ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

р.п. Усть-Уда 20 февраля 2019 года

Усть-Удинский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Бахановой Л.М. при секретаре Толстоуховой С.В., с участием государственного обвинителя Апханова Е.А., подсудимого ФИО1, его защитника-адвоката Эгго В.Н., потерпевшей И.В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 

<

обезличено> в отношении

ФИО1, родившегося 

<

дата обезличена> в 

<

адрес обезличен>, 

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес обезличен>, фактически проживавшего по адресу: 

<

адрес обезличен>, 

<

данные изъяты>, состоящего в фактических брачных отношениях с А.Е.А., имеющего 

<

данные изъяты> малолетних детей на иждивении, 

<

данные изъяты> не судимого, содержащегося под стражей с 

<

дата обезличена> по настоящее время, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство, т.е. умышленно причинил смерть другому человеку, при следующих обстоятельствах.

Около 

<

данные изъяты> часа 

<

дата обезличена> в помещении столовой гостиницы районных электрических сетей 

<

адрес обезличен> филиала «Восточные электрические сети» ОАО «Иркутская электросетевая компания» по адресу: 

<

адрес обезличен>, у ФИО1 в ходе распития спиртного с И.Э.А., на почве ссоры из личных неприязненных отношений к последнему возник преступный умысел на причинение смерти И.Э.А., реализуя который ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, вооружился находившимся в указанном помещении кухонным ножом и умышленно, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, а также травмирующий характер находившегося у него в руке кухонного ножа, нанес его клинком два удара в жизненно важную часть тела И.Э.А. – в шею, причинив тем самым последнему телесные повреждения в виде двух колото-резаных ран переднебоковой поверхности шеи справа с повреждением мягких тканей шеи справа, внутренней яремной вены, общей сонной артерии, заднего края грудинно-ключично-сосцевидной мышцы и мягких тканей гортани справа, в своей совокупности относящихся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека в момент получения. В результате умышленных действий ФИО1 потерпевший И.Э.А. скончался на месте происшествия от двух колото-резаных ран переднебоковой поверхности шеи справа с повреждением магистральных кровеносных сосудов шеи (яремная вена, сонная артерия), что вызвало острую кровопотерю, послужившую непосредственной причиной смерти. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал частично, пояснив, что полностью признает факт нанесения им 2 ножевых ранений потерпевшему и, как следствие, причинения тяжкого вреда его здоровью, однако пояснил, что такие действия были вызваны сложившейся обстановкой, а именно он применил нож в целях защиты от потерпевшего, намеревавшегося его ударить рукой, не желал наступления смерти потерпевшего. 

Суду показал, что 

<

дата обезличена> он в составе бригады с К.В.В., А.Н.Б., О.В.И., будучи в служебной командировке, приехал в 

<

адрес обезличен>. В начале 

<

данные изъяты> часов они заселились в гостиницу РЭС (старое здание, находившееся в глубине двора), приготовили ужин, растопили баню, он сходил в магазин и купил бутылку водки объемом 0,5 литра. Они поели, выпили, пошли в баню ближе к 

<

данные изъяты> часам. Пришли с бани, О.В.И. и А.Н.Б. легли спать. Он, ФИО1, и К.В.В. около 

<

данные изъяты> часа еще раз сходили в магазин, купили бутылку водки «Хортица» 0,7 литра объемом. Возвращаясь с магазина они увидели вторую бригаду, в числе которой своего знакомого И.А.В., бригада селилась в здание новой гостиницы. Потом они ушли к себе, там играли в карты, выпили с К.В.В. по 1 рюмке с той бутылки. Потом он предложил К.В.В. пойти в гости ко второй бригаде, т.к. там был его знакомый И.А.В., К.В.В. согласился, пошли туда с бутылкой водки. На момент их появления в новой гостинице РЭС члены второй бригады (вся бригада) сидели за столом, у них на столе стояла 1 бутылка водки, стол был накрыт, они ужинали. Они, ФИО1 и К.В.В., поставили свою бутылку на стол, им налили суп. Когда они туда пришли, И.Э.А. уже был там за столом, до этой встречи он его знал чисто визуально – пересекались в командировке в 

<

адрес обезличен>, неприязненных отношений с ним не имел. Потом между Х.А.Э. и И.Э.А. возник конфликт – как он понял, И.Э.А. назвал первого тофаларом. Позднее он, Х.А.Э., И.А.В. и И.Э.А. выходили на улицу, где состоялось примирение между И.Э.А. и Х.А.Э. Потом И.А.В. с кем-то одним из бригады пошел мыться в баню. К.В.В. посидел с ними еще примерно 

<

данные изъяты> минут и ушел около 

<

данные изъяты> часов. Х. и все остальные члены этой бригады пошли спать, на кухне остались только он, ФИО1, и И.Э.А. Он, Просекин А..В., выпил 1 рюмку, И.Э.А. водку не пил. Потом пришли с бани И.А.В. и еще 1 человек, не помнит кто, последний, он был постарше И.А.В., зашел на кухню, сказал им быть потише и ушел. Они, ФИО1 и И.Э.А., опять остались одни. Сидели они за столом ближе к выходу с кухни. На столе стояла его тарелка супа. Между ними шел разговор о их первой совместной командировке, потом он И.Э.А. сказал, что бурят Х.А.Э. был неправ в произошедшем между ними конфликте, что зря он - И.Э.А. промолчал. Это замечание не понравилось И.Э.А., он стал ругаться, говоря, что это не его дело, чтобы он не лез в это. Он, ФИО1, встал и хотел выйти с кухни, сказал, что он, И.Э.А., неправильно сделал, на что И.Э.А. преградил ему путь с кухни, схватил его правой рукой за плечо, а левой рукой за его правый бок, за одежду (он был в футболке и мастерке), он попытался вырваться, это у него не получилось, т.к. он сам был пьян, а И.Э.А. трезв. Потом И.Э.А. замахнулся на него рукой, говоря при этом, что сейчас его ударит, говорил он это агрессивно в нецензурной форме, при этом продолжал его удерживать. Тогда он, ФИО1, взял со стола с целью защиты правой рукой нож с рукояткой бело-синего цвета, переложил его в правую руку, поскольку он левша, и ударил ножом, не целясь, он не видел, куда бил, бил машинально. Подробнее это описывает так: И.Э.А. замахнулся на него правой рукой как бы сбоку, его рука пошла в воздухе для удара, но он, ФИО1, его опередил и ударил по нему ножом. Рукоятку ножа держал большим пальцем к лезвию. Его, ФИО1, первый удар был боковой снизу вверх, не сильный. Всего он нанес 2 удара около 

