Гр. дело № 2-9/2019

Мотивированное 

решение

 изготовлено 11.02.2019 (с учетом выходных дней)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 февраля 2019 года г.Полярные Зори 

Полярнозоринский районный суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Ханиной О.П.,

при секретаре Михальченко М.И.,

с участием представителя истца ФИО1 ФИО2, 

представителей ответчика ООО «КЭМК «ГЭМ» ФИО3,

ФИО4,

рассмотрев в ходе открытого судебного заседания материалы гражданского дела по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «КМУ Гидроэлектромонтаж» и Обществу с ограниченной ответственностью «Кольская электромонтажная компания «ГЭМ» о признании сделки по отчуждению имущества недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, с учетом произведенных в ходе рассмотрения дела уточнений, обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «КМУ Гидроэлектромонтаж» (далее – ООО «КМУ ГЭМ») и Обществу с ограниченной ответственностью «Кольская электромонтажная компания «ГЭМ» (далее – ООО «КЭМК «ГЭМ») о признании недействительной сделки по отчуждению имущества, совершенной на основании договора купли-продажи №** от 18.01.2016, и применении последствий недействительности сделки (т.1, л.д.6-9; т.4, л.д.169-176; т.6, л.д.6, 7-14).

В обоснование заявленных требований истец указал, что он (ФИО1) является наследником участника ООО «КМУ ГЭМ» гр.И, в части доли в размере 25% Уставного капитала ООО «КМУ ГЭМ», правопреемником по правам и обязательствам, вытекающим из владения доли в размере 25% Уставного капитала Общества.

На основании решения общего собрания участников Общества от 10.08.2015 доля в Уставном капитале Общества, принадлежащая гр.И, в размере 25% перешла к Обществу в связи с отсутствием единогласного согласия всех участников на принятие его (ФИО1) в состав участников Общества. В связи с чем 10.08.2015 у ООО «КМУ ГЭМ» возникла обязанность по выплате ему действительной стоимости вышеуказанной доли в Уставном капитале.

В связи с неисполнением ООО «КМУ ГЭМ» названной обязанности, он (ФИО1) обратился в суд с иском о взыскании с Общества действительной стоимости доли.

Решением Полярнозоринского районного суда Мурманской области от 09.11.2016 (дело №**) исковые требования удовлетворены, с ООО «КМУ ГЭМ» в его пользу взыскана задолженность по выплате действительной стоимости доли в Уставном капитале Общества в размере 16 779 750 руб. ООО «КМУ ГЭМ» указанное решение суда исполнено не было.

Из материалов исполнительного производства, возбужденного в отношении ООО «КМУ ГЭМ», ему стало известно об осуществлении должником действий по отчуждению всего имущества, составлявшего активы Общества.

Так, здание столярной мастерской, кадастровый номер №**; здание мастерской КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №**; здание базы-склада материалов, кадастровый номер №**; мастерская КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №**; земельный участок, кадастровый номер №**; земельный участок, кадастровый номер №**; земельный участок, кадастровый номер №**; здание КПП, кадастровый номер №**; ограждение производственной базы, кадастровый номер №**, были отчуждены ООО «КМУ ГЭМ» в пользу ООО «КЭМК «ГЭМ».

При этом все имущество, составлявшее активы Общества, включая имущество, в отношении которого ФИО1 отказался от заявленных требований в ходе рассмотрения дела, было отчуждено ООО «КМК ГЭМ» за сумму около 15 000 000 руб., в то время как его стоимость, установленная решением Полярнозоринского районного суда Мурманской области от 09.11.2016 равнялась 100 207 000 руб.

Таким образом, совершая отчуждение имущества по явно заниженной стоимости, ООО «КМУ ГЭМ» злоупотребило правом на распоряжение принадлежащим ему имуществом. 

Общество не исполнило установленную законом обязанность по выплате истцу действительной стоимости доли, что непосредственно свидетельствует о нарушении принципа добросовестности, установленного ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Оспариваемая сделка совершена с нарушением установленного законом запрета на злоупотребление правом, при этом в результате ее совершения произведено отчуждение недвижимого имущества, принадлежащего Обществу, что повлекло нарушение прав и охраняемых законом интересов истца, выразившееся в невозможности исполнения постановления суда о взыскании действительной стоимости доли, в связи с чем является ничтожной.

