дело № 1-5/2021

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Тамбов 05 марта2021г.

Советский районный суд г. Тамбова в составе председательствующего судьи Егоровой Е.В.,

при секретарях - Кузнецовой Н.Л., Григорьевой О.А., 

с участием государственных обвинителей - ст.помощника прокурора Советского района г.Тамбова Кобзевой О.А., ФИО1, 

потерпевшей К.,

подсудимого ФИО2,

адвоката Борисовец В.Н., 

рассмотрев уголовное дело в отношении ФИО2, судимого:

29.06.2017г Тамбовским районным судом по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ к 3годам 6 месяцам лишения свободы в ик общего режима; условно-досрочно освобожден 07.05.2019г. по пост. Кирсановского райсуда от 22.04.2019г. на 1 год 7 месяцев 8 дней, т.е. до 30.11.2020г.;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил убийство К. при следующих обстоятельствах:

г. в дневное время, находясь , в ходе совместного распития спиртных напитков с С. и К., у ФИО2 возник конфликт с К. из-за оскорбительных выражений последнего, высказанных в адрес сожительницы подсудимого - Н. На этой почве, в ходе дальнейшего распития спиртных напитков и продолжающегося разговора между ними на разные темы, в результате внезапно возникших личных неприязненных отношений, у ФИО2, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, возник преступный умысел, направленный на причинение смерти К., реализуя который, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде смерти и желая их наступления, 29.06.2020г. в период времени с 11 часов до 11.35 часов ФИО2, взял со стола кухонный нож и нанес им один удар в область грудной клетки К., причинив телесные повреждения в виде: проникающего слепого колото-резаного ранения груди с повреждением левого легкого, сердечной сорочки и восходящей части аорты, осложнившегося тампонадой сердечной сорочки излившейся кровью и массивной кровопотерей, квалифицирующиеся, как тяжкий вред по признаку опасности для жизни, находящиеся в прямой причинной связи с наступившей смертью К., который скончался на месте. 

Подсудимый ФИО2 вину в убийстве К. отрицает, утверждая, что ничего не помнит, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения и крепко спал.

В ходе судебного следствия ФИО2 показал, что после условно-досрочного освобождения из мест лишения свободы, он встретился с ранее знакомой ФИО3, которая проживала с С. по ФИО4 является пенсионером МВД, служил в ОМОНе, комиссован по состоянию здоровья в связи с контузиями, полученными на территории Чеченской республики.

г. у Н. был день рождения, который они отмечали почти неделю по указанному выше адресу. При этом к ним приходили разные люди, в том числе: К. ( погибший) и его сожительница Н.Е.; друзья Н.А. и ее сожитель Г., проживающие в В ночь с 28 на г он как обычно ночевал с Н.у С. 

29.06.2020г около 8 часов ему позвонил К. и сказал, что идет к ним. Он зашел в комнату к С., который в это время смотрел телевизор и с кем-то разговаривал по телефону, и спросил разрешения на посещение К., против чего тот не возражал. Когда К. пришел, они вчетвером расположились в зале, покурили и К. позвонил начальник сказать, чтобы тот вышел на работу, но К. отпросился, сказав, что «с похмелья» и попросил в долг денежные средства, но тот отказал. Этого начальника К. называл «Михалыч», он с места работы К. по ул. Ипподромной, где тот работал электроперемотчиком. Минут через 5- 10 ФИО7 позвонил кому-то из работников пилорамы, где он также подрабатывал, и спросил денег в долг, где ему не отказали. После чего они с К. пошли на пилораму, где К. взял в долг не менее 1000руб. По дороге К. ему рассказал, что 28.06.2020г, когда он спал, между ним и С. произошел конфликт из-за Н..к. К. ее накануне избил, та осталась у них ночевать, и С. за нее заступился, сказав, что нельзя так себя вести с женщинами. В магазине « Светофор» они купили 4 бутылки красного вина и закуску. По пути К. встретил знакомого, который купил ему бутылку водки в качестве «магарыча» за что-то. Затем они вернулись к С. и расположились в зале для распития спиртного. Он взял на кухне нож с белой пластиковой ручкой, открыл им вино, нарезал закуску и положил на разделочную доску на столе в зале. Это был тот нож, которым убили К. Выпили они все вместе вначале по два стаканчика водки, а Н. бокал вина. Потом Н. позвонила подруга А., сказав, что они с Г., подъезжают к ней. Н. пояснила, что они приехали с ней мириться из-за незначительной кражи. К. с ними не был знаком и сказал: « Это твои друзья, я их поить и кормить не собираюсь, веди их куда хочешь!». Через несколько минут А. и Г. зашли в квартиру, Н. им открыла дверь. Он выглянул из дверного проёма зала, поздоровался с ними, и те сразу прошли на кухню. Потом Н. зашла к ним за сигаретами и позвала его на кухню, сказав, что Г. и А. привезли торт и конфеты, но он отказался и та ушла. Минут через 10-15 они с К. выпили еще по бокалу вина, и тот вроде уснул на диване. Они с С. еще посидели, он выпил бокал вина и тоже задремал на своем диване. С. в это время сидел на кресле. Через незначительное время он проснулся и пошел в туалет. Выходя из него, он обратил внимание, что на кухне был какой-то шум, но никого не видел. После этого он прошел в другую комнату (спальню) и уснул. Проснулся он только тогда, когда его разбудили сотрудники полиции, а в себя он пришел только в отделе, где сотрудник ударом в грудь привел его в чувство, пояснив, что задержан по ст. 105 УК РФ за убийство К.. Затем ему постоянно становилось плохо. В Следственном комитете ему вновь сказали написать явку с повинной, т.к. это он совершил убийство, поэтому он под диктовку написал явку с повинной, поскольку обстоятельства он не помнил. Потом его отвезли в ИВС, где в камере находился мужчина, представившейся как К.С., который в ходе разговора сказал, что его задержали по ст. 105 УК РФ за убийство друга. Тогда он сказал, что его тоже забрали по ч.1 ст. 105 УК РФ -за убийство своего приятеля, который пришел его « похмелить», но как всё произошло понять не может. В этот день ему постоянно было плохо, а ночью приезжала скорая помощь, ему дали таблетки от давления и он вернулся в камеру. Утром его отвезли в суд, затем в СИЗО, где он находился на карантине 11 дней.

На вопросы суда пояснил:

29 июня он был в состоянии алкогольного опьянения. Почему он так сильно запьянел не знает, может оттого, что смешал водку с вином, при этом он ничего не ел, на улице было жарко.

Затем, на тот же вопрос, сказал, что был не сильно пьяный, поскольку выпили они немного. Почему он крепко уснул -сам удивлен. 

Из оглашенных в порядке ст.76 УПК РФ показаний ФИО2 в качестве подозреваемого (т.1 л.д. 108-111) следует, что утром 29.06.2020г они встретились с К. около дома и пошли в магазин, где купили спиртное и пришли к С., где также находилась Н. В ходе распития спиртного Н. спросила сигарету, а К. высказал в ее адрес оскорбительные слова, ему это не понравилось, он спросил, почему тот оскорбляет Н., но К. ничего не ответил, т.к. был сильно пьян. Затем Н. вышла из комнаты, а К. усн с С. еще выпивали. Что происходило дальше не помнит, т.к. он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. В себя он пришел в отделе полиции, где ему сказали, что он убил К. ножом в грудь, в связи с чем, он изъявил желание написать явку с повинной. При этом он ничего не помнил.

Из пояснений ФИО2 в судебном заседании 19.11.20г. (протокол с\з л.д.24) следует, что когда утром г ФИО7 пришел к ним, то позвонил своему начальнику «Михалычу» и сказал, что не может сегодня придти на работу, при этом спросил денег, на что тот согласился и, они с К. пошли к нему на работу на ул.Ипподромную. Когда К. вышел из здания, он увидел у него 1000 рублей. Они зашли в магазин « Светофор» на ул.Бастионной, который открывается в 9 часов, купили спиртное, закуску и пошли обратно к ФИО4. 

В ходе допроса засекреченного свидетеля Ш. (протокол с/з л.д.32) ФИО5 того пояснил, что когда его задержали и к вечеру поместили в ИВС, там уже находился мужчина, который представился, как К., которого он хорошо запомнил. Сергей сказал ему, что задержан за убийство. Тогда он тоже сказал, что задержан по подозрению в убийстве своего знакомого, при этом он рассказывал кто конкретно был в квартире, что они делали в тот день, об обстоятельствах произошедшего. Но он точно не мог ему сказать, что взял нож и убил К. Он говорил, что его в этом подозревают, но этого не может быть. Он говорил, что кухонный нож в комнате был, но о том, что, якобы, он не помнит, как нож оказался у него в руки - такого он точно не говорил. В это время он находился в ужасном эмоциональном состоянии. Сотрудники давали ему успокоительное, вызывали скорую помощь, т.к. поднялось давление. 

В ходе очной ставки с С. г. ФИО2 подтвердил, что он разговаривал с К. на повышенных тонах, из-за того, что тот высказывал оскорбления в адрес Н. 

Также утверждает, что не помнит, как он нанес удар ножом К.. Помнит лишь то, как уснул на диване, который расположен с правой стороны от входа в зал, а очнулся в ОП ( т.1 л.д. 138 -141).

Исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд находит доказанной вину ФИО2 в убийстве К., которая подтверждается следующими доказательствами:

Потерпевшая К. пояснила, что 29.06.2020г она проводила сына на работу, а около 13.00 часов ей стало известно, что ее сына убили, якобы, ФИО2, от которого она этого никак не ожидала, потому что они с сыном давно дружили, не конфликтовали, ФИО2 она уважала. Ее сын К. выпивал на выходных, но постоянно работал обмотчиком на элеваторе, был у начальников на хорошем счету, конфликтным человеком не был.

Из показаний свидетельницы Н.в судебном заседании 21.10.20г. следует, что после освобождения ФИО2 из мест лишения свободы в 2019г., она стала с ним сожительствовать, проживая фактически на квартире у С. Ранее она почти постоянно проживала у С. по разным адресам, где тот снимал жилье. 

