КОПИЯ

Дело № 2-338/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 августа 2017 года Октябрьский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Кучеренко А.Ю.,

при секретаре Ананьеве А.И.,

с участием помощника прокурора Пономаревой В.Н.,

представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО2 к ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника № 1» о защите прав потребителей, взыскании стоимости услуг по договору, убытков, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Стоматологическая поликлиника № 3» (далее ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника №1»), в котором, с учетом увеличения исковых требований, просил взыскать с ответчика уплаченные денежные средства в размере 11816 рублей за оказанные медицинские услуги по протезированию в 2012 году, убытки в виде расходов по оплате рентгенографии в размере 170 рублей, по установке штифта в сумме 1790 рублей, по оплате работ по снятию коронки в размере 368 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, а также судебные расходы, связанные с подготовкой документов в суд в размере 70 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в январе 2013 года он воспользовался услугами по протезированию зубов в ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №3». Стоимость услуги составила 6370 рублей. Услуга была полностью оплачена 14.01.2013. Гарантийный срок на оказанную услугу не был оговорен, в документах ничего об этом не сказано. В течение года после протезирования коронка одного из зубов лопнула. Истец обратился за заменой в ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №3». В устранении дефекта ему было отказано, истец заплатил за рентгенографию 170 рублей и за снятие коронок 368 рублей. Кроме того, во время снятия коронок врач Д. сломал истцу зуб. 10.04.2015 истец обратился в ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №1» за установкой штифта. За данную услугу истец заплатил 1790 рублей. 26.01.2015 истец обратился в ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №3» с жалобой на ненадлежащее оказание медицинских услуг. 11.02.2015 истцу пришел письменный ответ на жалобу от главного врача ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №1» Ф. с приглашением на заседание врачебной комиссии 12.02.2015 в 16 часов 00 минут. На заседание врачебной комиссии истец не явился, так как указанная комиссия состояла из врачей, осуществляющих медицинские услуги. Таким образом, истец предположил, что комиссия будет относиться к нему предвзято. 29.12.2015 истец обратился к главному врачу ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №3» с требованием о возврате денежных средств, внесенных истцом по договору оказания медицинских услуг по протезированию в размере 6370 рублей, денежных средств, внесенных за рентгенографию в размере 170 рублей, денежных средств, внесенных за снятие коронок в сумме 368 рублей, денежных средств, внесенных за установку штифта в сумме 1790 рублей. До настоящего момента ответ на претензию истцом не получен. Указанными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который истец оценивает в размере 15000 рублей.

Истец ФИО2, будучи надлежащим образом извещен о месте и времени судебного заседания, в суд не явился.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №1» - ФИО1, действующий на основании доверенности №01 от 09.01.2017 сроком действия до 31.12.2017, исковые требования истца не признал в полном объеме, просил отказать в удовлетворении исковых требований. Дополнительно пояснил, что согласно зубопротезной карте № 4083 от 19.12.2012 г., услуги оказывались ФИО2 в период с 19.12.2012 г. по 14.01.2013 г. на сумму 6 370 рублей. Данное обстоятельство также подтверждается в справке исх. № 42 от 22.02.2013 г., где дата оплаты 14.01.2013 г. на такую же сумму 6 370 рублей. Также согласно указанной зубопротезной карте протезирование проводилось ФИО2 вверху слева (II квартал), ему был установлен мостовидный протез с формулой 21-23-25, т.е. в протезировании участвовали зубы под № № 21, 23, 25. Данный факт находит свое отражение в ответе на вопрос № 1 экспертного заключения № 1798, а именно «...пациенту ФИО2 был изготовлен протез на область 21-23-25 зубов.». Кроме того, указано, что протез выполнен качественно. Утверждение истца, о том, что ответчик осуществлял истцу протезирование зубов нижней челюсти справа (43, 44, 45, 46 зубы) до 2015 г., полностью опровергнуто указанным заключением, а именно ответом на вопрос № 3, согласно которому истцу осуществлялось установка коронки на 45 (и 43) зуб 25.03.2016 г. При этом, жалоба пациента на некачественное оказание услуг поступила ответчику была датирована 26.01.2015 г., а с исковым заявлением по основаниям изложенным в указанной жалобе, истец обратился в суд 28.03.2016 г. Следовательно, в материалах дела отсутствуют доказательства, что ответчик осуществлял протезирование зубов нижней челюсти справа (43, 44, 45, 46 зубы) истцу до 26.01.2015 г. Представленные истцом документы не подтверждают некачественное оказание истцу медицинских услуг, в связи с чем, доводы истца о наличии вины ответчика, являются необоснованными, соответствующих доказательств истцом не представлено. В ответе на вопросы № № 5, 7 экспертного заключения № 25, эксперты указали на соответствие лечения истца стандартам, протоколам и клиническим рекомендациям по лечению зубов. В медицинской документации факты, свидетельствующие о причинении пациенту ФИО2 вреда здоровью не установлены. В ответе на вопрос № 2 экспертного заключения № 1798 указано, что вред здоровью ФИО2 в результате зубопротезирования в период с 19.12.2012 г. по 14.01.2013 г. не причинен. Таким образом, отсутствует причинно-следственная связь между убытками, вредом здоровья и действиями ответчика, следовательно, у ответчика в данном случае не возникают обязанности по возмещению вреда. Учитывая вышеизложенное, ответчик просит в удовлетворении исковых требований отказать, взыскать с истца понесенные судебные расходы в размере 33206 рублей за проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы, назначенной определением судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 06.02.2017. 

