Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20.11.2025 ...

Ангарский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Куркутовой Э.А., 

при секретаре Маленьких А.Ю., 

с участием представителей истца ФИО1, действующей на основании ордера, ФИО2, действующей на основании доверенности, представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3359/2025 (УИД 38RS0001-01-2025-002892-70) по иску ФИО4 к ФИО6 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности, взыскании судебных расходов, с ходатайством о восстановлении пропущенного срока для обращения с иском в суд,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО6 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности, взыскании судебных расходов, в обоснование иска, указав, что она являлась собственником однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: .... В апреле 2025 года ее дочь ФИО2 обнаружила в квартире договор дарения от **, в соответствии с которым она подарила квартиру своей второй дочери ФИО6 Право собственности ФИО6 в ЕГРН зарегистрировано **.

Она не помнит, как составляла и подписывала договор дарения, где это происходило, до апреля 2025 г. о его существовании она не знала. Намерения дарить свою квартиру кому-то у нее никогда не было, это ее единственное жилье.

Ответчик ФИО6 в данной квартире никогда не проживала, прописана не была. Считает, что дочь ФИО6 воспользовалась ее состоянием, поскольку с ** она является 

<

данные изъяты>, перенесла 

<

данные изъяты>, в связи с чем постоянно все забывает, путает события, в силу здоровья ничего не понимает. 

<

данные изъяты>. Ответчик ФИО6 ухода за ней не осуществляет, посещает редко, материальной помощи не оказывает. 

<

данные изъяты>

Считает, что в момент совершения договора дарения ** она находилась в таком состоянии, в котором не была способна понимать значения своих действий и руководить ими, не понимала юридических последствий подписания договора дарения, в связи с чем просит признать договор дарения недействительным, признать за ней право собственности на квартиру, взыскать судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 970 руб., за услуги представителя 50 000 руб.

В судебное заседание истец не явилась, извещалась судом надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. Ранее поясняла, что проживает в спорной квартире одна. Сама готовит, убирается по дому, ходит с соседками за продуктами, оплачивает коммунальные услуги. В течение дня смотрит телевизор, вяжет, однако зрение плохое, ходит гулять с соседками около дома, пользуется телефоном. Она перенесла три инфаркта, у нее очень часто болит голова. В 2023 году у нее обнаружили рак, она лежала в больнице. О том, что в 2014 году подписала договор дарения, не помнит. 

В судебном заседании представители истца ФИО1, действующая на основании ордера, ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержали, пояснили, что не согласны с заключением экспертов. Ранее представили ходатайство о восстановлении пропущенного срока обращения с иском в суд, письменные пояснения (л.д.25-26, 27-29 т.3).

Представитель истца ФИО2 поясняла, что в 2025 году она в квартире матери нашла договор дарения квартиры. Истец не помнит, что заключала подобный договор. В спорной квартире мама проживает одна, по хозяйству справлялась самостоятельно до 2016 года, ходила в магазин, готовила еду, получала пенсию. В настоящее время она помогает ей в приобретении продуктов, еду мама готовит самостоятельно. Мама общительный человек, смотрит программу с ФИО18, в настоящее время интересуется 

<

данные изъяты>, выходит на улицу, чтобы посидеть на лавочке, поговорить с соседями; самостоятельно принимает 

<

данные изъяты>

В судебном заседании ответчик ФИО6, исковые требования не признала, поддержала письменные возражения (л.д.130-131 т. 2). Поясняла, что в период с 2012 по 2014 г.г. истец хорошо себя чувствовала, принимала самостоятельно лекарства. Мама планировала подарить ей квартиру, вела об этом разговоры с ней; сообщила ей, что необходимо прийти в Росреестр для совершения сделки, все документы у нее были готовы. В январе 2015 г. мама получила самостоятельно свой экземпляр договора дарения. После совершения сделки мама проживала с ней около месяца, однако затем решила жить отдельно. На момент совершения сделки мама понимала значение своих действий и могла ими руководить. 

