дело № 2-309/2024

УИД 10RS0008-01-2024-000251-61

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 мая 2024 года г. Медвежьегорск 

Медвежьегорский районный суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Ероховой Л.А., при секретаре Павковой А.П., с участием помощника прокурора Медвежьегорского района Авериной А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба, причиненного в результате профессионального заболевания,

установил:

ФИО1 обратился с иском по тем основаниям, что с 23.01.2018 на основании трудового договора работал в ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» 

<

данные изъяты>, 24.02.2023 у истца диагностирован 

<

данные изъяты> Согласно акту Управления Роспотребнадзора по Республике Карелия от 11.07.2023 причиной указанного заболевания послужило длительное воздействие вредного производственного фактора - токсико-аллергенных аэрозолей сложного состава, заболевание признано профессиональным, вины работника в возникновении заболевания нет. По заключению МСЭ степень утраты трудоспособности истца составляет 10%. В связи с необходимостью диагностики заболевания истцом понесены расходы на проезд в Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова в г. Москва, расходы на лабораторные исследования по договору об оказании платных медицинских услуг в общей сумме 14484 руб. Профессиональное заболевание причиняет истцу физические и нравственные страдания, вызванные невозможностью вести привычный образ жизни, работать в соответствии с квалификацией, в прежнем размере материально обеспечивать жизненные потребности. В ответ на обращение к ответчику от 31.10.2023 о выплате денежной компенсации, истец получил письмо от 23.11.2023 о том, что моральный вред возмещен исполнением ответчиком условий мирового соглашения, утвержденного определением Медвежьегорского районного суда от 30.08.2023 по гражданскому делу № 2-519/2023. Однако исковые требования к ответчику по делу № 2-519/2023 были предъявлены истцом в связи с произошедшим 09.01.2022 несчастным случаем на производстве, вследствие которого истец получил иные повреждения здоровья. Истец ФИО1 просит суд взыскать с ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» в свою пользу в возмещение материального ущерба 14484 руб., компенсацию морального вреда в размере 250000 руб.

Истец ФИО1 и представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования по изложенным основаниям поддержали.

Представитель ответчика ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» по доверенности ФИО3 в судебном заседании принимала участие посредством видеоконференц-связи с Московским городским судом, против исковых требований возражала по тем основаниям, что истцом не представлены доказательства возникновения профессионального заболевания по вине ответчика. Обратила внимание, что стаж работы истца у ответчика оставляет 4 года 4 месяца, до трудоустройства в ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» истец длительное время работал электросварщиком ручной сварки, электрогазосварщиком на иных предприятиях в условиях воздействия опасных вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что не исключает приобретение профзаболевания у иных работодателей. Полагая, что совокупность условий для возмещения вреда истцом не доказана, размер заявленной ко взысканию компенсации не отвечает критериям разумности и справедливости, а размер заявленного ко взысканию материального ущерба документально не подтвержден, просила в иске отказать. Несмотря на разъяснение судом права ходатайствовать о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы на предмет давности возникновения профзаболевания, о проведении экспертизы не ходатайствовала.

Представители третьих лиц Управления Роспотребнадзора по Республике Карелия, ООО «Лобское-5» не явились, извещены, ходатайств не представили.

Представитель третьего лица ООО «Корунд» не явился, извещался, судебное извещение возвращено отделением почтовой связи по истечении срока хранения. В силу п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ, п. 1 ч. 2 ст. 117 ГПК РФ суд считает ООО «Корунд» извещенным о времени и месте судебного заседания. 

Помощник прокурора Медвежьегорского района Республики Карелия Аверина А.А. при даче заключения исковые требования ФИО1 полагала обоснованными и подлежащим удовлетворению.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд рассматривает дело в отсутствие третьих лиц. 

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, приняв во внимание заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В силу положений абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

Положениями ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ установлена обязанность работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 214 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Согласно ч. 1 ст. 216 Трудового кодекса РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона РФ от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

На основании ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе РФ норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В абзаце 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 Трудового кодекса РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Как следует из материалов дела, истец ФИО1 с 01.01.2001 по 04.03.2004 работал электросварщиком 5 разряда ручной сварки в Медвежьегорском щебзаводе; с 05.03.2004 по 04.12.2009 электросварщиком ручной сварки в ООО «Бизон»; с 08.12.2009 по 10.01.2011 электрогазосварщиком на резке и ручной сварке и с 11.02.2011 по 29.05.2017 электросварщиком ручной сварки 5 разряда в ООО «Лобское-5»; с 06.06.2017 по 29.12.2017 электрогазосварщиком на резке и ручной сварке в ООО «Корунд»; с 23.01.2018 по 31.05.2022 электросварщиком ручной сварки 5 разряда в участке по ремонту дробильно-сортировочного оборудования в ООО «Медвежьегорский щебеночный завод». Трудовой договор между истцом и ответчиком расторгнут приказом № М00Л151/004 от 31.05.2022 на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ по соглашению сторон.

