РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 февраля 2018 года г.Иркутск

Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Зайцевой И.В., при секретаре судебного заседания Назаренко Н.А., с участием истца (ответчика) ФИО1, ответчика (истца) ФИО2, представителя ответчика (истца) по доверенности ФИО3, ответчика ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-43/18 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 об определении порядка пользования местами общего пользования в коммунальной квартире, обязании не чинить препятствия в пользовании, встречному иску ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ФИО1, ФИО4 о признании договора дарения комнаты притворной сделкой, признании договора дарения недействительным в силу его ничтожности,

УСТАНОВИЛ:

Ураков ГГ.О. обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 об определении порядка пользования жилым помещением, обязании освободить места общего пользования.

В обоснование заявленных требований указал, что с ответчиками он проживает совместно по адресу: г. Иркутск, 

<

адрес>. Данное жилое помещение принадлежит истцу и ответчикам на праве общей долевой собственности. Право собственности истца на комнату подтверждается договором дарения, у ответчиков право собственности по 1/3 доли в комнате 6-7 спорной квартиры. Принадлежащее им жилое помещение состоит из трех комнат, общей площадью 83,2 кв.м., жилой площадью 54,9 кв.м. Площадь каждой комнаты составляет: комнаты № 5 – 22,2 кв.м., № 6 – 18,4 кв.м., № 7 – 22,2 кв.м., кухни – 12,1 кв.м. В указанном помещении 1 санузел, 1 ванная комната (раздельные). В указанном жилом помещении они проживают совместно с 10 апреля 2-17 года по настоящее время. В настоящее время ответчики препятствуют использованию истцом помещения – кухни, ванной комнаты. В данное время в своей комнате истец проживает с несовершеннолетним ребенком. Из-за скандалов с соседями, которые захватили полностью кухню и ванную комнату, ему приходится готовить в комнате и ходить мыться к родственникам. Также он не может установить стиральную машину, так как ванная комната закрывается на замок, а кухню полностью заставили ответчики кухонным гарнитуром и техникой. Сколько бы он к ним не обращался и не говорил, что это место общего пользования, ответчики только скандалили, оскорбляли его.

Просит определить порядок пользования жилым помещением – кухней и ванной комнатой по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 83,2 кв.м., закрепив и определить за ним места общего пользования: ванную комнату, кухню, обязать ответчиков освободить место общего пользования: кухню и не чинить ответчику препятствий в пользовании ванной комнатой.

ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 предъявили встречное исковое заявление к ФИО1, ФИО4 о признании договора дарения комнаты притворной сделкой, признании договора дарения недействительным в силу его ничтожности.

В обоснование заявленных встречных исковых требований истцами указано, что ****год ответчики ФИО4 и ФИО1 заключили договор дарения комнаты в коммунальной квартире по адресу: г. Иркутск. 

<

адрес>, который был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Иркутской области. При заключении данного договора ФИО4 являлась дарителем и ей принадлежала спорная комната на праве единоличной собственности, ФИО1 являлся одаряемым. Спорная комната № принадлежала родственникам ФИО4 и после их смерти комната перешла в собственность последней. Сама ФИО4 никогда не проживала в спорной комнате, никогда не регистрировалась в спорной комнате и имела задолженность по оплате квартплаты за спорную комнату. Она не предложила истцам выкупить у нее спорную комнату, так как у них имеется первоочередное право выкупа спорной комнаты. Видимо ответчик ФИО4 срочно нуждалась в денежных средствах, поэтому не стала предлагать им выкупить комнату, так как следовало ожидать ответа от истцов в течение календарного месяца. ФИО4 заключила с ответчиком ФИО1 договора дарения, но они не родственники, не хорошие знакомые. Ответчики совершили притворную сделку, заключили договор дарения, который совершен с целью прикрыть договор купли-продажи, следовательно, данная сделка дарения ничтожна. Данной сделкой дарения нарушено первоочередное право истцов на приобретение спорной комнаты в их собственность.

Просят суд признать договора дарения комнаты в коммунальной квартире от ****год, заключенный между ФИО4 и ФИО1 на комнату № в трехкомнатной коммунальной квартире по адресу: г. Иркутск, 

<

адрес>, притворной сделкой, признать договор дарения комнаты в коммунальной квартире от ****год, заключенный между ФИО4 и ФИО1 на комнату № в трехкомнатной коммунальной квартире по адресу: г. Иркутск, 

<

адрес>, недействительным в силу ничтожности.