29.06.2020г. рано утром ФИО2 позвонил К., который был «с похмелья» и искал свою сожительницу Н.Е.. Придя к ним, К. позвонил на работу своему начальнику и попросил 2000 рублей, на что начальник согласился, и ФИО7 с ФИО2 пошли к нему на работу на за деньгами. Взяв деньги, они зашли в магазин «Светофор», который открывается в 9.00 часов, откуда принесли 3 бутылки вина и 1 бутылку водки, закуску. Мужчины втроем расположились в комнате и начали выпивать. Примерно через 15 минут к ней приехала ее подруга А. с гражданским мужем Г., которых знали все, кроме К.. Когда она с А. и А. хотела придти в комнату к мужчинам, К. сказал, чтобы они общались в другой комнате, т.к. в их компании одни мужики. Поэтому они расположились на кухне, где начали распивать водку, которую те привезли с собой. У них было 3 бутылки, из которых они до отъезда выпили половину, а остальное потом забрали с собой.

В ходе распития спиртного на кухне, она два раза заходила в зал к мужчинам за сигаретами. Первый раз мужчины сидели тихо и мирно, а во второй раз - 

К. и С. общались на повышенных тонах из-за того, что работал телевизор ( из ее дополнительных показаний л.д.63 протокол с/з). В. в это время сидел на стуле у окна. Она взяла сигарету и вышла. Через незначительное время С. вышел к ним на кухню, покурить, а ФИО2 и К. остались в зале. С. сказал, что ФИО2 и К. о чем-то разговаривают, он не вникает в их разговор. Затем она сказала Алене, что ей не нравится, как ведет себя ФИО7 и предложила уехать к ним. Александр вызвал такси и они уехали. 

Перед тем как уехать, она еще раз заходила в комнату и видела, что ФИО2 и ФИО7 спят на кроватях напротив друг друга, а ФИО4 не спал. 

Буквально через 5 минут, как они приехали в с , где проживает А.и. А., ей позвонил сотрудник полиции М. и спросил, где она находится и как давно уехала. Затем, почти сразу, ей позвонил С. - хозяин квартиры, которую снимал ФИО4, и сообщил, что в квартире произошло убийство. 

В эту квартиру она боялась приезжать, поэтому попросила своего знакомого И. В. съездить с ней за ее вещами. 31 июня они приехали в квартиру, где в это время находился С., который находился в состоянии сильного опьянения, и он также им сказал, что К. убил В. - зарезал с первого раза.Она сказала, что В. спал и не мог этого сделать, на что С. сказал, что видел, как В. сразу встал и ни с того, ни с сего, взял нож и нанес им удар К. в область сердца. Также С. сказал, что у них был разговор на тюремную тему и, он делал им замечание, потому что громко разговаривали. Когда Стас понял, что К. мертв, он взял из кармана ФИО2 телефон и вызвал скорую помощь и полицию. Также С. рассказал, что В. долго не могли разбудить сотрудники. 

Взаимоотношения между ФИО2 и С. были очень хорошие, несмотря на то, что, как всегда говорил С. - ФИО2 «урка», а он «мент». 

Когда она последний раз зашла в комнату, К. лежал в одежде с закрытыми глазами, руки были сложены груди. ФИО7 такой человек, что может разжечь конфликт. Она его недолюбливала, т.к. мог вести себя по- хамски.

ФИО2 всегда был спокойным, не агрессивный, если выпивал, то всегда ложился спать. Конфликтов с ним никогда не было.

Накануне убийства, т.е. 28 июня у К. с ФИО4 был конфликт, в ходе которого К. предъявлял претензии С. из-за ревности к его девушке Елене. ФИО7 ревнует ее ко всем подряд. 

На дополнительные вопросы Н. пояснила :

ФИО2 и К. принесли 4 бутылки вермута и 1 бутылку водки; как пояснил потом ФИО6 В.А. и К. выпили почти 1 бутылку вермута, а 3 бутылки потом забрал следователь на экспертизу; С. пил водку, но не допил и её тоже забрал следователь. 

Сидели и выпивали они около часа, при этом не ругались, никакого шума не было. С. сказал ей потом, что он 3-4 раза делал им замечание, т.к. громко разговаривают.

В зале на столе лежала закуска и нож на краю. Бутылки стояли на полу.

Взаимоотношения у нее с С. нормальные, он мог ее оскорбить, но она к этому уже привыкла и, это не было для нее обидным. 29 июня оскорблений в ее адрес не было. 

- К. 29 июня ее не оскорблял, но конфликт был из-за того, что он не разрешил ей с друзьям сидеть вместе с ними в зале, на что ФИО2 спокойно сказал, чтобы она не связывалась с ним.

-С. сказал ей, что вызвал скорую и полицию с телефона ФИО2, т.к. телефон сенсорный и он не умеет им пользоваться. Сказал, что ФИО2 спал, он вытащил телефон из его кармана и вызвал скорую. По словам С., нож лежал на краю стола, В. его схватил и зарезал К., потом швырнул и ушел спать в другую комнату, а С. взял его и убрал на полку под столиком. 

-28 июня, т.е. накануне С. предъявлял претензии К. из-за ревности к К. ревновал ее ко всем. В этот день они были у С. все вместе и выпивали, но В. особо не пил, а спал, он всегда спит, когда выпьет. Сама она этого конфликта не видела, потому что уезжала на некоторое время, а вернулась вечером. Об этом ей рассказал ФИО4 впоследствии. 

Между С. и К. был конфликт в прошлом году, тогда С. жил на из-за того, что когда С. служил в ОМОНЕ он арестовывал К. на рынке, а К. всё хотел придти к нему предъявить претензии по этому поводу и отомстить. 

Из показаний Н. при повторном допросе 26.02.2021г ( протокол л.д.63) следует, что близких отношений с С. у нее никогда не было, они находятся в дружеских отношениях много лет, проживала она у него на правах друга, поэтому он не мог ее ревновать к ФИО2. По событиям 29.06. уточнила, что когда она второй раз зашла в комнату к мужчинам, она подошла к ФИО2, который сидел на стуле у окна, присела к нему на колени, но он ее оттолкнул, при этом у него были бешенные, стеклянные глаза. Поэтому она вышла на кухню и сказала А.с С., чтобы они ее забрали с собой. До этого, в течении года, она периодически ходила вся в синяках от побоев ФИО2, которые он ей наносил в состоянии алкогольного опьянения, а утром об этом мог не помнить, удивлялся своим действиям и сразу выходил из запоя. Опасаясь, что избиение может повториться, учитывая состояние ФИО2, она уехала. 

В прошлом судебном заседании она скрыла этот факт, испытывая к нему чувства из-за близких отношений. 

Затем, обращаясь к ФИО2 говорила, чтобы тот прекратил выдумывать всякие небылицы, типа того, что кто-то иной мог убить К., т.к. это сделал он и надо отвечать за свои поступки. Говорит, что ФИО2 совершил убийство К., находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, после чего мог уснуть и действительно не помнить об этом. Все обстоятельства, связанные, якобы, с кражей телефона К., им выдуманы с целью избежать ответственности за содеянное. После того, как ФИО2 и К. пришли из магазина, она телефонов у К. не видела, но слышала, как они разговаривали про ломбард, но о чем конкретно, не слышала из-за закрытой двери. 

Показания Г. относительно того, что они с А. спиртное не привозили, не пили на кухне, и она не заходила в комнату к мужчинам - полностью опровергает, настаивая на своих показаниях, из которых следует обратное. Считает, что Г. путает обстоятельства, поскольку они тоже систематически употребляют спиртное.

Отвергает также показания ФИО2 в части того, что Г. и А. привозили в тот день торт, конфеты, т.к. точно помнит, что те привезли только спиртное. Возможно, он путает обстоятельства со дня ее рождения, которое было 24 июня. 

Из оглашенных ввиду противоречий в порядке ст.281 УПК РФ показаний Н. ( т.1 л.д.62-65) следует, что 29.06.20г.в ходе распития мужчинами спиртного она заметила, что ФИО2 и К. находились в состоянии алкогольного опьянения, были чем-то раздражены и вели себя агрессивно. Испугавшись возникновения конфликта, она ушла на кухню, при этом, шума в зале не было, они спокойно разговаривали. Через некоторое время она зашла в зал, спросила сигарету, а К. стал выражаться в ее адрес грубой нецензурной бранью и сказал, чтобы она вышла из комнаты, т.к. у них происходит мужской разговор, и она вновь вышла на кухню. При этом К. сидел на кресле, а С. и ФИО2 рядом на диване. Через некоторое время она снова зашла в зал, в это время ФИО2 сидел на стуле у окна, он и ФИО7 находились в состоянии сильного опьянения и ФИО2 сказал ей тоже выйти из комнаты, т.к. они с К. разговаривают. Она вышла из комнаты и решила уехать. Перед отъездом она заглянула в зал, в это время К. и ФИО2 лежали на диванах, а ФИО4 сидел в кресле и сказал, что «зеки не поладили на свою тему». После чего она уехала.

Впоследствии С. ей сказал, что после ее ухода между ФИО2 и К. снова произошел конфликт, в связи с чем, ФИО2 встал с дивана, взял нож со стола и нанес им один удар в грудь К., после чего бросил нож на стол и уснул в другой комнате. С. вызвал скорую помощь, которая константировала смерть К. 

Данные показания Н. подтвердила, уточнив, что К. выражался в ее адрес нецензурной бранью, когда выгонял из комнаты. При этом, как такового конфликта, скандала ни у кого не было, были разговоры на повышенных тонах.

Свидетель С. пояснил, что около 10 лет у него проживала Н., с которой затем стал сожительствовать ФИО2, в том числе по его месту жительства - , против чего, он не возражал, неприязненных отношений к ФИО2 не испытывал. Данное жилье он снимал около 6 месяцев, в настоящее время проживает с матерью на 

С ФИО2 он знаком около двух лет, познакомила их Н., характеризует он его с положительной стороны - как спокойного, хорошего человека, который помогал ему по хозяйству, иногда проживал у него, бывало выпивал, но не очень часто. Когда выпивал всегда вел себя спокойно. 

ФИО7 сожительствовал с Н.Е. (подруга Н. которого он видел раза два - на дне рождения у Н. 24.06.20г. и в день убийства. В ходе недолгого общения он понял, что ФИО2 и К. ранее знакомы, какие у них взаимоотношения, он внимания не обращал. 