Принимая во внимание, что в результате совершения оспариваемой сделки Общество произвело отчуждение недвижимого имущества, составляющего активы общества, и на момент обращения в суд решение Полярнозоринского районного суда Мурманской области от 09.11.2016 о взыскании в его (ФИО1) пользу действительной стоимости доли ответчиком ООО «КМУ ГЭМ» не исполнено, ФИО1 просит признать недействительной сделку по отчуждению имущества, совершенную между ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» на основании договора купли-продажи от 18.01.2016 №** (в отношении здания столярной мастерской, кадастровый номер №**; здания мастерской КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №**; здания базы-склада материалов, кадастровый номер №**; мастерской КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №**; земельного участка, кадастровый номер №**; земельного участка, кадастровый номер №**; земельного участка, кадастровый номер №**; здания КПП, кадастровый номер №**; ограждения производственной базы, кадастровый номер №**), и применить последствия недействительности сделки.

В ходе рассмотрения дела определением суда от 15.01.2019 принят отказ истца ФИО1 от исковых требований к ответчику гр.Г о признании сделки по отчуждению имущества недействительной и применении последствий недействительности сделки (договор №** от 01.06.2015); определением суда от 05.02.2019 принят отказ представителя истца ФИО2, действующего в интересах истца ФИО1 на основании доверенности в пределах предоставленных полномочий, от исковых требований к ответчикам ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» в части исковых требований о признании недействительной сделки по отчуждению имущества, совершенной по договору купли-продажи №** от 15.02.2016 в отношении модульных зданий на базе 5-ти и 16-ти блок-контейнеров; производство по делу в указанной части прекращено.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть без его участия, допустив к участию в деле в качестве своего представителя ФИО2 (т.5, л.д.213).

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от 14.05.2019 (т.5, л.д.41), поддержал заявленные требования о признании сделки недействительной (договор купли-продажи от 18.01.2016 №**) и применении последствий недействительности сделки в полном объеме.

Дополнительно пояснил, что ответчик ООО «КМУ ГЭМ», являющийся стороной сделки, и лицом, у которого с 10.08.2015 возникла обязанность по выплате ФИО1 действительной стоимости доли в Уставном капитале в размере 25%, в судебное заседание не явился, своего представителя не направил, возражения относительно заявленных требований суду не представил. А ответчик ООО «КЭМК «ГЭМ» не является лицом, обязанным по выплате действительной стоимости доли ФИО1, следовательно, несогласие данного ответчика с ее величиной не имеет правового значения при рассмотрении дела. 

При этом размер действительной стоимости доли, подлежащей выплате ООО «КМУ ГЭМ» в пользу ФИО1, определен решением суда от 09.11.2016, вступившим в законную силу, и данное обстоятельство в силу ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не доказывается и не оспаривается.

Помимо этого, решением Арбитражного суда Мурманской области от 22.12.2015 (дело №**) с ООО «КМУ ГЭМ» в пользу ФИО1 взысканы дивиденды в размере 1 800 000 руб. (решение до настоящего времени также не исполнено).

Таким образом, на момент совершения 18.01.2016 оспариваемой сделки, ООО «КМУ ГЭМ» имело перед ФИО1 обязательства по выплате как действительной стоимости доли в размере 25 051 750 руб., так и по выплате дивидендов в размере 1 800 000 руб.

Отчуждение имущества по существенно заниженной стоимости по сравнению с рыночной, а также состав участников сторон оспариваемой сделки (аффилированные лица) свидетельствует о заключении сделки с заинтересованностью, направленной на создание условий невозможности исполнения ООО «КМУ ГЭМ» обязательств, в том числе по выплате действительной стоимости доли Уставного капитала Общества. 

Не смотря на то, что судебное решение о взыскании в пользу ФИО1 действительной стоимости доли принято 09.11.2016, в сделка по отчуждению имущества заключена 18.01.2016, с учетом субъектного состава сделки, доводы об отсутствии у ООО «КЭМК «ГЭМ» сведений о наличии каких-либо материальных споров и притязаний третьих лиц в отношении ООО «КМУ ГЭМ» являются необоснованными, поскольку у ООО «КМУ ГЭМ» обязанность по выплате действительной стоимости доли в пользу ФИО1 возникла 10.08.2015.

