Дело № 2-83/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 марта 2019 года г. Ижевск

Устиновский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе: председательствующего судьи Малкова К.Ю., при секретаре судебного заседания Сакриевой Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику ФИО2, которым просила признать сделку, заключенную между ФИО1 и ФИО2, недействительной, а именно договор дарения № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении квартиры, расположенной по адресу: Удмуртская 

<

адрес>, применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО2 на указанную квартиру, и признании права собственности ФИО1 на указанную квартиру.

Свои требования истец мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ истец заключила договор дарения с ответчиком ФИО2, согласно которому истец подарила ответчику квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Переход права собственности на квартиру к ответчику зарегистрирован в установленном законом порядке. Между тем, истец, являясь пенсионером и инвалидом 

<

данные изъяты>, находясь в беспомощном состоянии, обратилась к ответчику с предложением ухаживать за ней до конца ее жизни, на что взамен на уход за истцом, ответчик получит квартиру истца. При оформлении договора существенные условия, предмет и природа сделки, права и обязанности сторон, не разъяснялись. В силу своего преклонного возраста, юридической неграмотности, истец не понимала, что с ответчиком заключила не договор пожизненного содержания с иждивением, а договор дарения. В настоящее время ответчик не выполняет условия договоренности об осуществлении ухода за истцом, фактически истец при заключении договора была введена в заблуждение ответчиком. Правовыми основаниями заявленных требований истец указывает на положения ст.ст. 167,178 Гражданского кодекса РФ.

В ходе рассмотрения дела истец дополнила основания своих исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ, просила признать недействительным (ничтожным) договор дарения № от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить зарегистрированное за ФИО2 право собственности на жилое помещение: 

<

данные изъяты> квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; признать за ФИО1 право собственности на жилое помещение: однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, ссылаясь также на положения ст.10, п.2 ст.168 ГК РФ, указывая, кроме того, на наличие в действиях ответчика при заключении оспариваемого договора злоупотребления правом.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие третьего лица Управления Росреестра по УР, извещенного надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Истец ФИО1 в суде исковые требования поддержала, суду пояснила, что ФИО2 её внучка. Прописана внучка в спорной квартире. При оформлении договора она ни с кем не советовалась, у нотариуса не была, никто ей ничего не разъяснял, она не понимала, что оформляет договор дарения. В МФЦ они ходили, сдавали документы, договор она не читала, зрение у нее плохое. Она хотела заключить договор, чтобы внучка за ней ухаживала, а потом получила бы её квартиру. Сейчас желает, чтобы квартира осталась за сыном. 

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала в полном объеме, суду пояснила, что со стороны ответчика при заключении договора дарения было злоупотребление состоянием истца, обусловленным тяжелой болезнью и преклонным возрастом.

Ответчик ФИО2 в суде исковые требования не признала, суду пояснила, что истец – ее бабушка. В спорной квартире она прописана, но в ней фактически не проживает, совместно с истцом проживает ее сын, который является отцом ответчика - ФИО4 Когда бабушка в ДД.ММ.ГГГГ заболела, тогда от нее в первый раз поступило предложение подарить мне квартиру. В последующем такие предложения поступали неоднократно. И только летом они поехали оформлять сделку. ФИО4 на момент совершения сделки знал о дарении, он в тот момент был в ссоре с бабушкой, он злоупотребляет спиртными напитками. Они были у нотариуса, где истцу разъяснили все последствия совершения сделки. Внести в договор пункт 8 о сохранении права пользования и проживания в спорной квартире просила сама ФИО1 Договор они подписывали в МФЦ в присутствии специалистов. После болезни в ДД.ММ.ГГГГ она предлагала ФИО1 пожить у нее, восстановиться. Она не предъявляет требований к выселению истца и отца из спорной квартиры, ФИО1 как жила в своей квартире, так и продолжает в ней проживать. В силу возможностей она оказывала ей помощь до заключения сделки и после. Если бы у них были другие договоренности, они были бы прописаны в договоре. Первоначально ее старшая дочь ухаживала за бабушкой, потом дочь Ксения была оформлена по уходу за бабушкой. На деле уход осуществляла она сама, пока не возникла данная конфликтная ситуация. Деньги за уход поступают полностью бабушке. После подачи иска уход прекратился, отношения не поддерживаются. За квартиру платит бабушка добровольно. У истца в собственности имеется жилой дом в 

<

адрес>, пригодный для круглогодичного проживания.

