Дело №1-21/2020

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

22 сентября 2020 г. г. Кашин Тверской области

ФИО1 межрайонный суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Чеботаревой Т.А.,

при секретаре судебного заседания Коваль Ю.И.,

с участием государственных обвинителей Фомина А.А., Александровича А.М.,

защитника Иванова В.Ю., 

подсудимого ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Кашинского межрайонного суда Тверской области уголовное дело в отношении 

ФИО2, 

<

данные изъяты>, не судимого,

задержанного в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации 25 сентября 2019 г., находящегося под домашним арестом с 26 сентября 2019 г.,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л:

ФИО2 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, с использованием своего служебного положения, при следующих обстоятельствах:

Приказом начальника УМВД России по Тверской области от 18 июня 2012 г. №798 л/с ФИО2 назначен на должность начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1» (далее по тексту - начальник отделения, начальник отделения Калязинского ОП СО МО МВД России «ФИО1»), с 18 июня 2012 г. 

В соответствии с должностным регламентом начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1», утверждённым врио начальника СО МО МВД России «ФИО1» 14 августа 2018 г., ФИО2, занимая вышеуказанную должность, в своей деятельности должен руководствоваться: Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. №3-ФЗ «О полиции», требованиями приказа МВД РФ от 9 января 2018 г. №1 «Об органах предварительного следствия в системе МВД России», нормативно-правовыми актами МВД России, приказами и распоряжениями УМВД России по Тверской области, СУ УМВД России по Тверской области, а также вышеуказанным должностным регламентом. 

В непосредственном подчинении начальника отделения по обслуживанию Калязинского ОП СО МО МВД России «ФИО1» ФИО2 находились сотрудники отделения по обслуживанию Калязинского ОП СО МО МВД России «ФИО1».

Начальник отделения ФИО2 имел право: на получение в установленном порядке информации и материалов, необходимых для выполнения служебных обязанностей; на доступ к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну; на доступ в установленном порядке в связи с выполнением служебных обязанностей в государственные органы, общественные объединения и организации.

Являясь начальником отделения, ФИО2 обязан знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел.

В соответствии с приказом МВД Российской Федерации от 8 ноября 2011 г. №58 «О процессуальных полномочиях руководителей следственных органов» начальникам отделений по расследованию преступлений на обслуживаемой территории и их заместителям (по уголовным делам, расследуемым подчиненными следователями) предоставлены полномочия руководителя следственного органа, предусмотренные в статье 39 УПК РФ, за исключением части 2 статьи 109 и части 5 статьи 162 УПК РФ. 

В соответствии со статьёй 39 УПК РФ руководитель следственного органа, в том числе уполномочен:

1) поручать производство предварительного следствия следователю либо нескольким следователям, а также изымать уголовное дело у следователя и передавать его другому следователю с обязательным указанием оснований такой передачи, создавать следственную группу, изменять её состав либо принимать уголовное дело к своему производству;

2) проверять материалы проверки сообщения о преступлении или материалы уголовного дела, отменять незаконные или необоснованные постановления следователя;

2.1) отменять по находящимся в производстве подчиненного следственного органа уголовным делам незаконные или необоснованные постановления руководителя, следователя (дознавателя) другого органа предварительного расследования;

3) давать следователю указания о направлении расследования, производстве отдельных следственных действий, привлечении лица в качестве обвиняемого, об избрании в отношении подозреваемого, обвиняемого меры пресечения, о квалификации преступления и об объёме обвинения, лично рассматривать сообщения о преступлении, участвовать в проверке сообщения о преступлении;

4) давать согласие следователю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, о продлении, об отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения, лично допрашивать подозреваемого, обвиняемого без принятия уголовного дела к своему производству при рассмотрении вопроса о даче согласия следователю на возбуждение перед судом указанного ходатайства;

5) разрешать отводы, заявленные следователю, а также его самоотводы;

6) отстранять следователя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований УПК РФ;

7) отменять незаконные или необоснованные постановления нижестоящего руководителя следственного органа в порядке, установленном УПК РФ; 

8) продлевать срок предварительного расследования;

9) утверждать постановление следователя о прекращении производства по уголовному делу, а также об осуществлении государственной защиты; 

11) возвращать уголовное дело следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования.

Таким образом, занимая должность начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1», ФИО2 на постоянной основе осуществлял функции представителя власти в государственном органе, которые связаны с выполнением распорядительных полномочий, в том числе в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, и правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, организациями, учреждениями независимо от их ведомственной принадлежности и форм собственности, то есть являлся должностным лицом.

В период с 15 августа 2019 г. по 18 сентября 2019 г. в производстве следователя отделения по обслуживанию Калязинского ОП СО МО МВД России «ФИО1» П.А.В.. находилось уголовное дело №11901280047000196 по обвинению С.А.А.. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту умышленного причинения тяжкого вреда здоровью В.В.Ф.., вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, с применением предметов используемых в качестве оружия.

Обвинительное заключение по обвинению С.А.А.. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, вместе с уголовным делом в порядке, предусмотренном статьёй 220 УПК РФ, 18 сентября 2019 г. направлено прокурору Калязинского района Тверской области, которое 20 сентября 2019 г. утверждено и в соответствии с частью 1 статьи 222 УПК РФ направлено в Калязинский районный суд Тверской области для рассмотрения по существу.

В период с 15 августа 2019 г. по 18 сентября 2019 г. у ФИО2, обладающего информацией об обстоятельствах расследования данного уголовного дела, ставших ему известными в связи с занимаемым им служебным положением и должностью начальника отделения, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, возник прямой преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества - денежных средств С.А.А.. - путём обмана, с целью обращения указанного имущества в свою пользу и последующего распоряжения им по своему усмотрению.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, зная о том, что обвинительное заключение по уголовному делу №11901280047000196 в отношении С.А.А.. утверждено, и уголовное дело будет направлено в суд, 19 сентября 2019 г. около 12 часов позвонил С.А.А.. и договорился с ним о встрече.

После этого, в один из дней в период с 19 сентября 2019 г. по 20 сентября 2019 г. около 13 часов на территории г. Калязина Тверской области, более точное место следствием не установлено, ФИО2, заведомо зная о том, что не собирается передавать указанные денежные средства кому-либо из должностных лиц Калязинского районного суда Тверской области и способствовать С.А.А.. в вынесении в отношении того Калязинским районным судом Тверской области приговора, не связанного с реальным лишением свободы, при встрече с С.А.А.. сообщил тому недостоверную информацию о том, что за взятку в виде денег в сумме 100 000 рублей, которую через него (ФИО2) необходимо передать должностному лицу Калязинского районного суда Тверской области, он решит вопрос о вынесении в отношении С.А.А.. обвинительного приговора, не связанного с реальным лишением свободы, тем самым обманул последнего, путём введения в заблуждение относительно своих истинных намерений. Таким образом, ФИО2 сознательно сообщил С.А.А.. заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения.

В ответ на незаконное предложение ФИО2 о передаче через последнего взятки должностному лицу Калязинского районного суда Тверской области С.А.А.., зная о том, что ФИО2 занимает должность начальника следственного подразделения, является должностным лицом, по роду своей деятельности имеет знакомства с вышестоящими должностными лицами Калязинского района Тверской области, в том числе с должностными лицами Калязинского районного суда Тверской области, и используя свое должностное положение сотрудника полиции, имеющиеся у него связи и знакомства, то есть свой административный ресурс, действительно может передать денежные средства в качестве взятки должностному лицу Калязинского районного суда Тверской области, а также иным образом способствовать вынесению в отношении него обвинительного приговора, не связанного с реальным лишением свободы, будучи ввёденным в заблуждение относительно истинных намерений ФИО2, не подозревая о его преступном умысле, желая минимизировать ответственность за совершенное им преступление, ответил согласием. 

Далее, 21 сентября 2019 г. в период с 10 часов до 18 часов, находясь на территории г. Калязин Тверской области, более точное место следствием не установлено, продолжая задуманное, при очередной встрече с С.А.А.. ФИО2 подтвердил свое намерение выступить в качестве посредника в передаче взятки в сумме 100 000 рублей должностному лицу Калязинского районного суда Тверской области за решение вопроса о вынесении в отношении С.А.А.. обвинительного приговора, не связанного с реальным лишением свободы. 

Реализуя свой преступный умысел, 24 сентября 2019 г. в период с 13 часов 50 минут по 13 часов 56 минут, находясь в автомобиле «Ford Mondeo», государственный регистрационный знак: «№», припаркованном около дома №52/18 по ул. Володарского г. Калязина Тверской области, ФИО2, используя свое служебное положение, путём обмана, под предлогом передачи денежных средств должностному лицу Калязинского районного суда Тверской области за решение вопроса о вынесении в отношении С.А.А.. обвинительного приговора, не связанного с реальным лишением свободы, действуя умышленно, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность своих преступных действий, обманывая С.А.А.. относительно своих истинных намерений, получил от последнего 80 000 рублей (часть из которых в сумме 70 000 рублей являлись муляжом). При этом, С.А.А.., передавая денежные средства, участвовал в оперативно-розыскном мероприятии «Оперативный эксперимент», проводимом сотрудниками УФСБ России по Тверской области.

Таким образом, действуя путём обмана, ФИО2, состоящий в должности начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1», используя свое служебное положение, похитил денежные средства, предназначенные для дачи взятки должностному лицу Калязинского районного суда Тверской области за вынесение в отношении С.А.А.. обвинительного приговора, не связанного с реальным лишением свободы, в сумме 80 000 рублей (часть из которых в сумме 70 000 рублей являлись муляжом).

С похищенными денежными средствами ФИО2 с места преступления скрылся и распорядился ими по своему усмотрению.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, утверждая, что он никого не обманывал, его действия не образуют состава мошенничества.

На допросе в качестве обвиняемого 2 октября 2019 г. ФИО2 виновным себя в совершении преступления не признал, отказался от дачи показаний (т. 2 л.д. 37-39).

По предъявленному обвинению в судебном заседании дал следующие показания.

