Дело № 2-28/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2020 года город Тверь

Пролетарский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Михайловой Е.В.,

при секретаре Афанасьевой Н.А., 

с участием истца ФИО13,

представителей ответчика ООО «КДФ» ФИО14, действующей на основании доверенности и Соколова О.Д., действующего на основании доверенности,

третьего лица ФИО15, его представителя – адвоката Соколова О.Д., представившего удостоверение №427 и ордер № 035,

помощника прокурора Пролетарского района г. Твери Гончаровой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО13 к обществу с ограниченной ответственностью «Клиника Доктора Фомина» (ООО «КДФ») о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО13 обратилась в суд с исковым заявлением к ООО «КДФ», в котором просила взыскать ущерб в суме 18054 рубля, компенсацию морального вреда в сумме 1000000 рублей, штраф.

В обоснование иска указано, что 25 августа 2017 года истец обратилась в ООО «КДФ» за консультацией пластического хирурга с жалобами на эстетический и функциональный недостаток, связанный с наличием послеоперационного рубца на спинке носа. По итогам консультации была назначена плановая операция.

07 сентября 2017 года истец ФИО13 в плановом порядке поступила на стационарное лечение в отделение эстетической медицины ООО «КДФ» по адресу: 

<

...>. Между истцом и ООО «КДФ» был заключен договор на оказание медицинских услуг – иссечение рубцов (до 5 см). Операцию проводил врач – пластический хирург ФИО15 При проведении операции ФИО15, проявляя небрежность, ненадлежащим образом исполняя свои профессиональные обязанности, в нарушение общепринятой тактики лечения послеоперационных рубцов, неправильно выбрав методику операции, не приняв во внимание состояние кожного покрова в области носа ФИО13, который являлся толстым и малоподвижным, что является противопоказанием для иссечения рубцов, при наличии у ФИО13 небольшого атрофического рубца, который не должен был удаляться, а оперироваться с использованием методики «встречных треугольных лоскутов», провел операцию по иссечению послеоперационного рубца в области спинки носа с подкожным и внутрикожным ушиванием раны.

После проведения операции хирург ФИО15 неверно выбрал метод асептической (противовоспалительной) обработки при оперативном вмешательстве и в послеоперационном периоде, чем усугубил последствия оперативного вмешательства.

В результате неверно выбранной методики проведения операции и метода асептической (противовоспалительной) обработки в послеоперационном периоде у ФИО13 началось нагноение раны, расхождение швов, что повлекло за собой образование у ФИО13 неизгладимого рубца.

Приговором мирового судьи судебного участка №1 Пролетарского района г.Твери от 18 февраля 2019 года ФИО15 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.118 УК РФ – причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. В ходе рассмотрения уголовного дела была проведены комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой для устранения имеющегося у ФИО13 рубца требуется оперативное вмешательство, в связи с чем данный рубец относится к неизгладимым повреждениям. Последствия оперативного вмешательства в виде образования у ФИО13 неизгладимого рубца связаны с хирургическим вмешательством и последующим ее ведением в послеоперационном периоде хирургом ФИО15 Рубец на носу обезображивает внешний вид носа и лица потерпевшей, искажены линия, форма носа, шрам прерывает естественную пластику, нос со шрамом наносит ущерб всему лицу.

Таким образом, оказанные ответчиком ООО «КДФ» медицинские услуги являлись некачественными, ФИО13 причинен тяжкий вред здоровью.

Со ссылкой на положения ст.1068 ГК РФ, 7,13,15 Закона о защите прав потребителей просит взыскать с ООО «КДФ» компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, а также возместить убытки в общей сумме 18054 рубля, из которых 800 рублей – стоимость консультации 25 августа 2017 года, 6100 рублей – стоимость услуг по договору, 4060 рублей – стоимость анализов, 100 рублей – вызов такси до электрички, 1420 рублей - стоимость проезда на консультацию 07 сентября 2017 года и на прием 11 сентября 2017 года, по 500 рублей за каждый прием в ООО «Лечебно-диагностический центр «АКСИС» 14 сентября 2017 года, 15 сентября 2017 года, 20 сентября 2017 года, 25 сентября 2017 года, 29 сентября 2017 года, 3074 рубля – приобретение медикаментов.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ООО «Лечебно-диагностический медицинский центр «АКСИС», Многопрофильный медицинский центр им. Святослава Федорова, ООО «Шарм», ГБУЗ г.Москвы «Городская поликлиника №201».