Из письменных отзывов ответчика на исковое заявление, следует, что договор дарения был заключен по обоюдному согласию, при этом ФИО1 не была введена ответчиком в заблуждение, доводы нахождения истца в тяжелом состоянии не позволяющем воспринимать окружающую ситуацию, не подкреплены доказательствами. ФИО1 прекрасно понимала, что заключает именно договор дарения, так как предварительно они неоднократно обращались к нотариусам, которыми истцу были разъяснены все детали сделки дарения. ФИО1, опасаясь, что ее сын ФИО4 после смерти истца останется без жилплощади, так как он проживал с женщиной, заинтересованной в получении спорной квартиры, обратилась с предложением заключения договора дарения к ответчику. При этом единственным условием договора дарения являлось условие о проживании истца и ФИО4 в спорной квартире. Указанное условие и было внесено в договор, указанные лица проживают в спорной квартире, требований об их выселении ответчик не предъявляет. Каких-либо иных обязательств по уходу за истцом ответчик не давала, так как такая помощь уже оказывалась истцу по мере ее возможностей. 

Третье лицо ФИО5 суду пояснил, что он является мужем ответчика. Когда они поженились в ДД.ММ.ГГГГ, он даже не знал, что у жены есть отец. Когда переехали в Ижевск, ответчик с отцом вообще не общались. Потом стали ходить, общаться. Приезжали помогать в спорную квартиру: линолеум перестелить, мебель переставить. В последнее время стали больше помогать: в больницу свозить, лекарства привезти, продукты. Потом начались конфликты у ФИО1 с сыном, он уезжал в деревню, своей престарелой матери не помогал. Он (ФИО5) присутствовал при оформлении сделки в ДД.ММ.ГГГГ. Договор составлялся у нотариуса по 

<

адрес>, он слышал разговор нотариуса, которая разъясняла ФИО1 процесс и последствия сделки, потом он вышел из комнаты. После нотариуса они приехали домой. В другой день поехали в МФЦ на оформление сделки. Ответчик и он по меже возможности помогали истцу и её сыну: возили и в деревню, по больницам, когда ФИО4 ногу ломал. ФИО1 отдавала отчет своим действиям, все прекрасно понимала при заключении сделки дарения.

Третье лицо ФИО4, допрошенный первоначально в качестве свидетеля в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показал, что истец – его мать, ответчик – его дочь. ФИО1 проживает и зарегистрирована в квартире по адресу: 

<

адрес>. Изначально ФИО1 была собственником квартиры, около 

<

данные изъяты>. Все это время мать проживала в этой квартире. На момент заключения договора дарения маме было 

<

данные изъяты> года. В настоящее время в квартире дочь, зять, внук не проживают и никогда не проживали. Им была сделана временная регистрация для получения работы в Ижевске после их переезда из 

<

адрес>. Потом понадобилась постоянная прописка. В настоящее время собственником является его дочь. ФИО2 ухаживала за бабушкой в больнице, когда та тяжело заболела ДД.ММ.ГГГГ. Два раза в год его мама ложиться в больницу. Его дочь несколько раз предлагала ему оформить дарственную с той мотивировкой, что у нее еще есть брат и сестра, чтобы после его смерти не возник вопрос дележа имущества. Он ей сказал, что это надо решать с бабушкой. Это же самое он сказал и матери, чтобы решали сами. Потом со слов матери он узнал, что Наталья свозила бабушку в какую-то контору и оформили дарственную. Его дочь много получила от бабушки – квартиру, от него – гараж, 6 лет он оплачивал ее обучение. Дочь сказала бабушке, что отец ей не нужен. Поэтому ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском. Он 4 месяца находился дома со сломанной ногой, за это время Наталья ни разу не появилась, не осуществляла уборку квартиры, не ходила по магазинам. Наталья получила квартиру, и они стали ей не нужны. Кроме Натальи у него еще есть дети: дочь и сын. С ними они тоже после дарственной не общаются. На момент заключения договора дарения и в настоящее время на учете в РКПБ истец не состояла и не состоит, за помощью к психиатру не обращалась. На момент болезни истца в ДД.ММ.ГГГГ он мог находиться на работе, или в деревне, или в городе. Отношения между ними в тот период были натянутые, но он навещал ее в больнице. 