В производстве следственного отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции СО МО МВД России «ФИО1» находилось уголовное дело по факту кражи имущества В.В.Ф. у С.А.А. в 

<

адрес>. Он расследовал данное уголовное дело, в ходе расследования которого было установлено, что С.А.А. за то, что В.В.Ф. у него украл имущество, испытывая личные неприязненные отношения к В.В.Ф., ударил того палкой по лицу, повредил глаз В.В.Ф.. При допросах С.А.А. интересовался у него, могут ли С.А.А. посадить, что С.А.А. нужно сделать, чтобы не посадили, потому что у С.А.А. дети. Он С.А.А. сказал, что скоро закончится расследование уголовного дела, будет решаться вопрос в случае возбуждения уголовного дела по статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации о задержании С.А.А. и избрании меры пресечения. Он предложил С.А.А. возместить ущерб В.В.Ф.. С.А.А. сказал, что готов отдать В.В.Ф. 10 000 рублей. Он сказал, чтобы передавал. С.А.А. попросил его передать В.В.Ф. деньги, поскольку С.А.А. не знает, где В.В.Ф. проживает. Он отказался в связи с занятостью по работе. О намерении С.А.А. возместить вред, он рассказал В.В.Ф., однако, тот сказал, что С.А.А. скупой и вред возмещать не будет. При проверке показаний на месте, в присутствии Б.Ю.С., В.В.Ф., С.А.А., он предложил им обсудить вопрос о заглаживании причиненного ущерба, С.А.А. отдал 1 000 рублей. Б.Ю.С. предложил В.В.Ф. истребовать деньги от С.А.А., поскольку В.В.Ф. глаз потерял, ему необходимы деньги на лечение глаза. Затем С.А.А. под диктовку Б.Ю.С. составил расписку о возмещении ущерба на 1 000 рублей. Производство по уголовному делу в отношении В.В.Ф. по факту кражи имущества он окончил и направил его в суд. 

Далее поступивший в отношении С.А.А. материал он отписал П.А.В. расследование этого уголовного дела он не вмешивался, однако П.А.В. говорил, какие следственные действия необходимо провести по уголовному делу, и согласовывал обвинительное заключение с прокуратурой. При возбуждении уголовного дела стал решаться вопрос о задержании С.А.А.. Совместно с органами прокуратуры было принято решение об избрании С.А.А. меры пресечения в виде домашнего ареста. При ознакомлении с материалами дела, у В.В.Ф. претензий к С.А.А. не было, для него главным было решить вопрос о проведении операции по замене глаза. Он подписал обвинительное заключение, уголовное дело направили в прокуратуру, а в последствие он ушёл в отпуск. Затем он узнал, что уголовное дело в отношении С.А.А. вернули из прокуратуры на дополнительное расследование. 

В период отпуска, в почтовом ящике в подъезде, где он проживает, нашёл записку от С.А.А. с просьбой встретиться. На следующий день ему позвонила П.А.В. и попросила прийти и посмотреть проект обвинительного заключения. Находясь на рабочем месте и ознакамливаясь с делом, он вспомнил про С.А.А., позвонил ему со стационарного телефона из кабинета П.А.В., поскольку знал, что у С.А.А. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, и С.А.А. этот номер телефона знал. Он позвонил С.А.А., они договорились встретиться у четвертого магазина через час. Чтобы не было лишних разговоров, сели в машину, С.А.А. сказал ему, что он знает, что он может ему помочь, чтобы его не посадили. Он предложил С.А.А. возместить В.В.Ф. ущерб, после чего варианты того, что его посадят, сведутся к минимуму. С.А.А. попросил его встретиться с В.В.Ф. и помочь ему. Он сначала не согласился, потом подумал, что находится в отпуске и сможет помочь С.А.А.. Он С.А.А. сказал, что если бы С.А.А. отдал В.В.Ф. 100 000 рублей, то о чём-то уже можно было разговаривать. Он понимал, что, если С.А.А. получит от В.В.Ф. документ о получении компенсации в 100 000 рублей за причинённый ущерб и отсутствии претензий, то С.А.А. получил бы условно, с учётом того, что С.А.А. находился под домашним арестом. Он дал С.А.А. на раздумье сутки, и обозначил, что на следующий день состоится встреча в это же время. Также он сказал С.А.А., что, если С.А.А. не хочет помочь В.В.Ф., то они разбегаются и разговора не было. 

На следующий день он подъехал к магазину. С.А.А. сказал, что деньги найти не смог, они у отца на счету, сможет найти их позже. Он С.А.А. сказал, что так дела не делаются, что С.А.А. сам попросил его о помощи, а теперь ведёт себя не красиво. С.А.А. стал его уговаривать, сказал, что деньги найдёт, всё будет хорошо. Он С.А.А. ответил, что, если С.А.А. хочет, чтобы у С.А.А. с ним всё состоялось, то сегодня или завтра С.А.А. должен найти ту сумму, которую он хочет, чтобы он передал, тогда он с В.В.Ф. встретится. Если нет, то больше они встречаться не будут. Сказал, что если у С.А.А. будет возможность, то пусть позвонит ему на телефон. Сотовый номер его телефона С.А.А. знал. 

Во вторник С.А.А. попросил о встрече и попросил приехать к нему. Когда он поехал к С.А.А., то с В.В.Ф. не обсудил механизм возможной передачи денег от С.А.А., поскольку до конца не был уверен, что С.А.А. передаст деньги В.В.Ф.. В этот момент он подумал, что происходит что-то странное, но, поскольку он не боится сложностей, он приехал к дому С.А.А.. В машине с С.А.А. договорились, что встретятся в следующее воскресенье, так как он сможет найти деньги. Перед тем, как выйти из автомобиля, С.А.А. из кармана достал скрученные деньги, бросил их в карман двери его автомобиля и вышел из автомобиля. Он растерялся, на месте стоял около минуты, не знал, как ему поступить, что делать, стал смотреть по зеркалам, никого не было. После чего уехал от дома С.А.А. и через 3-4 минуты выехал к магазину №4, на перекрестке его остановил автомобиль «Лада Ларгус», из которой выскочили двое мужчин в черной одежде, стали стучать в окно с просьбой остановиться. Он поехал дальше. Остановился на улице Ленина, стал смотреть, что С.А.А. ему бросил в карман двери и увидел сложенные деньги, а может не деньги. Он их взял двумя пальцами, открыл дверь и бросил в водосточную трубу, после чего закрыл дверь и отъехал. Деньги выбросил в трубу, потому что быстро всё так было.

Несмотря на такие показания ФИО2 его вина в совершении преступления при вышеизложенных обстоятельствах подтверждается, а доводы в его защиту опровергаются совокупностью следующих доказательств.

Из оглашённых показаний ФИО2, данных им в качестве подозреваемого, следует, что у него трудное материальное положение. В производстве его следственного отделения находилось уголовное дело по факту причинения телесных повреждений С.А.А. гражданину В.В.Ф.. Непосредственно в его производстве находилось уголовное дело по факту кражи В.В.Ф. имущества из жилища С.А.А., по которому он познакомился с С.А.А. как с потерпевшим. В ходе допроса ему стало известно, что С.А.А. официально не работает, имеет на иждивении троих детей. В ходе допроса С.А.А. задавал вопрос о том, что ему будет за его преступление. На тот период материал по факту причинения телесных повреждений В.В.Ф. находился в уголовном розыске, он пояснил С.А.А., что, если будет тяжкий вред здоровью, то это будет тяжкое преступление, за которое С.А.А. могут лишить свободы. После этого С.А.А. задал вопрос, как сделать так, чтобы его не посадили. Он ответил С.А.А., что в первую очередь надо, чтобы потерпевший не имел к С.А.А. претензий, и С.А.А. загладил перед В.В.Ф. причинённый ущерб. С.А.А. стал называть суммы. Он сказал С.А.А., чтобы С.А.А. решал вопрос с В.В.Ф. до того, как будет возбуждено дело, чтобы, когда будет решаться вопрос о мере пресечения, ФИО3 мог предоставить сведения о том, что пытается возместить ущерб, и предложил С.А.А. заплатить хотя бы 10 000 рублей. После того, как было возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, С.А.А. избрали меру пресечения в виде домашнего ареста по месту прописки на 

