РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июня 2023 года г. Тула

Пролетарский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Самозванцевой Т.В.,

при помощнике судьи Сухиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело №2-1309/2023 (71RS0027-01-2023-001215-53) по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, аннулировании записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. 

В обоснование иска указал, что между ним (ФИО1) и ФИО2 был заключен договор дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в собственность ответчика переходила ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру 

<

адрес>. До отчуждения недвижимого имущества указанная доля принадлежала ему на праве общей долевой собственности на основании договора уступки прав требования, заключенного с Навойским Горно-Металлургическим комбинатом Республики Узбекистан г.Навои ДД.ММ.ГГГГ №, договора о передаче квартиры в собственность, заключенного с Управой г.Тулы ДД.ММ.ГГГГ №, свидетельства о государственной регистрации права серии №, выданного Учреждением юстиции по государственной регистрации права на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Тульской области ДД.ММ.ГГГГ. Право собственности ответчика на подаренную долю было зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ была сделана запись регистрации. Указал, что в начале 2015 года в разговоре с дочерью – ответчиком ФИО1 обмолвился о том, что принадлежащая ему доля квартиры после смерти достанется детям - дочери и сыну пополам. После чего ФИО2 заводила разговор на данную тему, что по справедливости оставить долю будет ей, поскольку брат постоянно в разъездах, фактической потребности в доле квартиры у него нет, как у военнослужащего, а она постоянно проживает в квартире. Он (истец) ей разъяснил, что недостаточно просто проживать, необходимо следить за имуществом, оплачивать коммунальные услуги, налоги, содержать квартиру в порядке. Ответчик сказала, что готова взять на себя эти обязательства, и, что он не молодеет, ему нужна помощь по хозяйству, уход при возникновении заболеваний, говорила, что готова ухаживать за ним до смерти. Для того, чтобы избежать в будущем споров с братом, дочь сказала, что хочет зафиксировать договоренности в договоре, а также убеждала, что доля продолжит находиться в собственности его (истца), даже после переоформления. Поскольку предложение следовало от дочери, которой ему, как отцу, не было повода не доверять, при этом он не имеет юридического образования, не понимая юридических аспектов сделки, согласился подписать договор, который, со слов дочери, она скопировали из сети Интернет. Договор был предоставлен ответчиком в МФЦ непосредственно перед подписанием. До момента подписания, во время подписания он (истец) не был ознакомлен с ним, хотя намеревался. Видя его (истца) сомнения, ответчик оказала на него моральное давление, требуя подписать договор, не читая, давя на то, что уже пришли в МФЦ, где время на обслуживание клиента ограничено, что она сама все проверила и нужно доверять своей дочери. Под таким давлением, не читая договор и не понимая его правового значения, веря своей дочери, он подписал договор в местах, где она указала. Он полагал, что подписывает договор ренты. Поскольку документы он получал вместе с ответчиком, ознакомиться с договором не удалось; дочь сразу после выдачи его сотрудником МФЦ забрала весь пакет себе. Первое время, около года, после сделки ответчик действительно стала более участлива в отношении него, предлагала помощь по хозяйству, заботилась о нем. Когда вопрос заходил об оплате ею коммунальных услуг, отшучивалась, что с совершеннолетия начнет платить. Далее участие в ведении хозяйства уменьшалось, отношение к нему изменилось, появилось недовольство планировкой квартиры, мебелью, бытом, неприязненное отношение к нему (истцу). После свадьбы в июне 2021 года ответчик поселила в квартире супруга. ДД.