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 предъявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, встречные исковые требования не признал, суду пояснил, что он просит суд, что он обязал ответчика выделить ему место в ванной, чтобы было, где мыться, потому что по техническому паспорту указано, что в квартире имеется ванная комната и кухня. Согласно документам, он является собственником комнаты № площадью 22,2 кв. м. Кухня, туалет, ванная комната входят в места общего пользования. Когда он переехал в комнату в спорной квартире, то там уже была ванная комната. ФИО4 он знает с 2012 года, у них были близкие отношения. На момент, когда они с ней познакомились, ФИО4 жила на 

<

адрес> с родителями и детьми, у них были нормальные отношения. Так как ему негде было жить, ФИО4 предложила пожить в ее комнате. В феврале 2017 года он пришел в спорную квартиру, посмотрел комнату. Впоследствии ФИО4 предложила переписать спорную комнату на него. ФИО4 проявила к нему благотворительность, потому что ему негде было жить, подарила ему комнату, а он погасил долги по коммунальным платежам за эту комнату. В техническом паспорте, который имеется у него, указано, что в квартире есть ванная комната, кухня. ФИО2 общается с ним при помощи нецензурной брани, и говорит что он в квартире никто. Ванная комната все время закрыта на крючок, кухня не закрыта, но возможность поставить там свой стол нет. Когда он при проведении подготовки по данному делу говорил, что купил комнату за 

<

...> рублей, он не понял суть вопроса, все перепутал, много чего не понял. Комнату в спорной коммунальной квартире он не покупал, ее подарила ему ФИО4

В судебном заседании ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 исковые требования не признала, встречные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно суду пояснила, что ФИО4 она знает очень давно, спорную комнату ей подарили бабушка с дедушкой. В комнате в спорной квартире ФИО4 проживала около двух лет, потом выехала. В течение десяти лет ФИО4 сдавала комнату квартирантам, и приводила ФИО1 как очередного съемщика комнаты. В последний год она говорила, что хочет продать комнату или сдать. ФИО4 продавала комнату и в связи с этим привела ФИО9, при этом им она не предлагала выкупить комнату. Когда ФИО1 делал в комнате ремонт, то сказал, что он имеет право на эту комнату, так как ее купил. Когда он вызвал участкового, то отбирались пояснения и тогда он показал договор дарения. Когда приходили смотреть комнату, ФИО2 говорила что ванной комнаты в квартире нет. Фактически в спорной квартире ванной комнаты и не было, была только раковина. В спорную квартиру ФИО2 вселилась лет 20 назад, там были туалет и раковина в кухне. Также было одно нежилое подсобное помещение, которое в 1998 году она переоборудовала в ванную комнату. После приватизации стали отмечать наличие ванной комнаты в спорной квартире. Когда она заключала договор приватизации, то к ней перешла комната, в техническом паспорте ванную комнату стали обозначать. Ванной комнатой пользоваться она препятствует, потому что она ее сделала. Кухней пользоваться же она не препятствует, просто хочет, чтобы ФИО1 возместил ей расходы на ремонт, после чего она пустит его на кухню. В ее собственности 1 комната, другая комната находится в собственности ее бывшего мужа. 

В судебном заседании представитель ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО3, действующая на основании доверенности с объемом полномочий, предусмотренных ст. 54 ГПК РФ, исковые требования не признала, встречные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

В судебное заседание ответчики ФИО5, ФИО7, ФИО6 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены, просили рассмотреть дело в их отсутствие, о чем представили письменные заявления.

Обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

В судебном заседании ответчик ФИО4 встречные исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на встречное исковое заявление, дополнительно суду пояснила, что ранее в комнате проживал дедушка ФИО4, и когда она к нему приходила, то видела, что квартира благоустроена, в ней имеется раковина, холодная и горячая вода, туалет, также была кладовая комната, где ФИО2 установила ванную, ранее ванной не было. Ванную комнату в спорной квартире сделала ФИО2, в каком году это было, не помнит. Ранее в комнате, в которой ФИО2 установила ванную, были полки и лежали всякие принадлежности, дедушка был часовщик, и там лежали его вещи. В 2015 году, когда у ФИО4 умер муж, она предлагала ФИО2 купить эту комнату, даже в рассрочку. Когда год-два назад ФИО4 приводила покупателей смотреть комнату, то имела намерения ее продать. Но когда покупатели видели такую соседку, поворачивались и уходили, поскольку ФИО2 ведет себя очень некультурно. Впоследствии, так как ФИО4 была не в состоянии заниматься этой комнатой, а долги росли, она предложила подарить эту комнату ее лучшему другу ФИО1, который оплатил за нее все расходы по коммунальным платежам. Комнату она ФИО1 подарила, и никаких денежных средств от него за комнату не получила. Ей не нужны были эти проблемы, комната стояла, долги росли. ФИО1 она знает с 2012 года, ее познакомил с ним отец, ФИО1 помогал ей, делал ремонт. Он всегда был вхож в их семью, у них тесные дружеские отношения, не более. Она понимала, что если подарит комнату ФИО1, то не сможет пользоваться ей. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Рассматривая встречные исковые требования, суд приходи к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с положениями ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьями 549, 556, 558 ГК РФ, договор купли-продажи жилого помещения представляет собой соглашение, в силу которого одна сторона (продавец) обязуется передать в собственность другой стороне (покупателю) жилое помещение (квартиру), а покупатель обязуется принять это имущество и уплатить за него определенную денежную сумму. Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляется по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.

Статья 572 ГК РФ предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Положениями ч. 2, 3 ст. 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

Из положений ст. ст. 549, 556, 558 ГК РФ следует, что целью покупателя при заключении договора купли-продажи жилого помещения является приобретение права собственности на жилое помещение, а целю продавца - отчуждение своего имущества и получение денежных средств за данное имущество, а обязательным признаком сделки купли-продажи является ее возмездный характер. Договор дарения, в отличии от договора купли-продажи, является безвозмездным.

По правилам статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ч. 1 и ч. 2 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания приведенной правовой нормы следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка), и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. В том случае, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

Для признания сделки недействительно по основаниям притворности должно быть доказано, что притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, когда намерение сторон направлено на достижение иных правовых последствий, вытекающих из прикрываемой сделки.

Обращаясь в суд с требованиями о признании договора дарения от ****год недействительным, истцы утверждают, что указанный договор дарения является притворной сделкой, совершенной с целью прикрыть сделку купли-продажи, для того, чтобы истцы (сособственники иных комнат в коммунальной квартире) не могли воспользоваться преимущественным правом покупки указанной доли в праве общей долевой собственности на комнату в коммунальной квартире. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, что ФИО2, ФИО7, ФИО6 являются сособственниками (по 1/3 доли каждый) комнаты №, ФИО7, ФИО5, ФИО6 сособственниками (по 1/3 доли каждый) комнаты № в трехкомнатной коммунальной квартире №, расположенной по адресу: г.Иркутск, 

<

адрес>, а собственником комнаты № являлась ФИО4

****год ФИО4 (даритель) заключила с ФИО1 (одаряемый) договор дарения принадлежащей ей комнаты. Согласно пункту 1 договора дарения, даритель дарит, а одаряемый принимает в дар комнату в 3-хкомнатной коммунальной квартире, жилая площадь 22,2 кв.м., находящаяся на 2 этаже 2 этажного бревенчатого дома по адресу: 

<

адрес>.

На основании заключенного договора ****год Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области произведена государственная регистрация права собственности ФИО1 на вышеуказанную комнату в коммунальной квартире. 

Из буквального толкования положений договора дарения с учетом требований ст. 431 ГК РФ следует, что каких-либо требований дарителя, от выполнения которых зависит передача квартиры в собственность одаряемого, данный договор не содержит.

Договор дарения от ****год заключен в письменной форме, соответствует требованиям ст. ст. 572, 574 ГК РФ, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме. Договор дарения был подписан лично ФИО4, ее волеизъявление было направлено именно на составление договора дарения в пользу ФИО1 Волеизъявление ФИО4 было направлено на переход права собственности от нее к одаряемому ФИО1, единственной целью оспариваемого договора явилось наделение последнего на безвозмездной основе недвижимым имуществом. 

Доказательств, свидетельствующих о возмездном характере сделки и о том, что при дарении стороны преследовали совсем не те цели, которые при этом должны подразумеваться сторонами и их действия не были направлены на достижение того юридического результата, который должен быть получен при заключении данной сделки, истцами не представлены. Указанная сделка была исполнена сторонами в полном объеме, переход права собственности к ФИО1 прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке, и к нему перешли права и обязанности собственника жилого помещения. 

