УИД: №

Дело № 2-503/2025 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 марта 2025 года Кировский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Аристовой Н.Л.,

при секретаре судебного заседания Накоховой В.Ю.,

с участием прокурора Салтановой В.В., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, по ордеру, представителей ответчиков ФИО3, ФИО4, по доверенностям,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Перми гражданское дело по иску ФИО1 к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю, Федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 32 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю о признании незаконным увольнения, восстановлении на службе в уголовно-исполнительной системе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю (далее – ГУФСИН России по Пермскому краю) о признании незаконным увольнения, восстановлении на службе в уголовно-исполнительной системе.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 16 ноября 2023 года между истцом и начальником ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю был заключен контракт № о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации в должности младшего инспектора отдела охраны ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю. Приказом начальника ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 15 октября 2024 года № контракт № расторгнут на основании п. 9 ч. 3 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». Основанием для расторжения контракта послужило заключение о результатах служебной проверки ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 15 октября 2024 года № С заключением о результатах служебной проверки и приказом об увольнении истец не согласна, считает их незаконными и необоснованными, подлежащими отмене по следующим основаниям. 12 апреля 2024 года во время несения службы истец получила травму, в результате которой находилась на лечении в период с 15 апреля 2024 года по 11 октября 2024 года. О получении травмы она уведомила своего непосредственного руководителя С., предоставив соответствующие документы. В сентябре 2024 года истец по собственной инициативе стала проходить практику в канцелярии ФКУ ИК-32 на должности сотрудника канцелярии, так как уже было понятно, что полученная ею травма не позволит продолжать службу в должности младшего инспектора отдела охраны. Примерно 9-11 сентября 2024 года днем, когда она находилась в канцелярии, к ней подошел заместитель начальника отдела охраны и в устном порядке приказал ей 15 сентября 2024 года заступить на службу в отдел охраны ФКУ ИК-32. На ее возражения о том, что она находится на больничном, и 15 сентября 2024 года - это выходной день, ФИО5 ответил, что ему все равно. Подчиняясь распоряжению старшего по должности, 15 сентября 2024 года в 9 часов она прибыла в ФКУ ИК-32 и приступила к несению службы. Таким образом, своим устным приказом ФИО5 нарушил трудовое законодательство и дисциплинарный устав ГУФСИН. Для прохода на территорию ФКУ ИК-32 она использовала свой магнитный пропуск, вместе с ней несли службу другие сотрудники. 15 сентября 2024 года, находясь в классе служебной подготовки, истец со своего личного мобильного телефона осуществляла переписку с малознакомой ей девочкой П. в мессенджере «.......». Ранее, также в мессенджере «.......», последняя допускала оскорбительные выражения в адрес истца в связи со службой в уголовно-исполнительной системе. В этот день, 15 сентября 2024 года, она вновь стала писать в адрес истца оскорбления. Истец в переписке попросила ее не оскорблять истца и систему ГУФСИН, оскорбительные выражения не использовала. Также прямо в мессенджере «.......» истец записала видео в адрес этой девочки с аналогичными просьбами, после чего прекратила переписку. Примерно 17 сентября 2024 года ее вызвала оперуполномоченный ФКУ ИК-32 З. и сообщила, что о переписке каким-то образом стало известно руководству ФКУ ИК-32, после чего по ее указанию она написала объяснение на имя начальника ФКУ ИК-32. Истцу не сообщили, что в отношении нее проводилась служебная проверка, с приказом о проведении служебной проверки ее не знакомили, ни в каких уведомлениях она не расписывалась. При даче объяснения ей не были разъяснены положения п. п. 1 п. 6 ст. 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ, согласно которым сотрудник обязан давать объяснения в письменной форме по обстоятельствам проведения служебной проверки, если это не связано со свидетельствованием против самого себя. Данные положения коррелируют со ст. 51 Конституции РФ, в соответствии с которой никто не обязан свидетельствовать против себя. Полагает, что при отсутствии разъяснений указанных положений ее объяснение от 17 сентября 2024 года на имя начальника ФКУ ИК-32 не может являться юридически значимым документом и, таким образом, служебная проверка в отношении нее проведена фактически без ее опроса. Никакого дисциплинарного проступка, влекущего увольнение, тем более по п. 9 ч. 3 ст. 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ, она не совершала. В ходе общения с П. в мессенджере «.......» никаких оскорблений в ее адрес истец не допускала, умысла опорочить честь сотрудника ФСИН у нее не было, наоборот, просила не оскорблять истца как сотрудника уголовно-исполнительной системы. Полагает заключение по результатам служебной проверки № и последующий приказ № от 15 октября 2024 года о ее увольнении незаконными и подлежащими отмене.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала. Пояснила, что первый раз с ней разговаривали устно. 15 сентября 2024 года вызвали на работу для сопровождения осужденных. После того как истец сопроводила обратно всех осужденных, зашла в телефон просмотреть, что ей пришло, и увидела сообщение. После этого она записала видео и ушла домой. 17 сентября 2024 года с ней разговаривала оперуполномоченный. Сначала спрашивали про больничный, потом про видео. 11 октября 2024 года истец приехала из больницы отдать закрытый больничный лист, и оперуполномоченный позвала к себе в кабинет, попросила написать объяснительную, сказав, что проводится служебная проверка. Никакие документы истец не подписывала. 15 октября 2024 года истца попросили еще раз переписать объяснительную, причину не объяснили. В первоначальной объяснительной было указано, что истец вышла на работу по просьбе майора С.. Спецсредства выдавал Н.. К. выдавал рацию, ключи от калиток. Во второй объяснительной этого не было. В переписке, предшествующей видео, были оскорбления в адрес истца, исправительной колонии и друзей истца. Переписка была удалена. С человеком, которому истец адресовала видео, она не знакома, данные этого лица узнала у друзей. С материалами служебной проверки истца ознакомили 15 октября 2024 года.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования, по доводам указанным в иске, полагает, что истец уволена незаконно. Дополнительно указал на существенные нарушения требований положения №, в котором есть пункт, согласно которому сотрудник обязан давать пояснения, если это не связано со свидетельством против себя. ФИО1 при получении письменного объяснения не были разъяснены положения данного пункта, то есть объяснение ФИО1 полученное с нарушением закона, Конституции РФ, не может быть положено в основу заключения. ФИО1 не была уведомлена письменно о том, что в отношении нее началось проведение служебной проверки. Вызывает сомнения объективность и беспристрастность самого состава комиссии. Комиссией не установлены данные лица, которому была адресована видеозапись. Нельзя объективно сказать, что члены комиссии не были заинтересованы в исходе дела и не являются его родственниками.