В судебном заседании истец ФИО13 исковые требования поддержала в полном объеме, обосновав их доводами, изложенными в исковом заявлении. В ходе рассмотрения дела поясняла, что в марте 2016 года в клинике им. Святослава Федорова ей была проведена операция по ринопластике, в результате сильного сжатия гипсом на спинке носа образовался некроз, а после шрам 1 см. Для удаления данного шрама она обратилась в ООО «КДФ». Врач ФИО15 обещал шрам убрать, о возможных негативных последствиях операции ее не предупредил, в итоге шрам увеличился до 2,5 см. Все рекомендации врача после операции она выполняла, шов стал расходится в день проведения операции, о чем она сообщила ФИО15 и отправила фотографии. В ответ на сообщения с фото, ФИО15 написал, что все нормально и рану необходимо промокнуть салфеткой. После операции никакой повязки не было, рана была открытой и кровоточила. Через три дня, когда швы явно разошлись, ФИО15 пригласил ее на осмотр, снял верхний шов, обработал перманганатом калия, повязку не сделал и отпустил домой. После этого, она утратила доверие к ФИО15, обратилась в ООО «Лечебно-диагностический медицинский центр «АКСИС», где рана была обработана и стянута стрипами, чтобы шрам не стал еще больше. После операции, проведенной ФИО15, лицо стало более безобразным, в связи с чем истец обратилась в ООО «КДФ» с претензией, однако в клинике вину врача отрицали, говорили, что врач все сделал правильно, что явилось поводом для обращения в следственный комитет.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «КДФ» ФИО14 исковые требования не признала в полном объеме, в ходе рассмотрения дела поясняла, что действительно между ООО «КДФ» и ФИО13 был заключен договор на оказание платных медицинских услуг – иссечение рубцов (до 5 см). Оплата медицинских услуг в сумме 6100 рублей произведена ФИО13 в полном объеме. Лечение производилось лечащим врачом ФИО15 Согласно данным медицинской карты иссечение послеоперационного рубца в области спинки носа производилась под местной анестезией в асептических условиях стерильными инструментами с соблюдением всех правил безопасности. Осложнений во время процедуры и в последующий период не отмечалось как персоналом клиники так и самой пациенткой. Из информированного согласия истца на выполнение операции следует, что сущность и эффект этой операции, риск и возможные осложнения, а также все альтернативные методы лечения подробно объяснены ей лечащим хирургом и она осознавала их. Кроме того, истец была предупреждена о рисках эстетического результата, связанных с особенностями ее организма, а также о необходимости соблюдений рекомендаций врача – хирурга в послеоперационный период. Таким образом, информационные права истца как пациента нарушены не были. Из выписного эпикриза следует, что на момент выписки жалобы со стороны ФИО13 отсутствовали, общее состояние удовлетворительное, отеки и эдемы в области носа умеренные, швы состоятельные, гематом и воспалений нет, наложены асептические повязки. Истец выписана из стационара в удовлетворительном состоянии для амбулаторного долечивания по месту жительства, рекомендовано наблюдение, уход за раной, снятие швов в области раны на 10-е сутки, ограничение физических нагрузок в течение месяца, контрольный осмотр 17 сентября 2017 года. На четвертые сутки после операции, то есть 11 сентября 2017 года истец была осмотрена ФИО15, диагностирована несостоятельность кожного шва. Признаков, подтверждающих инфицирование раны, не выявлено. Кожный шов и струп удалены, внутренний подкожный шов ПГА держит и состоятелен. Принято решение о ведении послеоперационной раны открытым способом «под струпом». Даны рекомендации по уходу за раной (не мочить в течение 5 дней, не травмировать струп, обычный гигиенический уход вокруг струпа), явка на контрольный осмотр после сходения струпа, но не позднее 10 дней – 21 сентября 2017 года, что в последствии истцом не было соблюдено, кроме того, по инициативе истца другим врачом произведено вмешательство, повлекшее инфицирование раны. Врачом ФИО15 при проведении повторного осмотра признаков инфицирования раны обнаружено не было, имелась несостоятельность первичного шва в силу избыточного натяжения на фоне физиологического послеоперационного отека. Наложение раннего вторичного шва в данной ситуации было бесперспективным ввиду малого запаса и мобильности тканей спинки носа, и неизбежно бы привело к несостоятельности вторичного шва и к деформации кончика носа. Учитывая состоятельность подкожного шва, врачом был выбран способ заживления раны под струпом, который не требует применения антибиотиков, исключает применение мазевых повязок и предполагает сохранение струпа до его самостоятельного отторжения. Преждевременное удаление струпа может повлечь инфицирование раны, смену курса лечения, дополнительную антибиотикотерапию, ежедневные перевязки, чрезмерное развитие грануляционной ткани, удлинение срока заживления и формирование грубого рубца. В нарушение условий заключенного договора (п.3.2.4), обязывающих пациента выполнять все медицинские предписания, назначения и рекомендации медицинских работников, ФИО13 14 сентября 2017 года самостоятельно обратилась в ООО «Лечебно-диагностический медицинский центр «АКСИС», где ей была произведена обработка раневой поверхности и частично удалены корочки послеоперационного рубца, осложнения, связанные с инфицированием раны, отсутствовали. 15 сентября 2017 года у ФИО13 при повторном осмотре в ООО «Лечебно-диагностический медицинский центр «АКСИС» уже поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, врачом отмечено появление скудных гнойных выделений и принято решение об удалении корочек с раны и удалении подкожного внутреннего шва. При этом у истца отсутствовали препятствия для обращения в ООО «КДФ», а не в стороннюю организацию. Таким образом, медицинская помощь в предоперационном периоде, во время оперативного вмешательства, а также в послеоперационном периоде была оказана правильно, соответствовала общепризнанным медицинским данным по реконструктивной и эстетической пластической хирургии. Не достижение ожидаемого пациентом эффекта само по себе не свидетельствует о ненадлежащем качестве медицинской услуги, основания для компенсации морального вреда и возмещения убытков отсутствуют.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО15 исковые требования не признал, пояснил, что медицинская услуга по иссечению послеоперационного рубца была оказана в соответствии с договором и стандартами, при заключении договора истец была предупреждена о возможных последствиях и рисках оперативного вмешательства, с истцом был согласован план операции, разъяснена методика иссечения рубца, произведена разметка иссекаемого участка и выполнена операция. Не дождавшись послеоперационного осмотра врача, истец самовольно покинула клинику и уехала в г. Зеленоград Московской области. В последующем истец самостоятельно обращалась в другое медицинское учреждение, где ей была проведена обработка раны. При этом ООО «КДФ» не отказывало в предоставлении медицинских услуг в послеоперационном периоде, в том числе по обработке раны. Оперативное вмешательство от 07 сентября 2017 года, в результате которого был иссечен старый атрофический рубец, достигло своей цели в соответствии с условиями договора, новый рубец является более эстетически приемлемым, нормотрофическим, следовательно, положительный эстетический результат достигнут, что подтверждает необоснованность требований ФИО13

В судебном заседании представитель ответчика ООО «КДФ» и представитель третьего лица ФИО15 – адвокат Соколов О.Д. исковые требования не признал, поддержал доводы представителя ответчика ФИО14 и третьего лица ФИО15 

В судебное заседание представитель ГБУЗ «ГКБ им.М.П. Кончаловского ДЗМ» (правопреемник ГБУЗ г.Москвы «Городская поликлиника №201») не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебное заседание представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Лечебно-диагностический медицинский центр «АКСИС», Многопрофильный медицинский центр им. Святослава Федорова, ООО «Шарм» не явились, извещены надлежащим образом.

Судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению частично с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В силу ст. 12 указанного Закона, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

Продавец (исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре (работе, услуге), несет ответственность, предусмотренную пунктами 1 - 4 статьи 18 или пунктом 1 статьи 29 настоящего Закона, за недостатки товара (работы, услуги), возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации.

В силу ст. 14 названного Закона вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги).

Согласно ст. 13 данного закона за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

Если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором.

Изготовитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

На основании п. 1 ст. 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать, в частности возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги).

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Поскольку истцом ФИО13 заявлены требования о компенсации морального вреда, связанного с причинением тяжкого вреда здоровью, истец должно доказать факт причинения вреда ее здоровью медицинским работником ООО «КДФ» и размер вреда, а ответчик ООО «КДФ» - отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью ФИО13 и в причинении ей морального вреда при оказании медицинской помощи.

Судом установлено, что 25 августа 2017 года между ООО «КДФ» и ФИО13 был заключен Договор №Д000098911 на оказание платных медицинских услуг – консультацию пластического хирурга. Стоимость услуг – 800 рублей (том 1 л.д.26-27).

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №9814, заведенной ООО «КДФ» на имя ФИО13 25 августа 2017 года следует, что пластическим хирургом ФИО15 произведен осмотр ФИО13 с жалобами на поперечный рубец в области спинки носа. Рубец возник после ринопластики 1,5-2 года назад. Местно: в области спинки носа поперечный атрофический рубец длиной около 1 см и шириной 4-5 мм. Ткани носа плотные, малоподвижные. Кончик носа и ноздри деформированы за счет избыточной резекции хрящей крыльев носа. Адаптация краев раны в области спинки носа неудовлетворительная, ступенькообразная, что обусловлено заживлением деформирующим рубцом. Носовое дыхание затруднено. С целью коррекции рубцовой атрофии в области спинки носа, выполнить иссечение рубца с широкой мобилизацией краев раны, двуслойным ушиванием для лучшей прочности шва и адаптации краев раны.

07 сентября 2017 года между ООО «КДФ» и ФИО13 заключен Договор №Д000101469 на оказание платных медицинских услуг – иссечение рубцов (до 5 см). Стоимость услуги по договору составила 6100 рублей (том 1 л.д.28-29). Оплата по договору произведена истцом ФИО13 в день заключения договора в полном объеме в сумме 6100 рублей, что подтверждается кассовым чеком (том 1 л.д.30).

Из медицинской карты стационарного больного №929/2017, заведенной в ООО «КДФ» на имя ФИО13 07 сентября 2017 года следует, что истец поступила на стационарное лечение в отделение эстетической медицины 07 сентября 2017 года в 10 часов 18 минут с диагнозом: 

<

данные изъяты>. При поступлении жалобы на рубец в области спинки носа, деформацию кончика носа, нарушение носового дыхания и связанный с этим эстетический и функциональный недостаток. Анамнез заболевания: указанный морфо-функциональный недостаток является результатом ринопластики, выполненной два года назад, в настоящее время госпитализирована для планового оперативного лечения, осмотрена ЛОР-врачом и пластическим хирургом клиники, обследована амбулаторно. Локальный статус: в области спинки носа атрофический поперечный рубец длиной около 1 см и шириной около 4 мм, кожа носа толстая, малоподвижная. Показано иссечение послеоперационного рубца, противопоказаний к операции нет.

Согласно протокола операции, оперативное вмешательство проведено под местной анестезией, после обработки операционного поля и в соответствии с разметкой иссечен послеоперационный рубец в области спинки носа, гемостаз, подкожный шов ПГА, внутрикожное ушивание раны полипропиленовой нитью, асептическая повязка.

Из Выписного эпикриза истории болезни №929/2017 следует, что после предоперационной подготовки 07 сентября 2017 года под местной анестезией выполнена операция по иссечению послеоперационного рубца, послеоперационный период протекал без осложнений, на момент выписки жалоб нет, общее состояние удовлетворительное. Местно: отеки и эдемы в области носа умеренные, швы состоятельные, гематом и воспалений нет, асептические повязки. Выписывается из стационара в удовлетворительном состоянии для амбулаторного долечивания по месту жительства. Рекомендовано: наблюдение и уход за послеоперационной раной; снятие швов в области послеоперационной раны на 10-е сутки, ограничение физических нагрузок в течение 1 месяца.

Из карты стационарного больного №929/2017 следует, что ФИО13 выписана 07 сентября 2017 года после обхода заведующего отделением в 14 часов. 

Из имеющейся в материалах дела переписки в мессенджере «Ватсап» между ФИО13 и ФИО15 следует, что 08 сентября 2017 года и 09 сентября 2017 года ФИО13 обращалась к ФИО15 с жалобами на кровотечение из раны, 10 сентября 2017 года ФИО15 пригласил ФИО13 на осмотр (том 3 л.д.132-140).

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №9814, заведенной ООО «КДФ» на имя ФИО13 25 августа 2017 года следует, что 11 сентября 2017 года был произведен осмотр пластическим хирургом на 4-е сутки после операции. Жалобы на периодическое кровотечение в области послеоперационной раны. Местно: в области послеоперационной раны регрессирующий отек и слабая краевая гиперемия. Поверхностны кожный шов несостоятелен. Края послеоперационной раны разошлись на 2 мм. Рана закрыта кровяным струпом. Отделяемое из раны чистое, геморрагическое. Кожный шов и струп удалены. На дне раны умеренное количество фибрина, края раны сочные, розовые, гнойного отделяемого нет. Внутренний подкожный шов держит и состоятелен, наложение вторичного шва в данных условиях бесперспективно. Решено заживить рану открытым способом под струпом. Рана обработана 10% раствором перманганата калия до образования струпа. Разъяснения и рекомендации пациентке даны. Возможно итоговое заживление послеоперационной раны более широким рубцом, чем планировалось. Рекомендации по уходу за раной: не мочить в течение 5 дней; не травмировать струп, обычный гигиенический уход за кожей вокруг струпа; явка на контрольный осмотр после схождения струпа, но не позднее 10 дней – 21 сентября 2017 года.

