Дело № 2-5557/2017

Мотивированное 

решение

 изготовлено 25 сентября 2017 года

РЕШЕНИЕ 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 18 сентября 2017 года

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Войт А.В., при секретаре Федишевой Н.И., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению «Центральная городская больница № 7» об обязании выдать выписку из амбулаторной карты,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к муниципальному бюджетному учреждению «Центральная городская больница № 7» (далее МБУ «ЦГБ № 7») об обязании выдать выписку из амбулаторной карты, в обоснование которого указала, что после смерти мужа Х, скончавшегося ***, ей стало известно о наличии кредитного договора, оформленного с ним банком ПАО «ВТБ24». Для решения вопроса о прекращении договора банк запросил выписку из амбулаторной карты больного сроком за 5 лет со всеми датами установления диагнозов из поликлиники № 3 Кировского района г.Екатеринбурга. Из поликлиники ее отправили в МБУ «ЦГБ № 7». *** истец обратилась в МБУ «ЦГБ № 7» с просьбой представить такую выписку, в чем ей было отказано со ссылкой, что она не является законным представителем умершего. Просить обязать выдать выписку из амбулаторной карты Х сроком за 5 лет со всеми датами установления диагнозов.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала. Пояснила, что в банке ее направили в больницу. В страховую компанию она не обращалась. Ответчик не дает ей выписку, поскольку думает, что она будет жаловаться на качество медицинских услуг. Просит иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности от ***, представила возражения на исковые требования, согласно которым *** истец обратилась в МБУ «ЦГБ № 7» с письменным заявлением о предоставлении выписки из амбулаторной карты за 5 лет своего мужа Х *** ответчиком дан письменный отказ в предоставлении медицинской документации Х, обоснованный ст. 13 Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», поскольку сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну, и не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных ч. 3 и 4 ст. 13 Федерального закона № 323-ФЗ. В перечень исключений истец не попадает, законным представителем умершего не является. В информированном добровольном согласии пациент не указал лиц, которым в его интересах может быть передана информация о состоянии его здоровья. Просит в иске отказать.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 возражения поддержала. Указала, что оснований для выдачи истцу выписки из амбулаторной карты нет. Если указанный документ необходим для кредитных отношений при страховании, то обычно застрахованный дает свое согласие на получение любых справок о его состоянии здоровья при заключении договора страхования страховой компании. И страховая компания уже запрашивает такую информацию.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В силу ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам. 

Согласно свидетельству о смерти, Х умер *** /л.д. 11/.

Истец ФИО1 являлась супругой Х, что подтверждается свидетельством о браке /л.д. 14/.

*** ФИО1 обратилась к главному врачу МБУ «ЦГБ № 7» с заявлением, согласно которому она является законным представителем Х и имеет право получить информацию о состоянии здоровья Х в доступной для нее форме, в том числе копии медицинских документов. Просит предоставить выписку из амбулаторной карты за 5 лет из поликлиники с датами установления диагнозов /л.д. 16/.

Из ответа МБУ «ЦГБ № 7» от 26 июля 2017 года № 724 следует, что в запрашиваемой информации ФИО1 отказано со ссылкой на врачебную тайну и ст. 13 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а также на то, что ФИО1 не является законным представителем Х /л.д. 17/.

В соответствии с ч. 1-2 ст. 13 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну.

Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 настоящей статьи.

С письменного согласия гражданина или его законного представителя допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях.

Доказательств наличия письменного согласия Х на получение сведений о факте обращения за оказанием медицинской помощи или иных сведений супругой ФИО1 суду не представлено. Информированное добровольное согласие Х, в том числе согласие пациента на обработку персональных данных такого согласия не содержат /л.д. 22-23/.

Супруга ФИО1 в силу положений Гражданского кодекса Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» законным представителем Х не является.

Рассматриваемая ситуация не относится к исключительным случаям, установленным частями 3 и 4 ст. 13 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Часть 5 ст. 67 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» заключение о причине смерти и диагнозе заболевания выдается супругу, близкому родственнику (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушке, бабушке), а при их отсутствии иным родственникам либо законному представителю умершего, правоохранительным органам, органу, осуществляющему государственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности, и органу, осуществляющему контроль качества и условий предоставления медицинской помощи, по их требованию.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 09 июня 2015 года № 1275-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина З на нарушение его конституционных прав частями 2, 3 и 4 статьи 13 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская информация, непосредственно касающаяся не самого гражданина, а его умерших близких (родственника, супруга и т.д.), как связанная с памятью о дорогих ему людях, может представлять для него не меньшую важность, чем сведения о нем самом, а потому отказ в ее получении, особенно в тех случаях, когда наличие такой информации помогло бы внести ясность в обстоятельства их смерти, существенно затрагивает его права - как имущественные, так и личные неимущественные. В то же время подобная информация является конфиденциальной и составляет медицинскую тайну не только при жизни лица, но и после его смерти. Исходя из приведенных конституционных положений в их неразрывной взаимосвязи и учитывая, что гарантии защиты чести и достоинства умершего и доброй памяти о нем не могут быть исключены из сферы общего (публичного) интереса в государстве, где человек, его права и свободы являются высшей ценностью (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 16-П), введение законодателем ограничений на предоставление медицинских сведений в отношении умершего гражданина третьим лицам само по себе отвечает этим конституционным положениям.

Между тем, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 6 ноября 2014 года N 27-П, когда речь идет о смерти человека, не ставится под сомнение реальность страданий членов его семьи. Это тем более существенно в ситуации, когда супруг или близкий родственник имеет подозрение, что к гибели его близкого человека привела несвоевременная или некачественно оказанная учреждением здравоохранения медицинская помощь.

Однако ФИО1 в заявлении о предоставлении медицинских документов, написанном на имя главного врача МБУ «ЦГБ № 7», необходимость получения выписки из амбулаторной карты умершего супруга не обоснована, то есть истцом не названо ни одной причины для получения информации, составляющей врачебную тайну.

В исковом заявлении ФИО1 указывает, что у Х имелся кредитный договор, в рамках которого банк запросил выписку из амбулаторной карты больного сроком за 5 лет со всеми датами установления диагнозов. Однако также не представляет никаких доказательств существования кредитных правоотношений или правоотношений, связанных с личным страхованием жизни, а также требований банка о предоставлении документов. 

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований ФИО1 не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению «Центральная городская больница № 7» об обязании выдать выписку из амбулаторной карты оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г.Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья А.В. Войт