<

данные изъяты> часа ночи. Второй удар был такой же, как первый. Между ними был временной разрыв 

<

данные изъяты> секунды. Была ли кровь сразу после первого удара, не обратил внимания. После первого удара И.Э.А. громко сказал: «А». После первого удара И.Э.А. все еще держал его и стал заваливаться только после второго удара, он упал на спину. Нанеся второй удар, он, ФИО1, почувствовал, что попал в шею. На выходе он бросил нож на него, увидел у него кровь в районе головы. Обратно он не возвращался, пошел к себе в гостиницу. Там разбудил А.Н.Б., он ему сказал, что произошла драка, но тот ему не поверил, отправил спать. Потом он разбудил К.В.В., попросил у него зажигалку, покурил, пытался так успокоиться, потом опять стал будить К.В.В., просил опять зажигалку, опять курил. В итоге он заснул в кресле, с которого, видимо падал и уронил ведро. Его разбудили члены бригады, сказали, что по сообщению убит И.Э.А. В тот же день он явился с повинной. Считает себя виноватым, в содеянном раскаивается. Лишать жизни потерпевшего не желал. Он не соизмерял степень опасности – что под руку попалось, то и взял. В руках И.Э.А. ничего не было, но он справиться с ним не мог - И.Э.А. физически превосходил его, к тому же он, ФИО1, был пьян, а тот – трезв. Потерпевшему он не оказал помощи, т.к. испугался, что его убил. Своей бригаде он пояснял о драке, испугался ответственности. 

Согласно частично оглашенных в связи с наличием существенных противоречий показаний, данных ФИО1 на предварительном следствии, И.Э.А. преграждал ему путь с кухни, удерживал его, как сам предположил ФИО1, И.Э.А. подумал, что он пошел бить этого бурята (Х.А.Э.), И.Э.А. замахнулся на него, поэтому он, подумав, что тот сейчас его ударит, опередил его, ударив 1 раз его в шею справа ножом, держа его в левой руке. После удара И.Э.А. упал на пол назад на спину в сторону двери (

<

данные изъяты> 

После оглашения показаний подсудимого, данных при производстве предварительного расследования, последний подтвердил, что показания в протоколе допроса фиксировались следователем с его собственных слов, все сведения он сообщал добровольно, без какого-либо принуждения. Подсудимый, поясняя данные показания, указал, что 

<

данные изъяты> секунды потерпевший на него замахивался, это время, пока он перекладывал нож с руки на руку. Настаивал на достоверности его показаний в суде о нанесении им 2 ножевых ранений потерпевшему И.Э.А. в целях защиты от него. Указание следователю только на 1 удар ножом объяснил тем, что был допрошен в день содеянного, был взволнован и мог что-то упустить. 

Вышеприведенные показания о месте и способе совершенного в отношении И.Э.А. преступления ФИО1 подтвердил в ходе их проверки на месте происшествия 

<

дата обезличена>. При этом ФИО1 при помощи манекена и макета ножа продемонстрировал механизм причинения телесного повреждения И.Э.А., изложив детали случившегося и проявив свою преступную осведомленность. (т. 

<

данные изъяты>) Данное следственное действие проведено с участием защитника. Согласно сведениям, полученным в ходе проверки показаний на месте, ФИО1 был нанесен 1 ножевой удар по потерпевшему. 

После оглашения протокола проверки показаний на месте, обозрения видеозаписи данного следственного действия подсудимый подтвердил относимость к уголовному делу представленной в судебном следствии видеозаписи, достоверность данного следственного действия и свои показания в процессе него, как это отражено на записи. 

Кроме показаний самого подсудимого в части подтверждения им своей причастности к причинению ножевых ранений, суд считает виновность подсудимого в описанном выше преступлении полностью доказанной нижеследующими доказательствами.

Так, потерпевшая И.В.В. суду показала, что 

<

дата обезличена> она разговаривала с супругом по телефону, он ей сообщил, что командирован в 

<

адрес обезличен>, около 

<

данные изъяты> часов состоялся еще один телефонный разговор между ними, супруг пояснил ей, что находится в 

<

адрес обезличен>, возможно поедет в 

<

адрес обезличен>. Более она с ним не разговаривала. 

Вина подсудимого в совершении инкриминируемого преступления подтверждается и показаниями свидетелей: 

- А.Е.А., состоящей в фактических брачных отношениях с подсудимым, суду о том, что 

<

дата обезличена> ФИО1 с бригадой в составе А.Н.Б., К.В.В., О.В.И. был направлен на 

<

дата обезличена> на работу в 

<

адрес обезличен>. Утром они уехали. Вечером 

<

дата обезличена> она узнала от супруги А.Н.Б., что произошло убийство и ФИО1 находится под следствием. Еще 

<

дата обезличена> около 

<

данные изъяты> часа она звонила ФИО1, он находился в хорошем настроении, по его голосу она поняла, что он был немного выпившим (спиртного).

