Судья – Егорова М.Ю. Дело № 22-1041

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пенза 16 октября 2019 года 

Пензенский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Симонова В.М.,

с участием прокурора Майоровой К.А., 

представителя потерпевшего – ГБУЗ «...» Ц.О.Н.,

осужденной ФИО1,

защитников осужденной – Сатюковой И.В. и адвоката Зотовой И.В.,

при секретаре Ометовой Е.Г., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника осужденной ФИО1 – адвоката Зотовой И.В. на приговор Железнодорожного районного суда г. Пензы от 17 июня 2019 года, которым 

ФИО1, "..." года рождения, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 293 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 апреля 2008 года № 43-ФЗ) к штрафу в размере 70000 рублей.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ч. 8 ст. 302 УПК РФ осужденная от назначенного наказания освобождена за истечением сроков давности уголовного преследования.

Снят арест, наложенный постановлением Железнодорожного районного суда г. Пензы от 30 октября 2018 года на имущество: на счет № в ПАО "...", открытый "..." года (остаток на счете ... рублей ... копейки); на счет №, открытый "..." года в ПАО "..." (остаток ... рублей ... копеек); счет №, открытый в ПАО "..." "..." года (остаток ... рубль ... копейка).

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Симонова В.М., выступление осужденной ФИО1, ее защитников – Сатюковой И.В. и адвоката Зотовой И.В., представителя потерпевшего – ГБУЗ «...» Ц.О.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Майоровой К.А., согласной с приговором, суд апелляционной инстанции 

установил:

ФИО1 признана виновной в халатности, то есть ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, когда это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организации, охраняемых законом интересов общества, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре, а именно:

ФИО1, являясь должностным лицом – главным врачом государственного бюджетного учреждения здравоохранения «...», в период времени с 14 октября 2014 года по 30 декабря 2014 года, не надлежаще исполняя свои обязанности, не убедившись в том, что ООО «...» были соблюдены условия п. 4.5 государственного контракта № от 14 октября 2014 года, заключенного в рамках государственной программы Российской Федерации «Развитие здравоохранения», не убедившись в том, что ООО «...» имеет регистрационное удостоверение на поставляемое медицинское оборудование – модуль медицинский «...», не имея достаточных оснований для оплаты товара, на основании поступившего от ООО «...» информационного письма об осуществлении отгрузки комплектующих товара, а также на основании счета на оплату № от 27 октября 2014 года и транспортной накладной об отправке указанного модуля, дала указание о перечислении поставщику 54729645 рублей 30 копеек. В период с 13 декабря 2014 года по 30 декабря 2014 года поставщик произвел частичную поставку модуля медицинского «...», а ФИО1, небрежно относясь с возложенным на нее обязанностям, подписала акт приема-передачи от 13 декабря 2014 года, после чего по указанию ФИО1 ГБУЗ «...» перечислило поставщику 91216075 рублей 50 копеек. Действия ФИО1 привели к невозможности введения в эксплуатацию модуля медицинского «...» вплоть до настоящего времени, что повлекло за собой существенное нарушение прав и законных интересов граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционных жалобах защитник осужденной ФИО1 - адвокат Зотова И.В. выразила несогласие с приговором, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также ввиду наличия в этих выводах существенных противоречий, которые повлияли на решение суда, на правильность применения уголовного закона и на определение меры наказания.

