Дело № 2-467/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«28» ноября 2018 года г. Кострома

Ленинский районный суд г. Костромы в составе:

председательствующего судьи Н.С. Иоффе,

при секретаре И.И.Пухтеевой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Общественно-политической газете «Что делать? В Костроме» Костромское областное отделение политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» (главный редактор ФИО2) о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к учредителю Общественно-политической газеты «Что делать? В Костроме» Костромскому областному отделению политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» (главный редактор ФИО2) о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, указав, что 30.11.2016 г. в выпуске № 47 на стр. 5 ответчиком в еженедельной рекламной газете «Костромской край» распространены сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, что установлено решением Свердловского районного суда г. Кострома от 09.11.2017 г. по гражданскому делу № 2-1256/2017. 17.12.2016 г. в Общественно-политической газете «Что делать? В Костроме» КООПП КПРФ № 10 (423) 2016 г. на стр. 2 опубликована статья «А был ли коммунистом ФИО1» - этот вопрос сегодня задают себе члены партии», указанная статья опубликована по материалам газеты «Костромской край». Данные материалы в части признаны не соответствующими действительности и порочащими честь и достоинство истца. Истец просит признать информацию, распространенную в выпуске общественно-политической газеты № 10 (423) 2016 г. «Что делать? В Костроме» на стр. 2 в статье «А был ли коммунистом ФИО1?» - этот вопрос сегодня задают себе члены партии» не соответствующей действительности, порочащей его честь, достоинство и деловую репутацию, обязать общественно-политическую газету «Что делать» в Костроме» КООПП КПРФ опровергнуть не соответствующие действительности порочащие честь, достоинство и деловую репутацию информацию содержащуюся в выпуске № 10 (423) 2016 г. на стр. 2 в статье «А был ли коммунистом ФИО1?» - этот вопрос сегодня задают себе члены партии» путем опровержения путем предоставления печатной площади в объеме печатной площади аналогичной площади спорной статьи для размещения опровержения сведений, содержащихся в статье, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 руб.

По ходатайству представителя истца судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечена Администрация Костромской области.

В процессе рассмотрения дела истец ФИО1 исковые требования уточнил, просил признать информацию распространенную «17» декабря 2016 г. в общественно-политической газете «Что делать? в Костроме» КООПП КПРФ № 10 (423) 2016 г. на стр. 2 в статье ««А был ли коммунистом ФИО1?» - этот вопрос сегодня задают себе члены партии» не соответствующую действительности, порочащей его честь и достоинство, деловую репутацию, а именно утверждение о фактах:

-«24 ноября депутаты В. ФИО1 и ФИО3 в буквальном смысле слова ворвались в офис ФИО2 с одной целью незаконно сместить руководителя фракции КПРФ в областной Думе» - это утверждение о факте, что истец совместно с ФИО3 силой проник в приемный кабинет И. В.П.

- «Однако это «мудрое решение», принятое двумя депутатами из трех, входящих в состав партийной фракции, изначально было незаконным и несостоятельным. Оно противоречило принятому в КПРФ порядку утверждения руководителей фракций в органах законодательной власти субъектов РФ. Согласно этому порядку, кандидатуру руководителя фракции предлагает президиум ЦК партии по рекомендации бюро обкома. Более того, в КПРФ давно сложилась практика назначения на должность глав партийных фракций в региональных зак собраниях именно лидеров региональных отделений. Такое единоначалие, во-первых, позволяет избежать возможных конфликтов между двумя руководителями, а во вторых, увеличивает возможность партийного влияния на решения, принимаемые законодательными органами регионов». Это утверждение о факте, что ФИО1 при провозглашении себя новой главой партийной фракции нарушил порядок утверждения руководителей фракций в органах законодательной власти субъектов РФ, согласно которому кандидатуру руководителя фракции сначала рекомендует бюро обкома, а затем предлагает президиум ЦК.

-«Однако это «мудрое решение», принятое двумя депутатами из трех, входящих в состав партийной фракции, изначально было незаконным и несостоятельным» - утверждение о факте, что решение истца о смещении И. В.П. противоречит закону.

-«По факту произошедшего события председатель партии ФИО9 выступил с обращением к членам Костромского обкома КПРФ, в котором подчеркнул, что Президиум ЦК КПРФ не признает ФИО1 руководителем фракции в областной Думе, поскольку его избрание произошло с грубым нарушением Устава партии и соответствующих решений ЦК, и рекомендует обкому рассмотреть персональное дело коммуниста ФИО1» - утверждение о факте, что истец был избран на должность руководителя фракции в КОД с нарушением устава партии.

