Дело №2-35/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 февраля 2019 года 

Московский районный суд г. Калининграда в составе

председательствующего судьи Юткиной С.М., 

при секретаре Доманцевич А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскания заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за несвоевременную оплату труда, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л :

Первоначально ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании заработной платы в размере 

<

данные изъяты> рублей, компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В обоснование иска указал, что согласно трудовому договору, заключенному между ним и ИП ФИО2, он 27 апреля 2017г. был принят 

<

данные изъяты> с должностным окладом 

<

данные изъяты>% от 

<

данные изъяты> рублей. Однако по устному соглашению была достигнута договоренность, что истцу выплачивается не менее 

<

данные изъяты> рублей за каждый рейс. Истец указывает, что он приступил к работе, выполнив первый рейс с 27 по 28 апреля 2017г. Последний рейс был выполнен им 7-8 октября 2017г., после указанной поездки автомобиль был поставлен на ремонт, с этого момента истец больше к работе не допускался, другой исправный автомобиль ему для работы не предоставлялся. Заработная плата за весь период работы истцу не выплачивалась, до настоящего времени истец с работы не уволен. С учетом выполненных истцом рейсов задолженность по заработной плате составляет 

<

данные изъяты> рублей (

<

данные изъяты> рейсов). 

В ходе рассмотрения гражданского дела истец представил уточненное исковое заявление (л.д.131-132), в котором просил взыскать задолженность по заработной плате в размере 155520 рублей. При этом указал, что согласно заявкам ООО «Сюжет» на перевозку груза, которую он осуществлял как 

<

данные изъяты>, грузополучатель оплачивал ИП ФИО2 сумму фрахта в размере 

<

данные изъяты> рублей, таким образом, за выполненные 18 рейсов с апреля 2017г. по октябрь 2017г. ответчик должен истцу 

<

данные изъяты> руб. (

<

данные изъяты>).

Кроме того, ссылаясь на положения ст. 236, 237 ТК РФ, просит взыскать компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 44 356 руб.74 коп. и компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей. 

Истец также в иске указал, что в связи с тем, что он до настоящего времени не уволен и сведений о его увольнении суду не представлено, считает период времени с ноября 2017г. по январь 2019г. вынужденным прогулом и с учетом минимального размера оплаты труда, установленного в Калининградской области, просит взыскать заработную плату за время вынужденного прогула за 15 месяцев в размере 157 500 рублей., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 15700 рублей. 

В судебное заседание истец не явился по неизвестной причине, судом надлежаще извещен.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО3 поддержала исковые требования, настаивает, что отношения между сторонами были именно трудовые, это, по мнению представителя, подтверждается наличием трудового договора, бланком подтверждения деятельности, показателями тахометра, сведениями, содержащимися в заграничном паспорте, заявками по договору. Поскольку ответчиком не представлено доказательств в подтверждение выплаты истцу заработной платы, просит взыскать заработную плату в полном объеме, также настаивает на требованиях о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула. 

Ответчик - индивидуальный предприниматель ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что в трудовых отношениях с истцом он не состоял. Между ним и истцом была достигнута договоренность по выкупу у ответчика транспортного средства. Трудовой договор, заключенный между сторонами, был фиктивным и оформлен только с той целью, чтобы истец мог пользоваться транспортным средством и правом пересекать государственную границу РФ. Заработная плата истцу не начислялась и не выплачивалась, фактически истец работал сам на себя, осуществлял грузоперевозки, используя переданный ему во владение грузовой автомобиль. Впоследствии, когда между ними произошел конфликт, денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей, переданные ранее за выкуп транспортного средства, он возвратил истцу, о чем имеется расписка. Просил в иске отказать. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в иске отказать, представил письменный отзыв (л.д. 58-63). Представитель пояснил, что фактически между сторонами трудовых отношений не имелось, формальное заключение трудового договора было вызвано лишь тем, чтобы истец имел возможность пользоваться транспортным средством, которое он фактически выкупил у ФИО2 за 

<

данные изъяты> рублей. После конфликта, произошедшего между сторонами в октябре 2017г., ФИО2 вернул истцу денежные средства в полном объеме. Кроме того, представитель просил в иске отказать и в связи с пропуском истцом срока на обращение в суд с иском о взыскании заработной платы, предусмотренного ст. 392 ТК РФ. 

Суд, заслушав стороны, их представителей, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему. 

Согласно части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Разрешая дело, суд, принимая во внимание, что истец обратился в суд, полагая, что нарушены его трудовые права, исходит из норм Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно статьи 15 Кодекса трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора, который объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы.