<

данные изъяты>. Мама живет одна, сама себя обслуживает, получает пенсию, до 2025 г. покупала продукты самостоятельно, имеет определенный круг общения. С мамой перестала общаться с **, поскольку она обвинили ее в воровстве вещей.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, поддержала ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности (л.д. 170 т.1). Пояснила, что после проведения экспертизы истец позвонила ее доверителю, предлагала оплату за коммунальные услуги производить самой. 

В судебное заседание представитель третьего лица Управления Росреестра по Иркутской области не явился, извещены надлежащим образом.

Выслушав пояснения участников процесса, допросив экспертов, исследовав материалы гражданского дела, медицинские документы истца, суд приходит к следующему.

Согласно п.1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

В силу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Правила п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ применяются в отношении дееспособных граждан, оказавшихся в ситуации, когда они не способны понимать значение своих действий и руководить ими.

Особенность ст. 177 Гражданского кодекса РФ состоит в том, что она допускает признание недействительными: сделок, совершенных дееспособными гражданами. Иначе говоря, граждане, достигшие 18 лет, не признанные в установленном порядке недееспособными либо ограниченно дееспособными, совершают сделки, которые тем не менее могут быть признаны недействительными в зависимости от состояния гражданина. Лицо в момент совершения сделки могло находиться в таком состоянии, которое с учетом имеющихся у него заболеваний, образования, образа жизни, индивидуально-психологических особенности (черт характера, свойств эмоционально-волевой сферы), конкретной жизненной ситуации не позволяет ему выразить свою волю при совершении сделок. 

По смыслу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли стороны ее волеизъявлению. Основанием для признания сделки недействительной является временная недееспособность лица, заключающего сделку, которая имеет временный, непостоянный характер. Вследствие этого сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, обязано доказать наличие соответствующих оснований недействительности такой сделки. Бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, лежит на истце.

Юридически значимыми обстоятельствами для признания сделок недействительными в соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса РФ, являются причинная связь между временным состоянием человека и совершением сделки при котором, данное лицо не понимало значения своих действий или не могло руководить своими действиями.

В силу ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения (п. 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (п. 2). 

Из материалов дела следует, что ** между ФИО4 (дарителем) и ФИО6 (одаряемой) заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ..., в соответствии с которым ФИО4 подарила квартиру ФИО6, право собственности последней зарегистрировано в ЕГРН ** (л.д. 14-17, 84-86 т.1).

Как следует из иска, дочь истца ФИО4 – ФИО2, перебирая документы в апреле 2025 г., увидела договор дарения квартиры от **. Истец не помнит, что составляла данный договор, квартиру не хотела никому дарить. Дочь воспользовалась ее состоянием здоровья, возрастом, при которых она, совершая данную сделку, ничего не понимала, не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

В качестве доказательств, подтверждающих свои доводы, стороной истца и стороной ответчика представлены показания свидетелей.

Так, со стороны истца допрошены в качестве свидетелей в судебном заседании **: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10; в судебном заседании ** допрошены в качестве свидетелей: ФИО11, ФИО12 Со стороны ответчика представлены показания свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, допрошенных в судебном заседании ** (л.д.174-179 т.1).

Свидетель ФИО7 суду пояснила, что проживает с истцом по соседству. Знает истца с 1996-1997 г.г. 

<

данные изъяты> Встречает истца, когда ходит гулять с собакой, она выходит на прогулку (до сих пор), узнает ее, здоровается. В настоящее время видит ее, когда она сидит на лавочке.

Свидетель ФИО8 суду пояснила, что проживает с истцом в одном подъезде. Общается с ней, когда она сидит на лавочке, здороваются (по-соседски). Истец всегда опрятно одета. Видела истца вчера, сегодня, она с ней поздоровалась, узнала ее. 

<

данные изъяты> В гостях у истца не была. Она к ней недавно приходила сама в гости, сообщила о том, что переписала квартиру на дочь Елену, однако этого не помнит. 