-«Более того, он обвинил лидера костромских коммунистов в том, что тот якобы представил в областную Думу подложный протокол о своем избрании руководителем фракции КПРФ в котором нет подписи ни ФИО1, ни ФИО3.» - утверждение о факте, что истец обвинил И. В.П. в предъявлении фальшивого, поддельного протоколам о своем избрании;

-«Итогом работы комиссии стал вывод о том, что действия ФИО1 являются грубым нарушением Устава КПРФ в части обязанности всех членов партии выполнять решение вышестоящих партийных, органов.» - утверждение о факте, что ФИО1 нарушает Устав КПРФ.

- «Учитывая фактический отказ со стороны ФИО1 исправить допущенное нарушение даже после вмешательства президиума ЦК КПРФ» - утверждение о факте, что ФИО1 отказался исправить нарушение Устава КПРФ.

- «Учитывая фактический отказ со стороны ФИО1 исправить допущенное нарушение даже после вмешательства президиума ЦК КПРФ, комиссия предложила применить к нему самую строгую меру взыскания - исключение из рядов КПРФ» - утверждение о факте, что итогом голосования участников Пленума стал факт исключения истца из рядов КПРФ за отказ исправить нарушение устава КПРФ.

- «Это важный участок работы, на котором молодой коммунист никак себя не проявил» - утверждение о факте, что ФИО1 не обнаружил никаких своих способностей в работе в обкоме по протестным действиям.

- «Претензии на лидерство при отсутствии необходимого политического опыта сыграли с ФИО1 злую шутку» - утверждение о факте, что ФИО1 предъявлял права на получение должности руководителя фракции.

- «Жаль, что молодые партийцы ничего заметного не сделавшие ни для партии, ни для области» утверждение о факте, что ФИО1, ничего не сделал ни для партии ни для области.

-«Таким образом, заявление ФИО3, поддержанное ФИО1, в отношении руководителя фракции КПРФ в областной ФИО2 является не более чем «ложный донос» - утверждение о факте, что ФИО1 поддержал ложное обвинение ФИО2.

Также в уточненном иске истец просил признать информацию распространенную «17» декабря 2016г. в общественно-политическая газета «Что делать? в Костроме» КООПП КПРФ № 10 (423) 2016 г. на стр. 2 в статье ««А был ли коммунистом ФИО1?» - этот вопрос сегодня задают себе члены партии» не соответствующей действительности – «Будучи руководителем фракции КПРФ в областной Думе, ФИО2 входит в состав совета Думы.», обязать общественно-политическую газету «Что делать? в Костроме» Костромского областного отделения политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» опровергнуть, соответствующим тиражом, не соответствующие действительности факты и утверждения, порочащие его честь и достоинство, деловую репутацию информацию, содержащуюся в выпуске № 10 (423) 2016 г. на стр. 2 в статье «А был ли коммунистом ФИО1?» - этот вопрос сегодня задают себе члены партии» путем опровержения путем предоставления печатной площади в объеме печатной площади аналогичной площади спорной статьи для размещения опровержения сведений, содержащихся в статье, взыскать с общественно-политической газеты «Что делать? в Костроме» Костромского областного отделения политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя ФИО4, которая, принимая участие в судебном заседании, уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, заявив о взыскании с ответчика расходов на проведения судебной экспертизы в сумме 24 000 руб.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, указав, что слово «жаль» в выражении «жаль, что молодые партийцы ничего заметного не сделали», говорит о том, что автор высказывает свое мнение, фраза «ничего заметного не сделали» не может быть рассмотрена как утверждение о факте. По всем остальным фразам решение судом принималось ранее, где в иске в части было отказано.

Представитель третьего лица администрации Костромской области ФИО6 оставил рассмотрение исковых требований на усмотрение суда.

Третьи лица ФИО3, представитель Управления Роскомнадзора по КО в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом.

Выслушав доводы участвующих в деле лиц, исследовав и оценив в совокупности представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Пунктом 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключенной в Риме 01.11.1950 г.) предусмотрено, что каждый имеет право свободно выражать свое мнение.

