Судья Украдыженко Е.В. № 22-578/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 февраля 2025 года г. Ростов-на-Дону 

Судья Ростовского областного суда Бандовкин В.С.

при секретаре судебного заседания Молчанове И.П.

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Ростовской области Глюзицкого А.В.,

осужденного ФИО1,

его защитника – адвоката Манохина О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой осужденного ФИО1 на приговор Аксайского районного суда Ростовской области от 13 ноября 2024 года, которым 

ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 (двум) годам, с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 (три) года.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в отношении ФИО1 оставлена прежней – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Осужденный следует в колонию-поселение за счет государства самостоятельно в порядке, предусмотренном ч. 1 и 2 ст. 71.1 УИК РФ.

Срок отбывания назначенного судом ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. При этом, время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, засчитано в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Осужденному разъяснены положения ст. 75.1 УИК РФ, в соответствии с которыми территориальный орган уголовно-исполнительной системы не позднее 10 суток со дня получения копии приговора суда вручает осужденному к лишению свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении предписание о направлении к месту отбывания наказания и обеспечивает его направление в колонию-поселение. В указанном предписании с учетом необходимого для проезда времени устанавливается срок, в течение которого осужденный должен прибыть к месту отбывания наказания. Порядок направления осужденных в колонию-поселение определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. В случае уклонения осужденного от получения предписания или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию на срок до 48 часов. Данный срок может быть продлен судом до 30 суток.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 (три) года в отношении ФИО1 постановлено исполнять самостоятельно, его срок исчислен с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы, контроль за его исполнением возложен на органы уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства ФИО1

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 о компенсации морального вреда, - удовлетворен частично. 

Взыскано с ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 800000 (восемьсот тысяч) рублей.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину не признал и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний отказался,