Ее оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденными в суде показаниями в части содержания разговора между ней и ФИО1 после случившегося, а именно на ее вопрос: «Это ты убил?», он ответил, что он» (т. 

<

данные изъяты>). 

- К.В.В. суду о том, что примерно 

<

дата обезличена> он в составе бригады, в которую входил А.Н.Б., О.В.И. и подсудимый, были направлены в командировку в 

<

адрес обезличен>. Приехали в 

<

адрес обезличен> днем около 

<

данные изъяты> часов, разместились в служебной гостинице, там уже был И.А.В., сходили в баню, лично он ходил в баню вместе с ФИО1 В соседнем здании гостиницы – новом – расположилась другая бригада. Лег спать около 

<

данные изъяты> часов, ночью между 

<

данные изъяты> часами ночи его разбудил ФИО1, попросил у него зажигалку чтобы подкурить сигарету, через 20 минут обратился с той же просьбой повторно. Когда ФИО1 просил у него зажигалку, то говорил ему про какую-то разборку, на что он, К.В.В., отправил его спать. В 5 часов утра мастеру их бригады О.В.И. позвонило их руководство, велело сходить в соседнее здание гостиницы и разобраться в произошедшем. Вернувшись оттуда, О.В.И. им сказал, что в соседней гостинице убит водитель полуприцепа с города. 

Его оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденными в суде показаниями в части даты прибытия их бригады в 

<

адрес обезличен> – 

<

дата обезличена>, обстоятельств употребления водки ФИО1 и И.Э.А. за столом в новом здании гостиницы (

<

данные изъяты>), при этом свидетель пояснил, что он лишь подумал том, что названные лица пили водку, на том основании, что видел на столе бутылку водки. 

- А.Н.Б. суду о том, что 

<

дата обезличена> он в составе бригады, в которую входил К.В.В., О.В.И. и подсудимый, были направлены в командировку в 

<

адрес обезличен>. В соседней с ними гостинице были «

<

адрес обезличен>» - коллеги с города, там же был И.А.В., который ранее работал на их участке. Все сходили в баню, он лег спать около 

<

данные изъяты> часов, на это время еще бодрствовали ФИО1, К.В.В. и О.В.И. – сидели на кухне. Уложившись спать, он слышал, что кто-то вышел из здания. Ночью он проснулся и увидел прибежавшего ФИО1, который был пьян, находился в возбужденном эмоциональном, неадекватном состоянии, говорил что-то про, дословно, «режут, убивать», он же ему на это отправил спать, т.к. не воспринял его слова всерьез, вообще толком не стал его слушать. Тогда же ночью ФИО1 просил у К.В.В. зажигалку. Около 

<

данные изъяты> часов утра с работы позвонили О.В.И., последний сказал, что зарезали И.Э.А. и пошел к соседям – в соседнюю гостиницу. По приходу О.В.И. им сказал, что действительно на кухне лежит человек вниз головой на животе. 

- О.В.И. суду о том, что он старший в бригаде в составе: ФИО1, К.В.В., А.Н.Б. Их отправили на строительство электролинии, они прибыли в 

<

адрес обезличен>, разместились в старом здании гостиницы РЭС (районных электросетей). Позже приехала другая бригада (релейщики) из 

<

адрес обезличен>. Все сходили в баню. Он к соседям – другой бригаде не ходил. На следующее утро от К.В.В. он узнал, что К.В.В. и ФИО1 вечером ходили к соседям (бригаде), ели у них суп, потом он вернулся, а ФИО1 там остался. Проснувшись, он, О.В.И., пошел узнать, что произошло. На кухне в соседнем новом здании гостиницы РЭС лежал лицом вниз в крови в районе головы труп, на правой руке которого лежал сверху нож с пластмассовой ручкой голубого цвета, как он помнит. На кухне разбитой посуды и пр. не наблюдал, видел, что на столе стояла 1 бутылка из-под водки. Он разговаривал с ФИО1 тем же утром, то ему не говорил, что на него кто-то напал, был в шоковом состоянии, не мог внятно что-либо объяснить. 

Его оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденными в суде показаниями в части того, что ночью он просыпался и видел, что около 

<

данные изъяты> в их гостиницу вернулся ФИО1, последний ему пояснил, что распивал спиртное в соседнем здании гостиницы с И. Э., а утром он, О.В.И., разговаривал по телефону с директором, который просил сходить до соседнего здания гостиницы и выяснить, что случилось (т. 

<

данные изъяты>). 

- И.А.В. суду о том, что 

<

дата обезличена> они с бригадой в составе: он, П.Э.Р., Ж.О.Р., Х.А.Э., П.П.Н. работали по заявке в 

<

адрес обезличен> РЭСе, разместились в гостинице в 

<

адрес обезличен>. Всего там было 2 здания гостиниц, их бригада жила в новом здании, а бригада линейщиков в составе: К.В.В., О.В.И., А.Н.Б., ФИО1 – в старом здании. К ним в новое здание гостиницы пришли в гости К.В.В. и ФИО1, у них с собой была бутылка водки, им налили суп, все ели, помнит, что за столом Х.А.Э. сделал замечание И.Э.А. за то, что он громко разговаривал, потом их бригада убрала со стола и пошла ложиться спать. Он со Ж.О.Р. сходил в баню и около 

<

данные изъяты> часов лег спать. Итого на кухне оставались И.Э.А. и ФИО1, на столе были бутылки пива и водки (последняя - с оставшимся объемом менее половины), такую картину он застал, когда вернулся с бани. Тогда же он видел, что остальные члены бригады уже спали в своей комнате, а Ж.О.Р. лег спать в своей комнате. Дополнительно пояснил, что И.Э.А. не был членом их бригады, приехал чуть позже них и разместился также в новом здании гостиницы. В 

<

данные изъяты> часу утра их разбудил Х.А.Э., сказал, что в кухне лежит мертвый И.Э.А. в крови. Стол был повернут боком, стоял неровно, стул лежал, битой посуды не было. Труп лежал на животе, в крови, особо к нему не приглядывался. На этой кухне был нож, кухонный, с пластиковой ручкой, накануне случившегося им пользовались – резали хлеб. Это нож лежал недалеко от тела. Их бригада ничего там, на месте происшествия, не трогала. Его комната была в 

<

данные изъяты> метрах от кухни, накануне вечером криков, ругани на кухне он не слышал. 