<

адрес>. С 9 сентября 2019 г. по 27 сентября 2019 г. он находился в отпуске, но продолжал общаться со следователями и иными сотрудниками своего отделения. Ему стало известно о том, что обвинительное заключение по уголовному делу в отношении С.А.А. утверждено прокурором и вручено С.А.А. 20 сентября 2019 г. Он предполагал, что уголовное дело по обвинению С.А.А. направили в суд. Будучи уверенным, что С.А.А. не осудят к реальному лишению свободы, он решил заработать на С.А.А. денег, а именно ввести С.А.А. в заблуждение и сказать, что он может решить вопрос с судом, чтобы С.А.А. осудили к лишению свободы условно, каким образом он это должен был делать, он С.А.А. не говорил. Он сказал, что для этого нужны деньги. Чтобы С.А.А. поверил ему, он сказал, что в случае, если у него не получится решить, чтобы С.А.А. осудили к условному сроку, он С.А.А. вернёт деньги. На самом деле он не собирался возвращать С.А.А. денежные средства, он обманывал С.А.А.. Он планировал полученные от С.А.А. денежные средства оставить себе, никому их не передавать, хотел этими деньгами погасить микрозаймы. 20 сентября 2019 г. он позвонил со стационарного телефона С.А.А., они договорились о встрече в 13 часов около магазина №4 в г. Калязин, когда С.А.А. пойдёт на прогулку. В указанное время он приехал на своём автомобиле «Форд Мондео» в назначенное место. С.А.А. сел к нему в автомобиль. Далее в ходе разговора он объяснил С.А.А., что возможно прокуратура будет требовать С.А.А. реальное лишение свободы, и сказал С.А.А., что он может помочь, если С.А.А. хочет получить условное наказание. С.А.А. ответил, что хочет, и спросил, что для этого нужно. Он сказал С.А.А., что для решения вопроса нужны деньги. С.А.А. спросил, сколько нужно денег. Он сказал, что много, но, понимая материальное положение С.А.А., спросил, сколько С.А.А. может предложить. С.А.А. ответил, что может предложить 50 000 рублей. Он сказал, что 50 000 рублей это мало и лучше 100 000 рублей. С.А.А. сказал, что подумает. Он дал С.А.А. на раздумье сутки. Они договорились встретиться на следующий день, и, как он понял С.А.А., С.А.А. должен был принести 50 000 рублей. На следующий день при встрече С.А.А. сказал, что у него денег нет, что деньги займёт у отца. Он ответил, что не знает, будет ли что-либо решать. С.А.А. сказал, что во вторник суд по краже, и он передаст всю сумму. Он сказал С.А.А., что можно встретиться во вторник. Вспомнив, что ему необходимо было уезжать в понедельник, он сказал С.А.А., что, если С.А.А. решит вопрос с деньгами раньше, то может позвонить ему на рабочий телефон «№». Вопрос о встрече уже не стоял. 24 сентября 2019 г. до 13 часов С.А.А. ему позвонил и сказал, чтобы он приехал домой к С.А.А. за деньгами, что С.А.А. нашёл деньги. Он ответил, что перезвонит. Около двух часов он решил заехать к С.А.А.. Он позвонил С.А.А. и сказал, чтобы С.А.А. вышел из дома. С.А.А. вышел, поздоровался с ним за руку и предложил ему зайти в дом. Он сказал, что в дом не пойдёт, и предложил С.А.А. сесть к нему в автомобиль. С.А.А. сел к нему в машину и сказал, что полной суммы нет, есть только 80 000 рублей, что полную сумму он может собрать к концу недели, 20 000 рублей ему должен привезти брат, который находится на вахте. Он сказал С.А.А., чтобы С.А.А. передал ему денежные средства в сумме 80 000 рублей. На вопрос С.А.А., какие у него гарантии того, что его осудят к условному сроку осуждения, он ответил, что, если не получится, то он С.А.А. деньги вернёт. На самом деле возвращать денежные средства он не собирался. После чего ФИО3 левой рукой из правого внутреннего кармана достал денежные средства, сложенные пополам и перемотанные резинкой, и протянул их ему. Он побоялся брать деньги, и сказал С.А.А., чтобы С.А.А. их положил в карман пассажирской двери. С.А.А. их туда положил, после чего они попрощались, и С.А.А. вышел из машины. Когда он выехал к магазину №4, со стороны ул. Урицкого на 180 градусов выехал автомобиль «Лада Ларгус». Автомобиль ехал тихо, он подумал, что водитель пьян и может в него врезаться. Он принял правее и стал объезжать автомобиль, из которого в этот момент выскочили несколько мужчин и стали кричать «стой, стой», пытались открыть в дверь. Он понял, что это связано с передачей ему денежных средств С.А.А., и уехал. Далее он проехал по улице Коминтерна, свернул на улицу Ленина, где увидел, что за ним слежки нет. С улицы Ленина он свернул на улицу Шорина направо, затем повернул на улицу Кубеева, где остановился около дома №8, около которого идет «линёвка». Он двумя пальцами правой руки за резинку взял деньги, которые передал С.А.А. (в связи с этим у него на пальцах в указанных местах имеются следы от специального средства), вышел на улицу и забросил деньги в одну из «линёвок». После чего он сел в автомобиль, поехал на ул. Ленина, доехал до колледжа, возле которого свернул налево на берег реки Волги, где оставил свой автомобиль. Затем он позвонил адвокату и сразу же вместе с адвокатом приехал по вызову сотрудников ФСБ к своему дому (т. 2 л.д. 19-25).

В ходе проверки 2 октября 2019 г. показаний на месте ФИО2 самостоятельно указал месторасположение находящейся около дома №8 по ул. Студенческой г. Калязина Тверской области металлической трубы, в которую он положил денежные средства, полученные от С.А.А.. (т. 2 л.д. 40-48).

В судебном заседании свидетель С.А.А.. показал, что зимой 2019 года из его жилого дома в 

<

адрес> была совершена кража его имущества. Узнав летом 2019 г., что кражу совершил В.В.Ф., между ним и В.В.Ф. произошёл конфликт, в ходе которого он причинил В.В.Ф. телесные повреждения. После этого по его заявлению в отношении В.В.Ф. по факту кражи было возбуждено уголовное дело, которое расследовал ФИО2 и по которому ФИО2 допрашивал его в качестве потерпевшего. Он спрашивал у Константиновского, посадят его или нет за причинение вреда В.В.Ф., ФИО2 ему ответил, что нужно возмещать ущерб В.В.Ф.. В ходе расследования дела по факту кражи к нему на дачу в 

<

адрес> приезжали ФИО2, В.В.Ф. и Б.Ю.С., адвокат В.В.Ф.. ФИО2 сказал ему, думает ли он возмещать ущерб и предложил ему возместить ущерб В.В.Ф., В.В.Ф. просил деньги на билет до Москвы, у него была 1 000 рублей, и он передал В.В.Ф. под расписку 1 000 рублей. В августе 2019 г., через месяц после избиения, в отношении него по факту избиения В.В.Ф. было возбуждено уголовное дело по статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое находилось в производстве следователя П.А.В., и ему суд избрал меру пресечения в виде домашнего ареста, судом ему были разрешены прогулки с 9 часов до 18 часов в течение одного часа в сутки. Около 12 часов 20 сентября 2019 г., в тот же день, когда дело в отношении него было передано в суд, ему на мобильный телефон с городского номера отдела полиции позвонил ФИО2 и предложил встретиться во время прогулки в 13 часов. Через час после звонка он и ФИО2 встретились около магазина на ул. Октябрьская г. Калязина. ФИО2 подъехал на машине, они отъехали на машине в сторону ДРСУ на ул. Кашинской, остановились около железнодорожного переезда. ФИО2 ему сказал, что в прокуратуре были проверки, что там очень сильно удивились, что он под домашним арестом, что у него шаткое положение, так как у него может быть реальный срок, и ФИО2 может улучшить его положение, посодействовать, чтобы суд назначил ему условное наказание. ФИО2 сказал ему, что он со своей стороны должен найти за сутки 100 000 рублей и передать их Константиновскому, что ФИО2 должен был с кем-то поделиться, что В.В.Ф. не додумается писать исковое заявление. ФИО2 сказал ему, чтобы через сутки на том же месте в тот же время он дал ответ или деньги. Он сказал Константиновскому, что всю сумму не сможет найти, что найдёт 50 тысяч рублей. ФИО2 отвез его к магазину, где они встретились, и он пошёл домой. У него не было такой суммы, в этот же день он позвонил отцу. Он сказал отцу, что ему нужны деньги в размере 100 000 рублей для передачи ФИО2 за то, чтобы ФИО2 посодействовал, чтобы его не посадили, что ему дали сутки. Отец сказал ему, что подумают. Вечером отец пришёл к нему, они поговорили, отец сказал, что 50 000 рублей найдут, что-нибудь придумают, и ушёл. В 13 часов 00 минут 21 сентября 2019 г. он и ФИО2 встретились у магазина на ул. Октябрьская в г. Калязине. Он сказал ФИО2, что деньги будут в течение двух недель, что не вся сумма сразу, что 80 000 рублей найдёт. ФИО2 согласился, сказав, чтобы он никому не распространялся, что узнает, может можно сумму поменьше, и дал номер своего мобильного телефона. В этот же день отец ему сказал, что обратился в ФСБ. Он знал, что ФИО2 был начальником отдела и предполагал, что у него есть связи в суде. Он не был уверен, что ФИО2 может ему помочь, так как понимал, что это незаконно. 22 сентября к нему приехали сотрудники ФСБ, пришёл отец. Он и отец добровольно написали заявления, что со стороны ФИО2 против него готовится преступление, он дал согласие на участие в оперативном мероприятии по передаче денежной суммы под контролем оперативных сотрудников. Сотрудник ФСБ Б.А.А. сказал, чтобы он встретился с ФИО2 и перенёс срок передачи денег на 2 дня – 24 сентября 2020 г. Он позвонил ФИО2 и сказал, что 24 сентября может с ним встретиться, у него будут деньги. ФИО2 ответил ему, чтобы он позвонил 24 сентября. 24 сентября приехали сотрудники ФСБ, с ними были эксперт и двое понятых. Сотрудники ФСБ в присутствии понятых подготовили деньги 80 000 рублей, из которых 2 купюры по 5 000 рублей были настоящие, а 70 000 рублей - ненастоящие, переписывали номера денег, пометили деньги специальным средством Тушь-7, которое светиться в ультрафиолете. Эксперт сам положил деньги ему во внутренний карман куртки, он денег не касался, на это обращали внимание понятых. Он позвонил ФИО2, который сказал, что подъедет. Сотрудники уехали, он до встречи с Константиновским оставался дома. Он вышел на улицу, ФИО2 подъехал к дому на машине. Он предложил ФИО2 зайти в квартиру, ФИО4 отказался, сказал сесть в машину. Он сел в салон автомобиля и спросил у ФИО2, какие у него гарантии, что ему дадут условно. ФИО2 ответил, что, если не получится условно, деньги к нему вернутся. Он спросил, каким образом деньги к нему вернутся, ФИО2 сказал, что зайдет к нему. Он сказал ФИО2, что нашёл не всю сумму, только 80 тысяч рублей, а остальную сумму отдаст, как брат приедет. ФИО2 сказал, чтобы он отдал деньги, а остальную сумму принести позже. Он пообещал, что, как брат приедет, он отдаст 20 тысяч рублей. Он достал деньги, протянул ФИО2, который показал ему, чтобы он положил деньги в карман двери. Он положил деньги и вышел из машины. Он пошёл домой, минут через 5-10 приехали сотрудники, от которых он узнал, что ФИО2 уехал. Через 2 часа они поехали к техникуму осматривать машину, в ходе которого ему светили руки. При осмотре машины были обнаружены следы краски Тушь-7 в кармане пассажирской двери, куда он положил деньги, на руле, на рычаге переключения скоростей. 

