САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-6111/2025

Дело № 1-276/2025 Судья Р АИ

АПЕЛЛЯЦИОНННОЕ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт – Петербург 

<

дата>

Судья Судебной коллегии по уголовным делам Санкт – Петербургского городского суда Р СВ,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи С ДД, 

с участием 

прокурора отдела управления прокуратуры Санкт-Петербурга П ДН, 

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, – Т ММ,

защитника – адвоката Е ГЭ,

представителя потерпевшего Потерпевший №1 - адвоката Б ГВ,

переводчика У ШЭ,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление помощника прокурора 

<

адрес> Санкт-Петербурга С ВВ на постановление 

<

адрес> от 

<

дата>, которым в отношении

Т ММ, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

...> ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,

производство по уголовному делу прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон, в соответствии со ст. 76 УК РФ Т ММ, освобождён от уголовной ответственности,

мера пресечения в виде заключения под стражу отменена,

постановлением разрешена также судьба вещественных доказательств.

Доложив материалы дела, заслушав выступление прокурора П ДН, поддержавшего апелляционное представление, просившего постановление суда отменить, мнение Т ММ, его защитника – адвоката Е ГЭ и представителя потерпевшего - адвоката Б ГВ, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, просивших постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Т ММ предъявлено обвинение в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Постановлением 

<

адрес> от 

<

дата> уголовное дело в отношении Т ММ прекращено в связи с примирением с сторон на основании ст. 25 УПК РФ. 

В апелляционном представлении помощник прокурора 

<

адрес> Санкт-Петербурга С ВВ выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным в связи с неправильным применением уголовного закона и существенным нарушением уголовно-процессуального закона, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В обоснование апелляционного представления помощник прокурора ссылается на положения УПК РФ и УК РФ, выводы суда первой инстанции, разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2003 года № 7-П, определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04 июня 2007 года № 519-О-О.

Полагает, что судом ошибочно сделан вывод о том, что при рассмотрении ходатайства об освобождении от уголовной ответственности Т ММ и прекращении уголовного дела, учитывать и принимать во внимание только мнение потерпевшего, так как нормы закона не содержат требований об обязательном возмещении вреда каждому из объектов посягательства.

Обращает внимание, что основным объектом преступления являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а суд указал в своем решении, что Т ММ не должен заглаживать вред этим общественным интересам.

Приходит к выводу, что возмещение материального ущерба и компенсация морального вреда потерпевшему, не устраняет наступившие последствия в виде допущенных нарушений в сфере безопасного дорожного движения, не свидетельствует о заглаживании вреда, причиненного основному объекту преступного посягательства, а именно интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. Таким образом, принятые меры являются недостаточными, носят формальный характер и бесспорно не свидетельствуют о снижении степени общественной опасности совершенного Т ММ преступления.

Указывает, что суд вправе, но не обязан безусловно прекращать уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, виду лишь факта поступления о том заявления потерпевшего или его законного представителя, и такое заявление и согласие виновного лиц предполагает оценку примирения, которое не может быть не принято судом как достаточное доказательства действительного согласия примириться, при том, что само примирение может быть не признано достаточным для освобождения виновного от уголовной ответственности.

Обращает внимание, что суд в постановлении указывает, что Т ММ дважды привлекался к административной ответственности за совершение административных правонарушений в области дорожного движения, административные штрафы по которым оплачены, что это не относиться в обстоятельствам по ст. 63 УК РФ, однако, по мнению автора апелляционного представления, непринятие во внимание факта системного привлечения к административной ответственности и отсутствие их всесторонней оценки свидетельствует о неполной изучении данных по личности; и судом не оценены нарушения Т ММ КоАП РФ - нарушения в области дорожного движения 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата> и 

<

дата>.

Ссылается, что прекращение уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении Т ММ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, что свидетельствует о недостаточности принятых мер по снижению общественной опасности совершенного преступления. Т ММ не лишен возможности управлять автомобилем на какой-либо срок, по прежнему является участником дорожного движения, что указывает на недостаточность принятых судом мер по недопущению совершения со стороны Т ММ новых преступлений в сфере дорожного движения и недостаточности принятых мер по снижений общественной опасности совершенного преступления.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным и обоснованным.

