Дело № 2-2321/2024

61RS0004-01-2024-005289-83

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 декабря 2024 года г. Ростов-на-Дону

Железнодорожный районный суд г. Ростова-на-Дону ФИО3 с участием помощника прокурора Корнева А.В. при секретаре Басалыко Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ООО «Хлебзавод Юг Руси», третье лицо Государственная инспекция труда о взыскании морального вреда 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями, ссылаясь на то, что 06.03.2023г. он по трудовому договору был принят в ООО «Хлебозавод Юг Руси» на должность машиниста 4 разряда потоковой линии формования хлебных изделий со сменным графиком работы с 7.00 до 19.00.

ДД.ММ.ГГГГ в 7 часов 00 минут истец приступил к выполнению своих должностных обязанностей на участке по производству лаваша ООО «Хлебозавод Юг Руси», расположенном по адресу: 

<

адрес>. До 18 часов 00 минут истец работал в стандартном режиме. После 18 часов истец начал готовиться к сдаче смены и приступил к очистке автоматической линии, снял бункер раскаточного аппарата, но в связи с очень высокой температурой воздуха в помещении цеха, начал терять ориентацию, взял шланг с воздухом, не оборудованный специальным пистолетом, и подразумевая то, что автоматическая линия должна заблокироваться и обесточиться, стал обдувать валы раскаточного аппарата, но автоматическая линия в этот момент, в нарушение правил техники безопасности, не была обесточена, она продолжала работать.

В момент обдува валов воздухом из шланга левую руку истца затянуло валами автоматической линии. Он попытался освободить руку, взобрался на автоматическую линию, уперся ногой в валы раскаточного аппарата, вследствие чего правую ногу ФИО1 также зажало валами раскаточного аппарата. На крики истца прибежали работники участка и помогли ему освободить руку и ногу, оказали первую медицинскую помощь и вызвали бригаду скорой медицинской помощи.

Согласно медицинскую заключения ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи» г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести истцу был установлен диагноз: тяжелая травма левой кисти, размозжение кисти: открытые переломы 1-2-3-4 пястной кистей, травматическая отслойка кожи левой кисти, множественные рвано-ушибленные раны кисти. Травматическая отслойка кожных покровов 1п. правой стопы, подвывих ногтевой фаланги 1 п. правой стопы. Согласно схеме определения степени тяжести данные повреждения относятся к категории – тяжелая производственная травма.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на лечении в травматологическом отделении № 1 ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи», где ему были проведены операционные вмешательства (операции): ДД.ММ.ГГГГ – экстрокортикальный остеосинтез, ДД.ММ.ГГГГ – экстрокортикальный остеосинтез, ДД.ММ.ГГГГ – некрэктомия, ДД.ММ.ГГГГ – некрэктомия.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец снова находился на лечении в травматологическом отделении ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи» по причине последствий тяжелой травмы кисти.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на лечении в ожоговом отделении ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи», по причине нагноившихся гранулирующих ран левой кисти, 1 пальца правой стопы.

Согласно медицинскому заключению ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» у истца диагностировали последствия тяжелой производственной травмы левой кисти. Несросшиеся переломы пястных костей левой кисти. Посттравматическая нейропатия левого лучевого, срединного и локтевого нервов. Посттравматическая смешанная разгибательная контрактура 1-2-3-4-5 пальцев левой кисти. Травматическая ампутация части дистальной фаланги 1-го пальца правой стопы. ФН 3ст. Заключительный диагноз «Последствия размозжения и травматической ампутации верхней конечности».

ДД.ММ.ГГГГ согласно справке МСЭ-2023 № № ФКУ «ГБ МСЭ по РО» Минтруда России Бюро № 24 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по РО» истцу была установлена третья группа инвалидности по причине трудового увечья.

Согласно справке МСЭ-2022 №, выданной Бюро № 24 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по РО» степень утраты профессиональной трудоспособности у истца составила 60 процентов.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на реабилитации в ФБУ Центр Реабилитации Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации «Кристалл» в г. Анапе.

Согласно справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ выданной районной больницей Азовского района РО у истца диагностировали тяжелую травму левой кисти, размозжение левой кисти, открытые переломы костей с дефектом кожных покровов, множественные ушиблено-рваные раны кисти с дефектом кожных покровов, подвывих 1 пальца стопы.