Полагают, что в рассматриваемой ситуации, сделка по отчуждению имущества совершена при злоупотреблении ответчиками правом, что повлекло негативные правовые последствия для третьего лица – истца ФИО1, поскольку вследствие отчуждения ООО «КМУ ГЭМ» имущества по существенно заниженной стоимости стало невозможным исполнение решения Полярнозоринского районного суда от 09.11.2016 о взыскании в его пользу действительной стоимости доли в уставном капитале Общества.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в качестве оснований для признания сделки недействительной указывали на нарушение норм Гражданского кодекса РФ и положений Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», регламентирующих порядок заключения крупных сделок и сделок, в совершении которых усматривается заинтересованность.

Несмотря на то, что закон не наделяет ФИО1 правом на оспаривание крупной сделки и сделки с заинтересованностью, полагают, что совершение подобной сделки по продаже имущества с нарушением требований закона, предъявляемых к таким сделкам, наглядно подтверждает недобросовестность сторон, а равно, злоупотребление правом.

Относительно порядка исчисления срока исковой давности по заявленным требованиям, истец ФИО1 полагал необходимым исходить из следующего (т.4, л.д.167-168). Одним из оснований для признания оспариваемой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности стала продажа имущества по явно заниженной цене. Не являясь стороной оспариваемой сделки, истец не знал и, объективно, не мог узнать о реальном положении дел, а именно о цене, по которой имущество было отчуждено. Об этом ему стало известно только 17.12.2018 при ознакомлении с материалами дела, в котором находились представленные по запросу суда договоры купли-продажи с указанием цен, по которым имущество было отчуждено. С учетом изложенного, истец полагает, что течение срока исковой давности подлежит исчислению с 17.12.2018.

Ответчик ООО «КМУ ГЭМ» о месте, дате и времени рассмотрения дела уведомлялся путем направления заказной корреспонденции по юридическому адресу, а также в адрес управляющей организации ООО «КМУ ГЭМ» - ООО *** (т.5, л.д.124). Почтовые отправления возвращены в суд невостребованными за истечением срока хранения (т.5, л.д.240, т.6, л.д.3). 

Согласно части 4 статьи 113, статьи 115, части 2 статьи 117, статьи 118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебное извещение направляется лицу, участвующему в деле по указанному в материалах дела адресу лица и может быть доставлено по почте или лицом, которому судья поручает доставку. Адресат, отказавшийся принять судебную повестку или иное судебное извещение, считается извещённым о времени и месте судебного разбирательства или совершения отдельного процессуального действия. Лица, участвующие в деле, обязаны сообщить суду о перемене своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения судебная повестка или иное судебное извещение посылаются по последнему известному суду месту жительства или месту нахождения адресата и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не проживает или не находится.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Судом использовались все вышеуказанные меры для извещения ответчика, о чем свидетельствует возвращенный в адрес суда почтовый конверт с указанием причин невручения – истечение срока хранения.

При таких обстоятельствах суд считает, что ответчик распорядился предоставленным ему правами по своему усмотрению, уклонился от получения судебной повестки, и в соответствии с частью 2 статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признается надлежащим образом извещённым.

Представители ответчика ООО «КЭМК «ГЭМ» ФИО3, действующий на основании доверенности от 15.05.2018 (т.1, л.д.69), а также ФИО4, действующий на основании доверенности от 17.12.2018 (т.2, л.д.15,16), полагали заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Оспариваемый договор купли-продажи между ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» заключен в соответствии с положениями ст.ст.421, 624 Гражданского кодекса Российской Федерации. Сторонами сделки по своему усмотрению определены все существенные условия договора, включая цену договора, с учетом длительности нахождения отчуждаемого имущества в аренде у ООО «КЭМК «ГЭМ», физического износа и действительного состояния отчуждаемого имущества, специфичности имущественных объектов, прочно связанных с землей, характера и целей их использования, территориального расположения в зоне осуществления деятельности режимного предприятия – ***, за пределами транспортного и коммерческого узла.