В ходе очной ставки 25 сентября 2019 г. ФИО2 в присутствии защитника подтвердил показания С.А.А.., согласно которым ФИО2 обещал помочь ему в «его деле», как именно ФИО2 не рассказывал, но говорил, что для того, чтобы его «осудили» к условному сроку наказания необходимо передать 100 000 рублей. Деньги ФИО2 были переданы около его дома по адресу: 

<

адрес> 24 сентября 2019 г. в сумме 80 000 рублей. Деньги были переданы в автомобиле Константиновского. Деньги по просьбе Константиновского он положил в карман пассажирской двери. Кому и куда предназначались указанные денежные средства, ФИО2 не говорил. На вопросы ФИО2 С.А.А.. показал, что денежные средства, которые он передал ФИО2, принадлежали сотрудникам ФСБ, указанные денежные средства передавались в рамках ОРМ, действиями Константиновского ему ущерб не причинён (т. 2 л.д. 26-28).

Показания ФИО2, данные им в статусе подозреваемого, и свидетеля С.А.А.. согласуются с другими доказательствами по делу.

Так, свидетель В.В.Ф.. показал, что знает С.А.А.. на протяжении 10 лет. Между ними были дружеские отношения, они познакомились по работе. С.А.А. обещал ему деньги за работу, но потом С.А.А. сказал, что денег нет. Из-за этого в начале 2019 г. он украл из вагончика С.А.А. газовый баллон и другое имущество, которое продал, и уехал в Москву. В конце июля 2019 г. он приехал в Калязин, где в кафе встретил С.А.А., который из-за кражи его чем-то ударил, от чего он потерял зрение одного глаза. По факту кражи и по факту причинения ему телесных повреждений были возбуждены уголовные дела, в одном из которых он был потерпевшим, в другом - обвиняемым. Расследованием уголовного дела в отношении него занимался ФИО2, с которым он и адвокат Б.Ю.С.. ездили в деревню, где он показывал, как совершил кражу. В ходе проверки показаний адвокат сказал С.А.А., чтобы С.А.А. дал ему на лечение хотя бы 10 000 рублей. С.А.А. сказал, что у него нет, у С.А.А. была 1 000 рублей, которые С.А.А. отдал ему, он в присутствии Константиновского, адвоката и С.А.А. написал расписку. До рассмотрения дела в суде он с С.А.А. вопрос о возмещении вреда не обсуждал. В суде ему сказали подать иск, он подал иск на 350 000 рублей. На суде отец С.А.А. передал ему сначала 30 000 рублей, потом 50 000 рублей, С.А.А. перечисляет ему каждый месяц по 1 000 рублей. Помочь с возмещением ущерба он никого не просил.

Свидетель Б.Ю.С.. показал в судебном заседании, что он по назначению органов предварительного расследования осуществлял защиту В.В.Ф.., обвиняемого по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, по уголовному делу, которое находилось в производстве ФИО2 Он, ФИО2 и В.В.Ф.. выезжали в Калязинский район для проверки показаний на месте В.В.Ф. по факту хищения материальных ценностей из жилого вагончика С.А.А.. После окончания данных следственных действий он, ФИО2 и В.В.Ф. стояли возле машины в данной деревне. К ним подошёл С.А.А.., который в их присутствии пытался вести разговор о возмещении компенсации морального вреда В.В.Ф.. по факту причинения ему тяжкого вреда. ФИО2 сказал, что вопрос о компенсации морального вреда данным преступлением они должны решать наедине. В.В.Ф.. и С.А.А.. отошли в сторону. Через некоторое время В.В.Ф.. вернулся, в присутствии его и ФИО2 сказал, что С.А.А.. в качестве компенсации морального вреда заплатил ему 1000 рублей. Потом ФИО2 сказал в присутствии В.В.Ф., что, хотя у С.А.А. трудное материальное положение, С.А.А. должен заплатить хотя бы 10 000 рублей. В.В.Ф.. обратился к нему и попросил разъяснить, какую сумму в качестве компенсации морального вреда за данное преступление можно потребовать с С.А.А.. Он разъяснил В.В.Ф.., исходя из чего решается вопрос о компенсации морального вреда.

Свидетель П.А.В.., следователь отделения по обслуживанию Калязинского ОП СО МО МВД России «ФИО1», показала, что в августе 2019 г. начальником отдела ФИО2 ей был передан материал по факту причинения тяжкого вреда здоровью В.В.Ф. С.А.А.., в отношении которого ею было возбуждено уголовное дело по пункту «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации. В период нахождения уголовного дела в отношении С.А.А. в её производстве, она разъяснила С.А.А., что предусматривает санкция статьи за преступление, в котором он обвиняется. С.А.А. переживал, что ему могут дать лишение свободы, постоянно у неё интересовался, какое будет ему наказание, и спрашивал, что можно сделать, чтобы смягчить наказание. Она говорила С.А.А., чтобы он собирал характеристики и возместил ущерб В.В.Ф.. С.А.А. принёс ей характеристики и расписку о возмещении В.В.Ф. 1 000 рублей, которую она приобщила к материалам дела, иных требований В.В.Ф. к С.А.А. не высказывал, исковых требований не заявлял. В ходе расследования дела в отношении С.А.А.. она узнала от ФИО2, в производстве которого ранее находилось уголовное дело по факту совершения ФИО5 кражи имущества С.А.А., номер телефона В.В.Ф.. В ходе предварительного расследования с ФИО2 был согласован вопрос об избрании в отношении С.А.А.. меры пресечения в виде домашнего ареста, после составления обвинительного заключения уголовное дело с согласия ФИО2 было направлено прокурору. В сентябре 2019 г. после возвращения дела прокурором, когда ФИО2 находился в отпуске, обвинение, предъявленное С.А.А.., было согласовано с Б.С.Н., после чего уголовное дело было направлено прокурору, впоследствии - в суд. Во время отпуска ФИО2 приходил в отдел и спрашивал, направлено дело в суд или нет. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б.С.Н., начальник следственного отдела МО МВД России «ФИО1», показал, что с 2015 года по 27 сентября 2019 г. ФИО2 возглавлял Калязинское отделение следственного отдела МО МВД России «ФИО1», штат которого составляет 6 сотрудников следственного отделения, из них 1 руководитель. Поскольку с начала сентября ФИО2 был в отпуске, он согласовывал обвинительное заключение по уголовному делу в отношении С.А.А. по части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации за причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего В.В.Ф., которое расследовала следователь П.А.В.. Дело в отношении С.А.А. также изучалось ФИО2, с которым согласовывался вопрос по объёму обвинения, по которому возникли разногласия. Данный вопрос он обсуждал с ФИО2 по телефону, когда ФИО2 находился в отпуске.

Свидетель С.А.М. показал, что в августе 2019 года ему стало известно, что в отношении его сына С.А.А.. было возбуждено уголовное дело из-за драки между сыном и В.В.Ф., в отношении сына избрали меру пресечения в виде домашнего ареста по месту регистрации по адресу: 

<

адрес>. Когда дело в отношении сына было передано в суд, сын ему сказал, что ФИО2 просит у него денежные средства в размере 100 000 рублей, которые нужно было передать Константиновскому, который обещал принять меры, как он понял со слов сына, - кому-то дать взятку, чтобы был смягчен приговор, чтобы сыну дали не реальный, а условный срок. Константиновский сказал сыну, что, если ничего не получится, то он вернёт деньги. Он ответил сыну, что у него такой суммы нет, что у него есть деньги на вкладе, которые он сможет снять в понедельник, денег сыну он не дал. На следующий день, когда он находился на даче в деревне, к нему подошла женщина и передала бумажный листок с номером телефона, как он узнал позже, сотрудника ФСБ, на который он позвонил и объяснил ситуацию с сыном, дал номер телефона сына. Когда на следующий день сотрудники ФСБ приехали к сыну, он написал заявление о том, что у его сына «такой-то» просит деньги в «таком-то количестве». Что происходило дальше ему неизвестно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б.А.А.., являвшийся на тот период времени оперуполномоченным отделения УФСБ России по Тверской области в г. Кимры, показал, что действительно ему позвонил С.А.М., который сообщил, что начальник следственного отделения Калязинского ОП ФИО2 предлагает его сыну С.А.А.. решить за 100 000 рублей вопрос о вынесении в Калязинском городском суде условного приговора по части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации за нанесение тяжких телесных повреждений гражданину В.В.Ф.. По факту данного сообщения 22 сентября 2019 г. он выехал по месту нахождения С.А.А.., у которого была мера пресечения в виде домашнего ареста. Прибыв на место, он опросил С.А.А., который в ходе беседы рассказал обстоятельства разговора с Константиновским и дал добровольное согласие на участие в оперативном эксперименте. Отец оформил заявление о том, что в отношении сына совершаются противоправные действия, а С.А.А.. написал заявление о том, что в отношении него проводятся коррупционные действия. С.А.А. пояснил, что денежные средства он договорился передать на 24 сентября 2019 года. По факту данного сообщения было принято решение о проведении с участием С.А.А.. комплекса оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО2, в результате которых полученная оперативная информация подтвердилась. 23 сентября им было подготовлено постановление о проведении ОРМ «Оперативный эксперимент» в целях проверки подтверждения информации о данном факте, которое утвердил руководитель УФСБ по Тверской области. В утреннее время 24 сентября они прибыли по месту нахождения С.А.А., которому были вручены денежные средства в размере 80 000 рублей, из которых 70 000 рублей были макеты, а 10 000 рублей - настоящие. Перед вручением денежные средства в присутствии представителей общественности были актированы, с них были сняты светокопии, и были обработаны специальным криминалистическим средством «Тушь 7». После этого специалистом денежные средства были уложены во внутренний карман куртки С.А.А.. После вручения денежных средств С.А.А. позвонил Константиновскому, которому пояснил, что денежные средства находятся при нём, он готов встретиться, нужно приехать к нему домой. ФИО2 в телефонном разговоре подтвердил, что подъедет. За С.А.А. было установлено наблюдение, С.А.А. находился дома, выходил на придомовую территорию. Примерно в 14 часов к дому, где находился С.А.А., подъехал автомобиль «Форд-Мондео» чёрного цвета, под управлением Константиновского. Автомобиль остановился перед воротами, С.А.А. вышел из дома и сел в указанный автомобиль на переднее пассажирское сиденье. Между ними завязался разговор, в ходе которого обсуждались детали и ФИО2 указал, что необходимо денежные средства, которые находились при С.А.А., положить в карман двери. После того, как С.А.А. это сделал, через некоторое время он вышел из автомобиля и направился обратно в дом. ФИО2 на автомобиле поехал в сторону ул. Октябрьская. При задержании автомобиля ФИО2 после передачи С.А.А.. ФИО2 требуемых денежных средств в сумме 80 000 в рамках «оперативного эксперимента» ФИО2 на автомобиле скрылся с денежными средствами в неустановленном направлении. Около 17 часов ФИО2 приехал к дому, где он проживает, в сопровождении адвоката Иванова В.Ю. на его автомобиле. Все проведённые в отношении ФИО2 оперативно-розыскные мероприятия были надлежащим образом оформлены и переданы органу предварительного следствия.