- Х.А.Э. суду о том, что 

<

дата обезличена> они с бригадой в составе: он, П.Э.Р., Ж.О.Р., И.А.В., П.П.Н. были направлены в служебную командировку в 

<

адрес обезличен>, разместились в новой служебной гостинице в 

<

адрес обезличен>, приехав туда около 

<

данные изъяты> часов. Со слов ребят – членов бригады он понял, что в старой гостинице разместились ребята из 

<

адрес обезличен> РЭС. И.Э.А. приехал через час после их приезда – около 

<

данные изъяты> часа и также разместился в новой гостинице. Накануне у И.А.В. был день рождения, по этому поводу они бригадой распили 1 0,5-литровую бутылку водки, на каждого получилось чисто символически – за день рождения. Он не видел, чтобы И.Э.А. пил водку. Далее к ним пришли в гости 2 человека с початой бутылкой водки: это подсудимый ФИО1 и свидетель К.В.В. Только они пришли, он с П.Э.Р. вышли с кухни. Кроме того, к ним еще до прихода тех 2 человек заходил работник местных РЭС К.Д., который назвал его, Х.А.Э. тофаларом. Уже в присутствии тех 2 ребят, что пришли с водкой, И.Э.А. опять вспомнил про тофалара (что его так называли), он же пресек его упоминание об этом, однако это не было конфликтом, И.Э.А. признал, что он неудачно пошутил, а ФИО1 сказал: «Ребята, не ссорьтесь». Перед сном он курил на улице, при этом разговаривал с ФИО1, И.Э.А. на постороннюю тему. Около 

<

данные изъяты> часов он с П.Э.Р. пошли спать, оставив И.Э.А. и ФИО1 одних на кухне, в это время И.А.В. со Ж.О.Р. собирались в баню. Он уснул около 

<

данные изъяты> минут. Ночью он проснулся от кашля – першило в горле, прошел на кухню и увидел там И.Э.А. лежащим на полу, подумал, что это потому что он так сильно напился, однако он пригляделся и увидел кровь, синее лицо. Увидев это, он сразу же побежал будить ребят. Он видел нож возле головы трупа с правой стороны между головой и рукой на полу. Это был кухонный нож с ручкой бело-синего цвета, с лезвием 

<

данные изъяты> см. На столе стояла бутылка с квасом или пивом. 

- Ж.О.Р. суду о том, что в 

<

дата обезличена> он был в служебной командировке, на ночевку их бригада прибыла около 

<

данные изъяты> часов в гостиницу в 

<

адрес обезличен>, в новое здание. В бригаде были: П.Э.Р., И.А.В., Х.А.Э., П.П.Н. Вечером увидел И.Э.А. – он приехал чуть позже их бригады, они вместе поставили свои автомобили в гараж и пришли в гостиницу. Подсудимый состоял в составе бригады их 

<

адрес обезличен> РЭС, вечером около 

<

данные изъяты> часов последний вместе с В. пришли к ним в гости в гостиницу, где расположилась их бригада с города. Все посидели за столом, ужинали, лично он посидел с ними за столом 

<

данные изъяты> минут и ушел. На кухне за столом остались И.Э.А. и подсудимый ФИО1 О спиртном: И.А.В. за свой день рождения поставил одну 0,5-литровую бутылку, позже подсудимый пришел с бутылкой водки. За столом, пока он там присутствовал, конфликтов не было, все сидели, хохотали. После члены их бригады: кто пошел спать, кто мыться в баню, перед этим они убрали со стола посуду в шкаф, на столе оставалась стоять бутылка из-под водки и бутылка кваса, которую привез И.Э.А. Кроме того, в тот вечер к ним в гостиницу заходил К.Д., между К.Д.Н. и Х.А.Э. произошла словесная перепалка, после они пожали друг другу руки, подсудимый, если он и был, что он не помнит, в этот разговор не вмешивался. Он, Ж.О.Р., ночевал в 1-местном номере, через капитальную стенку с кухней. Он с И.А.В. позже всех пошли мыться в баню и пришли они обратно около 

<

данные изъяты> часов. Прежде чем лечь спать, он сделал предупреждение двум сидевшим на кухне: И.Э.А. и подсудимому ФИО1, чтобы не шумели, т.к. ему надо выспаться перед работой. Сразу лег спать. Будучи у себя в комнате, с кухни он слышал только приглушенное работой телевизора бубнение, также слышал, как хлопала входная дверь в течение часа несколько раз, потом стало тихо, и он уснул. Около 

<

данные изъяты>-х часов утра его разбудил Х.А.Э.: он открыл дверь и кричал. На кухне лежал И.Э.А. ничком лицом вниз, была кровь, на правой руке трупа лежал нож, в районе головы, руки были вытянуты вперед. Из бригады пытались потрогать И.Э.А. за ноги – они были холодные. Нож был с сине-серой ручкой, лезвием около 

<

данные изъяты> см. Лежал стул около И.Э.А., длинный стол был немного отодвинут. Пояснил, что на выходе из здания он увидел, что входная металлическая дверь в здание была открыта настежь, они позвонили в полицию, а также для вызова медицинского работника. 

