Судья Панова Е.П.

Дело № 22-5708

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 9 декабря 2025 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Доденкиной Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Шарович Д.Н.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Турковой Н.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1, апелляционному представлению исполняющего обязанности Кунгурского городского прокурора Лобановой И.С. на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 4 августа 2025 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, судимый,

12 августа 2024 года Чернушинским районным судом Пермского края по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 7 годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 166 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в силу ч.3 ст. 69 УК РФ к 7 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

осужден по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору Чернушинского районного суда Пермского края от 12 августа 2024 года к 7 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок лишения свободы зачтено наказание, отбытое по приговору Черпнушинского районного суда Пермского края от 12 августа 2024 года с 17 января 2025 года до 4 августа 2025 года; в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей по приговору Чернушинского районного суда Пермского края от 12 августа 2024 года с 3 октября 2022 года до 17 января 2025 года, а также по настоящему делу с 4 августа 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Со ФИО1 в пользу Межмуниципального отдела МВД России «Кунгурский» в счет возмещения материального ущерба взыскано 53709 рублей 30 копеек

Разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы и представления, заслушав выступления осужденного ФИО1 и защитника Туркову Н.Г. в поддержание доводов жалобы, прокурора Нечаевой Е.В. об отмене приговора по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в умышленном уничтожении и повреждении имущества МО МВД России «Кунгурский», совершенных из хулиганских побуждений, повлекших причинение потерпевшему значительного ущерба и иных тяжких последствий.

Преступление совершено 19 февраля 2025 года в г. Кунгуре Пермского края, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении исполняющий обязанности Кунгурского городского прокурора Лобанова И.С. считает приговор постановленным с нарушением требований уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Отмечает, что в ходе предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 167 УК РФ, его действия судом квалифицированы как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества с причинением значительного ущерба, из хулиганский побуждений, повлекших иные тяжкие последствия. Ссылаясь на положения п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 45 от 15 ноября 2007 года «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганский побуждений», обращает внимание, что хулиганством может быть признано только такое грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, которое совершено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. При решении вопроса о наличии в действиях подсудимого грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, судам следует учитывать способ, время, место их совершения, интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства.

Ссылаясь на установленные в судебном заседании обстоятельства, в соответствии с которыми ФИО1, являющийся лицом, содержащимся под стражей, находился не в месте общего пользования, а один в камере изолятора временного содержания ОМВД «Кунгурский», своими действиями нарушил порядок содержания под стражей, правила внутреннего распорядка изолятора временного содержания, а не общественный порядок, при этом мотивом совершения преступления явилось его этапирование в ИВС без средств гигиены, личных вещей, документов, необходимых для участия в судебном заседании, из чего делает вывод, что ФИО1 не совершал действий, свидетельствующих о нарушении общепризнанных норм и правил поведения, общественного порядка, противопоставления себя окружающим, демонстрации своим поведением пренебрежительного отношения к обществу, в связи с чем полагает, что у суда не имелось оснований для признания совершения им действий из хулиганских побуждений.

Кроме того обращает внимание, что после того как ФИО1 уничтожил и повредил имущество в камере, он был перемещен в досмотровую комнату, в дальнейшем противоправных действий не совершал, выполнял все требования сотрудников, спецсредства в отношении него не применялись.

Полагает об отсутствии мотивированных доводов суда о наличии в действиях ФИО1 хулиганского мотива, а потому просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с постановленным приговором, полагает, что его вина в совершении инкриминированного ему преступления не нашла своего подтверждения в ходе предварительного следствия и судебного заседания, просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного представитель потерпевшего К. считает приговор законным и обоснованным, не находя оснований для удовлетворения апелляционной жалобы осужденного.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В обоснование виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, суд первой инстанции сослался на совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показания представителя потерпевшего, свидетелей, письменные материалы дела, а также показания самого подсудимого.

