РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новоалександровск 21 мая 2019 года

Новоалександровский районный суд Ставропольского края в составе председательствующего судьи Карпенко Д.Н.,

при секретаре Ловчиковой В.А.,

с участием на стороне истца адвоката Вороненкова С.А., представившего удостоверение № 169 и ордер № 063991 от 22.04.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком. Требования мотивированы тем, что она является собственником жилого дома со служебными постройками и сооружениями и земельного участка по адресу: 

<

адрес>. Ее соседом является ответчик ФИО2, проживающий по адресу: 

<

адрес>. Граница смежных участков между ними согласована. Между участками по их границе имеется забор из плоского шифера, который принадлежит ей. На участке ответчика вдоль забора из шифера с ее участком расположены его деревья черешни, груши, сливы. Согласно ситуационному плану расположения плодовых деревьев, составленному кадастровым инженером ФИО3, расстояние от дерева черешни (поз. 1) до границы земельного участка составляет 2.1 м, его высота 4.50 м; от дерева груши (поз. 2) - 1.4 м. его высота 4.50 м; от дерева груши (поз. 3) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева груши (поз. 4) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева груши (поз. 5) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева груши (поз. 6) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева сливы (поз. 7) - 0.35 м, его высота 3.00 м; от дерева сливы (поз.8) - 0.35 м, его высота 3.00 м. В настоящее время в ее кухне пошли вертикальные трещины от частого и обильного полива этих деревьев соседом. Кухня расположена на расстоянии 0.5 м от границы с соседом. На все его доводы ответчику убрать деревья на положенное по закону расстояние от кухни и границы земельных участков он не реагирует. На основании изложенного просит обязать ответчика перенести или срезать указанные плодовые деревья, являющиеся высокорослыми, на расстояние не менее 4 метров до границы их смежных участков.

Истец ФИО1 в судебное заседание не прибыла, будучи уведомленной о дате и времени рассмотрения дела. Обратилась в суд с заявлением о рассмотрении дела в ее отсутствие. При таких обстоятельствах суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца при ее представителях.

Представители истца ФИО4 и адвокат Вороненков С.А. исковые требования поддержали и настаивали на их удовлетворении, подтвердив обстоятельства, изложенные в исковом заявлении. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал и просил отказать в удовлетворении иска. Представил письменные возражения на исковые требования ФИО1

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела и допросив свидетелей, суд установил, что истец ФИО1 является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Ответчик ФИО2 является собственником смежного земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Истец указывает, что между участками по их границе имеется забор из плоского шифера. На участке ответчика вдоль забора из шифера с ее участком расположены его деревья черешни, груши, сливы. 

Согласно ситуационному плану расположения плодовых деревьев, составленному кадастровым инженером ФИО3 расстояние от дерева черешни (поз. 1) до границы земельного участка составляет 2.1 м, его высота 4.50 м; от дерева груши (поз. 2) - 1.4 м. его высота 4.50 м; от дерева груши (поз. 3) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева груши (поз. 4) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева груши (поз. 5) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева груши (поз. 6) - 0.35 м, его высота 2.00 м; от дерева сливы (поз. 7) - 0.35 м, его высота 3.00 м; от дерева сливы (поз.8) - 0.35 м, его высота 3.00 м. 

Также из иска следует, что настоящее время в кухне истца пошли вертикальные трещины от частого и обильного полива этих деревьев ответчиком. Кухня расположена на расстоянии 0.5 м от границы с соседом. 

В соответствии с ч. 1 ст. 64 Земельного кодекса Российской Федерации земельные споры рассматриваются в судебном порядке.

В соответствии со ст. 60 Земельного кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях самовольного занятия земельного участка. Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий; при этом суд, являющийся субъектом гражданского судопроизводства, активность которого в собирании доказательств ограничена, обязан создавать сторонам такие условия, которые обеспечили бы возможность реализации ими процессуальных прав и обязанностей, а при необходимости, в установленных законом случаях, использовать свои полномочия по применению соответствующих мер.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.В силу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. 

Согласно ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

На основании ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласуясь с закреплёнными в ст.ст. 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, части 1 статьи 19, ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в ст. 9 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципе диспозитивности, приведённые выше положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объёма своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объёма предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч. 2 ст. 57, ст. 62, 64, ч. 2 ст. 68, ч. 3 ст. 79, ч. 2 ст. 195, ч. 1 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.04.2010 № 478-О-О указано, что норма ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в ч. 1 ст. 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Обязанность по доказыванию приведённых обстоятельств возложена процессуальным законом (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) на заинтересованное лицо, обратившееся в суд за защитой права.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Как в ходе предварительного слушания по делу, так и в ходе судебного разбирательства представителям истца разъяснено распределение бремени доказывания по данной категории дел, указано на недостаточность доказательств в обоснование заявленных требований, предложено заявить ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, на что представителя истца ответили категорическим отказом.

Вместе с тем суду не представлено доказательств, позволяющих в совокупности установить, в согласованном ли сторонами месте и в соответствии ли с результатами фактически проведенных землеустроительных работ установлен забор между земельными участками истца и ответчика, на каком расстоянии от межевой границы расположены деревья, явившиеся предметом спора, на земельном участке ответчика, являются ли данные деревья высокорослыми или низкорослыми, нарушает ли реально расположение спорных деревьев какие-либо права истца, создает ли их расположение угрозу разрушения построек, расположенных на земельном участке истца.

Предложенные же суду стороной истца доказательства данных обстоятельств с той долей достоверности, которая бы позволила сделать вывод о возможности удовлетворения исковых требований, не устанавливают.

Так, несмотря на предложение суда об этом, ни одной из стороной не представлено суду документов, подтверждающих проведение межевания принадлежащих им земельных участков с согласованием границ со смежными землепользователями.

Документы же, изготовленные кадастровым инженером ФИО3 устанавливают лишь общее представление о земельном участке истца и ответчика без относимости их к результатам проведенных землеустроительных работ. Сведений о том, что кадастровый инженер ФИО3 обладает специальными познаниями касаемо всех юридически значимых обстоятельств для разрешения дела, суду не представлено. Порядок получения этих доказательств судом не установлен, а потому без такой проверки суд признает эти доказательства недопустимыми и отвергает.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей ФИО5 и ФИО6 обладают познаниями в строго ограниченной сфере жизнедеятельности и их показания, как отдельно, так и в своей совокупности, не основаны на научных методиках и фактически произведенных соответствующих исследованиях, а потому в полной мере не могут заменить собой результаты комплексного землеустроительного, строительно-технического и биологического исследования и являются недостаточными считать доводы иска доказанными.

Суду не представлено каких-либо доказательств, опровергающих бы доводы ответчика о том, что все деревья являются карликовыми, а в силу этого существует ущемление прав истца на пользование принадлежащим ей земельным участком.

Не получено сведений, позволяющих бы установить нарушение прав истца, подлежащих судебной защите и при анализе документов, содержащихся в инвентарных делах на жилые дома истца и ответчика. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не представлено достаточных, допустимых и достоверных доказательств обстоятельствам, изложенным в иске, а потому в его удовлетворении следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Новоалександровский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда, которое составлено 24.05.2019. 

Судья Д.Н. Карпенко