, представила отзыв на исковые требования ФИО1, из которого следует, что ФИО1 и ФИО3 состояли в зарегистрированном браке с дата по 22.06.2013г. Бывшие супруги продолжали проживать совместно, однако, официальное расторжение брака основано на волеизъявлении ФИО3 и ФИО1 прекратить режим общей совместной собственностью супругов, так как ФИО1 проявлял себя во время брака как ненадлежаший в смысле материального обеспечения семьи, супруг. У ФИО1 существовали многочисленные долговые обязательства перед третьими лицами.

ФИО3 с 15.07.2014г. является индивидуальным предпринимателем (вид предпринимательской деятельности – сдача в аренду помещений). ФИО3 сдает в аренду находящиеся в ее собственности помещения, добросовестно уплачивает необходимые налоги, коммунальные платежи. После расторжения брака у ФИО1 был доступ к оспариваемым помещениям. Он не касался ни заключаемых договоров аренды, ни оплаты коммунальных услуг. ФИО3 владела, пользовалась и распоряжалась принадлежащими ей помещениями открыто и добросовестно.

Ответчик могла финансово позволить приобрести объекты недвижимости у истца и второго ответчика по делу ФИО6, что она и сделала, оплатив суммы сделок в полном объеме до заключения договоров купли-продажи. ФИО6 является родственником ФИО1, отношения между ним у ФИО3 были доверительные. По этой причине расписки как самостоятельный документ между ними по заключаемым сделкам не оформлялись, обе стороны сделок посчитали достаточным включение отдельных пунктов в заключенные договоры об условиях оплаты.

Указывает, что заключенные между ФИО3, ФИО6 и ФИО1 сделки купли-продажи были реальными, денежными, не противоречат основам правопорядка, совершены с целью наступления соответствующих правовых последствий в виде перехода права собственности, являются исполненными, контроль с момента перехода права собственности находится у ФИО3, которая несет бремя его содержания, фактически им владеет, пользуется и частью оспариваемого имущества распорядилась.

На момент заключения оспариваемых сделок истец и ответчик в зарегистрированном браке не находились, режима общей совместной собственности у супругов между ними не существовало. За время нахождения в законном браке супругами было нажито и иное имущество, не относящееся к предмету спора, поэтому рассматривать вопросы о совместно нажитом имуществе супругов не представляется возможным, с учетом истекшего срока исковой давности. Полагает, что ФИО1 не может являться надлежащим истцом о споре, о признании недействительными (ничтожными) сделки, заключенные между ФИО6 и ФИО3, поскольку он не являлся субъектом спорных правоотношений.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Считает, что ФИО1 был своевременно осведомлен о совершенных сделках, то есть на дату их заключения, как и о том, что в зарегистрированном браке с ФИО3 он не состоит.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Просит применить срок исковой давности и в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО5 в судебном заседании против заявленных требований возражал по основаниям, изложенным выше.

Ответчики ФИО6, П. А.Б., представитель третьего лица – Управления Росреестра по 

<

адрес> не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте слушания дела. 

От ответчика ФИО6 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, где указано, что с исковыми требованиями ФИО1 он согласен в полном объеме, последствия признания иска, предусмотренные ст. 173 ГПК РФ ему понятны. Просил заявленные требования удовлетворить.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №1 суду пояснил, что с 2002 г. знаком с ФИО1 и ФИО3, общались плотно, семьями дружили, встречались очень часто. Ему известно, что ФИО1 сам приобрел базу, которая находится на 

<

адрес>, потом он начал с ФИО3 встречаться и вскоре они поженились. База представляла собой участок земли, на котором находится два ангара, и еще какое-то здание было. Когда ФИО1 и ФИО3 вместе жили, они очень много еще построили вместе. ФИО1 рассказывал, что у них есть участок, на котором они собирались строить вторую базу, где-то в том же районе. В прошлом году стало известно от ФИО1, что все имущество оформлено на ФИО3, у ФИО1 ничего нет по документам, хотя знает, что все изначально строил ФИО1, с людьми договаривался, все вопросы решал сам. Занимались оба, но всегда последнее слово, решения принимал ФИО1, он хозяин. Когда были оформлены объекты недвижимости на ФИО3 и в связи с чем, не знает. Сейчас этими объектами недвижимости ФИО1 не пользуется, он вообще без ничего остался. Ему даже жить негде. ФИО1 приехал и рассказал, что ФИО3 ушла к другому человеку, а детей оставила с ним. Потом между ними начались споры по разделу имущества. Известно, что в 2006-2007 годах, у ФИО1 были долги и финансовые обязательства, как и у всех коммерсантов, о размере долговых обязательств неизвестно.

