Дело № 2 - 2771/2025 ( 59RS0002-01-2025-003713-36 )

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Пермь 24 октября 2025 г.

Индустриальный районный суд г. Перми в составе:

федерального судьи Еловикова А.С.

при секретаре Губиной О.А,

прокурора Манохиной Ж.В

с участием истца – ФИО4

представителя ответчика – ФИО1 по доверенности

третьих лиц: ФИО2, ФИО5А

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля », третьи лица: ФИО2, ФИО5 о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратился в суд с иском к ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля» о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований, указал, что ДД.ММ.ГГГГ он обратился в ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля» за медицинской помощью. При осмотре был поставлен диагноз: кровоизлияние в стекловидное тело правого глаза. Лечение проходил в дневном стационаре. 

ДД.ММ.ГГГГ лазерный хирург во время осмотра сообщила, что для предотвращения отслойки сетчатки, необходимо «приварить» в день осмотра, но необходимо подождать более двух часов.

Во время ожидания очереди на процедуру, проходивший мимо лечащий врач, уточнив у него с какой целью он ожидает очередь, сообщил истцу, что процедуру проходить не нужно, в связи с чем может идти домой, явку назначил на ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истец перестал видеть правом глазом. 

ДД.ММ.ГГГГ при осмотре врачом был поставлен диагноз: свежая отслойка сетчатки с разрывом. Острота зрения: 0,09.

Считает, что вред его здоровью выразился в ухудшении состояния и снижения остроты зрения правого глаза, снижение зрения на правом глазу с 0.9 до 0.3-0.35, которое не корректируется очками (линзами) и не лечится медикаментозно или хирургически. 

В это же день истец выписался из ГБК № и обратился за оказанием экстренной медицинской помощью в ООО 

<

данные изъяты> где врач при осмотре сообщил, что, данная ситуация произошла из-за отложения процедуры приваривания сетчатки - коагуляция. 

В результате некачественного оказания медицинской помощи истцу были причинены убытки в виде расходов на лечение в клинике ООО 

<

данные изъяты> в размере 155 099 руб.

На основании изложенного просит взыскать с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля» убытки в размере 155 099 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. судебные расходы.

Истец в судебном заседании на исковых требованиях настаивает в полном объеме, по доводам, изложенным в иске. 

Представитель ответчика в судебном заседании с исковыми требованиями не согласен по доводам, изложенным в отзыве, указав, что ФИО4 находился на лечение в дневном стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ диагнозом: 

<

данные изъяты> В ходе лечения отмечалась положительная динамика, гемофтальм частично резобрировался, острота зрения сохранялась на том же уровне (VOD= 0,09 н/к). В следствие лечения гемофтальма, прозрачность сред глаза начала восстанавливаться, появилась возможность выполнить биомикроскопию, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ пациент был направлен в кабинет врача-офтальмолога для осмотра. В ходе приема, пациенту была проведена биомикроскопия переднего отдела глазного яблока. При процедуре детали глазного дна были не видны из-за взвеси крови в стекловидном теле, в том числе из-за недостаточного мидриаза (расширение зрачка). При проведении биомикроскопии были впервые выявлены отслойки сетчатки глаза. Для более детального осмотра пациенту была проведена инсталляция капель «Феникамид» для достижения максимального мидриаза, рекомендовано ожидание в коридоре для дальнейшего осмотра и выбора тактики лечения. Пациент покинул место ожидания без осмотра и рекомендаций врача-офтальмолога лазерного кабинета. Из пояснений лечащего врача ФИО2 и врача-офтальмолога лазерного кабинета ФИО5 следует, что описанные в исковом заявлении диалоги не имели места. Утверждение истца о потере зрения правого глаза ДД.ММ.ГГГГ также является спорным в связи с отсутствием обращения за помощью к дежурному врачу офтальмологического отделения. Кроме того, при ДД.ММ.ГГГГ потеря зрения не выявлена. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Рекомендовано хирургическое лечение в условиях круглосуточного стационара, Пациент выразил желание осуществлять лечение в платной клинике, просил ускорить подготовку выписных документов. Истец не воспользовался своим правом на получение бесплатной медицинской помощи, отдав предпочтение платной медицинской клинике.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании исковые требования не поддерживает. Пояснил, что пациент ФИО4 находился под его наблюдением на дневном стационаре, поступил с диагнозом: гемофтальм это, когда кровь переливается в глаз. При таком состоянии не видно детали сетчатки и причину сразу выявить невозможно. Ранее со слов пациента ему делали лазерную коагуляцию, припаивали сетчатку. Когда Гемофтальм начал рассасываться, ФИО4 был направлен в кабинет лазерного врача для обследования. По результатам обследования он бы принял дальнейшее решение по методике лечения. После того, как он выдал истцу направление в кабинет лазерного обследования, ФИО4 он больше не видел и домой не отправлял. Исходя из медицинских документов ФИО4 на протяжении всех выходных дней проходил лечение (делал инъекции). ДД.ММ.ГГГГ истец был осмотрен им, зрение стало чуть лучше, отслойка сетчатки не ведет к резкому ухудшению зрения, у него рассосался Гемофтальм, стало лучше видно, был поставлен точный диагноз, кроме Гемофтальма был обнаружен разрыв сетчатки, локальную отслойку сетчатки, было рекомендовано решить эту проблему хирургическим путем в круглосуточном стационаре. Однако ФИО4 попросил подготовить выписные медицинские документы, ему был оформлен больничный лист, подготовлен эпикриз. До истца была доведена информация о возможности получения бесплатной медицинской помощи, но пациент принял решение продолжить лечение в платной клинике. В данном случае экстренности в лечении не было, в связи с чем, истец был выписан из дневного стационара. Из медицинской карты клиники 