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, подлежащим отмене. Анализируя приговор, указывает на допущение судом существенных противоречий своих выводов, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Отмечает, что согласно терминов «водитель» и «пешеход» на момент совершения ДТП, его участник – ФИО7 являлся пешеходом. По мнению автора, при расследовании и рассмотрении уголовного дела, вопреки требованиям ст.73 УПК РФ, действиям пешехода ФИО7 не дана правовая оценка. Указывает, что вывод суда о том, что ФИО7 вышел из-за руля управляемого им транспортного средства, поэтому в данной дорожной ситуации он, в соответствии с п. 2.5 ПДД РФ, является водителем, является ошибочным, противоречащим нормам общих положений ПДД РФ и обстоятельствам дела. Автор обращает внимание, что важнейшей задачей следствия и суда являлось определение места наезда на пешехода ФИО7, которое было определено в результате предварительного следствия - «место наезда на пешехода находится на расстоянии 7 метров 70 сантиметров от задней части автомобиля и 90 сантиметров от левого края проезжей части дороги» (т.2 л.д.18-22). Таким образом, место наезда на пешехода расположено перед стоящим автомобилем Хендай Акцент госномер ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА регион и согласно установленному предварительным следствием механизму ДТП, сначала произошел наезд на пешехода, а потом – наезд на стоящий автомобиль. Указанная последовательность была предметом экспертного анализа при оценке действий водителя ФИО1 экспертом-автотехником ФИО8, которое положено в основу обвинительного приговора. Отмечает, что указание суда в приговоре на столкновение с автомобилем Хендай Акцент госномер ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА регион с последующим наездом на водителя ФИО7, вошел в противоречие с заключением дополнительной автотехнической экспертизы. Судом оставлены без удовлетворения ходатайства стороны защиты о вызове экспертов ФИО9 и ФИО10 для дачи разъяснений выполненных ими экспертных заключений. Отмечает, что заключение эксперта № 5/1686 от 18.12.2023 требовало разъяснений в части выводов по вопросам №1-4. Отмечает, что эксперт при оценке его действий, ссылается на выполнение им в момент ДТП маневра опережения, а также на то, что он не убедился в безопасности выполняемого маневра, в результате чего произошло ДТП. Вопреки п.10 ч.1 ст.204 УПК РФ, ФЗ № 73-ФЗ от 31.05.2001 отмечает, что эксперт не обосновал суть понятия «маневр опережения», не указал какой нормой ПДД РФ оно регламентировано. Отмечает, что эксперт безосновательно квалифицировал движение опережающего автомобиля с большей скоростью, чем опережаемого автомобиля, как маневр. Обращает внимание, что вывод эксперта о том, что опережение – это один из видов маневра, требовал экспертного обоснования и разъяснения, поскольку в п. 8.1 ПДД РФ в перечне маневров отсутствует «опережение» как вид маневра. Отмечает, что судом не указано, какой маневр им совершался в нарушение п. 8.1 ПДД РФ. Анализируя постановление следователя от 21.05.2024 и заключение эксперта № 5/732 указывает, что ряд ключевых исходных данных не использовались экспертом по указанию следователя, который безосновательно внес изменения в исходные данные, содержащиеся в постановлении о назначении дополнительной экспертизы. При этом следователем были нарушены права подозреваемого, предусмотренные ст.198 УПК РФ, а именно не ознакомление стороны защиты с измененными исходными данными. Отмечает, что следователь не представил дополнительных данных по ходатайству эксперта, а только безосновательно изменил величины конкретной и обшей видимости, и произвольно исключил из исходных данных момент возникновения опасности, созданной пешеходом ФИО7 Указывает, что следователь вопреки результатам проведенного следственного эксперимента и вынесенному им постановлению о назначении дополнительной автотехнической экспертизы дал указание эксперту не применять данные конкретной видимости пешехода – 91,5м и машина – 99.2м, изменил указанные величины на 122м и 129,70м. Обращает внимание, что следователем нарушен порядок, установленный ст.119-122 УПК РФ, а указанные нарушения порядка назначения и проведения экспертизы, принятия решения по ходатайству эксперта, в силу ст.7, ч.3 ст.75 УПК РФ, влекут за собой признание заключения эксперта №5/732 недопустимым доказательством. Отмечает, что выводы первичной и дополнительной экспертиз противоречат друг другу, поскольку согласно выводам эксперта ФИО9 действия ФИО1 не соответствуют требованиям п. 8.1 ПДД РФ и находятся в причинной связи с фактом ДТП, а согласно выводам эксперта ФИО10 нарушений правил маневрирования ФИО1 не допускал, выбранная скорость в 110 км/ч соответствовала пределам видимости на данном участке дороги, а вопрос соответствия действий водителя ФИО1 требованиям п.10.1 абзац 2 ПДД РФ напрямую зависит от расстояния видимости обнаружения пешехода и машины. Стороной защиты было указано на данные противоречия в ходатайстве о назначении дополнительной судебной автотехнической экспертизы от 15.10.2024, которое оставлено судом без удовлетворения, без приведения мотивов отказа. Отмечает, что несмотря на необоснованность заключения эксперта ФИО9 о нарушении правил п.8.1 ПДД РФ, суд не исключил его из обвинения, что противоречит обстоятельствам уголовного дела. Указывает, что обвинительное заключение и материалы уголовного дела не содержат доказательств выполнения им маневра обгона. Обращает внимание, что согласно материалам дела он перед ДТП перестроился из средней полосы в крайнюю левую, двигался прямолинейно без совершения маневров, проехал несколько секунд, после чего обнаружил опасность для движения и принял меры к остановке автомобиля путем торможения. В момент перестроения со средней полосы дороги в крайнюю левую полосу, расстояние видимости до стоящего пешехода и машины не позволяло ему обнаружить объекты, представляющие опасность для движения, что подтверждается данными общей и конкретной видимости, определенными в ходе следственного эксперимента. При этом, согласно выводам эксперта ФИО10, выбранная скорость движения 110 км/ч соответствовала условиям видимости на данном участке дороги. Отмечает, что из вышеуказанного можно сделать вывод об отсутствии у него технической возможности предотвратить ДТП, его действия не противоречат требованиям п.10.1 абзац 2 ПДД РФ. Просит приговор Аксайского районного суда Ростовской области от 13.11.2024 отменить, вынести оправдательный приговор. 