Его оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденными в суде показаниями в части даты прибытия их бригады в 

<

адрес обезличен> – 

<

дата обезличена> (т. 

<

данные изъяты>).

- П.Э.Р. суду о том, что в 

<

дата обезличена> года он был в служебной командировке в связи с техническим обслуживанием подстанции 

<

адрес обезличен>, но разместили их в гостинице в 

<

адрес обезличен> того же района – 

<

адрес обезличен>, куда они приехали около 

<

данные изъяты> часов. В бригаде были: Ж.О.Р., И.А.В., Х.А.Э., П.П.Н. Приехав, он увидел, что на улице стояли подсудимый ФИО1 и его коллега. Ему и его бригаде было известно, что в соседнем здании жила бригада с Эхирит-Булагатского РЭС. Далее они стали готовить ужин, их водитель поставил автомобиль, тогда же приехал И.Э.А. Все сели за стол, тут пришел К.Д.Н., за столом он назвал Х.А.Э. тофаларом, в связи с чем последний сделал ему замечание, тогда ФИО1 еще не было. Позже около 

<

данные изъяты> часов к ним в гости пришли ФИО1 со своим коллегой с полной на вид бутылкой водки, их пригласили и посадили за стол. Далее он, Х.А.Э. и Ж.О.Р. вышли из кухни, где оставались: И.Э.А., И.А.В., ФИО1 и его коллега по участку. Кода уже к ним пришел ФИО1, то И.Э.А. стал вспоминать, как К.Д.Н. назвал Х.А.Э., а Х.А.Э. сказал ему перестать говорить об этом. Когда он с Х.А.Э. зашли обратно на кухню, то там уже не было того коллеги, с которым приходил ФИО1 ФИО1 был сильно пьян (его координация была нарушена, шел запах алкоголя от него), в бутылке из-под водки оставалось менее половины, И.Э.А. по внешним признакам не был пьян, он привез квас, итого на столе стояла бутылка кваса и бутылка водки, которую принес ФИО1 ФИО1 был так пьян, что И.А.В. даже предложил ему его увести к себе в гостиницу, однако ФИО1 сказал, что еще посидит здесь. Ж.О.Р. и И.А.В. пошли мыться в баню. Итого в кухне остались только двое: И.Э.А. и ФИО1 Дверь той комнаты, где они расположились спать, не была закрыта до конца (не хотели задохнуться от жары), все было тихо, никаких звуков он не слышал. В этой комнате легли спать он, П.П.Н., Х.А.Э., И.А.В. То, как все ложились спать, он видел сам. В 

<

данные изъяты>-м часу утра их разбудил Х.А.Э. криками о том, что И.Э.А. мертв, его убили. Не заходя в кухню, находясь в дверном проеме, он увидел, что И.Э.А. лежит лицом к шкафу на животе, крови, ножа он не видел, стол был немного подвинут, точнее 1 часть стола, состоявшего из 2 частей, была повернута немного. 

Его оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденными в суде показаниями в части даты прибытия их бригады в 

<

адрес обезличен> – 

<

дата обезличена> (т. 

<

данные изъяты>).

Телефонным сообщением, согласно которого 

<

дата обезличена> в 

<

данные изъяты> часа охранник 

<

адрес обезличен> РЭС П.А.Н. сообщил в ОП № 

<

обезличено> (дислокация р.

<

адрес обезличен>) МО МВД России «Боханский» о том, что в гостинице Новоудинского РЭС обнаружен труп И.Э.А. с признаками насильственной смерти (т. 

<

данные изъяты>). 

Заключением эксперта № 

<

обезличено> от 

<

дата обезличена>, согласно которого при исследовании трупа И.Э.А. были обнаружены следующие телесные повреждения, от которых последовала его смерть - 2 колото-резанных раны переднебоковой поверхности шеи справа с повреждением мягких тканей шеи справа, внутренней яремной вены, общей сонной артерии, заднего края грудинно-ключично-сосцевидной мышцы и мягких тканей гортани справа – указанные повреждения в своей совокупности относятся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент получения, и могли быть получены от ударного воздействия колюще-режущим орудием, чем мог быть кухонный нож. Повреждения, обнаруженные при исследовании трупа, могли быть получены незадолго до наступления смерти. Повреждение магистральных сосудов шеи (яремная вена, сонная артерия) вызвало острую кровопотерю, послужившую непосредственной причиной смерти. Давность наступления смерти на момент вскрытия в пределах 1 суток. Повреждающий предмет имел следующие характеристики: ширина клинка в месте погружения не более 2 см, длина клинка не менее 4,5 см. (т. 1. л.д. 81-83).

У суда не имеется оснований не доверять эксперту Г.В.Н., в ходе судебного разбирательства им даны аргументированные ответы на все поставленные вопросы со ссылкой на конкретные факты. Так, эксперт, поясняя данное им заключение, суду показал, каждое из нанесенных ранений является смертельным ввиду повреждения магистральных кровеносных сосудов, вследствие этих ранений лицо не могло осуществлять целенаправленные действия. 

Протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата обезличена>, в ходе которого осмотрено помещение столовой гостинице 

<

адрес обезличен> РЭС, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, где на столе обнаружена 0,7-литровая бутылка из-под водки «Хортица». Около кухонного гарнитура слева на полу обнаружен труп И.Э.А., лежащий на животе, а около ладони правой руки трупа обнаружен нож с пластмассовой рукоятью сине-белого цвета. Рядом с головой трупа имеются сгустки вещества бурого цвета, похожего на кровь. С правой стороны шеи трупа И.Э.А. обнаружено линейное повреждение размером 2 см. х 0,5 см., из которого изъят смыв вещества бурого цвета, похожего на кровь, на марлевый тампон. С приложением фототаблицы, включающей фотофиксацию изъятого ножа (т. 