Свидетель ФИО9, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что истец – ее знакомая около 6 лет, с ответчиком знакома, она внучка ФИО1 Познакомились, когда открылся гипермаркет «

<

данные изъяты>» на 

<

адрес>, где она работала. Общаются почти каждый день. Истец приходит в гипермаркет за продуктами, она помогает донести покупки. Иногда бывала у нее в гостях. ФИО1 сама рассказала, что оформила дарственную на внучку в ДД.ММ.ГГГГ. Это было после болезни истца. Внучку она видела один раз, она приходила с бабушкой в магазин. Истец сказала, что она это сделала, так как внучка будет ей помогать, ухаживать за ней. Хотя истец говорила, что внучка и ее семья не помогают и не ухаживают за ней. После болезни у истца было такое, что она страдала забывчивостью, могла звонить по нескольку раз на день, забывая об этом. О том, какой договор истец хотела заключить: ренты или дарения, она не знает. До совершения дарения она с ней не советовалась, свидетелем обсуждения сделки между бабушкой и внучкой она не была.

Свидетель ФИО10, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что с истцом знакома 

<

данные изъяты> лет, постоянно созваниваются, ходят в гости на дни рождения, юбилеи, интересуются семейными делами. Последний раз она была у истца в гостях в ДД.ММ.ГГГГ. С ответчиком встречались на днях рождениях, она приходится внучкой истцу. Спор у них по квартире по адресу: 

<

адрес>, где истец проживает с сыном. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 положили в больницу с двусторонней пневмонией, она думала, что она уже не выздоровеет. В тот момент истец находилась в каком-то отрешенном состоянии. Могла по нескольку раз на день перезванивать. После больницы ФИО1 неоднократно рассказывала, что Наташа ухаживала за ней после болезни, мыла ее, помогала по хозяйству. Под этим впечатлением она и оформила дарственную на Наташу. Это было уже после болезни. Об обстоятельствах совершения сделки ей не известно. 

Свидетель ФИО11, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что является соседкой истца, видятся они каждый день, то в гости заходит, то в магазин вместе ходят. Проживает истец в спорной квартире со своим сыном. С ответчиком не знакома. Знает, что истец написала дарственную на внучку. Когда истец подарила квартиру, она не знает, при совершении сделки не присутствовала. Когда сын истца сломал ногу, внучка даже не приходила, не ухаживала. Истец немного неадекватна, может тему сменить неожиданно, может задуматься. В прошлом году лежала в больнице, в сентябре этого года опять лежала в больнице. Свидетель предполагает, что ФИО1 осознала последствия сделки, сейчас очень сожалеет о сделанном. Истец ей рассказывала, что когда совершали сделку, она сидела в другой комнате, внучка принесла ей документы, она подписала, и внучка снова ушла. При разговорах внучки и бабушки о совершении сделки не присутствовала.

Свидетель ФИО12, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что истец – ее соседка. Она постоянно проживает по данному адресу с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 знает хорошо, переехали в этот дом в один год. Она старшая по дому. ФИО1 проживает в своей квартире с сыном. Была у нее в гостях, больше никого не наблюдала по данному адресу, посторонних вещей в квартире нет. Знает со слов ФИО1, что она оформила дарственную на квартиру на внучку. ФИО1 сказала, что у нее слабое здоровье и требуется уход. Сказала, что хочет оформить на внучку дарственную на квартиру. Внучку она никогда не видела. Потом она узнала, что была составлена дарственная, когда сказать не может. На каких условиях была дарственная, она не знает. ФИО1 говорила, что внучка за ней будет ухаживать. Она не видела, чтобы внучка помогала истцу. Встречаются они с истцом около одного раза в месяц. О том, что ФИО1 кто-то помогает, она не видела и не слышала. Она видела, как ФИО1 сама решает свои бытовые вопросы, сама ухаживает за собой.