Свидетель Свидетель №2 суду пояснил, что с ФИО1 познакомился примерно в 2012 году, когда работал в банке юристом. ФИО1 обслуживался в банке, кредитовался, его фирма была на кассовом обслуживании. По роду своей деятельности смотрел его залоги, и залоги его фирмы «Омега». С ФИО3 познакомился примерно в 2017 года. В этом году у банка, где работал, отобрали лицензию, когда об этом узнал ФИО1, он предложил работу у него юристом. ФИО1 и ФИО3 были семьей, до весны 2018 года. Они были в браке, потом официально развелись, но продолжали проживать вместе. Причина развода ему не известна. Оказывал юридическую помощь, касающуюся имущества, находящегося по 

<

адрес> г и 

<

адрес> же известно, что объекты, которые находились на 

<

адрес> г, изначально были оформлены на ФИО1, а объекты, которые находились на 

<

адрес>, были оформлены на ФИО3 Когда увидел документы на имущество, расположенное по 

<

адрес>, там уже была хозяйка ФИО3 Каким образом это имущество оказалось оформлено на ФИО3 не известно. Действия ФИО1 и ФИО3 не были направлены друг против друга в отношении указанного имущества, а на счет согласования их действий между ними, ему не известно. Все вопросы оговаривал с ФИО1, ФИО3 слышала эти разговоры и никаких возражений не высказывала. ФИО3 вела бухгалтерию всех предприятий, окончательные решения и распоряжения отдавал ФИО1, организатором был он, все проблемы улаживал тоже он. Также известно, что объекты, находящиеся на 

<

адрес>, были построены на кредитные средства, полученные в Промстройбанке. У Гладких по кредитным обязательствам были проблемы с Промстройбанком, но решал он их сам, его к этому делу не подключал, знает, что в счет погашения задолженности он отдал часть объектов недвижимости. В оформлении сделок участвовал, готовил документы для переоформления имущества с ФИО1 на ФИО3 и сыновей. Оформляя имущество на супругу, Гладких пояснял, что доверяет ей как человеку, пояснял, что он инвалид и оформляет все на свою супругу, мало ли что с ним может случиться, а жена точно детей своих не бросит. Поэтому пусть будет все на ней, старшие сыновья об этом знали, и конфликтных ситуаций с ними не было, и до весны 2018 года, Гладких и ФИО3 действовали совместно как семья. У ФИО1 два старших сына, от предыдущего брака.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №3 суду пояснил, что ФИО6 является его племянником, с остальными участниками процесса в родственных связях не состоит. Знаком со всеми сторонами по делу, кроме П. А.Б. С ФИО1 в августе 2001 года его познакомил двоюродный брат, который работал у ФИО1 ФИО8 предложил работать у него, он согласился и был назначен на должность заместителя по строительству. ФИО1 приехал с Дальнего Востока, где у него был свой бизнес. По приезду сюда он решил заняться бизнесом. В этот момент ФИО3 рядом с ним не было, было известно, что он разведен. ФИО3 появилась в конце 2001г., начале 2002 года, они еще женаты не были. Первая база на 

<

адрес> г, была спроектирована и построена Гладких. ФИО3 принимала не значительное участие в бизнесе, она работала в его фирме, но к строительству никого отношения не имела. Вторая база на 

<

адрес>, также была построена только Гладких. Собственником имущества по документам был ФИО1 до 2013 года. Потом он переписал все свое имущество на ФИО3, но также продолжал управлять им. Известно, что часть имущества оформили на ФИО3, а часть на племянника ФИО6, но никаких денег за это имущество ФИО6 не получал. А с ФИО6 имущество переписали обратно то ли на ФИО1, то ли на ФИО3 Свидетель пояснил, что на пенсию вышел в 2015г., но потом все равно продолжал сотрудничать с ФИО1 по мелочам, примерно до мая 2018г., когда все эти события пошли, уже было не до строительства, он уже ничего там не делал. До мая 2018 года ФИО1 и ФИО3 проживали вместе, были одной семьей, приезжали к нему в гости, то, что они фиктивно развелись, он узнал гораздо позже. ФИО1 как-то позвонил и рассказал, что ФИО3 ушла. Когда ФИО3 ушла, несколько месяцев они еще продолжали управлять этим имуществом вместе. ФИО1 говорил, что они собираются имущество поделить, говорил, что не будет семейных отношений, но будет семейный бизнес, потом что-то пошло у них не так, и он сказал, что ФИО3 заявила, что все имущество принадлежит ей. Также от ФИО1 узнал, что все имущество ФИО3 переписала на свою мать.