Как следует из материалов дела, между ФИО1 и ИП ФИО2 был заключен трудовой договор 27 апреля 2017г. по основному месту работы, по условиям которого ФИО1 принимался на должность 

<

данные изъяты> с 27 апреля 2017г. по 26 апреля 2019г., в его обязанности входило управление вверенным ему автомобилем, выполнение международных перевозок согласно сопроводительным документам, ему установлен ненормированный рабочий день, должностной оклад его составлял 

<

данные изъяты>% от 

<

данные изъяты> рублей (л.д.6). 

В соответствии со статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Положениями статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая функция определена, как работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы. Данной нормой установлены обязательные условия, подлежащие включению в трудовой договор, в частности, условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха; гарантии и компенсации; условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами и т.д.

Исходя из системного анализа действующего трудового законодательства, регулирующего спорные правоотношения, можно сделать вывод, что к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения (оплата производится за живой затраченный труд).

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в ряде судебных постановлений, суды общей юрисдикции, разрешая споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании сторона ответчика утверждала, что отношения между сторонами не носили трудовых отношений, поскольку в спорный период истец состоял в трудовых отношениях с другим работодателем, он не подчинялся правилам внутреннего распорядка, оплата труда не производилась систематически и регулярно.

Действительно, как следует из материалов дела, истец ФИО1 с 18 октября 2016г. по 31 октября 2017г., т.е. в спорный период состоял на постоянной основе в трудовых отношениях с ФГУП «Главное военно-строительное управление №14», работая там 

<

данные изъяты>, что подтверждается трудовыми договорами, записью в трудовой книжке, табелем учета рабочего времени. У него был установлен режим работы ежедневно с 8.30 ч. до 18.00, в пятницу до 17.00 часов (102, 158-175). 

Судом также установлено, что истец с февраля 2017г. по октябрь 2017г. по месту работы в ФГУП «ГВСУ №14» находился в отпуске без сохранения заработной платы, что свидетельствует в любом случае о наличии трудовых отношений с ФГУП «ГВСУ №14» (л.д. 96, 169-175).

Сторона истца полагала, что истец с ИП ФИО2 также состоял в трудовых отношениях, однако суд не может с этим согласиться по следующим основаниям. 

В судебном заседании установлено, что заявление о приеме на работу истец к ИП ФИО2 не писал, приказ о приеме на работу в отношении него не издавался, трудовая книжка ответчику не передавалась, записи о приеме на работу и увольнении в трудовую книжку не вносились, табель учета рабочего времени в отношении истца не велся, расчетные листки с указанием оклада или тарифной ставки, истцу не выдавались и заработная плата за период с апреля 2017г. по октябрь 2017г. истцу не выплачивалась.

Как указано в первоначальном исковом заявлении, стороны между собой устно договорились о том, что оплата будет производиться не за месяц, а за рейс в размере 

<

данные изъяты> рублей, кроме того, и в договоре, поименованном трудовым, указан должностной оклад в размере 

<

данные изъяты>% от 

<

данные изъяты>, т.е. оплата должна была производиться не за фактически отработанное время, начисляться не в соответствии с количеством и качеством труда.

Из пояснений представителя истца следует, что оплата должна была производиться за рейс, т.е. за результат, а не за процесс работы, такая оплата, по мнению суда, характерна не для заработной платы, а для оплаты по гражданско-правовому договору. По договору о возмездном оказании услуг заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (п.1 ст.781 ГК РФ).

В судебном заседании также установлено, что рабочее место у истца определено не было, учет рабочего времени истца не велся. Указанное обстоятельство подтвердили в судебном заседании стороны. Кроме того, как следует из анализа количества рейсов, выполненных истцом, они носили нерегулярный и не систематический характер, а эпизодический. Так, в апреле, июне, сентябре и октябре 2017г. истцом выполнено всего 2 рейса в месяц, а в мае и августе 2017г. по 4 рейса в каждом месяце, указанные обстоятельства также свидетельствуют в пользу гражданско-правового договора. 

В судебном заседании обозревался материал проверки КУСП №№ по заявлению ФИО2 по факту причинения ему телесных повреждений (л.д. ). Так, из объясенний ФИО2 от 11 октября 2017г. следует, что ФИО1 взял у него в аренду один седельный тягач для фур, при этом они между собой договорились, что будут работать вместе, и деньги будут делить пополам, все необходимые документы он передал истцу. После того как автомобилю потребовался ремонт, между ними произошел конфликт, в результате которого ФИО2 вернул ему 

<

данные изъяты> рублей ранее переданные за автомобиль. 

Таким образом, разрешая заявленные требования, суд, руководствуясь вышеуказанными нормами права, на основании объяснений лиц, участвующих в деле, исследовании представленных документов, в том числе и объяснении ФИО2 от 11 октября 2017г., приходит к выводу, что фактически между сторонами сложились гражданско-правовые отношения, фактически был оформлен фиктивный трудовой договор для достижения интересов одной из сторон. 

То обстоятельство, что истцу был предоставлен грузовой автомобиль для исполнения услуг в совокупности с иными исследованными судом доказательствами не свидетельствует о том, что между сторонами заключен фактически трудовой договор в понимании статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с требованиями, предъявляемые к договору возмездного оказания услуг, заказчик имеет право выдавать материальные ценности для надлежащего исполнения исполнителем услуг. 

Из дела не следует, что ответчиком в отношении истца выполнялись меры по обеспечению охраны труда в соответствии с положениями Раздела Х Трудового кодекса Российской Федерации, а также что истец пользовался льготами, гарантиями и компенсациями, которые предусмотрены для водителей осуществляющих международные перевозки.

Судом установлено, что истец в соответствии с требованиями ст. 328-330 ТК РФ, регулирующих труд водителей, Порядком прохождения профессионального отбора и профессионального обучения работниками, принимаемыми на работу, непосредственно связанную с движением транспортных средств автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта, утвержденного Приказом Минтранса России от 11.03.2016 № 59, не проходил обязательный для водителей при приеме на работу предварительный медицинский осмотр, стажировку, инструктаж.

Кроме того, суд обращает внимание, что работникам, труд которых непосредственно связан с управлением транспортными средствами или управлением движением транспортных средств, не разрешается работа по совместительству (ст. 329 ТК РФ).

Суд полагает необходимым также отметить, что последний рейс истцом был выполнен 07 октября 2017г., в то время как в суд за защитой трудовых прав он обратился лишь в августе 2018г., при этом в период с октября 2017г. по день обращения в суд к ответчику с требованием о допуске его к работе, незаконном отстранении от работы, выплате заработной платы он не обращался, указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствует о том, что сам истец данные отношения расценивал как гражданско-правовые. 

Учитывая, что суд пришел к выводу о наличии между сторонами фактически гражданско-правовых отношений, а такие требования истца как взыскание заработной платы, взыскание компенсации за неиспользованный отпуск, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда вытекают из трудовых отношений, следовательно, правовых оснований для их удовлетворения у суда не имеется. 

Вместе с тем судом установлено, что в период с апреля 2017г. по октябрь 2017г. истец выполнял рейсы, в том числе и по поручению ИП ФИО2, об этом бесспорно свидетельствуют бланки подтверждения, показатели тахометра, сведения о пересечении государственной границы, содержащиеся в заграничном паспорте истца, а также заявки-договоры, представленные ООО «Сюжет».

Так, из заявок ООО «Сюжет» следует, что ИП ФИО2 как перевозчик должен был доставить груз из г.

<

адрес> в г.

<

адрес> для грузополучателя АО «Нотис». При этом в представленных заявках в качестве водителя указан ФИО1, ставка перевозки составляет 

<

данные изъяты> рублей за каждое транспортное средство (л.д.177-181).

Принимая во внимание, что оплата услуги, оказываемая ФИО1, составляла 

<

данные изъяты>% от фрахта, следовательно, за рейс ФИО1 подлежала выплата 

<

данные изъяты> руб.(

<

данные изъяты>). Из представленных документов следует, что ФИО1 были выполнены рейсы 28-29 августа 2017г., 31 августа-01 сентября 2017г., 04-07 сентября 2017г., 08-09 сентября 2017г. и 06-07 октября 2017г., доказательств тому, что услуги за выполнение перечисленных рейсов были истцу оплачены, сторона ответчика суду не представила.

При таких обстоятельствах, суд полагает возможным взыскать с ответчика ИП ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей (

<

данные изъяты> 

Сведениями о стоимости перевозок за иные рейсы, выполненные ФИО1, суд не располагает, доказательств тому сторона истца не представила. В судебном заседании представитель истца поясняла, что каждый раз сумма фрахта была разной, с учетом того, что в силу ст. 56 ГПК РФ доказательств, бесспорно свидетельствующих о стоимости перевозок за период апрель-август 2017г. истцом суду не представлено, правовых оснований для взыскания с ответчика за оказанные услуги исходя из стоимости перевозки по заявкам от ООО «Сюжет», у суда не имеется. 

Доводы представителя ответчика о том, что истцом пропущен годичный срок для предъявления требований о взыскании денежных средств по договору перевозки, предусмотренный ст. 42 Устава автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта, суд не принимает во внимание и полагает ошибочным. В данном случае между сторонами был фактически заключен договор возмездного оказания услуг, поэтому к данным правоотношениям применяется общий срок исковой давности, составляющий в силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации три года. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 43200 рублей. 

В остальной части иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г.Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 04 марта 2019 года. 

Судья