дело № 2-1991/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 июня 2018 г. г. Ульяновск

Засвияжский районный суд г. Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Анципович Т.В., 

при секретаре Веретенниковой Е.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к «Тимер Банк» (ПАО), государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» о признании договора доверительного управления имуществом недействительным, взыскании денежных средств,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в ходе рассмотрения дела, к «Тимер Банк» (ПАО), государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» о признании договора доверительного управления имуществом недействительным, взыскании денежных средств. В обоснование иска указав, что она ДД.ММ.ГГГГг. обратилась в «Тимер Банк» (ПАО) с заявлением на открытие банковского вклада «до востребования» в размере 1 300 000 руб. Денежные средства были внесены во вклад, в подтверждение чего был выдан приходный кассовый ордер № от 25.11.2016г. При внесении денежных средств на счет, открытый в «Тимер Банк» (ПАО), сотрудником данного банка было предложено перевести денежные средства во вклад с более высокой доходностью. 25.11.2016г., ею было подписано заявление о присоединении к договору доверительного управления имуществом № согласно которому денежные средства в размере 1 300 000 руб. с её счета в «Тимер Банк» (ПАО)в этот же день были переведены в ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» на счет, открытый в ПАО «Татфондбанк», для инвестирования в ценные бумаги, договор от имени ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» заключался сотрудниками «Тимер Банк» (ПАО) с использованием соответствующих реквизитов банка и иной аббревиатуры. Подписывая документы она была уверена в том, что заключает договор вклада, но на более выгодных условиях с повышенной процентной ставкой за внесение вклада. При этом сотрудники «Тимер Банк» (ПАО) пояснили ей, что на указанный вклад распространяется действие Федерального закона от 23.12.2003г. №.177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации». Заявление о присоединении к договору доверительного управления имуществом не содержит указания, какому юридическому лицу оно адресовано. В тексте заявления о присоединении указано, что «настоящим заявлением учредитель управления в соответствии со статьей 428 Гражданского кодекса Российской Федерации полностью и безоговорочно присоединяется к условиям и акцептует договор доверительного управления со всеми приложениями, в том числе с регламентом в рамках доверительного управления имуществом ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», размещенного на сайте в сети «Интернет» www.finance.tfb.ru)). Сам договор доверительного управления и приложения к нему, включающие условия выбранного продукта, регламент доверительного управления, декларация о рисках ей вручены не были, что подтверждается текстом заявления, в котором указано лишь то, что она была ознакомлена с данными документами, размещенными на сайте www.fmance.tfb.ru. В июне 2017 года она обратилась в «Тимер Банк» (ПАО) по вопросу её вклада. Сотрудниками «Тимер Банк» (ПАО) до её сведения было доведено, что денежные средства были возвращены в «Тимер Банк» (ПАО) на её имя, о чем ранее ни сотрудниками «Тимер Банк» (ПАО), ни сотрудниками ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» сообщено не было. Ей было предоставлено платежное поручение от 07.12.2016г. №, согласно которому ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» осуществил возврат денежных средств на её счет в «Тимер Банк» (ПАО) в сумме 1 300 000 руб., согласно которому плательщиком является ПАО «Татфондбанк». Но до настоящего времени денежные средства на счет не поступили. В указанных обстоятельствах считает, что её денежные средства находятся на корреспондентском счету ПАО «Татфондбанк», при этом лицензия у банка отозвана. Приказом Центрального банка Российской Федерации № ОД-4537 в соответствии п. 1 ст. 189.38 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» был введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов ПАО «Татфондбанк». Денежные средства на её счет в «Тимер Банк» (ПАО) были отправлены 07.12.2016г. В связи с чем, истцом было направлено заявление конкурсному управляющему ПАО «Татфондбанк» с просьбой включить в реестр требований кредиторов её требования о возврате денежных средств. На указанное заявление она получила отказ (письмо от 28.07.2017г. №) в связи с тем, что банк не является должником по указанному договору. Истцом направлялось заявление о выдаче денежных средств в «Тимер Банк» (ПАО), письмом от 18.07.2017г. № истцу было отказано в связи с тем, что денежные средства по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ от ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» не поступили. В рамках действующего законодательства о защите прав потребителей гражданин, не обладающий специальными познаниями в банковской сфере и в связи с осуществлением доверительного управления имуществом, должен обеспечиваться особой защитой государства. Эти же обстоятельства требуют от профессиональных участников этих рынков ясного и понятного регламентированного поведения и оформления соответствующих правоотношений таким образом, чтобы потребитель ясно понимал и осознавал последствия и результаты заключения сделок. На момент заключения договора и по настоящее время она является пенсионеркой, специальными познаниями в банковской сфере не обладает, что послужило менее внимательному отношению к деталям сделки и склонности к доверительному отношению сотрудникам банка. При этом объективная информация о финансовом состоянии кредитной организации отсутствовала. Считает, что факты, изложенные выше, свидетельствуют о недобросовестном поведении со стороны сотрудников «Тимер Банк» (ПАО), а также ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», предоставивших услуги истцу как потребителю. Окончательно просила суд признать договор доверительного управления имуществом между ФИО1 и ООО «ИК «ТФБ Финанс» недействительным; взыскать с «Тимер Банк» (ПАО) в её пользу денежные средства в размере 1 300 000 руб. 