Свидетель Свидетель №4, допрошенный в судебном заседании, суду пояснил, что знаком с ФИО1, с 2008-2009г. работал у него главным инженером. ФИО3 работала вместе с ФИО1 Фирма называлась «Кромвель», в обязанности свидетеля входило строительство зданий и сооружений, на территории города строили базу на 

<

адрес> г., в своей работе он подчинялся ФИО1, ФИО3 приходилась ФИО1 супругой. Ему известно, что собственником зданий на 

<

адрес> г, являлся ФИО1 По поводу оформления, переоформления объектов недвижимости ничего не известно.

Свидетель Свидетель №5 пояснил, что знаком с ФИО1, арендует с 2012г. у него помещение на 

<

адрес>, ФИО3 заочно знает. Заключал договор аренды с ФИО1, он выступал собственником, все вопросы обсуждались только с ним. Месяца 3-4 ФИО1 не видел на базе, до этого времени часто с ним там встречался.

ФИО9, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля пояснил, что является сыном ФИО1, является индивидуальным предпринимателем. Ему известно, что ФИО1 и ФИО3 развелись формально, в 2013 году из-за финансовых проблем. Он также помогал отцу в бизнесе, но руководил всем ФИО1 ФИО3 и ФИО1 вместе участвовали в бизнесе. Все сделки, которые оспариваются в настоящем процессе, были формальные, все об этом знали. Он был свидетелем всех сделок между ФИО10 и Гладких, и Гладких и ФИО3. Условия сделок неоднократно обсуждались в его присутствии. Предполагалось, что формальное изменение собственника это временно. Деньги по сделкам никто никому не передавал. После заключения сделок ничего не поменялось, ФИО1 и ФИО3 продолжали жить вместе, всем имуществом распоряжался и управлял ФИО1 

После прекращения совместного проживания, ФИО3 обманным путем переоформила все имущество на свою мать П. А.Б.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что знаком с ФИО1 и ФИО3, поскольку в 2014 году устроился на работу, на производственную базу на ФИО12 13 г., выполнял обязанности завхоза. До весны 2018 года ФИО1 и ФИО3 вместе приезжали на работу, а потом они не стали жить вместе. Документы ему подписывала ФИО3 и ставила печать она же. Кто из них являлся собственником помещений, он не вникал. ФИО1, приезжая на базу, контролировал выполнение работ. В его обязанности, как завхоза, входило, среди прочего, собеседование с арендаторами при заключении арендных договоров, объявления давала ФИО3 Работу по заключению договоров с арендаторами вела ФИО3 Согласовывала ли она это с ФИО1, ему не известно.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что знакома с ФИО3, т.к. их дети вместе ходили в детский сад и в школу. ФИО1 также приходил на собрания в детский сад, в школу. Этим их общение с ФИО1 и ограничилось. Ей известно, что ФИО1 и ФИО3 развелись в июне 2013 года. Этому предшествовали семейные споры, скандалы, и она пришли к выводу, что им нужно развестись. Известно ей также, что ФИО3 работала, ее рабочее место находилось на 

<

адрес>. Это здание принадлежало ФИО1 и ФИО3 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО14 пояснил, что знаком с ФИО3 Примерно с 2012 года по 2016 год он арендовал помещение у нее на ФИО12 13 Г. ФИО3 была собственником помещений по данному адресу. Он является генеральным директором компании Атомагнат плюс. Договор аренды он подписывал с ИП ФИО3, ей же на счет и переводил денежные средства за аренду помещения. Он был не единственным арендатором. Много людей снимали помещения. С кем они заключали договоры, ему не известно. ФИО1 ему не известен.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, оценив собранные доказательства и в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствие со ст. 55 ГПК доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд обосновывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела, ФИО1 принадлежало на праве общей долевой собственности - 5/8 долей незавершенного строительством объекта - административное здание, назначение: нежилое, площадь застройки 211.3 кв.м., степень готовности 97%, с кадастровым номером №/Е по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи недвижимости от 24.07.2006г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 12.01.2010г.

Также, Гладких на праве собственности принадлежал склад (незавершенный строительством объект), назначение: нежилое, площадь застройки 489.30 кв.м., степень готовности 98%, кадастровый №/Н, по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2006г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 12.01.2010г.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 14.01.2010г. ФИО1 принадлежал склад (незавершенный строительством объект) назначение: нежилое, площадью 358.50 кв.м., 98% готовности, кадастровый №/Л, по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.07.2006г.