Как установлено из материалов дела, ФИО1 вину в совершении умышленных действий по повреждению и уничтожению чужого имущества не признал, не отрицая факты повреждения имущества, указал, что сделал это по неосторожности: стенка-перегородка санузла повредилась оттого, что он открыл дверь ногой, часть стены туалета могла разрушиться от захлапывания им двери, мойка могла повредиться, так как он на неё наклонился, лакокрасочное покрытие на полу и видеокамеры не повреждал.

В опровержение доводов подсудимого о неосторожном повреждении имущества судом приведены:

показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, в соответствии с которыми он пояснял, что, будучи доставленным 19 февраля 2024 года из СИЗО № 1 в ИВС г. Кунгура, хотя ранее содержался в ИВС пос. Октябрьский, где у него остались личные вещи и материалы дела, стал высказывать свое недовольство сотрудникам ИВС и конвоя, просил его этапировать обратно в СИЗО №1 либо привезти из ИВС пос. Октябрьский его вещи и документы, ему пообещали решить проблему; однако после помещения в камеру к нему никто не подошел; с целью привлечь внимание сотрудников изолятора, он заклеил видеокамеры, на это также не отреагировали, тогда он со злости пнул ногой дверцу туалета, отчего дверь выпала из рамки, само полотно и накладки и металлическая рама двери остались целыми; полотном от двери сбил две камеры видеонаблюдения, отчего они выпали из стены и повисли на проводах; выдернул штекер проводов из камеры, положил одну из них в унитаз, вторая упала на пол; когда мыл руки, обжегся кипятком, от боли дернулся, отчего раковина выпала из стены и загнулась на полу, он придавил ее ногой;

показания свидетелей Т. и Ж., являющихся сотрудниками ИВС МО МВД России «Кунгурский», пояснивших, что 19 февраля 2024 года из СИЗО г. Перми в ИВС г. Кунгура были доставлены Смольников, Ю., В., Л., которые высказали недовольство тем, что их привезли в ИВС г. Кунгура; ФИО1 был помещен в камеру №4, через некоторое время по мониторам, установленным в дежурной части ИВС, увидели, что на камерах №4, 8, 11 и 14, где размещались доставленные лица, пропало изображение, в коридоре был слышан громкий шум из этих камер, в связи с чем всех, в том числе и ФИО1, вывели обратно в досмотровое помещение; в камерах был нарушен порядок и повреждено имущество, при осмотре камеры № 4, в которой содержался Смольников, было повреждено: металлический каркас крепления раковины, металлическая раковина, канализационная труба, смеситель, 2 камеры видеонаблюдения, деревянная створка двери ограждения унитаза, угол перегородки туалета, лакокрасочное покрытие пола;

показания свидетелей А. и Ш., которые конвоировали ФИО1, Ю., В., Л. из СИЗО №1 в ИВС г. Кунгура, и пояснили, что по приезде в г. Кунгур, доставленные выражали недовольство тем, что их привезли в ИВС г. Кунгура, настаивая на доставление их в ИВС пос. Октябрьский, где ранее содержались, так как там находились их личные вещи и документы, высказывали угрозы все сломать, после размещения арестованных по камерам от сотрудников ИВС услышали о том, что эти лица стали ломать имущество в камерах;

показания свидетелей Ю., Л., В., подтвердивших, что ввиду доставления их вместе со ФИО1 в ИВС г. Кунгура они высказали недовольство, так как с собой у них не было личных вещей и материалов дела для подготовки к судебному заседанию, после помещения в камеры, каждый из них, не вступая в сговор друг с другом, повредил имущество;

показания свидетеля Д., являющегося начальником ИВС МО МВД России «Кунгурский», подтвердившего о повреждении имущества и уничтожении камер видеонаблюдения в четырех камерах ИВС 19 февраля 2024 года арестованными лицами, в том числе ФИО1, о чем ему известно от его заместителя Ж., а также пояснившего о введении в эксплуатацию камеры №4 после минимального ремонта и установления камеры видеонаблюдения в мае 2024 года;