Представитель ответчика ГУФСИН России по Пермскому краю в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, представив письменный отзыв, из которого следует, что 16 ноября 2023 года ФИО1 заключила контракт о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации с ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю в лице начальника Р. Согласно п. 4.4 указанного контракта ФИО1 обязуется соблюдать требования к служебному поведению сотрудника, ограничения и запреты, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации, установленные Федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Контракт о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе предполагает неукоснительное соблюдение его положений, возлагающих на сотрудника обязательства проходить службу на условиях, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, а также непосредственно положениями контракта, соблюдать Присягу и правила внутреннего распорядка, честно и добросовестно выполнять все предусмотренные ими требования, а также предусмотренные по занимаемой штатной должности обязанности. Несоблюдение сотрудником таких добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, расценивается как проступок, порочащий честь сотрудника. Возможность увольнения со службы сотрудника, более не отвечающего указанным выше требованиям, предопределена необходимостью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые ими на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка. Согласно п. 28 должностной инструкции, утвержденной начальником ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 10 июля 2024 года ФИО1 обязуется соблюдать дисциплинарный устав уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, утвержденный приказом Минюста России от 12 сентября 2019 года № 202, Кодекс этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденный приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5. 17 сентября 2024 года в отдел кадров и работы с личным составом ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю поступили сведения о возможных нарушениях требований положений Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5 со стороны младшего сержанта внутренней службы ФИО1, младшего инспектора отдела охраны ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю. Приказом ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 18 сентября 2024 года № с целью всестороннего и объективного исследования обстоятельств и причин совершения младшим сержантом внутренней службы ФИО1 правонарушений назначена служебная проверка. Согласно заключению служебной проверки от 15 октября 2024 года установлен факт совершения ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника уголовно-исполнительной системы, выразившегося в записи видео-сообщения в форменном обмундировании с угрозами в адрес школьницы; несоблюдение требований пп. 5 п. 1 ст. 13 Федерального закона № 197-ФЗ, в соответствии с которыми сотрудник уголовно-исполнительной системы обязан при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время, соблюдать нормы служебной, профессиональной этики; несоблюдении требований пункта 8 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданский служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5, в соответствии с которым сотрудник уголовно-исполнительной системы призван воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении ими должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб их репутации или авторитету уголовно-исполнительной системы. В своем объяснении от 14 октября 2024 года ФИО1 пояснила, что 15 сентября 2024 года находилась на больничном и вышла на службу по просьбе заместителя начальника С. для оказания практической помощи отделу охраны. Она стала записывать видео на свой телефон, которое было адресовано 15-летней девочке, которая унижала и оскорбляла ее друзей. При ней была рация, видеорегистратор и удостоверение. Вину в содеянном признала полностью. С заключением о результатах служебной проверки от 15 октября 2024 года № ФИО1 была ознакомлена 15 октября 2024 года, также повторно ознакомлена 18 ноября 2024 года, о чем свидетельствует ее подпись. При просмотре видеозаписи установлено, что ФИО1 в форменном обмундировании, имея при себе видеорегистратор и рацию, нецензурно выражалась в адрес неизвестной девушки, демонстрируя на камеру свое служебное удостоверение. ФИО1 высказывала угрозы, такие как: «окажешься у меня в колонии», где той будет плохо; «я сделаю из твоей жизни ад», «представить не можешь, с кем имеешь дело, «ты делаешь так, как я тебе скажу». Данные выражения и высказывания неприемлемы для сотрудника уголовно-исполнительной системы и нарушают все этические нормы Кодекса этики и поведения. Для сотрудников учреждений или органов уголовно-исполнительной системы установлены повышенные требования к их поведению как в служебной, так и во внеслужебное время, вследствие чего на них возложены особые обязанности – заботиться о своей репутации, соблюдать нормы служебной, профессиональной этики, не совершать действий, которые могли бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении сотрудником должностных обязанностей, а также избегать ситуаций, способных нанести ущерб авторитету уголовно-исполнительной системы. В случае совершения сотрудником учреждений или органов уголовно-исполнительной системы проступка, порочащего честь сотрудника, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним – расторжению. Приказом ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 15 сентября 2024 года № ФИО1 уволена по пункту 9 (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника) части 3 статьи 84 Федерального Закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». Ответчик полагает, что увольнение истца произведено законно и обоснованно, процедура и порядок увольнения соблюдены, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных требований ФИО1 о признании незаконным приказа о расторжении контракта и увольнении со службы в уголовно-исполнительной системе от 15 сентября 2024 года №, а также восстановлении на службе в прежнем звании и должности не имеется. 