Суд в силу положений ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав участников процесса, заслушав заключение помощника Прокурора Октябрьского района г. Томска, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.4 Закона РФ от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. 

Согласно п.2 ст.4 указанного Закона РФ при отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

На момент заключения истцом договора оказания платных медицинских услуг действовало Постановление Правительства РФ от 13.01.1996 «Об утверждении правил предоставления платных медицинских услуг населению медицинскими учреждениями», в силу п.13 которого потребители, пользующиеся платными медицинскими услугами вправе требовать предоставления услуг надлежащего качества.

Указанное постановление утратило силу с 01.01.2013 в связи с изданием Постановления Правительства РФ от 04.10.2012 №1006, утвердившего правила предоставления медицинскими организациями медицинских услуг, в соответствии с п.27 которых исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве – требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида. В случае если Федеральным законом, иными нормативно правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям.

Кроме того, 23.11.2011 вступил в силу Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», который согласно ст.1 регулирует отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации (далее - в сфере охраны здоровья), и определяет: правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан; права и обязанности человека и гражданина, отдельных групп населения в сфере охраны здоровья, гарантии реализации этих прав; полномочия и ответственность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления в сфере охраны здоровья; права и обязанности медицинских организаций, иных организаций, индивидуальных предпринимателей при осуществлении деятельности в сфере охраны здоровья; права и обязанности медицинских работников и фармацевтических работников.

В соответствии со ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В судебном заседании установлено, что в период декабрь 2012 - январь 2013 года ответчик оказал истцу стоматологическую услугу по протезированию 21, 23, 25 зубов, общей стоимостью 6370 рублей. 14.01.2013 истцом данная услуга оплачена. Данное обстоятельство не оспаривалось стороной ответчика в ходе судебного разбирательства, а также подтверждается справкой МБЛПУ «Стоматологическая поликлиника №3» №42 от 22.02.2013 и зубопротезной картой №4083 от 19.12.2012 МБЛПУ «Стоматологическая поликлиника №3», заключением экспертов № 25, № 130. 

Согласно материалам дела МБЛПУ «Стоматологическая поликлиника №3» в 2013 году реорганизована в форме присоединения, её правопреемником являлась МБЛПУ «Стоматологическая поликлиника №1», в настоящее время ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника №1».

В обоснование заявленных требований, истец указал, что 26.01.2015 обратился с жалобой к главному врачу Стоматологической поликлиники №1 Ф., в которой указал, что он обращался в Стоматологическую поликлинику №1 и ему поставили 5 коронок, но через какое – то время одна из них развалилась пополам. В конце 2014 года истец обратился в данную поликлинику с целью зубопротезирования, ликвидации ранее допущенного брака. 22.01.2015 истец попросил работниц регистратуры поднять его карточку по оплате платных услуг и назвать ему дату, когда проходило зубопротезирование, однако ему ответили, что карточки нет, а компьютер таких данных не содержит. Истец в своей претензии предложил условия мирового соглашения, согласно которому чтобы исправить допущенный дефект, истец заплатил за первичный осмотр, за рентген, за снятие коронок, а стоматологическая поликлиника поставит истцу 5 коронок бесплатно, либо заменит лопнувшую коронку, либо поставит новые. 