Судом не были проверены и оценены доводы ФИО1 о ее невиновности: контракт был заключен на электронном аукционе ответственным сотрудником – начальником отдела материально-технического снабжения ГБУЗ «...» М.И.В.; на официальном сайте Росздравнадзора имелись сведения о наличии у поставщика регистрационного удостоверения на поставляемое медицинское изделие; руководителем ООО «...» И.В.В. М.И.В. было представлено регистрационное удостоверение на модуль медицинский «...»; ГБУЗ «...» было лишено возможности предъявить требование о предоставлении регистрационного удостоверения в составе аукционной документации по причине нарушения этим законодательства о конкуренции; о поставке комплектующих медицинского изделия был составлен комиссионный акт от 29 декабря 2014 года; информация о том, что поставщиком был поставлен иной товар, отсутствовала, какая-либо возможность идентифицировать поставляемый товар без монтажа и запуска оборудования отсутствовала; оплата производилась в точном соответствии с условиями и сроками, обозначенными в контракте; о том, что было поставлено не то медицинское оборудование ФИО1 узнала только весной 2015 года. Считает, что переквалификация судом действий ФИО1 с ч. 1 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 293 УК РФ ухудшило ее положение, поскольку она была лишена возможности защищаться от обвинения в халатности, а также противоречит положениями ст. 252 УПК РФ. Защитник указывает, что при описании судом преступного деяния форма вины ФИО1 не соответствует требованиям закона. Вопреки утверждению суда об отсутствии оснований для производства оплаты по контракту, первая часть денежных средств в сумме 54729645 рублей 30 копеек была оплачена в соответствии с контрактом после отгрузки товара на основании уведомления об отгрузке и полученного счета-фактуры. Вывод суда о том, что ФИО1, подписывая акт приема-передачи товара 13 декабря 2014 года, не убедилась в том, что поставщиком были соблюдены условия контракта о предоставлении регистрационного документа, является ошибочным, поскольку оно не могло и не должно было быть соблюдено в полном объеме к 13 декабря 2014 года, ибо предполагало введение модуля в эксплуатацию и обучение персонала работе с ним. Оплата второй части денежных средств за модуль также была предусмотрена контрактом. Указание суда о том, что неисполнение ФИО1 своих должностных обязанностей повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций, охраняемых законов интересов общества, противоречит положениям уголовного закона и является формальным. Вместе с тем, из показаний представителя потерпевшей организации Ц.О.Н. следует, что темпы и развития ГБУЗ "..." не ухудшились, учреждение работает в штатном режиме, показатели работы растут, жалоб от граждан не поступало.

Автор жалоб просит обвинительный приговор отменить, ФИО1 – оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель по делу Г.Е.П.. считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб и возражений на них, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденной правильными, соответствующими установленным судом фактическим обстоятельствам дела, основанными на тщательно исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах, которым дана надлежащая оценка с точки зрения их относимости, достоверности, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела и постановления приговора.

Так, свидетель К.М.С., начальник управления экономики Министерства здравоохранения 

<

адрес>, суду показал, что в заявке на приобретение модуля медицинского «...» и в проекте контракта было указано, что при поставке должно быть регистрационное удостоверение. Проверять его фактическое наличие должен был заказчик, т.е. ГБУЗ «...». Считает, что ФИО1 могла не принимать и не оплачивать товар в случае не предоставления регистрационного удостоверения.

Допрошенный в судебном заседании свидетель М.С.В., начальник управления по регулированию контрактной системы и закупкам 

<

адрес>, суду показал, что в 2014 году в управление поступила заявка на проведение электронного аукциона «поставка модуля медицинского «...» для нужд ГБУЗ «...». Победителем электронного аукциона стало ООО «...». 

Свидетель М.И.В., начальник отдела материально-технического снабжения ГБУЗ «...» в 2014 году, суду показал, что 14 октября 2014 года по результатам электронного аукциона им был заключен контракт на приобретение модуля медицинского «...», в ходе исполнения которого были начаты отгрузка модуля и поставка комплектующих модуля на склад, за что было оплачено 145 миллионов рублей. О том, что у поставщика - ООО «...» не имелось регистрационного удостоверения и оно пытается выдать модуль, произведенный ООО «...», за свой, они узнали в апреле 2015 года. Поставщик предъявлял ему регистрационное удостоверение на изделие, но, как оказалось позднее, оно было на другой объект. 

Свидетели З.А.А. и Ф.Р.В., должностные лица Министерства финансов 

<

адрес>, суду показали, что в 2014 году на регистрацию был представлен контракт № от 14 октября 2014 года с ООО «...» на поставку модуля медицинского «...» После проверки контракта он был зарегистрирован в программном продукте АЦК «...». 29 декабря 2014 был произведен визуальный осмотр фактически поставленного товара без проверки его технических характеристик, по факту проверки был составлен акт. Оплата за медицинский модуль осуществлялась согласно порядку расчетов, указанному в контракте. Основанием для списания денежных средств от заказчика к поставщику является платежное поручение, подписанное главным бухгалтером и руководителем учреждения.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ч.А.В., начальник отдела инфраструктуры здравоохранения Министерства здравоохранения 

<

адрес>, показал, что введение модуля в эксплуатацию невозможна в связи с отсутствием на него регистрационного удостоверения. 