Исходя из положений ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», в соответствии со ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после содеянного, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Эти и другие требования УК РФ и УПК РФ, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации и Конституционного Суда Российской Федерации, вопреки доводам автора апелляционного представления, судом соблюдены, постановление о прекращении уголовного дела в отношении Т ММ вынесено с учетом характера и степени общественной опасности преступления, фактических обстоятельств его совершения и данных о личности Т ММ

Согласно протокола судебного заседания, Т ММ вина была признана полностью, им было добровольно заявлено ходатайство о рассмотрении дела в порядке главы 40 УПК РФ, и были исследованы данные по характеристики личности Т ММ, и последним было высказано раскаяние в содеянном, что не оспаривалось стороной обвинения.

Вместе с этим, было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с примирением потерпевшего Потерпевший №1 и Т ММ, которому были разъяснены последствия прекращения уголовного дела по данному основанию, и им было поддержано ходатайство о прекращении уголовного дела.

При этом, установлено судом, и не оспаривалось участниками процесса, в том числе и стороной обвинения, что Потерпевший №1 заглажен причиненный материальный и моральный вред, претензий потерпевший к Т ММ он не имеет, им было получено от последнего 500 000 рублей, исковых требований он не заявляет, и Потерпевший №1 и Т ММ примирились.

Кроме того, установлено, что Т ММ имеет троих малолетних детей, что подпадает под положения п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии обстоятельств по ст. 63 УК РФ, он ранее не судим, на момент совершения преступления Т ММ законно пребывал на территории Российской Федерации в соответствии с требованиями миграционного законодательства, он проживал по месту регистрации.

Принимая решение по заявленному ходатайству, суд принял во внимание, как позицию стороны защиты, так и мнение стороны обвинение, а именно, что государственный обвинитель возражал против удовлетворения ходатайства, сводя свои доводы, как и в апелляционном представлении, к указанию на характер и степень общественной опасности преступления, данных по личности Т ММ, что он является иностранным гражданином привлекался к административной ответственности.

Положения ст. 4 УК РФ закрепляют принцип равенства граждан перед законом, а именно лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. В связи с чем доводы стороны обвинения о том, что Т ММ является гражданином иностранного государства не является основанием для отказа в прекращении производства по уголовному делу и освобождении его от уголовной ответственности. При этом, как отмечено судом первой инстанции не установлено нарушений миграционного законодательства Т ММ при пребывании на территории Российской Федерации. 

Судом первой инстанции верно установлено, что привлечение ранее Т ММ к административной ответственности не является отягчающим основанием, кроме того, вопреки указанию в апелляционном преставлении, в материалах дела на момент вынесения обжалуемого постановления были приставлены сведения о привлечении Т ММ лишь дважды к административной ответственности за нарушение ПДД РФ – 

<

дата>, то есть более чем за год до инкриминируемого деяния, и 

<

дата>, то есть более чем за полгода до инкриминируемого деяния, и временной период между привлечения Т ММ к административной ответственности составляет более года. Так, вопреки утверждению прокурора, отсутствуют оснований прийти к выводу о систематическом привлечении Т ММ к административной ответственности, о чем нельзя и констатировать с учетом представленных сведений суду апелляционной инстанции о привлечении к административной ответственности ранее Т ММ, которым пояснено, что административное наказание, назначенное ему ещё в 

<

дата> году и в 

<

дата> годах, им исполнен сразу после признания его виновным в совершении административных правонарушений, что не оспаривалось стороной обвинения, при том, что в силу ч. 2 ст. 4.6 КоАП РФ он не может считаться лицом, подвергнутым административному наказанию; и указанные в апелляционном представлении даты привлечения Т ММ к административной ответственности 

<

дата> и 

<

дата> и 

<

дата> за нарушение ПДД РФ, имеют значительный временной промежуток с данным, представленными в деле о привлечении в июне 2023 года и в июне 2024 года Т ММ к административной ответственности.