<

данные изъяты> указанный диагноз обусловлен разрывом сетчатки, то есть диагноз соотносится с диагнозом, установленный им. Указанный диагноз не связан с ухудшением состояния здоровья с ДД.ММ.ГГГГ. 

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании исковые требования не поддерживает, по существу пояснила, что пациент ФИО4 пришел к ним с направлением от ФИО2 В ходе приема, ему была проведена биомикроскопия, зрачок был недостаточно широким, для более детального осмотра закапали глазные капли, чтобы расширить зрачок, пациент в последующем был направлен в коридор, для достижения максимального мидриаза. Примерно через 40 - 50 минут в коридоре пациента не было. Возможно коагуляцию не получилось бы провести поскольку у пациента в стекловидном теле хоть и были улучшения, но сгустки крови оставались. Гемофтальм сохранялся – это препятствует лазерной коагуляции на сетчатке, и возможно лазерные коагуляры не применимы к данной ситуации, возможно, это могла бы быть просто попытка, даже, если бы был обнаружен разрыв. В случае обнаружения разрыва, она бы сообщила об этом лечащему врачу ФИО2 Стационарную карту она не заполнила, в связи с тем, что пациент детально не осматривался, поскольку он ушел. В данном случае экстренности в калининских рекомендациях нет. ФИО4 выписывался со зрением 0,09, при выписке у него острота зрения была лучше, чем при поступлении. Лечение, оказанное в стационаре, оно помогло, не факт, что они могли этот разрыв увидеть, потому что находилось кровь в стекловидном теле. В клинике 

<

данные изъяты> ФИО4 был прооперирован методом витреоретинальной хирургии, в ходе которой полностью убирается стекловидное тело, где у него была кровь, а лазерная хирургия предусматривает точечное вмешательство.

Заслушав лиц участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях ГБУЗ ПК «ГКБ № имени Ф.Х. Граля» №г в отношении ФИО4, суд приходит к следующему.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В пункте 18 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ также разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в ГБУЗ ПК «ГКП №» к врачу офтальмологу с жалобами на ухудшение зрения в ОД, Врачом по результатам осмотра поставлен диагноз: 

<

данные изъяты> дано направление в ГКБ № на лечение по СИТО (л.д. 27)

В этот же день ДД.ММ.ГГГГ истец поступил в дневной стационар в офтальмологическое отделение ГБУЗ ПК « ГКБ № им. Ф.Х. Граля» с диагнозом: кровоизлияние в стекловидное тело. Состояние при поступлении: острота зрения правого глаза – 0,09н/к ВГД ОD – 22 мм.рт.ст, острота зрения левого глаза – 1,0 ВГД ОD – 17 мм.рт.ст. Находился в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В ходе лечения был осмотрен лечащим врачом ФИО2, были проведены медицинские обследования, по результатам которого установлено: поля зрения ОД-абсолютные скотомы в центре, ЭФИ: ПЭЧ_88/88_мкА; ЛАБ 23_/24_Гц. В –скан: ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ – ОД – оболочки прилежат, взвесь крови в ст. теле.ДД.ММ.ГГГГ – отслойка сетчатки сверху, до макулы. 