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что работала вместе с истцом. После 2013 г. (точно год не помнит) встречались реже, на улице, она ее не узнавала, была не адекватная. Когда она ей звонила, истец то брала трубку, то не брала. Когда брала трубку, спускалась, они с ней встречались, она то узнавала ее, то нет, говорила о том, что болит голова. Неделю назад видела истца, когда она шла в магазин с соседкой, она узнала ее. 

<

данные изъяты>

Свидетель ФИО10 пояснила, что живет с истцом по соседству, вместе гуляют, ходят друг к другу в гости. Истец проживает одна, самостоятельно ходит за продуктами, узнает ее, с другими соседями не путает. Иногда сидят на лавочке, разговаривают, гуляют на свежем воздухе. Сегодня утром видела истца на улице, на тему судебного процесса с истцом не разговаривали. 

Свидетель ФИО11 суду пояснил, что работал с истцом. Общался по 2013г., были соседями по даче. В 2013г. истец приезжала на дачу вместе с дочерью ФИО5 и зятем, работала на ней, выглядела хорошо. Зимой 2014г. встретил истца на улице, на остановке, она не узнала его, на вопросы не ответила, выглядела плохо.

Свидетель ФИО12 суду пояснила, что проживает с истцом на одной площадке. Стали общаться тесно с **. Она обратилась к ней за помощью в организации похорон матери, но она отнеслась равнодушно, хотя в 2010г. принимала участие в похоронах ее мужа. 

<

данные изъяты>. После этого, она продолжили вместе гулять, встречаться. Истец говорила, что у нее болит голова, про квартиру не говорила.

Таким образом, из показаний свидетелей со стороны истца: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО12 следует, что они проживают с истцом по соседству. Истец проживает одна, выходит на улицу, гуляет с соседками, сидит на лавочке, разговаривает с ними, ходит в магазин, опрятно одета, узнает их, здоровается. Также свидетели со стороны истца пояснили, что в период 2013-2014 г.г. истец не всегда узнавала их, была не адекватная. 

Свидетели со стороны ответчика поясняли следующее.

Свидетель ФИО13 пояснила, что работала с истцом до 1998 г. После ухода на пенсию до 2020 г. они продолжали общаться, встречались, ходили друг к другу в гости. Истец проживает одна, самостоятельно готовит, ходит в магазин, когда она приходила в гости накрывает на стол. В 2014 г. и в 2015 г. они с истцом ездили в дом отдыха «Ангара», они проживали в одной комнате, вместе ходили в столовую, гуляли, в поведении истца странностей не замечала. В тот период истец была спокойная, уравновешенная, тактичная, о проблемах со здоровьем не рассказывала. После 2020 г. они общаются по телефону. Истец ее узнает, не путает. В 2014 г. не замечала изменений по состоянию здоровья, поведению истца. Истец ей говорила, что сделала дарственную на квартиру на Елену, звонила ей неделю назад, просила прийти в гости, хотела пообщаться, на какую тему, не сказала.

Свидетель ФИО14 пояснила, что познакомилась с истцом на свадьбе своей дочери и внука истца **. Истец веселая, интересная, общительная, хорошо одетая женщина. Общались с ней на семейные темы, о детях. При разговоре истец говорила только об Елене. После свадьбы они ездили к ним на дачу.

Свидетель ФИО15 пояснила, что истец - мама ее подруги ФИО6, они знакомы с 1990-х годов. В период с 2009-2014 г.г. истец проживала в своей квартире одна, написала дарственную на Елену. Она была в гостях у истца, у Елены, которая организовывала празднования Дней рождения истца у себя дома. Последний раз видела истца 3 года назад. Она опрятная, красиво одевалась. В 2014 г. истец при встречах узнавала ее, имя не путала, беседовали о семье, политике. С 2014 г. по 2022 г. никаких изменений в поведении она не замечала. Истец готовит сама, ходит в магазин, пешком ходила с 93 квартала до Елены (проживает в районе площади Ленина) пешком. В 2013-2014 г. истец жила у Елены, переехала после того, как написала дарственную, затем вернулась домой. Последний раз с истцом встречалась на пасху, смотрели телевизор вместе. Истец понимала, о чем показывают и говорят по телевизору, они с ней говорили о погоде, детях, она делилась своими проблемами. 