Из имеющейся в материалах дела переписки в мессенджере «Ватсап» между ФИО13 и ФИО15 следует, что12 сентября 2017 года ФИО13 вновь жаловалась ФИО15 на кровотечение из раны. 15 сентября 2017 года ФИО13 предъявлены претензии по поводу заживления раны, ФИО15 предложено явиться на осмотр в любой день при возможности (том 3 л.д.132-140).

Судом установлено, что после 11 сентября 2017 года ФИО13 для осмотра пластическим хирургом в ООО «КДФ» не являлась. Из пояснений ФИО16 следует, что она обращалась в другие медицинские учреждения за помощью, где ей было рекомендовано обратиться к хирургу общей практики.

Из медицинской карты амбулаторного больного №42011, заведенной ООО «Лечебно-диагностический медицинский центр «АКСИС» на имя ФИО13 следует, что 14 сентября 2017 года проведена консультация хирурга. Жалобы: на дискомфорт в области носа. Локальный статус: В области спинки носа определяется послеоперационный рубец с корочками до 1,5 см. Корочки частично удалены, произведена обработка раневой поверхности, наложены стягивающие стрипы. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Описание: после иссечения рубца.

15 сентября 2017 года проведена консультация хирурга. Жалобы: на инфицированную рану в области носа. Локальный статус: В области кончика носа определяется послеоперационная рана 20/5 мм с коричневыми корочками, под корочками имеются скудные гнойные выделения. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Описание: инфицированная. Назначения и рекомендации: произведено удаление корочек с раны, рана промыта раствором перекиси водорода, пронтосана, удален подкожный шов, края раны сопоставлены посредством стрипов.

20 сентября 2017 года проведена консультация хирурга. Жалобы: на рану в области носа. Локальный статус: В области спинки носа определяется послеоперационный рубец 1.5/4 мм заживающий вторичным натяжением. Произведено удаление корочек, рана промыта раствором перекиси водорода, наложены стрипы. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Описание: инфицированное состояние после операции по иссечению рубца носа 07 сентября 2017 года.

25 сентября 2017 года проведена консультация хирурга. Жалобы: на умеренный дискомфорт в области носа. Локальный статус: В области носа определяется послеоперационный рубец 1.5/2 мм, произведено удаление корочек, гнойных выделений нет. Края раны сведены посредством стрипов. Диагноз: 

<

данные изъяты>. 

29 сентября 2017 года проведена консультация хирурга. Жалобы: на момент осмотра не предъявляет. Локальный статус: В области перехода спинки на кончик носа имеется заживающий рубец 15 мм на 1 мм, наложен стрип на кожу. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Описание: стадия рубцевания.

Из материалов дела следует, что 26 сентября 2017 года истец ФИО13 обратилась в ООО «КДФ» с претензией, в которой указала на врачебную ошибку, имеющую негативные последствия для ее состояния, а именно при осмотре врач ФИО15 не предпринял никаких мер для улучшения заживления шрама, не заметил начавшегося воспалительного процесса и не назначил адекватного ситуации лечения. В медицинские документы внесены недостоверные сведения о размере шрама, о том, что вновь образовавшийся шрам может быть больше существующего истец не предупреждалась, в протоколе операции указано, что наложена асептическая повязка, однако повязка не накладывалась. В день операции истец в клинике в 14 часов не находилась, рекомендаций явиться на прием 21 сентября 2017 года лечащий врач не давал. Медицинская услуга оказана некачественно, в связи с чем ФИО13 требовала возместить причиненные убытки в сумме 14774 рубля и выплатить компенсацию морального вреда в сумме 200000 рублей (том 1 л.д.95-103).

12 октября 2017 года ООО «КДФ» дан ответ на претензию, в котором в удовлетворении требований ФИО13 было отказано, поскольку медицинская услуга была оказана качественно, истец нарушила физиологический процесс заживления раны, короткий послеоперационный временной промежуток не позволяет в полном объеме судить о конечном результате косметологической операции (том 1 л.д. 92-93).

Приговором мирового судьи судебного участка №1 Пролетарского района г.Твери от 18 февраля 2019 года ФИО15 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.118 УК РФ, а именно в причинении тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей. Приговором назначено наказание в виде 2 лет ограничения свободы.

Апелляционным постановлением Пролетарского районного суда г.Твери от 02 декабря 2019 года приговор мирового судьи судебного участка №1 Пролетарского района г.Твери от 18 февраля 2019 года в отношении ФИО15 отменен, уголовное дело прекращено в соответствии с п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ за истечением срока давности уголовного преследования.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В данном случае у суда отсутствует обязанность признавать без дополнительной проверки те или иные обстоятельства, изложенные в указанных судебных актах, преюдициального значения они для разрешения настоящего гражданского дела не имеют.

Истец ФИО13 в обоснование исковых требований ссылается на Заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы №226 от 30 ноября 2017 года и Заключение дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы №153 от 27 июля 2017 года, проведенные в ГКУ «БСМЭ», из которых следует, что при оказании медицинской помощи ФИО13 в ООО «КДФ» выявлены дефекты в тактике ее лечения. Методика операции, проведенной ФИО13, была выбрана неправильно. В истории болезни записано: «кожа носа толстая, малоподвижная». Такое состояние кожных покровов является противопоказанием для иссечения рубцов. Небольшие атрофические рубцы, каковым являлся рубец у ФИО13, не удаляются, а оперируются с использованием методики «встречных треугольных лоскутов». Это общепринятая тактика лечения подобных повреждений. В частности, об этом говорится в учебнике ФИО17 «Пластическая реконструктивная и эстетическая хирургия» - Санкт-Петербург, «Гиппократ»,1998. Метод асептической (противовоспалительной) обработки при оперативном вмешательстве и в послеоперационном периоде также выбран неверно. В данном случае было показано наложение асептической повязки. Использование перманганата калия было возможно, но только в виде 0.2-0.5% раствора. Применение 5% и 10% раствора было противопоказано, так как в этой концентрации перманганат калия оказывал на кожу дубящее и раздражающее действие, что усугубило последствия оперативного вмешательства. Для устранения имеющегося у ФИО13 рубца требуется оперативное вмешательство, в связи с чем данный рубец относится к неизгладимым повреждениям. Первые признаки воспаления послеоперационной раны в виде гиперемии, отека и расхождения краев раны зафиксированы пластическим хирургом ФИО15 при осмотре ФИО13 11 сентября 2017 года. На момент ее осмотра хирургом ФИО1 15 сентября 2017 года уже имелось гнойное отделяемое. Врачом ФИО2 обработка раневой поверхности проведена правильно и в полном объеме, отвечала требованиям соответствующих нормативных документов. Медицинские мероприятия, проведенные ФИО3 какого-либо отрицательного влияния на заживление раны и формирование послеопреационного рубца оказать не могли. Последствия оперативного вмешательства в виде образования у ФИО13 неизгладимого рубца связаны с хирургическим вмешательством и последующим ее ведением в послеоперационном периоде, хирургом ФИО15