Истица в ходе судебного разбирательства уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснила, что денежные средства в размере 1 300 000 руб. были получены от продажи квартиры сына, и поскольку на новую квартиру не хватало денежных средств, решили разместить денежные средства под процент в «Тимер Банк» (ПАО). Она при заключении договора доверительного управления не понимала и не осознавала, что денежные средства будут перечислены в организацию, которая не является банковской организацией, что денежные средства не будут застрахованы. Полагала, что денежные средства она переводит во вклад под более выгодный процент в организацию, имеющую отношение к «Тимер Банк» (ПАО). Поэтому в июне 2017 г. она пришла узнать о состоянии вклада именно в «Тимер Банк» (ПАО), а не в другую организацию. В июне 2017 г. из разъяснений банка о том, что денежных средств на её счете в «Тимер Банк» (ПАО) не имеется, ей стало известно о её нарушенном праве в связи с заключенным договором доверительного управления, в связи с чем она стала обращаться в различные инстанции по вопросу возврата денежных средств. Однако, до настоящего времени денежные средства ей не возращены. Полагает, что имеет место мошенническая схема, в результате которой её денежные средства были перечислены с её счета сначала в ООО «ИК «ТФБ Финанс». При подписании заявления ей о различении договора доверительного управления имуществом и договора вклада не сообщали. Если бы представитель банка сообщил о том, что договор доверительного управления имуществом не является вкладом и не подлежит страхованию она бы указанный договор не подписала. Считает, что надлежащим ответчиком по требованиям о взыскании денежных средств является «Тимер Банк» (ПАО), поскольку именно в результате неправомерных действий сотрудников данного ответчика, она заключила оспариваемый ею договор доверительного управления. Требования о взыскании денежных средств с государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ООО «ИК «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» не поддерживает. Полагает, что срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной следует исчислять с июня 2017 г., когда ей стало достоверно известно о том, что денежных средств на её банковском счете в «Тимер Банк» (ПАО) не имеется и на перечисленные в инвестиционную компанию денежные средства законодательство о страховании вкладов не распространяется. 

Представитель истца ФИО2, действующая по устному ходатайству в соответствии с ч.6 ст.53 ГПК РФ, в судебном заседании на удовлетворении уточненных исковых требований настаивала, привела доводы аналогичные указанным в иске. Дополнительно пояснила, что истец не имеет ни экономического ни юридического образования, при заключении договора доверительного управления имуществом сотрудник «Тимер Банк» (ПАО) ввел истицу в заблуждение, пояснив, что на договор доверительного управления имуществом распространяется действие Федерального закона от 23 декабря 2003 года N 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации». При подписании заявления истице о различении договора доверительного управления имуществом и договора вклада не сообщали. Более того, истица не имела возможности ознакомиться с договором доверительного управления имуществом в полном объеме до подписания договора, так как сотрудник «Тимер Банк» (ПАО) текст указанного договора ей не передал. Считает, что сотрудник «Тимер Банк» (ПАО) действовал недобросовестно и за его действия должен отвечать «Тимер Банк» (ПАО).