Определением суда в протокольной форме от 13 декабря 2024 года, в порядке ст. 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве соответчика привлечено ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю.

Представитель ответчика ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях. В возражениях указано, что ФИО1 была уволена в связи с установлением факта совершения проступка, порочащего честь сотрудника уголовно-исполнительной системы, на основании приказа ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 15 сентября 2024 года №-лс. В процессе беседы перед увольнением, ФИО1 оглашались документы и материалы из личного дела - производилась аудио-видеозапись происходящего, согласно которым ФИО1 была со всем согласна, полностью осознавала характер содеянного проступка, порочащего честь сотрудника уголовно-исполнительной системы, в связи с чем была уволена. ФИО1 поступила на службу в уголовно-исполнительную систему 16 ноября 2023 года, заключив контракт. В соответствии с контрактом о службе в уголовно-исполнительной системе от 16 ноября 2023 года ФИО1 (сотрудник) приняла на себя обязательства быть верным Присяге сотрудника уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, соблюдать требования к служебному поведению сотрудника, ограничения и запреты, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации, установленные федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Согласно листу беседы с ФИО1 ей разъяснялось, что в соответствии с действующим законодательством она как сотрудник уголовно-исполнительной системы обязана была исполнять должностные обязанности добросовестно, на высоком профессиональном уровне, осуществлять профессиональную служебную деятельность в рамках установленной законодательством компетенции государственного органа, не совершать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению должностных обязанностей, не совершать проступки, порочащие честь и достоинство сотрудника, соблюдать иные запреты и ограничения, налагаемые на сотрудника уголовно-исполнительной системы. При назначении на должность, ФИО1 была ознакомлена со своей должностной инструкцией, согласно которой она обязана знать и соблюдать требования приказа Минюста России от 12 сентября 2019 года № 202 «Об утверждении дисциплинарного устава уголовно-исполнительной системы Российской Федерации», приказа ФСИН России от 11 января 2012 года № 5 «Об утверждении Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы». Так, ФИО1 совершила проступок, порочащий честь сотрудников УИС, выразившийся в написании видеосообщения с угрозами в форменном обмундировании в адрес школьницы, чем нарушила требования Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказали виде лишения свободы», пункта 4.4 контракта о службе в уголовно-исполнительной системе, пункта 28 должностной инструкции, в связи с чем Комиссией был сделан вывод о том, что выявленный факт проступка - не отвечает высоким требованиям, предъявляемым к сотруднику уголовно-исполнительной системы, и наносят ущерб его репутации.

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования не подлежащими удовлетворению, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника регламентируются Федеральным законом от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»; далее также - Федеральный закон от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ).

Согласно пунктам 1-7 ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ Регулирование правоотношений, связанных со службой в уголовно-исполнительной системе, осуществляется в соответствии с: Конституцией Российской Федерации; настоящим Федеральным законом; Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее – Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»), Федеральным законом от 30 декабря 2012 года № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний; нормативными правовыми актами федерального органа уголовно-исполнительной системы в случаях, установленных федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом, иными федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1, 6 статьи 1 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ служба в уголовно-исполнительной системе – вид федеральной государственной службы, представляющий собой профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации (далее – граждане) на должностях в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации (далее – уголовно-исполнительная система), а также на должностях, не являющихся должностями в уголовно-исполнительной системе, в случаях и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и (или) нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации. Сотрудником является гражданин, проходящий в соответствии с настоящим Федеральным законом службу в уголовно-исполнительной системе в должности, по которой предусмотрено присвоение специального звания.