Таким образом, правовой результат договора дарения достигнут, а направленность воли ответчиков при совершении договора дарения соответствует указанному результату. 

Кроме того, следует обратить внимание на то, что намерение собственника на определенном этапе продать принадлежащее ему имущество, не является препятствием в дальнейшем произвести отчуждение этого имущества иным способом, в том числе передать в дар, и не указывает на недействительность такой сделки.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства по правилам ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, применяя вышеизложенные правовые нормы, суд приходит к выводу о том, что оснований для признания договора дарения комнаты притворной сделкой не имеется, следовательно, в удовлетворении встречных исковых требований о признании оспариваемого договора недействительным истцам надлежит отказать.

Довод истцов о том, что ФИО4 не предложила им выкупить принадлежащую ей комнату, суд находит несостоятельным, поскольку указанная норма не подлежит применению к возникшим правоотношениям, поскольку ФИО4 не продавала спорную комнату, а подарил ее ФИО1 

Рассматривая требования ФИО1 об определении порядка пользования места общего пользования в коммунальной квартире, суд приходит к следующему.

Частью ч. 2 ст. 1 ЖК РФ предусмотрено, что граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

В соответствии ст. 30 ЖК РФ, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

В соответствии с п. 1 ст. 247 ГК РФ, владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Согласно п. 2 ст. 247 ГК РФ, участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Из смысла указанной статьи следует, что при не достижении согласия между долевыми участниками собственности, суд может удовлетворить в судебном порядке требование участника о выделении в его пользование части имущества, соответствующей его доле.

Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Вышеприведенные нормы относимы к установлению порядка пользования жилыми помещениями в спорном объекте, находящимися в долевой собственности.

В свою очередь, в соответствии с ч. 4 ст. 3 ЖК РФ, никто не может быть ограничен в праве пользования жилищем, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ЖК РФ, другими федеральными законами.

Частью 4 ст. 30 ЖК РФ установлено, что собственник жилого помещения обязан соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно ч. 1 ст. 41, ч. 1 ст. 42, ст. 17 ЖК РФ, собственникам комнат в коммунальной квартире принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данной квартире, используемые для обслуживания более одной комнаты (далее - общее имущество в коммунальной квартире). Доля в праве общей собственности на общее имущество в коммунальной квартире собственника комнаты в данной квартире пропорциональна размеру общей площади указанной комнаты. Пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными Правительством Российской Федерации.

Таким образом, каждый из собственников жилых помещений в коммунальной квартире одновременно является сособственником общего имущества и как лицо, обладающее полномочиями собственника, установленными ст. 209 ГК РФ, вправе пользоваться им. Право пользования не может быть ограничено другим сособственником по своему усмотрению.

Судом установлено и подтверждается представленными доказательствами, что спорная жилая площадь представляет собой отдельную трехкомнатную коммунальную квартиру общей площадью 83,2 кв. м, жилой площадью 54,9 кв. м, подсобной площадью 28,3 кв. м, расположенную по адресу: г. Иркутск, 

<

адрес>.

Изолированная комната № площадью 22,2 кв.м. в спорной коммунальной квартире принадлежит на праве собственности истцу ФИО1 на основании договора дарения от ****год., зарегистрированного в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области ****год

Ответчикам ФИО2, ФИО5, ФИО6 на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/3 у каждого) принадлежит комната №, площадью 18,4 кв.м., в коммунальной квартире по вышеуказанному адресу на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от ****год.

Ответчикам ФИО7, ФИО5, ФИО6 на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/3 у каждого) принадлежит комната №, площадью 14,40 кв.м., в коммунальной квартире по вышеуказанному адресу на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от ****год.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, объяснениями сторон, не опровергнуты, сомнений не вызывают.

Из дела усматривается, что между сторонами не определена общая долевая собственность в имуществе, которым владеют стороны, и требований об определении долей в общем имуществе не было заявлено.

Таким образом, доля сторон в праве общей собственности на общее имущество в коммунальной квартире пропорциональна размеру общей площади комнаты, которой владеет сторона.

Учитывая, что нежилые помещения квартиры: кухня и ванная комната относятся к общему имуществу, стороны в равной мере вправе беспрепятственно пользоваться указанными помещениями.

Таким образом, учитывая, что с учетом положений ст. 37 ЖК РФ, ст. 290 ГК РФ, в установленном законом порядке подлежит определению доля в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме, но не реальная доля в материальном объекте, суд полагает, что в удовлетворении требований ФИО1 об определении порядка пользования места общего пользования надлежит отказать.

