Дело № 2-1298/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 октября 2018 года г. Магнитогорск

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области, в составе:

председательствующего Шапошниковой О.В.,

при секретаре Минцизбаевой Е. С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 просил признать недействительным завещание её отца К, умершего ДД.ММ.ГГГГ, на имя ФИО2, удостоверенное нотариусом ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. В обоснование иска ФИО1 указала, что К на момент составления завещания страдал психическим расстройством, злоупотреблял спиртными напитками, вел себя неадекватно, считает, что в момент составления завещания К не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, пояснила суду, что К злоупотреблял спиртными напитками, состоял на учете в психоневрологическом диспансере, на фоне приема спиртных напитков у него были галлюцинации, считает, что ФИО2 повлияла на отца, убедила его оформить завещание, у неё всегда были хорошие отношения с отцом, считает, что отец не мог лишить её наследства.

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности от 06.05.2016 года, в судебном заседании поддержала требования своего доверителя, считает, что К на момент составления завещания не понимал, что он делает, К сильно пил, мог сделать что угодно в состоянии опьянения.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, просила отложить рассмотрение дела, в удовлетворении ходатайства ФИО4 об отложении рассмотрения дела отказано, в соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО5, надлежащим образом извещенной о дне слушания. Ранее в судебных заседаниях ФИО5 исковые требования не признала, суду пояснила, что проживала совместно с К с 2008 года, проживали без регистрации брака, брак зарегистрировали в июле 2017 года. К составил на её имя завещание по своей инициативе. Также пояснила, что у К не было психических заболеваний, один раз в 2010 году в связи с употреблением алкоголя у него были галлюцинации, он прошел курс лечения, после чего никаких психических отклонений не имел, спиртными напитками не злоупотреблял.

Представитель ответчика адвокат Астанина О.Н., действующая на основании доверенности от 04 июля 2018 года, в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, ранее в судебных заседаниях представитель ответчика исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1

Третье лицо ФИО6 поддержала заявленные исковые требования, считает, пояснила, что также обратилась с заявлением о принятии наследства после смерти отца, считает, что К не мог добровольно написать завещание в пользу ФИО5, часто злоупотреблял спиртными напитками, в мае 2016 года приходил пьяный к ней в больницу.

Третье лицо – нотариус нотариального округа г.Магнитогорска ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, причину неявки суду не сообщила, в судебном заседании 31 июля 2018 года нотариус ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве (л.д.76), пояснила, что перед удостоверением завещания была проверена дееспособность К, К понимал значение своих действий, сомнений в адекватности К не возникло.

Выслушав пояснения сторон, заслушав показания свидетелей, исследовав материалы дела, исследовав заключение судебно-психиатрической экспертизы, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о признании завещания недействительным не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст.177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находящемся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.

При рассмотрении дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ К составил завещание, в соответствии с которым он завещал из принадлежащего ему имущества комнату №, площадью 12,1 кв.м в квартире по адресу 

<

адрес> ФИО2, завещание было удостоверено ФИО7, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Магнитогорского городского округа ФИО3( л.д.29).

К умер ДД.ММ.ГГГГ, с заявлением о принятии наследства после смерти К обратилась супруга ФИО5, дочь ФИО1, дочь ФИО6 (л.д.27-28)

Комната №, площадью 12,1 кв.м в квартире по адресу 

<

адрес> принадлежала К на праве собственности (л.д.44-45). На момент рассмотрения дела нотариусом ФИО3 свидетельства о праве на наследство после смерти К не выданы.

Истец ФИО1 при рассмотрении дела настаивала на том, что К в момент составления завещания не мог понимать значение своих действий и руководить ими, так как не мог составить завещание только ФИО2, комната должна была перейти по наследству дочерям, умерший злоупотреблял спиртными напитками, состоял на учете в психоневрологическом диспансере.

С учетом заявленных исковых требований, в целях разрешения заявленных исковых требований о признании договоров недействительными по основаниям, указанным в ст.177 Гражданского кодекса РФ, судом было назначено проведение по делу судебно-психиатрической экспертизы. 

В соответствии с заключением комиссии экспертов (л.д.130) на момент удостоверения завещания К предположительно обнаруживал признаки психического расстройства в форме органического расстройства личности токсического генеза с преходящими психотическими нарушениями, однако в психиатрическом стационаре не лечился, сведения о нарушении памяти и интеллекта во врачебных записях не отмечались, в период, наиболее близкий к дате составления завещания, врачом психиатром в амбулаторной карте не указаны когнитивные, эмоционально-волевые, какие-либо другие психические отклонения. В связи с изложенным комиссия экспертов не смогла однозначно ответить на вопрос суда о возможности К понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания. 

В силу ст.67,86 ГПК РФ суд оценивает заключение экспертизы в совокупности со всеми другими представленными доказательствами. Суд считает, что истцом в силу требований ст.56 ГПК РФ и распределением бремени доказывания, не представлены доказательства, подтверждающие заявленные требования о том, что К не понимал значения своих действий на момент удостоверения завещания, не представил суду доказательства, которые могли бы стать предметом рассмотрения при проведении судебной экспертизы.

В ходе судебного разбирательства истцом в силу требований ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что на момент составления завещания июне 2016 года у К имелись какие –либо существенные нарушения психического состояния, того, что на момент составления завещания он страдал каким-либо заболеванием, влиявшим на его психическое состояние, а также того, что его злоупотребление спиртными напитками носило регулярный и тяжелый характер.

Из представленных суду медицинских документов следует, что К однократно в ноябре 20110 года обратился в психоневрологический диспансер с жалобами на бессонницу, ночные видения, звуковые галлюцинации, ему было назначено лечение, установлен диагноз органический галлюциноз, и он был поставлен на диспансерный учет. Из пояснений в судебном заседании ответчика ФИО2 следует, что состояние К было связано с употреблением алкоголя. 

Однако после ноября 2011 года К за медицинской помощью в связи с наличием зрительных или слуховых галлюцинаций не обращался, в медицинских документах отсутствуют сведения о наличии у К каких либо признаков психического расстройства. Из всех записей в амбулаторной карте в том числе за период 2015-2016 годы, следует, что Кнаходится в спокойном состоянии, контактен, жалобы на состояние здоровья отсутствуют, наличие когнитивных нарушений у К не отмечено.

Из пояснений в судебном заседании ФИО7 следует, что в момент составления завещания К понимал и осознавал свои действия, до удостоверения завещания с ним проводилась беседа, никаких признаков психического заболевания, наличия алкогольного опьянения не установлено.

Из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей К, Л, являющихся соседями умершего, также не усматривается, что у К в период составления завещания наблюдались какие-либо психические отклонения. Напротив из пояснений указанных свидетелей следует, что К вел себя адекватно, в сильной степени опьянения его никогда не видели, нормально общался с соседями, вел обычную жизнь.

Суд полагает, что пояснения свидетелей В, Н не могут быть приняты в качестве надлежащих и относимых доказательств заявленных требований ФИО1, учитывая, что из пояснений указанных свидетелей не следует, что при жизни у К имелись признаки существенного психического расстройства, кроме того данные свидетели не общались с К в период близкий к моменту удостоверения завещания. Пояснения в судебном заседании истца, третьего лица, свидетелей В, Н не опровергают заключение судебно-психиатрической экспертизы, не являются основанием для сомнений в заключении экспертов.

В судебном заседании ФИО1 не представила дополнительных доказательств, позволяющих сделать вывод о неполноте заключения экспертов, не заявляла ходатайство о проведении повторной или дополнительной судебно-психиатрической экспертизы.

С учетом существа оспариваемой сделки, а именно завещания, составленного К на имя своей супруги ФИО2, с которой он длительное время проживал совместно до регистрации, заключения экспертизы, в котором отсутствует определенный вывод о том, что К не мог понимать значение своих действий и руководить ими, суд считает, что не имеется оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в связи с отсутствием бесспорных доказательств, подтверждающих, что в момент составления завещания К не мог понимать значение своих действий и руководить ими, его волеизъявление не соответствовало действительной воле.

На основании изложенного суд полагает, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать в полном объеме.

В соответствии со ст.144 ГПК РФ, учитывая, что в удовлетворении исковых требований о признании завещания недействительным отказано, суд считает необходимым отменить меры по обеспечению иска, снять арест с комнаты, площадью 12,1 кв.м, с кадастровым номером №, расположенной по адресу 

<

адрес>, наложенный определением суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным – отказать.

Отменить меры по обеспечению иска, снять арест с комнаты, площадью 12,1 кв.м, с кадастровым номером №, расположенной по адресу 

<

адрес> наложенный определением суда от ДД.ММ.ГГГГ.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме, путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г.Магнитогорска.

Председательствующий: