№ 12-693/2023

решение

 

13 декабря 2023 года

Судья Центрального районного суда города Новосибирска Малахов С.Л., при секретаре судебного заседания Жониной Д.Е. рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу А СА на постановление мирового судьи первого судебного участка Центрального судебного района г. Новосибирска от 29.09.2023 по делу об административном правонарушении,

у с т а н о в и л:

29.09.2023 постановлением мирового судьи первого судебного участка Центрального судебного района г. Новосибирска А С.А. привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Не согласившись с принятым решением мирового судьи, А С.А. подал жалобу, в которой просил отменить указанное постановление. В своей жалобе А С.А. указывает, что мировым судьей постановление вынесено необоснованно и незаконно.

В судебном заседании А С.А.., его защитник А М.С. доводы жалобы поддержали, заявили ходатайство о направлении материалов дела в Первомайский районный суд г. Новосибирска по месту жительства А С.А..

Вместе с тем данное ходатайство подлежит отклонению, поскольку подведомственность рассмотрения жалоб на постановления определена главой 30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, согласно которой постановление вынесенной судьей подлежит обжалованию в вышестоящий суд (подпункт 1 пункт 1 статьи 30.1 Кодекса). Поскольку обжалуемое постановление вынесено мировым судьей Центрального района, оно подлежит обжалованию в Центральном районном суде г. Новосибирска.

При этом, положения части 1 статьи 29.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающее право лицу, в отношении которого веется дело об административном правонарушении ходатайствовать о его рассмотрении по месту жительства при разрешении жалоб в порядке главы 30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях применению не подлежат.

Проверив материалы дела, исследовав собранные по делу доказательства, судья приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (в редакции, действовавшей в момент совершения правонарушения) невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу пункта 2.3.2 Правил дорожного движения водитель транспортного средства обязан проходить по требованию сотрудников полиции освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

При этом основанием привлечения к административной ответственности по статье 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу государственной инспекции безопасности дорожного движения, так и медицинскому работнику.

Согласно части 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи. 

При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Как следует из материалов дела, основанием для направления А С.А. на освидетельствование на состояние алкогольного опьянения явилось наличие у него таких признаков опьянения как запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы, что согласуется с пунктом 3 Правил.

Согласно подпункту "а" пункта 10 постановления Правительства РФ от 26.06.2008 г N 475 водитель транспортного средства подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Из материалов дела об административном правонарушении усматривается, что А С.А., управлявший с признаками опьянения (запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы) автомобилем Тойота Корона Спринтер, г/н А154, 21.01.2023 в 01 часа 30 минут на ул. Депутатская, 40, в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, отказался выполнить законные требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Указанные обстоятельства объективно подтверждаются совокупностью собранных по делу об административном правонарушении доказательств, в том числе: протоколом об административном правонарушении; протоколом об отстранении от управления транспортным средством; протоколом о направлении на медицинское освидетельствование; письменными объяснениями понятых Ч И.И., ОА.М.; рапортами инспекторов ДПС, протоколом об отстранении от управления, протоколом о задержании ТС и иными материалами дела. 

В связи с наличием выявленных сотрудником ДПС у А С.А. признаков опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи и отказом от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что подтверждается письменными объяснениями понятых, инспектором ДПС было предъявлено А С.А. требование о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Таким образом, у инспектора ГИБДД было законное основание для направления А С.А. на медицинское освидетельствование, и как указано выше, в соответствии с п. 2.3.2 ПДД РФ последний был обязан по требованию инспектора ГИБДД пройти указанное медицинское освидетельствование. 

Тем не менее, из материалов дела усматривается, что А С.А. отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, что отражено в протоколе о направлении на медицинское освидетельствования, достоверность данных которого удостоверена подписями понятых.

Ссылки в жалобе, что А С.А. не управлял транспортным средством, опровергаются имеющимися в деле совокупностью доказательств: рапортом сотрудника ГИБДД, видеоматериалами, показаниями сотрудников ГИБДД допрошенных и предупрежденных мировым судьей об административной ответственности за дачу ложных показаний.

Данным доказательствам мировым судьей дана надлежащая оценка на предмет относимости, допустимости и достаточности, выводы надлежащим образом мотивированы, в связи с чем оснований для иной оценки у судьи не имеется.

По общему правилу, при оценке правомерности действий сотрудников полиции, находившихся при исполнении служебных обязанностей, изначально необходимо исходить из презумпции их добросовестного поведения, обусловленного положениями статей 1, 2, 5 - 7, 9 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ "О полиции", пока заинтересованным лицом, т.е. лицом, привлекаемым к административной ответственности, не доказано обратное. 