Оценив данное заключение по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд не может признать его достоверным, поскольку выводы экспертов категоричны, однако никак необоснованы. Кроме того, осмотр ФИО13 произведен 16 ноября 2017 года, то есть спустя чуть более двух месяцев после операции, тогда как окончательное формирование рубцовой ткани происходит в течение 1-1,5 лет.

В этой связи, ходе рассмотрения настоящего гражданского дела судом по ходатайству представителя ответчика ООО «КДФ» была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ООО «Независимая медицинская экспертиза ТГМУ» ФИО4 с привлечением эксперта ФИО5

Согласно выводов судебной медицинской экспертизы, изложенных в Заключении №001/2020 от 10 апреля 2020 года, на момент первичного обращения 25 августа 2017 года у ФИО13 имелся поперечный атрофический рубец длиной около 1 см и шириной 4-5 мм в области спинки носа, который был результатом ринопластики, проведенной в 2016 году. При этом ткани носа плотные, малоподвижные. Кончик носа и ноздри деформированы за счет избыточной резекции хрящей крыльев носа. Адаптация краев раны неудовлетворительная, ступенькообразная, что обусловлено заживлением деформирующим рубцом. Носовое дыхание затруднено. Рубец в области спинки носа у ФИО13 изначально являлся полностью неизгладимым. Последующие медицинские операции были направлены на улучшение допущенного дефекта – рубца в области спинки носа, который образовался в результате ринопластики. Полностью удалить рубец хирургическим способом не представляется возможным, цель последующих оперативных вмешательств – улучшение качества рубца, при возможности максимальное уменьшение его размера.

Утвержденных методик проведения оперативного вмешательства по иссечению послеоперационного рубца на лицевой части головы не существует. Каждый врач при осмотре пациента с учетом морфологических изменений выбирает методику оперативного вмешательства и последующего лечения индивидуально. Медицинских стандартов оказания медицинской помощи по ведению больных и косметических оперативных вмешательств в области спинки носа, на сегодняшний день не существует. Имеются различные методики кожной пластики, которыми пользуются в пластической хирургии. Учитывая то, что при первичном обращении у ФИО13 имелся атрофический рубец в области спинки носа, ФИО15 выбрал один из рекомендуемых методик по изменению рубцовой площади с целью улучшения косметического дефекта. Каких либо недостатков оказания медицинской помощи ФИО13 в ООО «КДФ», вызвавших ухудшение состояния, согласно представленным медицинским данным, не выявлено. Рубец на спинке носа до оперативного вмешательства имел размеры «длиной около 1 см, шириной 4-5 мм», после оперативного вмешательства стал уже с 4-5 мм до 1 мм, однако длинней -15 мм.

В связи с наличием сомнений в обоснованности выводов вышеуказанной судебной экспертизы, судом по настоящему делу назначалась повторная экспертиза, проведение которой было поручено ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздрава России».

Из Заключения эксперта №191/20 от 15 октября 2020 года, составленного экспертами ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздрава России» ФИО6, ФИО7, ФИО8 следует, что 28 сентября 2020 года состоялся судебно-медицинский осмотр ФИО13 При осмотре членами экспертной комиссии установлено: в средней части спинки носа имеется послеоперационный рубец, который начинается от верхней части правого крыла, идет через спинку носа и заканчивается в области ската носа. По длиннику размер рубца 2,0 см, самая широкая часть – 2-2.5 мм, узкая 1 - мм. Рубец бледный, атрофический, имеет место втяжение по рубцу, которое составляет 1 мм, края рубца сглажены, имеется дефицит объема тканей по длиннику рубца. Втяжение отмечается не по всему длиннику. Наибольшее – в области левой половинки и ската носа. Рубец частично (в области втяжения) спаян с подлежащими тканями. Втяжение (западение) образует выраженную валикообразную ступеньку сверху и менее выраженное валикообразное возвышение снизу; указанное втяжение создает общий вид выраженной неровности спинки носа (вид в профиль). Послеоперационная рана зажила первичным натяжением, признаков заживления вторичным натяжением нет.

«Обязательных требований медицинских стандартов» по иссечению рубцовой ткани, утвержденных Приказами Минздрава РФ не существует. Медицинская помощь, оказанная ФИО13 в ООО «КДФ», соответствовала Приказу Минздрава России от 30 октября 2012 года №555н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия», а также общепринятым медицинским данным в отношении иссечения рубцов. 

ФИО13 обратилась в ООО «КДФ» с жалобами на поперечный рубец в области спинки носа, образовавшийся после ринопластики, проведенной в другом медицинском учреждении «около 1,5-2 лет назад». При судебно-медицинском осмотре ФИО13 сообщила, что оперативное вмешательство было в марте 2016 года. Пластическим хирургом ООО «КДФ» было зафиксировано, что в области спинки носа имел место поперечный атрофический рубец длиной около 1 см, шириной 4-5 мм. Также отмечалось, что ткани носа малоподвижные, плотные, кожа толстая. Было рекомендовано выполнить иссечение рубца с широкой мобилизацией краев раны, двуслойным ушиванием краев раны для лучшей прочности шва и адаптации краев раны. 