Согласно медицинскому заключению Первого Московского государственного медицинского университета имени И.М. Сеченова № 56 от 24.04.2023 ФИО1 установлен диагноз, в отношении которого проведена экспертиза связи заболевания с профессией, - 

<

данные изъяты>

Актом о случае профессионального заболевания от 11.07.2023, утвержденного Врио руководителя Управления Роспотребнадзора по Республике Карелия, подтверждается, что диагностированное истцу профессиональное заболевание возникло в результате несовершенства технологических процессов в трудовой деятельности электрогазосварщика, производственный процесс электрогазосварщика осуществлялся в условиях повышенного содержания в воздухе токсико-аллергенных аэрозолей сложного состава, непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие вредного производственного фактора – токсико-аллергенных аэрозолей сложного состава (п. 20). Вины работника нет (п.19 акта). Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 21 год 03 месяца (п. 9 акта). Согласно п. 21 акта, лица, допустившие нарушения санитарных правил, норм и гигиенических нормативов, не установлены.

Из акта о случае профессионального заболевания также следует, что ранее профессионального заболевания у ФИО1 не имелось. Профессиональное заболевание выявлено при обращении. В результате профессионального заболевания трудоспособность утрачена.

Согласно справке Бюро МСЭ-2006 № 0908281 от 12.10.2023 степень утраты трудоспособности истца составляет 10%.

Относительно давности возникновения диагностированного истцу заболевания судом установлено, что 22.11.2014, 21.11.2015, 10.10.2018 ФИО1 проходил рентгенологические исследования в ГБУЗ РК «Медвежьегорская ЦРБ», в легких не было установлено очаговых, инфильтративных изменений. Согласно протоколу исследования грудной полости в Медвежьегорской ЦРБ от 27.11.2020 № 495/1, у истца установлены 

<

данные изъяты>. Согласно исследованию в Медвежьегорской ЦРБ от 25.02.2021 установлены поствоспалительные изменения в легких.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № 1 от 27.01.2023 следует, что 11.06.2021 ФИО1 Центром профпатологии ГБУЗ РК «Республиканская больница им. В.А. Баранова» установлен предварительный диагноз профессионального заболевания – 

<

данные изъяты> (извещение № 24 от 11.06.2021), 01.11.2022 Центром профпатологии УКБ № 3 ФГАОУ ВО Первый МГМУ им. Сеченова установлен предварительный диагноз профессионального заболевания – 

<

данные изъяты> (извещение № 50 от 01.11.2022). 

Согласно п. 24 указанной характеристики, условия труда электросварщика ручной сварки участка по ремонту дробильно-сортировочного оборудования ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» ФИО1 не соответствовали по уровням шума, содержанию вредных веществ в воздухе рабочей зоны (марганец в сварочных аэрозолях, азота оксиды) требованиям СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требованиям к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания». По показателям тяжести трудового процесса условия труда электросварщика ручной сварки участка по ремонту дробильно-сортировочного оборудования ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» ФИО1 в соответствии с Р 2.2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» характеризовались как тяжелые 1 степени (3.1 класс). Условия труда ФИО1 в период трудовой деятельности электросварщиком ручной сварки ремонтного цеха ООО «Лобское-5» не соответствовали требованиям СН 2.2.4/2.1.8.562-96 «Шум на рабочих местах, в помещениях жилых, общественных зданий и на территории жилой застройки», ГН 2.2.5.1313-03 «Предельно допустимые концентрации (ПДК) вредных веществ в воздухе рабочей зоны» по уровням шума, содержанию. Вредных веществ в воздухе рабочей зоны (марганец в сварочных аэрозолях, железа оксид, дижелезо триоксид, пыль (кремния диоксид кристаллический при его содержании от 10 до 70%). Условия труда характеризовались как тяжелые 2 степени (3.2 класс).

Согласно выписному эпикризу из медкарты № 28545/2023 Университетской клинической больницы № 3 ФГАОУ ВО Первый МГМУ им. Сеченова, ФИО1 с 17.04.2023 по 24.04.2023 находился в отделении профпатологии и пульмонологии, поступил с клиническим диагнозом 

<

данные изъяты> в анамнезе указывается на одышку с начала 2021 года, снижение остроты слуха с января 2022. С января 1990 по 2019 профпатологии не выявлено, легкие без изменений, признавался годным к работе по специальности. По заключениям профпатолога от 24.08.2020 и от 27.02.2021 к работе годен.

