Гражданское дело № 2-507/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 февраля 2018 года 

Октябрьский районный суд г.Тамбова в составе:

председательствующего судьи Дьяковой С.А..,

при секретаре Ивановой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Тамбовская сетевая компания» о признании исчисления НДФЛ неправомерным, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Тамбовская сетевая компания» о признании исчисления НДФЛ с выходного пособия в размере трех должностных окладов (123815 руб.) неправомерным, взыскании компенсации морального вреда в размере 25000 руб. 

В обоснование иска указав, что с 01.11.2008 г. он работал в ОАО «Тамбовская сетевая компания» в должности заместителя генерального директора – 

<

данные изъяты>. Приказом от 10.03.2016 г. Он был уволен с занимаемой должности по соглашению сторон (п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ). 

При увольнении ему было выплачено выходное пособие в размере трех должностных окладов, что составило 952 419 руб. и не превышает в целом трехкратного размера среднего месячного заработка. 

21.02.2017 г. АО «Тамбовская сетевая компания» направило ему письмо 

<

данные изъяты> в котором уведомило, что с суммы выходного пособия был исчислен налог на доходы физических лиц в размере 13%, что составляет 123 815 руб., который подлежит уплате им в бюджет не позднее 01.12.2017 г.

С действиями ответчика не согласен, так как в силу п.3 ст.217 НК РФ освобождаются от обложения налогом на доходы физических лиц компенсационные выплаты, связанные с увольнением работников, предусмотренные коллективным и трудовым договорами, независимо от основания, по которому производится увольнение. Незаконность действий согласуется с сообщением Федеральной налоговой службы и Министерства финансов РФ от 23.04.2015 г. 

<

данные изъяты> сообщением Министерства финансов РФ 

<

данные изъяты> от 09.06.2017 г., 

<

данные изъяты> от 21.02.2017 г., а также в определении Верховного суда РФ от 16.06.2017 г. 

<

данные изъяты>

14.11.2017 г. им было направлено в АО «Тамбовская сетевая компания» письмо с просьбой направить уточненную информацию в налоговую инспекцию с исключением суммы выходного пособия из налогооблагаемой базы для расчета НДФЛ, на которые не был получен ответ, в связи с чем, обратился в суд с данными требованиями.

Определением суда от 06.02.2018 г. по данному делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, было привлечено ИФНС России по г.Тамбову.

Определением суда от 13.02.2018 г. в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, было привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Тамбовской области. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, указанным в иске. 

Представители ответчиков АО «Тамбовская сетевая компания» по доверенности ФИО2, ФИО3 исковые требования не признали, пояснив, что в день увольнения истца, ему было выплачено выходное пособие с учетом налог на доходы физических лиц в размере 13 %. В соответствии с ответом, полученным из налоговой инспекции, из которого следовало, что данная сумма выплат не облагается подоходным налогом, в связи с чем, ФИО1 был произведен пересчет и удержанная ранее сумма, была возвращена на расчетный счет истца 10.06.2016 г. 

В ноябре 2016 г. вышло письмо Министерства Финансов РФ и определение Верховного суда РФ о том, что вышеуказанные выплаты подлежат налогообложению, в связи был направлен запрос в Налоговую инспекцию, которая просит предоставить уточненные данные, сделать перерасчет и произвести доначисление налога. 