В соответствии с положениями ст. 29 Конституции РФ в Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова; никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

Осуществление указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией, одновременно устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 той же статьи), в частности достоинство личности, честь и доброе имя, охраняемые государством (ч. 1 ст. 21, ч. 1 ст. 23 Конституции РФ).

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу ст. 10 ГК РФ, не допускаются.

Из анализа данных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Согласно ст. 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. 

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно - хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу п. 1 ст.152 Гражданского кодекса РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №3 от 24.02.2005 г. «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» со ссылкой на ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции РФ, гарантирующих каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека разъяснено, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.

Таким образом, по смыслу действующего гражданского законодательства, критерием отличия имеющих место утверждений о фактах и событиях от оценочных суждений (мнений, убеждений) является возможность проверки таких сведений на предмет соответствия их действительности, истинности или ложности.

В силу п. 6 ч. 1 ст. 57 Закона РФ «О средствах массовой информации», редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций, либо ущемляющих права и законные интересы граждан, либо наносящих вред здоровью и (или) развитию детей, либо представляющих собой злоупотребление свободой массовой информации и (или) правами журналиста, если они являются дословным воспроизведением сообщений и материалов или их фрагментов, распространенных другим средством массовой информации (за исключением случаев распространения информации, указанной в части шестой статьи 4 настоящего Закона), которое может быть установлено и привлечено к ответственности за данное нарушение законодательства Российской Федерации о средствах массовой информации.

Как разъяснено в Постановлении Пленума ВС РФ от 15.06.2010 № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации», дословное воспроизведение выступлений, сообщений, материалов и их фрагментов (пункты 4 и 6 части 1, часть 2 статьи 57 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации») предполагает такое цитирование, при котором не изменяется смысл высказываний, сообщений, материалов, их фрагментов и слова автора передаются без искажения. При этом необходимо иметь в виду, что в ряде случаев противоречащие контексту, но совершенно точно процитированные фрагменты выступлений, сообщений, материалов могут иметь смысл, прямо противоположный тому, который придавался им в выступлении, сообщении, материале. Если при воспроизведении выступлений, сообщений, материалов и их фрагментов в средстве массовой информации в них были внесены какие-либо изменения и комментарии, искажающие смысл высказываний, то редакция средства массовой информации, главный редактор, журналист не могут быть освобождены от ответственности на основании пунктов 4 и 6 части 1 статьи 57 названного Закона.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что в еженедельной рекламной газете «Костромской край» на стр. 5 в выпуске № 47 от 30 ноября 2016 г. опубликована ООО «Издательство «Костромской край» статья «Казус ФИО1» коммунист завалил испытания медными трубами».

17.12.2016 г. в Общественно-политической газете «Что делать? В Костроме» КООПП КПРФ № 10 (423) 2016 г. на стр. 2 опубликована статья «А был ли коммунистом ФИО1» - этот вопрос сегодня задают себе члены партии», указанная статья опубликована по материалам газеты «Костромской край».

Согласно свидетельству о государственной регистрации средства массовой информации ПИ № ФС5-1227 от 05.04.2006 учредителем общественно-политической газеты «Что делать? В Костроме» является Костромское областное отделение политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации».

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», разъяснено, что в случае, если редакция средства массовой информации не является юридическим лицом, к участию в деле в качестве ответчика может быть привлечен учредитель данного средства массовой информации.

Из договора от 07.11.2016, заключенного между учредителем Костромское областное отделение политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» и редакцией СМИ газета «Что делать? В Костроме?», следует, что стороны пришли к соглашению о необходимости регулярного выпуска СМИ, редакция не является юридическим лицом и действует на правах структурного подразделения учредителя СМИ, газета рассчитана на массового читателя и является выразителем интересов позиции КПРФ (п.п. 2.1, 3.1,3.2,3.3 договора) 

25.01.2017 ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы с иском к ООО «Издательство «Костромской край», ФИО8, ФИО7 о признании распространенной информации не соответствующей действительности, порочащей честь и достоинство, деловую репутацию, а именно: 

1. «24 октября депутаты В. ФИО1 и ФИО3 в буквальном смысле слова ворвались в офис ФИО2 с одной целью незаконно сместить руководителя фракции КПРФ в областной Думе и назначить на его место себя любимых...». 

2. «Новым главой партийной фракции был объявлен ФИО1, ФИО3 же достался вновь учрежденный пост заместителя».

3. Однако это «мудрое решение» …… изначально было незаконным и несостоятельным».