В ответ на указанную жалобу истцу ФИО2 был направлен ответ №34 от 11.02.2015, согласно которому истец был приглашен на заседание врачебной комиссии 17.02.2015 в 16 часов 00 мину по адресу: ... поликлиническое отделение №3. 

На заседание врачебной комиссии истец не явился, мотивируя данное обстоятельство тем, что комиссия состояла из врачей, осуществляющих медицинские услуги. Таким образом, истец предположил, что комиссия будет относится к нему предвзято. 

29.12.2015 истцом ФИО2 в адрес заведующего ОГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №3» была направлена претензия, в которой истец просил вернуть ему денежные средства, внесенные им по договору оказания медицинских услуг по протезированию в размере 6370 рублей, денежные средства, внесенные истцом за установку штифта в сумме 1790 рублей, денежные средства, внесенные истцом за снятие коронок в сумме 368 рублей, денежные средства, внесенные истцом за рентген в сумме 170 рублей. Претензия оставлена без удовлетворения. 

В судебном заседании по ходатайству стороны ответчика была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза. Согласно заключению экспертов ОГБУЗ «БСМЭТО» №25 от 07.04.2017 установлено, что согласно зубной формуле, указанной врачом в зубопротезной карте пациента ФИО2 №4083 от 19.12.2012, в протезировании предположительно участвовали зубы 21,23,25. Согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 сумма за протезирование составила 6370 рублей (стоимость протеза 5820 рублей, напыление на протез 550 рублей), иная информация об оказанных платных услугах и их стоимости отсутствует. Причинно-следственная связь между протезированием 21, 23, 25 зубов согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 и последующей необходимостью рентгенографии 43, 46 зубов 13.01.2015, снятием коронки 45 зуба 24.03.2015 отсутствует. Зубы, указанные в зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 – 21,23,25 и зубы 43,45,46 находятся в разных сегментах челюстей и не состоят между собой в окклюзии (жевательном контакте, контакте при смыкании зубов). В представленной медицинской документации записи о лечении врачом Д. пациента ФИО2 отсутствуют. Врачом Д. 24.03.2015 осуществлены: обследование пациента и оформление документов первичного пациента, снятие коронки 45 зуба. Каких либо сведений о допущенных при этом нарушениях, в том числе переломе или отломе зуба, не имеется. Указанный зуб у пациента ФИО2 был кариозно изменен, ранее (май, июнь, октябрь 2012) неоднократно лечен по поводу осложненного кариеса. Согласно нормативным документам, регулирующим порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, перелом коронок зубов, пораженных болезнями кариозного (кариес, пульпит, периодонит) происхождения, в том числе пломбированных, рассматривается как патологический (то есть обусловленный имеющейся патологией) и расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью (Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Обследование и лечение пациента ФИО2 врачом стоматологом-терапевтом К. 10.04.2015г. соответствует действующим на территории РФ стандартам, протоколам и клиническим рекомендациям по лечению пульпы зуба и периапикальных тканей. Переделка/снятие протеза, установленного при протезировании согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012, не проводилась. Сущность вреда, причиненного здоровью ФИО2 в результате протезирования в конце декабря 2012-начале января 2013 года, согласно зубопротезной карте №4083, экспертной комиссией не установлена. 

Также по ходатайству представителя ответчика, на основании ч. 1 ст. 87 ГКП РФ определением Октябрьского районного суда г. Томска от 22.05.2017 для определения качества оказанной в 2012 году услуги по протезированию и наличия либо отсутствия вреда здоровью по делу была назначена дополнительная комплексная судебно-медицинская экспертиза. 