показания свидетеля Н., являющегося начальником тыла МО МВД России «Кунгурский», участвующего в качестве руководителя комиссии, созданной для определения объема работ, связанных с ремонтом четырех камер ИВС в связи с их повреждением задержанными лицами, и пояснившего, что при осмотре камеры №4 установили о необходимости замены поврежденных и не подлежащих ремонту канализационной трубы, раковины из стали с сифоном, двух камер видеонаблюдения, также был определен объем ремонтных работ; составлена дефектная ведомость, на основании которой специалистами ВКУ «ЦХ и СО ГУ МВД России по Пермскому краю» выполнен сметный расчет; в связи с отсутствием финансирования в камере №4 своими силами был сделан минимальный необходимый ремонт, установлена одна камера видеонаблюдения, после чего в мае-июне 2024 года камера стала использоваться изолятором по прямому назначению;

показания представителя потерпевшего МО МВД России «Кунгурский» К., согласно которым, для определения объема работ, связанных с ремонтом в камерах ИВС, имущество в которых было уничтожено и повреждено арестованными лицами, в том числе в камере № 4 ФИО1, была составлена дефектная ведомость на выполнение работ по ремонту помещений ИВС, на основании сметного расчета определена стоимость имущества, поврежденного ФИО1, состоящая из оценки стоимости уничтоженного и поврежденного имущества и стоимости работ по его замене и ремонту, за исключением затрат, связанных с приобретением и установкой новых, взамен уничтоженных камер видеонаблюдения LTV CNT-830 58, которые приобретались при строительстве здания ИВС подрядчиком у официального продавца в магазине ООО «***», и которые сняты с производства в 2017 году, их продажи прекращены, ближайшим по характеристикам аналогом которых является модель LTV-3CND40-M2713, стоимость которой составляет 29 000 рублей. Причиненный МО МВД России «Кунгурский» ущерб является значительным, так как организация бюджетная, собственных доходов не имеет, кроме того все имущество в камере для задержанных имеет высокую значимость, обусловленную повреждением имущества в специализированном учреждении, предназначенном для содержания подозреваемых и обвиняемых лиц, содержание которых осуществляется в соответствии с установленными законом нормами; в результате повреждения имущества, содержание лиц в данной камере стало невозможным, что послужило причиной дезорганизации работы ИВС МО МВД России «Кунгурский», негативно сказалось на деятельности организации и усложнило ход несения службы сотрудникам, ввиду недостаточности финансирования в помещение камеры № 4 был выполнен минимальный ремонт, камера стала эксплуатироваться лишь с мая 2024 года.

Показания осужденного, представителя потерпевшего, свидетелей об обстоятельствах происходящих событий, объёма причиненного вреда согласуются с письменными доказательствами, в том числе протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксирована обстановка в камере № 4 ИВС МО МВД России «Кунгурский» отражено о повреждении раковины и металлического каркаса, на котором крепится раковина; смесителя, канализационной трубы, двери санузла, двух камер видеонаблюдения, скола верхнего угла перегородки туалета; протоколами выемки и осмотра предметов, согласно которым осмотрены видеозаписи с камер видеонаблюдения с изображением действий ФИО1, как он ударяет ногой дверь туалета, отчего дверь закрывается внутрь и от стены летят осколки, заклеивает камеры видеонаблюдения; дефектной ведомостью на выполнение работ по ремонту помещений ИВС МО МВД России «Кунгурский», согласно которой в камере № 4 определен объём работ, материалов и предметов, подлежащих замене; локальным сметным расчетом № 141, составленным на основании технического задания №11/8098 от 22 февраля 2024 года - стоимость приобретения материалов и работ по ремонту и установке мойки, канализационной трубы и стенки-перегородки составила – 10709 рублей 30 копеек; актом технического состояния определено, что камеры видеонаблюдения LTV CNT-830 58 ремонту не подлежат; согласно ответа ООО «***» от 1 ноября 2024 года, антивандальные купольные видеокамеры модели LTV CNT-830 58 сняты с производства в августе 2017 года, ближайшим аналогом указанной модели является видеокамера LTV-3CND40-V2713, ее розничная цена на 19 февраля 2024 года составляет 29000 рублей; справкой начальника МО МВД России «Кунгурский» от 18 декабря 2024года о том, что работа камеры для задержанных № 4 ИВС МО МВД России «Кунгурский» возобновлена в мае 2024 года.