По его мнению, К. имеет задиристый характер, потому что, сидя за столом в день рождения, он пытался ему что-то высказать, но он это сразу пресек, и К. замолчал. Также К. что-то сказал ФИО2, чем очень его разозлил. 

В ночь с 28 на г они с Н. ночевали одни, но в разных комнатах. 29.06.20г около 7-8 часов утра пришли ФИО2 и К., при этом они были в каком-то возбужденном состоянии. Они принесли 3 бутылки вина для себя, 1 бутылку водки для него, закуску. Втроем они расположились в зале, т.е. в той комнате, где произошло убийство. Во время распития спиртного, он сидел в кресле около окна и смотрел телевизор. ФИО2 и К. сидели на диванах друг напротив друга и, о чем-то беседовали. О чем они говорили, не знает, потому что плохо слышит и громко работал телевизор. Он в их разговор не вмешивался, ему было неинтересно.

Около 9 часов за Н. приехали ее друзья - А.и. А., проживающие в , которые втроем расположились на кухне. То, что они сидели в разных комнатах, ничего особенного нет - у каждого своя компания. Минут через 30 они уехали в с .Перед тем, как уехать, ФИО3 раза два заходила к ним в комнату за сигаретами. Какого-либо конфликта в квартире не было, все было спокойно.

В процессе распития спиртного конфликта не было. ФИО2 и К. иногда громко разговаривали и он делал им замечание, но эмоциональных всплесков, скандальных слов или резких телодвижений, не было. Разговаривали они примерно час. Когда Н. с друзьями уехали, он сказал ФИО2 и К. чтобы те легли отдохнуть, потому что разговор был какой-то напряженный. Они были не пьяные - выпили меньше бутылки вина на двоих. Они легли, но продолжали разговаривать. Потом неожиданно, ФИО2 приподнялся с дивана, схватил нож со столика, которым они резали закуску, ударил им К. в грудь, бросил нож на стол, а сам ушел в другую комнату и сразу усн был длиной около 30 см с белой пластмассовой ручкой. Нож он держал в правой руке и ударил сверху вниз. Когда он подошел к К. и посмотрел на точку вхождения ножа, то сразу понял, что удар был ровно в сердце и смертельный. На службе он был фельдшером и смог диагностировать удар. Крови при этом почти не было. Потом он, двумя руками, взял нож за кончики и положил его на полку под стол, чтобы избежать, возможного, его повторного применения. Когда приехала скорая, врач сразу констатировал смерть. 

-У него был ранее телефон, но он не работал, поэтому он залез в карман брюк к спящему ФИО2, вытащил его телефон и вызвал скорую помощь. 

У К. ранее он видел телефон, который был сенсорный, но он не может им пользоваться, поэтому взял телефон ФИО2. Где находился телефон К. в это время, он не знает, при нем, он по нему не разговаривал.

Он в этот день выпил грамм 200 водки, был не пьяный. 

Когда Н. с друзьями ушли, он закрыл дверь изнутри на внутренний замок и вернулся в комнату, где ФИО2 и ФИО7 продолжали разговор. 

В тот день, с утра и до приезда скорой и полиции, он никуда не выходил. Иных лиц в квартире не было.

На вопросы подсудимого С. уточнил:

К. вместе с ее подругой ФИО8. К ней ФИО3 кто только не приходил. 

Он не помнит, чтобы у него были конфликты с К., когда он еще служил в ОМОНе. По роду службы задержание лиц на рынке, не входило в его обязанности, поэтому К. он не мог задерживать. С К. разговора об этом не было никогда. 

В ночь с они с Н. находились в квартире вдвоем и спали в разных комнатах. Утром к нему никто не подходил и не спрашивал разрешения, чтобы пришли гости.

На очной ставке он действительно говорил, что Н. или Н. украли у него телефон за неделю до 29.06.2020г. После этого, он купил новый телефон, который затем уронил в воду и тот сломался. 

На вопросы суда С. пояснил:

С момента нанесения удара ножом до вызова скорой помощи прошло очень мало времени: секунд 30 он осматривал К., секунд 30 потребовалось, чтобы переложить нож, затем взять телефон и позвонить.

Как ФИО2 мог так быстро уснуть и не почувствовать, как у него доставали телефон, не знает, но ФИО2 не был сильно пьян.

ФИО2 уснул в одежде, на нем была майка и джинсы.

Когда приехали сотрудники, ФИО2 спал и, его пришлось расталкивать. 

Сотрудникам не представилось возможным опросить ФИО2, т.к. он сразу не мог понять, что случилось. ФИО2 не сопротивлялся, отрицательных эмоций не проявлял. 

Почему произошло убийство не знает, полагает, что ФИО7 чем-то довел ФИО2.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний С. на предварительном следствии( т.1 л.д. 76-79) следует, что 26.06.2020г. к нему пришел ФИО2 и К., которого он раньше не знал. Из их общения он понял, что К. также отбывал наказание в местах лишения свободы и между ними постоянно происходили словесные конфликты. 29.06.2020г. в ходе распития спиртных напитков между К. и ФИО2 снова возник словесный конфликт относительно отбывания наказания, но что конкретно они говорили, он не знает, т.к. смотрел телевизор и не слушал их. Когда они легли на диваны, то конфликт между ними продолжился, в ходе чего, К. высказал в адрес ФИО2 какое-то оскорбление, которое он не запомнил. После этого, ФИО2 резко поднялся, встал с кровати, схватил со стола нож и нанес им удар в область груди, лежавшему на диване К. Затем быстро вынул нож, бросил его на стол, вышел из зала, ушел в спальню и уснул. С. взял нож за края и убрал его на полку стола, чтобы ФИО2 не причинил еще кому-либо телесные повреждения. 

Так как у него не было телефона, он зашел в спальню и взял с кровати телефон ФИО2, с которого сделал сообщение о преступлении. 

На вопросы суда С. пояснил: 

По состоянию здоровья он наблюдается у невролога МСЧ УМВД по Тамбовской области. 

29.06.2020г. он не видел у К. телефон, он ни с кем не разговаривал, но до этого дня видел. Телефон у него был хороший, сенсорный. Куда он делся, не знает. 

29.06.20г. он не слышал, чтобы между К. и Н. был конфликт, возможно из-за того, что громко работал телевизор, но скандала точно не было. 

У него и ФИО2 конфликтов с Н. то же не было.

Почему ФИО9 с мужем приехали забрать Н. не знает, но предполагает, что ФИО3 сама им позвонила, потому что они втроем выпивали, а она нет. 

Говоря о наличии конфликта он имел ввиду разговор на повышенных тонах.

На вопросы ФИО2 С. пояснил:

28.06.2020г.( накануне) у него в квартире находились: Он, К. с супругой (Н. и ФИО2. Потом он лег спать и не видел, кто ушел, а кто остался. Поэтому может быть, ФИО2 и ночевал, как всегда. Точно помнит, что ФИО2 с К. утром позвонили в домофон и он открыл им дверь. Они принесли спиртное и начали выпивать. 

29.06.2020г утром, может быть, ФИО2 и подходил к нему и спрашивал разрешение на визит К., но он не запомнил этого момента. 

Свидетель П. пояснил, что он работает водителем-полицейским и в день убийства находился на маршруте патрулирования, и когда от оперативного дежурного ОП поступило сообщение, они направились на место преступления - в квартиру по В.. Приехав на место, они увидели около подъезда машину скорой помощи и врачи сказали, что в квартире находится труп. Зайдя в квартиру, они увидели на кровати в одной из комнат, находящейся прямо от входной двери, труп погибшего, который лежал на спине, руки были сложены на груди; в другой комнате- слева от входа, спал подсудимый; также там находился квартиросъемщик- С. который им пояснил, что в ходе распития спиртного между К. и ФИО2 произошел конфликт, в ходе чего, подсудимый схватил нож и нанес удар потерпевшему в грудь. Потом С. аккуратно взял нож двумя пальцами и положил его другое место, как пояснил «от греха подальше». 

Когда они зашли в квартиру ФИО2 спал, его затем разбудили сотрудники оперативно-следственной группы. Когда тот проснулся, он не мог ничего понять и пояснить, т.к. был в состоянии сильного алкогольного опьянения. Когда ФИО2 поднялся, сотрудники натянули на него брюки и сказали что произошло, но он так ничего и не понял. Затем на него надели наручники и увели.

С. находился в адекватном состоянии, отвечал на вопросы сотрудников полиции, пьян был или нет - точно сказать не может. В квартире явного беспорядка не было. 

Свидетель Ч. пояснил, что он совместно с полицейским-водителем П. заступил на дежурство и в 11.43 час получил сообщение от оперативного дежурного ОП г. произошло убийство, в связи с чем, они направились по данному адресу. Когда они подъехали, то около подъезда уже стоял экипаж скорой помощи, которые сказали, что уже были в квартире. Дверь квартиры им открыл С., который проводил их в комнату, где лежал трупа К.; затем С. указал на комнату, где лежал подозреваемый ФИО2. О данных обстоятельствах он сообщил дежурному и через несколько минут на место прибыла следственно-оперативная группа.

На вопрос о том, за что ФИО2 убил К., С. ответил, что они оба ранее судимы и в процессе распития алкогольных напитков между ними произошел спор на эту тему, а также из-за женщины. 

На вопрос о том, где орудие убийства, С. пояснил, что он аккуратно взял нож со столика и убрал на нижнюю полку. 

С. адекватно отвечал на все вопросы, показывал кто, где находится.

ФИО2 все это время спал, его разбудили приехавшие сотрудники, надели на него наручники и увели. При этом у него был расфокусированный взгляд, шаткая походка, он не твердо стоял на ногах.На нем была майка и бриджи (шорты). Нож был примерно см 35 от кончика до конца рукоятки. Он лежал вдоль письменного стола на нижней полке с краю. На лезвии ножа была кровь см 10, рукоятка светло-серого цвета. Третьих лиц в квартире не было.Рапорт он писал в комнате, где спал ФИО2. Все это время ФИО2 крепко спал, сотрудники его будили. Когда его разбудили, он что-то невнятно бурчал, ничего не понимая. 