В силу пунктов 2, 12 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ сотрудник обязан: знать и выполнять должностную инструкцию и положения иных документов, определяющих его права и служебные обязанности, выполнять приказы и распоряжения прямых руководителей (начальников); не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника.

Статьей 13 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ закреплены требования к служебному поведению сотрудника. Так, данной статьей на сотрудника возлагаются, в том числе, следующие обязанности: соблюдать служебную дисциплину, исполнять обязанности по замещаемой должности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы учреждений и органов уголовно-исполнительной системы; осуществлять свою деятельность в рамках предоставленных полномочий; не оказывать предпочтение каким-либо профессиональным или социальным группам и организациям, быть независимым от влияния отдельных граждан, профессиональных или социальных групп и организаций, а также соблюдать принцип беспристрастности, исключающий возможность влияния на его служебную деятельность решений политических партий и других общественных объединений; не совершать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению им служебных обязанностей; соблюдать нормы служебной, профессиональной этики; проявлять корректность, уважение, вежливость и внимательность по отношению к гражданам и должностным лицам; не допускать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации либо авторитету учреждения или органа уголовно-исполнительной системы; не использовать служебное положение для оказания влияния на деятельность государственных органов, органов местного самоуправления, организаций, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих и граждан при решении вопросов личного характера.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 12 сентября 2019 года № 202 утвержден Дисциплинарный устав уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, предусматривающий в числе других обязанность сотрудника знать служебные обязанности и соблюдать порядок и правила выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных ему прав; соблюдать требования к служебному поведению (подпункты «а», «в» пункта 5 раздела II).

Кодексом этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденным приказом Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации от 11 января 2012 года № 5, установлено, что сотрудники и федеральные государственные гражданские служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны: исполнять должностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы учреждений и органов уголовно-исполнительной системы; не оказывать предпочтения каким-либо профессиональным или социальным группам и организациям, быть независимыми от влияния отдельных граждан, профессиональных или социальных групп и организаций; исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению ими должностных обязанностей; соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения; воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении им должностных обязанностей, избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб их репутации или авторитету уголовно-исполнительной системы (подпункты «а», «г», «д», «ж», «к» пункта 8 раздела II).

Под служебной дисциплиной понимается соблюдение сотрудником установленных законодательством Российской Федерации, Присягой сотрудника уголовно-исполнительной системы, дисциплинарным уставом уголовно-исполнительной системы, правилами внутреннего служебного распорядка учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, должностной инструкцией, контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы, приказами и распоряжениями прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) порядка и правил исполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав (часть 1 статьи 47 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ).

Частью 1 статьи 49 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ предусмотрено, что нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником законодательства Российской Федерации, Присяги сотрудника уголовно-исполнительной системы, дисциплинарного устава уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего служебного распорядка учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, должностной инструкции, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в уголовно-исполнительной системе, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при исполнении служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

За нарушение служебной дисциплины на сотрудника в соответствии со статьями 47, 49-53 настоящего Федерального закона налагаются дисциплинарные взыскания (часть 3 статьи 15 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ).

Увольнение со службы в уголовно-исполнительной системе в силу пункта 5 части 1 статьи 50 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ является одним из видов дисциплинарного взыскания, налагаемого на сотрудника уголовно-исполнительной системы в случае нарушения им служебной дисциплины.

Порядок наложения на сотрудников дисциплинарных взысканий установлен статьей 52 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 17-П от 26 декабря 2002 года, служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах. Лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, основанный в том числе, на особых требованиях к уровню профессиональной подготовки и морально-психологическим качествам, добросовестному исполнению ими условий служебного контракта, для них установлены повышенные требования к их поведению как в служебное, так и во внеслужебное время.

В силу пункта 9 части 3 статьи 84 Федерального закона от 19.07.2018 N 197-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник увольнению со службы в уголовно-исполнительной системе в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника.

Из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что для сотрудников учреждений или органов уголовно-исполнительной системы установлены повышенные требования к их поведению как в служебное, так и во внеслужебное время, вследствие чего на них возложены особые обязанности - заботиться о своей репутации, соблюдать нормы служебной, профессиональной этики, не совершать действий, которые могли бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении сотрудником должностных обязанностей, а также избегать ситуаций, способных нанести ущерб авторитету уголовно-исполнительной системы. В случае совершения сотрудником учреждений или органов уголовно-исполнительной системы проступка, порочащего честь сотрудника, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним - расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа уголовно-исполнительной системы права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов уголовно-исполнительной системы. Увольнение сотрудника уголовно-исполнительной системы за совершение проступка, порочащего честь сотрудника, обусловлено особым правовым статусом указанных лиц, повышенными репутационными требованиями к сотрудникам как носителям публичной власти и возложенной на них обязанностью по применению в необходимых случаях мер государственного понуждения и ответственностью, с которой связано осуществление ими своих полномочий.

