Судья Ботнарь Н.В. Дело № 12-122/2024 

УИД 37RS0022-01-2024-002537-31

РЕШЕНИЕ

город Иваново 13 сентября 2024 года

Судья Ивановского областного суда Войкин А.А.,

с участием лица, привлеченного к административной ответственности, ФИО1 у., его защитника Дадашова Э.Д.о., переводчика ФИО2 у.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по жалобе ФИО1 у. на постановление судьи Ленинского районного суда г. Иваново от 30 августа 2024 года №5-99/2024,

установил:

Постановлением судьи Ленинского районного суда г. Иваново от 30 августа 2024 года №5-99/2024 ФИО1 у., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 2 000 рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации в форме контролируемого самостоятельного выезда. 

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 у. просит его отменить, производство по делу прекратить в связи с недоказанностью его вины, указывая на немотивированность, незаконность, необоснованность и несправедливость обжалуемого постановления, приводя в обоснование позиции следующие доводы:

- полагает, что его вина в совершении правонарушения не доказана, а доводы должностных лиц основаны на предположении;

- указывает, что из-за большого числа задержанных иностранных граждан протокол об административном правонарушении был составлен в его отсутствии, суть и содержание протокола ему не сообщались, права не разъяснялись; переводчик об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ не предупреждался;

- указывает, что протоколы до настоящего времени не переведены на его родной язык и не выданы ему на руки; переводчик свои обязанности не выполнил; 

- полагает, что протокол не подписан должностным лицом, его составившим;

- в материалах дела отсутствуют протоколы его задержания и доставления;

- полагает, что судом не проводилась проверка административного дела, поскольку судебное заседание длилось 2-3 минуты, что указывает на формальный подход суда к рассмотрению дела с учетом большого количества задержанных иностранных граждан;

- указывает, что суд не разъяснил права и обязанности участвующим лицам, не сообщил, кем и какое дело рассматривается, не выяснил наличие отводов и ходатайств, не разъяснил право обжалования постановления;

- считает, что судьей было допущено внепроцессуальное общение с должностным лицом в своем кабинете;

- полагает что судом не установлена субъективная и объективная стороны правонарушения, доказательства не получили оценки на предмет их относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность – достаточности;

- считает, что судом не установлены причины и условия, способствовавшие совершению правонарушения, а именно не выяснены причины уклонения от выезда и объективные обстоятельства, препятствующие выезду за пределы Российской Федерации в установленном законом порядке;

- указывает, что постановление переводчиком также не переведено. 

Явившимся в судебное заседание ФИО1 у. и его защитнику Дадашову Э.Д.о. были разъяснены права, предусмотренные ст.51 Конституции РФ, ст.25.1 и ст.25.5 КоАП РФ соответственно. Отводов и ходатайств заявлено не было.

Переводчику ФИО2 у. разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.25.10 КоАП РФ и ответственность по ст.17.9 КоАП РФ. 

В ходе судебного заседания ФИО1 у. и его защитник Дадашов Э.Д.о. доводы жалобы поддержали в полном объеме и просили ее удовлетворить. ФИО1 у. дополнительно сообщил, что он не выехал за пределы Российской Федерации в связи с трудным материальным положением, а также поскольку в течение 15-20 дней болел в марте 2024 года. При этом за медицинской помощью не обращался, подтверждающих документов не имеет. Подтвердил, что заявления и документы для получения вида на жительство, временного убежища, патента, а также ходатайства о признании беженцем не подавал. Близких родственников и имущества на территории России он не имеет.

Защитник Дадашов Э.Д.о. дополнительно полагал, что у ФИО1 у. не брались объяснения, поскольку изложенная в соответствующем протоколе информация об отсутствии патента противоречит сведениям в материалах дела о наличии у него патента до марта 2024 года.

Выслушав участвующих в деле лиц, изучив доводы жалобы, проверив материалы дела в полном объеме в соответствии с положениями ч.3 ст.30.6, ст.30.9 КоАП РФ, прихожу к следующим выводам.

Положениями ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение иностранным гражданином или лицом без гражданства режима пребывания (проживания) в Российской Федерации, выразившееся в том числе в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», Федеральный закон № 115-ФЗ).