4. «... председатель партии ФИО9 выступил с обращением к членам Костромского обкома КПРФ, в котором подчеркнул, что Президиум ЦК КПРФ не признает ФИО1 руководителем фракции в областной Думе, поскольку его избрание произошло с грубым нарушением Устава партии и соответствующих решений ЦК, и рекомендует обкому рассмотреть персональное дело коммуниста ФИО1». 

5. «В свое оправдание фигурант персонального дела заявил, что ни он, ни другие члены партии не были ознакомлены с постановлением Президиума...». 

6. «Более того, он обвинил лидера костромских коммунистов в том, что тот якобы представил в областную Думу подложный протокол о своем избрании руководителем фракции КПРФ». 

7. «...действия ФИО1 являются грубым нарушением устава КПРФ, в части обязанностей всех членов партии выполнять решения вышестоящих партийных органов. Учитывая фактический отказ со стороны ФИО1 исправить допущенное нарушение, комиссия предложила применить к нему самую строгую меру взыскания исключить из рядов КПРФ».

8. «ФИО2 называет произошедшее попыткой рейдерского захвата». «В КПРФ называют произошедшее попыткой рейдерского захвата». 

9. «Когда перед выборами 2015 г. лидер костромских коммунистов ездил по области и агитировал за ФИО1, тот говорил ему: «В. Петрович, вы мой второй отец». 

10. «Являясь руководителем фракции КПРФ в областной Думе, ФИО2 входит в состав совета Думы». 

11. «.... при отсутствии необходимого политического опыта сыграли с ФИО1 злую шутку. Но списывать все только на непомерные амбиции отдельного члена партии было бы неверно. Вряд ли бы решился ФИО1 на этот поступок, если бы не поддержка и умелое манипулирование извне». 

12. «Уши» идеологов «красного дома» отчетливо видны и в попытке выдвижения и в ФИО3, и в нынешней истории с перевыборами руководителя думской фракции КПРФ». 

13. «... такие «новоиспеченные» депутаты, ничего не сделавшие ни для области, ни для партии, являются дешевым инструментом в борьбе с КПРФ». Кроме того, ФИО1 просил обязать еженедельную рекламную газету «Костромской край» ООО «Издательство «Костромской край» опровергнуть не соответствующую действительности, порочащую честь и достоинство, деловую репутацию истца информацию, содержащуюся в выпуске № 47 от 30 ноября 2016 г., путем предоставления печатной площади в объеме печатной площади аналогичной площади спорной статьи для размещения опровержения сведений, содержащихся в статье «Казус ФИО1» коммунист завалил испытания медными трубами», просил признать статью авторов ФИО8 и ФИО7, заказанную и распространенную в еженедельной рекламной газете «Костромской край» ООО «Издательство «Костромской край», содержащуюся в выпуске № 47 от 30 ноября 2016 г. в статье «Казус ФИО1» коммунист завалил испытания медными трубами на стр. 5 в указанной выше части не соответствующей действительности, порочащей честь, достоинство и деловую репутацию; взыскать с ФИО8 и ФИО7 в пользу истца компенсацию морального вреда.

Решением Свердловского районного суда г. Костромы от 09.11.2017 постановлено:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать ООО «Издательство «Костромской край» опровергнуть 

-не соответствующую действительности информацию:

«...действия ФИО1 являются грубым нарушением устава КПРФ в части обязанностей всех членов партии выполнять решения вышестоящих партийных органов»;

«учитывая фактический отказ со стороны ФИО1 исправить допущенное нарушение»;

«являясь руководителем фракции КПРФ в областной Думе, ФИО2»

- порочащие сведения:

«24 октября депутаты В. ФИО1 и ФИО3 в буквальном смысле слова ворвались в офис ФИО2 с одной целью»;

«решение.. . изначально было незаконным и несостоятельным»;

«в свое оправдание фигурант персонального дела заявил»;

«более того, он обвинил лидера костромских коммунистов в том, что тот якобы представил в областную Думу подложный протокол о своем избрании руководителем фракции КПРФ»;

«ничего не сделавшие ни для области, ни для партии», содержащуюся в выпуске № 47 от 30 ноября 2016 г. на стр. 5 в статье авторов ФИО8 и ФИО7 «Казус ФИО1» коммунист завалил испытание медными трубами» путем предоставления печатной площади в объеме печатной площади аналогичной площади спорной статьи для размещения опровержения сведений и ответа на статью. С ФИО8, ФИО7 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда, в удовлетворении остальных требований отказано.