Представитель «Тимер Банк» (ПАО) – ФИО3 уточненные исковые требования не признала в полном объеме, по доводам, изложенным в письменном отзыве на иск. Дополнительно суду пояснила, что денежные средства, полученные от ФИО1 на счет «Тимер Банк» (ПАО) не поступали и находятся на счете ПАО «Татфондбанк». Также просила суд применить к заявленным требованиям о признании договора доверительного управления недействительным срок исковой давности и отказать в иске к «Тимер Банк» (ПАО), в том числе, и в связи с пропуском срока исковой давности.

Представитель ПАО «Татфондбанк» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель ООО «ИК «ТФБ Финанс» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в представленном в суд заявлении просила в удовлетворении иска ФИО1 о признании договора доверительного управления имуществом недействительным отказать по причине пропуска истцом срока исковой давности.

Представитель Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в судебное заседание не явился, в представленных в суд возражениях просил в иске ФИО1 отказать в полном объеме.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 56 ГПК РФ суд дает оценку тем доводам и доказательствам, которые суду стали известны во время судебного разбирательства. Обязанность по предоставлению доказательств лежит на сторонах по делу, что разъяснено сторонам.

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям (ст. 196 ГПК РФ).

Согласно ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

На основании ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно нормы ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделка - правомерное действие, которое должно соответствовать требованиям законодательства и этим она отличается от неправомерных действий - деликтов. Сделки представляют собой действия, направленные на достижение определенного правового результата.

На основании статьи 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения.

Правила, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора.

Согласно статье 834 ГК РФ по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, признается публичным договором (статья 426).

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из существа договора банковского вклада.

Банк выплачивает вкладчику проценты на сумму вклада в размере, определяем договором банковского вклада. Определенный договором банковского вклада размер процентов на вклад, внесенный гражданином на условиях его выдачи по истечении определенного срока либо по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, не может быть односторонне уменьшен банком, если иное не предусмотрено законом (статья 838 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 837 ГК РФ договор банковского вклада заключается на условиях выдачи вклада по первому требованию (вклад до востребования) либо на условиях возврата вклада по истечении определенного договором срока (срочный вклад).

Договором может быть предусмотрено внесение вкладов на иных условиях их возврата, не противоречащих закону.

По договору банковского вклада любого вида банк обязан выдать сумму вклада или ее часть по первому требованию вкладчика, за исключением вкладов, внесенных юридическими лицами на иных условиях возврата, предусмотренных договором.

Условие договора об отказе гражданина от права на получение вклада по первому требованию ничтожно.

В случаях, когда срочный либо другой вклад, иной, чем вклад до востребования, возвращается вкладчику по его требованию до истечения срока либо до наступления иных обстоятельств, указанных в договоре банковского вклада, проценты по вкладу выплачиваются в размере, соответствующем размеру процентов, выплачиваемых банком по вкладам до востребования, если договором не предусмотрен иной размер процентов.

В случаях, когда вкладчик не требует возврата суммы срочного вклада по истечении срока либо суммы вклада, внесенного на иных условиях возврата, - по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, договор считается продленным на условиях вклада до востребования, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии со статьей 840 ГК РФ возврат вкладов граждан банком обеспечивается путем осуществляемого в соответствии с законом обязательного страхования вкладов, а в предусмотренных законом случаях и иными способами.

Способы обеспечения банком возврата вкладов юридических лиц определяются договором банковского вклада.

При заключении договора банковского вклада банк обязан предоставить вкладчику информацию об обеспеченности возврата вклада.