Стороны не оспаривают, что в период с 02.11.2005г. по 09.07.2013г. состояли в зарегистрированном браке.

Таким образом, вышеуказанное недвижимое имущество приобретено ФИО1 и ФИО3 в период брака, находилось в совместной собственности супругов.

В судебном заседании достоверно установлено, что после официального расторжения брака ФИО1 и ФИО3 продолжали семейные и деловые отношения до мая 2018 года – совместно проживали, вели общее хозяйство, совместно осуществляли распоряжение имуществом, доверительно относились друг к другу. Данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей, значимыми юридическими действиями, совершенными ФИО1 и ФИО3 – выдача доверенности от дата ФИО1 на имя ФИО3 на представление его интересов в отношении любого его имущества сроком на три года, оформление ФИО3 завещания от дата на все ее имущество и имущественные права на ФИО1

02.07.2013г. Комитетом градостроительства администрации 

<

адрес> ФИО1 выдано разрешение на строительство складского здания общая площадь 1260,0 кв.м., количество этажей – 1 ед., офисного здания поз. 2 (общая площадь – 227,38 кв.м., количество этажей – 2 ед.). площадь земельного участка – 3780 кв.м., по адресу: 

<

адрес> в, в квартале 475. Срок разрешения на строительство до 30.12.2014г.

Из кадастрового паспорта объекта незавершенного строительства, выданного ФГБУ «ФКП Росреестра» по 

<

адрес>, объект имеет степень готовности 21%, площадь застройки 1363,9 кв.м.

05.03.2014г. ФИО1 выдано свидетельство о государственной регистрации права на объект незавершенного строительства, назначение: нежилое здание, общая площадь застройки 1363,9 кв.м., процент готовности 21%, кадастровый №, расположенный по адресу: 

<

адрес> в.

Решением Промышленного районного суда 

<

адрес> от 06.05.2015г. за ФИО1 признано право собственности на нежилое здание, состоящее из цокольного, первого, второго этажей и мансарды, общей площадью 454,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> В, в квартале 475, кадастровый №. 

На указанные объекты недвижимости право собственности ФИО1 возникло после расторжения брака с ФИО3, но в период совместного проживания и ведения общих дел.

13.02.2014г. между ФИО1 (Продавец) и ФИО6 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым ФИО15 принял от ФИО1 право собственности на незавершенный строительством объект – административное здание, находящееся в общей долевой собственности (доля в праве 5/8), литер Е, назначение – нежилое, площадь застройки 211,3 кв.м., 97% готовности, с кадастровым номером №Е, расположенное по адресу: 

<

адрес>, площадь земельного участка 8404 кв.м.

Пунктом 3 договора предусмотрено, что цена недвижимости определена сторонами и составляет 950 000 руб., которые Покупатель оплатил полностью до подписания договора.

В последующем, 08.12.2015г. между ФИО6 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым предметом договора является административное здание, находящееся в общей долевой собственности (доля в праве 5/8), литер Е, назначение – нежилое, площадь застройки 211,3 кв.м., 97% готовности, инвентарный №, литер Е, с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер земельного участка №2, площадь земельного участка 8404 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов; целевое назначение – для продолжения строительства объектов производственного назначения.

Согласно п. 3 договора цена недвижимости определена соглашением сторон и составляет 960 000 руб., которые Покупатель оплатил полностью до подписания договора.

Между ФИО1 и ФИО6 13.02.2014г. заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым ФИО6 приобрел право собственности на склад (незавершенный строительством объект), литер Н, назначение: нежилое, площадь застройки 489,3 кв.м., 98% готовности, этажность 1, с кадастровым номером №/Н, расположенный по адресу: 

<

адрес> «г», площадь земельного участка 8404 кв.м. Стоимость договора определена сторонами в 500 000 руб., которые ФИО6 оплатил до подписания договора ФИО1 (п. 3 договора).

В дальнейшем, 08.12.2015г. на указанный объект недвижимости, между ФИО6 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества. Стоимость недвижимого имущества составила 550 000 руб., которые Покупатель оплатил полностью Продавцу до подписания настоящего договора (п. 3 договора).