Апелляционным определением от 31.01.2018 судебной коллегии по гражданским делам Костромского областного суда решение Свердловского районного суда г. Костромы от 9 ноября 2017 г. в части удовлетворения исковых требований ФИО1 изменено, резолютивная часть решения изложена в новой редакции:

«Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. Признать сведения, изложенные в статье «Казус ФИО1». Коммунист завалил испытание «медными трубами», размещенные в еженедельной рекламной газете «Костромской край» в номере № 47 от 30 ноября 2016 г., не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, а именно: «… такие «новоиспеченные» депутаты, ничего не сделавшие ни для области, ни для партии, являются дешевым инструментом в борьбе с КПРФ». На ООО «Издательство «Костромской край» возложить обязанность опубликовать опровержение не соответствующих действительности и порочащих честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 указанных выше сведений с предоставлением ФИО1 печатной площади для опубликования своего ответа на той же странице печатного издания, тем же шрифтом и тем же тиражом, что и вышеуказанная статья. Взыскать в пользу В.М. с ФИО8 и ФИО7 компенсацию морального вреда в сумме по 5 000 руб. с каждой. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.»

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что ФИО2, ФИО1, ФИО3, являясь членами политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации», были избраны депутатами Костромской областной Думы шестого созыва, все трое вошли во фракцию КПРФ Костромской областной Думы.

В соответствии с п.2.4 Устава КПРФ члены партии обязаны, в том числе, выполнять решения всех вышестоящих органов партии.

Постановлением Президиума ЦК КПРФ «О руководителях депутатских фракций КПРФ в региональных законодательных (представительных органах власти, сформированных по итогам выборов 13 сентября 2015 г. (приказ № от 21 сентября 2015 г.) на должность руководителя фракции КПРФ в Костромской областной Думе был рекомендован член ЦК, первый секретарь обкома партии ФИО2

В соответствии с протоколом от 6 октября 2015 г. ФИО2 был избран руководителем фракции коммунистов в Костромской областной Думе и возглавлял ее до 24 октября 2016 г. ФИО1 и ФИО3, 24 октября 2016 г., не проинформировав ЦК КПРФ, Бюро Костромского областного отделения КПРФ приняли решение об утверждении руководителем фракции КПРФ ФИО1, заместителем руководителя фракции - ФИО3 25 октября 2016 г. ФИО2 поставил в известность руководство партии о состоявшемся заседании фракции.

28 октября 2016 г. председатель ЦК КПРФ ФИО9 направил Обращение в Бюро Костромского обкома КПРФ, в котором указал, что «решение членов фракции КПРФ в Костромской областной Думе ФИО1 и ФИО3 о смене руководителя фракции грубо нарушает установленный нормативными документами КПРФ порядок утверждения руководителей фракций в органах законодательной власти субъектов РФ. Постановлением Президиума ЦК КПРФ «О руководителях депутатских фракций КПРФ в региональных законодательных (представительных органах власти, сформированных по итогам выборов 13 сентября 2015 г. (приказ № от 21 сентября 2015 г.) на должность руководителя фракции КПРФ в Костромской областной Думе был рекомендован член ЦК, первый секретарь обкома партии ФИО2 В этой связи так называемое решение о переизбрании руководителя фракции КПРФ в Костромской областной Думе не может быть признано. Президиум ЦК КПРФ рекомендует рассмотреть персональное дело коммуниста ФИО1 в связи с тем, что своими действиями он нанес существенный ущерб КПРФ».

Постановлением ХХII Бюро Комитета Костромского областного отделения КПРФ от 29 октября 2016 г. было открыто персональное дело коммуниста ФИО1, создана комиссия по персональному делу ФИО1, вопрос о персональном деле коммуниста ФИО1 вынесено на заседание Пленума ОК КПРФ.

Комиссия по рассмотрению персонального дела ФИО1 пришла к выводу о том, что решение ФИО1 о смене руководителя фракции грубо нарушает установленный нормативными документами КПРФ порядок утверждения руководителей фракций в органах законодательной власти субъектов РФ и наносит существенный ущерб КПРФ, действия ФИО1 являются грубым нарушением п.2.4 Устава КПРФ. Исходя из того, что партия обязана настойчиво защищать организационное единство своих рядов на принципиальной основе, учитывая характер содеянного и фактический отказ со стороны ФИО1 исправлять допущенное нарушение, комиссия предложила наложить на ФИО1 самую строгую меру взыскания – исключение из рядов КПРФ. Окончательное решение – за участниками Пленума.