Свидетель Н.Р.А., являвшийся на тот период времени специалистом УФСБ России по Тверской области, показал, что участвовал в качестве специалиста по применению, осмотру, обработке криминалистическим препаратом «Тушь-7» и выдаче денежных средств, в ходе осмотра места выявлял при помощи специального аэрозоля проявителя, фонаря ультрафиолетового цвета, криминалистический препарат на руках гражданина и на машине. Передача денежных средств и их обработка «Тушь-7» происходила, в г. Калязине, по адресу гражданина, которому вручались деньги. Он обработал деньги в сумме 80 000 рублей, из которых 10 000 рублей были настоящие, 70 000 рублей - имитация денежных средств, в присутствии понятых и положил их во внутренний карман куртки. Гражданин денежных средств не касался. 

Свидетель К.С.П.. в судебном заседании подтвердил оглашённые показания, данные им в ходе предварительного расследования, о том, что 24 сентября 2019 г. он и Д.Г.Г.. были приглашены в качестве представителя общественности для участия в проведении оперативного эксперимента. Указанные действия происходили по адресу: 

<

адрес>, в жилище С.А.А.., который непосредственно участвовал в эксперименте. Им были разъяснены права и обязанности по поводу проводимых действий, которые были занесены в протокол. В ходе осмотра С.А.А.. предложено было добровольно предъявить содержимое карманов одежды. При С.А.А.. личных денежных средств, за исключением врученных денежных средств, и других предметов не было обнаружено. После этого был произведён осмотр и выдача С.А.А.. банкнот достоинством 5 тысяч рублей на общую сумму 10 000 рублей, которые они в присутствии всех участвующих лиц осмотрели, а также были макеты денежных средств достоинством 5 тысяч рублей на общую сумму 70 000 рублей, всего было купюр на сумму 80 000 рублей. В ходе этого ему и Д.Г.Г.. было разъяснено, что в их присутствии проводится осмотр подлежащих передаче банкнот, их обработка криминалистическим идентификационным препаратом и непосредственная выдача указанных денежных средств С.А.А.. для дальнейшей их передачи. Также в следственном действии принимал участие специалист, который представился и ему были разъяснены права и ответственность. С денежных купюр были сняты светокопии, которые участвующие лица подписали, их заверили печатью. Указанные банкноты были осмотрены в нашем присутствии. В дальнейшем банкноты были обработаны специалистом идентификационным препаратом «ТУШЬ-7», лицевые стороны банкнот были промаркированы штампом, далее упакованы в конверт, который был опечатан и заверен подписью участвующих в эксперименте лиц. В дальнейшем указанные и уже обработанные банкноты были уложены во внутренний карман куртки С.А.А.., при этом последний денежных средств не касался. Составленный протокол был зачитан в присутствии всех участвующих лиц, замечаний никто не высказывал. После этого, 24 сентября 2019 г. в 14 часов 15 минут он и Д.Г.Г.. продолжили участие в досмотре С.А.А.., который участвовал в эксперименте. Им были снова разъяснены права и обязанность удостоверить факты, содержание и результаты досмотра, а также делать замечания по поводу действий, которые будут занесены в протокол. По возвращению С.А.А.. в дом по адресу: 

<

адрес>, ему было предложено добровольно предъявить содержимое карманов одежды, в ходе осмотра при С.А.А.. личных денежных средств, а также врученных денежных средств, предметов не обнаружено. По окончанию осмотра, протокол был зачитан вслух, где никаких замечаний не поступало, после этого они расписались в протоколе (т. 1 л.д. 177-180).

Аналогичные показания в судебном заседании дал свидетель Д.Г.Г.. (т. 1 л.д. 169-172).

Исследованием протоколов следственных действий и иных документов, осмотром вещественных доказательств также подтверждается совершение преступления ФИО2 при обстоятельствах, указанных свидетелем С.А.А..,. и достоверность показаний других свидетелей обвинения.

Факт нахождения в производстве отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1» уголовного дела по обвинению С.А.А.. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и его направления в Калязинский районный суд Тверской области подтвержден следующими документами.

Согласно сопроводительному письму от 18 сентября 2019 г. №00196-19 уголовное дело №11901280047000196 по обвинению С.А.А.. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, с приложением обвинительного заключения Врио начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1» З.Н.В. в порядке, предусмотренном статьёй 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, 18 сентября 2019 г. направлено прокурору Калязинского района и 19 сентября 2019 г. поступило в прокуратуру Калязинского района Тверской области (т. 2 л.д. 233).

Из копии обвинительного заключения по уголовному делу №11901280047000196 по обвинению С.А.А.. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, следует, что обвинительное заключение составлено 18 сентября 2019 г. следователем отделения по обслуживанию Калязинского ОП СО МО МВД России «ФИО1» П.А.В.., согласовано 18 сентября 2019 г. начальником СО МО МВД России «ФИО1» Б.С.Н. и утверждено 20 сентября 2019 г. прокурором Калязинского района (т. 2 л.д. 234-238).

Согласно сопроводительному письму от 20 сентября 2019 г. №00196-19 уголовное дело №11901280047000196 по обвинению С.А.А.. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, прокурором Калязинского района в порядке, предусмотренном статьёй 222 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, 20 сентября 2019 г. направлено в Калязинский районный суд Тверской области, которым получено в этот же день (т. 2 л.д. 239).

Фактические действия ФИО2, направленные на получение от С.А.А.. денежных средств под предлогом их передачи должностному лицу Калязинского районного суда Тверской области за решение вопроса о вынесении в отношении С.А.А.. обвинительного приговора, не связанного с реальным лишением свободы, кроме приведённых выше показаний подсудимого и свидетелей, установлены результатами оперативно-розыскных мероприятий, в том числе «наблюдения», «оперативного эксперимента» и «прослушивания телефонных переговоров», проведённых на основании соответствующего постановления суда от 22 сентября 2019 г., а также представленными письменными документами.

Так, обращение С.А.А.. в органы ФСБ по данному факту подтверждено его заявлением, в котором С.А.А.. добровольно сообщает о выдвижении ФИО2 требований передачи С.А.А.. денежных средств в размере 100 000 рублей ФИО2 по возбужденному в отношении С.А.А.. уголовного дела (т. 1 л.д. 38).

Как следует из акта осмотра и выдачи банкнот, личного досмотра лица участвующего в ОРМ, осмотра денежных средств и вручения их лицу, участвующему в оперативно-розыскном мероприятии от 24 сентября 2019 г., с 11 часов 40 минут до 12 часов 23 минут в присутствии представителей общественности С.А.А.. для участия в оперативно-розыскном мероприятии «оперативный эксперимент» были выданы предварительно осмотренные и обработанные идентификационным препаратом «ТУШЬ-7», люминесцирующим в лучах УФ-осветителя зеленым цветом после его обработки препаратом «Специальный аэрозольный проявитель», денежные средства в сумме 80 000 рублей достоинством в 5 000 рублей, из которых денежные средства в сумме 10 000 рублей и муляж денежных банкнот в сумме 70 000 рублей, с денежных купюр сняты светокопии (т. 1 л.д. 51-52, 53-56).

Правильность и достоверность, проведённых мероприятий по подготовке к «оперативному эксперименту», отраженные в указанном акте подтверждены допрошенными в качестве свидетелей К.С.П.. и Д.Г.Г.., которые принимали участие в качестве представителей общественности при документировании факта предварительного осмотра и выдачи денежных средств 24 сентября 2019 г. С.А.А..

В ходе проведённого 21 декабря 2019 г. осмотра имеющихся на оптических дисках детализации телефонных соединений за период с 2 сентября 2019 г. по 26 сентября 2019 г. по телефонному номеру ФИО2 №, детализации телефонных соединений за период с 1 сентября 2019 г. по 30 сентября 2019 г. по телефонному номеру С.А.А.. № и детализации телефонных соединений за период с 1 сентября 2019 г. по 30 сентября 2019 г. по телефонному номеру ФИО2 № установлено, что 24 сентября 2019 г. в 12:27:17 с номера С.А.А.. № сделан исходящий звонок на номер ФИО2 №. В ходе осмотра проверялись соединения с абонентским номером В.В.Ф.. №, которых не обнаружено. Оптические диски с детализацией телефонных соединений за период с 2 сентября 2019 г. по 26 сентября 2019 г. по телефонному номеру ФИО2 №, детализацией телефонных соединений за период с 1 сентября 2019 г. по 30 сентября 2019 г. по телефонному номеру С.А.А.. № и детализацией телефонных соединений за период с 1 сентября 2019 г. по 30 сентября 2019 г. по телефонному номеру ФИО2 8-919-052-85-13 признаны вещественными доказательствами (т. 2 л.д. 152-158, 159-160).