22.06.2018г. между ФИО3 (Продавец) и П. А.Б. (Покупатель), в интересах которой по доверенности действует ФИО7, заключен договор купли-продажи недвижимости, находящиеся по адресу: 

<

адрес> «г»: объект № склад (незавершенный строительством объект), назначение – нежилое здание, общая площадь застройки 358,5 кв.м., кадастровый № и объект № – склад (незавершенный строительством объект), назначение – нежилое здание, общая площадь застройки 489,3 кв.м., степень готовности 98%, кадастровый №. Цена недвижимости определена соглашением сторон и составила 30 000 руб. (п. 3 договора).

Также, 13.02.2014г. между ФИО1 (Продавец) и ФИО6 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым, ФИО6 приобрел право собственности на склад (незавершенный строительством объект) литер Л, назначение – нежилое здание, площадь застройки 358,5 кв.м., 98% готовности, с кадастровым номером № находящийся на земельном участке по адресу: 

<

адрес> «г», кадастровый номер земельного участка №2, площадь земельного участка 8404 кв.м.

Пунктом 3 договора предусмотрено, что цена отчуждаемой недвижимости составляет 500 000 руб., которые Покупатель оплатил до подписания договора.

В последующем, 08.12.2015г. между ФИО6 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым ФИО3 приобрела право собственности на склад (незавершенный строительством объект), назначение: нежилое, общая площадь застройки 358,5 кв.м., степень готовности 98%, литер Л, этажность 1, кадастровый №/Л, находящийся по адресу: 

<

адрес> «г». Стоимость недвижимости определена сторонами 560 000 руб., которые Покупатель оплатил до подписания договора (п.3).

В дальнейшем, 22.06.2018г. между ФИО3 (Продавец) и П. А.Б. (Покупатель), в интересах которой по доверенности действует ФИО7, заключен договор купли-продажи недвижимости, находящиеся по адресу: 

<

адрес> «г»: объект № склад (незавершенный строительством объект), назначение – нежилое здание, общая площадь застройки 358,5 кв.м., кадастровый № и объект № – склад (незавершенный строительством объект), назначение – нежилое здание, общая площадь застройки 489,3 кв.м., степень готовности 98%, кадастровый №. Цена недвижимости определена соглашением сторон и составила 30 000 руб. (п. 3 договора).

Между ФИО1 (Продавец) и ФИО6 (Покупатель) 14.04.2014г. заключен договор купли-продажи нежилого помещения, в соответствии с которым, ФИО6 приобрел право собственности на нежилое здание, общая площадь застройки 1363,9 кв.м., процент готовности 21%, кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Пунктом 3 договора предусмотрено, что стоимость недвижимости определена в 500 000 руб., которые Покупатель уплатил Продавцу полностью до подписания договора.

В дальнейшем, 21.11.2015г. между ФИО6 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи нежилого здания в соответствии с которым, предметом договора является объект незавершенного строительства, 21% готовности, общая площадь застройки 1363,9 кв.м., назначение: нежилое здание, кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес>. Цена недвижимости определена соглашением сторон в 550 000 руб.

30.10.2015г. между ФИО1 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с условиями которого ФИО3 приняла от ФИО1 право собственности на здание, назначение: нежилое, общей площадью 454,8 кв.м., количество этажей – 4, в том числе подземных этажей-1,с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес> в, в квартале 475.

Цена отчуждаемой недвижимости определена соглашением сторон и составляет 850 000 руб. (п. 3 договора), которые ФИО3 оплатила до подписания договора.

В дальнейшем, 22.06.2018г. между ФИО3 (Продавец) и П. А.Б. (Покупатель), за которую действует по доверенности ФИО7, заключен договор купли-продажи недвижимого имущества на объекты недвижимого имущества по адресу: 

<

адрес> в, в квартале 475: № - здание, назначение: нежилое, общей площадью 454,8 кв.м., количество этажей – 4, в том числе подземных этажей-1,с кадастровым номером №; и объект № – объект незавершенного строительства, назначение – нежилое здание, степень готовности 21%, общая площадь застройки 1363,9 кв.м., этажность 1, кадастровый №, на земельном участке с кадастровым номером №3, категория земель – земли населенных пунктов. Стоимость недвижимости определена соглашением сторон и составила 30 000 руб. (п.3 договора).

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). 

Как достоверно установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, при заключении оспариваемых сделок, денежные средства по договорам купли-продажи недвижимого имущества сторонами сделок не передавались, т.е. указанные сделки являлись безденежными. Данное обстоятельство подтверждается позицией по делу ответчика ФИО6, который признал как данное обстоятельство так и исковые требования в целом. Ответчиком ФИО3 не представлено и материалы дела не содержат расписок в получении денежных средств, банковских документов, подтверждающих их перечисление сторонами сделки. Само по себе указание в договорах на передачу денежных средств до его подписания, таким доказательством служить не может. 