Заключению сделки по отчуждению имущества предшествовало письмо арендатора - ООО «КЭМК «ГЭМ» о выкупе арендуемого имущества. Согласие на заключение сделки на предложенных условиях было одобрено всеми участниками ООО «КМУ ГЭМ», что нашло свое отражение в соответствующем протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «КМУ ГЭМ» №** от 14.01.2016. 

В соответствии с положениями п.4 ст.46 Федерального закона №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» сторонами договора, членом совета директоров Общества либо участниками Общества в установленном законом порядке сделка не оспорена, притязаний со стороны управомоченных законом лиц, свидетельствующих о незаконности сделки, не установлено. Истец ФИО1 в силу названных положений закона не обладает правом на оспаривание сделки по отчуждению имущества по такому основанию, как нарушение порядка заключения Обществом крупной сделки и сделки с заинтересованностью.

В отношении доводов представителя истца об аффилированности участников и руководства сторон сделки отметили следующее. 

В ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» действительно одновременно работали и состояли в качестве участников одни и те же лица, в том числе, указанные представителем истца ФИО3 и гр.М, а равно и сам истец ФИО1 Данное положение вещей было вызвано не желанием злоупотребить правом, и нарушить право истца на получение причитающихся выплат, а сложившейся спецификой осуществляемой деятельности обеими организациями в рамках обслуживания ***, с обеспечением доступа на ее территорию (режимный объект).

Выплата истцу доли, размер которой определен на основании данных бухгалтерского баланса в общей сумме 8 272 000 руб., осуществлена фактически 11.03.2016 в сумме 7 196 640 руб. (за вычетом НДФЛ в размере 1 075 360 руб., который перечислен в бюджет).

В последующем, по результатам аудиторской проверки, ООО *** дано экспертное заключение, которым подтверждена правильность произведенных начислений. 

В ходе рассмотрения дела судом изучены отчеты, представленные, в том числе самим истцом, из которых следует, что результат полученной оценки, в том случае, когда доля была определена в размере 9 836 000 руб. (отчет ***), был использован ФИО1 для вступления в наследство в части 25% доли умершего участника.

В то же время, целью отчета №** от 26.01.2016, на основании которого Полярнозоринским районным судом 09.11.2016 вынесено заочное решение, являлось определение стоимости доли в связи с выходом участника из состава Общества, которым истец не являлся, и из состава участников, соответственно, не выходил.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения п.2 ст.187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что цифры, указанные в экспертном заключении ООО *** и отчете *** близки друг к другу, и в большей мере отражают действительную стоимость активов ООО «КМУ ГЭМ», к отчету №** ИП М, согласно которому действительная стоимость активов Общества в разы превышает стоимость, установленную двумя независимыми друг от друга специалистами, надлежит отнестись критически. Кроме того, ИП М при выполнении отчета об оценке фактическое обследование объектов недвижимого имущества не осуществлял, что ставит под сомнение объективность произведенных им расчетов без учета реального состояния оцениваемых зданий.

В отношении пропуска истцом срока исковой давности на обращение в суд, указали, что истец узнал о продаже объектов в период рассмотрения дела Полярнозоринским районным судом, которым впоследствии вынесено заочное решение.

Как указал истец в своём иске, его представитель сообщал суду об отчуждении ООО «КМУ ГЭМ» имущественных объектов. При таких обстоятельствах, ФИО1 должен был обратиться с ходатайством об истребовании сведений, свидетельствующих о цене продажи спорного имущества, за счет которого он намеревался удовлетворить свои требования. Учитывая, что истец знал об отчуждении имущества, но не воспользовался своевременно предоставленными правами и не просил суд истребовать данные о цене продажи имущества, рыночная стоимость которого входила в предмет рассмотрения дела, а воспользовался ими только при ознакомлении с материалами настоящего дела, сторона ответчика настаивает на пропуске истцом срока на обращение в суд о признании сделки недействительной.

Представитель третьего лица – Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Мурманской области (Управление Росреестра по Мурманской области) в судебное заседание не явился, о месте, дате и времени его проведения извещен надлежащим образом, в материалах дела содержится отзыв на заявленные требования, а также ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя Управления (т.6, л.д.5, т.1, л.д.167-168).