Состояние при выписке: острота зрения правого глаза: 0,09 н/к ВГД ОD 22 мм.рт.ст, острота зрения левого глаза: прежнее ВГД ОS 17 мм.рт.ст. Объективный статус: ОD – спокоен. Передняя камера средняя, влага прозрачная. В ст. теле взвесь крови. Глазное дно: отслойка сетчатки сверху с разрывом на 12.00, следы ЛКС у разрыва. Заключительный клинический диагноз: свежий 

<

данные изъяты> ФИО4 выдан электронный листок нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, открыт с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Явка в поликлинику ДД.ММ.ГГГГ. Даны рекомендации по лечению, в том числе наблюдение окулиста по м/ж с ДД.ММ.ГГГГ, хирургическое лечение отслойки сетчатки, консультация витреального хирурга.

Как следует из листа назначений, ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 были отменены назначенные лекарственные препараты.

Данные обстоятельства подтверждаются медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара № г ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля» на имя ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выписным эпикризом от ДД.ММ.ГГГГ. ( л.д. 6-25, 29).

Истец свои требования о взыскании компенсации морального вреда мотивировал тем, что в результате некачественно оказанной медицинской помощи, в связи с отсутствием своевременного и надлежащего лечения, его здоровью был причинен вред, что привело к ухудшению зрения.

На основании Приказа главного врача № от ДД.ММ.ГГГГ комиссией ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №» была проведена внеплановая проверка в рамках внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности по вопросу оказания медицинской помощи в кардиологическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пациенту ФИО4

В ходе проверки фактов некачественного оказания медицинской помощи комиссий не установлено, что подтверждается отчетом № от ДД.ММ.ГГГГ ( л.д. 86).

Из объяснительной врача-офтальмолога ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что пациент ФИО4 находился на лечение в дневном стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: свежий 

<

данные изъяты>. В ходе лечения отмечалась положительная динамика, гемофтальм частично резорбировался, острота зрения сохранялась на том же уровне (VOD=0,09 н/к). ДД.ММ.ГГГГ пациент им был направлен в кабинет лазерного врача, для более детального осмотра и решения вопроса о лазерном вмешательстве. Лазерным врачом, пациент до конца не осмотрен. В ходе проведения медикаментозного мидриаза, самовольно ушел. Домой он его не отправлял, прийти только ДД.ММ.ГГГГ не говорил. Пациент должен был продолжить лечение в дневном стационаре. ДД.ММ.ГГГГ к дежурным врачам с жалобами на резкое снижение зрения не обращался. ДД.ММ.ГГГГ – при осмотре была выявлена отслойка сетчатки с разрывом, без изменения исходной остроты зрения (VOD=0,09 н/к). Рекомендовано хирургическое лечение в условиях круглосуточного стационара. Пациент настаивал на лечение в частной клинике, что уже записался на прием на ДД.ММ.ГГГГ в 09.00, просил ускорить подготовку выписных документов. Об альтернативе бесплатной медицинской помощи, пациент был проинформирован. Направил в поликлинику ДД.ММ.ГГГГ, для взятия электронного направления и последующей госпитализации в ближайшие дни. На госпитализацию пациент не явился (л.д. 84)

Из объяснительной врача-офтальмолога ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ пациент ФИО4 подошел в лазерный кабинет с направлением от лечащего врача ФИО2 для осмотра глазного дна. Пациенту была проведена биомикроскопия переднего отдела глазного яблока. При биомикроофтальмоскопии детали главного дна были невидны из-за взвеси крови в стекловидном теле и из-за недостаточного мидриаза. Пациенту была проведена инстилляция глазных капель «Феникамид» для достижения максимально мидриаза. Затем пациенту было рекомендовано ожидание в коридоре для дальнейшего осмотра и выбора тактики лечения. Пациент самостоятельно покинул место ожидания. Указанные в обращении слова «ожидаить более двух часов» сказаны не были, и не соответствуют действительности, т.к. вызов пациента происходит по мере достижения необходимого мидриаза для проведения биомикроофтальмоскопии (л.д. 85). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратился к врачу-офтальмологу клиники ООО 

<

данные изъяты> с жалобами на снижение остроты зрения правого глаза. Со слов пациента собран анамнез заболевания: указанные жалобы в течение нескольких дней, с ДД.ММ.ГГГГ ухудшение остроты зрения (гемофтальм) обратился по месту жительства ДД.ММ.ГГГГ и был направлен в ГКБ № для лечения и диагностики, с ДД.ММ.ГГГГ появилось сужение поля зрения и выпадение. РКТ на обоих глазах в 90-х. ФЭК+ИОЛ в ДД.ММ.ГГГГ Аллергологический анамнез не отягощен. 