При этом, имеет значение не сам факт привлечение к административной ответственности, как таковой, на что основывает свои выводы автор апелляционного представления, но, а также и характер данных привлечений, а именно по ч. 3 ст. 12.23, ч. 2 ст. 12.2, ч. 1 ст. 12.12 КоАП РФ, ст. 12.18, ч. 1 ст. 12.37 КоАП РФ.

Вместе с этим, Т ММ инкриминировано нарушение п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, которые не относимы к указанным положениям КоАП РФ, а нормы п.п. 1.3, 1.5 ПДД РФ относятся к Общим положения ПДД РФ. также, нарушение по ч. 3 ст. 18.8 КоАП РФ не относится к нарушениям ПДД РФ.

Кроме того, как указано выше, заслуживают внимание и требования ст. 4.6 КоАП РФ о сроках, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию, что не учтено стороной обвинения при заявлении о привлечении Т ММ к административной ответственности в 2023 год и 2022 годах.

Так, данные вышеприведенные обстоятельства полностью проигнорированы автором апелляционного представления, который делает безосновательный вывод о систематическом привлечении Т ММ к административной ответственности, что по мнению автора апелляционного представления препятствуют решению вопроса о прекращении дела с примирением.

Вместе с этим, учитывая вышеизложенное в совокупности, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что само по себе привлечение Т ММ ранее к административной ответственности не является основанием, которое не позволяло бы освободить Т ММ от уголовной ответственности в связи с примирением сторон. 

Вопреки мнению стороны обвинения, суд не лишь на основании самого факта поступившего заявления о примирении потерпевшего Потерпевший №1 и Т ММ прекратил уголовного дела, а принял во внимание, как следует из обжалуемого постановления, всю совокупность установленных обстоятельств, в том числе характер и степень общественной опасности содеянного, наступившие последствия, совершение преступления небольшой тяжести в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, личность Т ММ, а также и мер по возмещению, заглаживанию вреда. 

Продолжение лечения потерпевшим, на что указывает сторона обвинения, строя свои выводы на указание в суде апелляционной инстанции представителя потерпевшего о причинах неявки в суд потерпевшего, не свидетельствует о наличии препятствий для прекращения уголовного дела по основанию, установленному судом первой инстанции, поскольку действиям Т ММ органами предварительного расследования дана окончательная квалификация, сам потерпевший заявляет о возмещении ему полностью ущерба, отсутствии у него претензий, и не представлено данных о том, что продолжение лечения потерпевшим связано именно с действиями Т ММ

Доводы, основанные на объективной стороне инкриминируемого Т ММ преступления, сводящиеся к тому, что при совершении преступления в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, с использованием источника повышенной общественной опасности, в связи с чем невозможно разрешения вопроса о прекращении уголовного дела, противоречат самому уголовно-процессуальному и уголовному праву Российской Федерации, в рамках которого законодатель отнес данную категорию преступлений к небольшой тяжести, предоставил возможность разрешения вопроса о прекращении уголовного дела по данной категории, исключая дискредитацию относительно объектов преступного посягательств, к которой по сути приводит прокурор в своем апелляционном преставлении, не приводя доводы, которые действительно бы препятствовали принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, к которым не относиться лишь цитирование решений Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Постановлений Пленум Верховного Суда Российской Федерации. 

Как указано выше, в разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 9 Постановления от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», закреплено, что способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим; и в разъяснениях отнесены данные требование о предоставлении потерпевшему права выбирать способ и размер заглаживания вреда относительно для целей ст. 76 УК РФ. 

Так потерпевшим определено, что он примирился с Т ММ, к нему претензий не имеет, и ему заглажен моральный и материальный вред, исковых требований не заявляет. При этом, данная позиция потерпевшим была заявлена и при оказании ему квалифицированной юридической помощи, при предоставлении его интересов в суде адвокатом. 

Вопреки мнению автора апелляционного представления, утверждение суда первой инстанции о том, что преступными действиями Т ММ был причинен вред конкретному пострадавшему – Потерпевший №1, что нормы закона не содержат требований об обязательном возмещении вреда каждому из объектов посягательства, основано на правовой позиции, высказанной Верховным Судом Российской Федерации, отраженной в принимаемых им решениях при рассмотрении дел по ст. 264 УК РФ, разрешении вопроса о возможности прекращения уголовных дел по данной категории.

При этом запрета или ограничения на прекращение уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим обусловленных особенностями или количеством объектов преступного посягательства положения ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ не содержат. Напротив, исходя из требований названных норм, возможность освобождения от уголовной ответственности по указанному основанию распространяется на все виды преступлений небольшой и средней тяжести независимо от того, чьим правам и законным интересам был причинен ущерб в результате совершения преступления.

Так, запрета на прекращение уголовного преследования при совершении преступлении, предусмотренного ст. 264 УК РФ, причиняющего вред двум объектам - безопасности дорожного движения и здоровью и жизни человека, уголовно-процессуальный закон не содержит. 

Доводы прокурора о том, что факт возмещения Т ММ потерпевшему денежных средств в счет компенсации причиненного ущерба с учетом предъявленного обвинения не свидетельствует о снижении общественной опасности содеянного и не дает оснований считать, что Т ММ таким образом полностью загладил причиненный преступлением вред, следовательно данные действия не достаточны для принятия решения об освобождении Т ММ от уголовной ответственности на основании ст. 76 УК РФ, и о том, что жизнь и здоровье человека выступает лишь в качестве дополнительного объекта преступного посягательства по преступлению, предусмотренному ст. 264 УК РФ, являются несостоятельными.

Согласно ч. 1 ст. 2 УК РФ к задачам уголовного закона относится охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений и для осуществления этих задач УК РФ устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений.

Ч. 1 ст. 264 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за нарушение лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. Состав данного преступления является материальным, уголовная ответственность за его совершение наступает вследствие такого нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения, которое повлекло за собой наступление последствий в виде тяжкого вреда здоровью человека по неосторожности, которые отнесены законом к числу обязательных признаков объективной стороны состава преступления, при отсутствии которых, квалификация деяния по ч. 1 ст. 264 УК РФ невозможна.

Смысл, содержание и применение положений ст. 264 УК РФ определяют именно права человека и гражданина, положения указанной нормы направлены на охрану государством именно жизни и здоровья человека, гражданина от общественно опасных действий, связанных с нарушением водителем - лицом, управляющим источником повышенной опасности, правил дорожного движения, являются одной из составных частей мер предпринимаемых государством для обеспечения общественной безопасности и общественного порядка. Интересы государства и общества в данной ситуации не могут быть отделены от интересов человека, его права на жизнь и здоровье, на безопасность в области дорожного движения.

В связи с этим принятые Т ММ меры по заглаживанию причиненного вреда направлены на восстановление именно тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения конкретного уголовно наказуемого деяния, в котором он обвинялся. Суд обоснованно признал данные меры достаточными для уменьшения общественной опасности содеянного Т ММ и позволяющими отказаться от его дальнейшего уголовного преследования.

Т ММ совершено преступление в сфере безопасности движения и эксплуатации транспортных средств и общественная опасность указанного преступления заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. Однако, вопреки позиции прокурора, данное обстоятельство не исключает возможность освобождения лица, совершившего данное преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, так как положения ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ устанавливают условия, соблюдение которых дает возможность освобождения от уголовной ответственности по указанному основанию в том числе лица, совершившего преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Причинение вреда потерпевшему Потерпевший №1 по неосторожности само по себе не свидетельствует о явно отрицательном отношении Т ММ к охраняемым законом отношениям и о ее намерении причинить вред обществу в дальнейшем.

Доводы государственного обвинителя о том, что предпринятые Т ММ меры по заглаживанию вреда, причиненного преступлением, не устраняют наступившие последствия, не свидетельствуют о заглаживании вреда, причиненного объектам преступного посягательства, являются недостаточными и не свидетельствуют о снижении степени общественной опасности совершенного преступления, являются необоснованными и формальными, указаны без учета обстоятельств конкретного уголовного дела, данных о личности виновного и позиции потерпевшего. 

Возражения прокурора против удовлетворения ходатайства потерпевшего о прекращении уголовного дела в отношении Т ММ в связи с примирением сторон, основанное на указании, что данное преступление является двухобъектным и вред, причиненный общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения не был заглажен, несмотря на возмещение вреда, причиненного потерпевшему, не мотивированы, и прокурором не указано, какие именно обстоятельства в силу своей значимости и социальной опасности, а также данные о личности Т ММ исключают возможность прекращения уголовного дела, не приведено обстоятельств и данных по личности Т ММ, которые этому препятствуют, а также не указано стороной обвинения, какие действия должны быть совершены для заглаживания причиненного вреда и ущерба. При этом, потерпевший Потерпевший №1, которому в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия был причинен тяжкий вред здоровью, действиями Т ММ, принесшего свои извинения и возместившего причиненный преступлением моральный вред и материальный ущерб, счел достаточными для примирения с Т ММ

Указания прокурора на то, что принятие решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим является правом, а не обязанностью суда, сделано без учета того, что предоставление суду правомочий принимать решения о прекращении уголовного дела по своему усмотрению не дает права на вынесение произвольного, без учета требований законности, обоснованности и справедливости судебного решения, что не принято во внимание автором апелляционного представления при обжаловании судебного решения.

Из постановления суда первой инстанции следует, что при принятии решения о прекращении уголовного дела были учтены конкретные обстоятельства уголовного дела, в том числе, особенности объекта преступного посягательства. 

Доводы апелляционного представления о том, что прекращение уголовного дела лишает возможности рассмотрение вопроса о назначении Т ММ дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельность, несостоятельны, сводятся по сути к предрешению прокурором данного вопроса, к тому, что данное дополнительное наказание подлежит обязательному назначению, однако, законодателем предусмотрена альтернатива назначения данного наказания, и суд вправе назначить дополнительное наказание лишь при том, когда придет к выводу, что цели основного наказания не будут достигнуты без назначения дополнительного наказания, которое не является обязательным, для чего доводов в апелляционном представлении не приведено, а сам факт совершения преступления с использованием источника повышенной опасности, что Т ММ является участникам дорожного движения, не может являться единственным основанием.

Вывод суда о прекращении уголовного дела в отношении Т ММ в связи с примирением сторон, вопреки доводам апелляционного представления, является правильным, так как в материалах уголовного дела содержались достаточные сведения, которые позволили принять такое решение.

При этом суд не просто констатировал наличие указанных в законе оснований для прекращения дела, а принял мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих обстоятельства совершения преступления, личность виновного, проверил факт возмещения причиненного потерпевшему ущерба, добровольность заявленного потерпевшим ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением, позволяющего освободить подсудимого от уголовной ответственности, отсутствие отягчающих обстоятельств.

Приведенные обстоятельства указывают на изменение степени общественной опасности Т ММ, как лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что все условия, необходимые для освобождения Т ММ от уголовной ответственности по указанным в ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ основаниям, Т ММ были выполнены.

При этом судом должным образом учтена вся совокупность данных, характеризующих особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения уголовно наказуемого деяния, конкретные действия, предпринятые обвиняемым для заглаживания причиненного преступлением вреда.

Суд первой инстанции располагал всеми необходимыми сведениями для принятия решения по существу дела, которые приняты во внимание и в должной степени учтены при вынесении обжалуемого постановления. Обжалуемое решение надлежаще мотивировано, оснований ставить под сомнение изложенные в нем выводы, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении уголовного дела, влекущих отмену или изменение постановления суда, которое является законным, обоснованным и мотивированным, соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, судом допущено не было.

При этом судом первой инстанции не установлено иных основания для прекращения уголовного дела. Таковых оснований не усматривает и суд апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах апелляционное представление прокурора удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление 

<

адрес> от 

<

дата> в отношении Т ММ – оставить без изменения. 

Апелляционное представление помощника прокурора 

<

адрес> С ВВ – оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ. Кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев. 

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Т ММ вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Судья