Согласно ст. 2 названного Федерального закона законно находящимся в Российской Федерации иностранным гражданином признается лицо, имеющее действительные вид на жительство, либо разрешение на временное проживание, либо визу и (или) миграционную карту, либо иные предусмотренные федеральным законом или международным договором Российской Федерации документы, подтверждающие право иностранного гражданина на пребывание (проживание) в Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 5 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также в случае, если такой срок не продлен в соответствии с настоящим Федеральным законом. При этом непрерывный срок временного пребывания в Российской Федерации указанного иностранного гражданина не может превышать девяносто суток. Временно пребывающий в Российской Федерации иностранный гражданин обязан выехать из Российской Федерации по истечении срока действия его визы или иного срока временного пребывания, установленного настоящим Федеральным законом или международным договором Российской Федерации.

В силу ст. 25.10 Федерального закона от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (далее Федеральный закон № 114-ФЗ) иностранный гражданин или лицо без гражданства, въехавшие на территорию Российской Федерации с нарушением установленных правил, либо не имеющие документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, либо утратившие такие документы и не обратившиеся с соответствующим заявлением в территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, либо уклоняющиеся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, а равно нарушившие правила транзитного проезда через территорию Российской Федерации, являются незаконно находящимися на территории Российской Федерации и несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как следует из протокола об административном правонарушении и установлено судьей районного суда, 29 августа 2024 года в 11 часов 30 минут в ОМВД России по 

<

адрес> ходе проверки документов было обнаружено, что гражданин Республики Узбекистан ФИО1 у., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, допустил нарушение режима пребывания в Российской Федерации, выразившееся в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания 26 июня 2024 года по настоящее время, чем нарушил требования части 2 статьи 5 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации».

При этом из материалов дела следует, что ФИО1 у., являясь гражданином Республики Узбекистан, въехал на территорию Российской Федерации 26 марта 2024 года с целью трудовой деятельности, после чего ее не покидал. 

Признавая ФИО1 у. виновным в указанном правонарушении, судья районного суда пришел к выводу о том, что факт его совершения при вышеизложенных обстоятельствах подтвержден представленными в деле доказательствами, в числе которых: 

- протокол об административном правонарушении, № № от 29 августа 2024 года, в котором приведены обстоятельства выявленного правонарушения; 

- копия паспорта Республики Узбекистан со сроком действия до 09 января 2031 года, который свидетельствует о правильном установлении личности ФИО1 у. и содержит сведения о последнем пересечении границы Российской Федерации 26 марта 2024 года;

- рапорт от 29 августа 2024 года согласно которому заместитель начальника ОИК УВМ УМВД России по ивановской области сообщает о выявлении 29 августа 2024 года в рамках отработки КУСП №4145 от 28 августа 2024 года совместно с сотрудниками ЦПЭ, ООПАЗ, ОБППСП УМВД России по Ивановской области по адресу 

<

адрес> 30 иностранных граждан, в том числе ФИО1 у.., осуществляющий трудовую деятельность без патента и уклоняющийся от выезда за пределы территории Российской Федерации;

- объяснения ФИО1 у.от 29 августа 2024 года, полученными с участием переводчика, в которых он подтвердил отсутствие у него документов, дающих ему право на пребывание на территории России, а также уклонения от выезда за пределы Российской Федерации после 26 июня 2024 года, указав о последнем прибытии на территорию России 26 марта 2024 года; также в своих объяснениях ФИО17 указал, что трудовой договор с работодателем он не заключал, патента не имеет, который не оформил из-за отсутствии денежных средств; также сообщил, что документы о получении вида на жительство, разрешение на временное пребывание, регистрацию по месту пребывания не подавал;

а также иные материаламы дела, в т.ч. подробно приведенные в обжалуемом постановлении.

С данными выводами судьи следует согласиться. 

Вопреки доводам жалобы, требования ст. 24.1 КоАП РФ о всестороннем, полном, объективном и своевременном выяснении обстоятельств совершенного административного правонарушения судьей районного суда соблюдены. Предусмотренные ст. 26.1 КоАП РФ обстоятельства, подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении, установлены. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст.ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не усматривается. Какой-либо односторонности, предвзятости при рассмотрении дела не усматривается.

Собранные по делу доказательства получили надлежащую оценку по правилам ст.26.11 КоАП РФ на предмет их относимости, допустимости и достоверности, а их совокупности – достаточности для вынесения обжалуемого постановления. 