<

данные изъяты> Врачом пациенту проведена консультация, осмотр, собраны жалобы, анамнез заболевания, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Даны рекомендации по лечению, в том числе консультация лазерного хирурга, консультация витреоретинального офтальмохирурга для решения вопроса о хирургическом лечении отслойки сетчатки правого глаза (л.д. 111-112).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 консультирован врачом лазерным хирургом ООО 

<

данные изъяты> установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Даны рекомендации: лазерное вмешательство не показано, консультация витреоретинального хирурга в срочном порядке (л.д. 115).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 проведена консультация факорефракционного хирурга, рекомендована витреоретинальная операция 3-й категории сложности правого глаза (без гарантии высокой остроты зрения ( как шанс). В зависимости от стадии и вида заболевания операция может проводится в один или несколько этапов (л.д. 116) 

Согласно выписному эпикризу ООО 

<

данные изъяты> ФИО4 находился на лечении в микрохирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу: 

<

данные изъяты> При поступлении VIS OD=0,05 н/к, ВГД OD =16 мм рт.ст., VIS OS =1.0, ВГД OS =17 мм рт.ст. ДД.ММ.ГГГГ проведена операция: витреоэктомия + силиконовая тампонада витреальной полости + ЭЛК правого глаза. Выписывается в удовлетворительном состоянии. Даны рекомендации по лечению. Контрольный осмотр через 2 недели консультация лазерного хирурга (л.д. 144-145).

Т.е. ФИО4 в ООО 

<

данные изъяты> была проведена иная операция, в ходе которой полностью убирается стекловидное тело, где у него была кровь, а лазерная операция, предусматривающая точечное вмешательство, показана не была.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился на лечении в микрохирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу оперирования отслойки сетчатки, 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ проведена операция по удалению силикона из витреальной полости правого глаза. ФИО4 выдан больничный лист с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (открытый). Явка к офтальмологу в ЛПУ по месту жительства для амбулаторного лечения и продления листка нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 155-156)

Как следует из копии медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ФИО4 проходил лечение в ООО 

<

данные изъяты> у врача офтальмолога в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Для наступления ответственности по возмещению вреда, предусмотренной статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. Отсутствие одного из составляющих влечет освобождение лица, к которому предъявлены требования, от ответственности.

В соответствии с положениями статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Руководствуясь приведенными положениями законодательства, учитывая вышеизложенное, оценив собранные доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что ФИО4, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств, подтверждающих причинение физических и нравственных страданий действиями ответчика, а также обоснования размера компенсации морального вреда, учитывая, что в действиях лечебного учреждения не установлено виновных действий (бездействия), которые можно было расценить как некачественное оказание медицинских услуг, повлекшее причинение вреда здоровью ФИО4, поскольку дефект медицинской помощи предполагает противоправность действия (бездействия) медицинского работника и установление виновности конкретного лица в неблагоприятном исходе лечения, а отсутствие вины является основанием для освобождения ответчика от ответственности.

При этом суд полагает необходимым отметить, что оказание медицинской помощи является специфическим видом деятельности, проведение медицинских мероприятий, даже при условии их точного соответствия установленным нормам и правилам, медицинским показаниям, не может гарантировать полного выздоровления или иного ожидаемого пациентом результата, поскольку действенность оказанной медицинской помощи зависит не только от выбранной тактики лечения и действий медицинского персонала, но и от индивидуальных особенностей организма, условий жизнедеятельности, иных, не поддающихся точному прогнозированию и учету, обстоятельств, поэтому само по себе наступление вреда здоровью пациента не является основанием для возмещения вреда.

Как видно из заявленных требований о компенсации морального вреда, истец обосновывает причинение вреда действиями лечащего врача, врача-офтальмолога ГБУЗ Пермского края «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля». 

Вместе с тем, совокупностью доказательств доводы истца о том, что лечащим врачом ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ он был отправлен домой без дальнейшего осмотра врачом лазерного кабинета, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ у ФИО4 ухудшилось состояние и произошло снижение остроты зрения правого глаза, в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения.

Более того, довод истца о том, что врачом ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ он был отправлен домой без дальнейшего осмотра врачом лазерного кабинета, противоречит логике действий врача, который сначала направляет пациента для более детального осмотра врачом-офтальмологом ФИО5 с целью определений дальнейшей методики лечения, и не получив результата, отправляет ФИО4 домой.

Кроме того, согласно листа учета медикаментов ( находится в медицинской карте пациента ), ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ получал лечение, препараты в рамках стационара. 