Согласно выводов дополнительного заключения экспертов ОГБУЗ «БСМЭТО» №130 от 21.07.2017: согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 пациенту ФИО2 был изготовлен зубной протез на область 21-23-25 зубов. По зубопротезной карте качество протеза определить невозможно, так как его оценивает лечащий врач при приемке работ (зубного протеза) у зубного техника. В случае качественно изготовленной конструкции лечащий врач демонстрирует протез пациенту и с его согласия приступает к фиксации протеза в полость рта. В данном случае наличие росписи в получении протеза, а также факт фиксации протеза в полости рта дает основание полагать, что протез был изготовлен качественно. Вред здоровью ФИО2 в результате зубопротезирования (мостовидный протез в области 21-23-25 зубов) в период с 19.12.2012 по 14.01.2013 не причинен. В представленной медицинской документации из «Стоматологической поликлиники №1» какие-либо записи о выполнении протезирования 45 зуба до 2015 отсутствуют. Указанный зуб у пациента ФИО2 был кариозно изменен ранее (май, июнь, октябрь 2012 года) неоднократно лечен по поводу осложненного кариеса. 10.04.2015 врачом К. выполнено лечение хронического периодонтита 45 зуба с последующим восстановлением культи зуба. Установка коронки на 45 (и 43) зуб произведена 25.03.2016, о чем имеется запись в Медицинской карте стоматологического больного в таблице выполненных работ: «Проверка и припасовка на зубы мостовидных протезов с опорными коронками 45-43. Фиксация на цемент». 

Оснований ставить под сомнение выводы судебно-медицинских экспертиз у суда не имеется, поскольку заключения содержат указание на используемые экспертами источники, проведены по материалам дела и представленной сторонами медицинской документации, содержат полные, однозначные и аргументированные ответы на поставленные судом вопросы, проведены экспертами, предупрежденными по ст. 307 УК РФ. 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что совокупность представленных по делу доказательств, не подтверждает доводы истца о некачественном оказании ему ответчиком медицинских услуг по протезированию 21, 23, 25 зубов в 2012 году в размере 11816 рублей, повлекших причинение вреда его здоровью, необходимости дальнейшего лечения. Обязанность доказывания качественно оказанной услуги лежит в данном случае на ответчике, который, согласно выводам экспертиз, услуги по протезированию, изготовлению протезов, лечению, оказал истцу качественно, следовательно, оснований для взыскания вышеуказанных сумм у суда не имеется.

Кроме того, истец заявил требования о взыскании убытков, а именно: расходов по оплате услуг за рентгенографию, установку штифта, снятие коронки вследствие некачественной стоматологической услуги по осмотру (диагностированию), снятию коронки. 

В соответствии со ст.779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, чье право нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков. 

По смыслу указанных норм лицо, требующее возмещение убытков должно доказать наличие в совокупности следующих элементов: противоправность поведения ответчика, наличие и размер убытков, а также наличие причинно-следственной связи между первым и вторым. 

Как следует из материалов дела и стороной ответчика не оспаривается, 13.01.2015 истец обратился к ответчику с целью оказания ему платных стоматологических услуг – рентгенография зуба 45,43. Между истцом и ответчиком заключен договор о предоставлении платных медицинских услуг. Истцу была оказана услуга по рентгенографии стоимостью 170 рублей, что подтверждается договором предоставления платных медицинских услуг от 13.01.2015, кассовым чеком. 

24.03.2015 истцу была оказана стоматологическая услуга врачом стоматологом – ортопедом в виде осмотра, снятия коронки, консультации стоимостью 368 рублей. Данная услуга оплачена истцом полностью. 

Заключением экспертов ОГБУЗ «БСМЭТО» №25 от 07.04.2017 установлено, что причинно-следственная связь между протезированием 21, 23, 25 зубов согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 и последующей необходимостью рентгенографии 43, 46 зубов 13.01.2015, снятием коронки 45 зуба 24.03.2015 отсутствует. Зубы, указанные в зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012, -21, 23, 25 и зубы 43,45,46 находятся в разных сегментах челюстей и не состоят между собой в окклюзии (жевательном контакте, контакте при смыкании зубов). 

В соответствии с ч.1 ст.781 ГК РФ, заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. 

При рассмотрении настоящего дела, суду не представлено доказательств свидетельствующих о некачественно оказанной услуге по договору оказания медицинских услуг по протезированию, а также наличию причинно-следственной связи между протезированием 21, 23, 25 зубов и необходимостью рентгенографии 43, 46 зубов 13.01.2015, снятием коронки 45 зуба 24.03.2015. 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано то обстоятельство, что по вине ответчика ему были причинены убытки в виде расходов по оплате услуг рентгенографии в размере 170 рублей, по установке штифта в размере 1790 рублей, а также за снятие коронок в размере 368 рублей. 

Из анализа вышеуказанных норм, принимая во внимание, что наличие убытков, наличие противоправного поведения ответчика и наличие причинно-следственной связи, а именно, что убытки являются следствием противоправного поведения ответчика не доказаны в ходе судебного разбирательства, следовательно, в удовлетворении исковых требований в части взыскания убытков надлежит отказать. 

Таким образом, учитывая вышеизложенное, отказывая в удовлетворении требований истца, суд исходит из того, что совокупность представленных по делу доказательств, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, оцененных с учетом требований ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, не подтверждает доводы истца о некачественном оказании ему ответчиком медицинских услуг по протезированию в размере 11816 рублей, повлекших причинение вреда его здоровью, необходимости дальнейшего лечения, наличие вины ответчика, причинно-следственной связи между действиями ответчика и заявленными ко взысканию убытками. Поскольку, как следует из материалов дела, представленных сторонами доказательств, заключений экспертов, согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 пациенту ФИО2 ответчиком был изготовлен зубной протез на область 21-23-25 зубов, протез был изготовлен качественно, переделка, снятие протеза, установленного при протезировании согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 истцу ответчиком, не проводилась. Доказательств того, что протез установленный ответчиком в 2012 году у истца сломался в материалы дела не представлено. Причинно-следственная связь между протезированием 21, 23, 25 зубов согласно зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012 и последующей необходимостью рентгенографии 43, 46 зубов 13.01.2015, снятием коронки 45 зуба 24.03.2015 отсутствует. Зубы, указанные в зубопротезной карте №4083 от 19.12.2012, -21, 23, 25 и зубы 43,45,46 находятся в разных сегментах челюстей и не состоят между собой в окклюзии (жевательном контакте, контакте при смыкании зубов). До 2015 года протезирование 45-го зуба ответчиком истцу не производилось. Вреда здоровью истца ответчиком не причинено.

В силу ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

В силу того, что факта нарушения прав истца, как потребителя, ответчиком в ходе судебного разбирательства по делу не установлено, оснований для удовлетворения искового требования о компенсации морального вреда в сумме 15000 рублей не имеется, поскольку оно является производным от основных исковых требований, в удовлетворении которых истцу отказано. 

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Из ч.1 ст. 98 ГПК РФ следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1), судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК РФ. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1 указано, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле. Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В силу п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

На основании определения Октябрьского районного суда г. Томска от 06.02.2017 по гражданскому делу была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, определением Октябрьского районного суда г. Томска от 22.05.2017 – дополнительная комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которых поручено экспертам ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области». Расходы по оплате проведения экспертиз возложены на ответчика ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника №1». Согласно сопроводительному письму №776 от 10.04.2017, стоимость проведения экспертизы, назначенной определением Октябрьского районного суда г. Томска от 06.02.2017 составляет 33206,00 рублей. Согласно счету на оплату №26 от 11.05.2017, а также платежному поручению №681 от 12.05.2017 экспертиза, назначенная определением от 06.02.2017 оплачена ответчиком ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника №1» в сумме 33206 рублей 00 копеек. Согласно сопроводительному письму №1798 от 25.07.2017 стоимость проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО2 составляет 30706 рублей 00 копеек, экспертиза ответчиком ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника №1» не оплачена.

В силу положений ст. 98 ГПК РФ и поскольку в исковых требованиях истца отказано, с истца ФИО2 в пользу ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника № 1» подлежат взысканию расходы по оплате проведения комплексной судебно-медицинской экспертизы в размере 33206 рублей. А также с истца ФИО2 в пользу ОГБУЗ «Бюро судебно- медицинской экспертизы» подлежат взысканию расходы по проведению дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы в размере 30706 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 –199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника № 1» о защите прав потребителей, взыскании стоимости услуг по договору, убытков, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в пользу ОГАУЗ «Стоматологическая поликлиника № 1» расходы по оплате услуг эксперта в размере 33206 рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу ОГБУЗ «Бюро судебно- медицинской экспертизы» расходы по оплате услуг эксперта в размере 30706 рублей.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Томска.

Судья А.Ю. Кучеренко

Копия верна

Судья А.Ю. Кучеренко

Секретарь А.И.Ананьев

Оригинал в деле № 2-338/2017 Октябрьского районного суда г. Томска