С. пояснила, что она является врачом выездной бригады ГБУЗ ТО ССМП и МК. Летом 2020г она приехала на вызов . Зайдя в квартиру с фельдшером, она увидела в комнате труп с колото-резанной раной грудной клетки. Там же находился мужчина в состоянии опьянения, который сообщил, что мужчина, который совершил ножом убийство потерпевшего, спит в другой комнате. 

Около трупа большого кровавого пятна не было, значит, не были затронуты большие сосуды, а при таком виде ранений, не бывает обильного кровотечения. 

Когда она поднимала одежду, чтобы осмотреть рану, труп был еще не застывший. В ходе осмотра она сразу константировала смерть. Точное время устанавливают эксперты.

Засекреченный свидетель Ш. пояснил, что летом 2020г его задержали в нетрезвом виде и поместили в спецприемник. Там ФИО2 рассказал, что он находился дома у друга, где также находилась его гражданская жена и еще один друг. В ходе распития спиртных напитков, друг начал нелестно отзываться в адрес его жены, говоря, что она живет непонятно с кем и как. Сказал, что он взял нож и нанес один удар. 

В этот момент подсудимый переживал, сказал, что не хотел этого делать.

Когда ФИО2 с ним разговаривал, он был в среднем состоянии алкогольного опьянения. 

ФИО2 сказал, что не помнит момент удара, но помнит момент, когда увидел нож у себя в руках.

На вопросы стороны защиты засекреченный свидетель пояснил,что он не помнит в чем был одет ФИО2 в тот день, какие у него особые приметы, т.к. прошло много времени. Рост у него выше среднего, худощавого телосложения. 

Адрес места происшествия ФИО2 не называл, но рассказывал, что был с другом, хозяином дома и гражданской женой. Они выпивали. Друг начал говорить: « Ты с кем живешь?», т.е. начал нелицеприятно высказываться в её адрес. В ходе распития спиртного он взял нож, который лежал на столе и нанес один удар. Других подробностей не говорил, имен не называл. 

В это время ФИО2 находился в эмоционально- возбужденном состоянии, видно было, что сильно переживает. Вызывали ему врача или нет в тот день, он не помнит. 

На вопросы судьи Ш. уточнил, что ФИО2 сказал, что не подозревается, а что совершил убийство. Куда он дел нож после убийства тот не говорил. Он сказал, что нож оказался у него в руке, момент нанесения удара не помнит.

Свидетель Г., допрошенный по ходатайству стороны защиты в судебном заседании, пояснил, что29.06.2020г. до обедаони с женой А. находились дома, когда позвонила Н. и попросила за ней приехать, потому что там все выпивают и она побаивается ФИО2. Они вызвали такси, приехали в квартиру в район , где проживал седых С. прошли на кухню, подождали пока оделась в комнате, которая расположена напротив кухни, вызвали такси и уехали к ним домой в . По пути они остановились у магазина, купили спиртное. Когда они ехали за ФИО3 спиртного у них не было, они были трезвые. Спустя 1-1,5 часа И. позвонила её мама и сообщила об убийстве. 

Когда они приехали за Н. им пояснила, что С. Милованова В.А. и еще кто-то третий, выпивают в другой комнате, дверь к ним была закрыта, поэтому сами они никого там не выдели. Когда он хотел зайти поздороваться с мужчинами, Ирина сказала этого не делать, потому что там все пьяные. 

Пока они ждали Н. та ходила и собирала вещи. При этом он не видел, чтобы она заходила в комнату к мужчинам. 

На вопросы ФИО2 Г. уточнил,что кроме Н. они 

больше никого не видели, из другой комнаты никто из мужчин не выходил. И. сказала, что все были очень пьяны. При этом скандала в квартире не было, всё было тихо.

ФИО3 позвонила его жене и сказала, что побаивается ФИО2 До этого был случай, когда Н. ходила с синяком - это ФИО2 её ударил. 

Помимо того, вина подсудимого подтверждается процессуальными документами и иными материалами дела:

сообщениемС. в дежурную часть ОП УМВД России по , о том, что в убили человека, поступившее 29.06.20г в 11ч 35 мин с телефона , принадлежащего ФИО2 ( т.1 л.д.25);

сообщением врача БСМП ФИО10 в отдел полиции о том, что по указанному С. адресу, умер человек, имеется ножевое ранение, преступник на месте, время- 11.44 час ( л.д.29);

рапортом Ч. о том, что 29.06.20г в 11.43 час от дежурного ему поступило сообщение о совершении убийства прибыв на место им стало известно, что гр.ФИО2 нанес удар ножом в грудь гр.К.(л.д.32);

протоколом осмотра места происшествия- произведенного следователем 29.06.20г в период времени с 12.40 час до 14.30 час. с согласия С., с участием двух понятых, эксперта ЭКЦ УМВД России по , судебно-медицинского врача - эксперта, в ходе которого обнаружено следующее : в зале на телевизоре черная кепка; на полу около кресла и тумбы- 4 стеклянные бутылки «Домашнее крепкое красное» со спиртосодержащей жидкостью; 2 стеклянные бутылки из-под водки; на столе и под столом, стоящем рядом с креслом, - 2 пластиковые бутылки, 3 рюмки, чайный стакан; 

в результате осмотра поверхности стола с использованием источника экспертного света обнаружены пятна темно-бурого цвета, которые изъяты на марлевый тампон; 

на средней полке стола обнаружен кухонный нож, на котором при помощи экспертного света обнаружены пятна вещества темно-бурого цвета;

на кресле рядом со столом обнаружен сотовый телефон Самсунг дуос; 

на кровати слева от входа обнаружен труп К., с которого сняты вещественные доказательства - майка брюки, трусы, носки, из-под него- простынь; в верхней трети майки имеется сквозной дефект ткани линейной формы, в этой части имеются следы вещества, похожие на кровь; в этой же области тела обнаружена щелевидная рана иных повреждений не установлено;

при осмотре коридора, на тумбочке обнаружена кепка черного цвета. 

Все изъятое имущество было упаковано и опечатано надлежащим образом, за подписями всех участвующих лиц ( т.1 л.д.12-22 с фототаблицей);

протоколом проверки показаний на месте, произведенной следователем 29.06.20г в период времени с 18.05 час до 20.00 час., с участием следователя-криминалиста, в ходе чего С. указал комнату в квартире, где проживает, в которой они распивали спиртное 29.06.20г., в ходе чего между ФИО2 и К. возник словесный конфликт; затем ФИО4 указал на диваны, на которые легли ФИО2 и ФИО7, после конфликта; затем ФИО4 указал откуда ФИО2 взял нож, каким образом и куда нанес удар ФИО7, а также место куда ФИО2 затем положил нож и куда ушел спать (т.1 л.д.86-99); 

протоколом очной ставки ФИО2 и С., в ходе которой, они поддержали ранее данные им показания, которые не содержат существенных противоречий между собой. Относительно нанесения удара ФИО2 по-прежнему утверждает, что не помнит этого, а ФИО4 говорит, как все происходило ( т.1 л.д.138-141);

из протокола освидетельствования от 29.06.2020г. следует, что у ФИО2 имелась она ссадина на левом предплечье, одна- на правой голени, которые могли образоваться не более одних суток до освидетельствования; в ходе медицинского осмотра у него были взяты смывы с кистей рук, которые упакованы и опечатаны надлежащим образом (т.2 л.д.13-16); 

-по заключению эксперта - у ФИО2 имелась одна ссадина на левом предплечье, одна- на правой голени, которые могли образоваться не более одних суток до освидетельствования от 29.06.20г.( т.1 л.д.166-167);

по заключению судебно-биологической экспертизы - группа крови у К. и ФИО2 одинаковая и относится к О (Н) альфа бета; на срезах ногтевых пластин с левой и правой кистей рук К. обнаружена кровь человека, которая могла произойти, как от К., так и ФИО2 ( т.1 л.д.172-175);

по заключению эксперта -на смыве со стола, а также майке К. и простыне, также обнаружена кровь человека О (Н) альфа бета, которая могла произойти, как от К., так и ФИО2; на одежде К. трусах, майке, брюках, а также двух кепках- кровь не обнаружена ( т.1 л.д.180-185);

по заключению эксперта и 284 - на срезах ногтевых пластин и смывах с левой и правой кистей рук С., а также на его майке и спортивных брюках - кровь не обнаружена ( л.д.190-192, 205-207);

по заключению эксперта и 287- на рубашке, шортах и сланцах ФИО2, а также на смывах с его левой и правой кистей рук - кровь не обнаружена ( л.д.197-200);

на рукояти ножа обнаружены клетки эпителия, образованные в результате смешения ДНК более трех лиц, генетические признаки которых непригодны для идентификации;

на рукояти ножа кровь человека не обнаружена; на клинке ножа клетки эпителия не обнаружены ( т.1 л.д.220-224);

по заключению дактилоскопической экспертизы - на внешней поверхности стеклянной бутылки «Домашнее крепкое красное» под имеется след пальца, который оставлен средним пальцем левой руки ФИО2;

на стеклянной бутылке «Домашнее крепкое красное» под имеется три следа пальцев рук, которые оставлены указательным, средним и безымянным пальцами левой руки С.;

на стеклянной бутылке «Царь водка» и рюмке имеется след среднего пальца руки ФИО4 (л.д.241245);

по заключению дактилоскопической экспертизы от 02.12.2020г., на орудии преступления, т.е. ноже, папиллярных узоров обнаружено не было ( т.3 л.д.20-22);

по заключению судебно- медицинской экспертизы трупа К. у негообнаружена рана передней поверхности грудной клетки слева, с отходящим от нее раневым каналом, с повреждением по его ходу подкожно-жировой клетчатки, левой большой грудной мышцы, межреберных мышц 2 межреберья слева, пристеночной плевры левой плевральной полости, верхней доли левого легкого, сердечной сорочки и восходящей части аорты, слепо заканчивающимися в просвете восходящей части аорты; 

данные телесные повреждения возникли от однократного воздействия колюще- режущего плоского клинка, типа ножа с односторонней заточкой, шириной не менее 1,5 см, длиной не менее 7 см на уровне погружения, возможно ножом, представленным на экспертизу;

отсутствие клеточной реакции в зоне повреждения позволяет считать, что телесное повреждение было причинено в пределах 1 часа до наступления смерти; 

обнаруженные повреждения квалифицируются, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находятся в прямой причинной связью с наступившей смертью К. 29.06.2020г. При этом взаиморасположение нападавшего и потерпевшего, а также их позы, могли быть любыми удобными для образования телесного повреждения;

в крови трупа К. обнаружен этиловый спирт в количестве 3,2 промилле, что при жизни соответствует тяжелому алкогольному опьянению ( т. 1 л.д. 155-160).