В поданных возражениях потерпевшая Потерпевший №1 выражает несогласие с апелляционной жалобой, считает приговор суда законным и справедливым, а наказание назначенным в пределах санкции ст. 264 УК РФ. Обращает внимание, что осужденный не пытался загладить причиненный преступлением вред. По мнению автора жалобы, назначенное ФИО1 наказание будет способствовать его исправлению. Также потерпевшая выражает согласие с установленной судом суммой морального вреда. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Заслушав доклад судьи Бандовкина В.С., выслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Манохина О.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших приговор отменить, постановить оправдательный приговор, прокурора отдела прокуратуры Ростовской области Глюзицкого А.В., не поддержавшего доводы апелляционной жалобы и просившего оставить приговор без изменения, проверив материалы уголовного дела, обсудив и проверив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, с непосредственным исследованием всех доказательств, их проверке на соответствие закону.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела, мотивированы и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. При производстве по уголовному делу не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения дела, его расследования. Для возбуждения уголовного дела имелись законный повод и основание, при этом само решение о возбуждении уголовного дела принято надлежащим должностным лицом. 

Каких-либо нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора либо влекущих безусловную отмену или изменение приговора, судом не допущено.

Все заявленные сторонами ходатайства судом рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения, не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции оснований не усматривает. 

Доводы о несогласии с принятыми судом решениями по заявленным ходатайствам не ставят под сомнение законность и обоснованность приговора. Как следует из протокола судебного заседания, стороны не были ограничены в праве предоставления доказательств в обоснование своей позиции по делу. При этом отказ в удовлетворении некоторых заявленных сторонами ходатайств при соблюдении процедуры их рассмотрения, не является нарушением уголовно-процессуального закона и права осужденных на защиту и справедливое судебное разбирательство. Оснований для переоценки решений суда по заявленным в ходе судебного разбирательства ходатайствам суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. Нарушений процессуального закона, связанных с нарушением права осужденных на защиту, влекущих безусловную отмену или иные изменения приговора, органами предварительного следствия и судом при рассмотрении дела допущено не было.

Обвинительное заключение по делу в целом соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нем указаны все необходимые сведения в достаточном объеме для реализации обвиняемым своего права на защиту от предъявленного обвинения. Описание деяний, признанных судом доказанными, содержат все необходимые сведения, в том числе об обстоятельствах их совершения, форме вины, и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденного и его виновности. 

Нарушений процессуального закона при принятии следователем, в чьем производстве находилось дело, постановлений о назначении экспертных исследований не установлено. Приняты они в рамках производства предварительного расследования с соблюдением прав всех участников процесса, в связи с чем доводы жалобы о нарушении прав ФИО1 на защиту, выразившееся в том, что следователь вопреки результатам проведенного следственного эксперимента и вынесенному им постановлению о назначении дополнительной автотехнической экспертизы дал указание эксперту не применять данные конкретной видимости пешехода – 91,5м и машина – 99.2м, изменил указанные величины на 122м и 129,70м, а также нарушение следователем порядка, установленного ст.119-122 УПК РФ, что в силу ст.7, ч.3 ст.75 УПК РФ, влекут за собой признание заключения эксперта №5/732 недопустимым доказательством, являются необоснованными.

Доводы осужденного о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, невиновности ФИО1 с учетом его позиции в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они опровергаются доказательствами, анализ которых приведен в приговоре с подробным изложением содержания каждого из них и проверкой доводов, приведенных участниками судебного разбирательства, которым суд дал должную оценку.

Вина осужденного ФИО1 в указанном преступлении подтверждается показаниями потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, данными на предварительном следствии и в судебном заседании в установленном законом порядке, которые соответствуют письменным доказательствам: протоколу осмотра места ДТП с фототаблицей и схемой от 28 октября 2023 года, заключениям эксперта № 829-Э от 25 декабря 2023 года, № 5/1686 от 18 декабря 2023 года, № 5/732 от 26 июня 2024 года, протоколом осмотра предметов от 13, 16 января 2024 года.