ДД.ММ.ГГГГ истцом был расторгнут трудовой договор с ООО «Хлебозавод Юг Руси» по причине невозможности предоставления работодателем ему места работы, в соответствии с полученной травмой на производстве.

При обращении истца к руководству ООО «Хлебозавод Юг Руси» о выплате ему компенсации морального вреда, причиненного полученной травмой на производстве, ему было отказано, по причине того, что в соответствии с актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, составленным с участием государственного инспектора труда ГИТ РО, вины работодателя в произошедшем несчастном случае не установлено.

Истец в следствие полученной травмы, подвергся физическими и нравственными страданиям, получил психо-эмоциональную душевную травму, перенес сильнейшие боли, несколько медицинских операций под общим наркозом, что пагубно повлияло на общее состояние его здоровья, полностью лишился физической подвижности пальцев и кисти левой руки, т.е. фактически полностью лишился кисти, она не функционирует, не имеет вида здоровой конечности. Истец лишился возможности дальнейшего полноценного трудоустройства, поскольку фактически у него осталась одна рука, которой он не может выполнять любые, даже самые простые действия. Истец теперь испытывает большие трудности в устройстве личной жизни, личные отношения, которые были до травмы, разрушились, поскольку девушка не смогла смириться с инвалидностью истца. Также затруднения вызывают самые обычные повседневные дела. Истец лишился возможности заниматься спортом и вести активный образ жизни. 

Учитывая требования разумности и справедливости, истец считает подлежащим взысканию с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 7000000 рублей.

С учетом дополнений иска, истец просит суд взыскать с ответчика ООО «Хлебозавод Юг Руси» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 7000000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 80000 рублей.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования относительно предмета спора, привлечена Государственная инспекция труда по Ростовской области.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО5, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддержали и просили их удовлетворить, дав пояснения, аналогичные изложенным в иске и в дополнениях.

Представитель ответчика ФИО6, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебное заседание явилась, исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать на том основании, что вины ответчика в получении истцом производственной травмы не установлено.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, допросив свидетелей ФИО8, ФИО17, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО4 был принят в ООО «Хлебзавод Юг Руси» на должность машиниста поточной линии формования хлебных изделий 4 разряда. С истцом был заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ истцу был установлен сменный режим работы, продолжительность смены 12 часов с 7 до 19.

При заключении трудового договора истец обязался выполнять работу по настоящему трудовому договору в соответствии с действующим трудовым законодательством Российской Федерации, Правилами внутреннего трудового распорядка работодателя, должностной инструкцией (инструкцией по профессии), а также иными локальными нормативными актами работодателя, в т.ч. письменными и устными распоряжениями своего непосредственного руководителя, на что указано в п. 2.2 трудового договора.

В соответствии с п. 7.1 трудового договора до его подписания работник ознакомлен с локальными нормативными актами работодателя, в том числе, с Правилами внутреннего трудового распорядка, с Должностной инструкцией (инструкцией по профессии), графиком работы.

Согласно п. 3.5 инструкции по профессии машиниста поточной линии формования хлебных изделий 4 разряда, утв. начальником отдела кадров ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, машинист поточной линии обязан соблюдать правила и требования техники безопасности при эксплуатации оборудования.

В соответствии со п. 3.10 инструкции по профессии машиниста поточной линии формования хлебных изделий 4 разряда, машинист поточной линии обязан при приеме смене проверять санитарное состояние рабочего места, проверять исправность оборудования. Обо всех поломках, неполадках в работе оборудования сообщать начальнику смены. По окончании работы приводить рабочее место в надлежащий порядок.

Согласно п. 2.3 инструкции по охране труда №5л для машиниста поточной линии формования хлебных изделий, утв. генеральным директором ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО10, машинист поточной линии формования хлебных изделий обязан перед началом работы проверить неисправность обслуживаемого оборудования, наличие и исправность необходимого инвентаря.

Согласно п. 3.3 инструкции по охране труда №5л для машиниста поточной линии формования хлебных изделий, утв. генеральным директором ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО10, машинист поточной линии формования хлебных изделий обязан применять необходимые для безопасной работы исправное оборудование, инструмент, приспособления, средства индивидуальной защиты.

