Решение

Именем Российской Федерации

06 августа 2019 г.

Городецкий городской суд Нижегородской области в лице председательствующего судьи Трухина А.П., при секретаре Соколовой Е.А., с участием истца ФИО1, представителя истца адвоката Христолюбского В.Н., представителя ответчика адвоката Рощина Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения

и встречному иску

ФИО2 к ФИО1 о признании соглашений незаключенными,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, просит взыскать неосновательное обогащение в размере 66303526 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами по ст.395 ГК РФ за период с 10.11.2015 года по 29.10.2018 года в сумме 13812893 рубля, и с 20.10.2018 года по день возврат долга с суммы 66303526 рублей.

Из текста искового заявления следует, что 09 ноября 2015 года со счета ООО «Стратегия» на счет ФИО2 было ошибочно перечислено 29998526 рублей. При этом между указанными лицами никаких договорных отношений не имеется. Ответчик денежные средства ООО «Стратегия» не вернул. 05 апреля 2018 года ООО «Стратегия» уступило истцу право требования с ответчика неосновательного обогащения в размере 29998526 рублей, а также процентов за пользование чужими денежными средствами. 

17 октября 2016 года со счета ООО «Бивак» на счет ФИО2 было ошибочно перечислено 36305000 рублей. При этом между указанными лицами никаких договорных отношений не имеется. Ответчик денежные средства ООО «Бивак» не вернул. 04 апреля 2018 года ООО «Бивак» уступило истцу право требования с ответчика неосновательного обогащения в размере 36305000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами. В настоящее время истец ФИО1 имеет право требования к ответчику о взыскании неосновательного обогащения в общей сумме 66303526 рублей.

ФИО2 в свою очередь обратился к ФИО1 со встречным иском, просит признать незаключенными соглашение об уступке права требования от 04 апреля 2018 года, заключенное между ООО «Бивак» и ФИО1, по отчуждению права (требования) возврата неосновательного обогащения в размере 36 305 000 рублей к ФИО2 и соглашение об уступке права требования от 05 апреля 2018 года, заключенное между ООО «Стратегия» и ФИО1, по отчуждению права (требования) возврата неосновательного обогащения в размере 29 998 526 рублей к ФИО2

В обоснование встречных исковых требований ФИО2 указал, что между обществом с ограниченной ответственностью «Бивак» (далее - ООО «Бивак») и ФИО1 заключено соглашение об уступке права (требования) (цессия) от 04 апреля 2018 г. В соответствии с условиями данного Соглашения ООО «Бивак» уступает, а ФИО1 принимает право требования возврата неосновательного обогащения в размере 36 305 000 к ФИО2 Также между обществом с ограниченной ответственностью «Стратегия» и ФИО1 заключено соглашение об уступке права (требования) (цессия) от 05 апреля 2018 г. В соответствии с условиями данного Соглашения ООО «Стратегия» уступает, а ФИО1 принимает право требования возврата неосновательного обогащения в размере 29 998 526 рублей к ФИО2 Истец считает, что указанными обществами отчуждение права требования к истцу не производилось, а оформление сделок совершено в период, когда деятельность обществ была прекращена. В частности ФИО2 участником данных сделок не является. Об уступках прав требований истец не извещался, о переходе права требования долга не знал. По какой причине ни одна из сторон спорных соглашений не направила уведомление о переходе права требования ФИО2 неизвестно. Истец считает, что причинной неуведомления ФИО2 о переходе прав требований является отсутствие спорных сделок по состоянию на 05 апреля 2018г., поскольку спорных сделок на тот момент не заключалось. Следовательно, указанные соглашения являются недействительными ввиду их незаключенности. Дополнительным основанием для признания соглашения недействительным и применения последствий недействительности оспариваемой сделки является следующее обстоятельство. 09 ноября 2015г. состоялось перечисление спорных денежных средств от ООО «Стратегия». Никто никаких требований относительно возврата денежной суммы Истцу не предъявлял. 17 октября 2016г. состоялось перечисление спорных денежных средств от ООО «Бивак». Никто никаких требований относительно возврата денежной суммы Истцу не предъявлял. 04 и 05 апреля 2018 года состоялись оспариваемые уступки прав требования. Вновь никаких претензий Истцу о возврате денежных сумм никто не предъявлял. ООО «Стратегия» и ООО «Бивак» исключены из Единого государственного реестра юридических лиц как не действующие. Оплата за уступленные права требований в пользу ООО «Стратегия» и ООО «Бивак» не производилась. Объяснения, по мнению истца, такому поведению, кроме как оформление оспариваемого соглашения «задним» числом, не имеется. ФИО1 не может предоставить платежные поручения о перечислении истцу спорных денежных средств, хотя права требования основаны именно на этих документах и при заключении договора цессии такие документы всегда передаются. Также ФИО1 не может предоставить выписку из банка, датированную не позднее заключения оспариваемых сделок, которые он мог получить от первоначальных кредиторов в момент заключения оспариваемых соглашений. Оформить данные документы задним числом ответчик не имеет возможности, что объясняет то, что он не может их представить. Истец по встречному иску считает, что оспариваемое соглашение сфальсифицировано ответчиком с целью неправомерного завладения денежными средствами ФИО2, а также создания видимости законности оспариваемых сделок. Более того, оспариваемые соглашения не имеют экономической выгоды и целесообразности для ООО «Стратегия» и ООО «Бивак». Сведений об осуществлении оплаты по данному соглашению за уступаемые права требования нет, а именно: регулируется отдельным дополнительным соглашением, которых не существует. При этом, как считает истец по встречному иску, исходя из основания прекращения деятельности ООО «Стратегия» и ООО «Бивак», можно сделать вывод, что денежные средства на расчетный счет общества не поступали. Таким образом, цель уступки права требования вместо самостоятельного взыскания не логична. Оспариваемое соглашение приводит к неправомерному взысканию денежных средств с ФИО2 