Суд не ограничился в приговоре указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы, почему он признал допустимыми доказательствами именно те, которые положил в основу приговора, в том числе обосновано привел в качестве доказательств заключения экспертов №5/1686 от 18 декабря 2023 года и №5/732 от 26 июня 2024 года. 

Оснований ставить под сомнение заключение экспертизы №5/732 от 26 июня 2024 года у суда первой инстанции не имелось, не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции, поскольку данные заключения даны экспертом после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, исследования проведены в соответствии с требованиями ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», изложенные в них выводы последовательны и научно обоснованы.

Показания допрошенных лиц не содержат противоречий в части юридически значимых обстоятельств и, в совокупности с письменными доказательствами по делу, которые обоснованно признаны судом относимыми, допустимыми и достоверными, отражают обстоятельства, при которых ФИО1, управляющий указанным в приговоре автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности смерть человека, что подробно изложено в описательной части приговора.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии оснований для оговора ФИО1 со стороны допрошенных лиц в материалах дела не содержится и судом не установлено.

Признание вещественными доказательствами и приобщение к уголовному делу автомобилей, которыми управлял осужденный и погибший в момент ДТП, было произведено надлежащим образом, на основании постановлений следователя, в соответствии с нормами УПК РФ.

Доводы осужденного сводятся к несогласию с выводами эксперта и позиции его самого относительно причин и обстоятельств ДТП, которая была известна суду первой инстанции и опровергнута исследованными в судебном заседании доказательствами, а также получила надлежащую оценку суда в приговоре.

Судом надлежаще оценены заключения автотехнических судебных экспертиз, которые подтверждают нарушение Правил дорожного движения осужденным, что находится в причинной связи с ДТП, поскольку ФИО1 при своевременном выполнении требований п.п. 1.3, 1.5, 8.1, абзац 2 п. 10.1 ПДД РФ располагал возможностью предотвратить столкновение транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Выводы экспертных заключений не противоречивы, согласуются между собой и иными доказательствами по делу, в связи с чем доводы жалобы об этом являются необоснованными. 

Выводы экспертиз не свидетельствуют о невиновности ФИО1, экспертами прямо указано о нарушении последним ПДД РФ, которые находятся в причинно-следственной связи с ДТП, при этом оснований для признания неверными исходных данных, используемых им при проведении экспертиз, не имеется. Экспертам были представлены все имеющиеся материалы уголовного дела, каких-либо замечаний к протоколу осмотра места и схеме ДТП от ФИО1 при их оформлении не поступало, отсутствовали у него и замечания к экспертным заключениям, о чем имеются его собственноручные подписи в протоколах ознакомления с заключениями эксперта.

Экспертные исследования проведены квалифицированными специалистами, заключения экспертов оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы экспертов являются ясными и понятными, надлежащим образом мотивированы и оценены судом в совокупности с другими исследованными доказательствами.

Доводы апелляционной жалобы о том, что потерпевший ФИО7 на момент совершения ДТП являлся уже не водителем, а пешеходом и следствием его действиям не дана правовая оценка, являются необоснованными, ранее были предметом судебного разбирательства в суде первой инстанции, судом в приговоре им дана должная оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Несостоятельными являются и доводы жалобы о том, что согласно установленному предварительным следствием механизму ДТП, сначала произошел наезд на пешехода, а потом – наезд на стоящий автомобиль, указанная последовательность была предметом экспертного анализа при оценке действий водителя ФИО1 экспертом-автотехником ФИО8, которое положено в основу обвинительного приговора, однако указание суда в приговоре на столкновение с автомобилем Хендай Акцент госномер ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА регион с последующим наездом на водителя ФИО7, вошло в противоречие с заключением дополнительной автотехнической экспертизы, поскольку в заключении эксперта №5/732 от 26 июня 2024 года указано, что экспертным путем установить расположение места наезда на потерпевшего не представляется возможным.