Согласно п. 5.1 инструкции по охране труда №5л для машиниста поточной линии формования хлебных изделий, утв. генеральным директором ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО10, машинист поточной линии формования хлебных изделий обязан по окончании работы выключить машины поточной линии формования хлебобулочных изделий и приступить к санитарно-гигиенической чистке оборудования и рабочего места и передаче его другой смене. Остатки муки и теста удалить с помощью щеток, пластиковых скребков, гладкие поверхности протереть влажной тряпкой.

Пунктом 5.1 инструкции по охране труда №5л для машиниста поточной линии формования хлебных изделий, использование шланга с воздухом при очистке автоматической линии не предусмотрено.

Истец с указанными инструкциями был ознакомлен под роспись.

ДД.ММ.ГГГГ с истцом был проведен вводный инструктаж, ДД.ММ.ГГГГ – первичный инструктаж на рабочем месте, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец прошел стажировку, ДД.ММ.ГГГГ прошел обучение по охране труда.

Согласно протоколу № от ДД.ММ.ГГГГ заседания комиссии по проверке знаний требований охраны труда работников, истец подтвердил знание указанных требований охраны труда по профессии.

Истец выполнял свои трудовые обязанности на автоматической линии для производства пшеничных роллов типа «Армянский лаваш» АЛ 60-160, которая была введена в эксплуатацию ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ на участке по производству лаваша ООО «Хлебозавод Юг Руси», расположенном по адресу: 

<

адрес>, с машинистом поточной линии формирования хлебных изделий 4 разряда ФИО4 произошел несчастный случай на производстве.

Согласно медицинскую заключения ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи» 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести истцу был установлен диагноз: тяжелая травма левой кисти, размозжение кисти: открытые переломы 1-2-3-4 пястной кистей, травматическая отслойка кожи левой кисти, множественные рвано-ушибленные раны кисти. Травматическая отслойка кожных покровов 1п. правой стопы, подвывих ногтевой фаланги 1 п. правой стопы. Согласно схеме определения степени тяжести данные повреждения относятся к категории – тяжелая производственная травма, код диагноза по МКБ-10 – S 67.8.

По данному факту комиссией в составе: председателя ФИО11 – главного государственного инспектора труда ГИТ РО, членов комиссии: ФИО12 – главного технического инспектора труда – заведующего отделом Союза Организаций Профсоюзов. Федерация Профсоюзов РО, ФИО13 – главный инженер ООО «Хлебзавод Юг Руси», ФИО14- главный специалист сектора экономики и трудовых отношений Администрации Ленинского района г.Ростова-на-Дону, ФИО15 – главный специалист-эксперт отдела расследования и экспертизы страховых случаев отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по РО, проведено расследование, по результатам которого составлен Акт № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве.

В ходе проведенного расследования комиссией было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ машинист поточной линии формирования хлебных изделий 4 разряда ФИО4 в 7 часов 00 минут приступил к выполнению своих должностных обязанностей на участке по производству лаваша ООО «Хлебозавод Юг Руси», расположенном по адресу: 

<

адрес>. Он переоделся в специальную одежду и приступил к работе. В его должностные обязанности входит раскатка теста на автоматической линии для производства пшеничных роллов типа «Армянский лаваш» АЛ 60-160, его изготовление и выпечка. До 18 часов 00 минут ФИО4 начал готовиться к сдаче смены, он приступил к очистке автоматической линии, снял бункер раскаточного аппарата, затем взял шланг с воздухом (который расположен рядом с линией на стене) и стал обдувать валы раскаточного аппарата, но автоматическая линия в этот момент не была обесточена, она продолжала работать. В момент обдува валов воздухом из шланга левую руку ФИО4 затянуло валами автоматической линии. Он попытался освободить руку, взобрался на автоматическую линию, уперся ногой в валы раскаточного аппарата, вследствие чего правую ногу ФИО4 также зажало валами раскаточного аппарата. На крики ФИО4 прибежали работники участка и помогли ему освободить руку и ногу, оказали первую медицинскую помощь и вызвали бригаду скорой медицинской помощи.