Отмечается, что существуют консервативные и хирургические методы, позволяющие улучшить качество рубцов. Образование рубца - это неотъемлемое следствие любого хирургического вмешательства, полностью убрать рубцы невозможно, рубец на теле остается на всю жизнь. Выбор метода улучшения внешнего вида рубца в эстетической медицине – это выбор как врача так и пациента. Во время судебно-медицинского осмотра ФИО13 сообщила, что неоднократно использовала консервативные методы (шлифовка, мази), которые не дали положительных результатов. Пациентка выбрала именно хирургическую методику для улучшения внешнего вида.

Хирургический метод, который целесообразно было применить в данном случае (с учетом эстетических показаний) это метод иссечения рубца с мобилизацией краев раны. Другие возможные методы (например, метод треугольных лоскутов), направленные на улучшение внешнего вида рубца, в данном случае были возможны, но нецелесообразны, так как эстетический результат на спинке носа был бы сомнительным. При методике иссечения широкого рубца (какой имел место у ФИО13), предполагаемый рубец должен был быть уже и длиннее.

У ФИО13 имелись как благоприятные так и неблагоприятные условия для заживления раны. Благоприятные условия характеризуются минимальным или умеренным расхождением краев раны вследствие эластического сокращения тканей, то есть края раны могут быть сближены по линии шва. В зонах с небольшой толщиной и небольшой подвижностью благоприятных условий достичь затруднительно. Так, обычно ткани на спинке носа имеют небольшую подвижность и небольшую толщину, что относится к неблагоприятным условиям (теоретически). Однако, у ФИО13 достаточно плотная и толстая кожа, что подтверждается как записями в медицинской карте перед оперативным вмешательством, так и результатами судебно-медицинского осмотра. Наличие плотной и толстой кожи исключало одно из неблагоприятных условий. В связи с этим, небольшую подвижность мягких тканей на спинке носа можно было компенсировать значительной толщиной для достижения благоприятных условий для закрытия раны. Таким образом, при выборе хирургического метода иссечения рубца на спинке носа ФИО13, прогноз для отсутствия расхождения краев раны или минимального их расхождения был относительно благоприятным.

Таким образом, учитывая, что консервативные методы, направленные на улучшение внешнего вида рубца были малоэффективны, учитывая желание пациентки, хирургический метод был выбран правильно. Временной период, прошедший после ринопластики в марте 2016 года, с учетом формирования рубцовой ткани 1-1,5 года также был соблюден. 

В соответствии с п.п.10-11 Приложения №1 Приказа Минздрава России от 30 октября 2012 года №555н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия», перед выполнением оперативного вмешательства ФИО13 прошла первичное обследование, консультацию оториноларинголога. Противопоказаний к проведению операции не имелось.

Послеоперационная рана была ушита внутренним и наружным швом, зафиксирована лейкопластырными повязками (стрипы) по концам раны, асептическая повязка не накладывалась. Применение лейкопластырных повязок по концам раны было верным, поскольку наружный внутрикожный шов также выполнял функцию стяжения краев раны. Необходимости в наложении асептической повязки не имелось.

В послеоперационном периоде на вторые и третьи сутки отмечалось сукровичное отделяемое из раны, в связи с чем ФИО13 была осмотрена пластическим хирургом на 4-е послеоперационные сутки. При осмотре была отмечена несостоятельность поверхностного кожного шва и расхождение краев раны на 2 мм. По каким причинам была несостоятельность кожного шва по представленным медицинским документам высказаться не представляется возможным. Однако, расхождение краев раны на 2 мм относится к умеренному расхождению краев и не является неблагоприятным для заживления раны. Врачом была избрана правильная тактика лечения послеоперационной раны – снятие поверхностного шва и продолжение заживления раны «под струпом», поскольку дальнейшее иссечение тканей было невозможно из-за дефицита самих тканей. ФИО13 были даны правильные адекватные рекомендации: не мочить рану в течение 5 дней, не травмировать, контрольный осмотр после схождения струпа. Необходимости в антибактериальной терапии не имелось, поскольку рана инфицирована не была.

Далее ФИО13 в ООО «КДФ» за оказанием медицинской помощи не обращалась.

Таким образом, медицинская помощь ФИО13 в ООО «КДФ» в предоперационном периоде, во время оперативного вмешательства, в послеоперационном периоде была оказана правильно, соответствовала общепризнанным медицинским данным по реконструктивной и эстетической пластической хирургии.

В результате оперативного вмешательства рубец в области спинки носа у ФИО13 стал уже на 2-3 мм и длиннее на 1 см. При методике иссечения широкого рубца (какой имел место у ФИО13), предполагаемый рубец должен был быть уже и длиннее. Проведение оперативного вмешательства по иссечению рубца визуально (по сравнению с фотоснимками) не повлекло за собой уменьшение западения тканей, также как и не повлекло увеличение западения рубцовой ткани относительно общего уровня кожного покрова на носу. Высказаться более объективно (с применением количественных параметров) не представляется возможным в связи с тем, что замеры втяжения до операции 07 сентября 2017 года не проводились.

ФИО13 при судебно-медицинском осмотре предъявила жалобы:

- на увеличение длины рубца. Увеличение рубца по длиннику после иссечения первичного рубца закономерно, в связи с тем, что иссечение рубцов невозможно без увеличения длины нового рубца, о чем пациент должен был быть предупрежден перед оперативным вмешательством. Была ли предупреждена о методике и технике выполнения оперативного вмешательства ФИО13 высказаться не представляется возможным.

- на западение рубца по всей длине, глубокий рубец. Объективно у ФИО13 рубец атрофический, имеет место втяжение по рубцу, которое составляет 1 мм, края рубца сглажены, имеется дефицит объема тканей по длиннику рубца. Втяжение отмечается не по всему длиннику. Наибольшее – в области левой половинки и ската носа. Рубец частично (в области втяжения) спаян с подлежащими тканями. Таким образом, при судебно-медицинском осмотре не установлено втяжения по всей длине, уровень западения не стал больше, чем был перед операцией 07 сентября 2017 года (визуально по сравнению с фотографиями). Высказаться более объективно (с применением количественных параметров) не представляется возможным в связи с тем, что замеры втяжения до операции 07 сентября 2017 года не проводились.