Из представленного отзыва следует, что возражений по существу заявленных требований Управление Росреестра по Мурманской области не имеет, оставляет принятие решения на усмотрение суда, при этом полагает необходимым сообщить следующее.

Объекты с кадастровыми номерами №** принадлежат ООО «КЭМК «ГЭМ» на основании договора купли-продажи недвижимого имущества №** от 18.01.2016.

На момент государственной регистрации перехода права собственности от ООО «КМУ ГЭМ» к ООО «КЭМК «ГЭМ» по договору купли-продажи недвижимого имущества №** от 18.01.2016, у государственных регистраторов не имелось оснований для приостановления и отказа в государственной регистрации, а также отсутствовали в ЕГРН сведения о каких-либо арестах либо запретах на совершение указанных сделок.

Третье лицо – Межрайонная ИФНС России №1 по Мурманской области в судебное заседание не явилось, о месте, дате и времени его проведения извещено надлежащим образом (т.5, л.д.233), в ходе рассмотрения дела направило в суд ходатайство о рассмотрении настоящего дело в отсутствие представителя Инспекции (т.1, л.д.126).

Выслушав представителя истца ФИО1 – ФИО2, представителей ответчика ООО «КЭМУ «ГЭМ» ФИО3 и ФИО4, изучив материалы настоящего гражданского дела, материалы гражданского дела №** по иску ФИО1 к ООО «КМУ Гидроэлектромонтаж» о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале, рассмотренного 09.11.2016, материалы исполнительного производства №**, суд полагает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» учредители общества заключают учредительный договор и утверждают устав общества, которые являются учредительными документами общества.

Как следует из материалов дела, ООО «КМУ ГЭМ» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной ИФНС России №1 по Мурманской области в Едином государственном реестре юридических лиц 22.11.2001 за основным государственным регистрационным номером №**. Одним из учредителей ООО «КМУ ГЭМ» являлся гр.И (т.2, л.д.130, 131, 132-149, т.5 л.д. 25-32).

Согласно списку участников Общества от 02.12.2014 размер доли в уставном капитале ООО «КМУ ГЭМ» учредителя гр.И составил 25 % (т.2 л.д. 165).

Таким образом, установлено, что гр.И, являясь учредителем ООО «КМУ ГЭМ», владел долей в уставном капитале Общества в размере 25 %. Названное обстоятельство участвующими в деле лицами не оспаривалось.

20.11.2014 гр.И умер, о чём Отделом регистрации актов гражданского состоянии о смерти 2 Комитета по делам ЗАГС Правительства Санкт-Петербурга Пушкинский район составлена актовая запись о смерти от 20.11.2014 №** (т.1 л.д.71).

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно статье 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В соответствии со статьёй 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Пунктом 1 статьи 1176 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в состав наследства участника общества с ограниченной ответственностью входит доля этого участника в уставном капитале соответствующего общества.

Согласно материалам наследственного дела, открытого нотариусом нотариального округа г.Полярные Зори, с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти наследодателя гр.И, обратились наследники первой очереди: наследник 1 и *** ФИО1 и наследник 3 (т.1 л.д.70-93).

После смерти гр.И осталось наследственное имущество, в том числе в виде доли уставного капитала в размере 25 % в ООО «КМУ ГЭМ». 

30.06.2015 между наследниками заключено соглашение о разделе наследственного имущества, согласно которому в собственность ФИО1 перешла доля в размере 25 % в уставном капитале ООО «КМУ ГЭМ», №**, юридический адрес

<

адрес> стоимостью 9 836 000 руб. (т.1 л.д.70, 93). 

Данное обстоятельство послужило основанием для выдачи истцу ФИО1 нотариусом нотариального округа г.Полярные Зори гр.С свидетельства о праве на наследство по закону на вышеуказанное имущество.

Согласно пункту 6 статьи 93, абзацу второму пункта 1 статьи 1176 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 8 статьи 21, пункту 5 статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью.

Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам допускается только с согласия остальных участников общества. 

В случае, если такое согласие участников общества не получено, общество обязано выплатить наследнику умершего участника общества действительную стоимость унаследованной доли либо его части. 

Таким образом, право наследника на выплату стоимости унаследованной им доли или её части возникает в связи с переходом к нему в порядке универсального правопреемства имущественных прав и обязанностей от наследодателя. 