Согласно Акту № от ДД.ММ.ГГГГ причиной данного несчастного случая является нарушение технологического процесса, в том числе неправильная эксплуатация оборудования, инструмента, выраженное в выполнении санитарной очистки автоматической линии без остановки главного привода автоматической линии, нарушение п. 5.1 Инструкции по охране труда №5л для машиниста поточной линии формования хлебных изделий, утв. генеральным директором ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО19 п. 3.5 Инструкции по профессии машиниста поточной линии формования хлебных изделий 4 разряда, утв. начальником отдела кадров ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, п. 84 Приказа Минтруда России от 07.12.2020 № 866н «Об утверждении Правил по охране труда при производстве отдельных видов пищевой продукции». Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, признан ФИО4 

Таким образом, комиссией по расследованию несчастного случае установлено, что ФИО4 получил увечья, находящиеся в причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением работником своих обязанностей, а именно нарушением технологического процесса.

В результате получения травмы на производстве истец находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в травматологическом отделении № 1 ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи», где ему были проведены операционные вмешательства (операции): ДД.ММ.ГГГГ – экстрокортикальный остеосинтез, ДД.ММ.ГГГГ – экстрокортикальный остеосинтез, ДД.ММ.ГГГГ – некрэктомия, ДД.ММ.ГГГГ – некрэктомия. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на лечении в травматологическом отделении ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в ожоговом отделении ГБУ РО «Городская больница скорой медицинской помощи», по причине нагноившихся гранулирующих ран левой кисти, 1 пальца правой стопы.

Согласно медицинскому заключению ГБУ РО «Ростовская областная клиническая больница» у истца диагностировали последствия тяжелой производственной травмы левой кисти. Несросшиеся переломы пястных костей левой кисти. Посттравматическая нейропатия левого лучевого, срединного и локтевого нервов. Посттравматическая смешанная разгибательная контрактура 1-2-3-4-5 пальцев левой кисти. Травматическая ампутация части дистальной фаланги 1-го пальца правой стопы. ФН 3ст. Заключительный диагноз «Последствия размозжения и травматической ампутации верхней конечности».

На основании акта освидетельствования медико-социальной экспертизы № 5.24.61/2024 от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена 3 группа инвалидности по причине трудового увечья, на основании акта освидетельствования медико-социальной экспертизы № 6.24.61/2024 ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 60% в связи с несчастным случаем на производстве.

Согласно справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ выданной районной больницей Азовского района РО у истца диагностировали тяжелую травму левой кисти, размозжение левой кисти, открытые переломы костей с дефектом кожных покровов, множественные ушиблено-рваные раны кисти с дефектом кожных покровов, подвывих 1 пальца стопы.

Приказом № 406/ЛС от ДД.ММ.ГГГГ истец уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (по собственному желанию).

При обращении истца к руководству ООО «Хлебзавод Юг Руси» о выплате ему компенсации морального вреда, причиненного полученной травмой на производстве, ему было отказано, по причине того, что в соответствии с Актом № 38 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, вины работодателя в произошедшем несчастном случае не установлено.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основным принципом правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается, в частности, обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей (абзацы первый и тринадцатый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть первая статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй данной статьи на работодателя возложена обязанность, в том числе обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов. Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, обеспечение в соответствии с требованиями охраны труда за счет средств работодателя средствами коллективной и индивидуальной защиты и смывающими средствами, прошедшими подтверждение соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, а также гарантии защиты его права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда (абзацы второй, шестой части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации, части 1 и 2 статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 указанного кодекса основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 этого же кодекса.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 4 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Истец, не согласившись с отказом ответчика в выплате ему компенсации морального вреда, обратился в суд с настоящим иском, в обоснование которого ссылается на то, что реальный инструктаж по технике безопасности ответчиком фактически не проводился. Обучение проводят другие сотрудники, которые выполняют такие же функции и на той же должности. 