<

данные изъяты>).

Протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата обезличена>, в ходе которого осмотрена комната гостиницы 

<

адрес обезличен> РЭС, расположенной внутри ограды по адресу: 

<

адрес обезличен>, где на батарее обнаружена мастерка ФИО1 с влажными рукавами (т. 

<

данные изъяты>).

Протоколом выемки от 

<

дата обезличена>, в ходе которой у судмедэксперта Г.В.Н. изъяты шерстяная мастерка и футболка И.Э.А., имеющие линейные повреждения в области правого плеча, а также образец крови и кожный лоскут с повреждениями от его трупа (т. 

<

данные изъяты>).

Протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 

<

дата обезличена>, в ходе которого у обвиняемого ФИО1 получены образцы его крови и слюны (т. 

<

данные изъяты>).

Протоколом осмотра предметов от 

<

дата обезличена>, в ходе которого осмотрены изъятые в ходе расследования предметы, в т.ч. нож, лезвие и рукоять которого испачканы веществом бурого цвета, похожего на кровь, и смыв вещества бурого цвета, похожего на кровь, из раны трупа И.Э.А. на марлевом тампоне, мастерка, футболка, образец крови и кожный лоскут с повреждениями от трупа И.Э.А., изъятые 

<

дата обезличена> в ходе выемки; образцы крови и слюны ФИО1, полученные у последнего 

<

дата обезличена> в ходе получения образцов для сравнительного исследования (т. 

<

данные изъяты> 

Заключением эксперта № 

<

обезличено> от 

<

дата обезличена>, согласно которого на ноже, представленном на исследование, обнаружена кровь человека, которая произошла от И.Э.А. На рукояти ножа обнаружены следы пота, смешенные с кровью (т. 

<

данные изъяты>).

Протоколом явки с повинной ФИО1, согласно которому 

<

дата обезличена> в 

<

данные изъяты> он сообщил о совершенном им преступлении, а именно: около 

<

данные изъяты> часа ночи 

<

дата обезличена> в помещении кухни гостиницы 

<

адрес обезличен> РЭС ВЭС ОАО «ИЭСК» в 

<

адрес обезличен> он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в связи с возникшими личными неприязненными отношениями на почве ссоры с И. Э., умышленно нанес последнему один удар кухонным ножом с пластиковой рукоятью сине-белого цвета в шею справа, держа нож в левой руке, после чего И.Э.А. упал на пол, а ФИО1 бросил нож на пол и покинул место преступления (т. 

<

данные изъяты>).

Письменным собственноручно составленным (что подсудимый подтвердил в суде) заявлением о явке с повинной ФИО1, согласно которому он желает признаться в том, что 

<

дата обезличена> в ходе ссоры с И.Э.А. он нанес ему удар ножом в область шеи, вследствие чего И.Э.А. от полученного ранения скончался. ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения. В содеянном раскаивается (т. 

<

данные изъяты>). 

Оценивая проверенные доказательства обвинения, суд находит их достаточными для разрешения уголовного дела. 

Суд оценивает показания потерпевшей и свидетелей последовательными и стабильными. Показания потерпевшей и свидетелей подтверждаются и письменными доказательствами, изложенными выше. 

Из показаний свидетеля О.В.И. следует, что бригада ничего не трогала на кухне, где был обнаружен труп, он видел обстановку на кухне еще до приезда правоохранительных органов, обстановка была, включая расположение трупа, именно такой, как это зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия и фототаблице к нему. Аналогичные показания об этом дали и свидетели И.А.В., Х.А.Э., Ж.О.Р.

Существенных противоречий в доказательствах, что требовало бы их истолкования в пользу подсудимого, в том числе в показаниях потерпевшей, свидетелей, и которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины подсудимого или на квалификацию его действий, суд не усматривает. 

Суд исключает возможность оговора ФИО1 со стороны допрошенных по делу лиц, поскольку для этого отсутствуют основания, их показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона после разъяснения всех процессуальных прав, уголовной ответственности за лжесвидетельствование.

Проведенные в ходе расследования уголовного дела экспертизы выполнены специалистами с надлежащей квалификацией, на основе специальных познаний и с использованием соответствующих исследований и методик, в связи с чем, являются допустимыми доказательствами. Выводы указанных экспертиз не противоречат установленным по делу обстоятельствам, не оспорены подсудимым, его защитником и не вызывают у суда сомнений. 

Поскольку явка с повинной была подтверждена подсудимым, судом она признается допустимым доказательством.

Приведенные доказательства относимы, достоверны, получены без нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе посредством выемок, вещественные доказательства в таком качестве приобщены к материалам дела, и могут быть положены в основу обвинительного приговора. 

Оценивая показания подсудимого, суд приходит к следующему. 

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 еще до своего первого допроса добровольно сообщил в правоохранительные органы о совершенном им преступлении, собственноручно указав о нанесении И.Э.А. удара ножом. Далее как на предварительном, так и в судебном следствии в рамках состязательного процесса он дал показания о своей причастности к причинению телесных повреждений потерпевшему, а в судебном заседании только дополнил картину произошедшего указанием о нанесении потерпевшему еще одного ножевого ранения, всего двух. 

При таких обстоятельствах с учетом свидетельских показаний суд исключает возможность самооговора подсудимого. 