При этом правильность выводов суда первой инстанции подтверждается и дополнительно представленными по запросу Ивановского областного суда документами:

- информацией ВРИО начальника УВМ УМВД России по Ивановской области от 13 сентября 2024 года, согласно которой ФИО1 у. с ходатайством о предоставлении статуса беженца (временного убежища), на территории Российской Федерации, с заявлением о выдаче вида на жительство в Российской Федерации не обращался; 

- сведениями АС ЦБДУИГ ФМС России, согласно которым ФИО1 у. въехал на территорию Российской Федерации 26 марта 2024 года с целью трудовой деятельности, ранее неоднократно проживал на территории Российской Федерации, в том числе 07 марта 2023 года оформлял пантент на работу, выехал за пределы России 26 февраля 2024 года;

а также вышеизложенными объяснениями ФИО1 у. в судебном заседании при рассмотрении настоящей жалобы. 

При этом, вопреки доводам жалобы суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для признания протокола об административном правонарушении недопустимым доказательством.

Протокол об административном правонарушении № от 29 августа 2024 года содержит все предусмотренные ч.2 ст.28.2 КоАП РФ сведения и составлен надлежащим должностным лицом – УУП и ПДН ОМВД России по Ленинскому району г. Иваново капитаном полиции ФИО7, и, вопреки доводам стороны защиты удостоверен его подписью и расшифровкой в данном протоколе. Оснований полагать, что протокол составлялся при иных обстоятельствах, нежели изложены в нем, суд не усматривает, каких-либо достоверных доказательств в подтверждение соответствующих доводов стороной защиты не представлено и в материалах дела не приведено. 

По смыслу частей 3 и 4 ст.28.2 КоАП РФ права участникам производства по делу разъясняются при составлении протокола, о чем делается запись в протоколе, после составления протокола физическому лицу, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность ознакомления с данным протоколом об административном правонарушении, они вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые прилагаются к протоколу.

Вопреки позиции стороны защиты соответствующие обязанности при составлении протокола вышеуказанным должностным лицом выполнены: протокол содержит сведения о разъяснении прав всем лицам, участвующим при его составлении, и их подписи: лицу, привлекаемому к административной ответственности прав, предусмотренных ст.25.1 КоАП РФ; переводчику ФИО2 у. – прав и обязанностей, предусмотренных ст.25.10 КоАП РФ, и ответственности, предусмотренной ст.17.9 КоАП РФ. 

При этом ни ФИО1 у., ни переводчиком каких-либо замечаний при подписании протокола заявлено не было. Доводы стороны защиты о том, что переводчик ему не предоставлялся, перевод протокола не осуществлялся опровергаются материалами дела, а именно согласно тексту протокола, в нем содержится указание переводчика ФИО2 у. о его переводе ФИО1 у.. 

Вопреки позиции защитника в протоколе в графе о разъяснении прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ, содержится подпись ФИО1 у.. Кроме того, сведения о разъяснении ФИО1 у. прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ и ст.25.1 КоАП РФ 29 августа 2024 года также содержатся как в его объяснениях от той же даты, так и в соответствующей расписке также от 29 августа 2024 года (л.д.15). 

Каких-либо сведений о заявлении ФИО1 у. в адрес должностного лица каких-либо ходатайств в соответствии с требованиями 24.4 КоАП РФ, в том числе об обеспечении участия защитника, материалы дела не содержат. Напротив, в вышеуказанной расписке ФИО1 у. указано об отсутствии ходатайств. 

С учетом того, что протокол об административном правонарушении был переведен устно, а его копия вручена ФИО1 у., что подтверждается соответствующей подписью, отсутствие сведений об обстоятельствах осуществления письменного перевода указанного протокола не нарушает права ФИО1 у., возражений последний в связи с отсутствием письменного перевода текста протокола не высказывал; ходатайств об отводе переводчика, о письменном переводе процессуальных документов на его родной язык не заявлялось. 

Таким образом, протокол об административном правонарушении составлен с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП РФ, процессуальные права ФИО1 у. при его оформлении соблюдены. Сам протокол при рассмотрении дела обоснованно оценен в качестве допустимого доказательства.

Оснований для признания недопустимым доказательством объяснений ФИО1 у. от 29 августа 2024 года не усматривается. Отсутствие в указанных объяснениях упоминания ранее полученного ФИО1 у. патента, срок действия которого на момент въезда на территорию России истек, не свидетельствует об их недостоверности.

Действия ФИО1 у. квалифицированы по ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и нормами действующего законодательства, подлежащего применению в данном деле. 