Определением суда от 12 ноября 2018 года к рассмотрению дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ООО «Стратегия» и ООО «Бивак».

Определением суда от 05 июля 2019 года к рассмотрению данного дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Региональное Управление федеральной службы по финансовому мониторингу.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель исковые требования поддержали. Изложенные в исковом заявлении обстоятельства подтвердили. Встречные исковые требования не признали. 

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился. О рассмотрении дела извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал. Встречные исковые требования поддержал, изложенные в исковом заявлении обстоятельства подтвердил.

Деятельность ООО «Бивак» и ООО «Стратегия» на момент рассмотрения дела прекращена. 

Представитель третьего лица Регионального Управления федеральной службы по финансовому мониторингу в судебное заседание не явился. В представленных суду письменных пояснениях указал, что денежные средства на счет ФИО2 были перечислены согласно платежным поручениям в ноябре 2015 и октябре 2016 годов, вместе с тем, до 29 октября 2018 (дата подачи искового заявления), то есть в течение нескольких лет не предпринималось попыток возврата «ошибочно» перечисленных средств. По данным ЕГРЮЛ ООО «Бивак» 31 июля 2018 регистрирующим органом исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. Кроме того, до исключения Общества из реестра в отношении его юридического адреса регистрирующим органом 26 июня 2017 были установлены недостоверные сведения. В период с 18 февраля 2016 по 22 мая 2018, т.е. в период ошибочного перечисления денежных средств, ССП было прекращено 20 исполнительных производств в отношении ООО «Бивак» в связи с невозможностью установить местонахождение должника, либо его имущества. Таким образом, оформление договора цессии 04 апреля 2018 с учетом изложенных обстоятельств указывает на признаки ее фиктивности. Согласно данным МРУ Росфинмониторинга по ПФО в отношении ООО «Бивак» в 2015 и 2016 гг., в отношении ответчика - ФИО2 в 2015 г. и в отношении истца - ФИО1 в 2017 г. кредитными организациями применялись меры противолегализационного характера в части отказов в открытии банковского счета, осуществляемые операции по сведениям кредитных организаций носили «транзитный» характер, не имеющие явного экономического смысла. Учитывая отсутствие установочных данных в отношении ООО «Стратегия» представить характеристику в отношении юридического лица не представляется возможным. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, их представителей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Пункт 7 ч. 1 ст. 8 ГК РФ называет в качестве самостоятельного основания возникновения гражданских прав и обязанностей неосновательное обогащение, которое приводит к возникновению отдельной разновидности внедоговорного обязательства, регулируемого нормами главы 60 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии с п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Указанное законоположение может быть применено лишь в тех случаях, когда лицо действовало с намерением одарить другую сторону и с осознанием отсутствия обязательства перед последней. Для применения пункта 4 статьи 1109 ГК РФ необходимо наличие в действиях истца прямого умысла. Бремя доказывания наличия таких обстоятельств в силу непосредственного указания закона лежит на приобретателе имущества или денежных средств. Недоказанность приобретателем (ответчиком) факта благотворительности (безвозмездного характера действий истца) и заведомого осознания потерпевшим отсутствия обязательства, по которому передается имущество, является достаточным условием для отказа в применении данной нормы права.