Доводы жалобы о том, что согласно выводам эксперта ФИО10, выбранная скорость движения 110 км/ч соответствовала условиям видимости на данном участке дороги и из вышеуказанного можно сделать вывод об отсутствии у него технической возможности предотвратить ДТП, его действия не противоречат требованиям п.10.1 абзац 2 ПДД РФ, являются необоснованными, поскольку осужденный ФИО1 не выполнил требования п.10.1 абзац 2 ПДД РФ в части того, что «при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», при этом, согласно заключения экспертизы №5/732 от 26 июня 2024 года, ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить происшествие.

Вопреки доводам осужденного, выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона судом не допущено, приведенные в приговоре доказательства отвечают требованиям закона и оснований для признания их порочными не усматривается. 

Установленные судом обстоятельства дела свидетельствуют о том, что действия ФИО1 не соответствовали указанным в приговоре пунктам ПДД РФ, находятся в причинной связи с фактом ДТП, которое он имел техническую возможность предотвратить. В результате ДТП водитель «Хендэ Акцент» получил телесные повреждения, подлежащие квалификации как тяжкий вред здоровью человека, между ними и наступившей смертью имеется прямая причинная связь, что установлено на основании заключения эксперта №892-Э от 25 декабря 2023 года. 

Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности предварительного следствия, фальсификации и недопустимости собранных доказательств, из материалов дела не усматривается. 

В целом доводы жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанций, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, и влияли бы на законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Оценив все доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела по существу, суд пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в указанном преступлении, правильно квалифицировал их действия по ч.3 ст.264 УК РФ, что соответствует установленным фактическим обстоятельствам.

Суд в приговоре дал должную оценку показаниям осужденного об его невиновности в преступлении, приведя при этом убедительные аргументы о доказанности его вины в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека при указанных в приговоре обстоятельствах, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. Оснований для оправдания ФИО1 суд апелляционной инстанции также не усматривает. 

Таким образом, постановленный приговор соответствует требованиям закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Вместе с тем, приговор Аксайского районного суда Ростовской области от 13 ноября 2024 года в отношении ФИО1 подлежит изменению.

Так, в описательно-мотивировочной части приговора суд первой инстанции, делая вывод о виновности ФИО1 в совершении данного преступления, ссылается на нарушение им требований п.п. 1.3, 1.5, 8.1, абзац 2 п. 10.1 ПДД РФ, которые находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями – смертью ФИО7

Однако, при описании в приговоре действий ФИО1, суд первой инстанции не указал, какие именно действия совершил ФИО1 в нарушение п.8.1 ПДД РФ.

Поэтому ссылка в приговоре на нарушение ФИО1 требований п.8.1 ПДД РФ, подлежит исключению.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности виновного, отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Учитывая фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденного ФИО1, который положительно характеризуется по месту жительства, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, ранее не судим, имеет заболевание в виде врожденного порока сердца, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о назначении наказания в виде лишения свободы, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на определенный срок. 

В приговоре приведены мотивы, по которым суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст.53.1, 73 УК РФ, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции. 

Каких-либо исключительных обстоятельств, оправдывающих цели и мотивы совершенного преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного виновным, позволяющих при назначении наказания применить положения ст. 64 УК РФ, а также ч.6 ст.15 УК РФ судом не установлено, суд апелляционной инстанции таких обстоятельств также не усматривает.

Назначенное осужденному наказание отвечает принципу справедливости, закрепленному в ч. 1 ст. 6 УК РФ, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

Суд апелляционной инстанции считает, что наказание ФИО1 назначено соразмерно содеянному им, с учетом данных об его личности, всех обстоятельств дела, является справедливым, отвечает принципам справедливости и гуманизма, и считать его явно несправедливым либо чрезмерно суровым оснований не имеется.

Вид исправительного учреждения судом назначен правильно, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ. 

Гражданский иск судом разрешен верно, с учетом положений ст. ст. 151, 1079, 1099 - 1101 ГК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Аксайского районного суда Ростовской области от 13 ноября 2024 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на нарушение ФИО1 п. 8.1 ПДД РФ.

В остальной части этот же приговор в отношенииФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента вступления приговора в законную силу. 

В случае подачи кассационных представления, жалоб осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Судья