Дело № 2-2416/2019

УИД: 78RS0005-01-2018-002974-52

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт – Петербург 26 июня 2019 года

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Смирновой Е.В. 

при секретаре Ермаковой Ю.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, акционерному обществу «Страховая компания ГАЙДЕ» о возмещении ущерба, -

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Калининский районный суд Санкт – Петербурга с иском к 

<

данные изъяты> о возмещении ущерба, причиненного в связи с эвакуацией принадлежащего истцу автомобиля, в котором просил взыскать с ответчика 121 529,10 рублей в счет возмещения ущерба, затраты на услуги эвакуации в размере 2 200 рублей, затраты на услуги экспертного учреждения в размере 25 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 45 000 рублей, по оплате государственной пошлины в размере 3 931 рубля. 

Определением Калининского районного суда Санкт – Петербурга от 14.11.2018 года произведена замена ответчика в порядке ст. 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) на ИП ФИО2, дело направлено по правилам территориальной подсудности в Московский районный суд Санкт-Петербурга.

В ходе разбирательства, судом в качестве соответчика привлечено АО «Страховая компания «ГАЙДЕ», в качестве третьего лица – ФИО3 

В судебное заседание истец, третье лицо ФИО3 не явились, извещены надлежаще (истец по адресам, указанным в иске, третье лицо посредством СМС), об отложении слушания дела не ходатайствовали. Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ суд признал возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав представителя ответчика ИП ФИО2 ФИО4, представителя ответчика АО «СК «ГАЙДЕ» ФИО5, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

Как установлено судом, ФИО1 на праве собственности принадлежит автомобиль марки 

<

данные изъяты>

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что ДД.ММ.ГГГГ постановлением № ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 6 ст. 12.19.КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа (л.д. 210 том 1). Вынося указанное постановление, Инспектор ДПС указал, что ФИО1 в 18час. 40 мин. ДД.ММ.ГГГГ в нарушение п. 12.2-12.4 ПДД РФ совершил остановку транспортного средства 

<

данные изъяты> у 

<

адрес> с последующей стоянкой на проезжей части далее крайнего ряда, чем создал помеху для движения других транспортных средств в городе федерального значения Санкт – Петербурге.

ДД.ММ.ГГГГ принадлежащий истцу автомобиль был задержан у 

<

адрес> в 18-40 и передан ФИО3 (л.д. 212 том 1), который в свою очередь, произвел его эвакуацию на спецстоянку 

<

данные изъяты>

Транспортное средство без марки с государственным регистрационным номерным знаком №, на котором ФИО3 осуществлял эвакуацию автомобиля истца, эксплуатировалось ИП ФИО2 на основании Договора аренды транспортного средства с экипажем, заключенного с 

<

данные изъяты> (л.д. 109-114 том 1). Факт наличия трудовых правоотношений между ИП ФИО2 и ФИО3 ответчиком не оспаривался (л.д. 120 том 1).

Согласно акту приема – передачи задержанного транспортного средства на специализированную стоянку от ДД.ММ.ГГГГ автомобиль принимался без мойки, под слоем пыли/грязи возможны дефекты лакокрасочного покрытия кузова, колесных дисков/колпаков, техническое состояние механизмов и оборудования не проверялось (л.д. 213 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к директору 

<

данные изъяты> с заявлением, в котором указал на то, что автомобиль не заводится, при эвакуации автомобиль стоял на задней передаче, при прокручивании мотора слышен характерный звук удара поршней о клапаны, вследствие чего был поврежден двигатель (л.д. 12 том 1).

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 12 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя, причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, вину причинителя и размер убытков. Недоказанность одного из указанных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков.

Таким образом, ФИО1 обязан доказать факт причинения ущерба в результате погрузки и выгрузки автомобиля при эвакуации.

По ходатайству ответчика АО «Страховая компания «ГАЙДЕ» определением Московского районного суда города Санкт – Петербурга от 14 мая 2019 года по делу было назначена комплексная автотехническая и товароведческая экспертиза, ее проведение поручено 

<

данные изъяты>

Как следует из заключения эксперта ФИО15. согласно представленным доказательствам в материалах дела на 

<

данные изъяты> на дату его эвакуации ДД.ММ.ГГГГ и изъятия ТС со штрафной стоянки ФИО16» истцом какие-либо дефекты, в том числе двигателя, отсутствовали. Наиболее вероятным из возможных механизмов получения повреждений двигателя ТС 

<

данные изъяты>, является попытка завести двигатель на тросе с буксира. Вероятный вывод эксперта обусловлен отсутствием точных документальных данных в материалах дела об обстоятельствах и времени поломки двигателя исследуемого ТС, а также отсутствием объекта исследования.