По смыслу указанных норм права, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания, на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено или сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что 09 ноября 2015 года со счета ООО «Стратегия» на счет ФИО2 перечислено 29998526 рублей. Указанное перечисление имеет назначение платежей: за оказание финансовых услуг для зачисления на счет * ФИО2 (л.д.9, 13).

При этом в материалы дела договора оказания каких-либо финансовых услуг ФИО2 не представлено. 

ФИО2 и его представитель доказательств заключения договора оказания финансовых услуг, либо иных доказательств, подтверждающих предоставление таковых услуг, т.е. подтверждающих обоснованность получения вышеуказанной суммы, суду не привели.

Доказательств, подтверждающих что ООО «Стратегия» имело намерение передать ФИО2 денежные средства безвозмездно, либо в целях благотворительности, сторона ответчика суду не представила. Вместе с тем, в силу ст. 56 ГПК РФ данная обязанность возложена именно на ответчика.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что денежные средства в сумме 29998526 рублей, перечисленные 09 ноября 2015 года ООО «Стратегия» на счет ФИО2, были приобретены последним без каких-либо на то правовых оснований, то есть являются для него неосновательным обогащением, которое по правилам ст. 1102 ГК РФ подлежит возврату.

На основании п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступке требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие, связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (ст. 384 Гражданского кодекса РФ).

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Право на получение неденежного исполнения может быть уступлено без согласия должника, если уступка не делает исполнение его обязательства значительно более обременительным для него (ст. 388 Гражданского кодекса РФ).

05 апреля 2018 года между ООО «Стратегия» (цедент) и ФИО1 (цессионарий) было заключено соглашение об уступке права (требования), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право (требование) возврата неосновательного обогащения в размере 29998526 руб. к ФИО2 (должник) (п.1 соглашения). Право требования возникло из неосновательного получения в связи с ошибочным платежом должником денежных средств на свой расчетный счет от ООО «Стратегия» по платежному поручению № 1 от 09 ноября 2015 года в сумме 29998526 руб. Право (требование) цедента переходит к цессионарию в полном объеме, включая сумму неосновательного обогащения и проценты за пользование чужими денежными средствами (п.2). Права требования переходят к цессионарию с момента подписания и за уступаемые права (требования) цессионарий обязуется уплатить цеденту денежные средства в соответствии с дополнительным соглашением (п.п. 4, 5 соглашения) (л.д. 7).

Таким образом, с 05 апреля 2018 года и по настоящее время права требования неосновательного обогащения полученного ФИО2 от ООО «Стратегия» 09 ноября 2015 года, принадлежат ФИО1 на основании соглашения об уступке права требования (цессии) от 05 апреля 2018 года.

Поскольку ответчик ФИО2 не доказал правомерность получения спорной денежной суммы, требование истца ФИО1 о взыскании в его пользу с ФИО2 неосновательно полученных денежных средств в размере 29998526 рублей обоснованно и подлежит удовлетворению.

Также обосновано и подлежит удовлетворению и требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст.395 ГК РФ.

Согласно ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В соответствии с ч. 1 и 3 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

В соответствии с п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

О неосновательности получения денежных средств от ООО «Стратегия» ФИО2. должен был узнать не позднее дня их зачисления на его р/счет, то есть 10.11.2015 года. 

Таким образом, с 11.11.2015 года по день возврата ФИО2 суммы неосновательного обогащения, на сумму этих средств подлежат начислению и уплате проценты, размер которых определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. 

Согласно расчету истца (л.д. 5), сумма процентов, исчисленных в соответствии со ст.395 ГК РФ за период с 11.11.2015 года по 29.10.2018 года составляет 7553010 рублей. Указанный расчет судом проверен и признан верным.

За период с 30.10.2018 года по день вынесения судом решения по делу, сумма процентов составляет 1763338 рублей 03 копейки, согласно следующему расчету: 

Период с 30.10.2018 года по 16 декабря 2018 года (47 день)

29998526 х 7,5% /365 х 47 = 289711,8 руб.

Период с 17 декабря 2018 года по 16 июня 2019 года (182 дня)

29998526 х 7,75 /365 х182 =1159258,1 руб.

Период с 17 июня 2019 года по 06 августа 2019 года (51 дн.)

29998526 х 7,5% /365 х 51 =314368,13 руб.

Таким образом, общая сумма процентов за период с 11.11.2015 года по день вынесения решения судом составляет 9316348 рублей 03 копейки. 

Оснований для снижения размера процентов в соответствии со ст.333 ГК РФ не имеется, поскольку в согласно п.6 ст.395 ГК РФ проценты не могут быть уменьшены менее чем до суммы, определенной исходя из ставки, указанной в пункте 1 настоящей статьи, в соответствии с которой они и определены в спорном случае.

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 36305000 рублей, суд приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, 17 октября 2016 года со счета ООО «Бивак» на счет ФИО2 были перечислены денежные средства на общую сумму 36305000 рублей, что подтверждается выпиской по операциям на счете Волго-Вятского ПАО Сбербанк (л.д. 10-11) и платежным поручением № 1 от 17 октября 2016 года (л.д. 12). Указанное перечисление имеет назначение платежей: оплата по договору задатка на покупку недвижимости от 14 октября 2016 года. 

04 апреля 2018 года ООО «Бивак» уступило истцу право требования с ответчика денежных средств в размере 36305000 рублей как неосновательное обогащение.

В обоснование своих возражений против требований ФИО1 представитель ответчика, в том числе в своем письменном отзыве на иск от 03.12.2018 года указал, что денежные средства были перечислены ФИО2 ООО «Бивак» в счет предоплаты для приобретения земельного участка и здания арматурного цеха находящегося на этом земельном участке, принадлежащего ООО «Нижегородский арматурный завод» по цене 72000000 рублей. Во исполнение обязательств по договору задатка, ФИО2 была выдана доверенность № 1 от 14 октября 2016 года для заключения сделки на приобретение арматурного цеха и земельного участка у ООО «Нижегородский арматурный завод». 29 ноября 2016 года между ООО «Бивак» и ФИО2 было заключено соглашение о расторжении договора задатка в виду отказа ООО «Бивак» от приобретения земельного участка и расположенного на нем здания арматурного цеха. В данном соглашении указано, что ФИО2 вернул денежные средства в кассу предприятия в сумме 36305000 рублей 29 ноября 2016 года по ПКО № 12 от 29 ноября 2016 года. Материальных и иных претензий к ФИО2 ООО «Бивак» в лице директора К.Д.А.. не имеет.

В подтверждение своих доводов сторона ответчика представила суду договор задатка от 14 октября 2016 года, заключенный между задаткодателем ООО «Бивак» в лице директора ФИО3 и задаткополучателем ФИО2, доверенность № 1 от 14 октября 2016 года, выданную ФИО2 директором ООО Бивак» К.Д.А.., Расторжение договора задатка от 29 ноября 2016 года, квитанцию к приходному кассовому ордеру № 12 от 29 ноября 2016 года о получении ООО «Бивак» денежных средств в сумме 36305000 рублей от ФИО2 (л.д. 73).

По заключению судебной экспертизы выполненной ФБУ «Приволжский региональный центр судебной экспертизы Минюста России», указанные документы подписаны от имени директора ООО «Бивак» К.Д.А.. одним лицом - самим К.Д.А.. (л.д. 106-108).

Суд не находит оснований сомневаться в правильности заключения эксперта ФБУ «Приволжский РЦСЭ Минюста России», поскольку заключение в достаточной степени мотивировано, подготовлено по результатам соответствующих исследований, проведенных профессиональным экспертом, которому были разъяснены его права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, и который был в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертиза проводилась на основании всестороннего и полного изучения представленных материалов данного гражданского дела, заключение является достаточно полным и ясным, в нем указана конкретная нормативно-техническая документация, в соответствии с которой проводилась экспертиза, описание исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные вопросы основаны на исходных объективных данных.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчиком по делу представлены достоверные и достаточные доказательства, подтверждающие наличие оснований для получения от ООО «Бивак» денежных средств в размере 36305000 рублей и факт возврата этих денежных средств ООО «Бивак» в полном объеме 29.11.2016 года. 

При таких обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО2 неосновательного обогащения в размере 36305000 рублей и процентов за пользование указанными денежными средствами ФИО1 следует отказать.

Разрешая встречный иск ФИО2 о признании незаключенными соглашений об уступке прав требования от 04 апреля 2018 года между ООО «Бивак» и ФИО1, по передаче права (требования) возврата неосновательного обогащения в размере 36 305 000 рублей к ФИО2 и соглашения об уступке права требования от 05 апреля 2018 года между ООО «Стратегия» и ФИО1, по передаче права (требования) возврата неосновательного обогащения в размере 29 998 526 рублей к ФИО2, суд не находит оснований для его удовлетворения.

В силу ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (часть 1).

Что касается уступки требования (цессии), то правоотношения, вытекающие из такой уступки, регулируются положениями гл. 24 ГК РФ. В частности, в силу п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Поскольку положения гл. 24 ГК РФ специальных указаний относительно существенных условий сделок уступки права (требования) не содержат, а целью такой сделки является передача обязательственного права требования одним лицом (первоначальным кредитором, цедентом) другому лицу (цессионарию), то к существенным условиям договора цессии относится указания на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, которое цессионарий соглашается принять или принимает.

Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Из содержания представленного истцом соглашения об уступке права (требования) от 04 апреля 2018 года (л.д. 8) следует, что указанное соглашение, составлено в письменной форме и подписано сторонами, а именно: представителем (директором) ООО «Бивак» ФИО3, именуемым в договоре «Первоначальный кредитор» и ФИО1 – «Новый кредитор». В соответствии с ним, Первоначальный кредитор уступает, а Новый кредитор принимает право (требование) возврата неосновательного обогащения в размере 36305000 руб. к ФИО2 (должник) (п.1 соглашения). Право Первоначального кредитора требовать от Должника денежных средств в размере 36305000 руб., которое Первоначальный кредитор уступает Новому кредитору по настоящему договору, возникло из неосновательного обогащения Должника, в связи с ошибочным платежом на сумму 36305000 руб. по платежному поручению № 1 от 17 октября 2016 года. Право (требование) Первоначального кредитора в отношение должника переходит к Новому кредитору на условиях, существующих на момент заключения настоящего договора, в полном объеме, включая сумму неосновательного обогащения, а так же проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 и 1107 ГК РФ (п.2). Права требования переходят к Новому кредитору с момента подписания договора и за уступаемое право Новый кредитор обязуется уплатить Первоначальному кредитору денежные средства в соответствии с дополнительным соглашением (п.п. 4, 5 соглашения). Настоящий договор вступает в силу со дня его подписания и действует до полного выполнения сторонами их обязательств, предусмотренных указанных договором (п.8). 

Из содержания представленного истцом соглашения об уступке права (требования) от 05 апреля 2018 года (л.д. 7), следует, что указанное соглашение, составлено в письменной форме и подписано сторонами, а именно: представителем (директором) ООО «Стратегия» Б.И.В.., именуемым в договоре «Первоначальный кредитор» и ФИО1 – «Новый кредитор». В соответствии соглашением, Первоначальный кредитор уступает, а Новый кредитор принимает право (требование) возврата неосновательного обогащения в размере 29998526 руб. к ФИО2 (должник) (п.1 соглашения). Право Первоначального кредитора требовать от Должника денежных средств в размере 29998526 руб., которое Первоначальный кредитор уступает Новому кредитору по настоящему договору, возникло из неосновательного обогащения Должника, в связи с ошибочным платежом на сумму 29998526 руб. по платежному поручению № 1 от 09 ноября 2015 года. Право (требование) Первоначального кредитора в отношение должника переходит к Новому кредитору на условиях, существующих на момент заключения настоящего договора, в полном объеме, включая сумму неосновательного обогащения, а так же проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 и 1107 ГК РФ (п.2). Права требования переходят к Новому кредитору с момента подписания договора и за уступаемое право Новый кредитор обязуется уплатить Первоначальному кредитору денежные средства в соответствии с дополнительным соглашением (п.п. 4, 5 соглашения). Настоящий договор вступает в силу со дня его подписания и действует до полного выполнения сторонами их обязательств, предусмотренных указанных договором (п.8). 

Таким образом, исходя из вышеуказанных положений гражданского законодательства ООО «Стратегия» и ФИО1, а также ООО «Бивак» и ФИО1 в письменной форме достигли соглашения по всем существенным условиям договора цессии. 

Довод ответчика том, что указные соглашения могли быть заключены после прекращения деятельности ООО «Стратегия» и ООО «Бивак» основаны на предположениях, не подтвержденных доказательствами. При этом суд учитывает, что у ответчика имелось достаточно времени для представления таких доказательств суду, поскольку дело находится в производстве суда с 29.10.2018 года. 

Отсутствие в соглашениях условия о цене передаваемого требования со ссылкой на дополнительное соглашение, само по себе не является основанием для признания их незаключенными. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 423 ГК РФ (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" от21.12.2017 года N 54).

Доводы ответчика о том, что стороны соглашений не уведомили его о состоявшемся переходе прав кредитора к новому лицу, также не могут служить основанием для признания этих соглашений незаключенными.

Согласно пункту 2 статьи 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Предусмотренными законом последствиями не уведомления должника о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу является то, что исполнение должником обязательства первоначальному кредитору будет признаваться исполнением надлежащему кредитору (пункт 3 статьи 382 ГК РФ), а также то, что должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому лицу (пункт 1 статьи 385 ГК РФ).

Законом не предусмотрено такого правового последствия не уведомления должника о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу как освобождение должника от исполнения обязательства или признание договора (соглашения) цессии незаключенным, или недействительным.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что соглашения (договоры) цессии от 04.04.2018 года и 05.04.2018 года являются заключенными, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 нет.

Согласно требованиям ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию госпошлина, уплаченная при подаче искового заявления в суд в размере, пропорциональном удовлетворенным исковым требованиям, а именно в объеме 45%, что составляет 27000 рублей от фактически уплаченной истом суммы 60000 рублей (л.14).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 193-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, *** года рождения, уроженца ......., в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в сумме 29988526 рублей и проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12.11.2015 года по 29.10.2018 года в сумме 7553010 рублей 62 копейки и судебные расходы в сумме 27000 рублей, всего взыскать 37568536 (тридцать семь миллионов пятьсот шестьдесят восемь тысяч пятьсот тридцать шесть) рублей 62 копейки.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 проценты за пользование чужими денежными средствами в размере ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начисленные на сумму неосновательного обогащения, которая на момент вынесения решения составляет 29988526 рублей, начиная с 30.10.2018 года по день уплаты суммы неосновательного обогащения ФИО1. На момент вынесения решения сумма процентов, исчисленная за период с 30.10.2018 года составляет 1763338 (одни миллион семьсот шестьдесят три тысячи триста тридцать восемь) рублей 03 копейки. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд, через Городецкий городской суд, в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Городецкого городского суда А.П.Трухин.

Мотивированное решение (в окончательной форме) изготовлено 11 августа 2019 года.

Судья Городецкого городского суда А.П.Трухин.