по заключению эксперта-генетика -на клинке ножа обнаружена кровь человека, которая происходит от К. и не происходит от ФИО2;

на рукояти ножа обнаружены клетки эпителия, образованные в результате смешения ДНК более трех лиц, генетические признаки которых не пригодны для идентификации;

на рукояти ножи кровь человека не обнаружена; на клинке ножа клетки эпителия не обнаружены ( т.1 л.д.220224).

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании была допрошена эксперт К., которая на вопросы подсудимого пояснила следующее:

В описательно-мотивировочной части заключения по исследованию ДНК, объект и объект - это то, что исследовалось на ноже: в данном случае объект - это то, что было смыто с клинка ножа (лезвие); объект - это то, что смыто с поверхности рукояти ножа. 

Обнаруженные на рукоятке ножа клетки эпителия образованы в результате смешения. Идентифицировать конкретных лиц, которые оставили свои следы на рукояти ножа, не представляется возможным, т.к. данная смесь не идентификационная - в данной смеси участвовало слишком много лиц, т.е. очень много человек держали эту рукоять. У каждого человека свой генотип, эти генотипы ( клетки эпителия) накладываются друг на друга. В конкретном случае их более 3-х, но некоторые маркеры показывают, что их было минимум четверо. То есть, любой человек, даже здесь находящийся, если в его генотипе присутствуют данные аллели, потенциально мог держать этот нож. Такие смеси идентификации не подвергаются и не подвержены в принципе. Но бывают такие ситуации, где конкретно видны оставленные следы лиц, участвующих в деле. Если видно, что данная смесь пригодна для идентификации, аллели проходят от лиц, участвовавших в деле, то тогда производится математический расчет - насколько вероятно получение данных следов от конкретных лиц. Как правило, этот расчет показывает, что эти следы туда попали не случайно и вероятность стремится к нулю, т.е. категорично положительный вывод. В нашем случае сигнал был достаточно низкий, поэтому данную смесь невозможно было «расслоить».

На вопросы защитника эксперт пояснила: вданной ситуации определить последний след не представляется возможным, определение поэтапности наложения следов на конкретный предмет в компетенцию эксперта- биолога не входит. В их компетенции - это установление наличия следа, установление с какой ткани или жидкости происходит след, установление конкретики происхождения следа от конкретно проходящего по делу лица или неустановленного лица.

В данном случае потеря следа маловероятна, потому что генотипы ДНК имеются, генотип установлен, но они не идентификационны. 

При определении места, откуда необходимо брать смывы для исследования, в первую очередь обращается внимание на сохранность исследуемого объекта, если нареканий нет, то приступаем к исследованию, визуальному осмотру предмета. В этом конкретном случае, на клинке ножа было видно вещество бурого цвета. На рукояти ножа, учитывая то, что клетки эпителия визуально не проявляются, характер наложений был достаточно обильный, смыв производится со всей поверхности рукояти ножа. 

На вопросы суда эксперт пояснила: 

Следы лица, последним держащим нож, не всегда выделяются более четко по сравнению с предыдущими. Это бывает крайне редко, а если ручка пластиковая ( как в данном случае), нет никаких разрушений и пропиток, установить принадлежность генотипа практически не возможно. При исследованиях в 90% случаев получаются смеси. Если в этой смеси мы видим, что есть аллели ( цифровые обозначения), т.е. участок определенного гена, который исследуется и они свойственны генотипу конкретного лица, то их можно разделить. В данном случае были низкие сигналы, которые не дают никакой конкретики, идентифицировать их не представляется возможным. 

Других посторонних веществ на ноже обнаружено не было, даже учитывая то, что нож был достаточно загрязнен (продуктами, жировыми отложениями). Если такие вещества обнаруживаются в ходе исследования, то эксперты имеют право передать исследуемый объект на другой вид исследования. Поэтому, если бы она увидела какой-нибудь волос, ворсинку и т.п. то передала бы его на соответствующее исследование. 

Согласно заключению комплексной психолого-психиатрической экспертизы ФИО2 обнаруживает признаки синдрома зависимости от алкоголя, о чем свидетельствуют данные анамнеза о злоупотреблении спиртными напитками с формированием признаков психофизической зависимости от них, лечение в условиях наркологического стационара по поводу алкогольного психоза, иных установленные данные.В период, относящийся к совершению настоящего преступления, у него не было признаков какого-либо временного психического расстройства, в том числе патологического опьянения, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Об этом свидетельствуют данные, об употреблении им перед совершением преступления спиртных напитков, сохранности его ориентировки в окружающем пространстве, целенаправленный характер его действий, отсутствие в его поведении и высказываниях признаков бреда, галлюцинаций, патологически расстроенного сознания. Поэтому состояние алкогольного опьянения у ФИО2 не повлияло на его возможность в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, равно как и в настоящее время. Может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания. В каких-либо принудительных мерах медицинского характера не нуждается. 

Индивидуальные психологические особенности не оказали существенного влияния на его поведение во время преступления. В момент совершения преступления ФИО2 в состоянии аффекта не находился, о чем свидетельствует отсутствие типичной трехфазной структуры возникновения и развития эмоциональной реакции. Также ФИО2 не находился в каком-либо эмоциональном состоянии, которое оказало бы существенное влияние на его сознание и деятельность. ( т.1 л.д.229-232).

Допрошенная в судебном заседании 26.02.2021г.в качестве эксперта врач- психиатр К., являющаяся заведующей амбулаторным отделением, принимавшая участие в производстве данной экспертизы, уточнила, что патологическое опьянение - это исключительное состояние, которое характеризуется нарушением сознания, к опьянению практически не имеет никакого отношения, наступает оно после употребления небольшого количества алкоголя. Это относится к психическим расстройствам, к временному психическому расстройству, которое протекает с нарушением, помрачением сознания, сопровождается яркой клинической картиной голюциноторно- бредовых переживаний, прекращается также остро как и начинается; по времени оно непродолжительное. Если такие признаки обнаруживаются, то это обязательно указывается в экспертном заключении.

Вопрос: из показаний ФИО2 следует, что он на протяжении длительного времени до произошедшего употреблял алкогольные напитки. В день произошедшего он выпил немного: примерно 2 рюмки водки и 2 бокала вина и с его слов он не помнит, что происходило далее, поясните, возможно ли это при незначительном употреблении алкоголя?

По материалам дела, а также на период проведения экспертизы, ФИО2 утверждал, что он не помнит период интересующий следствие. Поэтому к этому вопросу отнеслись достаточно серьезно, с этой целью была изучена его медицинская документация, которая имелась в архиве психиатрической больницы, из которой следует, что ФИО2, до проведения экспертизы, дважды лечился в условиях стационара, однократно перенес алкогольный психоз (белая горячка) - это состояние, которое было вызвано длительным употреблением алкоголя и связано с нарушением сознания, когда человек не отдает отчет своим действиям и живет в мире своих галюцинаторно-бредовых переживаний. К патологическому опьянению это не относилось - это было в рамках алкогольного психоза. Из медицинской документации на период 2011 года следует, что у ФИО2 была высокая толерантность к спиртному, он мог выпить до литра крепких напитков. На момент проведения экспертизы он пояснял, что толерантность к алкоголю у него снизилась за период с 2011 по 2020 год, т.е. для того, чтобы запьянеть, испытать прежние алкогольные переживания, достаточно совершенно другого объема алкоголя, чем прежде. Это было учтено и занесено в заключение. 

К особым формам или патологическому опьянению не относится амнестическая форма опьянения. Она отражает только признаки простого алкогольного опьянения, т.е. они у человека могут быть, а могут и не быть. У ФИО2 формы амнестического опьянения были, т.е. употребляя спиртные напитки, под воздействием качества, крепости, объема алкоголя - возможно запамятование определенных событий, на период опьянения. ФИО2 с 2011 года знал о том, что такие состояния возможны. Это отражено в его медицинской карте. На момент проведения экспертизы, ФИО2 говорил, что употребил алкоголь, называя малым количеством, т.е. всего около 250 грамм алкогольного напитка, смешанной крепости и далее ничего не помнит - это было также учтено и отражено в заключение экспертизы и было расценено, как проявление простой формы опьянения.

На вопросы защитника пояснила: 

Анамнез - это история развития человека с момента рождения, записывается она со слов подэкспертного, при этом проверяется последовательность мышления, состояние его памяти, способность делать определенные выводы, излагать сведения о себе в рамках задаваемого вопроса, оцениваются психические функции. 

Морби анамнез - это история заболевания, в частности, когда начиналась алкоголизация, сколько может выпить, как менялись клинические проявления этого состояния. 

Вопрос: ФИО2 в своих показаниях говорит о том, что он выпьет и спит, часа 2 поспит, снова выпьет - это характерно для лица, злоупотребляющего алкоголь?

Это бывает не у всех. Такие проявления бывают либо при индивидуальной характеристике, когда человек знает о том, что когда он выпьет наступает угасание нервной системы и он ложится спать. Часто так бывает у людей, у которых имеется сопутствующая неврологическая патология, ЧМТ. В нашем случае подэкспертный ФИО2 здоров, возможно были травмы в прошлом. У нас имелась амбулаторная карта с эпикризом, в котором указано, что ФИО2 осматривался неврологом и указано, что кроме органических изменений, вызванных алкогольной интоксикацией ничего не было, т.е. организм ФИО2 «пострадал» от алкогольной интоксикации.

Вопрос суда: учитывая индивидуальные особенности подэкспертного, с учетом анамнеза, у ФИО2 имелись провалы в памяти, они могли быть и на день совершения преступления, могло быть, что ФИО2 не помнит событий вменяемого ему преступления?