Данные доводы истца подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО8, ФИО17

Свидетель ФИО16 суду показал, что он работал с 9.05.2023г. на Луговой. 06.06.2023г. уволился по собственному желанию. В день травмы ФИО4 06.03.2023г. он присутствовал на работе. Работал вместе с истцом в одном цеху на выемке лаваша. В этот день должен был быть аудит, им выдали чистую одежду и попросили пройти в кексовую, закрыли там на замок, и они провели в ней 4 часа. Там было очень жарко, примерно где-то 38-40 градусов. ФИО4 говорил ему в этот день о плохом самочувствие. За 4 месяца работы было 3 несчастных случая, о которых он знает от других сотрудников. Он не проходил инструктаж. Инструктаж по охране труда с ним не проводили. Раз в три месяца приносили в цех журнал и просили расписаться. Просто начальник смены рассказал, как работать. Сам момент произошедшего несчастного случая с ФИО4, он не видел, только услышал крики. Как выключать машину, которая крутится, никто не знает. Он шланг для подачи воздуха не использовал, а они использовали его для очистки мусора, что–то продували. На момент его работы мобильных машин не было. 

Свидетель ФИО17 суду показал, что с марта 2023 года по 06.03.2023г. работал в ООО «Хлебзавод Юг Руси». Был уволен по собственному желанию. Работал оператором лавашной линии 4 –го разряда. Когда устраивался на работу, его обучал человек с фирмы «Астра» и получается Николая, он также обучал, как и его обучили. Инструктаж с ним на рабочем месте сотрудники Хлебзавода не проводили. По охране труда обучение с ним также не проводили. Через какое-то время ему дали подписать журнал. А он уже обучал истца. Чистили аппарат, обдувая шлангом. Задание обучить истца ему давал старший по смене. Скребками и влажными тряпками аппарат не чистили. Очистка аппарата происходила следующим образом, сначала откручивался закрепленный бункер, куда закидывается тесто, снимается и пластмассовыми шпателем, который лежит возле машины чиститься сам бункер, после того как зачистили бункер, переходили к чистке валов при помощи шланга с воздухом. Шланг висел возле него и там где выпекается хлеб. Мобильных аппаратов для упаковки возле него не было. Аппарат для упаковки не мог поместиться между стеной и аппаратом, на котором он работал. 

Ему известно также и других несчастных случаях на производстве. После случая с Николаем, также один из работников попал в валы рукой. 

При чистке он не отключал машину, а предельно сбавлял скорость самих валов, потому что машину включать и выключать не безопасно. Возможности отключить валы не было, так как расстояние до кнопки отключения полтора метра. Аварийные кнопки поставили после случая с Николаем. Никакой защиты на шестеренках не было. В инструкции о том, что необходимо обесточить аппарат, не написано. 

Таким образом, допрошенные в судебном заседании свидетели подтвердили, что инструктаж по технике безопасности лицом, ответственным за соблюдение техники безопасности, не проводится, сотрудникам в момент их работы приносят журналы на подпись, где они расписываются. Обучение проводят другие сотрудники, которые уже выполняют такие же функции и на той же должности.

Довод представителя ответчика о том, что истец не должен был пользоваться шлангом для очистки поточной линии, судом отклоняется, поскольку он опровергается показаниями свидетеля ФИО17, который пояснил, что он обучал истца также как и его в свое время научили, а именно, что выключать линию не нужно, нужно уменьшить ее скорость и обдувать потоком воздуха.

Кроме того, данные обстоятельства ненадлежащего соблюдения правил охраны труда ответчиком подтверждаются находящимися в материалах дела Актами о наличии иных несчастных случаев, в том числе с данной же машиной на которой работал истец.

Так, по запросу суда Государственная инспекция труда по Ростовской области представила Акт о несчастном случае на производстве № от 04.09.2023г., в соответствии с которым с ФИО2 произошел несчастный случай. Согласно медицинскому заключению ГБСМП г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести ФИО2 был установлен диагноз: травматический отрыв 1 пальца правой кисти на уровне ногтевой фаланги. Размозжение 2-5 пальцев правой кисти. Открытые оскольчатые переломы 2-5 пястных костей правой кисти со смещением костных отломков. Рвано-скальпированная района 1 пальца правой кисти, код диагноза по МКБ-10 – S 67.8. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории – тяжелая.

Согласно Акту о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 работал и получил травму на том же оборудовании, что и истец, а именно – автоматическая установка для производства пшеничных роллов типа «Армянский лаваш» АЛ 60-160, изготовитель ООО «ГК АРГАМАН». Основной причиной несчастного случая является – конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования, в том числе технологического оборудования, механизмов, стационарных лестниц, ограждений, систем управления, контроля технологических процессов, противоаварийной защиты, а именно отсутствие защитных ограждений движущихся частей оборудования, нарушение п. 42 Приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Правил по охране труда при производстве отдельных видов пищевой продукции», п. 2.1.5. ГОСТ ДД.ММ.ГГГГ-91. Сопутствующей причиной несчастного случая признано нарушение технологического процесса, в том числе неправильная эксплуатация оборудования, инструмента, выраженное в выполнении очистки автоматической линии от теста без остановки главного привода автоматической линии, нарушение п. 3.12 Инструкции по охране труда №л для машиниста поточной линии формования хлебных изделий, утв. генеральным директором ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ, п. 3.5 Инструкции по профессии машиниста поточной линии формования хлебных изделий 4 разряда, утв. начальником отдела кадров ООО «Хлебзавод Юг Руси» ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, п. 84 Приказа Минтруда России от 07.12.2020 № 866н «Об утверждении Правил по охране труда при производстве отдельных видов пищевой продукции».

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны: - ООО «ГК «АМАГАН» - изготовитель автоматической установки для производства пшеничных роллов типа «Армянский лаваш» АЛ 60-16, который изготовил и установил оборудование с конструктивными недостатками, а именно с отсутствием защитных ограждений движущихся частей автоматической установки для производства пшеничных роллов типа «Армянский лаваш» АЛ 60-16, чем нарушены требования п. 42 Приказа Минтруда России от 07.12.2020 № 866н «Об утверждении правил охраны труда при производстве отдельных видов пищевой продукции».

Таким образом, судом установлено и подтверждается материалами дела, что в течение полутора месяцев произошло второе тяжелое и абсолютно идентичное травмирование машинистов поточной линии формования хлебных изделий 4 разряда, работавших на одном и том же оборудовании - автоматическая установка для производства пшеничных роллов типа «Армянский лаваш» АЛ 60-16.

Суд, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ по отдельности и в их взаимной связи, приходит к выводу, что ФИО4 получил увечья, в том числе и по вине работодателя в связи с ненадлежащим исполнением работодателем своих обязанностей, поскольку работодатель не обеспечил работнику безопасные условия труда, то есть безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, в связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Ходатайство представителя ответчика об исключении из числа доказательств ксерокопии акта б/н от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве Форма Н-1, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, ксерокопии Акта о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) Форма № 5, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, ксерокопии Акта № 39 от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве Форма Н-1, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, ксерокопии Акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве Форма Н-1, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, не подлежит удовлетворению, ввиду того, что данные доказательства были получены из Государственной инспекции труда по Ростовской области на основании запроса суда. Кроме того, ответчиком не представлены суду доказательства, опровергающие наличие указанных несчастных случаев.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 указанного постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности:

- существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом);

- характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда);

- последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 указанного постановления).

В соответствии с пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела.

Из изложенного следует, что поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Принимая во внимание, что в связи с полученной травмой ФИО4 испытал и продолжает испытывать физические и нравственные страдания, его здоровье требует лечения, прохождения медицинских процедур, он не может вести активный, прежний образ жизни, наличие вины в произошедшем с истцом несчастным случаем по вине как истца, так и ответчика, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца о компенсации морального вреда, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей 00 копеек, признавая данный размер компенсации морального вреда разумным и справедливым.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.05.2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные стороной, в пользу которой принято судебное решение, с противоположной стороны в разумных пределах является одним из правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителей, соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Исходя из объема выполненных представителем истца работ, количества затраченного времени на подготовку позиции истца, подготовку процессуальных документов, участие в судебных заседаниях суда первой инстанции, суд полагает необходимым заявленные истцом расходы на оплату услуг представителя снизить до 40000 рублей 00 копеек.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ООО «Хлебзавод Юг Руси», третье лицо Государственная инспекция труда о взыскании морального вреда - удовлетворить частично. 

Взыскать с ООО «Хлебзавод Юг Руси», ИНН 

<

***> в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 40000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Железнодорожный районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме. 

Судья:

Решение в окончательной форме изготовлено 28 декабря 2024 года.