Для решения вопроса о законности увольнения сотрудника со службы в учреждениях или органах уголовно-исполнительной системы в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника, то есть по пункту 9 части 3 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ, юридически значимым обстоятельством является установление факта совершения сотрудником уголовно-исполнительной системы действий, вызывающих сомнение в добросовестном исполнении им должностных обязанностей, нарушающих требования к поведению сотрудника при осуществлении служебной деятельности и во внеслужебное время, требования по соблюдению профессионально-этических принципов, правила поведения, закрепленные приведенными выше положениями нормативных актов, а также совершения действий, подрывающих репутацию и авторитет органов уголовно-исполнительной системы.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 с 16 ноября 2023 года проходила службу в ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю в должности младшего инспектора отдела охраны, имела специальное звание «младший сержант внутренней службы».

16 ноября 2023 года между ФИО1 и ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю заключен контракт о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации №, разделом 4 которого определены обязательства сотрудника, связанные с прохождением службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 4.1, 4.4 контракта о службе в уголовно-исполнительной системе от 16 ноября 2023 года ФИО1 (сотрудник уголовно-исполнительной системы Российской Федерации) приняла на себя обязательства быть верным Присяге сотрудника уголовно-исполнительной системы Российской Федерации; соблюдать требования к служебному поведению сотрудника, ограничения и запреты, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации, установленные Федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (л.д. 10-11, 25-26).

10 августа 2024 года ФИО1 ознакомлена с должностной инструкцией младшего инспектора отдела охраны федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 32 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю», разделом III которой определены обязанности младшего инспектора охраны. Так, младший инспектор охраны обязан соблюдать дисциплинарный устав уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, утвержденный приказом Минюста России от 12 сентября 2019 года № 202, Кодекс этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденный Приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5 (п. 28 инструкции); не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника и поддержанию служебной дисциплины (пункт 33 инструкции). За нарушение служебной дисциплины на сотрудника налагаются дисциплинарные взыскания (пункт 74 инструкции).

Приказом начальника ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 15 октября 2024 года № с ФИО1 расторгнут контракт, она уволена со службы в уголовно-исполнительной системе 15 октября 2024 года по пункту 9 части 3 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника). В качестве основания увольнения указано заключение о результатах служебной проверки ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 15 октября 2024 года № (л.д. 13-14, 43-44).

Из заключения по результатам служебной проверки, утвержденного начальником ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю 15 октября 2024 года, следует, что ФИО1 15 сентября 2024 года, находясь на больничном листе, оказывала помощь в кабинете отдела охраны, находилась в форменном обмундировании, записала на свой телефон и отправила видео-сообщение с угрозами в адрес 15-летней девочки.

Комиссия пришла к выводу о том, что своими действиями ФИО1 нарушила требования пп. 5 п. 1 ст. 13 Федерального закона № 197-ФЗ, пункта 8 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5. Комиссией предложено уволить ФИО1 со службы в уголовно-исполнительной системе по пункту 9 части 3 статьи 84 Федерального закона № 197-ФЗ в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника уголовно-исполнительной системы (л.д. 30-34).

С указанным выше заключением о результатах служебной проверки ФИО1 была ознакомлена 15 октября 2024 года, что подтверждается ее подписью.

За период службы в уголовно-исполнительной системе ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекалась, ей дважды объявлялась благодарность: к Международному женскому дню 8 марта (приказ ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 07.03.2024 №); к Дню образования службы охраны УИС (приказ ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю от 02.07.2024 №), что подтверждается справкой от 17 января 2025 года, предоставленной ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю (л.д. 74).

Из пояснений свидетеля О.., матери истца, следует, что С. с 6 класса мечтала служить Родине. После 11 класса она хотела поступить учиться в 

<

адрес>. Там не получилось. Он пришла и сказала родителям, что она будет работать, служить в ГУФСИН, и устраивается в ГУФСИН на службу. В апреле 2024 года она получает травму непосредственно на службе. В июне ей делают операцию на ........ После операции ее выписали. Она съездила на службу. Сказала, что больничный продлили. В июле ей ........ Она приезжает домой и говорит, что ей сказали выйти на работу. Потом в августе ее положили на реабилитацию в реабилитационный центр. Три недели она там находилась. Вышла из реабилитационного центра, снова уехала работать, ее заставили выйти на работу. В сентябре она должна ложиться на реабилитацию. У свидетеля день рождения ДД.ММ.ГГГГ. Решили, что в выходные посидят с семьей на даче. С. сказала, что не сможет поехать. Она говорит: «Меня заставили выйти на работу в воскресенье». В это воскресенье ей в «.......» приходит видео-сообщение. Она на него отвечает. Переписка вся удаляется с «.......»-канала полностью и через месяц С. увольняют после того, как ее списали с больничного. Со слов С. свидетелю известно, что была переписка с девочкой П.. Она оскорбляла С.. Свидетель с П. не знакома. Видео не видела.