ММ.ГГГГ ему (истцу) от ответчика в системе мгновенного обмена текстовыми сообщениями Ватсап поступило сообщение, согласно которому дочь просила его выехать до 1 августа из квартиры. При этом из сообщения дочери следовало, что квартира ему не принадлежит. Данная фраза обеспокоила его, и он обратился в МФЦ в целях получения копии договора – документа-основания перехода права собственности доли к ответчику. ДД.ММ.ГГГГ ему была выдана копия договора дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ. До момента получения копии он не знал, что договор носит таковое правовое значение. Считает сделку – договор дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительной, как следствие недействительности сделки, запись о регистрации права собственности доли за ответчиком, произведенную в ЕГРИП ДД.ММ.ГГГГ, подлежащую аннулированию. Иного жилья у него (истца) нет, минимальный доход не позволяет приобрести, снять помещение для жилья, он находится в предпенсионном возрасте. Отметил, что фактического исполнения договора дарения не состоялось, права и обязанности, составляющие его содержание, в действительности не осуществляются: он остался проживать в спорной квартире, там находятся его вещи; ответчик по полгода отсутствует в квартире, находясь за пределами РФ, что не позволяет фактически исполнять договор дарения, в частности ежемесячно оплачивать коммунальные услуги, вступить в права в отношении дара; ответчик не могла и не может оплачивать коммунальные услуги, так как является безработной; договоры с коммунальными службами не перезаключены на ответчика; с момента заключения договор он продолжает оплачивать коммунальные услуги, налоговые платежи за квартиру; согласно условиям п. 6 договора, ключи от квартиры и платежные документы от истца ответчику не передавались, ответчик проживала в квартире до заключения договора и имела свой комплект ключей, оригиналы платежных документов находятся у него; в тексте договора отсутствуют указания, что содержание ст. ст. 131, 167, 209, 223, 420, 421, 551, 557 ГК РФ, ст. ст. 30, 31 ЖК РФ сторонам разъяснены и понятны. Договор является сделкой под условием, то есть не носит безвозмездный характер, так как согласно п. 5 договора, прописано встречное обязательство, обязывающее предоставить право проживания и пользования квартирой третьим лицам. Учитывая отсутствие его намерения на безвозмездное отчуждение единственного жилья, сделка является притворной, поскольку она заключена с целью прикрыть другую сделку – договор ренты. Указал, что наличие встречного обязательства в договоре в виде предоставления права проживания граждан в спорной квартире, свидетельствует о том, что в соответствии со ст. 178 ГК РФ он в отношении заключаемой фактически сделки заблуждался. О переходе права собственности на спорную квартиру к ответчику при ее государственной регистрации ему не разъяснялось, как и последствий перехода такого права. Ему не были озвучены последствия перехода права собственности в виде необходимости выселения из квартиры по требованию нового собственника. Считал, что ответчик несогласованной сторонами сделкой – договором дарения прикрыла согласованную сторонами другую сделку – договор пожизненного содержания с иждивением. 