Свидетель ФИО13, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что является соседкой истца. ФИО1 она видела одну, больше никого не видела, приходила ей помогать. По оспариваемой сделке ничего пояснить не может. Она ходит помогать мыть окна весной и осенью, истец говорит, что некому ей помогать. Социальные работники стали приходить только с этого года. Помогает ходить в магазин за продуктами, раз в два дня. С внучкой истца она не знакома, никогда не видела ее у ФИО1. Слышала, что внучка обещала помогать. При ней внучка не приходила. Про дарение ничего не слышала. Сына она видит, живет у матери.

Свидетель ФИО14, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показал, что он друг сына ФИО1. Знаком с ФИО1 больше 

<

данные изъяты> лет. Ответчика он знает, это ФИО6 дочь, внучка ФИО1. Познакомились на юбилее у ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ он помог истцу в магазин сходить. После этого также помогал ФИО1, продукты приносил. Его жена раза два возила истца в больницу. Про сделку ему ничего не известно. Мужа у внучки встречал в квартире истца, по каким поводам он приходил, не знает.

Свидетель ФИО15, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что ответчик ее подруга. Знакомы с ДД.ММ.ГГГГ. Встречаются регулярно. Знакома с ее бабушкой ФИО1, встречались на семейных праздниках. Известно, что ФИО1 год назад написала дарственную на квартиру на имя ФИО2 и сейчас требует квартиру обратно. Все время сколько она знакома с Натальей, она слышит, что ФИО1 боится остаться без квартиры из-за поведения её сына – отца ответчика. В этой связи ФИО1 решила подарить квартиру ответчику. ФИО1 всегда себя контролирует, она понимает, что она делает и что подписывает. Бабушка всегда производила впечатление здравомыслящего человека. Спорная сделка заключена на условиях проживания там самой истицы и ее сына. То, что ответчик будет содержать ФИО1, такого условия не было, поскольку финансовые возможности у Натальи не позволяют этого делать постоянно, у нее трое детей. Сын ФИО1 - Виктор Юрьевич страдает алкогольной зависимостью, уже потерял две квартиры при разводах. Какое-то время отец жил у Натальи, пребывая в алкогольном опьянении, либо находился в поиске очередной жены. Чтобы опять квартиру не потерять истец приняла решение подарить квартиру Наташе. Когда ФИО1 заболела, по больницам возил ее супруг ответчика - ФИО5, ухаживала за бабушкой Наташа, пока сама не заболела. На момент заключения договора в ДД.ММ.ГГГГ отношения между Наташей и бабушкой были хорошие. Условие было одно, что Наташа квартиру не продает, пока там проживает ФИО1 и ее сын. Также Наташа помогала убирать квартиру. Со слов Наташи, помочь ФИО1 требует, чтобы приехала именно Наташа, поскольку квартира подарена ей. Знает, что соцработником оформлена средняя дочь Наташи. Неадекватного поведения, странностей за ФИО1 она не наблюдала.

Свидетель ФИО16, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что истец является её знакомой, знакомы они с ДД.ММ.ГГГГ, часто общаются, бывает у нее почти каждую неделю, приносит продукты. С ответчиком она не знакома. ФИО1 ей говорила, что ошиблась, когда отписала квартиру своей внучке, а внучка отказывается обратно возвращать квартиру. Об этом ФИО1 рассказала в ДД.ММ.ГГГГ. Причины совершения сделки ей не известны. Про дарение ничего не знала, знала только что подарила внучке. За уход, или за что-то еще было осуществлено дарение, она не знает. В ДД.ММ.ГГГГ ей позвонили знакомые работники из больницы и сказали, что ФИО1 находится в стационаре. Когда в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выписали из стационара, последняя обращалась к ней за помощью. Очень плохо она себя чувствовала, не могла обслуживать себя без посторонней помощи. Свидетель приходила, приносила ей продукты. Она не видела у истца в квартире родственников, ни внучки, ни правнучки. Такое состояние здоровья у нее сохранялось и до ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 проживает вместе с сыном.