Представитель третьего лица ИФНС России по г.Тамбову по доверенности ФИО4 в судебном заседании пояснил, что выплата компенсации при увольнении по соглашению сторон не является обязательной. Размер выходных пособий, подлежащих выплате в случае расторжения трудового договора в связи с ликвидацией организации в других случаях, определены Трудовым кодексом РФ. Условия о выплате выходного пособия при увольнении работника, прямо не предусмотренные законом, могут быть установлены коллективным или трудовым договорами. В данном случае, включением в соглашение о расторжении трудового договора условия о выплате работнику выходного пособия стороны согласовали выплату дополнительной денежной компенсации, которая подлежит включению в базу начисления НДФЛ. Следовательно, определение конкретных случаев выплаты выходного пособия в результате соглашения, достигнутого между работодателем и работником, не исключает эти компенсационные выплаты из сферы законодательного установления, и с учетом положений п.1 ст.3 НК РФ, не означает, что данные компенсации не распространяет освобождение от налогооблажения, предусмотренное п.3 ст.217 НК РФ для такой категории налогоплательщиков, как увольняемые работники. При этом мерой защиты публичных интересов при предоставлении работнику выходного пособия в размере, который несовместим с компенсационным характером данной выплаты, является установленное в п.3 ст.217 НК РФ ограничение освобождения данного дохода от налогооблажения 3-кратным (6-кратным для отдельных случаев) заработком. 

Представитель третьего лица Управление ФНС по Тамбовской области по доверенности ФИО5 в судебном заседании пояснила, что перечень доходов, не подлежащих обложению налогом на доходы физических лиц, установлен ст.217 НК РФ. Выплаты, производимые при увольнении сотрудника организации на основании соглашения о расторжении трудового договора в соответствии с п.1 ст.77 ТК РФ, являющегося неотъемлемой частью трудового договора, освобождаются от обложения налогом на доходы физических лиц на основании п.3 ст.217 НК РФ в сумме, не превышающей в целом трехкратный размер среднего месячного заработка.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии со ст.3 Налогового кодекса РФ каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы. 

Законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. При установлении налогов учитывается фактическая способность налогоплательщика к уплате налога.

Налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами РФ, а также физические лица, получающие доходы от источников, в РФ, не являющиеся налоговыми резидентами РФ (п.1 ст.207 НК РФ). 

В силу ст.210 НК РФ при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 224 НК РФ налоговая ставка устанавливается в размере 13 процентов, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Согласно ст.226 НК РФ российские организации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 настоящего Кодекса, при этом п.4 данной статьи предусмотрено, что налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Согласно п.3 ст.217 Налогового кодекса РФ освобождаются от обложения налогом на доходы физических лиц компенсационные выплаты, установленные законодательством Российской Федерации, связанные с увольнением работников, за исключением компенсации за неиспользованный отпуск, а также суммы выплат в виде выходного пособия, среднего месячного заработка на период трудоустройства, компенсации руководителю, заместителям руководителя и главному бухгалтеру организации в части, превышающей в целом трехкратный размер среднего месячного заработка или шестикратный размер среднего месячного заработка для работников, уволенных из организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 с 01.11.2008 г. на основании трудового договора 

<

данные изъяты> работал в ОАО «Тамбовская сетевая компания» в должности заместителя генерального директора – 

<

данные изъяты>. 

В соответствии с дополнительным соглашением 

<

данные изъяты> от 10.03.2016г. к трудовому договору 

<

данные изъяты> от 01.11.2008 г. работник и Работодатель договорились о расторжении трудового договора № 

<

данные изъяты> от 01.11.2008 г. по соглашению сторон.

Приказом от 10.03.2016г. № 

<

данные изъяты> истец уволен с занимаемой должности по соглашению сторон (п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ). 

Согласно пунктов 3,4 дополнительного соглашения Работодатель обязуется выплатить Работнику в день увольнения причитающиеся ему денежные выплаты. Работодатель обязуется выплатить Работнику выходное пособие в размере 3 должностных окладов. Указанная сумма выплачивается в день увольнения Работника. 

При увольнении ФИО1 было выплачено выходное пособие в размере трех должностных окладов, что составило 952 419 руб. (что не превышает в целом трехкратный размер среднего месячного заработка), что отражено в справке о доходах физического лица Формы 2-НДФЛ от 03.04.2017 г. В данной справке также указано, что сумма налога исчисления составляет 123 815 руб. 

21.02.2017г. АО «Тамбовская сетевая компания» направило истцу письмо 

<

данные изъяты> в котором уведомило, что с суммы выходного пособия был исчислен налог на доходы физических лиц в размере 13%, что составило 123 815 руб., который подлежит уплате им в бюджет не позднее 01.12.2017 г.

Устные и письменное обращения истца в АО "Тамбовская сетевая компания" были проигнорированы.

АО "Тамбовская сетевая компания" до настоящего времени не направило уточненную информацию в налоговую инспекцию с исключением суммы выходного пособия истца из налогооблагаемой базы для расчета НДФЛ, соответственно у истца отражена обязанность по уплате НДФЛ в сумме 123815 руб. в личном кабинете налогоплательщика.

При обращении ФИО1 в ИФНС России по г.Тамбову и Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России № 4 по Тамбовской области ему было разъяснено, что в силу п.3 ст. 217 НК РФ выплаты, производимые при увольнении сотрудника организации на основании соглашения о расторжении трудового договора в соответствии с п.1 ст.77 ТК РФ, являющегося неотъемлемой частью трудового договора, освобождаются от обложения налогом на доходы физических лиц в сумме, не превышающей в целом трехкратный размер среднего месячного заработка (л.д. 39-42). 

В соответствии со ст. 230 НК РФ налоговым агентом АО «Тамбовская сетевая компания» в налоговый орган представлены сведения о доходах физического лица за 2016 год (по форме 2-НДФЛ). 

В справке от 03.04.2017 г. 

<

данные изъяты> указана сумма полученного ФИО1 дохода за 2016 год в размере 952 418 руб. с которого не был удержан налоговым агентом налог на доходы физических лиц в сумме 123 815 руб.

21.02.2017 г. АО «Тамбовская сетевая компания» направило истцу сообщение о не6возможности удержания налога на доходы физических лиц, выплаченных ФИО1 доходов за 2016 г. в сумме 952419 руб. Сумма неудержанного налога на доходы физических лиц за 2016 г. составила 123815 руб. Причиной направления данного сообщение явились разъяснения Минфина РФ, изложенные в письме от 23.11.2016 г. № 

<

данные изъяты>. Согласно данным разъяснениям выплаты при увольнении по соглашению сторон облагаются НДФЛ в полном объеме. Указанные выплаты не являются выходным пособием, предусмотренным Трудовым кодексом РФ. Следовательно, они облагаются НДФЛ. 

Согласно Определения СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.06.2017г. N 

<

данные изъяты>, на основании п.3 ст.217 Налогового кодекса от взимания НДФЛ освобождаются все виды установленных действующим законодательством РФ, законодательными актами субъектов РФ, решениями представительных органов местного самоуправления компенсационных выплат (в пределах норм, установленных в соответствии с законодательством РФ).

Выходные пособия как отдельный вид компенсаций в сфере труда установлены законодательством (статья178 Трудового кодекса) и выполняют социальную функцию защиты работника от временной потери дохода при увольнении.

В статье 178 Трудового кодекса законодатель предусмотрел ряд случаев выплаты выходного пособия, например, при ликвидации организации, сокращении численности или штата работников организации, отказе работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, восстановлении на работе работника, ранее выполнявшего эту работу и, одновременно, допустил возможность предусмотреть в трудовом договоре или коллективном договоре другие случаи выплаты данной компенсации.

При этом договорное регулирование трудовых отношений в силу взаимосвязанных положений статей 2, 5, 9, 23 и 40 Трудового кодекса носит субсидиарный и сочетаемый характер по отношению к трудовому законодательству и призвано обеспечить более широкий объем прав работников и предоставляемых им гарантий на основе социального партнерства в сфере труда, т.е. в рамках взаимного согласования интересов работников и работодателей.

Принимая во внимание такую роль договорного регулирования трудовых отношений, Судебная коллегия Верховного Суда РФ полагала, что допуская возможность конкретизации случаев выплаты выходных пособий и их размеров в договорном порядке, законодатель не преследовал цель дифференциации прав и объема гарантий работникам в зависимости от основания их увольнения и оснований выплаты выходного пособия, а напротив, исходил из необходимости защиты работников от временной потери дохода в возможно большем числе случаев, что включает в себя освобождение рассматриваемого вида компенсационных выплат от налогообложения.

Необходимость указанной защиты не исключается при использовании основания прекращения трудовых отношений, предусмотренного статьей78 Трудового кодекса (расторжение трудового договора по соглашению сторон), предполагающего волеизъявление работодателя на увольнение работника и, как правило, оставляющего за увольняемым лицом ограниченную возможность согласования условий расторжения трудового договора.

Следовательно, определение конкретных случаев выплаты выходного пособия в результате соглашения, достигнутого между работодателем и работником, не исключает эти компенсационные выплаты из сферы законодательного установления и, с учетом положений пункта 1 статьи3 Налогового кодекса, не означает, что на данные компенсации не распространяется освобождение от налогообложения, предусмотренное пунктом 3 статьи217 Налогового кодекса для такой категории налогоплательщиков, как увольняемые работники.

При этом мерой защиты публичных интересов при предоставлении работнику выходного пособия в размере, который не совместим с компенсационным характером данной выплаты, является установленное в пункте 3 статьи217 Налогового кодекса ограничение освобождения данного дохода от налогообложения 3-х кратным (6-ти кратным для отдельных случаев) заработком.

Таким образом, поскольку выплаченные обществом денежная сумма в размере 952 419 руб. была связана с увольнением работника, установлена трудовым законодательством и определена в договорном порядке в соответствии со статьей178 Трудового кодекса, суд приходит к выводу о том, что она не подлежит налогообложению и при выплате этого вида дохода работнику, ответчик неправомерно исчислил налог в нарушение требований, предусмотренных п.3 ст. 217 Налогового кодекса.

На основании вышеизложенного, суд признает незаконными действия АО «Тамбовская сетевая компания» в отношении ФИО1 по исчислению налога на доходы физического лица за 2016 г. в размере 123 815 руб. с выходного пособия в сумме 952 419 руб. и считает необходимым возложить на ответчика обязанность направить уточненную информацию в налоговую инспекцию с исключением суммы выходного пособия истца в размере 952 419 руб. из налогооблагаемой базы для расчета налога на доходы физических лиц за 2016 г.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами статей 151, 1099-1101 ГК РФ. 

Если гражданину причинен моральный вред, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Закон не содержит ограничений для компенсации морального вреда в случаях, когда нарушены не только трудовые права работника, но и принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.).

В силу статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 (ред. от 24 ноября 2015 г.) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" суд в соответствии со 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Разрешая требование о компенсации морального вреда, в суде не установлен факт нарушения трудовых прав истца, в связи с чем, оснований для взыскания морального вреда не имеется.

Согласно ст.103 ГПК РФ, 333.36 НК РФ, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции по искам о взыскании заработной платы и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, истцы освобождаются, государственная пошлина подлежит взысканию в местный бюджет с ответчика, который не освобожден от ее уплаты, в соответствии со ст. 333.19 НК РФ в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать неправомерным исчисление АО «Тамбовская сетевая компания» налога на доходы физических лиц в размере 123815 рублей с выходного пособия в размере 952419 рублей. 

Обязать АО «Тамбовская сетевая компания» направить уточненную информацию в налоговую инспекцию с исключением суммы выходного пособия ФИО1 в размере 952 419 рублей из налогооблагаемой базы для расчета налога на доходы физических лиц за 2016 г.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с АО «Тамбовская сетевая компания» в доход местного бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд г.Тамбова в течение месяца.

Судья С.А.Дьякова

Мотивированное решение суда изготовлено 26 февраля 2018 года. 

Судья С.А.Дьякова