12 ноября 2016 г. состоялся ХVII Совместный Пленум ОК и ОКРК Костромского областного отделения КПРФ, который постановил: «Решение секретаря Костромского обкома КПРФ, депутата областной ФИО2, избранного по списку КПРФ, ФИО1 о смене руководителя фракции считать грубым нарушением установленного нормативными документами КПРФ порядка утверждения руководителей фракций в органах законодательной власти субъектов РФ, а также грубым нарушением Устава КПРФ, наносящим существенный ущерб партии. Наложить на ФИО1 меру взыскания – исключение из рядов КПРФ».

Не согласившись с данным решением, ФИО1 обжаловал его в ЦК КПРФ. 21 февраля 2017 г. Президиум ЦК РК КПРФ апелляцию ФИО1 оставил без удовлетворения.

При таких обстоятельствах сведения, изложенные в уточненных исковых требованиях ФИО1, «по факту произошедшего события председатель партии ФИО9 выступил с обращением к членам Костромского обкома КПРФ, в котором подчеркнул, что Президиум ЦК КПРФ не признает ФИО1 руководителем фракции в областной Думе, поскольку его избрание произошло с грубым нарушением Устава партии и соответствующих решений ЦК, и рекомендует обкому рассмотреть персональное дело коммуниста ФИО1», «итогом работы комиссии стал вывод о том, что действия ФИО1 являются грубым нарушением Устава КПРФ в части обязанности всех членов партии выполнять решение вышестоящих партийных, органов.», «учитывая фактический отказ со стороны ФИО1 исправить допущенное нарушение даже после вмешательства президиума ЦК КПРФ», «учитывая фактический отказ со стороны ФИО1 исправить допущенное нарушение даже после вмешательства президиума ЦК КПРФ, комиссия предложила применить к нему самую строгую меру взыскания - исключение из рядов КПРФ», соответствуют действительности, о чем и сообщено в спорной статье.

Таким образом, не имеется оснований для признания данных утверждений не соответствующим действительности и возлагать на ответчика обязанность опровергнуть данную информацию.

Фраза «Будучи руководителем фракции КПРФ в областной Думе, ФИО2 входит в состав совета Думы», выдернута из контекста и, более того, не является утверждением. В пятой части статьи под заголовком «Партийный интерес», где содержится данная фраза, автор объясняет суть проблемы, связанной с представительством КПРФ в областной Думе, об интересах разных сторон в решении данной проблемы, а также мысль о том, что разрешение проблемы в варианте, предлагаемом ФИО1, негативно скажется на работе партии. Данное предложение не содержит информации о ФИО1, выраженной в форме утверждения о фактах. В предложениях дается объяснение тому, как и в лице кого в областной Думе представлена партия коммунистов, к чему может привести решение вопроса (в видении ФИО1) о руководителе фракции КПРФ в областной Думе. 

Таким образом, в данной фразе высказывается мнение об указанных обстоятельствах. В связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований в данной части не имеется, поскольку оценочные суждения невозможно проверить на соответствие действительности.

Фразы «это важный участок работы, на котором молодой коммунист никак себя не проявил», «претензии на лидерство при отсутствии необходимого политического опыта сыграли с ФИО1 злую шутку», «таким образом, заявление ФИО3, поддержанное ФИО1, в отношении руководителя фракции КПРФ в областной ФИО2 является не более чем «ложный донос», являются оценочными суждениями, которые не могут быть предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ.

В силу приведенных выше положений ст.152 ГК РФ, а также разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. 

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. 

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Кроме того, согласно пункту 5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г.) при рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.

Необходимо учитывать, что в соответствии со статьями 3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в СМИ, принятой 12 февраля 2004 г. на 872-м заседании Комитета Министров Совета Европы, политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в СМИ. Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в СМИ в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.

Как следует из заключения лингвистической экспертизы, предложение «24 ноября депутаты В. ФИО1 и ФИО3 в буквальном смысле слова ворвались в офис ФИО2 с одной целью незаконно сместить руководителя фракции КПРФ в областной ФИО2» называет конкретных действующих лиц, конкретные действия этих лиц, произошедшие в прошлом. Информация передается в форме утверждения.