Свидетель ФИО17, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что истец знакома ей с ДД.ММ.ГГГГ. Она сожительствовала с ее сыном Виктором с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. О сделке она узнала в 

<

адрес>. Свидетель приходила к ФИО1 в прошлом году в январе после того, как истца выписали из больницы, помочь по хозяйству. Она не видела, помогал ли ей еще кто-нибудь. Сын работал, его работа носит сменный характер, в выходные дни уезжал на рыбалку. Ей известно, что в мае и в августе истец болела. Самостоятельно себя обслуживать после больницы ей было тяжело. Истец никогда не говорила про других родственников. Она тоже не видела у нее ни внучки, ни правнучки. Истец ничего не говорила, что хочет подарить внучке свою квартиру. Истец очень переживала, что она нуждается в уходе, плохо передвигается, особенно в зимнее время года.

Свидетель ФИО18, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, с истцом знакома. Муж свидетеля дружит с сыном ФИО1 – Виктором. Часто созваниваются. Особенно чаще стали общаться после выписки истца из больницы в ДД.ММ.ГГГГ, она ходила помогать ФИО1, варила супы, кормила ее. Наташи не было тогда. Так продолжалось до начала дачного периода. Потом в ДД.ММ.ГГГГ истцу опять стало плохо, и она отвела ее в Автозаводскую больницу. Тогда она еще не знала, что истец подарила квартиру. А кому подарила, она не знает. Из близких родственников у истца есть сын Виктор, внучка Наталья. Внучку она видела только на 80-летнем юбилее. Про помощь Наташи бабушке ничего не знает. После больницы в ДД.ММ.ГГГГ истец очень плохо себя чувствовала, нуждалась в посторонней помощи. Они не обсуждали, нужен ли истцу человек для постоянной помощи. Разговоров о дарении квартиры она не слышала. Про то, что Наташа будет ухаживать, они не обсуждали. За продуктами она ходит тогда, когда ФИО1 попросит.

Свидетель ФИО19, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суду показала, что работает в МФЦ Устиновского района г. Ижевска ведущим документоведом с ДД.ММ.ГГГГ Существует определенный регламент по приему документов. При дарении приходят даритель и одаряемый. Подписывают при нас договор, заявления о регистрации сделки. Работник МФЦ заполняет в электронном виде заявление об оформлении сделки, выводит на печать и стороны при ней подписывают это заявление. Никаких маленьких комнат для подписания документов не имеется. Столы сотрудников стоят в большом светлом зале, ведется видеозапись, все просматривается. Сотрудник проверяет документы, если сторона не согласна, она не подписывает заявление. После сдачи документов на регистрацию у сторон есть 9 дней для того, чтобы отменить сделку. Заявления стороны не подписывают, пока они с ним не ознакомятся на правильность его заполнения.

Выслушав объяснения участников процесса, показания свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, суд полагает установленными следующие обстоятельства.

Истец ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ являлась собственником квартиры по адресу: 

<

адрес> на основании договора на право собственности № от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в Ижевском БТИ ДД.ММ.ГГГГ за №, что следует из выписки из ЕГРП № от ДД.ММ.ГГГГ, а также из п.2 договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения квартиры, из условий которого следует, что ФИО1 подарила принадлежащую ей на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес>, а ФИО2 приняла в дар указанную квартиру. Пунктом 8 договора предусмотрено, что в указанной квартире проживают и зарегистрированы следующие лица: ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО20, ФИО5, которые сохраняют за собой право пользования и проживания данной квартирой. В пункте 4 договора указано, что ФИО1 гарантирует, что она заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой. 

Право собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано в установленном законом порядке в Управлении Росреестра по УР ДД.ММ.ГГГГ (номер регистрации №.

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру, выданному нотариусом 

<

адрес> УР ФИО21, ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ была произведена оплата в размере 

<

данные изъяты> руб. за составление проекта договора дарения.

Согласно справке МСЭ ФИО1 является инвалидом 

<

данные изъяты> по общему заболеванию.