Свидетель О., начальник отдела кадров и работы с личным составом ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю, пояснила, что сотрудник (истец) короткое время находился на службе. Потом была направлена на первоначальную подготовку, затем находилась на больничном длительное время. Затем поступило видео в учреждение. Свидетеля вызвали к начальнику посмотреть видео. Свидетель написала рапорт о проведении служебной проверки, и она состоялась. Истец находилась в этот момент на больничном листе. Её опрашивал оперуполномоченный по выходу с больничного. Порядок привлечения к дисциплинарной ответственности соблюден. За данный проступок может быть единственное наказание, только увольнение со службы. Каким образом поступило видео в учреждение, свидетелю не известно. Из объяснений С. взяты данные, что видео адресовано 15-летней школьнице. В компетенцию свидетеля не входит разыскивать лицо, которому адресовано видео. С Кодексом этики знакомят при поступлении на службу, сотрудники подписывают формализованный бланк. Еще разъясняется устно и выдается текст самого Кодекса. Также проводятся инструктажи о том, что запрещено в форменном обмундировании выставлять свои фотографии. Истцу эти требования разъяснялись.

Свидетель З. пояснила, что находилась в составе комиссии при проведении служебной проверки в отношении сотрудника ФИО1 Назначена была служебная проверка. Отдел кадров сделал приказ о том, что сотрудник совершил проступок. Задача свидетеля была ее опросить. Опрос был после выхода ФИО1 с больничного. Начала задавать уточняющие вопросы про видео, то, что было записано ею в форме, со спецсредствами в классе служебной подготовки. Почему она так поступила и зачем сделала это. Поначалу она путалась в показаниях, не могла связать двух слов, что и как это было. Собственноручно написала она объяснительную. Подписала без физического и морального давления. Когда она подала исковое заявление, там было указано, что она вела переписку с малознакомой девушкой по имени П.. Что данная девушка опорочила честь и достоинство ее как сотрудника уголовно-исполнительной системы. И в этот день она засняла видео, и отправила это девушке. В объяснительной, которую брала свидетель, она написала совсем другое. То, что у нее есть несовершеннолетние друзья-подростки, которые находятся в другом городе, и в этой школе тоже есть несовершеннолетняя девушка, которая как-то им угрожает. И, получается, ФИО1 решила защитить своих друзей-подростков. Сняла это видео. Видео свидетель смотрела. ФИО1 была в форме, со спецсредствами, показывает удостоверение, что она сотрудник уголовно-исправительной системы. Говорит, «если попадешь в нашу колонию, тебе здесь не поздоровится». Это были явные угрозы в адрес несовершеннолетнего ребенка. О том, что видео было адресовано именно несовершеннолетнему, свидетелю известно со слов ФИО1 Видео было предоставлено сотрудниками Главного управления ФСИН России по Пермскому краю, при каких обстоятельствах, свидетелю не известно. С ФИО1 свидетель беседовала также устно, до того, как она ушла на больничный. Она была вызвана в оперативный отдел, и я ее спросила «знаешь что-то про видео, которое было записано тобой». Она ничего не ответила. Покраснела и ушла. О том, что в отношении ФИО1 проводится служебная проверка, она была уведомлена в устной форме. На представленном видео свидетель посчитала, что ФИО1 высказаны угрозы, и совершен проступок, порочащий честь и достоинство сотрудника уголовно-исправительной системы.

Обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями, истец не оспаривает факт записи и направления видеообращения, адресованного, по мнению истца, несовершеннолетней, однако истец не согласна с увольнением, считает его незаконным, просит восстановить ее на службе в уголовно-исполнительной системе, полагая, что нарушен порядок проведения служебной проверки, а именно, при получении письменного объяснения её не были разъяснены положения о том, что она может не свидетельствовать против себя; она не была уведомлена письменно о том, что в отношении нее началось проведение служебной проверки; отсутствуют основания полагать, что члены комиссии не были заинтересованы в исходе дела и не являются родственниками лица, которому было адресовано видео-сообщение.

Пунктами 1-5 статьи 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ установлено, что служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя либо по заявлению сотрудника при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона. В проведении служебной проверки не может участвовать сотрудник, прямо или косвенно заинтересованный в ее результатах. В этом случае он обязан подать руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, рапорт об освобождении его от участия в проведении этой проверки. При несоблюдении указанного требования результаты служебной проверки считаются недействительными, а срок проверки, установленный частью 4 настоящей статьи, продлевается на 10 рабочих дней. При проведении служебной проверки в отношении сотрудника должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; вины сотрудника; причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в уголовно-исполнительной системе. Служебная проверка проводится в течение 30 дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя может быть продлен, но не более чем на 30 дней. В срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам. Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три рабочих дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять рабочих дней со дня представления заключения.