Доводы стороны защиты о наличии у ФИО1 у. объективных препятствий для выезда за пределы России после 26 июня 2024 года в связи с болезнью являются голословными и какими-либо доказательствами не подтверждаются. Более того, указанный ФИО1 у.. в судебном заседании период болезни (в марте 2024 года) не препятствовал его выезду с учетом истечения разрешенного срока пребывания в июне 2024 года. Отсутствие у ФИО1 у. денежных средств с учетом его прибытия на территорию России с целью осуществления трудовой деятельности не освобождает его от обязанности соблюдения требований законодательства Российской Федерации.

Существенных процессуальных нарушений, влекущих отмену обжалуемого постановления, со стороны суда первой инстанции также не допущено.

Вопреки позиции стороны защиты, при рассмотрении дела в районном суде ФИО1 у. были разъяснены его процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ, в том числе право на заявление ходатайств и отводов (л.д.24). При этом каких-либо сведений о том, что ФИО1 у. были заявлены ходатайства, в порядке, предусмотренном ст.24.4 КоАП РФ, а равно отводы материалы дела не содержат.

В качестве переводчика в судебном заседании участвовал ФИО2 у., которому были разъяснены процессуальные права, обязанности, переводчик предупрежден об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ за заведомо неправильный перевод (л.д.23).

Представленные в материалах дела расписки в совокупности с указанием в обжалуемом постановлении с достоверностью подтверждают факт разъяснения участникам судебного заседания их процессуальных прав, а переводчику также обязанностей и ответственности. Оснований ставить под сомнения соответствующие обстоятельства не усматривается, каких-либо доказательств, опровергающих достоверность указанных сведений не представлено.

Доводы жалобы о рассмотрении судьей районного суда дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 у. в течении краткого промежутка времени без разъяснения прав и исследования материалов, наличии внепроцессуального общения между судьей и должностным лицом отдела полиции, нарушении тайны совещательной комнаты являются голословными и опровергаются заключением по результатам служебной проверки от 13 сентября 2024 г., проведенной Ленинским районным судом г. Иваново, согласно которому в ходе проведенных проверочных мероприятий, соответствующие утверждения ФИО1 у., в т.ч. о внепроцессуальном общении сотрудников полиции и судьи районного суда не нашли своего подтверждения.

В свою очередь указание в протоколе на выявление правонарушения в помещении ОМВД России по 

<

адрес> при наличии рапорта о непосредственном выявлении и пресечении совершенного ФИО1 у. по адресу 

<

адрес> этаже швейного производства не свидетельствует о незаконности обжалуемого постановления, поскольку каждый из указанных адресов относится к территориальной подсудности Ленинского районного суда г.Иваново.

Оснований для признания совершенного ФИО1 у. правонарушения малозначительным и освобождения от административной ответственности на основании ст. 2.9 КоАП РФ, не имеется.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с КоАП РФ. При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (части 1 и 2 статьи 4.1 КоАП РФ).

Данные требования закона при назначении ФИО1 у. административного наказания были выполнены. Каких-либо исключительных обстоятельств, которые могли бы быть рассмотрены в качестве оснований для неназначения ФИО1 у. административного наказания в виде административного выдворения, по делу не установлено, близких родственников – граждан Российской Федерации, а равно имущества на территории России он не имеет. Суд учитывает, что ФИО1 у., после последнего въезда на территорию России 26 марта 2024 года в течение длительного периода времени не принимал каких-либо мер по легализации своего пребывания (проживания) на территории Российской Федерации, при этом осуществляя трудовую деятельность без оформления необходимых документов, что свидетельствует о явном отсутствии у него лояльности к правопорядку страны пребывания. 

При установленных обстоятельствах назначение ФИО1 у. наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации следует признать действительно необходимым для достижения баланса публичных и частных интересов в производстве по делу об административном правонарушении, так как в сложившейся ситуации оно является единственно возможным способом достижения целей административного наказания, закрепленных ст. 3.1 КоАП РФ.

Отсутствие в постановлении сведений об органе, на который возлагается обязанность по контролю за исполнением дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации с учетом требований ч.7 ст.32.10 КоАП РФ существенным нарушением процессуальных требований не является.

При изложенных обстоятельствах постановление судьи является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

Постановление судьи Ленинского районного суда г. Иваново от 30 августа 2024 года №5-99/2024 о привлечении ФИО1 у. к административной ответственности по ч.1.1 ст. 18.8 КоАП РФ, оставить без изменения, жалобу ФИО1 у. – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Войкин А.А.