Имеющейся на диске DVD-R №207 н/с аудиозаписью разговора между ФИО2 и С.А.А.., состоявшегося 24 сентября 2019 г., подтверждена ранее достигнутая между ними договоренность после встречи 21 сентября 2019 г., на которой согласно показаниям самого ФИО2 и С.А.А.. они договорились, что если С.А.А.. найдёт деньги для решения вопроса об условном наказании раньше, то С.А.А.. может позвонить ФИО2

Так, при разговоре с ФИО2 С.А.А.. сообщил последнему, что он, пока гулял, ходил за деньгами, и ФИО2 на вопрос С.А.А.., сможет ли ФИО2 подъехать к С.А.А. домой, даёт ответ, что подъедет. 

Указанный диск с аудиозаписью был осмотрен и прослушан 9 декабря 2019 г. и 10 декабря 2019 г. следователем с участием ФИО2 и С.А.А.. соответственно, после прослушивания которого ФИО2 подтвердил, что разговор происходит между ним и С.А.А.. Постановлением следователя диск в формате DVD-R №207 н/с, содержащий фонограмму прослушивания телефонных разговоров, приобщён к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 194-195, 206-211, 213, 159-160).

Актом от 24 сентября 2019 г., составленным по результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» за С.А.А.., аудиозаписью и видеозаписью встречи от 24 сентября 2019, состоявшейся в рамках данного оперативно-розыскного мероприятия, установлен факт получения подсудимым ФИО2 в автомобиле последнего около дома С.А.А.. расположенного по адресу: 

<

адрес>, от С.А.А.. денежных средств в размере 80 000 рублей.

Так, в акте наблюдения от 24 сентября 2019 г. отражено, что с 12 часов 23 минут до 14 часов 10 минут 24 сентября 2019 г. оперуполномоченным отделения в г. Кимры УФСБ России по Тверской области Б.А.А.. осуществлялось наблюдение за С.А.А.. с использованием бинокля и специальных технических средств. Наблюдением установлено, что около 13 часов 50 минут к дому по адресу: 

<

адрес>, подъехал автомобиль марки «Форд Мондео», государственный номер №, чёрного цвета, за рулём которого находился ФИО2 После этого из дома вышел С.А.А.. и сел на переднее сидение указанного автомобиля. Находясь в автомобиле, между ФИО2 и С.А.А.. завязалась беседа, в ходе которой С.А.А.. достал из правого нагрудного кармана денежные средства и по указанию ФИО2 положил внутрь кармана правой передней двери автомобиля. В 13 часов 56 минут С.А.А.. вышел из вышеуказанного транспортного средства, после чего вернулся обратно в дом. Автомобиль под управлением ФИО2 тронулся с места и стал удаляться по ул. Володарского в сторону ул. Октябрьская. В 14 часов 03 минут автомобиль под управлением ФИО2 с целью ограничения действий был заблокирован служебным автомобилем УФСБ России по Тверской области, однако, ФИО2, совершив маневр, скрылся с места задержания в неизвестном направлении. В 14 часов 10 минут наблюдение за С.А.А.. было прекращено (т. 1 л.д. 47-48).

Согласно имеющимся на диске CD-R №205 н/с видеозаписи «видео-встреча» и аудиозаписи «разговор» данного оперативно-розыскного мероприятия, С.А.А.. сел в автомобиль, находясь в автомобиле, на вопрос ФИО2 С.А.А.., «разговаривал», С.А.А.. отвечает, что «разговаривал, что всю сумму, которую просил ФИО2, не получилось найти, пока восемьдесят только, в течение недели, брат с вахты приедет, двадцатку, остальное, принесёт». ФИО2 говорит С.А.А..: «Давай». Отвечая на вопрос С.А.А., «какие гарантии», ФИО2 заверил С.А.А., что его вопрос будет решён, ссылаясь при этом на другое лицо. Далее в ходе беседы С.А.А.. задает ФИО2 вопрос, «условка пройдёт», ФИО2 отвечает, что «да, если это всё уйдёт туда, то будет условка, если не будет условки, то всё вернётся». На вопрос С.А.А.., «как вернётся», ФИО2 отвечает, что зайдёт к нему, при этом между фраз тихо говорит фразу «в дверь положи». ФИО2 спрашивает у С.А.А.., «когда у него с вахты приедет», С.А.А.. отвечает, что «в течение недели». ФИО2 и С.А.А.. договариваются о встрече в воскресенье.

Указанный диск с аудиозаписью был осмотрен и прослушан 9 декабря 2019 г. и 10 декабря 2019 г. следователем с участием ФИО2 и С.А.А.. соответственно, после прослушивания которого ФИО2 подтвердил, что разговор происходит между ним и С.А.А.. в его автомобиле. Постановлением следователя диск в формате CD-R №205 н/с, содержащий видеозапись «видео-встреча» и аудиозапись «разговор», приобщён к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 200-204, 206-211, 212, 159-160).

С 14 часов 15 минут до 14 часов 36 минут 24 сентября 2019 г. в присутствии К.С.П.. и Д.Г.Г.. проведён досмотр С.А.А.., участвующего в оперативно-розыскном мероприятии, в ходе которого установлено, что у С.А.А.. врученных денежных средств не обнаружено (т. 1 л.д. 57).

При проведённом 24 сентября 2019 г. осмотре участка дороги рядом с домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>, являющегося местом совершения преступления, участвующий в осмотре С.А.А.. указал месторасположение автомобиля, в котором произошла передача денег ФИО2, на проезжей части по ул. Володарского г. Калязин, напротив съезда к квартире 

<

адрес>, где он проживает, перед металлическими воротами с калиткой. В ходе осмотра С.А.А.. пояснил, что 24 сентября 2019 г. в 13 часов 48 минут в автомобиле «Форд Мондео», государственный номер №, он передал ФИО2 денежные средства в размере 80 000 руб., положив их в карман правой передней пассажирской двери, для смягчения себе наказания в суде (т. 1 л.д. 109-114). 

В ходе осмотра 24 сентября 2019 г. места происшествия, расположенного около дома №36 по ул. Ленина в г. Калязин Тверской области, установлено, что рядом с указанным домом находится автомобиль марки «Форд Мондео», государственный регистрационный знак №. В ходе осмотра специалистом Н.Р.А. обработаны аэрозолем проявителем, после чего просвечены фонарем ультрафиолетового цвета руки участвующего в осмотре ФИО2, карманы на его куртке и джинсах, а также ручка, карман, поручень правой пассажирской двери, ручка водительской двери автомобиля, на которых были обнаружены следы криминалистического идентифицирующего препарата «Тушь-7», люминесцирующего зеленым цветом в ультрафиолетовых лучах. Участвующий в осмотре С.А.А.. пояснил, что он для того, чтобы улучшить свое положение в суде, передавал ФИО2 денежные средства в размере 80 000 рублей в автомобиле «Форд Мондео» по адресу: 

<

адрес>, положив денежные средства в карман правой передней двери автомобиля. Участвующий в осмотре ФИО2 пояснил, что осматриваемый автомобиль принадлежит ему (т. 1 л.д. 85-101).

При осмотре места происшествия, проведённом 2 октября 2019 г., - участка местности, расположенного около дома по адресу: 

<

...> - установлено, что на осматриваемом участке местности имеется траншея, в которой расположена труба, внутри которой какие-либо предметы отсутствуют. В ходе осмотра специалистом Н.Р.А. обработана аэрозолем и просвещена ультрафиолетовой лампой труба, внутри которой у края на левой части были обнаружены следы люминесцирующего порошка «Тушь 7» (т. 1 л.д. 234-242).

Должностное положение подсудимого ФИО2 как начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1» подтверждено представленными в деле документами.

В соответствии с приказом начальника УМВД России по Тверской области от 18 июня 2012 г. №798 л/с ФИО2 был назначен на должность начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1» с 18 июня 2012 г. (т. 2 л.д. 199). 

Должностным регламентом начальника отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела межмуниципального отдела МВД России «ФИО1», утверждённым врио начальника СО МО МВД России «ФИО1» 14 августа 2018 г., установлено, что ФИО2, занимая вышеуказанную должность, в своей деятельности должен был руководствоваться Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. №3-ФЗ «О полиции», требованиями приказа МВД РФ от 9 января 2018 г. №1 «Об органах предварительного следствия в системе МВД России», нормативно-правовыми актами МВД России, приказами и распоряжениями УМВД России по Тверской области, СУ УМВД России по Тверской области, а также должностным регламентом, в его непосредственном подчинении находились сотрудники отделения по обслуживанию Калязинского ОП СО МО МВД России «ФИО1», при этом в силу занимаемой должности он был наделён служебными полномочиями: имел право получать в установленном порядке информацию и материалы, необходимые для выполнения служебных обязанностей; имел право на доступ к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну; имел право на доступ в установленном порядке в связи с выполнением служебных обязанностей в государственные органы, общественные объединения и организации. Являясь начальником отделения, ФИО2 обязан был знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел (т. 2 л.д. 189-197).

Все приведенные выше доказательства, добытые в процессе оперативно-розыскной деятельности, получены в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 г. №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и являются допустимыми доказательствами. 

Законность и обоснованность полученных результатов оперативно-розыскных мероприятий сомнений у суда не вызывают, поскольку указанные мероприятия проведены при наличии оснований, предусмотренных статьёй 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», на основании судебного решения и постановления о проведении оперативно-розыскного мероприятия, вынесенного в соответствии со статьёй 8 данного Федерального закона, уполномоченными на то лицами. 

Как установлено, последние не были инициированы сотрудниками федеральной службы безопасности, основанием для проведения в отношении ФИО2 оперативного эксперимента явилась информация о выдвижении им требований передачи С.А.А.. денежных средств в размере 100 000 рублей по возбужденному в отношении последнего уголовного дела, которая исходила не только от С.А.А.., принимавшего участие в данном оперативно-розыскном мероприятии, но и от С.А.М., отца С.А.А.., которому данная информация стала известна от последнего.