Пунктом 6 статьи 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ определено, что сотрудник, в отношении которого проводится служебная проверка: обязан давать объяснения в письменной форме по обстоятельствам проведения служебной проверки, если это не связано со свидетельствованием против самого себя; имеет право: представлять заявления, ходатайства и иные документы; обжаловать решения и действия (бездействие) сотрудников, проводящих служебную проверку, руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки; ознакомиться с заключением по результатам служебной проверки, если это не противоречит требованиям неразглашения сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну; потребовать провести проверку своих объяснений с помощью психофизиологических исследований.

Порядок проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации определяет условия и особенности проведения служебных проверок во ФСИН России, учреждениях, непосредственно подчиненных ФСИН России, территориальных органах ФСИН России и подведомственных им учреждениях уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (далее – УИС) в отношении сотрудников УИС и граждан Российской Федерации, уволенных со службы в УИС определен приказом Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 «Об утверждении Порядка проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» (далее – приказ Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341).

Пунктом 6 Приказа Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 установлено, что источниками информации, содержащими основания для проведения служебной проверки, являются в том числе: 

- поступившие в учреждения, органы УИС сведения (сообщения, данные) о дисциплинарном проступке или о происшествии с участием сотрудника, об обстоятельствах, препятствующих прохождению сотрудником службы в УИС, о совершении сотрудником преступления или административного правонарушения, которые могут содержаться в докладных записках, обращениях граждан и юридических лиц, работников УИС, решениях судебных, правоохранительных, контролирующих и иных государственных органов, общественных объединений, в публикациях средств массовой информации и информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в материалах процессуального и ведомственного контроля, контрольно-инспекторской деятельности, по результатам ревизий или проверок финансово-хозяйственной деятельности учреждения, органа УИС

- рапорт сотрудника на имя должностного лица, уполномоченного принимать решение о проведении служебной проверки, с просьбой о назначении служебной проверки для подтверждения факта нарушения условий контракта с указанием обстоятельств, подтверждающих этот факт.

Учреждения, органы УИС в течение 14 дней со дня, когда должностному лицу, указанному в пункте 7 Порядка, стала известна информация, являющаяся основанием для проведения служебной проверки, вносят ему на рассмотрение проект решения о проведении служебной проверки - проект приказа (распоряжения) о проведении служебной проверки (пункт 8 Приказа Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341).

Пунктом 9 Приказа Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 определено, что комиссия формируется в составе трех и более работников УИС. В состав комиссии включаются работники УИС, обладающие необходимыми знаниями и опытом.

Сотрудник, в отношении или по рапорту которого проводится служебная проверка обязан давать объяснения в письменной форме по обстоятельствам проведения служебной проверки, если это не связано со свидетельствованием против самого себя. Имеет право, в том числе ознакомиться с приказом (распоряжением) о проведении служебной проверки; ознакомиться по окончании служебной проверки с заключением и другими материалами служебной проверки в части, его касающейся, если это не противоречит требованиям законодательства Российской Федерации о неразглашении сведений, составляющих государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну (пункт 15 Приказа Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341).

Пунктами 17 и 18 Приказа Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 определено, что служебная проверка проводится в течение 30 дней со дня принятия решения о ее проведении должностным лицом, указанным в пункте 7 Порядка, за исключением случаев продления срока проведения служебной проверки в соответствии с пунктами 12, 19 Порядка или ее переноса в соответствии с пунктом 18 Порядка. В срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске, командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам. Срок проведения служебной проверки в таких случаях переносится на период, равный периоду отсутствия сотрудника по месту службы.

Пунктами 21-23 Приказа Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 установлено, что датой завершения служебной проверки является дата подписания членами комиссии заключения. Приказ о наложении дисциплинарного взыскания должен быть издан не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или командировке. С приказом учреждения, органа УИС о наложении дисциплинарного взыскания сотрудник должен быть ознакомлен под расписку в течение трех рабочих дней со дня его издания. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или командировке, а также время, необходимое для прибытия сотрудника к месту ознакомления с приказом о наложении на него дисциплинарного взыскания или для доставки указанного приказа к месту службы или жительства сотрудника. Результаты служебной проверки и принятые по ним решения могут быть пересмотрены (отменены) должностным лицом, издавшим приказ (распоряжение) о проведении служебной проверки, либо вышестоящим по отношению к нему должностным лицом по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, а также в случае нарушения комиссией Порядка на основании докладной записки руководителя структурного подразделения учреждения, органа УИС или рапорта (заявления) сотрудника (гражданина), поданного в течение трех месяцев со дня установления соответствующих обстоятельств.

Материалами дела достоверно установлено, что нарушений порядка проведения служебной проверки, утвержденного Приказом Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 «Об утверждении Порядка проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» в отношении ФИО1 не выявлено.

17 сентября 2024 года начальником отдела кадров и работы с личным составом ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю О. подготовлен рапорт с информацией о поступлении 17 сентября 2024 года сведений о возможных нарушениях требований Кодекса этики и служебного поведения сотрудников и федеральных государственных гражданских служащих уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 11 января 2012 года № 5 со стороны ФИО1 (л.д. 27).

Приказ о назначении служебной проверки и создании комиссии по её проведению подписан руководителем учреждения 18 сентября 2024 года, в установленный Приказом Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 четырнадцатидневный срок.

Заключение о результатах проведения проверки утверждено руководителем ФКУ ИК-32 15 октября 2024 года, соответственно, проверка проведена в установленный Приказом Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341 тридцатидневный срок, в который не включены периоды нахождения ФИО1 на листке нетрудоспособности (с 17 сентября 2024 года по 11 октября 2024 года).

Приказ о расторжении контракта и увольнении ФИО1 от 15 октября 2024 года издан в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 92 Федерального закона № 197-ФЗ и содержит сведения об основаниях увольнения.

Доводы истца и её представителя о том, что о проведении служебной проверки ФИО1 не была уведомлена в письменном виде, судом отклоняются.

Так, согласно абзацу 12 пункта 13 Порядка проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, утвержденным Приказом Минюста России от 31 декабря 2020 года № 341, члены комиссии в зависимости от предмета служебной проверки обязаны проинформировать сотрудника, в отношении или по рапорту которого проводится (проводилась) служебная проверка в установленный пунктом 17 Порядка срок, об издании приказа (распоряжения) о ее проведении.

Вместе с тем, указанный Порядок не содержит требований или прямого указания на то, что информирование сотрудника, в отношении которого проводится (проводилась) служебная проверка, об издании приказа о ее проведении, должно быть произведено под расписку, как, например, в случаях ознакомления с заключением служебной проверки или с приказом о наложении дисциплинарного взыскания, напротив, информирование сотрудника может быть произведено на любой стадии проведения служебной проверки, в том числе и по ее завершении.

ФИО1 была уведомлена о проведении в отношении нее служебной проверки, когда членом комиссии ФИО6 с неё были истребованы письменные объяснения. Имеющиеся в материалах дела письменные объяснения датированы ФИО1 14 октября 2024 года.

С заключением о результатах служебной проверки ФИО1 ознакомлена 15 октября 2024 года, а также повторно 18 ноября 2024 года, о чем свидетельствует её подпись в заключении (л.д. 30-34).

Доводы истца и её представителя о том, что при получении письменного объяснения ФИО1 не были разъяснены положения о том, что она может не свидетельствовать против себя, в связи с чем её объяснения не могли быть положены в основу заключения служебной проверки, не могут быть приняты во внимание. 

По обстоятельствам проведения служебной проверки ФИО1 даны письменные объяснения, в которых отсутствуют замечания, в том числе, касающиеся не разъяснения прав, иных нарушений проведения проверки.

Оснований для признания недействительными результатов служебной проверки ввиду включения в составе комиссии по ее проведению оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК-32 ГУФСИН России по Пермскому краю З., которой до назначения служебной проверки была предоставлена для просмотра видеозапись, не имеется, поскольку не может свидетельствовать о наличии у неё заинтересованности в исходе служебной проверки, и как следствие, признания ее результатов недействительными в силу части 2 статьи 54 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ.

Иных доказательств, которые бы свидетельствовали о прямой или косвенной заинтересованности членов комиссии в результатах проведения в отношении ФИО1 служебной проверки и увольнении последней за совершение проступка, порочащего честь сотрудника, в материалах дела не имеется.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, учитывая обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что ответчиком процедура, порядок и сроки проведения служебной проверки в отношении ФИО1 соблюдены. Факт совершения ею проступка, порочащего честь сотрудника уголовно-исполнительной системы установлен, поскольку ФИО1, пользуясь служебным положением, находясь в форменном обмундировании в учреждении уголовно-исполнительной системы, демонстрируя на камеру свое служебное удостоверение, произвела и направила посредством мессенджера ....... ведеозапись, которая содержит нецензурные выражения, а также угрозы («окажешься у меня в колонии», «я сделаю из твоей жизни ад»), адресуя её несовершеннолетней.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания увольнения ФИО1 незаконным и отказывает в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю, Федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 32 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю о признании незаконным увольнения, восстановлении на службе в уголовно-исполнительной системе – отказать.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми. 

Судья Н.Л. Аристова

Мотивированное решение составлено 02 апреля 2025 года.