При невыполнении банком предусмотренных законом или договором банковского вклада обязанностей по обеспечению возврата вклада, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий вкладчик вправе потребовать от банка немедленного возврата суммы вклада, уплаты на нее процентов в размере, определяемом в соответствии с пунктом 1 статьи 809 данного Кодекса, и возмещения причиненных убытков.

Пунктом 1 статьи 845 ГК РФ по договору банковского счета на банк возложена обязанность принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Статьями 848, 849 ГК РФ установлена обязанность банка совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное; по распоряжению клиента выдавать или перечислять со счета денежные средства клиента не позже дня, следующего за днем поступления в банк соответствующего платежного документа, если иные сроки не предусмотрены законом, изданными в соответствии с ним банковскими правилами или договором банковского счета.

В исполнение пунктов 1, 1.1, 3 статьи 859 ГК РФ договор банковского счета расторгается по заявлению клиента в любое время. Если иное не предусмотрено договором, при отсутствии в течение двух лет денежных средств на счете клиента и операций по этому счету банк вправе отказаться от исполнения договора банковского счета, предупредив в письменной форме об этом клиента. Договор банковского счета считается расторгнутым по истечении двух месяцев со дня направления банком такого предупреждения, если на счет клиента в течение этого срока не поступили денежные средства. Остаток денежных средств на счете выдается клиенту либо по его указанию перечисляется на другой счет не позднее семи дней после получения соответствующего письменного заявления клиента.

В соответствии со статьей 1013 ГК РФ и статьей 5 Федерального закона от 22 апреля 1996 года N 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», объектом доверительного управления могут быть денежные средства. Деятельностью по управлению ценными бумагами признается деятельность по доверительному управлению ценными бумагами, денежными средствами, предназначенными для совершения сделок с ценными бумагами и (или) заключения договоров, являющихся производными финансовыми инструментами.

Как следует из статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным названной статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

Положениями статьи 167 ГК РФ определено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и «Тимер Банк» (ПАО) был заключен договор банковского вклада №, на имя ФИО1 был открыт счет № с размером вклада 1 300 000 руб., что подтверждается заявлением на открытие банковского вклада от ДД.ММ.ГГГГ, выпиской по счету. 

В соответствии с условиями указанного договора ФИО1 присоединился к стандартному договору и Условиям по вкладам «Тимер Банк» (ПАО).

Денежные средства в размере 1 300 000 руб. поступили на счет, открытый на имя ФИО1 в «Тимер Банк» (ПАО) путем внесения наличных денежных средств, что подтверждается приходным кассовым ордером № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подписано заявление о присоединении к договору доверительного управления имуществом №, согласно которому истица передала ООО «ИК «ТФБ Финанс» денежные средства в размере 1 300 000 руб. для инвестирования в ценные бумаги.

Договор от имени ООО «ИК «ТФБ Финанс» заключен «Тимер Банк» (ПАО) на основании агентского договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

В этот же день денежные средства со счета ФИО1, открытого в «Тимер Банк» (ПАО) переведены в ООО «ИК «ТФБ Финанс».

Согласно ответа на запрос, поступившего из ООО «ИК «ТФБ Финанс», в соответствии с п.13.3 Регламента ДУ ОО «ИК «ТФБ Финанс» направило ПАО «Татфондбанк» платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ по возврату денежных средств в размере 1 300 000 руб. на счет клиента в «Тимер Банк» (ПАО).

Из платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в размере 1 300 000 руб. были перечислены ООО «ИК «ТФБ Финанс» на счет ФИО1, открытый в «Тимер Банк» (ПАО).

Судом установлено, что указанные денежные средства на счет ФИО1, открытый в «Тимер банк» (ПАО) не поступили.

Как следует из иска ФИО1 и её пояснений в судебном заседании, подписывая договор доверительного управления, она была уверена в том, что заключает договор вклада, но на более выгодных условиях с повышенной процентной ставкой в размере 14,5 % годовых. При этом сотрудники «Тимер Банк» (ПАО) пояснили истцу, что на указанный вклад распространяется действие Федерального закона от 23 декабря 2003 года №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».