Из справки УПФР в городе Ижевске (межрайонное) Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО22, 

<

данные изъяты> г.р. являлась лицом занимающимся уходом за ФИО1 

Истец по делу обратилась с иском об оспаривании вышеуказанного договора дарения квартиры, указав основанием для оспаривания сделки ст.10, п.п.1,2 ст.178 ГК, а именно, что сделка была совершена ФИО1 под влиянием существенного заблуждения в отношении природы сделки, со стороны ответчика имеется злоупотребление правом.

Суд, проанализировав представленные доказательства, показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

В силу ч.3 ст. 123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", при рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств.

Разрешая настоящее гражданское дело, суд руководствуется положениями ст.ст.12, 56, 57 ГПК РФ согласно которым правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с положениями ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Статья 572 ГК РФ предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Положениями ст. 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме.

Согласно статье 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с п.1 ст.178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 ст.178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п.2 ст.178 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2 ст.167 ГК РФ).

Суд исходит из того, что стороной истца не представлено достоверных и достаточных доказательств наличия у ФИО1 в момент совершения оспариваемой сделки существенного заблуждения относительно природы совершаемой ею сделки, то есть, что она при заключении договора исходила из неправильных, не соответствующих действительности представлений об обстоятельствах, относящихся к данной сделке, и что указанная сделка повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые ФИО1 действительно имела в виду.

Доводы истца о заключении договора дарения под влиянием заблуждения, опровергаются материалами дела. 

Так из показаний ответчика ФИО2 и третьего лица ФИО5 следует, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 присутствовала при составлении проекта договора дарения у нотариуса ФИО21, где ФИО1 были разъяснены все права и последствия совершаемой сделки. Факт обращения к нотариусу, подтверждается также копией квитанции в приходному кассовому ордеру, выданному нотариусом г.Ижевска УР ФИО21, ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ была произведена оплата в размере 

<

данные изъяты> руб. за составление проекта договора дарения. 

Из договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ а также из заявления о государственной регистрации перехода права на недвижимое имущество, усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, заключив и подписав договор дарения, лично обратилась в органы Управления Россреестра по УР через многофункциональный центр с заявлением о регистрации перехода права собственности на спорную квартиру по договору дарения. Факт личного обращения истца в многофункциональный центр ею не оспаривается. При этом доводы истца о том, что документы при сдаче на регистрацию она не читала, не могут быть приняты судом как состоятельные. Так из показаний свидетеля ФИО19, являющейся ведущим документоведом МФЦ Устиновского района г. Ижевска, следует, что согласно регламенту при заключении договора дарения приходят даритель и одаряемый. Работник МФЦ заполняет в электронном виде заявление об оформлении сделки дарения, выводит на печать и стороны, ознакомившись с ним, в случае согласия его подписывают. После сдачи документов у сторон есть 9 дней, пока рассматривается заявление. В это время одна из сторон может приостановить сделку до полугода. Таким образом, до подписания заявления о переходе права собственности на спорное жилое помещение, ФИО1 была с ним ознакомлена и согласна, о чем свидетельствует ее подпись. При этом с заявлением о приостановлении регистрации перехода права собственности, в случае несогласия, истец ФИО1 в дальнейшем в органы Росреестра не обращалась.

