Дело № 2-871/18 г. 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

28 сентября 2018 года г. Магнитогорск 

Ленинский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Филимоновой А.О., 

при секретаре Радке Н.С., 

с участием прокурора Коньковой Л.Б.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска, ООО «Архи-Мед» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к МУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска, в котором с учетом неоднократных уточнений просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 6 900 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, с ООО «Архи-Мед» компенсацию морального вреда 100 000 рублей в связи с неполной консультацией истца врачом УЗ диагностики ФИО2 после проведенного обследования. В обоснование иска указано, что 18.05.2016 г. истица была поставлена на учет в женской консультации МУЗ «Роддом № 3» по беременности со сроком 8-9 недель, за течением беременности наблюдала врач-акушер ФИО3 Истцом были соблюдены даты явок на обследование, выполнены все предписания, сданы все анализы. После первого УЗИ на сроке в 12 недель, проведенного врачом ФИО4, истица обратилась в медицинский центр «Тет-а-тет» на платное УЗИ к ФИО2, которым были выявлены множественные отклонения во внутриутробном развитии плода, в том числе нарушения, которые могли по ее мнению привести к гибели плода. ФИО2 не было рекомендовано дополнительное, повторное, уточняющее межскрининговое УЗИ в 16-18, а не в 20 недель беременности. Результаты УЗИ, выполненного ФИО2 врач-акушер ФИО3 во внимания не приняла, как и дальнейшие жалобы на изменение настроения, потерю веса, прекращения роста матки и живота, отсутствие шевеление плода. На явках 05.07.2016 г. и 29.07.2016 г. истица повторила свои жалобы, которые также не были приняты во внимание. По результатам УЗИ, проведенного 04.08.2016 г. на сроке в 19 недель, был поставлен диагноз о погибшей беременности на сроке в 13 недель. В результате несвоевременного диагностирования погибшей беременности, некачественного оказания медицинских услуг врачами МУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска истице был проведен аборт, а также экстренная нижнесрединная лапаротомия, экстирпация матки с правым придатком, левой маточной трубой, дренирование брюшной полости, что привело к отсутствию в дальнейшем возможности иметь детей. По результатам проверки качества оказанных услуг выявлены дефекты оказания медицинской помощи. В результате некачественного оказания услуг ответчиками, несвоевременного обнаружения погибшей беременности она пережила моральные и физические страдания связанные с отсутствием способности зачать, выносить и родить. У нее остались шрамы по всей брюшной полости, проблемы с психическим здоровьем, невозможность продолжать активную общественную жизнь. (л.д.2-5, т.1, л.д.224-225 т.2)

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО5 (доверенность от 27.04.2018 г. л.д.156-157 т.1) требования измененного иска поддержали.

Представители ответчика ГБУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска – ФИО6, ФИО7 (доверенность т.2 л.д.184) с иском не согласились в силу отсутствия причинной связи между действиями врачей женской консультации и исходом беременности ФИО1 

Представитель ООО «Архи-Мед» ФИО8 (доверенность т.2 л.д.223) с иском не согласилась, представила письменные возражения.(т.2 л.д.226)

Третьи лица - ФИО3, ФИО4, МАУЗ «Городская больница №2» г. Магнитогорска участия в судебном заседании не приняли. Дело с согласия сторон рассмотрено в их отсутствие.

Третье лицо - ФИО2 с иском не согласился, поскольку при ультразвуковом обследовании ФИО1 им не нарушены стандарты оказания медицинской помощи.

Суд, заслушав стороны, заключение прокурора о частичной обоснованности иска, не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения (ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Пунктом 21 ст. 2 ФЗ-323 "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно статье 10 вышеуказанного Закона доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации (пункт 2); применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

В силу частей 1 и 2 статьи 19 Закона об охране здоровья граждан каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно п. 1 ст. 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В силу п. 2 ст. 1096 ГК РФ вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Исходя из смысла норм закона, ответственность за вред (ущерб) наступает в случае лишь наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у пациента.

Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в ст. 19 Конституции Российской Федерации и ст. 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии со ст. 14 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме. Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет.

В силу положений ст. 15 указанного Закона моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Из материалов дела следует, что 18.05.2016 г. истица была поставлена на учет в женской консультации МУЗ «Роддом № 3» по беременности со сроком 8-9 недель. За течением беременности наблюдала врач-акушер ФИО3 

После первого УЗИ на сроке в 12 недель, проведенного врачом ФИО4,23.06.2016 г. истица обратилась в медицинский центр «Тет-а-тет» на платное УЗИ к ФИО2 на сроке 14 недель, которым в заключении указано; «беременность 14я нед. УЗМХА (реверс а-волны ВП). Дополнительно указано, что заключение не является окончательным диагнозом, необходима консультация лечащего врача. Рекомендовано: явка к врачу, УЗИ в 20 недель. (л.д.100 т.1) 

По результатам УЗИ, проведенного 04.08.2016 г. на сроке в 19 недель, был поставлен диагноз о погибшей беременности на сроке в 13 недель 4 дн.(л.д.100 т.1 оборот).

Из заключения экспертизы ГБУЗ ЧОБСМЭ (отдел особо сложных экспертиз) №42, проведенной на основании постановления дознавателя ОД ОП «Ленинский» УМВД по г. Магнитогорску следует, что единственным недостатком оказания медицинской помощи в женской консультации заключался в том, что пациентке после получения результатов анализов крови на уровень глюкозы не был выставлен диагноз *. Замершей или неразвивающейся беременностью называют такую беременность которая внезапно прекращает прогрессировать, плод не растет, не развивается и погибает. При этом признаки самопроизвольного аборта некоторое время отсутствуют, замирание беременности может произойти на любом сроке беременности ( до 28 недель), но как правило это случается в первом триместре. Причины замершей беременности многочисленны: хромосомные и генетические патологии, различные инфекции, в первую очередь вирусные, гормональные нарушения, эндокринные нарушения, отягощенный гинекологический и (или) акушерский анамнез и др.

ФИО1 до и после последней беременности не была обследована на предмет наличия у нее возможных, способствующих неблагоприятному течению беременности, факторов, в связи с чем, достоверно установить причину ее погибшей беременности в настоящее время не возможно.

Показанием для проведения ФИО1 выскабливания полости матки явилось наличие маточной неразвивающейся беременности. Наличие у ФИО1 *, при неэффективности консервативной терапии в том числе в условиях реанимационного отделения явились абсолютным показанием для проведения пациентке хирургического гемостаза в объеме экстирпации матки с правыми придатками и левой маточной трубой. Оперативное вмешательство в стационаре проведено в экстренном порядке по жизненным показаниям. Перечисленные выше, допущенные при оказании медицинской помощи ФИО1 дефекты не явились причиной образования патологии беременности в виде погибшей беременности на сроке 13-14 недель, так же они не стали причиной развития у пациентки *, которые явились показанием для экстренной экстирпации матки. Допущенные дефекты так же не стали причиной возникновения у ФИО1 новых заболеваний и патологических процессов. (л.д.70-77 т.1)

Внештатным экспертом качества медицинской помощи ОО СМК «АСТРА-МЕТАЛЛ», кандидатом медицинских наук, врачом высшей квалификационной категории по акушерству и гинекологии была проведена целевая (по жалобе) экспертиза качества медицинской помощи, оказанной ФИО1 в МУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска, в соответствии с заключениями которой проведение инвазивной пренатальной диагностики (забор материала для генетического обследования) при наличии острого воспалительного процесса (кольпит) противопоказано, т.е. при постановке на учет было не возможно. После окончания санации (к следующему оптимальному сроку проведения ИПД) уже произошла гибель плода. Учитывая срок гестации на котором произошел регресс – хромосомные аномалии маловероятны. Наиболее вероятной причиной в данном случае является *, т.к. беременность наступила на фоне острого воспалительного процесса. Клинических показаний к внескрининговому УЗИ не было. Избежать данного исхода было возможно при проведении прегравидарной подготовки (консультация генетика, санация влагалища) до наступления запланированной беременности. Экспертом меж тем выявлены дефекты оформления диагноза. А именно не выставлен диагноз * Обоснование негативных последствий ошибок в диагнозе: нет, дефект не послужил причиной регресса. Выявлен дефект оформления истории болезни на стадии оказания стационарной помощи, затрудняющие проведение экспертизы. Избежать удаления матки было невозможно. (л.д.48-57,118-122 т.1) 

Поскольку проверка доводов истца о дефектах в оказании ей медицинской помощи требует специальных медицинских познаний, по данному делу судом в соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации назначена судебно-медицинская экспертиза.

Выводами экспертов АНО «Наш эксперт», исследовавших материалы дела, в том числе медицинскую документацию в отношении истца, установлено, что медицинская помощь ФИО1 при ведении ее беременности в 2016 году врачами МУЗ «РД №3» оказана своевременно в полном объеме и правильно в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи по профилю акушерство и гинекология (за исключениям использования вспомогательных репродуктивных технологий) Приказ №572Н Минздрава РФ от 01.11.2012 г., приказом и№754 Минздрава Челябинской области от 28.05.2012 г. «О мерах по снижению рождения детей с врожденными и наследственными заболеваниями на территории Челябинской области», Приказом Минздрава РФ от 28.12.2000 г. №457 «О совершенствовании перинатальной диагностики в профилактике наследственных и врожденных заболеваний у детей». Наблюдающий врач ФИО3 с учетом результатов УЗИ врача ФИО2 в точности выполнила рекомендации ФИО2, направив пациентку на УЗИ в 20 недель беременности. Очевидно, что степень значимости «реверс а –волны ВП», как ультразвукового маркера хромосомных аномалий была для самого специалиста УЗ диагностики невелика. По мнению эксперта, межскрининговое УЗИ в 16-18 недель могло бы раньше выявить признаки неразвивающейся беременности, однако это не помогло бы избежать нежелательных последствий, а именно прерывания неразвивающейся беременности в сроке более 12 недель и связанных с этим рисков осложнений (ДВСК-синдрома, маточного кровотечения, удаления матки), Однако из объяснений эксперта ФИО9 следует, что клинических показаний к такому обследованию у ФИО1 не было, в том числе исходя из оцененных экспертом баллов риска и описанного в книжке состояния беременной.

Прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) врача-акушера ФИО3 при наблюдении беременности ФИО1 и гибелью плода ФИО1 и экстирпацией матки – отсутствует) ( т.2 л.д.115-179)

В соответствии со ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. 

Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. 

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение каждой судебной медицинской экспертизы (ГБУЗ ЧОБСМЭ и АНО «Наш Эксперт), суд приходит к выводу о том, что данные заключения каждое в отдельности и в совокупности являются допустимыми доказательствами, так как они выполнены сотрудниками экспертной организации, имеют соответствующую квалификацию и образование, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов подробно мотивированы, содержат ссылки на используемую литературу и выписки из медицинской документации. Ответы на поставленные перед экспертами вопросы изложены ясно, понятно, не содержат неоднозначных формулировок, подтверждаются медицинской документацией ФИО1 Экспертами давалась оценка состоянию здоровья пациента, исходя из критериев, определенных нормативно-правовыми актами в медицинском аспекте.

Довод представителя истца, что заключение экспертизы АНО «Наш эксперт» не может быть принято как допустимое доказательство, по основаниям отсутствия лицензии на осуществление экспертной деятельности у организации, суд считает несостоятельным, поскольку Федеральным законом от 04 мая 2011 года N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" лицензированию подлежит медицинская деятельность, обязательное лицензирование экспертной деятельности по проведению медицинских экспертиз по материалам уголовных и гражданских дел законом не предусмотрено, как и не предусмотрено это Постановлением Правительства РФ от 16.04.2012 года N 291, поскольку данный вид деятельности не представляет угрозу для жизни и здоровья людей. Такая позиция отражена в Определении кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 16 сентября 2004 года N КАС 04-451.

Основанием гражданско-правовой ответственности может выступать совершение правонарушения, предусмотренного законом или договором, либо иное обстоятельство, предусмотренное законом или договором, и при наличии определенных условий: противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; причинная связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вина правонарушителя; наличие у потерпевшего лица вреда или убытков.

Причинная связь, является объективным условием ответственности, так как для возмещения вреда во всех случаях необходима связь между действиями правонарушителя и наступившими последствиями, при этом указанные действия должны являться либо единственной причиной наступивших последствий, либо основной из нескольких причин.

Собранные по делу доказательства, ничем со стороны истца не опороченные, доводы истца, положенные в основу иска, не только не подтверждают, но и с достоверностью опровергают.

В данном случае истец просила взыскать компенсацию морального вреда, причиненного несвоевременным обнаружением погибшей беременности, коагулопатическим кровотечением и последующей экстирпацией матки, т.е. в связи с действиями ответчиков при наблюдении ее беременности и ее исходом. 

При этом экспертными заключениями, а также иными материалами дела не подтверждено, что обнаружение у ФИО1 гибели плода, прекратившего развитие в 13 недель только на 19 неделе беременности, коагулопатическое кровотечение и экстирпация матки наступили из-за виновных действий ответчиков. 

Сам по себе факт оказания медицинских услуг ГБУЗ ««Родильный дом №3» г. Магнитогорска с дефектами оформления медицинской документации (неустановления диагноза «гестационный диабет» наличие или отсутствие которого не повлияло на исход случая), в силу указанных норм права, в том числе положений Закона «О защите прав потребителей» не является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда, штрафа.

Истцом не доказан сам факт оказания ей медицинских услуг ООО «Архи-Мед» с дефектами.

В связи с изложенным, у суда не имеется оснований для удовлетворения иска.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ГБУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска, ООО «Архи-Мед» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца через Ленинский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий:

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 10.12.2018 г. решение суда в части отказа ФИО1 в удовлетворении иска к ГБУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска о взыскании компенсации морального вреда, штрафа отменено, в этой части принято новое решение:

Взыскать с ГБУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., штраф в размере 5000 руб., в удовлетворении остальной части данных требований отказать.

Взыскать с ГБУЗ «Родильный дом №3» г. Магнитогорска в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Это же решение в остальной части оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1, апелляционное представление прокурора Ленинского района г. Магнитогорска Челябинской области – без удовлетворения.