Оснований для оговора заявителя инспекторами ДПС, которые находились при исполнении своих служебных обязанностей, выявили административное правонарушение и составили необходимые процессуальные документы также судьей не установлено, а заявителем, кроме суждений, таких доказательств не представлено.

Состав вмененного А С.А. административного правонарушения носит формальный характер, объективная сторона которого состоит из факта невыполнения водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, при этом само по себе наличие или отсутствие состояния опьянения не имеет значения для разрешения дела по существу. 

Доводы в жалобе, что сотрудниками ГИБДД не разъяснены процессуальные права и обязанности, что, по мнению заявителя, подтверждается видеозаписью, судьей отклоняются, поскольку само по себе отсутствие в видеозаписи таких действий не свидетельствует о нарушении должностными лицами процессуальных требований.

Как правильно отмечено мировым судьей, обязательных требований по видеофиксации процессуальных действий в виде разъяснения прав и обязанностей, предусмотренных статьей 25.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях, статьей 51 Конституции РФ, Кодекс РФ об административных правонарушениях не содержит.

Из протокола об административном правонарушении от 21.01.2023 года следует, что А С.А.. разъяснялись его права, предусмотренные статьей 25.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях, статьей 51 Конституции РФ. От дачи объяснений и от подписи в указанном протоколе он отказался, что, однако не свидетельствует о том, что копия указанного протокола, содержащего на обратной стороне выдержки из статьи 25.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях, статьей 51 Конституции РФ, ему не вручалась.

Таким образом, при составлении протокола об административном правонарушении право А С.А. на защиту нарушено не было.

Вопреки доводам жалобы основания подвергать сомнению письменные объяснения понятых у судьи также отсутствуют. Тот факт, что объяснения понятых имеют идентичный характер, учитывая при этом, что объяснения подтверждается словами "написано собственноручно", не влияет на их объективность и законность.

Кроме того, сама видеозапись не является единственным и безусловным доказательством по делу об административном правонарушении, выводы мирового судьи основаны на совокупности представленных и имеющихся в материалах дела доказательств, как письменных, так и показаний свидетелей, при этом отсутствуют сведения о том, в каком объеме представлена в материалы дела видеозапись, следовательно, не все обстоятельства дела, а также не все процессуальные действия должностных лиц ГИБДД она отражает. 

Довод о неверном указании времени совершения правонарушения в процессуальных документах, исправлении времени в протоколе об административном правонарушении не может повлечь отмену постановления. 

Как видно из материалов дела мировым судьей недостатки протокола были восполнены при рассмотрении данного дела об административном правонарушении, установлены обстоятельства совершения правонарушения, время совершения с учетом показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей, в том числе сотрудника ГИБДД, что согласуется с п. п. 4, 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

Таким образом, внесение в протокол об административном правонарушении исправления, уточняющего время совершения административного правонарушения, на существо отраженных в протоколе фактических обстоятельств совершенного А С.А. административного правонарушения, не влияет и не свидетельствует о нарушении права А С.А. на защиту, не свидетельствует о наличии существенного нарушения, повлиявшего на суть вменяемого ему правонарушения и влекущего признание данного процессуального документа недопустимым доказательством.

При рассмотрении дела фактические обстоятельства правонарушения мировым судьей были установлены исходя из положений статей 24.1, 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

Выводы о доказанности наличия в действиях А С.А. состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вопреки доводам жалобы, находят полное подтверждение совокупностью вышеперечисленных согласующихся между собой и взаимодополняющих друг друга доказательств, в соответствии с требованиями статьей 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которые опровергают доводы жалобы, а не исключительно только представленной видеозаписью.

Мотивы, по которым в основу постановления мирового судьи были положены одни доказательства, и отвергнуты другие, подробно изложены в обжалуемом постановлении. Бремя доказывания по делу распределено правильно, с учетом требований статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Принцип презумпции невиновности судебными инстанциями не нарушен, каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые должны толковаться в А С.А. не усматривается.

Существенных процессуальных нарушений влекущих безусловную отмену обжалуемого постановления должностным лицом составившим протокол, мировым судьей при рассмотрении дела допущено не было.

При назначении наказания мировой судья справедливо учел характер совершенного административного правонарушения, личность виновного.

Административное наказание наложено на А С.А. в пределах санкции частью 1 статьи 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях. 

Таким образом, судья, исходя из вышеуказанного, не находит оснований для отмены постановления мирового судьи, поскольку оно вынесено обоснованно и законно.

Руководствуясь статьей 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суд

р е ш и л:

Постановление мирового судьи первого судебного участка Центрального судебного района г. Новосибирска от 29.09.2023 по делу об административном правонарушении в отношении А А.С. к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях оставить без изменения, жалобу А А.С.. - без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья С.Л. Малахов