Обстановка, зафиксированная при осмотре места происшествия – кухни в новом здании служебной гостиницы РЭС, также в целом согласуется с показаниями подсудимого: наличие трупа на кухне; описание ножа, отличие состоит только в расположении И.Э.А. после полученных ранений: на спине или на животе. Учитывая пояснения судебного медицинского эксперта, исключившего возможность совершения И.Э.А. после ранений целенаправленных действий, свидетельские показания членов бригады из 

<

адрес обезличен> относительно своего поведения на месте происшествия до приезда правоохранительных органов, зафиксированную общую обстановку на указанном месте, суд критически оценивает показания подсудимого о том, как упал вследствие ранений потерпевший. 

Кроме того, к его же показаниям о том, что он в момент инкриминируемого деяния действовал в условиях обороны от посягательства, о чем он сообщал супруге, следователю и в судебном заседании, суд относится как к избранному подсудимым способу защиты от предъявленного обвинения; поясняя, что потерпевший первым применил физическое насилие, удерживая его, пытаясь нанести ему удар, подсудимый свои действия и действия И.Э.А. представляет, по мнению суда, в более выгодном для себя свете.

Данная версия подсудимого не нашла своего подтверждения – криков угрозы (со слов подсудимого - угрозы, высказанной громко потерпевшим) никто из ночевавших в том здании, включая П.Э.Р. не слышал, показания подсудимого в этой части внутренне противоречивы и не выдерживают критического анализа (со слов подсудимого потерпевшим было совершено маховое движение рукой – «замахнулся рукой», которое, с его слов, длится целых 

<

данные изъяты> секунды, за это время подсудимый успевает вооружиться, переложить нож с одной руки в другую - рабочую и более того упредить потерпевшего в нанесении удара, т.е. нанести удар самому, при этом доказано, что подсудимый в тот вечер выпил значительное количество водки, был сильно пьян; кроме того, показания подсудимого о случайной локализации ударов в шею – одно и то же место даны наряду с его показаниями о нахождении в непосредственной близости от потерпевшего, как минимум на расстоянии вытянутой руки). 

Суд также принимает во внимание пояснения судебного медицинского эксперта о невозможности совершения с вышеописанными ранениями целенаправленных действий, оглашенные показания ФИО1, данные им в качестве подозреваемого, из которых следует вывод об отсутствии какого-либо противоправного посягательства на него со стороны потерпевшего, действия последнего, как указал и считал сам ФИО1, были подчинены пресечению его, ФИО1, действий в отношении другого лица. Не всякое движение рукой свидетельствует на нападении.

Зафиксированное положение трупа с учетом вышеизложенных суждений опровергает утверждение подсудимого о том, что потерпевшим ему был прегражден путь к выходу с кухни. 

Вывод суда об отсутствии посягательства на подсудимого со стороны потерпевшего не умаляет и то обстоятельство, что отдельные предметы меблировки в кухне находились в том положении, как это приведено в протоколе осмотра места происшествия. 

На основе этого анализа и анализа других доказательств суд установил иные фактические обстоятельства дела, отличные от тех, о которых сообщил подсудимый. 

Показания подсудимого суд признает соответствующими действительности лишь в той части, в которой они не противоречат обстоятельствам, приведенным выше - при описании преступного деяния, признанного судом доказанным. 

Разрешая вопрос о юридической оценке содеянного ФИО1, суд приходит к следующему. 

Учитывая совокупность всех обстоятельств содеянного, учитывая способ и орудие преступления, характер, количество и локализацию телесных повреждений, а так же поведение виновного и потерпевшего, суд не находит обстоятельств, свидетельствующих о нахождении ФИО1 в состоянии необходимой обороны или при превышении ее пределов, так как реальной угрозы для последнего не имелось, необходимости обороняться у него таким образом не было.

Так, потерпевшая И.В.В., свидетели-коллеги характеризовали потерпевшего И.Э.А., как не агрессивного человека, не склонного к развязыванию физического конфликта. Согласно характеризующему его материалу в совершении противоправных действий против личности замечен не был. Из сведений, сообщенных супругой, следует, что И.Э.А. имел высшее образование, опыт преподавательской работы, свою правоту мог и доказывал только словами, имел мягкий и миролюбивый характер, крепких спиртных напитков избегал. 

При описании трупа И.Э.А. согласно экспертизе трупа приведены антрометрические данные – длина тела 174 см., там же указано об отсутствии алкоголя в крови потерпевшего, следовательно, последний не находился в измененном психическом состоянии. 

Суд также учитывает отсутствие у потерпевшего каких-либо орудий нападения и наличие к моменту нанесения второго удара ножевого ранения, а также характер предшествующих взаимоотношений, сложившихся между ними (в близком общении не состояли). 

По заключению эксперта № 

<

обезличено> от 

<

дата обезличена> у ФИО1 каких-либо телесных повреждений не обнаружено (т. 

<

данные изъяты>).

Суд приходит к выводу, что подсудимый приискал и применил нож в качестве орудия преступления, несмотря на то, что этого не требовали объективные условия произошедшего. 

Нахождение подсудимого в состоянии аффекта не подтверждается проведенной в отношении него судебно-психиатрической экспертизой.

Мотивом совершения данного преступления послужила личная неприязнь, т.е. подсудимый действовал не в целях самозащиты, а на почве собственной личной неприязни к потерпевшему, сформировавшейся в предшествующий период времени в связи с разногласиями по вопросу межличностного общения. 

Обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, в том числе выбранное орудие преступления – а именно нанесение неоднократных ударов ножом в жизненно важную часть тела потерпевшего, после чего ФИО1 скрылся с места преступления, а потерпевший через непродолжительное время умер, свидетельствуют о прямом умысле подсудимого на причинение смерти И.Э.А. Оснований для квалификации действий ФИО1 как неосторожных, в том числе по отношению к последствиям, не имеется. Доводы подсудимого о том, что он не желал смерти потерпевшему, суд расценивает, как попытку снизить степень своей вины.