Не может быть принят во внимание так же довод ответчика ФИО3 о том, что на момент приобретения ею имущества она являлась индивидуальным предпринимателем и располагала денежными средствами для покупки недвижимости, поскольку из материалов дела усматривается, что ФИО3 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 15.07.2014г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя. При этом, видом ее предпринимательской деятельности является сдача в аренду недвижимого имущества.

В обоснование возражений на исковые требования ФИО1 о признании сделок недействительными, ответчиком ФИО3 представлена налоговая декларация за 2014г., 2015г. Между тем, анализируя представленные доказательства, суд считает, что на момент регистрации в качестве индивидуального предпринимателя ФИО3 не являлась собственником недвижимого имущества, которое могла сдавать в аренду. При этом, ответчиком представлен договор субаренды нежилого помещения от 13.11.2014г., который свидетельствует об отсутствии у ответчика ФИО3 принадлежащего на праве собственности имущества. 

Как усматривается из материалов дела, в аренду ФИО3 сдавала недвижимое имущество, принадлежащее ФИО1, а в последующем ФИО6, которое в настоящее время является предметом спора.

В соответствии со ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Из данной нормы следует, что основной обязанностью продавца по договору купли-продажи недвижимого имущества является передача объекта недвижимости в собственность покупателя, то есть купля-продажа не исчерпывается переносом права собственности, важна передача владения.

Целью договора купли-продажи является принятие обязательств по передаче вещи в собственность, а не факт государственной регистрации перехода права собственности. Переход права собственности это последствие исполнения договора, а не его заключения.

О намерении продавца произвести отчуждение вещи свидетельствует ее передача покупателю, а о намерении покупателя принять имущество в собственность - завладение, а также совершение действий по ее использованию и распоряжению.

Правовая позиция о том, что сам по себе факт государственной регистрации перехода права собственности в отрыве от факта пользования, владения и распоряжения имуществом не свидетельствует о намерении создать соответствующие правовые последствия сделки, содержится в п. 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от дата «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Из обстоятельств дела следует, что после совершения оспариваемых сделок, спорное недвижимое имущество не вышло из обладания первоначального собственника – истца ФИО1, который продолжал владеть, пользоваться указанным имуществом, заботиться о нем, принимать решения о совершении значимых действий с указанным имуществом. Данные обстоятельства подтверждаются показанием свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО9, ФИО11, которые согласуются с другими материалами дела.

В соответствии с ч.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с ч.1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы, стороны сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Исходя из п. 86 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015г. № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, заключить договоры купли-продажи и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль продавца за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить или исполнить соответствующую сделку, факты надлежащей передачи недвижимого имущества в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за это имущество. 

Как достоверно установлено в судебном заседании, сделки купли-продажи в 2014г., 2015г. между истцом и ФИО6, ФИО3, были заключены для вида, фактически не исполнялись, денежные средства не передавались, объекты недвижимости никогда не выходили из фактического владения и пользования истца. В результате заключения оспариваемых сделок имущество фактически и юридически не вышло из обладания Гладких и ФИО3, которые совместно владели и пользовались указанным имуществом, до брака, в период брака и после его расторжения. 

При этом, отчуждать недвижимое имущество стороны не намеревались. 

Указанное дает основание суду полагать, что договоры купли-продажи недвижимого имущества от 13.02.2014г. между ФИО1 и ФИО6, от 30.10.2015г. между ФИО1 и ФИО3, являются недействительными, поскольку у каждой стороны сделки не было намерения исполнить сделку, передать недвижимое имущество в собственность покупателю, а покупатель не оплатил приобретенное недвижимое имущество. 

В соответствии с ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В связи с признанием данных сделок от 13.02.2014г. между ФИО1 и ФИО6, от 30.10.2015г. между ФИО1 и ФИО3 недействительными, последующие сделки купли-продажи от 21.11.2015г., 08.12.2015г. между ФИО6 и ФИО3, также являются недействительными.

Однако, в 2018г. ФИО3 произвела отчуждение объектов недвижимости, заключила договоры купли-продажи со своей матерью П. А.Б., что послужило поводом для обращения в суд со стороны истца, поскольку это не входило в его намерения и произошло помимо его воли. 