Как следует из показаний С.А.М. и С.А.А.., они обратились к сотрудникам ФСБ с заявлением о противоправных действиях ФИО2 уже после того, как от ФИО2 С.А.А.. поступило требование о передаче денежных средств. То есть, сотрудники ФСБ лишь присоединились к контролю совершаемого преступления, а не провоцировали его совершение.

Обращение С.А.А.. в УФСБ России по Тверской области и добровольность его участия в оперативно-розыскном мероприятии «Оперативный эксперимент» в отношении подсудимого ФИО2 с целью пресечения преступных действий последнего подтверждены заявлениями С.А.А. на имя начальника УФСБ России по Тверской области от 22 сентября 2020 г.

Как следует из рапорта о результатах проведения оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент», составленного оперуполномоченным отделения УФСБ России по Тверской области в г. Кимры Б.А.А.., в результате проведенного оперативно-розыскного мероприятия сообщенные С.А.А.. сведения о преступных действиях ФИО2 подтвердились.

Таким образом, обращение С.А.А.. в органы ФСБ являлось его собственной инициативой, вызванной противоправными требованиями ФИО2, что свидетельствует о наличии у оперативных служб законных оснований для проведения указанных оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО2, предусмотренных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».

При этом, вопреки приведённым в ходе судебного разбирательства доводам стороны защиты об исключении доказательств, полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение» с использованием специальных технических средств в отношении С.А.А.. и «Оперативный эксперимент» в отношении ФИО2, суд не находит оснований для признания их недопустимыми, поскольку последние получены в полном соответствии с требованиями закона.

Как установлено в судебном заседании, приведённые выше материалы, содержащие результаты оперативно-розыскных мероприятий, переданы и получены органом предварительного следствия в установленном законом порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», при этом отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, и на основании статьи 89 Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации могут использоваться в процессе доказывания.

Согласно исследованным материалам уголовного дела данные документы, в том числе оптические диски с аудио- и видео- записями разговоров ФИО2 и С.А.А.., полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий «прослушивание телефонных переговоров» и «наблюдение», рассекречены постановлениями о рассекречивании сведений, содержащих государственную тайну, от 24 сентября 2019 г. и 26 сентября 2019 г., переданы в установленном законом порядке соответствующими сообщениями о результатах оперативно-розыскной деятельности и постановлениями о предоставлении данных результатов органу предварительного следствия от 24 сентября 2019 г. и 26 сентября 2019 г.

При этом, ссылка стороны защиты на частичное несоответствие указанных в данных документах обстоятельств противоправного деяния, в котором уличался подсудимый, фактическим обстоятельствам дела, является несостоятельной, поскольку целью проведения оперативно-розыскных мероприятий является именно выявление и установление всех обстоятельств данного противоправного деяния и его пресечение.

Нарушений требований закона при привлечении К.С.П.. и Д.Г.Г.. к участию в проведении осмотра и выдачи денежных средств, а также досмотров, не усматривается. Как установлено в ходе судебного разбирательства в качестве понятых не были привлечены лица, указанные в части 2 статьи 60 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. 

Вопреки доводам защиты, в акте, составленном по результатам оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», которое осуществлялось в ходе другого оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», прямо указано о проведении в этот период оперативно-технических мероприятий с использованием технических средств. Доводы стороны защиты о том, что в представленных материалах отсутствуют сведения о технических средствах, при помощи которых осуществлялась наблюдение, суд находит не состоятельными, поскольку данное наблюдение велось в отношении С.А.А.. негласно. 

Также суд не находит оснований для признания недопустимыми доказательствами аудио- и видеозаписей, представленных на соответствующих оптических носителях, и протоколов их осмотра и прослушивания от 9 декабря 2019 г. и 10 декабря 2019 г. по доводам защиты о том, что данные аудио- и видеозаписи были осмотрены органом предварительного следствия не в установленном законом порядке.

Как следует из указанных протоколов, представленные органу предварительного следствия аудио- и видеозаписи, полученные в результате оперативно - розыскных мероприятий, были осмотрены и прослушаны в присутствии участников разговора и переговоров ФИО2 и С.А.А.., по результатам данных следственных действий составлены соответствующие протоколы с дословным содержанием аудио- и видеозаписей, в чём суд убедился путём их воспроизведения. При этом, указанные протоколы соответствуют требованиями статьи 180 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы защиты о том, что содержание аудиозаписей не соответствует действительности и зафиксированный на фонограммах голос осужденному не принадлежит, отвергается судом, поскольку полнота представленных фонограмм подтверждена показаниями С.А.А..

Вопреки доводам защиты, указанная в протоколах осмотра и прослушивания фонограмм ссылка на часть 7 статьи 186 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающая порядок составления такого протокола при осуществлении контроля и записи переговоров в ходе предварительного расследования, на допустимость данных доказательств не влияет.

Допущенная следователем техническая ошибка, как установлено в судебном заседании, при составлении протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 9 декабря 2019 г. (т. 1 л.д. 192-195) при указании имеющейся надписи осматриваемого белого бумажного конверта в части номера диска, находящегося в конверте, -«№208 н/с», а также указание в постановлении о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности в СУ СК России по Тверской области от 26 сентября 2019 г. номера диска №21/207н/с не влечет его исключение из числа доказательств, поскольку, как подтвердил сотрудник ФСБ Б.А.А.., производивший упаковку диска в конверт, им на конверте указан номер диска - №207 н/с, как пояснил следователь Ф.Д.И.. при указании имеющейся надписи на конверте он мог ошибочно указать не тот номер. 

Кроме того, как следует из сообщения УФСБ России по Тверской области от 26 августа 2020 г., в приложении к постановлению о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности в СУ СК России по Тверской области от 26 сентября 2019 г. указан диск под №21/207 н/с, в котором «21» обозначает код подразделения УФСБ России по Тверской области, который применяется при переписке внутри ведомства для идентификации подразделения исполнителя, «207» - номер диска, «н/с» - значение не секретной информации, содержащейся на носителе, а также в судебном заседании установлено, что в указанном в протоколе конверте находится диск №207 н/с. 

Показания подсудимого в части того, что до произошедших событий к его работе проявляли интерес службы ФСБ, проводились служебные проверки, предъявлял претензии прокурор Калязинского района Тверской области, в связи с чем он оформил рапорт на имя А. с просьбой перевести его работать в СО МО МВД России «Бежецкий», не могут быть расценены как провокация либо основание для проведения соответствующими службами ОРМ мероприятий в отношении подсудимого, поскольку дело возбуждено по факту обращения С.А.А.. о противоправных в отношении него действиях ФИО2 

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии провокации в отношении подсудимого ФИО2, как со стороны сотрудников ФСБ, так и со стороны свидетеля С.А.А.. 

Показаниям вышеуказанных свидетелей суд полностью доверяет, так как они логичны, последовательны, достаточно подробные в деталях, дополняют друг друга, согласуются как между собой, так и с материалами дела. Оснований для оговора ФИО2 указанными свидетелями судом не установлено. Как установлено в судебном заседании, ранее указанные свидетели каких- либо неприязненных отношений с подсудимым не имели, за дачу заведомо ложных показаний были предупреждены об уголовной ответственности. 

Содержание вышеизложенных документов полностью соответствует свидетельским показаниям.

Оглашённые в суде протоколы иных следственных действий тоже являются допустимыми доказательствами, поскольку получены в полном соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Фактов заинтересованности участвующих в осмотре понятых не установлено.

В судебном заседании подсудимый показал, что понятые участвовали в осмотре, они обращали внимание, что у С.А.А. на руках много было светящегося порошка, а у него фактически не было его на руках. Он просил понятых обращать внимание на происходящие события, и они обращали.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства каждое в отдельности и в их совокупности, суд признаёт их относимыми, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности и взаимосвязи достаточными для того, чтобы сделать вывод о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления. 

ФИО2, являясь начальником отделения по обслуживанию Калязинского отдела полиции следственного отдела МО МВД России «ФИО1», используя свое служебное положение в корыстных целях и с целью личного незаконного обогащения и распоряжения денежными средствами по своему усмотрению, потребовал у С.А.А.. передать ему деньги для совершения действий, выраженных в решении вопроса о назначении С.А.А.. условного наказания, которые в действительности он не мог осуществить в виду отсутствия служебных полномочий, поскольку на момент передачи денег уголовное дело было передано в суд и решение данного вопроса относится к компетенции суда, тем самым обманул последнего путём введения в заблуждение относительно своих истинных намерений.

Поэтому суд критически относится к изменению подсудимым показаний после его первоначального допроса в качестве подозреваемого, отвергает его показания в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого от 2 октября 2019 г. и в судебном заседании об отсутствии в его действиях состава преступления, поскольку показания подсудимого, что он С.А.А. не обманывал и не собирался обманывать, что намеревался деньги передать В.В.Ф., что если бы В.В.Ф. не согласился взять эти деньги, то он бы их отдал обратно С.А.А., ничем не подтверждены, существенно противоречат фактическим обстоятельствам дела, а также показаниям самого подсудимого, данным им на допросе в качестве подозреваемого и в ходе очной ставки 25 сентября 2019 г. 

Показания ФИО2, данные им на предварительном следствии 25 сентября 2019 г. в качестве подозреваемого, суд находит подробными, логичными и в целом последовательными.

При допросе в качестве подозреваемого он указал на обстоятельства, свидетельствующие о его причастности к совершению данного преступления, в том числе на место оставления денежных средств после их передачи С.А.А.., описав место на схеме, приложенной к протоколу, которые ранее не были известны.

Впоследствии в ходе проверки показаний на месте он также уверенно подтвердил указанные обстоятельства и показал место оставления денег, что соответствует обстоятельствам, зафиксированным в протоколе осмотра места происшествия, в указанном подсудимым месте обнаружены следы криминалистического идентифицирующего препарата «Тушь-7», которым были обработаны переданные С.А.А.. подсудимому денежные средства.

Сообщённые ФИО2 данные полностью соответствуют объективной картине преступления, зафиксированной при осмотре места происшествия. 