Исследованные письменные доказательства не содержат данных, объективно указывающих на возникновение у истца профессионального заболевания в период его работы в ООО «Лобское-5». В нарушение ст. 12, ст. 56 ГПК РФ ответчик не представил суду доказательств возникновения у истца профессионального заболевания в период работы у иных работодателей. Сам по себе факт работы во вредных и тяжелых условиях труда, несоответствие условий труда истца в ООО «Лобское-5» требованиям СН 2.2.4/2.1.8.562-96, ГН 2.2.5.1313-03 достоверно не свидетельствует о возникновении профессионального заболевания у истца в период работы на данном предприятии. Изменения в органах дыхания зафиксированы у истца с 2022 года, до указанного времени истец признавался годным к работе по профессии. Применительно к периоду трудоустройства ФИО1 в ООО «Медвежьегорский щебеночный завод», учитывая сведения об условиях труда и об изменениях в состоянии здоровья истца, суд приходит к выводу о доказанности возникновения профессионального заболевания в период работы истца в ООО «Медвежьегорский щебеночный завод».

Назначение ФИО1 страховых выплат в соответствии с Приказом Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по РК от 20.12.2023 № 3505-В в силу п. 3 ст. 8 Федерального закона РФ от 24.07.1998 № 125-ФЗ не освобождает ответчика как причинителя вреда от обязанности компенсировать моральный вред, выраженный в физических и нравственных страданиях, претерпеваемых истцом.

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания № 30.2.10/2024 от 10.04.2024 (повторная), ФИО1 до 01.05.2025 установлена утрата трудоспособности 10%, он нуждается в постоянном приеме лекарственных препаратов, в санаторно-курортном лечении по профилю болезней органов дыхания, профессиональная деятельность возможна с учетом снижения квалификации и уменьшения объема (тяжести) работ.

Поскольку судом установлено, что ненадлежащими условиями труда истцу причинены физические и нравственные страдания в связи с наличием профессионального заболевания, частичной утратой трудоспособности, изменением привычного образа жизни, уровня материального обеспечения, нуждаемостью в лечении, принимая во внимание степень вины работодателя, фактическую продолжительность трудовой деятельности истца у ответчика, суд приходит к выводу, что заявленная истцом ко взысканию компенсация морального вреда в размере 250000 руб. отвечает требования разумности и справедливости, соразмерна размеру причиненного действиями ответчика вреда.

При установленных обстоятельствах суд на основании ст. 15 Гражданского кодекса РФ полагает обоснованными требования истца о взыскании с ответчика в возмещение материального ущерба расходов, связанных с проездом ФИО1 в г. Москва на обследование и лечение в сумме 14484 руб. Расходы истца на проезд железнодорожным транспортом по маршруту Петрозаводск-Москва 16.10.2022 составили 2195 руб. 40 коп., обратно 01.11.2022 – 1966 руб. 20 коп.; по маршруту Петрозаводск-Москва 16.04.2023 составили 3981 руб. 10 коп., обратно 24.04.2023 от Москвы до Петрозаводска 3634 руб. 30 коп., а всего: 11777 руб., что подтверждается проездными документами. По договору на оказание медицинских услуг от 15.10.2022, заключенному с ООО «ИНВИТРО СПб», истцом ФИО1 понесены расходы на оплату лабораторных исследований 15.10.2022 в размере 1377 руб. и 15.04.2023 в размере 1330 руб., что подтверждается договором, сметами, подлинниками чеков на оплату. Из выписного эпикриза из медкарты истца № 28545/2023, санитарно-гигиенической характеристики условий труда № 1 от 27.01.2023 следует необходимость прохождения указанных платных медицинских исследований; данными документами подтверждается факт нахождения истца в медицинском учреждении в г. Москва в периоды, относящиеся к датам, указанным в проездных документах. 

Поскольку суд пришел к выводу об обоснованности иска и его удовлетворении, с ответчика в доход бюджета на основании ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина.

Руководствуясь ст. 194 ГПК РФ, суд

решил:

Иск удовлетворить.

Взыскать с ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания в размере 250000 руб., материальный ущерб в размере 14484 руб.

Взыскать с ООО «Медвежьегорский щебеночный завод» в доход бюджета МО «Медвежьегорский муниципальный район» государственную пошлину в размере 879 руб. 36 коп.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Медвежьегорский районный суд в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья Л.А. Ерохова 

Решение в окончательной форме составлено 24 мая 2024 года.