Сведений о том, что в связи с ухудшением состояния здоровья, снижения остроты зрения правого глаза ДД.ММ.ГГГГ, истец обращался за медицинской помощью к дежурному врачу офтальмологического отделения ГБУЗ Пермского края «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля» материалы дела не содержат, истцом таких сведений суду не представлены. 

Как следует из материалов дела, при осмотре врачом –офтальмологом ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ была выявлена отслойка сетчатки с разрывом, без изменения исходной остроты зрения. Таким образом, потеря зрения не выявлена. Врачом рекомендовано хирургическое лечение в условиях круглосуточного стационара, вместе с тем истец выразил желание осуществить лечение в платной клинике. 

Таким образом, истец добровольно отказался от лечения и был выписан.

Установлено, что ФИО4 обратился в ООО 

<

данные изъяты> с жалобами на снижение остроты зрения правого глаза только ДД.ММ.ГГГГ, то есть через два дня после ухудшения состояния здоровья. И только ДД.ММ.ГГГГ был прооперирован в плановом порядке. Из чего можно сделать вывод, о том, что экстренных показаний для хирургического лечения ДД.ММ.ГГГГ, не имелось. 

Более того, суд учитывает, что согласно части 4 статьи 32 Федеральный закон № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 формами оказания медицинской помощи являются: 1) экстренная; 2) неотложная 3) плановая.

В соответствии с Постановлением Правительства Пермского края от 2 марта 2023 г. № 152-п Об утверждении территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2023 год и на плановый период 2024 и 2025 годов, п. 7 раздела 3, Критериями экстренности медицинской помощи является наличие угрожающих жизни состояний, определенных пунктами 6.1 и 6.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н.

Пунктами 6.1, 6.2. Медицинских критериев, диагноз: отслойка сетчатки глаза с разрывом, экстренность не предусмотрена.

Принимая во внимание изложенное, суд считает, что истцом суду не представлено доказательств, что ответчик причинил ему физические или нравственные страдания, а также то, что физические или нравственные страдания находятся в причинно-следственной связи с действиями ГБУЗ Пермского края «Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля», в том числе врача-офтальмолога ФИО2

При таком положении, суд считает, что истцом не представлено доказательств наличия совокупности обстоятельств, необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности на ответчика за действия врача-офтальмолога, и это обстоятельство исключает наступление ответственности за причинение вреда, в силу ст. 1064 ГК РФ.

Анализируя представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований ФИО4 о взыскании морального вреда не установлено, в связи с чем, заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика убытков связанных с лечением в размере 155 099 руб. 

Разрешая заявленные требования в указанной части, суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В качестве доказательств несения заявленных убытков истцом в материалы дела представлены договор № от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ на оказание платных медицинских услуг, заключенный между ООО 

<

данные изъяты> и ФИО4, кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на оплату услуги витреоэктомия задняя субтотальная закрыта на сумму 110 000 руб., кассовый чек № от ДД.ММ.ГГГГ на оплату комплекс исследований для диагностики на сумму 2250 руб., приложение к договору № от ДД.ММ.ГГГГ по оказанию услуги витреоэктомия задняя субтотальная закрытая на сумму 110 000 руб. ; приложение к договору № от ДД.ММ.ГГГГ на оказание услуг – прием (осмотр, консультация) врача-офтальмолога первичный на сумму 2250 руб., приложение к договору № от ДД.ММ.ГГГГ на оплату услуги удаление силиконового масла (или иного высокомолекулярного соединения) из витреальной полости на сумму 29 100 руб., кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 29 100 руб., договор № от ДД.ММ.ГГГГ на оказание платных медицинских услуг секторальная лазеркоагуляция сетчатки, заключенный между ООО 

<

данные изъяты> и ФИО4, кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 10670 руб., договор № от ДД.ММ.ГГГГ на оказание платных медицинских услуг (прием (осмотр консультация) врача-офтальмолога первичный), заключенный между ООО 

<

данные изъяты> и ФИО4, кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 400 руб., договор № от ДД.ММ.ГГГГ на оказание платных медицинских услуг прием (осмотр, консультация) врача-офтальмолога повторный, заключенный между ООО 

<

данные изъяты> и ФИО4, кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ ( л.д. 30-39). 

Вместе с тем, анализируя представленные медицинские документы, суд считает, что правовых оснований для взыскания с ответчика завяленных убытков не имеется, поскольку истцом не представлено доказательств того, что данные услуги не могли быть предоставлены истцу на безвозмездной (бесплатной основе) по месту жительства.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ГБУЗ ПК « Городская клиническая больница № им. Ф.Х. Граля » о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Перми в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме. 

Федеральный судья: А.С. Еловиков