Согласно справке Ангарского филиала ОГБУЗ «... психоневрологический диспансер» № от ** ФИО4 с ** 

<

данные изъяты> (л.д.106 т.1).

Согласно справке ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер» ФИО4 под наблюдением у врача психиатра не находится, медицинской документации нет (л.д.146 т.1).

По запросу суда медицинскими учреждениями представлены медицинские карты в отношении ФИО4 

В соответствии со ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в установленном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Определением суда от 16.09.2025 по делу назначена судебная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено Ангарскому филиалу ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер».

Согласно заключению экспертов Ангарского филиала ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер» № от ** (л.д. 44-50 т. 3) у ФИО4 

<

данные изъяты> обязанностей. 

Из заключения члена комиссии, психолога-эксперта ФИО17 следует, что 

<

данные изъяты>

Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО16, ФИО17 подтвердили выводы, указанные в заключении.

Эксперт ФИО17 пояснила, что 

<

данные изъяты>

Эксперт ФИО16 пояснил, что 

<

данные изъяты>

У суда нет оснований не доверять заключению экспертов Ангарского филиала ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер» и показаниям экспертов, поскольку экспертиза проведена в государственном учреждении здравоохранения квалифицированными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Эксперты имеют высшее образование, длительный стаж работы по специальности. Экспертиза проведена с участием медицинского психолога. Экспертами в заключении проанализировали медицинские документы истца, материалы гражданского дела, в том числе пояснения участников процесса и свидетелей. При проведении экспертизы использовались методы клинико-психопатологического исследования (анамнез, катамнез, клиническая беседа, исследование представленной медицинской документации и материалов гражданского дела, выделение и клинический, а также судебно-психиатрический анализ имеющихся симптомов психических расстройств». Эксперты пришли к единому мнению при собранных по делу доказательствах,

Суд считает, что в заключении судебной экспертизы сделаны выводы, основанные на материалах дела, заключение судебной экспертизы не противоречит ст. 86 ГПК РФ и соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. 

Доводы представителей истца о нарушениях требований Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", Приказа Минздрава России от 29.04.2025 N 263н "Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы" не состоятельны, каких либо нарушений, влияющих на выводы экспертов, судом не установлено. Ходатайств о привлечении к производству экспертизы невролога участниками процесса не заявлялось, и в определении о назначении экспертизы данный вопрос не разрешался, поэтому доводы стороны истца в данной части несостоятельны.

При этом, как пояснил эксперт ФИО16 ответ на вопрос № 2 в определении суда о том, могла ли истец в силу возраста, образования, имеющихся у нее заболеваний, понимать юридическую значимость договора дарения и его юридические последствия, дан общий, что истец в момент заключения договора дарения понимала его суть, значение своих действий и могла ими руководить. Доказательств, ставящих под сомнение выводы экспертов, опровергающих экспертное заключение, подтверждающих наличие у истца психического расстройства, либо индивидуально-психологических особенностей, которые могли существенным образом повлияет на волю истца в момент совершения оспариваемой сделки, истцом не представлено. 

