Дело * * *

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Шахунья 20 февраля 2018 года

Шахунский районный суд Нижегородской области в составе: председательствующего федерального судьи Шатохиной Н.В.,

с участием помощника Шахунского городского прокурора Рыбакова Н.Д., представителя истца адвоката Степаненко О.Н., представителей ответчика ФИО1, ФИО2, 

при секретаре Бровкиной Ю.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Нижегородской области «Шахунская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в Шахунский районный суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Нижегородской области «Шахунская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что * * * ее супругу ФИО4 * * * г.р. в 5-00 часов была вызвана скорая помощь, так как он стал задыхаться. Примерно в 6-00 часов его доставили в приемный покой ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ». Лишь в 8 час. 20 мин. Его осмотрели несколько врачей поочередно (ФИО7, Голубе, ФИО5, ФИО6 и еще какие-то медицинскте работники), до осмотра у него взяли анализы крови и мочи. С момента доставления ФИО4 в больницу с 6-00 час. до 8-00 час. ему поставили одну капельницу, была сделана кардиограмма сердца и рентген полости живота. Переносили ФИО4 с первого на второй этаж санитарки и ее дочь Степаненко О.Н. на покрывале, так как помещение не оборудовано лифтом. ФИО4 поместили в палату на стационарное лечение в терапевтическое отделение только в 11-00 час, ему был выставлен диагноз: острый гастроэнтероколит средней степени тяжести. До 15-00 час. ФИО4 медицинской помощи не оказывалось. В 21-00 час. ФИО4 разговаривал по телефону со Степаненко О.Н. и сообщил ей, что врач не знает, что с ним и пока лечения не проводят. При нахождении в стационаре ФИО4 не оказывали надлежащую медицинскую помощь, больше суток он находился в больнице, ему был неправильно поставлен диагноз и соответственно не оказывали необходимую медицинскую помощь. ФИО4 скончался * * * в 9-35 час. Причина смерти: острая сердечно-легочная недостаточность, развившаяся вследствие тромбоза ветвей легочных артерий. Также выявлен рак селезеночного угла толстой кишки, которая отношения к смерти не имеет. По факту смерти ФИО4 была проведена ведомственная проверка качества и безопасности медицинской деятельности. Из акта ведомственной проверки качества и безопасности медицинской деятельности * * * от * * * составленного отделом ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности министерства здравоохранения Нижегородской области, следует, что медицинская помощь ФИО4 при установленном клиническом диагнозе «острый инфаркт миокарда» оказана в соответствии с порядком оказания медицинской помощи (приказ МЗ РФ от 15.11.2012 № 923 «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия»). Согласно данного акта, лицом, допустившим нарушения является врач ФИО7 - заведующая терапевтическим отделением. А также согласно акта стандарт медицинской помощи при установленном за 2,5 часа до смерти диагнозе «острый инфаркт миокарда» не выполнен в части обследования: не выполнена ЭХО-КГ, больной не осмотрен врачом анестезиологом-реаниматологом. Нарушен приказ МЗ РФ от * * * * * *ан «Об утверждении стандарта медицинской помощи при остром инфаркте миокарда» (с подъемом сегмента ST ЭКГ). В нарушении указанного стандарта не вводились нитраты. При оказании медицинской помощи ФИО4 при установленном диагнозе «острый инфаркт миокарда» нарушен приказ МЗ РФ от 08.07.2013 № 1475 «Об организации оказания медицинской помощи больным с ОКС и ОНМК на территории Нижегородской области» (приложение 1). Больной подлежал переводу в отделение реанимации * * * в 7-00. Не проводилось мониторирование сатурации кислорода. Введение препаратов Верапамил и ФИО8 в острой фазе инфаркта миокарда не было показано. При подозрении на ТЭЛА больному после внутривенного введения 5000 ЕД Гепарина (насыщающая доза) не назначена постоянная в/в инфузия Гепарина с контролем АЧТВ. Имело место недооценка степени тяжести состояния пациента. Согласно заключения экспертов * * * от * * * причина смерти указанная в протоколе патологоанатомического вскрытия * * * от * * * установлена не вполне правильно. Причиной смерти ФИО4 явилась острая сердечно-легочная недостаточность, обусловленная тромбоэмболией ветвей легочной артерии. Кроме того установлены дефекты диагностики и оказания помощи, нарушен приказ МЗ РФ от 01.07.2015 № 404ан «об утверждении стандарта медицинской помощи при остром инфаркте миокарда» (с подъемом сегмента ST ЭКГ): не выполнена ЭХО-кардиография; не проведена консультация анестезиолога-реаниматолога; в лечении не вводились нитраты; не применялась кислородотерапия. А также установлено, что своевременное установление диагноза ТЭЛА (тормбоэмболия легочной артерии) и начало терапии тромболитиком теоретически могло улучшить прогноз. Экспертизой был установлен ряд допущенных дефектов при оказании медицинской помощи, но установить прямую причинную связь ухудшения состояния здоровья и смертью эксперты не могут. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда 3000000 руб.