С учетом всех изложенных данных, исходя из предложенной государственным обвинителем юридической квалификации содеянного ФИО1, суд квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку.

Вместе с тем, суд полагает необходимым исключить из описания преступления, которое в целом суд счел доказанным, указание на распитие ФИО1 спиртного совместно с И.Э.А., поскольку достаточных доказательств тому, что И.Э.А. употреблял в тот вечер алкоголь, суду представлено не было. 

В судебном заседании выяснялся вопрос о психическом состоянии подсудимого.

<

данные изъяты>

Заключение комиссии экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выполнено квалифицированными специалистами.

Оценивая заключение экспертов наряду с поведением подсудимого в судебном заседании, с характеризующими его данными, суд считает выводы экспертов правильными, в связи с чем, признает ФИО1 вменяемым.

Как лицо вменяемое подсудимый подлежит уголовной ответственности и уголовному наказанию.

При определении размера наказания суд руководствуется требованиями ст. 60 УК РФ о назначении виновному справедливого наказания, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного особо тяжкого преступления, объектом которого явилась жизнь человека, все установленные по делу данные о личности ФИО1, его отношение к содеянному, состояние здоровья, смягчающие наказание обстоятельства, учитывает влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Характеризуется ФИО1 по месту жительства удовлетворительно, вместе с тем, как проявляющий агрессию в состоянии алкогольного опьянения, по месту работы исключительно положительно как добросовестный работник, активный участник общественной, в т.ч. спортивной жизни коллектива.

Свидетелем по делу А.Е.А. подсудимый охарактеризован положительно как не злоупотребляющий спиртным, спокойный, работящий человек, заботливый отец, кормилец их семьи, аналогично - его коллегами по районному участку электрических сетей. Вместе с тем, супруга пояснила в суде о конфликтах в их общей семейной жизни, в ходе которых ФИО1 использовал нож.

В числе данных о личности подсудимого суд учитывает возраст подсудимого, то, что ФИО1 судимости не имеет, социально адаптирован, трудоустроен, состоит в фактических брачных отношениях, имел грамоты. О содеянном подсудимый сожалеет, относится отрицательно. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признает явку с повинной (т. 

<

данные изъяты>), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче показаний о нанесении именно им 2 ножевых ранений и указании на орудие преступления, наличие на иждивении 2 малолетних детей и престарелой матери, а также частичное признание вины, раскаяние в содеянном, включая принесение извинений потерпевшей. 

При этом суд не усматривает в действиях потерпевшего противоправного или аморального поведения, которое явилось бы поводом к причинению ему тяжкого вреда здоровью, смерти. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, суд не усматривает. 

Исключительных обстоятельств, позволяющих назначить наказание в соответствии со ст. 64 УК РФ судом не установлено, так же как не установлено каких-либо и оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

Учитывая изложенное, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание, связанное с реальным лишением свободы, в пределах санкции статьи, не в максимальном размере с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, с отбыванием его согласно п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима. 

Оснований для применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы суд не усматривает ввиду тяжести основного наказания и учитывая положительно характеризующие ФИО1 данные.

При решении вопроса о гражданском иске, заявленном потерпевшей И.В.В. о компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, а также ч. 4 ст. 42, ст. 309 УПК РФ, учитывает степень вины причинителя вреда, характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, вызванных утратой близкого ей человека, с которым она состояла в длительном браке. Суд признает, что в результате действий подсудимого потерпевшей причинен моральный вред. Учитывая отсутствие правовых норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные нравственным страданиям, руководствуясь принципами разумности и справедливости, учитывая характер причиненных нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, поведение подсудимого, который не принимал мер к добровольному возмещению вреда, а также материальное положение ФИО1, который является трудоспособным, имеет иждивенцев на своем содержании, размер исковых требований, суд считает необходимым исковые требования потерпевшей удовлетворить частично. При этом суд учитывает, что подсудимый признал основания данного иска, признал иск в части возмещения материального ущерба в размере заявленного и согласился с размером компенсации морального вреда, но в меньшей сумме.

Судьбу вещественных доказательств следует разрешить в соответствии с правилами ч. 3 ст. 81 УПК РФ. 

Решая вопрос о мере пресечения, суд считает необходимым в целях надлежащего исполнения приговора меру пресечения подсудимому до вступления в силу приговора оставить прежнюю в виде заключения под стражу. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 

<

дата обезличена>.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) зачесть ФИО1 в срок наказания время его содержания под стражей в период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена> из расчета 1 день содержания под стражей за 1 день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить. 

Гражданский иск потерпевшей И.В.В. удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО1 в пользу И.В.В. в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей рублей, в счет возмещения материального ущерба 

<

данные изъяты> рубля, в остальной части иска - отказать. 

Вещественными доказательствами после вступления приговора в законную силу распорядиться следующим образом:

- нож, смыв вещества из раны трупа И.Э.А. на марлевом тампоне, образец крови и кожный лоскут с повреждениями от трупа И.Э.А., образцы крови и слюны ФИО1; образцы крови и марлевые тампоны букального эпителя А., Ж.О.Р., И.А.В., К.Д.Н., К.В.В., О.В.И., П.Э.Р., П.П.Н. и Х.А.Э. - уничтожить;

- мастерку, тапочки, трико и майку ФИО1 - передать ему или его представителю, в случае отказа от получения – уничтожить; 

- сотовый телефон ФИО1 - передать ему или его представителю; 

- мастерку черного цвета, футболку в полоску сине-серого цвета И.Э.А. - передать потерпевшей И.В.В., в случае отказа от получения – уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимися под стражей, - в тот же срок с момента вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранным им защитником либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья Л.М. Баханова