Как разъяснено в п. 101 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015г. № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая – к принятию такого исполнения (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

По смыслу п. 1 ст. 181 ГК РФ, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Поскольку оспариваемые сделки фактически не исполнялись, недвижимое имущество в собственность покупателям не передавалось, а покупатели не передавали в счет оплаты денежные средства по оспариваемым договорам, срок исковой давности по сделкам ФИО1 с ФИО6 и ФИО3 течь не начинал. О нарушении своих прав ФИО1 узнал с момента совершения ФИО3 действий, направленных на отчуждение имущества и совершения сделок купли-продажи с П. А.Б. дата 

Суд приходит к выводу, что именно с этого времени начал течь срок исковой давности, т.е. с момента, когда ФИО1 узнал о сделках, совершенных ФИО3 и П. А.Б.

С настоящими исковыми требованиями ФИО1 обратился в суд дата, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности истцом не пропущен.

В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. 

Как разъяснено в п. 78 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015г. № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», исходя из системного толкования п. 1 ст.1, п.3 ст. 166 и п.2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительными сделок:

договора купли-продажи от 13.02.2014г., заключенного между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости: склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>., 

договора купли-продажи от 13.02.2014г., заключенного между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости - 5/8 долей в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности, инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером 26№Е, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

договора купли-продажи от 13.02.2014г., заключенного между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости - склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358,5 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

договора купли-продажи от 08.12.2015г., заключенного между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости – склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358,5 кв.м., с кадастровым номером 26№/Л, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

договора купли-продажи от 08.12.2015г., заключенного между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости - 5/8 долей в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности, инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером 26:№, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

договора купли-продажи от 08.12.2015г., заключенного между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости – склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489,3 кв.м., с кадастровым номером №Н, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

договора купли-продажи от 30.10.2015г., заключенного между ФИО1 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости: здание, назначение: нежилое, с кадастровым номером №, общей площадью 454,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475,

договора купли-продажи от 14.04.2014г., заключенного между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости: нежилого здания площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21%, с кадастровым номером №8, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475,

договора купли-продажи от 21.11.2015г., заключенного между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости: нежилого здания площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21%, с кадастровым номером №8, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475; 

а также требования об истребовании из чужого незаконного владения ФИО3 объекта недвижимости:- 5/8 долей в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства – административное здание, 97% готовности, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>.;

об исключении из ЕГРП записи о регистрации права собственности ФИО3 на объект недвижимости - 5/8 долей в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства – административное здание, 97% готовности, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>. – подлежат удовлетворению.

Недействительные сделки по приобретению спорного недвижимого имущества ФИО3, не породили у нее правовых оснований на заключение сделок купли-продажи от 22.06.2018г. с П. А.Б., о чем самой ФИО3 было достоверно известно.

Статьей 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Кроме того, суд учитывает, что по договорам купли-продажи недвижимого имущества от 22.06.2018г. между ФИО3 и П. А.Б. сторонами сделок являются близкие родственники. Из договора купли-продажи недвижимости усматривается, что в интересах Покупателя П. А.Б. по доверенности выступает ФИО7 Однако, в представленном суду регистрационном деле доверенность от П. А.Б. на ФИО7 на совершение указанных сделок, отсутствует. Ответчиками указанная доверенность суду так же не представлена.

Не представлено доказательств факта реальной передачи недвижимого имущества от ФИО3 к П. А.Б., проживающей в 

<

адрес>. Цена всех сделок между ФИО3 и П. А.Б. составляет 30 000 руб., которая в сотни раз меньше рыночной стоимости недвижимого имущества такого рода.

Все это свидетельствует о недобросовестности действий П. А.Б., которая будучи матерью продавца и будучи осведомленной о принадлежности имущества обоим супругам, а также отсутствии у ФИО3 права на отчуждение этого имущества, отсутствии согласия на эти действия ФИО1, заключила оспариваемые сделки.

Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества(п.38 постановления Пленума ВС РФ №, Пленума ВАС РФ № от дата)

При таких обстоятельствах и отсутствии доказательств обратного суд приходит к выводу о недобросовестности П. А.Б., что дает ФИО1 законные основания для истребования из чужого незаконного владения П. А.Б. принадлежащего ему имущества.

Кроме того, ответчиками не подтверждена передача денежных средств по сделкам купли-продажи, заключенных между ФИО3 и П. А.Б. – перевод денежных средств, расписка в получении денежных средств и т.

<

адрес> ФИО3 о том, что недвижимое имущество передано ею П. А.Б. в счет погашения долговых обязательств, не может быть принят во внимание судом, поскольку данные обстоятельства так же не подтверждены – суду не представлены доказательства займовых расписок либо договоров, не подтвержден размер займа. 