Заявление о присоединении к договору доверительного управления имуществом не содержит указания, какому юридическому лицу оно адресовано.

В тексте заявления о присоединении, изготовленного мелким шрифтом, указано, что настоящим заявлением учредитель управления в соответствии со статьей 428 Гражданского кодекса Российской Федерации полностью и безоговорочно присоединяется к условиям и акцептует договор доверительного управления со всеми приложениями, в том числе с регламентом в рамках доверительного управления имуществом ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», размещенного на сайте в сети «Интернет» www.finance.tfb.ru.

Из заявления не следует, что сам договор доверительного управления и приложения к нему, включающие условия выбранного продукта (описание инвестиционного профиля стандартной инвестиционной стратегии), регламент доверительного управления, декларацию о рисках были вручены ФИО1, заявление содержит лишь указание на ознакомление с данными документами, размещенными на сайте www.finance.tfb.ru.

В соответствии с пунктом 10 договора доверительного управления учредитель управления передает доверительному управляющему в управление денежные средства, предназначенные для инвестирования в ценные бумаги, а доверительный управляющий принимает на себя обязанность за вознаграждение осуществлять управление этими денежными средствами, а также денежными средствами и ценными бумагами, получаемыми в процессе управления, от своего имени и в интересах учредителя управления в течение срока действия договора.

Согласно пункту 7 стандартного договора доверительного управления имуществом, договор вступает в силу с даты поступления денежных средств, передаваемых учредителем управления на счет доверительного управляющего.

В пунктах 16.5, 16.6 регламента доверительного управления закреплено, что доверительный управляющий не гарантирует учредителю управления прироста или сохранения стоимости имущества, переданного в доверительное управление.

Из уведомления об инвестиционном профиле учредителя управления от 25 ноября 2016 года, являющегося приложением №2 к Порядку определения инвестиционного профиля клиента ООО «ИК «ТФБ Финанс», следует, что инвестиционный профиль «Консервативный» предполагает инвестирование в инструменты с низкой вероятностью дефолта и/или существенных потерь в условиях рыночных колебаний, допустимый риск - низкий (не более 5% от инвестируемой суммы).

Подтверждением позиции истца служит тот факт, что сопровождением сделок занимались сотрудники «Тимер Банк» (ПАО) с использованием соответствующих реквизитов банка и иной аббревиатуры. Кроме того, наименование банка – «Тимер Банк» и аббревиатура «ТФБ» являются схожими, слово «Финансы» ассоциируется с банковской деятельностью.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Проанализировав текст заявления о присоединении к стандартному договору доверительного управления в совокупности с указанными выше обстоятельствами расторжения договора банковского вклада и заключения договора доверительного управления, а также с учетом личности ФИО1, которая является пенсионером, не имеет экономического и юридического образования, следует исходить из того, что адекватное осознание сути сделок было для неё весьма затруднительно.

Такому восприятию обстановки способствовали и иные обстоятельства, в том числе, то, что все беседы вели с ней сотрудники банка в офисе кредитной организации, и она, являясь вкладчиком указанного юридического лица, ранее совершал аналогичные процедуры.

В рамках того понимания, которое излагается в действующем законодательстве о защите прав потребителей, суд обязан исходить из того, что гражданин не обладает специальными познаниями в банковской сфере и в связи с осуществлением доверительного управления имуществом, и обеспечивается особой защитой государства. Эти же обстоятельства требуют от профессиональных участников этих рынков ясного и понятного регламентированного поведения и оформления соответствующих правоотношений, таким образом, чтобы надлежащим образом подтверждалось, что потребитель ясно понимает и осознает последствия и результаты заключения сделок.

При этом нельзя исключать из внимания тот факт, что объективная информация о финансовом состоянии кредитной организации и направленности всех сделок, отсутствовала.

Это может свидетельствовать о недостаточно добросовестном поведении со стороны лиц, предоставляющих услуги потребителям и позволяет в рамках разъяснений, изложенных в абзацах 3, 4, 5 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» принять меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны.