Кроме того, стороной истца не представлено доказательств того, что между ней и ответчиком существовали договоренности в виде принятия на себя ответчиком обязательств после заключения договора дарения спорного жилого помещения предоставить истцу пожизненное содержание. Напротив, из показаний свидетеля ФИО18 следует, что разговоров о дарении квартиры она не слышала, про то, что Наташа будет ухаживать, она с ФИО1 не обсуждала. Свидетель ФИО16 суду показала, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ей говорила, что ошиблась, когда отписала квартиру своей внучке, а внучка отказывается обратно возвращать недвижимость. Причин совершения сделки она не знает. Про дарение ничего не знала, знала только, что истец передала внучке квартиру, за уход, или за что-то еще дарение было, она не знает. Свидетель ФИО15 суду показала, что ей известно, что ФИО1 год назад написала дарственную на квартиру на имя ФИО2 и сейчас требует ее обратно. ФИО1 всегда себя контролирует, она понимает, что она делает и что подписывает. Бабушка всегда производила впечатление здравомыслящего человека. Сделка заключена на условиях проживания там ФИО1 и ее сына, условия о содержании ФИО1 быть не могло, поскольку финансовые возможности у Натальи не позволяют этого делать, у нее трое детей. Свидетель ФИО14 суду показал, что про сделку с квартирой ему ни чего не известно. Свидетель ФИО13 суду показала, что про дарение ничего не слышала. Свидетель ФИО12 суду показала, что знает со слов ФИО1, что она оформила дарственную на квартиру на внучку. На каких условиях была дарственная, она не знает. Свидетель ФИО9 суду показала, что ФИО1 сама рассказала, что оформила дарственную на внучку в ДД.ММ.ГГГГ, о том, какой договор истец хотела заключить: ренты или дарения, она не знает. До совершения дарения она с ней не советовалась, свидетелем обсуждения сделки между бабушкой и внучкой свидетель не была. Свидетель ФИО10 суду показала, что про сделку она ничего не слышала, узнала про дарственную только по факту. Свидетель ФИО11 суду показала, что знает, что истец написала дарственную на внучку. Когда она сделала дарственную, она не знает, при этом не присутствовала. При разговорах внучки и бабушки о совершении сделки не присутствовала.

Таким образом, из показаний указанных свидетелей, следует, что о совершении ФИО1 оспариваемой сделки им стало известно от нее самой, никто из них при совершении и заключении данной сделки не присутствовал, об условиях ее совершения им ничего не известно. Учитывая изложенное, показания указанных свидетелей не могут служить достоверным доказательством заключения оспариваемого договора на условиях пожизненного содержания.

В материалах дела имеются выписки из истории болезни ФИО1, копии страниц из медицинской карты, с указанием посещения врачей, справка СМЭ об инвалидности 

<

данные изъяты>. Вместе с тем, из указанных документов не следует, что ФИО1 по состоянию своего здоровья нуждалась в постоянном постороннем уходе, либо, что на момент заключения оспариваемого договора у неё было состояние здоровья, которое не позволяло ей правильно оценивать ситуацию в момент заключения указанной сделки. 

Показания свидетелей об оказании ими бытовой помощи ФИО1, сами по себе не являются достоверным доказательством нуждаемости истца в постороннем уходе и помощи.

Более того, в судебном заседании установлено, что совместно с ФИО1 проживает ее сын – ФИО4, сведений о его недееспособности, либо нетрудоспособности в материалах дела не имеется. Из показаний ФИО4 следует, что он оказывал матери помощь, когда та заболела, приходил к ней в больницу. На момент заключения договора дарения на учете в РКПБ истец не состояла, за помощью к психиатру не обращалась; в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ лицом, осуществляющим уход за истцом, являлась ее внучка – ФИО22 Указанные обстоятельства исключают необходимость заключения ФИО1 оспариваемого договора именно с целью получения помощи со стороны ответчика ФИО2

Договор о предоставлении социальных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ не является доказательством нуждаемости истца в постороннем уходе на момент заключения оспариваемого договора, поскольку оформлен он был ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после заключения договора дарения и в период рассмотрения дела в суде. Более того, указанный договор истцом ФИО1 не подписан, т.е. не заключен. Представленные квитанции к приходным кассовым ордерам и кассовые чеки АУ социального обслуживания УР не позволяют установить за какие именно услуги ФИО1 внесена плата.

По смыслу нормы ст.178 ГК РФ, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Сделки, совершенные под влиянием заблуждения, относятся к сделкам с порокам внутренней воли, поскольку последняя сформировалась в условиях искаженного представления лица об обстоятельствах, имеющих существенное значение.

Между тем, суд приходит к выводу, что достоверных доказательств в подтверждение доводов о том, что договор дарения был заключен ФИО1 под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, стороной истца, вопреки требованиям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено. 