С учётом вышеизложенного показания подсудимого, данные им в ходе предварительного следствия 25 сентября 2019 г. в качестве подозреваемого, суд оценивает как достоверные и допустимые доказательства по делу.

Утверждение подсудимого о том, что его первоначальные показания не соответствуют действительности, поскольку он себя оговорил, дал такие показания, чтобы остаться с сёмьей, жена не работала, денег не было, и он согласился на предложения сотрудников ФСБ о квалификации его действий по части 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации с сохранением меры пресечения в виде подписки о невыезде или домашнего ареста, отвергается судом, поскольку перед допросом подсудимому разъяснялись положения, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, права в соответствии с его процессуальным положением, он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при его последующем отказе от данных показаний, разъяснялось также право, предусмотренное статьёй 51 Конституции Российской Федерации, не свидетельствовать против самого себя. 

Таким образом, ФИО2 воспользовался предоставленным ему правом и самостоятельно рассказывал об обстоятельствах совершённого им преступления. Правильность изложения в протоколах допросов своих показаний после ознакомления с ними, подсудимый удостоверил наряду с адвокатом своими подписями, не имея замечаний либо дополнений по тексту.

Более того, как следует из показаний ФИО2 в судебном заседании, он знакомился со своими показаниями, которые давал следователю Ф.Д.И., вносил соответствующие замечания, контролировал наводящие вопросы со стороны сотрудников ФСБ в период допроса, потом попросил их выйти. Также он контролировал время окончания допроса. Он видел, что также опрашивают и С.А.А. в указанный день. Следователь Ф.Д.И. поставил его в известность о возбуждении в отношении него уголовного дела по признакам преступления - мошенничество. Первоначальные показания давал после консультации с адвокатом Асоновой, и понимал, что в дальнейшем в случае его отказа от этих показаний они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу.

Какие-либо данные, свидетельствующие о ненадлежащем осуществлении адвокатами своих полномочий по защите подсудимого на стадии предварительного следствия, в материалах дела отсутствуют, оснований, препятствующих осуществлению адвокатами своих профессиональных обязанностей, не установлено. На протяжении всего предварительного следствия подсудимому была оказана квалифицированная юридическая помощь в лице профессиональных защитников, право подсудимого на защиту на всех стадиях уголовного судопроизводства было соблюдено и реально обеспечено.

Показания подсудимого относительно того, что он обговаривал свою позицию относительно первоначальных показаний со следователем Ф.Д.И.., и что Ф.Д.И.. ему подсказывал, что говорить, признаются судом надуманными, поскольку опровергаются показаниями допрошенного следователя Ф.Д.И.. в судебном заседании, предупреждённого об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, из которых следует, что в его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО2, которого он допрашивал в качестве подозреваемого с участием защитника. С его стороны какого-либо физического либо психологического воздействия в отношении ФИО2 не было. Показания ФИО2 давал добровольно, без принуждения.

Доводы подсудимого ФИО2, оспаривающего показания Ф.Д.И.., настаивающего на том, что указанный свидетель оговаривает его, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Между свидетелем и подсудимым неприязненных и конфликтных отношений не было, за дачу заведомо ложных показаний свидетель предупреждён об уголовной ответственности. Оснований для оговора подсудимого в судебном заседании не установлено, каких-либо сведений об обстоятельствах, в силу которых допрошенный свидетель по делу мог дать в отношении подсудимого недостоверные показания, стороной защиты не представлено, и судом таких обстоятельств не установлено.

Материалами дела подтверждено, что следственные действия с подсудимым при допросе его в качестве подозреваемого, при проведении очной ставки 25 сентября 2019 г., а также при проверке показаний на месте 2 октября 2019 г. проводились в установленном законом порядке, в том числе с участием адвоката, протоколы подписаны всеми участниками следственных действий, никто из которых не делал замечаний, как по процедуре проведения следственных действий, так и по содержанию показаний подсудимого. Заявлений от подсудимого и адвоката о том, что он находится в состоянии, препятствующим его допросу и проведению с ним следственных действий, не имеется. 

Довод подсудимого о том, что показания С.А.А.. даны с целью получить условное наказание по уголовному делу в отношении В.В.Ф., признаются несостоятельными, поскольку судом при назначении подсудимому условного наказания учитываются не только возмещение потерпевшему причинённого преступлением ущерба, но и характер и степень общественной опасности совершённого преступления, личность виновного, в том числе смягчающие и отягчающие обстоятельства.

Вопреки утверждениям подсудимого, уголовное дело было возбуждено в строгом соответствии с положениями глав 19 и 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вынесенное постановление о возбуждении уголовного дела следственным действием не является.

Суд полагает, что преступление ФИО2 совершено вне какого-либо расстройства психической деятельности, в силу чего в отношении инкриминируемого ему деяния его следует считать вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за совершённое преступление.

Вина ФИО2 в совершении преступления доказана, и его действия подлежат квалификации по части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершённое с использованием своего служебного положения.

При этом, учитывая, что денежные средства для проведения ОРМ «Оперативный эксперимент» были выданы С.А.А.. сотрудниками ФСБ, суд исключает из обвинения ФИО2 квалифицирующий признак «причинение значительного ущерба гражданину».

Эти обстоятельства следуют из предъявленного ФИО2 обвинения, не ухудшают положение подсудимого, не меняют существо обвинения и фактических обстоятельств дела.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, влияющие на наказание, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

При изучении данных о личности ФИО2 установлено, что он проживает по месту регистрации в г. Калязин Тверской области с супругой и 2-мя малолетними детьми, постоянное место работы в настоящее время у него отсутствует, по месту проживания характеризуется положительно, на учёте у психиатра и нарколога не состоит, к административной и уголовной ответственности не привлекался, имел поощрения по работе, имеет награды за участие в боевых действиях.

Обстоятельством, смягчающими наказание подсудимого ФИО2, суд в соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признаёт наличие малолетних детей.

К иным смягчающим обстоятельствам в соответствии с частью 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд относит состояние здоровья ФИО2, признание им вины на первоначальном этапе расследования уголовного дела.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, судом не установлено.

Совершённое подсудимым преступление в соответствии со статьёй 15 Уголовного кодекса Российской Федерации относится к категории тяжких, санкция преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, является альтернативной.

На основании изложенного, учитывая фактические обстоятельства уголовного дела, характер и повышенную общественную опасность совершённого ФИО2 преступления, суд приходит к выводу о невозможности исправления подсудимого без изоляции от общества, в связи с чем назначает ему предусмотренное уголовным законом наказание в виде лишения свободы.

С учётом установленных фактических обстоятельств уголовного дела и степени общественной опасности, совершённого подсудимым преступления, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также для назначения подсудимому более мягкого вида основного наказания, в том числе в виде штрафа, либо условного осуждения к лишению свободы в соответствии со статьей 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не находит, поскольку такое наказание не обеспечит его цели в виде восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения новых преступлений.

Исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступления, поведением виновного, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые позволяли бы при назначении наказания применить положения статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, не установлено.

С учётом данных о личности подсудимого ФИО2, который ранее не судим, суд полагает возможным не применять к нему дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Принимая во внимание характер данного преступления, совершённого подсудимым с использованием своего служебного положения, суд назначает подсудимому в соответствии с частью 3 статьи 47 Уголовного кодекса Российской Федерации дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти либо с выполнением организационно-распорядительных функций, в правоохранительных и следственных органах.

Учитывая, что ФИО2 совершил тяжкое преступление, при этом, ранее не отбывал наказание в виде лишения свободы, в соответствии с пунктом «б» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации местом отбывания им наказания следует избрать исправительную колонию общего режима.

В соответствии с частью 2 статьи 97, статей 108 и 110 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для обеспечения исполнения приговора ранее избранная подсудимому мера пресечения в виде домашнего ареста подлежит изменению на заключение под стражу, время которой в порядке пункта «б» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта один день за полтора дня.

При разрешении вопроса об арестованном имуществе ФИО2 - автомобиля «FORD MONDEO», 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак №, VIN №, стоимостью 875 420 рублей, суд принимает во внимание, что в соответствии со статьёй 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации наложение ареста на имущество применяется для обеспечения приговора, в том числе, в части имущественных взысканий, в связи с чем считает необходимым освободить данное имущество из-под ареста после вступления приговора в законную силу.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии со ст. 82 УПК РФ.

Руководствуясь статьями 296-300, 303, 304, 307-309, 310, 311 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании части 3 статьи 47 Уголовного кодекса Российской Федерации назначить ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти либо с выполнением организационно-распорядительных функций, в правоохранительных и следственных органах сроком на 2 (два) года.

Избранную в отношении ФИО2 меру пресечения в виде домашнего ареста изменить, избрать в отношении ФИО2 меру пресечения в виде заключения под стражу, взять его под стражу в зале суда, и до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения. 

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Время содержания под стражей ФИО2 с 25 сентября 2019 г. по 26 сентября 2019 г. и с 22 сентября 2020 г. по день вступления настоящего приговора в законную силу включительно зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; время нахождения под домашним арестом ФИО2 с 26 сентября 2019 г. по 21 сентября 2020 г. зачесть в срок лишения свободы из расчёта два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Отменить наложенный постановлением Московского районного суда г. Твери от 6 декабря 2019 г. арест в виде запрета распоряжаться ФИО2 автомобилем «FORD MONDEO», 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак №, VIN №, стоимостью 875 420 рублей после вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по делу после вступления приговора в законную силу: оптический диск с записями телефонных переговоров ФИО2; оптический диск с видеозаписью и аудиозаписью разговора С.А.А.. и ФИО2; оптический диск с информацией о телефонных соединениях по абонентскому номеру: № (С.А.А..); оптический диск с информацией о телефонных соединениях по абонентскому номеру: № (ФИО2); оптический диск с информацией о телефонных соединениях по абонентскому номеру: № (ФИО2) - хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тверской областной суд с подачей жалобы через ФИО1 межрайонный суд Тверской области в течение десяти суток со дня провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии приговора.

Осуждённый вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий

Дело №1-21/2020