Отмечено, что у ФИО13 имело место стандартное заживление первичным натяжением. Признаков заживления вторичным натяжением не имелось. Над верхней губой справа имеется белесоватый линейный рубец также носящий атрофический характер. Атрофические рубцы относится к нормальному типу заживления, к неосложенному заживлению ран. Не исключено, что заживление ран с образованием атрофических рубцов относится к индивидуальным особенностям заживления поврежденных тканей у ФИО13, о чем свидетельствует наличие атрофического рубца над левой губой справа, наличие атрофического рубца после ринопластики (2016 год), наличие атрофического рубца после иссечения рубца на носу (2017 год). Более достоверно и утвердительно высказаться по данному поводу не представляется возможным в связи с отсутствием каких-либо других рубцов на теле ФИО13 (с ее слов) и невозможностью провести сравнение.

На 7-е сутки после операции ФИО13 обратилась за амбулатрной медицинской помощью по месту жительства. В медицинской карте указано, сто «корочки частично удалены, произведена обработка раневой поверхности, наложены стягивающие стрипы». Данных об инфицировании раны нет. С какой целью были удалены корочки, каким именно образом (были удалены корочки, свободно отходившие или было произведено насильственное их удаление), была ли необходимость в их удалении, как была произведена обработка раневой поверхности – экспертной комиссией не установлено, в связи с тем, что записи в карте по этому поводу отсутствуют.

На следующий день, то есть на 8-е операционные сутки, хирургом по месту жительства отмечено, что «под корочками имеется скудное гнойное отделяемое», корочки с раны удалены, рана промыта раствором перекиси водорода, подкожный шов удален. Установлен диагноз «

<

данные изъяты>». В последующем ФИО13 обращалась за медицинской помощью 20 сентября 2017 года и 25 сентября 2017 года, где ей при обработке раны удалены корочки, гнойного отделяемого и признаков инфицирования не отмечалось.

Несмотря на поставленный диагноз «

<

данные изъяты>» достоверно высказаться об инфицировании послеоперационной раны не представляется возможным, поскольку отсутствует основной признак, который характеризует послеоперационные инфицированные раны – заживление вторичным натяжением, образование гипертрофического рубца. У ФИО13 не имелось патологического заживления раны, заживление прошло первичным натяжением с образованием атрофического рубца, что характерно для закономерного неосложненного инфицированием послеоперационного процесса. В любом случае, возможно незначительное инфицирование, которое зафиксировано на 8-е сутки послеоперационного периода и на 4-е сутки после снятия наружного шва с обработкой раны для заживления под струпом, исключает попадание инфекции (по временному признаку) при оказании помощи в ООО «КДФ».

Отмечается, что заживление раны под струпом предполагает минимальную травматизацию в связи с тем, что корочки (струп) должны отходить самостоятельно, насильственное их отделение может повлечь как инфицирование раны, так и увеличение площади раневой поверхности, а, следовательно, увеличение площади рубца, возможность заживления вторичным натяжением. Каким образом были удалены корочки у ФИО13 за день до появления «скудного гнойного отделяемого», высказаться не представляется возможным.

Не представляется возможным объективно и достоверно высказаться о том, соответствовала ли медицинская помощь, оказанная ФИО13 в ООО «Лечебно-диагностический медицинский центр «АКСИС» общепринятым медицинским данным. Данный этап медицинской помощи экспертной комиссии оценить затруднительно, в связи со скудными записями в медицинской карте: не описано состояние послеоперационной раны первично, с какой целью удалялись корочки как при первичном осмотре, так и последующих. Ответить, была ли необходимость удаления струпа не представляется возможным.

Оценив заключение повторной судебно-медицинской экспертизы, сравнивая соответствие заключения поставленным перед экспертами вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно полностью соответствует требованиям гражданско-процессуального закона, выполнено специалистами, квалификация которых сомнений не вызывает, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу ложного заключения, не заинтересованы в исходе дела, заключение основано на материалах гражданского и уголовного дел и медицинских документах ФИО13, при проведении экспертиза произведен судебно-медицинский осмотр ФИО13, на все поставленные вопросы даны ответы, выводы экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, представляются ясными, и понятными.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, в материалах дела не имеется. Выражая несогласие с выводами повторной судебно-медицинской экспертизы, ФИО13 каких-либо заслуживающих внимание доводов, позволяющих усомниться в ее достоверности, не привела.

Доказательства, полученные в ходе рассмотрения уголовного дела по обвинению ФИО15, на которые ссылаются стороны в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, в том числе показания допрошенных в качестве специалистов ФИО9, ФИО10, свидетелей ФИО11, ФИО12 не подтверждают и не опровергают выводы повторной судебно-медицинской экспертизы и учитываются судом с остальными доказательствами по гражданскому делу.

Таким образом, из имеющейся по настоящему гражданскому делу совокупности доказательств следует, что в результате оказанной ФИО13 в ООО «КДФ» медицинской помощи вред здоровью ФИО13 причинен не был, медицинская помощь ФИО13 в ООО «КДФ» в предоперационном периоде, во время оперативного вмешательства, в послеоперационном периоде была оказана правильно, соответствовала общепризнанным медицинским данным по реконструктивной и эстетической пластической хирургии.

Доводы ФИО13 о том, что после проведения операции в ОО «КДФ» состояние рубца ухудшилось и он стал более заметным основаны на субъективном восприятии ею своей внешности и недостижении ожидаемого результата от операции. Вместе с тем очевидно, что гарантировать желаемый пациентом результат операции по иссечению рубца невозможно, так как заживление ран индивидуально и зависит от множества трудно учитываемых факторов (анатомических особенностей, толщины кожи и т.д.). В этой связи, отсутствие желаемого ФИО13 результата от проведенной косметической операции нельзя считать недостатком (дефектом) оказания медицинской помощи.

Кроме того, в медицинской карте стационарного больного №929/2017 на имя ФИО13 содержится подписанное ею 07 сентября 2017 года Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство, в том числе переливание крови и ее компонентов, из которого следует, что ФИО13 была предупреждена возможности развития любых общехирургических осложнений (нагноение раны, кровотечение, тромбофлебит, тромбоэмболия, образование келоидных рубцов, параличи, некрозы лоскутов, парезы и др.), а также следующих осложнений, характерных для данной операции: послеоперационная инфекция, неблагоприятное формирование послеоперационного рубца, что может быть связано с особенностью организма пациента, временная отечность, образование локальных инфильтров, внутритканевых гематом, асимметрий; деформация кожной, костной или хрящевой ткани (внутренняя или наружная); возникновение септальной перфорации (разрыв носовой перегородки) или затруднение дыхания; преходящее или постоянное затруднение носового дыхания, негативная реакция на шовный материал, временное или постоянное нарушение чувствительности; неудовлетворительные эстетические результаты, а также иные последствия.

В указанном добровольном согласии также зафиксировано, что истец прочитала и поняла всю информацию о процедуре, предостапвленную сотрудником ООО «КДФ», имела возможность обсудить с врачом все интересующие или непонятные вопросы в этой области. На все вопросы получены удовлетворившие истца и понятные ответы. Перед направлением на оперативное лечение ей предоставлено время для обдумывания и принятия окончательного решения о необходимости проведения операции. Решение является свободным, осознанным и добровольным.

Из содержащегося в медицинской карте стационарного больного №929/2017 на имя ФИО13 подписанного ею 07 сентября 2017 года Информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство в отношении определенного вида медицинского вмешательства следует, что Арзуманян в доступной для нее форме были разъяснены цели, методы оказания медицинской помощи, связанны с ними риск, возможные варианты медицинских вмешательств, их последствия, в том числе вероятность развития осложнений, а также предполагаемые результаты оказания медицинской помощи.

Таким образом, до ФИО13 надлежащим образом была доведена вся информация об оказываемой ООО «КДФ» медицинской услуге по иссечению рубца, в том числе о возможном не достижении эстетического результата, что подразумевает возможность увеличения размеров рубца. Доводы ФИО13 об обратном носят исключительно эмоциональный характер и опровергаются материалами дела. ФИО13, действуя осознанно и добровольно, будучи надлежащим образом осведомленной о возможных последствиях оперативного вмешательства, согласилась на проведение операции.

Также суд учитывает, что ФИО13 было добровольно принято решение продолжить лечение послеоперационной раны не в ООО «КДФ», а в другом медицинском учреждении, что также могло сказаться на конечном результате.

Судом установлено, что в медицинской карте стационарного больного №929/2017 на имя ФИО13 содержатся недостоверные сведения о наложении асептической повязки после операции и нахождении истца ФИО13 в стационаре в 14 часов 07 сентября 2017 года.

Факт наличия асептической повязки после операции 07 сентября 2017 года стороной ответчика не доказан. Факт того, что ФИО13 покинула стационар до обхода врача установлен материалами уголовного дела. 

Вместе с тем, данный недостаток ведения медицинской документации не оказал негативного влияния на лечение истца.

Так, из заключения повторной судебно-медицинской экспертизы следует, что послеоперационная рана была ушита внутренним и наружным швом, зафиксирована лейкопластырными повязками (стрипы) по концам раны, асептическая повязка не накладывалась. Применение лейкопластырных повязок по концам раны было верным, поскольку наружный внутрикожный шов также выполнял функцию стяжения краев раны. Необходимости в наложении асептической повязки не имелось.

Также из материалов уголовного дела следует, что после операции врачом были даны рекомендации по уходу за послеоперационной раной и состояние ФИО13 позволяло ей покинуть стационар. Кроме того, истец ФИО13 в любое время могла получить консультацию врача по телефону и в мессенджере «Ватсап», что ей и было сделано.

Недостатков медицинских услуг, оказанных ФИО13 ООО «КДФ» не установлено, истцу была предоставлена полная и достоверная информация об оказываемой ООО «КДФ» медицинской услуге, в связи с чем основания для возложения ответственности в виде возмещения убытков и морального вреда, причиненных вследствие предоставления неполной и достоверной информации отсутствуют.

Права истца ФИО13 как потребителя нарушены не были.

Исходя из установленных по настоящему гражданскому делу обстоятельств, учитывая, что истцом ФИО13 не доказано причинение вреда здоровью в результате оказанной в ООО «КДФ» медицинской услуги по иссечению рубца на спинке носа, при этом медицинская помощь ФИО13 в ООО «КДФ» в предоперационном периоде, во время оперативного вмешательства, в послеоперационном периоде была оказана правильно, соответствовала общепризнанным медицинским данным по реконструктивной и эстетической пластической хирургии, права истца как потребителя при оказании ей медицинской услуги нарушены не были, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о возмещении убытков в сумме 18054 рубля и компенсации морального вреда в сумме 1000000 рублей, а также штрафа, предусмотренного п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителя.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. 

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст.88 ГПК РФ).

Ответчиком ООО «КДФ» понесены расходы на оплату судебно-медицинской экспертизы в сумме 41074 рубля, что подтверждается платежным поручением №602 от 26 мая 2020 года (том 2 л.д.169) и на оплату повторной судебно-медицинской экспертизы в сумме 196189 рублей, что подтверждается платежным поручением №1005 от 27 августа 2020 года с учетом возврата экспертным учреждением 11 209 рублей. Общая сумма судебных расходов составляет 237263 рубля.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме, судебные расходы ответчика ООО «КДФ» подлежат возмещению истцом.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 193 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО13 к обществу с ограниченной ответственностью «Клиника Доктора Фомина» отказать в полном объеме.

Взыскать с ФИО13 в пользу обществу с ограниченной ответственностью «Клиника Доктора Фомина» расходы по оплате судебных экспертиз в сумме 237263 (двести тридцать семь тысяч двести шестьдесят три) рубля.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Пролетарский районный суд г. Твери в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Е. В. Михайлова

Решение в окончательной форме изготовлено 23 декабря 2020 года.

Председательствующий Е. В. Михайлова

Дело № 2-28/2020