Кроме того, истцом не представлено доказательств того, что между ней и ответчиком существовали договоренности в виде обязательств ответчика после заключения договора дарения спорного жилого помещения предоставить истцу пожизненное содержание. 

В соответствии с ч. 1 ст. 583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

Договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации (ст. 584 ГК РФ).

В данном случае, суд исходит из того, что в оспариваемом договоре четко определен его предмет - дарение квартиры по адресу: 

<

адрес>; реквизиты и содержание договора не дают оснований полагать, что он мог быть расценен как договор ренты, по которому одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме (ст. 583 ГК РФ); какие-либо оговорки относительно обязательств ответчика выплачивать ренту истцу в оспариваемом договоре не содержатся; при этом п. 10 договора предусматривает, что он содержит весь объем соглашений между сторонами. Факт безвозмездного отчуждения квартиры подтверждается содержанием договора дарения, из него прямо следует, что ФИО1 подарила ФИО2 квартиру, а она приняла указанное имущество в дар. Факт подписания договора дарения лично ФИО1 в судебном заседании не оспаривался.

Таким образом, суд приходит к выводу, что все существенные условия договора дарения, заключенного между сторонами, были изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истцом не высказывалось, она добровольно подписала указанный договор, понимая его содержание, условия и суть сделки, согласилась со всеми условиями. При заключении договора дарения процедура его оформления была соблюдена в полном объеме.

Доводы стороны истца о том, что оспариваемый договор был совершен с единственной целью - получение ответчиком ФИО2 квартиры в единоличную собственность, действия ответчика свидетельствуют о злоупотреблении своим правом, нарушают положения ст. 10 ГК РФ, при том что, истец является пенсионером, 

<

данные изъяты>, нуждается в постоянном постороннем уходе, данная квартира является её единственным жильем, не могут повлечь признание оспариваемого договора недействительной сделкой, поскольку основаны на ошибочном толковании закона, противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с п.1 ст.10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В силу положений ст. 2 ГПК РФ гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду.

Как разъяснено в п. 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2015) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015), злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

Статья 10 ГК РФ дополнительно предусматривает, что злоупотребление правом может быть квалифицировано любое заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты прав и законных интересов кредиторов, по требованию кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения исполнительного производства сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскании кредитору.

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах, под злоупотреблением правом в данном случае следует понимать совершение сделки ФИО2, направленной на нарушение прав и законных интересов второй стороны в сделке - истца, заключенная сделка повлекла для истца негативные последствия. 

Между тем, в ходе рассмотрения дела, обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны ФИО2, не установлено. Напротив, в судебном заседании установлено, что договор дарения спорной квартиры заключен ФИО1 не с посторонним лицом, а со своей внучкой; на момент заключения договора ФИО1 в постороннем уходе не нуждалась, постоянно проживала со своим сыном; на момент рассмотрения дела, в спорной квартире зарегистрированы и проживают ФИО1 и ФИО4, что соответствует условиям п.8 договора дарения, требований об их выселении либо о признании их утратившими право пользования квартирой, ответчик не предъявляет, что соотносится с пояснениями ответчика о том, что дарение произошло только под условием постоянного проживания указанных лиц в квартире.

Более того, ни истец, ни её представитель не смогли пояснить суду, в чем конкретно выражалось злоупотребление правом со стороны ответчика при заключении оспариваемой сделки.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что указанные стороной истца в исковом заявлении и в заявлении, поданном в порядке ст.39 ГПК РФ, основания недействительности совершенной сделки не доказаны. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что при заключении ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 договора дарения принадлежащей ФИО1 квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, требования действующего законодательства соблюдены, оснований для признания недействительным указанного договора не имеется, в связи с чем, суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Поскольку в удовлетворении исковых требований истцу отказано, оснований для возмещения понесенных ею судебных расходов по оплате государственной пошлины за счет ответчика не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199, 320 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным (ничтожным) договора дарения квартиры № от ДД.ММ.ГГГГ, о прекращении права собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, о признании за ФИО1 права собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> - оставить без удовлетворения в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики (через Устиновский районный суд г. Ижевска) в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме принято судом 29 марта 2019 года.

Судья – К.Ю. Малков