Как следует из раздела 7 Устава, утверждённого общим собранием участников Общества с ограниченной ответственностью «КМУ ГЭМ» (протокол от 12.02.2010 № 22), переход доли или части доли в уставном капитале Общества к одному или нескольким участникам данного Общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании (т.2 л.д. 150-164, т.3, л.д.174-189). 

Доли в уставном капитале Общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками Общества по решению общего собрания участников Общества принятому единогласно (п.7.6). 

В случае если не получено согласие общего собрания и других участников общества на отчуждение доли или части принадлежащей участнику общества, Общество обязано приобрести по требованию участника Общества принадлежащие ему долю или часть доли (п.7.12.1). 

В случае, если общее собрание участников Общества не даёт согласие на переход доли или части доли принадлежащей участнику Общества к наследникам или правопреемникам участника Общества, эта доля или часть доли переходит к Обществу (7.12.4). 

Таким образом, Уставом «КМУ ГЭМ» предусмотрено, что в случае несогласия общего собрания участников Общества о переходе доли участника Общества к наследникам, Общество обязано выплатить наследнику долю умершего участника Общества. 

10.08.2015 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО «КМУ ГЭМ», по итогам которого было постановлено: не принимать в состав участников ООО «КМУ ГЭМ» ФИО1 – наследника умершего участника гр.И, выплатить ему действительную стоимость доли участника гр.И, составляющую 25 % уставного капитала ООО «КМУ Гидроэлектромонтаж». Данное обстоятельство подтверждается протоколом от 10.08.2015 №** (дело №**, т.1, л.д. 41-43), и не оспаривается сторонами.

В соответствии с пунктом 5 статьи 23 Федерального закона N 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае, если предусмотренное в соответствии с пунктами 8 и 9 статьи 21 настоящего Федерального закона согласие участников общества на переход доли или части доли не получено, доля или часть доли переходит к обществу в день, следующий за датой истечения срока, установленного настоящим Федеральным законом или уставом общества для получения такого согласия участников общества.

При этом общество обязано выплатить наследникам умершего участника общества действительную стоимость доли или части доли, определённую на основании данных бухгалтерской отчётности общества за последний отчётный период, предшествующий дню смерти участника общества либо с их согласия выдать им в натуре имущество такой же стоимости.

Действительная стоимость доли или части доли в уставном капитале общества выплачивается за счёт разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала. В случае, если такой разницы недостаточно, общество обязано уменьшить свой уставный капитал на недостающую сумму.

Обязанность выплаты действительной стоимости доли или части доли в установленном капитале общества либо выдать в натуре имущество такой же стоимости в течение одного года со дня перехода к обществу доли или части доли, если меньший срок не предусмотрен настоящим Законом или уставом общества, установлена пунктом 8 статьи 23 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Таким образом, в связи с принятием 10.08.2015 решения не принимать в состав участников ООО «КМУ ГЭМ» ФИО1 – наследника умершего участника гр.И у Общества возникла обязанность по выплате ФИО1 действительной стоимости принадлежащей гр.И доли в уставном капитале, определяемой на основании данных бухгалтерской отчётности Общества, по состоянию на 31.10.2014, составляющей 25% доли Уставного капитала.

В соответствии с положениями ст.420 Гражданского кодекса Российской Федерации, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 настоящего Кодекса, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Из общих положений гражданского законодательства следует, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ч.1 ст.160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу ч.1 ст.432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации (ч.1 ст.164 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ООО «КМУ ГЭМ» имело на праве собственности следующие объекты: 

здание столярной мастерской, кадастровый номер №**; адрес (местонахождение) объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.217, т.4, л.д.48);

здание мастерской КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №**); адрес (местонахождение) объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.220, т.4, л.д.44);

здание базы-склада материалов, кадастровый номер №**; адрес объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.214, т.4, л.д.46);

мастерская КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №**, адрес (местонахождение) объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.219, т.4, л.д.45);

земельный участок, кадастровый номер №**, адрес объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.204, т.4, л.д.47); 

земельный участок, кадастровый номер №** адрес (местонахождение) объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.203, т.4, л.д.51); 

земельный участок, кадастровый номер №**, адрес объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №** т.2, л.д.205, т.4, л.д.49);

здание КПП, кадастровый номер №**, адрес объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.218, т.4, л.д.50); 

ограждение производственной базы, кадастровый номер №**, адрес объекта: 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.2, л.д.213, т.4, л.д.53).