Относительно времени и обстоятельств поломки двигателя истцом в ходе судебного разбирательства давались различные показания: ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 написал в адрес 

<

данные изъяты> заявление (л.д. 12 том 1). В соответствии с текстом искового заявления «сотрудниками 

<

данные изъяты> после принятия заявления транспортное средство было принудительно транспортировано за территорию стоянки» (л.д. 5 том 1). В тексте досудебной претензии в адрес 

<

данные изъяты> истец указал, что транспортное средство вывезли со стоянки 

<

данные изъяты> не уведомив его уже ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14 том 1). В тексте другой досудебной претензии в адрес 

<

данные изъяты> истец снова указал, что транспортное средство было транспортировано за территорию стоянки после принятия его заявления в адрес ЗАО «Север» ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 19 том 1). Утверждение о вывозе транспортного средства с территории ЗАО «Север» ДД.ММ.ГГГГ содержит и текст уточнённого искового заявления (л.д. 68 том 1) и текст отзыва истца от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 107 том 2). Опрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец показал, что «в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ откатил автомобиль и пытался сорок минут завести его. ДД.ММ.ГГГГ машина была на стоянке. Через день – два забирал машину уже за забором стоянки». 

Показания свидетеля ФИО17. относительно причин повреждения автомобиля носят субъективный характер и не подлежат принятию в качестве относимого и допустимого доказательства, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности. Из смысла данной нормы следует, что свидетели по делу в результате стечения обстоятельств воспринимают факты, имеющие значение для правильного разрешения спора, и являются носителями информации об этих фактах. Свидетели не высказывают суждения, включающие субъективную оценку относительно данных фактов. Более того, показания указанного свидетеля в части даты обнаружения поврежденного автомобиля на спецстоянке противоречат материалам дела и объяснениям истца, поскольку свидетель в качестве времени событий указывал на сентябрь, тогда как спорное событие происходило в ноябре.

Согласно письменных объяснений третьего лица ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, являющихся одним из видов доказательств в силу ст. 55, 68 ГПК РФ «в разговоре с ним истец упоминал о том, что он пытался заводить автомобиль с помощью принудительной буксировки на тросе другим автомобилем» (л.д. 91 том 2).

Согласно исследовательской части заключения эксперта 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ «повреждения двигателя произошли при значительном усилии на двигатель, когда коленчатый вал и маховик находились в динамике. Вследствие чего одномоментно произошел обрыв шести тарелок выпускных клапанов» (лист 8 заключения эксперта). «Возникновение данных повреждений возможно только при появлении значительной ударной нагрузки на колеса автомобиля, что исключает возможность использования в штатном режиме стартера или перемещения автомобиля с низкой скоростью при его буксировке лебедкой на эвакуатор или движение при перемещении с мышечным усилием человека. При штатной прокрутке двигателя от стартера или буксировке на лебедке с незначительной скоростью, будет недостаточно усилия его прокрутки для поломки клапанов. При сбое фаз газораспределительного механизма поршни упрутся в клапаны, что исключит возможное движение ТС и возможный его запуск стартером. Образование выявленных повреждений возможно при запуске автомобиля с буксира. Главная особенность запуска двигателя путем буксировки автомобили состоит в том, что коленчатый вал двигателя приводится во вращение сразу с высокой скоростью (обычно 1500 об/мин и выше), в то время как привод от стартера обеспечивает вращение со скоростью во много раз меньше - 100-200 об/мин. Таким образом, в момент включения сцепления при запуске с троса на коленчатом валу всегда возникает рывок, отсутствующий при обычном запуске со стартера» (лист 9 заключения эксперта).

Указанное явно свидетельствует об отсутствии причинно – следственной связи между образовавшимися повреждениями и эвакуацией автомобиля истца.

Заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда, содержит необходимые расчеты, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, а эксперт ФИО18 предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Заключение, составленное 

<

данные изъяты> № 

<

данные изъяты> не опровергают заключения судебной экспертизы, а в части установления причинно – следственной связи между образовавшимися повреждениями и событиями ДТП от ДД.ММ.ГГГГ противоречат ему, в связи с чем не могут быть положены в основу решения суда. Более того, выводы специалиста 

<

данные изъяты> были сделан без учета изучения материалов проверки по факту ДТП, в связи с чем могут являться не полными.

Истцом в соответствии с нормой ст. 56 ГПК РФ не представлено достоверных, относимых и допустимых доказательств того факта, на который он ссылается, а именно – что двигатель автомобиля Форд был повреждён в процессе его погрузки и выгрузки при эвакуации. Утверждение Истца о том, что повреждение двигателя транспортного средства произошло при его погрузке на эвакуатор и выгрузке с него с заблокированными ведущими колёсами без использования специальных подкатных тележек, голословно, бездоказательно и опровергается показаниями третьего лица ФИО3, свидетеля ФИО19 и заключением эксперта 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ

Кроме того, в силу п. 3 ст. 79 ГПК РФ, учитывая, что истцом не выполнена возложенная на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ обязанность по предоставлению автомобиля, что обусловило вероятностный вывод эксперта, суд считает установленным факт возникновения повреждений автомобиля истца не в результате эвакуации, что, в свою очередь, безусловно свидетельствует об отсутствии причинно – следственной связи между действиями сотрудника ответчика ИП ФИО2 и образованием выявленных повреждений на автомобиле истца.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований в полном объеме: как к ИП ФИО2, так и к страховщику, застраховавшему его ответственность.

Судебные расходы при отказе в иске в соответствии с правилами Главы 7 ГПК РФ истцу не возмещаются.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, -

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, акционерному обществу «Страховая компания ГАЙДЕ» о возмещении ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт–Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт–Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Смирнова Е.В.