В судебное заседание истец не явилась. Извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Представитель истца адвокат Степаненко О.Н. в судебном заседании иск поддержала. Пояснила. что несмотря на то, что прямой причинно-следственной связи в данном случае не установлено, имеют место некачественно предоставленные услуги, что на основании закона о защите прав потребителей является основанием для взыскании компенсации морального вреда.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 иск не признал и пояснил, что проживая в г.Шахунья ФИО4 в ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ» не наблюдался, на диспансеризацию не являлся. Таким образом, информации о состоянии здоровья данного пациента у работников ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ» не было. При поступлении в ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ» * * * дежурным врачом приемного покоя установлен первичный диагноз: острый гастроэнтероколит средней степени тяжести. Анемия 2 степени. Сахарный диабет? Хирургом исключена хирургическая патология. По результатам осмотра и данным проведенного обследования заведующим терапевтическим отделением и заведующим инфекционным отделением установлен диагноз: «сахарный диабет второго типа впервые выявленный. Гипохромная анемия неясной этиологии. Холицисто- панкреатит, обострение. Хронический гастродуоденит обострение. Ишемическая болезнь сердца: кардиосклероз. Постинфарктный кардиосклероз. Хроническая сердечная недостаточность 1. Гипертоническая болезнь 3 ст., риск 4. Дисциркуляторная энцефалопатия 1. Варикозная болезнь нижних конечностей. Установлен при поступлении в стационар диагноз не являлся окончательным, однако определял тактику дальнейшего обследования и лечения пациента. * * * около 07 часов ФИО4 в нарушение режима пошел в туалет, после этого его состояние ухудшилось. Он сразу был осмотрен дежурным врачом ФИО9 и сразу же заведующим отделением ФИО7 Осмотр был произведен в 07:00 04.07.2015г. утра. Пациенту с учетом утреннего времени были начаты экстренные мероприятия по обследованию и лечению при дифференциальной диагностике между ТЭЛА (Тромбоэмболия легочной артерии) и ОИМ (острый инфаркт миокарда) В кротчайшие сроки (2 часа) между ухудшением состояния и смертью больного при отсутствии компьютерного томографа сразу установить диагноз ТЭЛА, опровергнуть ОИМ не представлялось возможным. Дефектов оказания медицинской помощи ФИО4 в ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ» и ухудшением его состояния, а в дальнейшем летальным исходом не установлено. Просит в удовлетворении иска отказать.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании поддержал позицию ФИО1

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела. Согласно заявления просит рассмотреть дело в ее отсутствие. 

Помощник Шахунского городского прокурора Рыбаков Н.С. в судебном заседании полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению. 

Выслушав участников процесса, заключение помощника Шахунского городского прокурора, исследовав материалы дела, оценив согласно ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что иск удовлетворению не подлежит. 

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен предоставить сам ответчик; потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно п. 5 ст. 10 ФЗ N 323 "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

В суде установлено, что * * * в 09 час. 35 мин. умер ФИО4, * * * г.р. госпитализированный фельдшером "Скорой помощи" * * * в ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ».

Шахунским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по Нижегородской области по факту смерти ФИО4 по заявлению Степаненко О.Н. в порядке ст.144 УПК РФ проведена проверка для установления наличия либо отсутствия в действиях медицинских работников ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ» состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ. 

Постановлением заместителя руководителя Шахунского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по * * * ФИО10 * * * вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО7 состава преступления.

Согласно акта ведомственной проверки качества и безопасности медицинской деятельности * * * от * * *, проведенной Министерством здравоохранения Нижегородской области, медицинская помощь ФИО4 при установленном клиническом диагнозе «острый инфаркт миокарда» оказана в соответствии с порядком оказания медицинской помощи (приказ МЗ РФ от 15.11.2012 № 923 «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия»). Лицом, допустившим нарушения является врач ФИО7 - заведующая терапевтическим отделением. Стандарт медицинской помощи при установленном за 2,5 часа до смерти диагнозе «острый инфаркт миокарда» не выполнен в части обследования: не выполнена ЭХО-КГ, больной не осмотрен врачом анестезиологом-реаниматологом. Нарушен приказ МЗ РФ от 01.07.2015 № 404ан «Об утверждении стандарта медицинской помощи при остром инфаркте миокарда» (с подъемом сегмента ST ЭКГ). В нарушении указанного стандарта не вводились нитраты. При оказании медицинской помощи ФИО4 при установленном диагнозе «острый инфаркт миокарда» нарушен приказ МЗ РФ от 08.07.2013 № 1475 «Об организации оказания медицинской помощи больным с ОКС и ОНМК на территории Нижегородской области» (приложение 1). Больной подлежал переводу в отделение реанимации * * * в 7-00. Не проводилось мониторирование сатурации кислорода. Введение препаратов Верапамил и ФИО8 в острой фазе инфаркта миокарда не было показано. При подозрении на ТЭЛА больному после внутривенного введения 5000 ЕД Гепарина (насыщающая доза) не назначена постоянная в/в инфузия Гепарина с контролем АЧТВ. Имела место недооценка степени тяжести состояния пациента.