Заключение экспертов подтверждается медицинскими картами ФИО4, а также пояснениями истца в судебных заседаниях о том, что она проживает одна, самостоятельно готовит, убирается по дому, смотрит телевизор, гуляет с соседями около дома, оплачивает коммунальные услуги; поведением истца в ходе рассмотрения гражданского дела, которая последовательно излагала суть обращения с иском, подробно описывала события, которые с ней происходили ранее, в детстве, юности, в периоды работы; описывала взаимоотношения с соседями, обстоятельства приобретения спорной квартиры, продажи предыдущей квартиры, приобретения квартиры у соседки блокадницы в соседнем подъезде взамен за осуществление ухода за ней; пояснениями истца в ходе рассмотрения судебной экспертизы, которые носят противоречивый характер, поскольку истец то говорила о том, что «она не помнит, что заключала договор», то говорила, что «этого не было, что все подделала дочь, ведь как она могла подарить свою квартиру, и где ей теперь жить, значит, она не могла так сделать». Просила написать врачей «так как надо, ведь все зависит от них». 

Суд не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства стороны истца и назначении повторной судебной экспертизы, поскольку эксперты на все вопросы, поставленные судом, дали полные ответы, сомневаться в правильности и обоснованности данного заключения у суда оснований не имеется. Суд при вынесении решения, оценивает заключение экспертов в совокупности с другими доказательствами по делу.

Суд учитывает, что в соответствии с ч. 1 ст. 69 ГПК РФ свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения истца, о совершаемых ею поступках, действиях и об отношении к ним. Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни свидетели, ни суд не обладают.

Поэтому, суд не может принять во внимание показания свидетелей со стороны истца: ФИО7, ФИО8, ФИО11, ФИО19 пояснивших, что в период 2013-2014 г.г. истец не всегда узнавала их, была не адекватная, поскольку их показания непоследовательны, не подтверждены медицинскими документами. К тому же, из показаний свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО19, ФИО10 следует, что истец до сих пор самостоятельно себя обслуживает, покупает продукты, оплачивает коммунальные услуги, гуляет с соседями на улице, поддерживает разговоры, узнает их. 

Показания свидетелей со стороны ответчика, пояснивших, что никаких странностей в поведении истца в 2014г. они не наблюдали, суд находит более достоверными, последовательными, дополняющими друг друга, подтвержденными медицинскими документами истца.

Из пояснений истца, аудиозаписи телефонного разговора с ответчиком по поводу оплаты коммунальных услуг также не следует, что истец не понимает сути договора дарения квартиры.

Суд учитывает, что истец имеет постоянный круг общения, регулярно общается по телефону с родственниками и знакомыми (л.д.132-206 т.2); производит оплату коммунальных услуг (л.д.207-241 т. 2). 

При этом, истец неоднократно совершала сделки с недвижимым имуществом, в том числе: по приобретению спорной квартиры в собственность по договору купли-продажи от **; по дарению спорной квартиры **. При этом, истец подписала оспариваемый договор дарения от ** лично. Также лично сдала документы ** на регистрацию перехода права собственности в ЕГРН, подписав заявление в присутствии сотрудника филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области», получила копию договора дарения, которую у нее нашла в документах дочь ФИО2

В силу ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Требования данной нормы истцом выполнены не были, так как она не доказала, что договор дарения подписан ФИО4 с пороком воли. Заключение экспертов не подтвердило достоверно такого состояния ФИО4, наличие грубых психических нарушений или органического расстройства личности, которые в момент совершения оспариваемой сделки лишали ее способности понимать значение своих действий и/ или руководить ими, препятствовали правильному пониманию существа совершенной сделки. Следовательно, отсутствуют основания для признания установленным того обстоятельства, что в момент заключения договора дарения она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

При недоказанности обстоятельств, на которые ссылается истец, у суда не имеется оснований для удовлетворения иска.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности. 

В соответствии с ч. 1 ст. 107 ГПК РФ процессуальные действия совершаются в процессуальные сроки, установленные федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 109 ГПК РФ право на совершение процессуальных действий погашается с истечением установленного федеральным законом или назначенного судом процессуального срока.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, чье право нарушено (ст. 195 Гражданского кодекса РФ).

Нарушенное право подлежит защите в сроки, установленные законом, который связывает начало течения срока исковой давности по ничтожной сделке для лица, являющегося стороной сделки, с моментом начала исполнения такой сделки.

В соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса (п.1). Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму" (п.2).

Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Из п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», усматривается, что если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ). 

В соответствии со ст. 205 Гражданского кодекса РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

В ходатайстве о восстановлении срока исковой давности представителем истца - ФИО2 указано, что о нарушенном праве истец узнала **. Из-за имеющихся заболеваний она все забывает, путает события, пропустила срок исковой давности по уважительной причине (неосведомленности, неграмотности, по состоянию здоровья) (л.д.25-26 т.3).

Оспариваемая сделка совершена истцом **. При этом, договор дарения подписан лично истцом. Следовательно, истец должна была узнать о нарушении своего права с даты подписания договора. Поэтому, срок исковой давности на оспаривание договора дарения начал течь с ** и истек ** (** (дата заключения договора) + 1 год). 

Истец обратилась в суд с иском **, то есть с нарушением установленного законом срока. 

Суд не может принять во внимание доводы истца о том, что о нарушении своего права она узнала **, когда нашла договор в старых газетах. Из иска следует, что договор дарения находился в спорной квартире, в которой проживает истец, ответчик в квартире не проживает, поэтому истец, лично подписав договор дарения, не могла не знать о его наличии.

На момент заключения договора дарения ** ФИО4 также знала об одаряемом лице, то есть об ответчике по делу, которая ей приходится дочерью.

Между тем, иск предъявлен в суд **, то есть по истечении более чем 10 лет со дня заключения оспариваемого договора дарения. 

Обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении и перерыве течения срока исковой давности (ст.ст. 202, 203 Гражданского кодекса РФ), судом не установлено. 

Таким образом, на момент обращения ФИО4, в суд с целью защиты нарушенного права, срок исковой давности для признания сделки от ** недействительной и применения последствий недействительности сделки, истек. Доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин для восстановления пропуска срока исковой давности в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Доводы истца о том, что она пропустила срок обращения в суд с иском по состоянию здоровья, доказательствами не подтверждены. Доказательств того, что в период с ** по ** у истца имелись исключительные обстоятельства, связанные с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), суду не представлено. Несмотря на то, что документы, подтверждающие образование, суду не представлены, из пояснений участников процесса следует, что истец работала до ухода на пенсию, трудилась кладовщиком, неоднократно совершала сделки с недвижимостью. Из показаний допрошенных экспертов следует, что уровень образования, возраст, состояние здоровья истца не повлияли на способность истца осознавать суть совершаемой сделки, характер действий, а также способность руководить своими действиями.

Суд также учитывает, что истцом пропущен и 10-ти летний срок исковой давности, который истек **.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" согласно п. 2 ст.196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму". Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ст. 181 и абз. 2 п. 2 ст. 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Таким образом, п. 2 ст. 196 Гражданского кодекса РФ устанавливает абсолютный пресекательный срок исковой давности, равный десяти годам, начинающий течь со дня нарушения права. При этом начало течения указанного срока связано не моментом осведомления лица о нарушении права, как это имеет место во всех иных случаях, а моментом нарушения права. Установление такого регулирования связано с обеспечением общего режима правовой определенности и стабильности правового положения субъектов права. Так, срок исковой давности, как пресекательный юридический механизм, являясь пределом осуществления права, преследует цель стабильности сложившегося в течение достаточного времени правового положения.

Указанная позиция отражена в определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14.06.2016 N 1-КГ16-6.

В данном случае, о нарушении своего права истец могла узнать **, десятилетний пресекательный срок начал течь с данной даты и истек **, поэтому основания для восстановления пропущенного истцом срока у суда отсутствуют. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ), стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Поскольку истцу отказано в удовлетворении иска, основания для взыскания с ответчика в ее пользу судебных расходов отсутствуют.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО6 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности, взыскании судебных расходов, ходатайства о восстановлении пропущенного срока для обращения с иском в суд - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда.

Судья Э.А.Куркутова

Мотивированное решение суда изготовлено 17.12.2025.