Ссылаясь на ст. ст. 153, 166, 167, 170, 178, 420, 572, 574, 601 ГК РФ, просил признать договор дарения недействительным, аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации прав ответчика на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, взыскать с ответчика в пользу него расходы по оплате государственной пошлины.

Истец уточнил исковые требования, просил: признать договор дарения недействительным, аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации прав ответчика на ? долю квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, взыскать с ответчика в пользу него расходы по оплате государственной пошлины.

Истец уточнил исковые требования, в окончательном виде просил: признать договор дарения №б/н от ДД.ММ.ГГГГ недействительным; прекратить право собственности ФИО2 на спорную квартиру, а также вернуть в общую долевую собственность ФИО3 ? доли в праве и в общую долевую собственность ФИО1 в размере ? доли в праве на квартире; взыскать с ответчика в пользу него расходы по оплате государственной пошлины.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен своевременно и надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела в его (истца) отсутствие, указал, что исковые требования поддерживает в полном объеме.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО4 в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования. В судебных заседаниях пояснял, что при заключении договора между истцом и ответчиком было оговорено, что ответчик будет за ним ухаживать, помогать материально. Он (представитель) полностью осуществлял дело о банкротстве истца в Арбитражном суде Тульской области, что следует из доверенности, и что подтверждает факт того, что истец юридически неграмотен и обращался за юридической помощью. То, что ответчик не могла работать, несостоятельно, так как трудовой кодекс позволяет работать с 14 лет. Договор был направлен на воспитательные цели. В заблуждение был введен ФИО1 в силу родственных чувств. При жизни никому дарить, продавать недвижимость он не собирался, другого жилья у него нет. Оплату жилищно-коммунальных услуг осуществлял истец, исполнения договора не было. Ключи у истца есть, в квартире он проживает. В судебных заседаниях в Арбитражном суде Тульской области истец не участвовал, только подписывал документы. Истец ответчиком был введен в заблуждение, думал, что подписал договор ренты. Платежи осуществлял истец, текст договора не носит безвозмездный характер, подразумевает проживание третьих лиц. Имеются свидетельские показания, не заинтересованных в исходе дела лиц. К показаниям стороны ответчика просил отнестись критически. Истец о нарушенном праве узнал, когда он получил из Управления Росреестра Тульской области договор дарения, ДД.ММ.ГГГГ, то есть процессуальные сроки не пропущены. Ранее истец о нарушенном праве не мог узнать, поскольку они жили нормально. В письменных объяснениях полагал, что оснований для отмены заочного решения не имелось.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении уточненных исковых требований. В судебных заседаниях поясняла, что истец является ее отцом. Между ними были хорошие отношения, и оформить договор дарения, это его инициатива. На момент подписания договора дарения она была несовершеннолетней, ? доли принадлежали ее маме, ? доля принадлежала отцу. Договориться с ним о его содержании она не могла, поскольку была несовершеннолетней и не работала. Они ходили с ним в МФЦ, им зачитывали сам договор дарения, и они в нем расписывались. Поскольку мама жила за границей и была собственником ? доли квартиры, и чтобы у нее (ответчика) осталась часть квартиры, истец решил подарить ей свою долю. Она оплачивала налог, но жилищно-коммунальные услуги не оплачивала, поскольку на тот момент не работала. На момент дарения доли квартиры она была несовершеннолетней, училась в школе, ее интересы представлял отец. Он занимался оформлением документов. Копии договора отец забрал себе. В 2021 году, в начале июня произошла конфликтная ситуация. К ней на свадьбу приезжала мама и на Госуслугах они обнаружили информацию, что отец подавал заявление о взыскании с мамы алиментов, и это было началом конфликта. До июня 2021 года в квартире проживала она, отец и ее муж. Оплачивал жилищно-коммунальные услуги отец, но с 2020 года они давали ему наличные для оплаты коммунальных услуг. До июня 2021 года она не говорила истцу, что он не должен проживать в квартире. После свадьбы она уехала с мамой в Америку, а он поселил в ее комнату своего брата. Он пользовался ее вещами. Изначально они предложили отцу снимать квартиру вместе с братом, и они готовы были ее оплачивать, но произошел конфликт. Когда она приехала от мамы, ей (ответчику) не понравилось, что его (истца) брат проживает в ее комнате. Она попросила его переселиться в другую комнату, но все закончилось вызовом полиции. Ранее истец подавал исковое заявление в суд к ее (ответчику) матери и обманывал, что не знает, где она находится, хотел лишить ее родительских прав. Однако, ее мать предъявила справки, что перечисляла ему денежные средства. Отец, с 2008 года подавал иски в отношении ее матери, брал кредиты в различных организациях, далее заключил договор дарения, соответственно, он все понимал, заключая договор. Обращала внимание, что на момент заключения договора дарения она была несовершеннолетней; поэтому как мог взрослый мужчина подписать договор, который составлял ребенок, как утверждает представитель истца. Утверждала, что договор был составлен истцом, в МФЦ они его подписали, все экземпляры договора забрал себе истец. Отца из квартиры она не выгоняла. Они в квартире как жили, так и живут, намерений выгонять истца из квартиры, у нее нет. Между ними сейчас нейтральные отношения. Произошла небольшая семейная ссора, а он сразу пошел в суд. 

Ответчиком ФИО2 представлены письменные возражения, согласно которым, инициатива заключения указанного договора исходила именно от истца, так как на момент подписания договора она была несовершеннолетней, ей было 16 лет, обеспечивать истца она не могла бы в силу своего возраста, так как училась в школе, самостоятельного заработка не имела. Составлением договора дарения занимался юрист – знакомый ее отца. В МФД после регистрационных действий подписанные экземпляры договоров забрал ее отец, ей никаких документов не оставлял. Ее отец ФИО1 на протяжении длительного времени брал деньги в кредитных организациях и самостоятельно заключал договоры. Ей известно, ФИО1, чтобы избежать выплат по долгам, было заявлено о признании его банкротом. Считала, что договор был заключен в соответствии с положениями закона, подписан сторонами добровольно. Полагала, что основанием для подачи искового заявления явились конфликтные отношения между ней и отцом после того, как она вышла замуж в 2021 году, поскольку до этого отношения были нормальные. В период ее проживания в США коммунальные платежи оплачивал ее отец. В тот момент, когда она находилась в России, деньги за квартиру она передавала ему. Кроме того, ею оплачивался налог на имущество. Доводы истца о том, что она имела желание выселить его после подписания договора, являются надуманными, так как в п. 5 договора имеется условие о том, что за ним сохраняется право пользования квартирой и проживания. Сослалась на ст. ст. 196, 199 ГК РФ, указала, что истцом пропущен срок исковой давности, последствия пропуска она просила применить при рассмотрении данного дела. 

Представитель ответчика ФИО2 по ордеру адвокат Номеров А.Н. в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований. В судебных заседаниях пояснял, что обещать содержать истца ответчик не могла, поскольку на момент сделки была несовершеннолетней. Просил применить последствия пропуска срока исковой давности. Обращал внимание, что при банкротстве подают сведения о недвижимости и доходах, истец в Арбитражном суде указывал об их отсутствии. То, что сделка совершена под давлением, истцом не доказано. Истец достаточно грамотен, взрослый, дееспособный, неоднократно обращался в суд, договор дарения изучал. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области по доверенности ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена, представила письменный отзыв, в котором просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле. 

Изучив материалы гражданского дела, огласив показания свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, обозрев CD-диск, представленный Арбитражным судом Тульской области, суд приходит к следующему выводу.

В силу статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения принадлежащего ему имущества. Собственник по своему усмотрению вправе совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

На основании ч. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 3 ст. 574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с ч. 1 ст. 601 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

В договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением (ч. 2 ст. 602 ГК РФ).

Судом установлены следующие обстоятельствах. 

Из договора дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ следует, что договор заключен между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемая). Согласно договору даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому (дарит), а одаряемый принимает в дар от дарителя ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру 

<

адрес>.

Согласно п. 5 договора дарения, на момент подписания настоящего договора в вышеуказанной квартире на регистрационном учете состоят: ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сохраняющие право пользования и проживания в вышеуказанной квартире. 

Из п. 6 договора дарения следует, что передача отчуждаемой ? доли квартиры дарителем и принятие ее одаряемым, состоялась до подписания настоящего договора. Квартира, в которой отчуждается ? доля, находится в состоянии, пригодном для проживания, соответствующим образом благоустроена, отвечает установленным техническим и санитарным требованиям. Одаряемому переданы ключи от указанной квартиры и документы, подтверждающие оплату коммунальных услуг. 

На основании п. 8 договора дарения, в соответствии со ст. 131 ГК РФ переход права собственности на отчуждаемую ? долю вышеуказанной квартиры подлежит государственной регистрации в Управлении Федеральной регистрационной службе по Тульской области. 

Право общей долевой собственности на ? долю вышеуказанной квартиры возникает у одаряемого с момента регистрации этого права в Управлении Федеральной регистрационной службы по Тульской области (п. 9 договора дарения). 

Ответственность и права сторон, не предусмотренные настоящим договором, определяются в соответствии с законодательством РФ и другими нормативными актами (п. 13 договора дарения).

Договор дарения зарегистрирован Управлением Росреестра по Тульской области.

Согласно сообщению Управления Росреестра по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРН имеются сведения о зарегистрированных правах на объект недвижимости: квартира К№ по адресу: 

<

адрес>: 

ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право общей долевой собственности ФИО1 в размере ? доли в праве на основании договора о передаче квартиры в собственность № от ДД.ММ.ГГГГ; договора об уступке прав требования № от ДД.ММ.ГГГГ;

ДД.ММ.ГГГГ прекращено право общей долевой собственности ФИО1 в размере ? доли в праве и зарегистрировано право общей долевой собственности ФИО2 в размере ? доли в праве на основании договора дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ; 

ДД.ММ.ГГГГ прекращено право общей долевой собственности ФИО10 в размере ? доли в праве и зарегистрировано право общей долевой собственности ФИО2 в размере ? долей в праве на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом 

<

адрес> ФИО12; 

ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности ФИО2 на основании договора дарения доли квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Из выписки из домовой книги от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что в квартире по адресу: 

<

адрес> зарегистрированы ФИО2, совместно с ней зарегистрированы: отец ФИО1, брат ФИО11, дочь ФИО13

Свидетель ФИО6 пояснила в судебном заседании, что истец ее сосед, они общаются. С 2006 года он воспитывал детей один, его жена уехала. Ей (свидетелю) известно, что истца в настоящее время выгоняет из квартиры его дочь, об этом знают все соседи. ФИО1 пояснял, что ФИО1 показывал ей в телефоне сообщение от дочери, чтобы он искал себе другое жилье. Он ей (свидетелю) говорил, что после смерти оставит квартиру Насте. Он хотел сделать пожизненную ренту, так как жилья у него другого нет. Настя ему говорила, что вдруг он умрет, а брат женился, что могут быть непредвиденные ситуации. ФИО1 ей (свидетелю) об этом сказал. Она (свидетель) сказала, зачем же он это сделал. Обстоятельства совершения договора дарения ей неизвестны. На вопрос: «Договор дарения он планировал подписывать?», свидетель ответил «Нет. Об этом даже разговора не было». ФИО2 обещала, что не бросит папу.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 он знает с 2014 года, они коллеги, у них доверительный характер взаимоотношений. Осенью 2021 года ему (свидетелю) позвонил ФИО1 и сказал, что его дочь выгоняет из дома. Он (свидетель) знает детей истца, в том числе, дочь. Он (свидетель) встретил истца примерно в 2016 году и узнал, что тот подписал какой-то договор. ФИО1 не пояснял, какой договор подписал, сказал, что не читал его. Он считал, что квартира достанется Насте, а за ним будет уход. Ему (свидетелю) известно, что за коммунальные услуги платит истец, ответчик не платит. До 2015 года ФИО1 не высказывал мыслей, что собирается квартиру кому-то дарить. 

Свидетель ФИО9 пояснял в судебном заседании, что с ДД.ММ.ГГГГ он находится в браке с ФИО2 До свадьбы проживали в квартире, все было хорошо. Настя говорила, что отец подарил ей ? долю в квартире, а также у него имеются кредитные обязательства. Истец постоянно проживал в квартире. Они давали наличные деньги для оплаты коммунальных услуг, он оплачивал и платежные документы оставлял у себя. Через Госуслуги его (свидетеля) супруга оплачивала налог на имущество. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснял, что ФИО2 его подруга детства. Он (свидетель) несколько раз был у нее дома, но лично с отцом ФИО14 не общался. В 2015 году он ничего не знал об отношениях в их семье. На настоящий момент он узнал от Никиты, мужа ФИО14, что ее отец подал исковое заявление. Слышал, что была какая-то сделка, и часть квартиры была подарена Насте. У нее заработка не было, и отца содержать она не могла. 

Оценивая показания свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО9, ФИО15 по правилам статей 59, 60, 67 ГПК РФ, суд полагает, что показания данных свидетелей не доказывают и не опровергают юридически значимые для разрешения дела обстоятельства. Обозначенные свидетели при заключении спорного договора не присутствовали. О намерениях сторон им известно лишь со слов, соответственно, истца, ответчика. 