Согласно проведенной в рамках уголовного дела ГБУЗ НО Нижегородским областным бюро СМЭ заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы от * * * * * *-СЛ (ВР), причина смерти ФИО4, указанная в протоколе патологоанатомического вскрытия * * * от * * * (острая сердечно-легочная недостаточность, развившаяся вследствие тромбоза ветвей легочной артерии) установлена не вполне правильно. Основное заболевание: Умеренно дифференцированная аденокарцинома. поперечноободочной кишки в зоне селезеночного узла с полной обтурацией просвета толстой кишки. Осложнения основного заболевания: Тромбоэмболия легочной артерии- кардиопульмональный рефлекс. Острая сердечная недостаточность. Множественные зоны некроза в толще опухоли. Фокусы некроза эпителия извитых канальцев почки. Сопутствующие заболевания: Гипертоническая болезнь - толщина миокарда левого желудочка 1,5 см. Выраженный склероз и гиалиноз артериол сердца, легких, поджелудочной железы, почек. Умеренно выраженный диффузный кардиосклероз. Умеренная гипертрофия миоцитов. Камни желчного пузыря. Таким образом, причиной смерти ФИО4 явилась острая сердечно-легочная недостаточность, обусловленная тромбоэмболией ветвей легочной артерии. При поступлении ФИО4 в стационар ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ» * * * дежурным врачом приемного покоя установлен первичный диагноз: острый гастроэнтероколит средней степени тяжести. Анемия 2 степени. Сахарный диабет? Хирургом исключена хирургическая патология. По результатам осмотра и данным проведенного обследования заведующим терапевтическим - отделением и заведующим инфекционным отделением установлен диагноз: сахарный диабет второго типа впервые выявленный. Гипохромная анемия неясной этиологии. Холецисто-панкреатит, обострение. Хронический гастродуоденит обострение. Ишемическая болезнь сердца: кардиосклероз. Постинфарктрый кардиосклероз. Хроническая сердечная недостаточность 1. Гипертоническая болезнь 3 ст., риск 4. Дисциркуляротрная энцефалопатия 1. Варикозная болезнь нижних конечностей. Установленный при поступлении в стационар диагноз не являлся окончательным, однако определял тактику дальнейшего обследования и лечения пациента. Диагноз ТЭЛА (тромбоэмболия легочной артерии) выставлен * * * - фактически в день смерти во время реанимационных мероприятий. Дополнительных исследований соответственно этому диагнозу не проведено в силу недостаточности времени с момента установки диагноза до наступления смерти пациента. Заподозрить диагноз ТЭЛА при поступлении было сложно, так как это осложнение не имеет специфических жалоб и клинических проявлений при осмотре (одышка, тахикардия, снижение артериального давления сопровождают много заболеваний сердечно-сосудистой системы). Заподозрить диагноз можно было сопоставив наличие варикозной болезни