Факт посещения офиса И. В.П. ФИО3 и ФИО1 участниками процесса не оспаривается. Таким образом, сведения, указанные в приведенной выше фразе, являются утверждением о факте, который имел место в реальности. Использование же в статье глагола «ворвались» не является основанием для удовлетворения иска в указанной части, поскольку его применение обнаруживается субъективным оценочным мнением, характеризующим действия истца при указанных выше обстоятельствах. 

Таким образом, спорное утверждение в части слов «24 ноября депутаты В. ФИО1 и ФИО3 в буквальном смысле слова ворвались в офис ФИО2 с одной целью незаконно сместить руководителя фракции КПРФ в областной думе» не может быть признано порочащими деловую репутацию истца сведениями.

Отсутствуют основания и для признания порочащими сведений: «Однако это «мудрое решение», принятое двумя депутатами из трех, входящих в состав партийной фракции, изначально было незаконным и несостоятельным. Оно противоречило принятому в КПРФ порядку утверждения руководителей фракций в органах законодательной власти субъектов РФ. Согласно этому порядку, кандидатуру руководителя фракции предлагает президиум ЦК партии по рекомендации бюро обкома. Более того, в КПРФ давно сложилась практика назначения на должность глав партийных фракций в региональных зак собраниях именно лидеров региональных отделений. Такое единоначалие. во первых, позволяет избежать возможных конфликтов между двумя руководителями, а во вторых, увеличивает возможность партийного влияния на решения, принимаемые законодательными органами регионов», поскольку, как было указано выше, решение ФИО1 о смене руководителя фракции, по мнению ХVII Совместного Пленума ОК и ОКРК Костромского областного отделения КПРФ, грубо нарушает установленный нормативными документами КПРФ порядок утверждения руководителей фракций в органах законодательной власти субъектов РФ и наносит существенный ущерб КПРФ, действия ФИО1 являются грубым нарушением п.2.4 Устава КПРФ, за что в отношении него рассматривалось персональное дело, результатом которого явилось исключение из партии.

Таким образом, оспариваемые выражения в целом соответствуют действительности, в связи с чем, оснований для возложения обязанности опровергнуть их не имеется.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3, необходима совокупность следующих обстоятельств: распространение ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Утверждать то, что оспариваемое выражение «более того, он обвинил лидера костромских коммунистов в том, что тот якобы представил в областную Думу подложный протокол о своем избрании руководителем фракции КПРФ в котором нет подписи ни ФИО1, ни ФИО3.» не соответствует действительности, нельзя, поскольку истец в рамках проверки №153 пр-16 сам высказывал мнение о возникновении сложившейся ситуации «по вине И. В.М., который предоставил в Костромскую областную думу подложный документ об избрании его руководителем фракции», в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований в данной части также не имеется.

В соответствии со статьями 3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации (далее - СМИ), принятой 12 февраля 2004 г. на 872 заседании Комитета Министров Совета Европы, политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в СМИ, а государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в СМИ в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.

Российская Федерация как участник Конвенции признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов. Поэтому применение судами названной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод

Как неоднократно указывал Европейский, в частности, в постановлении по делу «Федченко (Fedchenko) против Российской Федерации» от 11 февраля 2010 г., в отношении государственных служащих, действующих в официальном качестве, как и политиков, рамки допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц.

Европейский Суд также отмечает, что п. 2 ст. 10 Конвенции дает мало возможностей для ограничения политических высказываний или дебатов по вопросам, представляющим всеобщий интерес. Кроме того, хотя нельзя сказать, что слова и поступки государственных служащих и политических деятелей в равной степени заведомо открыты для наблюдения, государственные служащие, находящиеся при исполнении обязанностей, подобно политикам, подпадают под более широкие пределы допустимой критики, чем частные лица (дело «ФИО10 (Dyundin) против Российской Федерации», постановление Европейского Суда от 14 октября 2008 г.).

Вместе с тем, суд приходит к выводу об обоснованности требований ФИО1 в части признания порочащими сведений следующего содержания: «Жаль, что молодые партийцы ничего заметного не сделавшие ни для партии, ни для области,..».

С учетом выводов лингвистической экспертизы, суд принимает во внимание, что предложение в части слов «ничего не сделавшие ни для области, ни для партии» порочит деловую репутацию истца.

Суд принимает экспертное заключение №.1 от 14.08.2018 в качестве доказательства по настоящему делу, поскольку оно соответствует требованиям закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, выводы эксперта мотивированы и обоснованы.