Да, это так и было. Амнестическая форма опьянения имела место быть, потому что было употребление алкоголя и было запамятование дальнейших событий, поскольку провалы в памяти у него были и ранее. Он знал об этих последствиях, вызываемых употреблением алкоголя, т.к. был знаком с этой клинической картиной.

На вопрос защитника :

В данном случае, согласно медицинской документации, провалы в памяти у ФИО2 были. Само состояние опьянения определенным образом характеризуется у разных лиц - у него имеются определенные слабости, т.е. запамятование событий.

Таким образом, исследовав и оценив изложенные выше доказательства, которые являются допустимыми, относимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными, суд находит вину подсудимого полностью доказанной в инкриминируемом ему преступном деянии. 

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При этом, подсудимый действовал с прямым умыслом, т.е. виновный осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления смерти потерпевшего и желал ее наступления, о чем свидетельствует применение ножа, которым был нанесен один удар в область жизненно-важного органа, от чего наступила смерть потерпевшего. Умышленные преступные действия подсудимого находятся в непосредственной причинной связи с наступившими для потерпевшего последствиями.

Квалифицируя действия подсудимого таким образом, суд исходит из умысла подсудимого, направленного на лишение жизни потерпевшего, о чем явно свидетельствует орудие преступления - нож, которым подсудимый нанес потерпевшему один смертельный удар в область сердца, о которого тот скончался на месте через непродолжительный промежуток времени. 

Из показаний С. относительно обстоятельств совершенного преступления следует, что после того, как Н. уехала с друзьями в , он закрыл за ней дверь изнутри на специальный замок-барашек, и они втроем, т.е. он, ФИО2 и К. продолжили распивать спиртное. Больше к ним никто не приходил. Он в это время, в основном смотрел телевизор, а ФИО2 и К. общались между собой, сидя на диванах, расположенных напротив друг друга. Он в суть их разговора не вникал, но слышал, что говорили они на тюремную тематику, но о чем конкретно не знает, возможно потому, что у него плохой слух и громко работал телевизор. При этом они не ссорились, конфликта не было, но периодически они начинали говорить громко, что он расценивал, как конфликт, давая показания на следствии. После того, как он им делал замечания, те затихали. Через несколько минут они легли, каждый на свой диван, но продолжили негромко разговаривать. Неожиданно ФИО2 резко встал, взял со стола нож, подошел к К., нанес ему удар в область сердца, вынул нож и, бросив его на стол, ушел в другую комнату, где сразу крепко усн , подойдя к К., понял, что удар был смертельным. Затем, он взял пальцами обеих рук нож за края и убрал его на нижнюю полку стола, во избежание возможных последующих действий ФИО2 аналогичного характера. Затем он вошел в комнату, где уснул ФИО2, взял его сотовый телефон, с которого вызвал скорую помощь и полицию. Сотрудники приехали через 10-15 минут и констатировали смерть. ФИО2 все это время спал, его с трудом разбудили сотрудники полиции и забрали в отдел. 

Из показаний С. на предварительном следствии, в суде, на очной ставке стабильно следует, что в ходе совместного распития спиртных напитков в его .06.2020г., ФИО2 взял со стола, за которым они сидели, кухонный нож, подошел к лежавшему на диване К. и нанес ему один удар в область сердца, от чего тот скончался на месте. Нож он бросил обратно на стол и уснул в другой комнате. В ходе проверки показаний на месте ФИО4 показал, как и где это происходило. 

Н. подтвердила эти обстоятельства, о чем ей стало известно на следующий день от С. 

Засекреченный свидетель под псевдонимом Ш. пояснил в судебном заседании, что со слов ФИО2 -он убил своего приятеля ножом, при этом, он не помнит момент нанесения удара, но помнит, что нож был в его руке. 

Из показаний С., Н., ФИО2 стабильно следует, что между ними всеми были исключительно дружелюбные взаимоотношения, конфликтов между ними не возникало. Неприязненных отношений между С., Н. и ФИО2 нет. К. они все характеризуют, как человека склонного к конфликтам, который мог быть его инициатором. 

При даче показаний в судебном заседании 18.02.2021г ФИО2 пояснил, что отношения с С. у них были хорошие, но иногда он высказывал им с Н. недовольство, ввиду того, что они жили у него и, просил их съехать. Говорил, что у него есть женщина, а из-за них он не может с ней проживать совместно. Полагает, что С. мог ревновать его к Н., т.к. ранее они жили вместе 10 лет. 

К данным показаниям суд относится критически, поскольку они носят недостоверный характер, об этом больше никто не говорил, равно, как и он до этого судебного заседания. 

Н. при повторном допросе эти пояснения ФИО2 опровергла, утверждая, что С. очень хорошо относился к ФИО2 и к ней, из дома их не выгонял, ревновать ее к ФИО2 он не мог, т.к. у них были только дружеские отношения. С. даже ей неоднократно высказывал за то, что она говорила ФИО2 убрать в квартире или приготовить еду, т.е. жалел его, говорил, что человеку и так плохо, а ты заставляешь его делать домашние дела.

На основании изложенного, у суда нет каких-либо оснований полагать, что у С. были основания для оговора ФИО2 и стороной защиты их не представлено. Напротив, из показаний С. следует, что он исключительно положительно характеризует ФИО2, скрывая, например тот факт, что он неоднократно избивал Н., тем самым, пытаясь смягчить ситуацию. 

Кладя в основу приговора показания С. суд в полной мере убежден в их достоверности, правдивости, допустимости. 

Доводы ФИО2 о том, что о недопустимости показаний С. могут свидетельствовать его неточные пояснения относительно причин невозможности вызова скорой помощи со своего телефона, а также относительно местонахождения телефона ФИО2, с которого он осуществил вызов сотрудников -не имеют существенного значения для дела. 

Так, вначале показаний С. сказал, что его телефон находился в неисправном состоянии и, он не мог с него позвонить. Затем, на вопрос ФИО2, уточнил, что около недели назад у него действительно украли телефон, но он купил новый, который уронил в воду (в унитаз), от чего тот испортился. То же относится к показаниям ФИО4, сказавшего вначале допроса, что он взял телефон из кармана брюк ФИО2, а не с кровати около него, как на следствии. Эти обстоятельства носят не существенный характер и человеку свойственно забывать незначительные события, не имеющие для него значения. Кроме того, на протяжении недели до совершенного преступления, они все распивали спиртное, что также может являться причиной невозможности воспроизводить детали событий. 

В пользу данного вывода говорят и материалы проверки, представленные адвокатом (т.3 л.д.39-48), из которых следует, что до совершения настоящего преступления, Н. и Н. (подруга К.) были сделаны заявления в полицию о краже у них телефонов по месту жительства С., но впоследствии они отказались от своих заявлений. Н., например, вспомнила впоследствии, что накануне сделанного ею сообщения в полицию, которое зафиксировано 28.06. 2020г, телефон она сама сдала в ломбард, о чем утром забыла. В материале имеется договор купли-продажи телефона от имени Н. и ее заявление о прекращении проверки. 

По тем же основаниям суд относится критически к показаниям Н. о том, что 29.06.20г утром у К. было два сотовых телефона - один его, а другой Н.; а также к показаниям ФИО2, который вдруг вспомнил, что утром 29 июня С.звонил матери, т.е. телефон у него был. Его показания в этой части также опровергаются детализацией соединений по номеру сим-карты С., которая не содержит данных о совершении каких-либо звонков в этот день (т.3 л.д.10).

Таким образом, периодически возникающие у данных лиц обстоятельства, связанные с пропажами сотовых телефонов, а затем их внезапным нахождением, не могут свидетельствовать о ложности свидетельских показаний по обстоятельствам данного дела. Свидетели могут добросовестно заблуждаться относительно обстоятельств, связанных с телефонами, ввиду длительного и периодического употребления алкогольных напитков друг с другом, а также ввиду несущественности для них этих обстоятельств. 

Судом достоверно установлено, что вызов сотрудников был сделан С. с телефона ФИО2 - это никем не оспаривается. 

Обстоятельства, подлежащие обязательному доказыванию по делу в порядке ст.73 УПК РФ - время, место, способ совершения преступления, С. воспроизводит ясно и четко, его показания в этой части носят стабильный, логически последовательный характер. 

Кроме того, с целью оценки показаний С., а также доводов ФИО2 о возможной невменяемости свидетеля, ввиду имеющихся у него заболеваний, судом была запрошена медицинская документация из ФКУЗ «МСЧ МВД России по », из которой следует, что С. состоял на учете у врача-невролога с диагнозом: последствия повторных зчмт в виде умеренно-выраженных астено-невротических нарушений и редких генерализованных судоржных параксизмов,т.е. эписиндром. Снят с учета 2 года назад в связи с неявкой на диспансерные осмотры. На учете у врача-психиатра не состоит. Имеет 3 группу инвалидности по военной травме бессрочно с 01.03.2012г.

Показания С. в целом, как на следствии, так и в суде, носят логически последовательный характер. Оснований сомневаться в нормальности психического состояния здоровья С. и надлежащем восприятии им обстоятельств совершенного ФИО2 преступления, очевидцем которого он является, у суда не имеется, ввиду чего, не имеется и оснований для назначения в его отношении психиатрической экспертизы.

Довод стороны защиты о том, что не были исследованы данные о возможном прогрессировании хронических заболеваний у С., что могло повлиять на восприятие им обстановки, является несостоятельным, поскольку к тому нет каких-либо оснований. Данные о его личности были исследованы в достаточной мере. Употребление С. наряду с алкоголем сильнодействующего препарата- карбомазепина, имеющего строгую отчету форму, назначаемого при эпилепсии, исключается, поскольку С. снят с учета у невропатолога 2 года назад. На учете психиатра не состоит. Доводы ФИО2, что С. должен состоять на учете у психиатра ГУЗ «ТПБ», т.к. проходил лечение в 20 отделении, полностью опровергаются медицинскими сведения из ФКУЗ «МСЧ МВД России по ». Сообщение полиграфолога о невозможности проведения исследования, содержит перечень только сердечно -сосудистых заболеваний у С. ( т.2 л.д.88).

Кроме того, суд обращает внимание, что уголовно-процессуальный закон не предусматривает законодательной возможности применения полиграфа в уголовном процессе. Данный вид исследований является результатом опроса с применением полиграфа, регистрирующего психофизиологические реакции на какой-либо вопрос и, заключение специалиста не может рассматриваться в качестве надлежащего доказательства, соответствующего требованиям ст.74 УПК РФ. Поэтому не проведение данного исследования в отношении С., ФИО2 не может оказать влияние на выводы суда. 

Оценивая показания Н. в целом, суд находит наиболее объективными ее дополнительные пояснения, поскольку они носят логически последовательный характер. Изначальные ее довод о том, что ФИО2 и К. спали в зале, когда она уезжала к друзьям в , а равно о том, что ФИО2 имеет спокойный уравновешенный характер, поэтому он не мог убить К., помимо прочего, опровергается ею же самой при повторном допросе в судебном заседании, где она утвердительно говорит, что К. убил ФИО2, о чем ей сразу сказал С. и в чем она сама уверена. В тот день ФИО2 был сильно пьян и мог нанести ей побои, что случалось неоднократно. 

Ее изначальные пояснения относительно данных о личности С., например, в части того, С., якобы, купил группу инвалидности и грозил ей убийством, если она об этом расскажет, а также то, что в любом случае поверят ему, как бывшему сотруднику полиции, а не «урке» ФИО2, были основаны на ее личных эмоциональных переживаниях в связи с близкими отношениями с ФИО2 и желанием смягчить его ответственность, что ею было подтверждено. Представленные суду медицинские данные объективно опровергают пояснения Н. в части, якобы, незаконного получения С. группы инвалидности. Наряду с изложенным, Н. характеризует С. положительно, как абсолютно спокойного, уравновешенного, доброго человека. По ее словам, если С. что- то он пытается сказать погрубее, то у него это не получается, она на него никогда не обижалась.

Показаниям Н. в части того, что ФИО2 неоднократно подвергал ее избиению в состоянии опьянения, чего мог не помнить утром, согласуются с показаниями Г. и ФИО2, который не отрицал данного факта.

Довод стороны защиты о том, что эти показания Н. дала из-за чувства ревности, узнав о том, что ФИО2 ей изменял, суд отвергает по изложенным причинам. Кроме того, как поясняла Н., неприязненных отношений к ФИО2 она не испытывает, а в настоящее время она собирается выйти замуж за другого мужчину, который сделал ей предложение. 

К показаниям ФИО2 в качестве подсудимого в судебном заседании г. о том, что в ходе распития спиртных напитков, он вначале действительно прилег в зале на диване, как говорят Н. и С., но затем проснулся, сходил в туалет и уснул уже спальне, при этом Н. с друзьями еще находились на кухне, суд относится критически - эти обстоятельства были им выдуманы в конце судебного следствия с целью подтверждения своей версии о возможной причастности к убийству иного лица. Н. при повторном допросе этот факт категорически отрицала, утверждая, что когда они уехали, ФИО2 и К. лежали в зале, похоже было, что они спят. С. закрыл за ней дверь и все. ФИО2 ранее об этом тоже никогда не говорил. С. пояснял, что когда Н. уехала, ФИО2 и К. лежали на разных диванах в зале, но не спали. После того, он закрыл дверь, они продолжили распивать спиртное, при этом, ФИО2 и К. о чем-то между собой разговаривали, а он смотрел телевизор. В какой-то момент ФИО2 вскочил с дивана, схватил со стола нож и нанес им удар К. в область сердца. 

Из показаний Н., С., а также ФИО2 следует, что когда к Н. приехали ее друзья- А. и Г., то они расположились на кухне, распивая там спиртное, которое привезли, поскольку К. не разрешил им к ним присоединиться. При этом, Н. два раза заходила за сигаретами в комнату к мужчинам, которые о чем-то разговаривали и каждый раз выгоняли ее из комнаты. Повышенный тон иногда был в их разговоре, но конфликта, как такого не было. 

Свидетель Г. пояснил, что они спиртное с собой не привозили и не распивали его на кухне, а ждали там пока Н. оденется в спальне напротив. При этом никто из зала не входил и они к ним не заходили. 

Пояснения Г. в этой части суд отвергает, как недостоверные, не нашедшие своего подтверждения. В этой части событий, суд доверяет показаниям вышеуказанных лиц, которые в этой части последовательны и не находятся в противоречии между собой. 

Анализируя причину внезапно возникших неприязненных отношений у ФИО2 по отношению к К., что послужило мотивом к совершению убийства, суд исходит из совокупности изложенных выше доказательств, должным образом проверенных судом, в ходе чего были устранены имеющиеся противоречия, и считает, что поводом к тому послужило поведение К., который допускал в адрес Н. нецензурную брань, что им не нравилось, а так же то обстоятельство, что К. изначально не разрешил Н. с друзьями присоединиться к ним, в результате чего, та уехала из квартиры, что также не понравилось ФИО2 По пояснениям Г., Н. и ФИО2, подсудимый, будучи в состоянии алкогольного опьянения, неоднократно подвергал Н. избиению. Когда Н. уезжала, глаза у ФИО2 были стеклянные, она испугалась рукоприкладства с его стороны и уехала. Из показаний Н. также следует, что ФИО2 и К. пришли из магазина в эмоционально-возбужденном состоянии, и это прослеживалось между ними в ходе распития спиртного. С. вел себя спокойно, смотрел телевизор, не вникал в их разговор.

ФИО4 также пояснял, что разговор ФИО2 и К. периодически переходил на повышенный эмоциональный тон, но после сделанных им замечаний, затихал. Он слышал, что разговор между ними был также на «тюремную тему»,но о чем конкретно не знает, т.к. не вникал, смотрел телевизор. 

Изложенные в приговоре обстоятельства, в ходе продолжающегося употребления спиртного и общения между собой, привели к возникновению личных неприязненных отношений у ФИО2 по отношению к К. 

Сторона защиты просила признать недостоверными показания засекреченного свидетеля ФИО11, утверждая, что это не то лицо, которое в день его задержания находилось вместе с ФИО2 в ИВС, поскольку он не мог указать на отличительные черты его внешности, хотя бы тот факт, что он находился в майке, а на руках у него имеется большое количество наколок. Помимо того, Шариков сказал, что не помнит, вызывали ФИО2 в день задержания скорую помощь или нет. 

По ходатайству стороны защиты судом были запрошены сведения из ИВС на предмет состояния здоровья ФИО2 в день поступления. 

Из ответа начальника ИВС УМВД России по следует, что в ночь с т.е. 29 на г., после осмотра врачом ФКУЗ «МСЧ МВД России по , ФИО2 была вызвана скорая помощь и в связи с повышением артериального давления до 180 мм.рт.ст., ему были выданы препараты понижающие артериальное давление. 

По пояснениям ФИО2 врач скорой помощи его осматривал не в камере, а в специальном помещении, поэтому свидетель мог этого не знать.

ФИО2 не отрицает того, что в день задержания с ним в камере находился мужчина, который сказал, что совершил убийство. После чего, он тоже ему сказал, что задержан за убийство, описывая обстоятельства. 

Шариков в судебном заседании утверждал, что ФИО2 ему говорил, что не помнит момент удара и как нож оказался в его руке. 

То, что засекреченный свидетель, находившийся вместе с ФИО2 в камере ИВС, первый сказал, что был задержан за убийство и назвался другим именем и фамилией, свидетельствует о нахождении там засекреченного свидетеля в рамках оперативно-розыскных мероприятий, с целью разговорить ФИО2 в интересах содействия следствию в установлении лица, совершившего убийство. Оснований сомневаться, что это был Шариков и подвергать его показания сомнению на предмет достоверности, допустимости, у суда оснований не имеется. 

Стороне защиты была предоставлена реальная и надлежащая возможность оценки показаний засекреченного свидетеля путем его допроса в открытом судебном заседании, они не были лишены возможности задавать свидетелю вопросы относительно обстоятельств дела. Состязательность и справедливость судебного процесса обеспечены судом в соответствии с требованиями закона. Оснований для рассекречивания подлинных данных не имеется, поскольку свидетель заявил о возможном оказании на него воздействия со стороны подсудимого либо его знакомых. Засекречивание свидетеля произведено на основании заявления свидетеля, постановление следователя соответствует требованиям закона.

Детализация телефонных соединений с местом нахождения абонентов - С., Н., Г., свидетельствуют о достоверности их показаний относительно времени происходивших событий, а в совокупности с другими доказательствами - о времени убийства. 

Показания Н. относительно времени ее отъезда из квартиры, совпадает с детализацией ее телефонных соединений - как следует из биллинга, в 12.40 она уже находилась . Расстояние от места совершения преступления до значительное, как уточнил Г., они добирались на такси около 1 часа 

В результате анализа места нахождения мобильного телефона К. по , представленного ПАО «МТС» ( т.3 л.д.2), установлено, что, 29.06.2020г. ФИО2 и ФИО7 обменивались смс-сообщениями с 5.43 час. до 7.44 час. После этого времени и до 12.30 час. местонахождение телефона К. определялось приемо-передающими станциями в районе т.е. возможно и в , после 7.44 часов никаких звонков и сообщений по этому номеру телефона не зафиксировано, только по спутнику удалось определить его местонахождение. 

По сообщению ФИО2 о краже телефона К. с места преступления, ОП УМВД России по была проведена предварительная проверка, по результатам которой, событие преступления не было установлено, ввиду чего, материал проверки КУСП от 12.01.2021г списан в номенклатурное дело. 

Согласно рапортам оперативного сотрудника ОУР ОП УМВД России по от 10.02.2021г, им производился телефонный звонок О., который пояснил, что К. действительно работал у него в магазине «электродвигателей» по ул , но 29.06.20г он ему не звонил, денежные средства не занимал. Н. пояснила, что слышала разговор К. и ФИО2 о том, что в ломбарде им дали мало денег за телефон К. Ранее, когда К. начинал выпивать, то неоднократно закладывал свой телефон в ломбард.