На основании приведенных, а также иных изложенных в приговоре доказательств, в том числе показаниях свидетелей, представителя потерпевшего, подтверждающихся письменными доказательствами, которые согласуются между собой, судом правильно установлены фактические обстоятельства по делу, и сделаны обоснованные выводы о виновности ФИО1 в совершении умышленного повреждения и уничтожения имущества, находящегося в камере для задержанных лиц № 4.

При этом судом из обвинения исключено повреждение ФИО1 лакокрасочного покрытия пола в камере №4, как не нашедшего своего подтверждения, в связи с чем размер причиненного ущерба установлен в сумме 68709 рублей 30 копеек.

В соответствии с разъяснением Верховного суда, изложенным в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», на которые обоснованно сослался суд, при решении вопроса о значительности ущерба следует исходить из стоимости и значимости этого имущества для потерпевшего, в зависимости от рода деятельности и финансово-экономического состояния юридического лица, являющегося собственником или владельцем уничтоженного и поврежденного имущества.

Выводы относительно значительности причиненного ущерба ФИО1 сделаны судом исходя из размера установленного материального ущерба поврежденного и уничтоженного имущества в сумме 68709 рублей 30 копеек, значимости этого имущества для МО МВД России «Кунгурский», финансирование которого осуществляется из федерального бюджета, рода деятельности МО МВД России «Кунгурский», являющегося специализированным учреждением, предназначенным для содержания лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, а также для лиц, административно задержанных, содержание которых осуществляется в соответствии с установленными законом нормами.

Доводы защиты относительно отсутствия доказательств об умышленных действиях ФИО1 по уничтожению и повреждению чужого имущества, а также о неверно установленном размере причиненного ущерба и отсутствии в действиях осужденного состава преступления ввиду незначительности причиненного ущерба, как видно из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, выдвигались в ходе судебного следствия, были предметом тщательной проверки в суде первой инстанции, в результате которой мотивированно, со ссылкой на установленные обстоятельства, отвергнуты.

Вместе с тем, действия ФИО1 квалифицированы судом по ч. 2 ст. 167 УК РФ, как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества с причинением значительного ущерба, из хулиганский побуждений, повлекших иные тяжкие последствия.

В обоснование иных тяжких последствий суд первой инстанции указал о дезорганизации работы ИВС МО МВД России «Кунгурский» по вине ФИО1

На основании показаний представителя потерпевшего и свидетеля Д. установлено, что в результате противоправных действий ФИО1 работа камеры № 4 на длительный период была приостановлена, так как содержание лиц в этой камере стало невозможным, кроме того, исходя из предусмотренной возможности о содержании в ИВС МО МВД России «Кунгурский» 50 задержанных лиц, фактически при средней суточной наполняемости от 24 до 40 человек, не функционирование даже одной камеры вызвало затруднение размещения спецконтингента, была нарушена бесперебойная работа ИВС, что согласно предъявленному обвинению и выводам суда повлекло тяжкие последствия, выразившиеся в дезорганизации работы ИВС МО МВД России «Кунгурский».

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, изложенными в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» к тяжким последствиям, причиненным по неосторожности в результате умышленного уничтожения или повреждения имущества относятся, в том числе длительная приостановка или дезорганизация работы предприятия, учреждения или организации.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства по делу, в соответствии с которыми, ввиду повреждения имущества действиями ФИО1 камера № 4, рассчитанная на 4 человек, не функционировала с 19 февраля 2024 года по 15 мая 2024 года; с учетом количества лиц, содержащихся в указанный период времени в ИВС, от 24 до 40 человек, при возможности содержания 50 задержанных, и отсутствии сведений о конкретных фактах затруднения с размещением таких лиц, достаточных доказательств о дезорганизации работы изолятора временного содержания МО МВД России «Кунгурский» по вине ФИО1 судом не приведено.

Наряду с этим, заслуживают внимания доводы апелляционного представления прокурора об отсутствии хулиганского мотива в действиях

осужденного ФИО1

С учетом установленных по делу обстоятельств, характеризующих развитие конфликтной ситуации, изложенных осужденным и свидетелями, субъективного отношения к ним ФИО1, указавшего причину, по которой он повредил имущество в камере для задержанных, а именно в связи с его несогласием о доставлении в ИВС г. Кунгура, так как по месту его прежнего содержания в ИВС Октябрьского района у него остались личные вещи и записи, необходимые для участи в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела, основания для признания в его действиях хулиганского мотива отсутствуют.

Кроме этого, как обоснованно отмечено в апелляционном представлении прокурора со ссылкой на положения п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 45 от 15 ноября 2007 года «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганский побуждений», хулиганством может быть признано только такое грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, которое совершено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. При решении вопроса о наличии в действиях подсудимого грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, судам следует учитывать способ, время, место их совершения, интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства.

Между тем, как следует из установленных по делу обстоятельств, ФИО1, являясь лицом, содержащимся под стражей, находился один в камере изолятора, по указанной выше причине, повредил имеющееся в камере имущество, чем нарушил порядок содержания под стражей, правила внутреннего распорядка изолятора временного содержания; при этом камера изолятора общественным местом не является, действий, свидетельствующих о нарушении общепризнанных норм и правил поведения, общественного порядка, противопоставления себя окружающим, демонстрации своим поведением пренебрежительного отношения к обществу ФИО1 не совершал.

Исходя из изложенного, нельзя согласиться с выводами суда относительно квалификации действий ФИО1 по ч. 2 ст. 167 УК РФ, по мнению суда апелляционной инстанции, его действия подлежат квалификации по ч. 1 ст. 167 УК РФ, как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества с причинением значительного ущерба.

Принимая во внимание, что каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства, нарушали процедуру уголовного судопроизводства при расследовании и рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, не установлено, а устранить допущенные судом нарушения ввиду неверной квалификации действий осужденного возможно путем изменения приговора при рассмотрении дела в апелляционной инстанции, доводы апелляционного представления прокурора и жалобы осужденного об отмене приговора удовлетворению не подлежат.

Также, с учетом сделанных выводов относительно доказанности вины ФИО1 в совершении им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ, не имеется оснований для его оправдания, о чем ставит вопрос сторона защиты.

При назначении ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, данные о личности осужденного, установленные судом смягчающие обстоятельства – наличие малолетнего ребенка, частичное признание вины, частичное возмещение причиненного ущерба, состояние его здоровья, отсутствие по делу отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

С учетом всех установленных по делу обстоятельств и данных о личности ФИО1 суд апелляционной инстанции назначает ему наказание в виде исправительных работ.

Принимая во внимание совершение ФИО1 преступления до постановления в отношении него приговора Чернушинского районного суда Пермского края от 12 августа 2024 года, судом принято законное и обоснованное решение о назначении осужденному наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний в виде реального лишения свободы.

Вид исправительного учреждения определен судом, исходя из приговора Чернушинского районного суда Пермского края от 12 августа 2024 года.

Судом приняты правильные решения о зачете в срок лишения свободы наказания, отбытого по приговору Чернушинского районного суда Пермского края от 12 августа 2024 года и периода содержания его под стражей, как по настоящему делу, так и по приговору от 12 августа 2024 года, а также о разрешении гражданского иска потерпевшего и судьбе вещественных доказательств.

Таким образом, приговор суда подлежит изменению по указанным выше обстоятельствам, оснований для его отмены, в том числе по доводам апелляционного представления прокурора и жалобы осужденного, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 4 августа 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ, по которой назначить наказание в виде исправительных работ сроком на 10 месяцев с удержанием в доход государства 10% заработной платы;

в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Чернушинского районного суда Пермского края от 12 августа 2024 года назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 3 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление и жалобу осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий