Дело № 2-136/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 июля 2019 года ст. Обливская, Ростовская область

Обливский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Михайловой А.Л.,

при секретаре Антошкиной С.А.,

с участием истца ФИО1; представителя истца – адвоката Усановой С.Н., представившей удостоверение адвоката и ордер № от 04.07.2019 года; ответчика ФИО2; помощника прокурора Обливского района Ростовской области Скомаровской Е.А.;

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-136/2019 по исковому заявлению 

ФИО1 к ФИО2, ФИО3, Селивановскому государственному автономному учреждению Ростовской области «Лес» (№) о взыскании расходов на лечение, понесенных в результате ДТП, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 (истец) первоначально обратилась в Обливский районный суд Ростовской области к ФИО2 (ответчик) с иском о возмещении вреда здоровью, причиненного в результате ДТП, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что 19.12.2018 года в 10 часов 25 минут произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) по вине ответчика ФИО2, который, управляя автомобилем КАМАЗ 45144, гос.номер № на 2,7 километре автодороги «Северный обход ст. Обливская» не выполнил требования Правил дорожного движения, не уступил дорогу автомобилю Шевроле Авео, гос.номер №

Истец указала, что в момент указанного ДТП она находилась на переднем пассажирском сиденье а/м Шевроле Авео. После ДТП она была госпитализирована в медицинское учреждение с диагнозом: ушиб сердца, ушиб грудной клетки, посттравматическая гематома левой молочной железы, ушиб молочной железы.

Также истец указала, что была госпитализирована в медицинский стационар, где находилась с 19.12.2018 года по 29.12.2018 года, в ходе медицинского обследования поставленный ей диагноз был уточнен на: ИБС, стенокардия напряжения ФК II, нарушения сердечного ритма, кистозное образование левой молочной железы, ушиб мягких тканей передней брюшной стенки, ссадины мягких тканей подвздошной области с обеих сторон. После выписки из стационара ей дана рекомендация наблюдаться у терапевта по месту жительства.

Кроме того, истец указывает, что 09.01.2019 года она была направлена на консультацию к онкологу в ГБУ РО РОКБ, где ей провели платное обследование стоимостью 1 248 рублей, и поставлен диагноз: гематомы левой молочной железы.

18.02.2019 года она была повторно направлена на консультацию к онкологу в ГБУ РО РОКБ, где ей провели платное обследование стоимостью 1 248 рублей, и поставлен диагноз: посттравматические гематомы левой молочной железы.

Истец указала, что повреждения, полученные ею в указанном ДТП по вине ответчика, сильно отразились на состоянии ее здоровья и на ее материальном положении, поскольку она не имеет иного дохода, кроме пенсии.

Истец сослалась на невозможность полноценно жить, на постоянно испытываемые ею боль и дискомфорт. Указала, что в результате ДТП ей причинен моральный вред, выразившийся в физических и моральных страданиях: с момента ДТП по настоящее время истец находится на лечении, из-за травм ее мучают постоянные головные боли, до настоящего времени она лишена возможности полноценно дышать по причине боли в груди, существует большая вероятность того, что полное излечение может не наступить.

Размер компенсации морального вреда истец оценила в 100 000 рублей, которые просит взыскать с ответчика.

Кроме того, истец указала, что с 19.02.2018 года (видимо, имелось в виду 19.12.2018 года) по 25.03.2019 года ею произведены затраты на лечение в размере 9 555 руб. 40 коп., которые она также просит взыскать с ответчика (л.д. 7-10).

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству истца, к участию в деле в качестве соответчиков по требованию ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда привлечены ФИО3, ФИО4 государственное автономное учреждение Ростовской области «Лес» №) (далее – Учреждение), принято уточнение истцом искового требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. на солидарность взыскания с ФИО2, ФИО3, Учреждения (л.д. 145).

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель – адвокат Усанова С.Н. исковые требования в окончательной редакции поддержали. Дополнительно просят взыскать с ответчика и соответчиков солидарно судебные расходы истца на оплату услуг представителя – адвоката в размере 15 000 руб.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО2 представил письменное заявление о признании иска в части искового требования ФИО1 о взыскании затрат на лечение в размере 9 555 руб. 40 коп.. В заявлении ответчик указал, что последствия признания иска, предусмотренные положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (часть 3 статьи 173, часть 4 статьи 198, часть 2 статьи 39, часть 2 статьи 68 названного Кодекса) ему разъяснены и понятны (л.д. 137). 

В судебном заседании 30.05.2019 года ответчик ФИО2 пояснял, что на момент ДТП он управлял указанным выше автомобилем КАМАЗ по просьбе брата – ФИО3, который арендовал указанную машину у Учреждения. Учреждение дало брату задание привезти елки. Брат не имел возможности исполнить задание, в связи с чем, по просьбе брата, он отвез Учреждению елки. Брат ему ничего не заплатил (л.д. 143-144).

В судебном заседании 04.07.2019 года ответчик ФИО2 заявление о признании иска в части требования истца о взыскании затрат на лечение поддержал. Возражал против удовлетворения ходатайства истцовой стороны о взыскании судебных расходов на оплату услуг адвоката. Не отрицал, что на момент совершения ДТП управлял автомобилем КАМАЗ, будучи лишенным права управления транспортными средствами. Дополнительно указал на взаимную виновность водителя а/м Шевроле в указанном ДТП, на наличие плохих погодных условий в момент ДТП, а также на то обстоятельство, что истец в момент ДТП не была пристегнута ремнем безопасности. Пояснил, что согласен возместить материальный и моральный вред истцу в пределах не более 20 000 руб.

В судебное заседание 04.07.2019 года соответчик по требованию истца о взыскании компенсации морального вреда – ФИО3 не явился, о месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, посредством приемной суда представил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 172). В заявлении сослался на наличие на иждивении двух малолетних детей и размер заработной платы 15 000 руб. в месяц. Также указал, что в течение декабря 2018 года он неоднократно по устным поручениям Учреждения на указанном выше автомобиле КАМАЗ доставлял Учреждению различные грузы, в связи с чем за декабрь 2018 года Учреждение не начисляло ему арендную плату за автомобиль. То есть в течение декабря 2018 года он работал на Учреждение. Примерно 17.12.2018 года он, по просьбе Учреждения, загрузил в КАМАЗ елки. КАМАЗ он оставил возле своего дома. 19.12.2018 года ему позвонил завгар Учреждения с указанием доставить елки в Лесхоз ст. Обливская. Поскольку он к тому времени уехал в рейс на другой машине, он попросил своего брата ФИО2 отвезти елки. За работу он брату ничего не платил. Брат отвез елки в Лесхоз и на обратной дороге попал в ДТП. Одновременно ФИО3 указал, что согласен выплатить ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, о чем представил дополнительное письменное заявление о частичном признании иска. В заявлении о частичном признании иска ФИО3 указал на то, что последствия признания иска, предусмотренные положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (часть 3 статьи 173, часть 4 статьи 198, часть 2 статьи 39, часть 2 статьи 68 названного Кодекса) ему разъяснены и понятны (л.д. 173).

В судебное заседание 04.07.2019 года представитель соответчика по требованию истца о взыскании компенсации морального вреда - Учреждения не явился, о месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, об уважительности причины неявки не сообщил, об отложении слушания дела не просил. 

В судебном заседании 30.05.2019 года представитель Учреждения ФИО5 поясняла, что Учреждением не взята арендная плата за аренду автомобиля КАМАЗ с ФИО3 за день ДТП, поскольку в указанный день были привезены елки для нужд Учреждения, однако елки должен был привезти не ФИО2, а ФИО3 (л.д. 144). 

26.06.2019 года, посредством приемной суда, представитель Учреждения представил письменное заявление о признании иска в части 30 000 руб. компенсации морального вреда. В заявлении представитель Учреждения указал, что последствия признания иска, предусмотренные положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (часть 3 статьи 173, часть 4 статьи 198, часть 2 статьи 39, часть 2 статьи 68 названного Кодекса) ему разъяснены и понятны (л.д. 181). 

В судебное заседание 04.07.2019 года третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца, - ФИО6 не явился, о месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом, представил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, принятии решения по усмотрению суда (л.д. 166).

В судебное заседание представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, - Акционерного общества «Страховая компания «Двадцать первый век» (АО СК «Двадцать первый век»), Акционерного общества «АльфаСтрахование» (АО «АльфаСтрахование») не явились, о месте и времени рассмотрения дела были уведомлены надлежащим образом, об уважительности причины неявки не сообщили, об отложении слушания дела не просили, отношение к делу не выразили.

Суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав стороны, изучив и оценив материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, указавшей на обоснованность заявленных исковых требований, суд приходит к следующему.

Судом из материалов дела установлено, что 19.12.2018 года, в 10 часов 00 минут, водитель ФИО2, управляя автомобилем КАМАЗ 45144, гос. номер №, на 2,7 километре автодороги «Северный обход ст. Обливской», не выполнил требования п. 13.9 Правил дорожного движения, не уступил дорогу автомобилю Шевроле Авео, гос. № под управлением ФИО6, в результате чего произошло ДТП.

По факту указанного ДТП, постановлением должностного лица ОГИБДД МО МВД России «Обливский» от 19.12.2018 года ФИО2 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (Невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестков), с назначением административного штрафа в размере 1 000 рублей (л.д. 12, 72). Данное постановление не обжаловано, вступило в законную силу.

Кроме того, постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Обливского судебного района Ростовской области от 24.12.2018 года (дело № 5-805/2018) ФИО2 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 12.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за то, что он управлял автомобилем КАМАЗ в момент ДТП, будучи лишен права управления транспортными средствами. Ответчику назначено административное наказание в виде административного ареста (л.д. 89-90). Данное постановление также не обжаловано, вступило в законную силу.

Доказательства нарушения Правил дорожного движения водителем ФИО6 в материалы дела не представлены и судом не добыты.

В ходе указанного ДТП истец ФИО1, находившаяся в момент ДТП на переднем пассажирском сиденье а/м Шевроле Авео, получила телесные повреждения.

На момент ДТП автомобиль КАМАЗ находился в собственности субъекта Российской Федерации – Ростовской области, право оперативного управления было закреплено за Учреждением, что следует из представленной Учреждением копии ПТС (л.д. 62). 

На момент ДТП автомобиль КАМАЗ был передан во владение индивидуального предпринимателя (ИП) ФИО3 (соответчик по делу) на основании договора № 200/1 на оказание транспортных услуг (без экипажа), заключенного 01.11.2018 года между Учреждением (наймодатель) и ИП ФИО3 (наниматель), срок договора установлен до 29.12.2018 года включительно (л.д. 55-59, 121-123). Указанный договор исполнялся его сторонами, что подтверждено представленным Учреждением актом приема-передачи от 01.11.2018 года (л.д. 120).

Пунктом 3.2.17 договора № 200/1 от 01.11.2018 года предусмотрена обязанность нанимателя по требованию наймодателя (нужды Учреждения) предоставить транспортное средство в указанное место и в указанный срок (л.д. 56, 121).

Из пояснений ответчика ФИО2 и представителя Учреждения – ФИО5, письменного заявления соответчика ФИО3 установлено, что в день ДТП Учреждение, в порядке п. 3.2.17 договора № 200/1 от 01.11.2018 года, поручило ИП ФИО3 осуществить доставку груза (елок) на указанном а/м КАМАЗ. В свою очередь, ИП ФИО3 перепоручил своему брату - ФИО2, не имевшему права управления транспортными средствами, осуществить данную доставку, без выплаты вознаграждения. 

ФИО2 выполнил поручение ИП ФИО3, выгрузив груз Учреждению, после чего совершил указанное выше ДТП, в ходе которого истцу был причинен вред здоровью.

За день 19.12.2018 года Учреждение не производило начисление ФИО3 задолженности по договору № 200/1 от 01.11.2018 года.

На момент ДТП автогражданская ответственность Селивановского ГАУ РО «Лес» была застрахована в АО «Альфа Страхование» по договору ОСАГО, страховой полис №, договор заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению ТС (л.д. 63).

На момент ДТП автогражданская ответственность водителя ФИО6 была застрахована по договору ОСАГО в АО СК «Двадцать первый век», что подтверждается справкой о ДТП (л.д. 12 оборот).

Доказательства обращения истца в страховую компанию в порядке Закона Об ОСАГО за выплатой страхового возмещения в связи с причинением вреда здоровью в материалы дела не представлены и судом не добыты.

В связи с указанным ДТП истец находилась на стационарном лечении в МБУЗ ЦРБ Советского района Ростовской области с 19.12.2018 года по 29.12.2018 года, поступила в стационар с жалобами на умеренную боль в грудной клетке, нарушение сердечного ритма в результате ДТП. При поступлении в стационарное отделение истцу был поставлен диагноз: ИБС, стенокардия напряжения ФК II степени, нарушение сердечного ритма. Сопутствующий диагноз: гипертоническая болезнь II стадии 2 степени. Ушиб сердца? Ушиб грудной клетки. Посттравматическая гематома левой молочной железы. Ушиб молочной железы. Кистозные образования левой молочной железы. Ушиб мягких тканей передней брюшной стенки. Ссадины мягких тканей подвздошной области с обеих сторон (л.д. 15).

09.01.2019 года и 18.02.2019 года истица направлялась для дообследования в ГБУ РО «РОКБ» с целью уточнения диагноза по поводу повреждений левой молочной железы (л.д. 16, 23).

Из представленных истцовой стороной заключений ГБУ РО «РОКБ» усматривается, что 14.01.2019 года и 20.02.2019 года истцу выполнялась ультразвуковая диагностика (л.д. 13, 26), поставлены диагнозы: «гематома левой молочной железы» (л.д. 17), «посттравматическая гематома левой молочной железы» (л.д. 24).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 ГК РФ предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Указанная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 41-КГ16-37.

Согласно ч. 1 ст. 1086 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии с п. «а» ст. 7 Закона Об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, 500 тысяч рублей.

Факт взаимных трудовых отношений между ответчиком и соответчиками материалами дела, в том числе представленными по запросу суда сведениями из индивидуальных лицевых счетов (л.д. 111-113, 115-116), не подтвержден.

Ответчик ФИО2 управлял автомобилем КАМАЗ (источником повышенной опасности) по перепоручению ФИО3, в рамках гражданско-правовых отношений в интересах ФИО3, бесплатно, с целью исполнить вместо ФИО3 поручение Учреждения.

При этом поскольку ФИО2 и ФИО3 состоят в близком родстве (являются братьями), и, как установлено в ходе рассмотрения дела, проживают в совместно, последний не мог не располагать сведениями о том, что ФИО2 29.05.2018 года приговором мирового судьи лишен права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами (л.д. 87-88). 

ФИО2 не представил доказательств наличия у него законных оснований для использования автомобиля КАМАЗ.

Вместе с тем, Учреждение, приняв у ФИО2 груз, не могло не располагать сведениями, что автомобилем КАМАЗ управлял не ФИО3, а ФИО2 без каких-либо законных к тому оснований, однако, по окончании принятия груза, произвело возврат транспортного средства ФИО2, который на обратной дороге допустил ДТП.

Наличие в договоре ОСАГО, заключенного Учреждением, указания на допуск к его управлению неограниченного круга лиц не может свидетельствовать о законности владения данным автомобилем другим лицом в отсутствие соответствующего юридического оформления передачи полномочий по владению автомобилем к ФИО2

Кроме того, судом учтено, что автомобиль КАМАЗ относится к категории особо ценного имущества Учреждения, что подтверждается справкой Минприроды Ростовской области от 28.06.2019 года (л.д. 184), и, в соответствии с п. 8.24 Устава Учреждения, последнее не вправе без согласия Минприроды Ростовской области отчуждать либо иным образом распоряжаться особо ценным имуществом (л.д. 195). 

Однако, как следует из справки Минприроды Ростовской области от 28.06.2019 года (л.д. 184), Учреждение при заключении договора № 200/1 от 01.11.2018 года, указанное согласие не получало.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Положениями пункта 2 статьи 209 ГК РФ предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

По смыслу приведенных положений ГК РФ, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.

Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

Положениями пункта 4 статьи 25 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" предусмотрено, что право на управление транспортными средствами подтверждается водительским удостоверением.

Согласно пункту 2.1.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки водительское удостоверение или временное разрешение на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории.

Следовательно, в силу приведенных законоположений, законный владелец источника повышенной опасности - транспортного средства, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права на управление соответствующими транспортными средствами, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий, в случае причинения вреда в результате использования транспортного средства таким лицом (законным владельцем на момент причинения вреда), будет нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от вины.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Статья 1079 ГК РФ не предусматривает солидарную ответственность субъектов гражданско-правовой ответственности.

Ответчик и соответчики совместно несут ответственность за причинение морального вреда истцу, в долевом порядке, в зависимости от вины.

При этом судом учтено, что ответчик ФИО2 признал исковое требование истца о взыскании расходов на лечение в размере 9 555 руб. 40 коп., тем самым выразил желание возместить указанные расходы истцу единолично в полном объеме. К соответчикам требование о взыскании расходов на лечение истец не заявляла.

В соответствии с частью 2 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Признание заносится в протокол судебного заседания. Признание, изложенное в письменном заявлении, приобщается к материалам дела.

Частями 1 и 2 статьи 39 названного Кодекса предусмотрено, что ответчик вправе признать иск. Суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Согласно частям 1 и 2 статьи 173 указанного Кодекса, признание иска ответчиком заносится в протокол судебного заседания и подписывается ответчиком. В случае, если признание иска выражено в адресованном суду заявлении в письменной форме, это заявление приобщается к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания. Суд разъясняет ответчику последствия признания иска.

В случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения суда может быть указано только на признание иска и принятие его судом (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку признание иска в части требования о взыскании расходов на лечение сделано ФИО2, предупрежденным судом о последствиях такого признания, добровольно, не противоречит закону и не нарушает прав и законных интересов других лиц, суд принимает указанное признание и приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу истца расходов на лечение за период с 19.12.2018 года по 25.03.2019 года в размере 9 555 руб. 40 коп., без обсуждения вопросов о надлежащем ответчике по указанному требованию и доказанности размера заявленных требований.

Согласно положениям ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении лицу морального вреда, то есть физических или нравственных страданий, действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

ФИО1 в установленном законом порядке доказала факт причинения ей морального вреда в результате ДТП, установлена вина и причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения ответчика, соответчиков, в связи с чем суд приходит к выводу о взыскании с ответчика и соответчиков в пользу истца компенсации морального вреда.

Как следует из разъяснений, данных в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Проанализировав представленные истцовой стороной в материалы дела доказательства в обоснование требований о взыскании компенсации морального вреда, в том числе, медицинскую документацию, принимая во внимание возраст истца, тяжесть причиненных истцу повреждений, длительность стационарного лечения, последствия травм, невозможность ведения активного образа жизни, основываясь на требованиях разумности и справедливости, а также принимая во внимание материальное положение ответчика ФИО2 и соответчика ФИО3, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения исковых требований ФИО1 и взыскании в ее пользу компенсации морального вреда в размере 45 000 рублей.

Определенный в такой сумме размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда.

Распределяя объем компенсации морального вреда между его причинителями, суд исходит из того, что ответчик ФИО3 признал требование истца о компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб., Учреждение признало требование истца о компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей. Данные частичные признания иска сделаны ФИО3 и представителем Учреждения – директором ФИО7, предупрежденными судом о последствиях такого признания, добровольно, не противоречат закону и не нарушают прав и законных интересов других лиц, в силу чего суд считает возможным принять указанные признания иска и взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., с Учреждения – 30 000 руб.

Оставшаяся часть компенсации морального вреда в размере 5 000 руб. подлежит взысканию с ФИО2 в пользу истца.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика и соответчиков солидарно судебных расходов в размере 15 000 руб. на оплату услуг представителя, суд исходит из следующего. 

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 4 от 17.06.2019 года, в соответствии с которой ФИО1 уплатила адвокату Усановой С.Н. денежные средства в размере 15 000 руб. за участие в судебном заседании.

Суд принимает во внимание характер и сложность рассмотренного дела, объем проделанной представителем истца работы, а именно: участие представителя истца в одном судебном заседании, степень подготовки представителя истца к участию в деле, результат разрешения дела, возражения ответчика ФИО2 относительно размера заявленной ко взысканию суммы судебных расходов, а также средний уровень оплаты аналогичных услуг, в связи с чем приходит к выводу о взыскании в пользу истца судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 6 000 рублей.

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика и соответчиков по 2 000 руб. с каждого судебных расходов на оплату услуг представителя в пользу истца.

Истец в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождена от обязанности уплатить государственную пошлину при подаче настоящего иска в суд.

На основании ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктов 1 и 3 пункта 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в местный бюджет Обливского муниципального района Ростовской области государственной пошлины в размере 700 рублей (из расчета 400 руб. по требованию о взыскании материального ущерба + 300 руб. по требованию о взыскании компенсации морального вреда).

На основании ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 3 пункта 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о взыскании с соответчика ФИО3 в местный бюджет Обливского муниципального района Ростовской области государственной пошлины в размере 300 рублей по требованию о взыскании компенсации морального вреда.

На основании ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 3 пункта 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о взыскании с Учреждения в местный бюджет Обливского муниципального района Ростовской области государственной пошлины в размере 300 рублей по требованию о взыскании компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Обливский районный суд Ростовской области

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы на лечение за период с 19.12.2018 года по 25.03.2019 года в размере 9 555 руб. 40 коп., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 2 000 руб., а всего на общую сумму 16 555 руб. 40 коп.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 2 000 руб., а всего на общую сумму 12 000 руб.

Взыскать с Селивановского государственного автономного учреждения Ростовской области «Лес» (№) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 2 000 руб., а всего на общую сумму 32 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в местный бюджет Обливского муниципального района Ростовской области государственную пошлину в размере 700 рублей.

Взыскать с ФИО3 в местный бюджет Обливского муниципального района Ростовской области государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с Селивановского государственного автономного учреждения Ростовской области «Лес» (ИНН №) в местный бюджет Обливского муниципального района Ростовской области государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Обливский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 8 июля 2019 года.

Судья______Михайлова А.Л._____