Свидетель П.А.В., работавшая бухгалтером в ГБУЗ «...», в судебном заседании показала, что 14 октября 2014 между ГБУЗ «...» и ООО «...» был заключен контракт № на поставку модуля медицинского «...», согласно которому оплата второго этапа была предусмотрена после фактической поставки товара. Когда все комплектующие модуля были поставлены, в бухгалтерском отделе было подготовлено второе платежное поручение, к которому прилагался акт приема-передачи, подписанный ФИО1, товарная накладная, подписанная М.И.В. Также был составлен акт фактической сверки. После этого она подписала второе платежное поручение и передала его на подпись Крыловой. Далее платежное поручение вместе с необходимыми документами было направлено в Министерство финансов 

<

адрес> для списания со счета денежных средств. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель К.О.Н., руководитель УФАС 

<

адрес> в 2017 году, показала, что в июле 2017 года в Пензенское УФАС России поступила информация о возможном нарушении антимонопольного законодательства в действиях ООО «...» и ГБУЗ ...» при заключении и исполнении государственного контракта на поставку модуля медицинского «...». Согласно акту приема-передачи товара от 13 декабря 2014 года поставщик осуществил поставку товара заказчику ГБУЗ «...», а заказчик перечислил за модуль 145945720 рублей 80 копеек. При этом поставщик в полном объеме не представил предусмотренный контрактом пакет документов на товар, в частности, регистрационное удостоверение, а товар поставил в виде комплектующих. Несмотря на это заказчик принял товар и произвел оплату первого и второго этапа исполнения контракта. Позже Роздравнадзором было принято решение об отказе в государственной регистрации поставленного изделия. 

Свидетель З.М.П., являвшийся в 2014-2015 годах главным инженером ООО «...», показал, что именно он сопровождал медицинский модуль «...» для передачи заказчику, при этом на момент заключения государственного контракта регистрационного удостоверения у поставщика не имелось. На момент осмотра поставленного товара с комиссией вопрос о наличии или отсутствии регистрационного удостоверения не возникал. По государственному контракту было поставлено медицинское изделие в виде комплектующих. 

Из копии государственного контракта № от 14 октября 2014 года следует, что в соответствии с п. 4.5 (с учетом дополнительного соглашения от 11 декабря 2014 года) одновременно с поставкой товара поставщик обязан предоставить заказчику, в том числе, копию регистрационного удостоверения, выданного федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения и социального развития России (Министерством здравоохранения Российской Федерации). 

Согласно акту приема-передачи товара от 13 декабря 2014 года, главным врачом ГУБЗ «...» был принят товар – модуль медицинский «...». Качество, количество, комплектность, срок поставки товара соответствуют условиям контракта, недостатков товара не выявлено (т. 2 л.д. 11).

Копиями платежных поручений № от 5 ноября 2014 года за подписью ФИО1 и № от 5 ноября 2014 года подтверждено перечисление ООО «...» 54729645 рублей 30 копеек за медицинский модуль «...» (т. 13 л.д. 273, т. 14 л.д. 227).

Копиями платежных поручений № от 30 декабря 2014 года за подписью ФИО1 и № от 31 декабря 2014 года подтверждено перечисление ООО «...» 91216075 рублей 50 копеек за медицинский модуль «...» (т. 13 л.д. 271, т. 14 л.д. 228).

В соответствии с копией выписки из приказа Министерства здравоохранения 

<

адрес> №-л от 31 октября 2013 года ФИО1 была назначена на должность главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «...» с 31 ноября 2013 года по 31 марта 2015 года (т. 14 л.д. 16).

Срочным трудовым договором № с руководителем государственного учреждения от 31 октября 2013 года, заключенным между Министерством здравоохранения 

<

адрес> и ФИО1, установлены должностные обязанности ФИО1, как главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «...» (т. 14 л.д. 11-14).

В соответствии с п. 5.4 Устава ГБУЗ «...», утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития 

<

адрес> № от 4 июля 2011 года, руководитель учреждения без доверенности действует от имени учреждения, в том числе представляет его интересы и совершает сделки от его имени, представляет его годовую бухгалтерскую отчетность, утверждает штатное расписание учреждения, план его финансово-хозяйственной деятельности, регламентирующие деятельность учреждения внутренние документы, издает приказы и дает указания обязательные для исполнения всеми работниками учреждения (т. 7 л.д. 107-116).

Из протокола обыска от 11 мая 2018 года следует, что в ходе обыска в ГБУЗ «...» изъяты документы, относящиеся к контракту № на приобретение медицинского изделия – модуль медицинский «...» (т. 13 л.д. 182-184, 185-279).

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается и другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре.

Установив фактические обстоятельства совершения преступления, суд правильно квалифицировал действия осужденной ФИО1 по ч. 1 ст. 293 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 апреля 2008 года № 43-ФЗ).

Вопреки доводам жалоб описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденной и ее виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, с соблюдением положений ст. ст. 32, 252, 286 УПК РФ. Согласно протоколу судебного заседания, председательствующий предоставил сторонам равные возможности для реализации процессуальных прав, рассмотрел все ходатайства участников процесса и принял по ним мотивированные решения. 

Вопреки доводам стороны защиты переквалификация судом действий осужденной с ч. 1 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 293 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 апреля 2008 года № 43-ФЗ) не нарушает требований ст. 252 УПК РФ, поскольку данное изменение обвинения не ухудшило положение осужденной ФИО1 и не нарушило ее право на защиту.

Суд апелляционной инстанции считает, что при проведении предварительного следствия, а также в судебном разбирательстве по настоящему делу не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора. 

Доводы апелляционных жалоб о том, что в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, являются несостоятельными, поскольку указанные доводы были тщательно проверены в судебном заседании и получили надлежащую оценку в приговоре, при этом суд пришел к правильному выводу о том, что ФИО1, являясь должностным лицом, наделенная полномочиями по распоряжению в установленном порядке финансовыми ресурсами, выделенными возглавляемому ей ГБУЗ «...», не надлежаще отнеслась к своим обязанностям и оплатила 80% стоимости, а именно 145945720 рублей 80 копеек за некие комплектующие при отсутствии необходимых документов на медицинское изделие, строго прописанных в контракте, в том числе обязательного для медицинского изделия регистрационного удостоверения, а также подписала акт приема товара – модуля «...» от 13 декабря 2014 года с указанием о его полной комплектности, качестве, соответствию условиям контракта, не убедившись в том, какое изделие ей отгружено и поставлено. При этом введение модуля в эксплуатацию, о чем в суде апелляционной инстанции заявила сторона защиты, не влияет на квалификацию действий осужденной и доказанность ее вины. 

Суд апелляционной инстанции также находит верным вывод суда первой инстанции о том, что халатное отношение ФИО1 к своим должностным обязанностям нарушило интересы возглавляемого ей учреждения на эксплуатацию оборудования, а граждан как членов общества – на получение важных и необходимых медицинских услуг. Кроме того, ГБУЗ «...» утратило возможность использования выделенных на его нужды федеральных бюджетных денежных средств.

Наказание ФИО1 назначено с учетом положений ст. 60 УК РФ, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о ее личности, наличия смягчающих обстоятельств по делу, к которым суд первой инстанции отнес действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного преступлением, выразившиеся в принятии с помощью подчиненных сотрудников мер, направленных на ввод в эксплуатацию медицинского изделия, возраст подсудимой, наличие награды. 

Назначенное ФИО1 наказание в виде штрафа является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновной.

Установив, что с момента совершения ФИО1 преступления прошло более двух лет, в связи с чем истек срок давности привлечения ее к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 293 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 апреля 2008 года № 43-ФЗ), суд первой инстанции принял правильное решение об освобождении осужденной от назначенного наказания.

Таким образом, оснований для отмены и изменения приговора по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, а также с учетом доказательств, исследованных в суде апелляционной инстанции, не усматривается. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не имеется. Материалы дела исследованы полно, всесторонне и объективно.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

Приговор Железнодорожного районного суда г. Пензы от 17 июня 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы защитника осужденной ФИО1 - адвоката Зотовой И.В. – без удовлетворения.

Председательствующий –