клиники одышки, тахикардии, снижения артериального давления, изменения ЭКГ с ЭХО- КГ, УЗДГ вен нижних конечностей, которые не были выполнены. По имеющимся данным сложно оценить давность возникновения тромбоэмболии легочной артерии (эпизоды были дома и продолжались в стационаре или был единственный эпизод утром * * * при вставании, который привел к летальному исходу) * * * при ухудшении состояния и дестабилизации гемодинамики пациент должен был быть переведен в ОРИТ (отделение реанимации и интенсивной терапии), консультирован реаниматологом. Однако, несмотря на наличие перечисленных дефектов диагностики и оказания помощи, нельзя утверждать, что имеется прямая связь между этими дефектами и ухудшением состояния пациента, а в дальнейшем летальным исходом, так как у ФИО4 имелся не диагностированный рак толстой кишки, анемия, сахарный диабет - состояния, на фоне которых часто развиваются коагулопатии (нарушения со стороны свертывающей системы крови), венозные тромбоэмболии. Поскольку пациенту был выставлен диагноз острого инфаркта миокарда, то нарушены стандарты обследования и лечения этого заболевания (Приказ МЗ РФ от 01.07.2015 г. № 404ан «Об утверждении стандарта медицинской помощи при остром инфаркте миокарда (с подъемом сегмента ST ЭКГ) не выполнена ЭХО-кардиография; не проведена консультация анестезиолога-реаниматолога; в лечении - не вводились нитраты. Действующие стандарты оказания медицинской помощи не регламентируют какими врачами какие именно мероприятия должны быть проведены. Оказание «первой медицинской помощи» при поступлении в стационар с каким-либо диагнозом так же не регламентировано действующими стандартами оказания медицинской помощи. Таким образом, за время пребывания пациента в стационаре диагноз менялся. Заключительный клинический диагноз установлен правильно. Как указывалось выше, между допущенными дефектами и ухудшением состояния здоровья, смертью ФИО4 установить прямую причинную связь невозможно. Т.е. невозможно утверждать, что ухудшение состояния здоровья и смерть ФИО4 обусловлены дефектами оказания медицинской помощи. Согласно п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приложение к Приказу МЗ и CP РФ от * * * * * *н), как причинение вреда здоровью рассматривается только ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи. Таким образом, нарушения, допущенные при оказании медицинской помощи ФИО4, не подлежат судебно-медицинской оценке тяжести причиненного вреда здоровью. По данным представленной медицинской документации достоверно установить какие именно лечебные мероприятия кем из врачей проведены не представляется возможным. Между допущенными дефектами и ухудшением состояния здоровья ФИО4, наступлением его смерти установить прямую причинную связи невозможно. Своевременное установление диагноза ТЭЛА (тромбоэмболия легочной артерии) и начало терапии тромболитиком теоретически могло улучшить прогноз. Практически начало тромболитической терапии показано только после точного установления диагноза ТЭЛА после проведения КТ ангиопульмонографии и отсутствии противопоказаний к тромболизису. Все остальные мероприятия при ТЭЛА - симптоматические, они были выполнены за исключением кислородотерапии. Между не проведением кислородотерапии и наступлением смерти ФИО4 прямой причинной связи не усматривается. Согласно п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приложение к Приказу МЗ и CP РФ от * * * * * *н), как причинение вреда здоровью рассматривается только ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи. Нарушения, допущенные при оказании медицинской помощи ФИО4 не подлежат судебно-медицинской оценке тяжести причиненного вреда здоровью.

Оценив указанное заключение экспертов, суд приходит к выводу, что приведенное заключение комиссии экспертов соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, логичным, полным и последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение. Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

Указанное заключение истицей не оспорено, иных опровергающих выводы заключения комиссионной медицинской экспертизы доказательств истицей в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Согласно статье 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации и медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно ответчик (неправомерность действий, причинную связь между ними и ущербом). В свою очередь, на причинителя вреда возложена обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении вреда.

Для наступления ответственности по возмещению вреда, предусмотренной статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. Отсутствие одного из составляющих влечет освобождение лица, к которому предъявлены требования, от ответственности.

Доказательств, подтверждающих, что смерть ФИО4 наступила именно вследствие некачественного оказания работниками ответчика медицинской помощи, ненадлежащего исполнения ими своих профессиональных обязанностей, бездействия медицинского персонала, не представлено. 

Оказание медицинской помощи является специфическим видом деятельности, проведение медицинских мероприятий, даже при условии их точного соответствия установленным нормам и правилам, медицинским показаниям, не может гарантировать полного выздоровления или иного ожидаемого пациентом результата, поскольку действенность оказанной медицинской помощи зависит не только от выбранной тактики лечения и действий медицинского персонала, но и от индивидуальных особенностей организма, условий жизнедеятельности, иных, не поддающихся точному прогнозированию и учету, обстоятельств, поэтому само по себе наступление вреда здоровью пациента не является основанием для возмещения вреда.

При таких обстоятельствах, отсутствуют правовые основания для наступления гражданско-правовой ответственности ответчика, поскольку не было установлено виновных действий работников ГБУЗ НО «Шахунская ЦРБ», причинно-следственной связи между поведением ответчика и наступившим вредом.

Доводы представителя истца о необходимости применения в данном случае законодательства о защите прав потребителей суд находит несостоятельным, основанным на неверном толковании норм права.

В соответствии с преамбулой Закона РФ N 2300-1 от 07.02.1992 г. "О защите прав потребителей" под основным понятием "исполнитель", используемым в настоящем законе, понимается организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору. 

Как установлено судом, с медицинским учреждением возмездный договор отсутствовал. Медицинская помощь оказывалась ФИО4 бесплатно.

Таким образом, требования истца удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Нижегородской области «Шахунская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд через Шахунский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме * * *.

Судья подпись

Копия верна.

Судья Н.В.Шатохина