Рассматривая требования истца ФИО1 об обязании ответчиков не чинить препятствия в пользовании местами общего пользования, суд приходит к следующему.

Из искового заявления ФИО1 и его пояснений в суде следует, что он не может пользоваться местами общего пользования в спорной квартире: ванной комнатой и кухней, поскольку между сторонами сложились сложные, конфликтные отношения, со стороны ответчиков имеют место противоправные действия, которые обусловлены тем, что последние в нарушение требований закона ограничили доступ ФИО1 к местам общего пользования путем установки на всем свободном пространстве кухни принадлежащей им кухонной мебели, бытовой техники, а ванную комнату закрыли на замок.

Ответчик ФИО2 утверждала, что когда 20 назад вселилась в спорную коммунальную квартиру, там были лишь туалет и раковина в кухне. Также было еще одно нежилое подсобное помещение, которое в 1998 году она переоборудовала в ванную комнату. Только после приватизации наличие ванной комнаты в спорной квартире стали отмечать в техническом паспорте. Ванной комнатой пользоваться истцу она действительно препятствует, потому что ее сделала она. Пользоваться же кухней ФИО2 истцу не препятствует, просто хочет, чтобы ФИО1 возместил ей расходы на ремонт кухни.

Вместе с тем наличие ванной комнаты в коммунальной квартире при возникновении права собственности на комнату № в спорной коммунальной квартире у ФИО1 в ходе судебного разбирательства не опровергнуто и подтверждается техническим паспортом на спорную коммунальную квартиру, где в разделе 11. Экспликация площади помещения указано: ванная, общей площадью 3,1 кв.м.

Доказательств, подтверждающих нахождение имеющейся в спорной коммунальной квартире ванной комнаты в собственности кого-либо из ответчиков, суду не представлено.

Таким образом, установлено, что нежилые помещения коммунальной квартиры: кухня и ванная комната относятся к общему имуществу, стороны в равной мере вправе беспрепятственно пользоваться указанными помещениями.

В ходе судебного разбирательства установлено, что по факту того, что истец не может беспрепятственно пользоваться местами общего пользования в коммунальной квартире, ФИО1 в июне 2017 года обращался с заявлением в ОП № МУ МВД РФ «Иркутское» о принятии мер к соседям по коммунальной квартире, которые ограничивают доступ к местам общего пользования.

Постановлением участкового уполномоченного полиции ОП № МУ МВД РФ «Иркутское» от ****год в возбуждении уголовного дела о совершении преступления, предусмотренного ст. 330 ч. 1 УК РФ по основаниям, предусмотренным п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, было отказано в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО5 и в связи с тем, что в данном материале усматривались гражданско-правовые отношения, предусмотренные жилищным законодательством РФ, ФИО1 было рекомендовано обратиться в суд в гражданском порядке.

Наличие конфликтных отношений между сторонами, затрудняющих использование истцом ФИО1 мест общего пользования в коммунальной квартире ответчиками также не опровергнуто.

Таким образом, судом установлено, что между сторонами происходят конфликты, ответчики создают ситуации, затрудняющие использование мест общего пользования (кухней и ванной комнатой) истцу, в частности, полностью заставили своими вещами кухню, что создает препятствия к пользованию истцом кухней и установили замок на двери в ванную комнату.

При таких обстоятельствах, учитывая, что помещения общего пользования в коммунальной квартире в личную собственность ответчиков не передавались, а также принимая во внимание нуждаемость каждого из сособственников в пользовании местами общего пользования, реальную возможность совместного пользования данным имуществом, а именно местами общего пользования в квартире, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 в части обязания ответчиков не чинить препятствия в пользовании местами общего пользования: ванной комнатой и кухней, в квартире 

<

адрес>.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать ФИО2, ФИО5, ФИО7, ФИО6 не чинить ФИО1 препятствия в пользовании местами общего пользования: ванной комнатой и кухней, в коммунальной квартире 

<

адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 об определении порядка пользования места общего пользования отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2, ФИО5, ФИО7, ФИО6 к ФИО1, ФИО4 о признании договора дарения комнаты притворной сделкой, признании договора дарения недействительным в силу его ничтожности отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня изготовления решения суда в мотивированном виде.

Мотивированное решение изготовлено ****год.

Судья И.В. Зайцева