В связи с чем суд приходит к выводу о том, что сделки совершенные между ФИО3 и П. А.Б. по передаче спорного недвижимого имущества, фактически являются безденежными.

Согласно ч. 2 ст. 302 ГК РФ, если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Пунктом 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от дата разъяснено, что для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

По смыслу приведенных норм, виндикационные требования подлежат удовлетворению при условии доказанности наличия у истца вещного права на истребуемое имущество, выбытия данного имущества из владения истца помимо его воли и нахождения его во владении ответчика без надлежащего правового основания либо по порочному основанию приобретения. 

При таких обстоятельствах, требования ФИО1 об истребовании из чужого незаконного владения П. А.Б. объектов недвижимости: здание, назначение нежилое, кадастровый №, площадью 454,8 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475; объекта незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 358,5 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>; объекта незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 498,3 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>. объект незавершенного строительства – нежилое здание площадью 1363,9 кв.м. степень готовности 21%, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, квартал 475, исключении из ЕГРП записей о регистрации права собственности П. А.Б. на указанные объекты недвижимости и передаче ему этих объектов в собственность, подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО6 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, истребовании имущества из чужого незаконного владения – удовлетворить.

Признать недействительными (ничтожными) сделки:

- договор купли-продажи от 13.02.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости: склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 13.02.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости - 5/8 долей в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности, инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером №/Е, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 13.02.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости - склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358,5 кв.м., с кадастровым номером №/Л, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 08.12.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости – склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Л, площадью застройки 358,5 кв.м., с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 08.12.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости - 5/8 долей в праве на общую долевую собственность на незавершенный строительством объект - административное здание, 97 % готовности, инвентарный № строение литер Е, площадью застройки 211,3 кв.м., с кадастровым номером №/Е, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 08.12.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости – склада (незавершенного строительством объект 98 % готовности) инвентарный № строение литер Н, площадью застройки 489,3 кв.м., с кадастровым номером №Н, расположенного по адресу: 

<

адрес>.,

- договор купли-продажи от 30.10.2015г., заключенный между ФИО1 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости: здание, назначение: нежилое, с кадастровым номером №, общей площадью 454,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475,

- договор купли-продажи от 14.04.2014г., заключенный между ФИО1 и ФИО6 о продаже объекта недвижимости: нежилого здания площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21%, с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475,

- договор купли-продажи от 21.11.2015г., заключенный между ФИО6 и ФИО3 о продаже объекта недвижимости: нежилого здания площадью 1363,9 кв.м., степенью готовности 21%, с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475.

Применить последствия недействительной (ничтожной) сделки и исключить из ЕГРП записи о регистрации права собственности ФИО3 на объект недвижимости:

- 5/8 долей в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства – административное здание, 97% готовности, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО16 объекты недвижимости:

- здание, назначение нежилое, кадастровый №, площадью 454,8 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 358,5 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 498,3 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>.

- объект незавершенного строительства – нежилое здание площадью 1363,9 кв.м. степень готовности 21%, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, квартал 475

Передать в собственность ФИО1 объекты недвижимости:

- здание, назначение нежилое, кадастровый №, площадью 454,8 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 358,5 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 498,3 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства – нежилое здание площадью 1363,9 кв.м. степень готовности 21%, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, квартал 475.

Исключить из ЕГРП записи о регистрации права собственности ФИО16 на объекты недвижимости:

- здание, назначение нежилое, кадастровый №, площадью 454,8 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 358,5 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 498,3 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства – нежилое здание площадью 1363,9 кв.м. степень готовности 21%, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, квартал 475.

Решение суда является основанием для регистрации права собственности за ФИО1 на объекты недвижимости:

- здание, назначение нежилое, кадастровый №, площадью 454,8 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 358,5 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 498,3 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства – нежилое здание площадью 1363,9 кв.м. степень готовности 21%, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, квартал 475.

Передать в собственность ФИО1 объекты недвижимости:

- здание, назначение нежилое, кадастровый №, площадью 454,8 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, в квартале 475;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 358,5 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства, 98% готовности, площадью 498,3 кв.м., кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>;

- объект незавершенного строительства – нежилое здание площадью 1363,9 кв.м. степень готовности 21%, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, квартал 475.

- 5/8 долей в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства – административное здание, 97% готовности, кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в 

<

адрес>вой суд через Промышленный районный суд 

<

адрес> в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья О.Н. Коваленко