Рецензия, представленная представителем ответчика, не соответствует требованиям закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», в связи с чем, не может быть принята в качестве допустимого доказательства.

Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Между тем ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих, что распространенная ими информация в указанной части «ничего заметного не сделавшие ни для партии, ни для области,..» соответствует действительности. 

Довод ответчика о том, что данная фраза не является утверждением о факте, а имеет место лишь авторское суждение, суд признает несостоятельным, поскольку фраза о том, что депутаты, в том числе и ФИО1, «ничего не сделавшие ни для области, ни для партии» содержит информацию фактологического характера, которую можно верифицировать, информация дается в форме утверждения (согласно выводам судебной лингвистической экспертизы). При этом доказательств соответствия указанной информации действительности стороной ответчиков не представлено. Суд приходит к выводу, что указанное суждение в целом порочит деловую репутацию истца, так как не соответствует действительности.

Собранными доказательствами по делу подтверждается, что информация, полностью совпадающая с информацией, распространенной ответчиком со ссылкой «по материалам газеты «Костромской край», ранее была распространена в газете «Костромской край» на стр. 5 в выпуске № 47 от 30 ноября 2016 г. 

Как указывалось выше, согласно ч. 6 ст. 57 «Закона о СМИ» редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций, если они являются дословным воспроизведением сообщений и материалов или их фрагментов, распространенных другим средством массовой информации, которое может быть установлено и привлечено к ответственности за данное нарушение законодательства Российской Федерации о средствах массовой информации.

Вместе с тем ответчик не может быть освобожден от обязанности по опубликованию опровержения недостоверных сведений, поскольку опровержение является формой восстановления положения, существовавшего до нарушения права (абз. 3 ст. 12 ГК РФ).

Именно такой подход приведен в п. 10 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016. 

Согласно положению ст. 44 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации», поскольку воспроизведение публикации иной редакции также является формой распространения оспариваемых сведений, поэтому именно ответчик согласно выбранному истцом способу защиты должен опубликовать опровержение.

Оспариваемая газетная публикация является дословным воспроизведением ответчиком публикации иного издания. Приведенное соответствует результату сопоставления представленных текстов двух публикаций. Кроме того, отсутствуют достоверные доказательства того, что ответчик должен был знать о том, что распространяемые сведения не соответствуют действительности, публикация спорной статьи имела место после выхода в свет 30.11.2016 г. выпуска № 47 еженедельной рекламной газеты «Костромской край» и до обращения истца в Свердловский районный суд г. Костромы с вышеназванным иском.

Вместе с тем, при таких фактических обстоятельствах на ответчика не может быть возложена гражданско-правовая ответственность в виде компенсации морального вреда, в связи с чем, в удовлетворении требования о компенсации морального вреда надлежит отказать.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу п. 21. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ), не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе, имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

С учетом приведенной правовой нормы, а также принимая во внимание то, что истцом в ходе рассмотрения гражданского дела произведена оплата работы судебного эксперта в сумме 24 000 руб., что подтверждено документально, экспертное заключение было принято судом в качестве одного из оснований для удовлетворения исковых требований в части, с ответчика в пользу истца следует взыскать судебные расходы в сумме 24 000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб., что соответствует размеру расходов истца по уплате государственной пошлины по одному неимущественному требованию о защите репутации путем опубликования опровержения.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать сведения, изложенные в статье «А был ли коммунистом ФИО1?»- этот вопрос сегодня задают себе члены партии», размещенные в общественно-политической газете «Что делать? В Костроме» в номере № 10 (423) 2016 г., несоответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, а именно: «Жаль, что молодые партийцы, ничего заметного не сделавшие ни для партии, ни для области, …».

Обязать общественно-политическую газету «Что делать? В Костроме» Костромского областного отделения политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» опубликовать опровержение несоответствующих действительности и порочащих честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 указанных выше сведений с предоставлением ФИО1 печатной площади для опубликования своего ответа на той же странице печатного издания, тем же шрифтом и тем же тиражом, что и вышеуказанная статья.

В удовлетворении требования о компенсации морального вреда ФИО1 отказать.

Взыскать с Костромского областного отделения политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» в пользу ФИО1 расходы по оплате судебной лингвистической экспертизы в сумме 24 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Костромы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.С.Иоффе

Мотивированное решение изготовлено 03.12.2018

Судья Н.С.Иоффе