Из заявления ФИО1 о признании банкротом от ДД.ММ.ГГГГ, адресованного в Арбитражный суд Тульской области, следует, что у него имеются признаки банкротства, предусмотренные ст. 213.3 Закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)». Опись его имущества с указанием его места нахождения или хранения оформленная в соответствии с формой, утвержденной приказом Минэкономразвития от ДД.ММ.ГГГГ №, не требуется, так как движимое и недвижимое имущество в его собственности отсутствует, что подтверждается уведомлением из Управления Росреестра по Тульской области и справкой УГИБДД по Тульской области, прилагается. Заявление подписано ФИО1

Согласно акту осмотра места проживания/регистрации гражданина-должника ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, произведенного финансовым управляющим ФИО16, ею, финансовым управляющим должника ФИО1, был совершен выезд по месту проживания гражданина-должника ФИО1, где фактически проживает и зарегистрирован ФИО1 по адресу: 

<

адрес>. Данное жилье не принадлежит должнику на праве собственности. По данному адресу имущества, принадлежащего должнику, подлежащего описи и включению в конкурсную массу не выявлено.

Оценивая представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что, доказательств, подтверждающих порочность воли, как истца, так и ответчика при заключении спорной сделки, как и доказательств того, что в момент ее совершения воля обеих сторон была направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей по договору пожизненного содержания с иждивением, а не по договору дарения, либо того, что ФИО1 заблуждался относительно природы сделки, истцом не представлено; оснований считать оспариваемую сделку притворной либо заключенной под влиянием заблуждения не имеется.

При принятии решения суд учитывает, что ответчик на момент сделки являлась несовершеннолетней, ей было 17 лет, истцу, соответственно, 51 год, каких-либо доказательств тому, что ответчик могла предоставлять истцу содержание с иждивением, не представлено. 

Пункт 5 договора дарения, согласно которому, лица, состоящие на регистрационном учете, сохраняют право пользования и проживания в вышеуказанной квартире не свидетельствует о его недействительности. 

Поскольку отсутствуют основания для признания договоров дарения недействительной сделки, отсутствуют основания и для применения таких последствий недействительности.

Соответственно, суд приходит к выводу и об отказе в удовлетворении уточненных исковых требований в части прекращения права собственности ФИО2 на спорную квартиру, а также возврате в общую долевую собственность ФИО3 ? доли в праве и в общую долевую собственность ФИО1 в размере ? доли в праве на квартире.

Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Согласно ч. 1 ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании ч. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 ст. 200 ГК РФ предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

Согласно ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с ч.2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

К моменту обращения истца с иском ДД.ММ.ГГГГ (согласно почтовому штемпелю), срок исковой давности по исковому заявлению о признании сделки, состоявшейся в 2015 году, недействительной и применении последствия недействительности сделки, истек. Истец обратился в суд за защитой нарушенного права с пропуском срока исковой давности, установленного ст. 196 ГК РФ, а также ст. 181 ГК РФ (по истечении 6 лет), о чем было заявлено ответчиком. Данное обстоятельство является основанием для отказа в иске в соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК РФ. 

Оценив в совокупности представленные доказательства, принимая во внимание, что в гражданском судопроизводстве в силу принципа состязательности и диспозитивности каждая сторона самостоятельно определяет меру (пределы) своей активности, принимая на себя последствия в виде риска лишиться возможности получить защиту своего права либо охраняемого законом интереса, согласно ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении уточненных исковых требований.

Определение Пролетарского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ об отмене заочного решения Пролетарского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ и возобновлении рассмотрения дела по существу вступило в законную силу. 

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые в соответствии с ч.1 ст.88 ГПК состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 12 470 рублей, что следует из чека-ордера от 12 470 рублей.

Поскольку суд отказал в удовлетворении уточненных исковых требований, соответственно, оснований для взыскания государственной пошлины с ответчика не имеется. 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) к ФИО2 (паспорт 

<

данные изъяты>) о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Пролетарский районный суд г. Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Самозванцева