После ознакомления с данным материалом проверки, ФИО2 в этой части, уже в судебном заседании, изменил свои показания, пояснив, что, якобы, «Михалыч» отказался дать К. деньги, поэтому К. позвонил кому-то еще на другое свое место работы, и там ему дали денег. К чему суд относится критически, поскольку ранее он об этом не заявлял и изменил показания только после установления изложенных выше обстоятельств с целью очередной раз ввести суд в заблуждение.

Таким образом, из установленных обстоятельств следует, что нахождение телефона К. 29.06.2020г. до 12.30 час. зафиксировано базовыми станциями, которые расположены, в том числе, в районе обслуживания . После этого времени местоположение этого телефона меняется. Данные факты, а также показания С., Н., ФИО2 в совокупности, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии телефона по месту совершения убийства на момент прихода К. и ФИО2 из магазина. Судя по тому, что у К. не было денег и в долг он ни у кого не брал, он распорядился своим телефоном по своему усмотрению с целью получения денежных средств, на которые и было приобретено спиртное. 

Изложенные выше обстоятельства в совокупности объективно опровергают версию ФИО2 о возможной причастности к убийству К. иного лица, например, с целью кражи телефона, который мог придти в квартиру, когда он спал.

Доводы подсудимого подвергались тщательной проверке и не нашли своего объективного подтверждения. Его пояснения носят характер предположений и полностью опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, положенных в основу приговора. 

Версия ФИО2, высказанная им в последнем дне судебного следствия о возможной причастности к убийству К. С., о чем ему, якобы, написал его знакомый в письме, которое было ему передано неустановленным образом без конверта, т.е. неофициальным путем, является неправдоподобной, необъективной, явно выдуманной с целью избежать ответственности за содеянное и в очередной раз ввести суд в заблуждение. 

Кроме того, органом предварительного расследования проверялась версия о возможной причастности С. к совершенному преступлению наряду с ФИО2 и не нашла своего подтверждения. 

Как следует из заключения судебно-психиатрической экспертизы, в состоянии аффекта, патологического опьянения, ФИО2 не находился. Он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. 

Противоправного поведения в действиях потерпевшего не установлено. 

Изложенные в приговоре обстоятельства, также не дают суду каких-либо оснований полагать, что ФИО2 находился в состоянии аффекта либо необходимой обороны.

По показаниям эксперта К., исходя из анамнеза жизни и заболеваний ФИО2, проходившего стационарное лечение в их психиатрической больнице около 8 лет назад по поводу алкогольного делирия, у него имелись провалы в памяти на фоне употребления алкоголя и ранее, что не исключает и в настоящее время. При этом количество выпитого не влияет на данный фактор. Со временем лица, злоупотребляющие спиртным могут существенным образом уменьшать его количество и качество, переходить на более легкие напитки, что им достаточно для того, чтобы испытать прежнее состояние, когда они употребляли его значительно больше. Учитывая весь спектр обследования, вполне вероятно, что ФИО2 мог забыть момент нанесения удара ножом и крепко уснуть. Однако, это не означает того, что он не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими. Он находился в состоянии простого алкогольного опьянения, т.е. был полностью вменяем. Психологическая характеристика данная психологом на ФИО2 не влияет на выводы психиатров, это самостоятельная работа психолога. 

Как следует, из вывода психолога - индивидуальные психологические особенности ФИО2 не оказали существенного влияния на его поведение во время преступления. В момент совершения преступления ФИО2 в состоянии аффекта не находился, о чем свидетельствует отсутствие типичной трехфазной структуры возникновения и развития эмоциональной реакции. Также ФИО2 не находился в каком-либо эмоциональном состоянии, которое оказало бы существенное влияние на его сознание и деятельность.

Объективных оснований считать, что свидетели по каким-либо мотивам дают явно неправдивые, недостоверные показания, у суда не имеется; заинтересованности в искусственном создании доказательств со стороны обвинения, также не установлено. 

Положенные в основу приговора доказательства являются допустимыми, относимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для установления фактических обстоятельств дела. Они полностью соответствуют требования уголовно-процессуального закона. 

Все предметы, а также биологические материалы были осмотрены (т.2 л.д.53-60,61-63, 64-70) и затем признаны вещественными доказательствами по делу ( л.д.71-72).

Сбор биологических образцов, изъятие предметов одежды ФИО2, С. и К., иных вещественных доказательств- произведены также в соответствии с требования закона, процессуальные действия зафиксированы в соответствующих протоколах. 

Все экспертные исследования осуществлены экспертами, имеющими длительный стаж работы, соответствующую квалификацию, специализацию, выводы достаточно мотивированы, научно обоснованы, подтверждены конкретными объективными данными, полученными в результате проведенных исследований. Оснований сомневаться в их объективности не имеется.

Собирание, проверка и оценка доказательств по делу, в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ произведены по правилам доказывания, установленным главой 11 УПК РФ.

Явку с повинной ( т.1 л.д.31) суд исключает из числа доказательств, поскольку она получена в нарушение требований закона -ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ. При этом, оснований считать, что на ФИО2 было оказано какое-либо давление со стороны сотрудников полиции не имеется. 

Исключение протокола явки с повинной не влияет на законность и обоснованность принятия решения по делу, так как совокупность других исследованных доказательств, является достаточной для вывода о признании подсудимого виновным в совершении преступления.

Доводы стороны защиты об оправдании подсудимого за непричастностью к совершению инкриминируемого ему преступления являются несостоятельными, так как опровергаются совокупностью собранных по делу, исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств.

При назначении ФИО2 наказания суд учитывает обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного им особо тяжкого преступления против жизни и здоровья человека, данные о личности виновного, смягчающие и отягчающие обстоятельства по делу, влияние назначенного наказания на его исправление. 

Характеризуется подсудимый по месту жительства участковым уполномоченным удовлетворительно, поскольку ранее привлекался к административной и уголовной ответственности, состоит на профучете. (л.д.130 т.2); администрацией СИЗО (136), администрацией ФКП образовательного учреждения ФСИН - характеризуется положительно, освоил специальность электросварщика ( 150), в ФКУ ЛИУ-7 работал швеей(151). 

ФИО2 состоит на учете у нарколога с алкогольной зависимостью со 02.02.2011г, у психиатра не состоит ( т.2 л.134). 

Несмотря на то, что явка с повинной исключена из числа доказательств по делу, ввиду ее недопустимости, суд учитывает ее в качестве смягчающего вину обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Иных смягчающих обстоятельств суду не представлено; о наличии хронических, либо иных подтвержденных заболеваний у ФИО2, которые могут повлиять на наказание, суду неизвестно. 

В соответствии с п. а ч.1 ст.63 УК РФ отягчающим наказание обстоятельством является рецидив преступлений, ввиду чего, в силу закона, наказание подсудимому должно быть назначено в виде лишения свободы. 

Кроме того, в качестве отягчающего наказание обстоятельства на основании ч.1.1 ст.63 УК РФ суд признает нахождение ФИО2 в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Судом установлено, что в момент совершения преступления ФИО2 не находился в состоянии аффекта или каком-либо эмоциональном состоянии, которое могло бы оказать существенное влияние на его сознание и деятельность. Он находился в состоянии простого алкогольного опьянения, в которое он сам себя привел, распивая спиртные напитки на протяжении недели, в том числе в день совершения преступления. Данное состояние снизило внутренний контроль над его поведением, вызвало немотивированную агрессию по отношению к потерпевшему, что привело к совершению им особо тяжкого преступления против личности. Данное обстоятельство подтверждается материалами уголовного дела, показаниями свидетелей, заключением комплексной психолого-психиатрической экспертизы и не отрицается самим подсудимым. 

При определении конкретного срока наказания подлежит применению ч.2 ст.68 УК РФ. Оснований для применения ч.3 данной нормы не имеется. 

В силу ч.1 ст.68 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершенного им тяжкого преступления против жизни и здоровья человека, за которое он был условно-досрочно освобожден, но исправительного поведения не последовало и он вновь совершил преступление против жизни и здоровья человека, что свидетельствует об его устойчивом противоправном поведении и нежелании встать на путь исправления без изоляции от общества и характеризует его, как личность склонную к совершению насильственных преступлений против личности. 

Оснований предусмотренных законом для применения ч.1 ст.62, ст.64,73, 53.1, 15 УК РФ нет.

Применение дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы нецелесообразно; назначенного наказания должно быть достаточным для достижения его целей. 

Условно-досрочное освобождение по приговору Тамбовского районного суда от 29.06.2017г подлежит обязательной отмене на основании п. «в» ч.7 ст.79 УК РФ с назначением окончательного наказания по правилам ст.70 УК РФ. 

В силу ч.2 ст.18 УК РФ действия ФИО2 образует опасный рецидив преступлений и на основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ наказание он должен отбывать в ИК строгого режима. 

Согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред.

Согласно п.32 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010г - потерпевший в связи с причинением вреда здоровью ему либо его близким родственникам, факт причинения морального вреда предполагается, поскольку лицо при этом испытывает физические либо нравственные страдания. Установлению подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

В соответствии со ст.ст. 151 ГК РФ, учитывая степень нравственных страданий потерпевшей, потерявшей единственного сына, степень вины причинителя вреда, исходя из принципа разумности и справедливости, учитывая материальное положение ответчика, который может иметь постоянный источник дохода, работоспособен, исковые требования матери погибшего К. о компенсации морального вреда, подлежат удовлетворению в полном объеме, в размере 300 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 304,307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ПризнатьФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде 12 лет лишения свободы.

Окончательное наказание ФИО2 назначить по правилам ст.70 УК РФ, путем частичного присоединения к вновь назначенному наказанию не отбытой части наказания по приговору от 29.06.2017г., определив ему к отбытию 12 лет 6 месяцев лишения свободы с отбытием в исправительной колонии строгого режима. 

Срок наказания ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Засчитать ФИО2 в срок наказания время его содержания под стражей со дня задержания, т.е. 29.06.2020г. до дня вступления приговора в силу, из расчета один день за один день лишения свободы. 

Меру пресечения в виде заключения под стражей с содержанием в СИЗО ФИО2 оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО2 в пользу К. в счет компенсации морального вреда 300 000 (триста тысяч) рублей. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок, со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем личном участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении ему защитника.

Судья: Е.В.Егорова