Свидетельств тому, что ФИО1 были разъяснены существенные отличия договора банковского вклада от договора доверительного управления имуществом, отсутствие страхования вложения денежных средств, финансовое положение банка, изменение стороны в сделке с «Тимер Банк» (ПАО) на ООО «ИК «ТФБ Финанс», суду не представлено. Об обратном свидетельствует вся совокупность установленных по делу обстоятельств и подтверждается тем, что июне 2017 г., истица с целью уточнить состояние её вклада, обратилась именно в офис «Тимер Банк» (ПАО), а не в иную организацию.

При этом суд принимает во внимание, что риски ФИО1 по договору банковского вклада, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 23 декабря 2003 года №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», были несопоставимы с возможными негативными последствиями, связанными с исполнением договора доверительного управления имуществом с ООО «ИК «ТФБ Финанс».

То обстоятельство, что ФИО1 были подписаны заявления на перечисление денежных средств на счет ООО «ИК «ТФБ Финанс» и о присоединении к договору доверительного управления имуществом, само по себе не свидетельствует о том, что истец понимал природу совершаемых сделок. В данном случае её подпись выражает волеизъявление, однако оно сформировалось под влиянием ошибочных представлений, вследствие заблуждения, которое является существенным в силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса РФ.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ФИО1 заключила соглашение о доверительном управлении имуществом под влиянием существенного заблуждения относительно природы сделок, и лица, с которым она вступила в правовые отношения.

При таких обстоятельствах, исковые требования о признании недействительным договора доверительного управления имуществом № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ООО «ИК «ТФБ Финанс», подлежат удовлетворению.

Из содержания ст. 15 ГК РФ следует, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (ч.1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (ч.2).

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В силу ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из материалов дела следует, что сделка от имени ООО «ИК «ТФБ Финанс» заключалась сотрудниками «Тимер Банк» (ПАО) на основании агентского договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с тем, что ФИО1 была введена в заблуждение действиями сотрудников «Тимер Банк» (ПАО) денежные средства в размере 1 300 000 руб. подлежат взысканию с «Тимер Банк» (ПАО).

В иске к государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ООО «ИК «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» о взыскании денежных средств размере 1 300 000 руб. следует отказать. 

Ответчиками «Тимер Банк» (ПАО) и ООО «ИК «ТФБ Финанс» в ходе рассмотрения дела заявлено ходатайство о пропуске ФИО1 срока исковой давности по требованию о признании договора доверительного управления имуществом недействительным.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Принимая во внимание, что истица заключила ДД.ММ.ГГГГ договор доверительного управления имуществом под влиянием существенного заблуждения относительно природы сделок и лица, с которым она вступила в правовые отношения, о том, что денежные средства были переведены в доверительное управление в ООО «ИК «ТФБ Финанс» и на сложившиеся правоотношения не применяется Федеральным законом от 23 декабря 2003 года №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», истице стало известно в июне 2017 г. от сотрудников «Тимер Банк» (ПАО), с указанного времени она предпринимала действия направленные на защиту своего нарушенного права, обращаясь в «Тимер банк» (ПАО), Центральный банк РФ, государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», однако все предпринятые действия оказались безрезультатными, суд приходит к выводу, что о своем нарушенном праве ФИО1 узнала в июне 2017 г.

Принимая во внимание, что о нарушенном праве истице стало известно в июне 2017г., обратилась она в суд с иском 20.04.2018 г., то есть в пределах годичного срока для признания договора доверительного управления недействительным, основания для отказа в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском срока исковой давности суд не усматривает. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к «Тимер Банк» (публичному акционерному обществу), обществу с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» о признании недействительным договора доверительного управления, взыскании денежных сумм удовлетворить.

Признать недействительным договор доверительного управления имуществом № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс».

Взыскать с «Тимер Банк» (публичного акционерного общества) в пользу ФИО1 денежные средства в размере 1 300 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», ПАО «Татфондбанк» о взыскании денежных средств отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Засвияжский районный суд г. Ульяновска в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Т.В. Анципович