В материалах дела представлены письменные доказательства наличия арендных взаимоотношений в отношении спорных объектов недвижимого имущества и земельных участков между собственником ООО «КМУ ГЭМ» (арендодателем), и ООО «КЭМК «ГЭМ» (арендатором) (свидетельство о постановке 25.01.2001 на учет в качестве юридического лица, №**, т.1, л.д.229).

В частности, представлен договор аренды зданий №** от 30.10.2014, заключенный между ООО «КМУ ГЭМ», в лице директора ФИО1, и ООО «КЭМК «ГЭМ» в лице директора гр.М, срок действия договора с 01.11.2014 по 30.09.2015 (т.2, л.д.195-202, т.4, л.д.83-88). Аналогичный по содержанию договор аренды №**, заключен 30.09.2015 в отношении тех же объектов с установленным сроком действия с 01.10.2015 по 31.08.2016 (т.4, л.д.67-82).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что подтверждены указанные сторонами обстоятельства о характере осуществляемой ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» деятельности и установленном порядке использования земельных участков и объектов недвижимого имущества на условиях аренды.

30.12.2015 генеральный директор ООО «КЭМК «ГЭМ» гр.К обратился в ООО «КМУ ГЭМ» с предложением рассмотреть вопрос о продаже зданий и земельных участков, в отношении которых в период их использования на условиях аренды в течение длительного времени (9 лет), ООО «КЭМК «ГЭМ» несло затраты по содержанию и поддержанию в надлежащем состоянии, а также с учетом возрастающей конкуренции на рынке услуг и значительного уменьшения объемов выполняемых работ (т.5 л.д.102).

При этом ООО «КЭМК «ГЭМ» обозначило предлагаемую для выкупа общую цену (выкупную стоимость), составляющую 6 172 300 руб. (с отражением цены по каждому объекту в отдельности). 

Согласно протоколу №** внеочередного общего собрания участников ООО «КМУ ГЭМ» от 14.01.2016, по результатам рассмотрения вопроса о продаже вышеуказанного недвижимого имущества участники Общества приняли единогласное решение о его отчуждении в пользу ООО «КЭМК «ГЭМ», согласовав общую стоимость для целей продажи – 6 172 300 руб., а также продажную стоимость по каждому объекту в отдельности. Директору ООО «КМУ «ГЭМ» ФИО3 дано указание по осуществлению его продажи по согласованной цене (т.1, л.д.175-176, т.3, л.д.117, т.4, л.д.63). 

Указанное решение принято общим собранием участников Общества в соответствии с компетенцией, установленной п.9.2 Устава ООО «КМУ «ГЭМ» (т.5, л.д.176-190, редакция Устава от 12.11.2015).

При этом особо следует отметить, что к компетенции общего собрания участников Общества отнесено принятие решений об одобрении Обществом сделки, в совершении которой имеется заинтересованность аффилированных лиц (п.9.2.12), и об одобрении крупной сделки (п.9.2.13).

Названный протокол подписан всеми участниками Общества (лично либо в силу полномочий, предоставленных на основании доверенности). Оснований сомневаться в достоверности названного протокола у суда не имеется, приведенное решение участниками общества не оспаривалось, соответствующих доказательств суду не представлено. 

18.01.2016 ООО «КМУ ГЭМ» (Продавец), в лице директора ФИО3, и ООО «КЭМК «ГЭМ» (Покупатель), в лице генерального директора гр.К, заключили договор купли-продажи вышеуказанного недвижимого имущества. Фактическая передача во владение и пользование земельных участков и недвижимого имущества, в соответствии с п.3.1 договора, подтверждена передаточным актом от 19.01.2016 к договору купли-продажи №** от 18.01.2016. Государственная регистрация права собственности в отношении совокупности объектов осуществлена Управленим Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Мурманской области 21 и 22 января 2016 года (т.1, л.д.108-111, 124-125, 220-225, т.4, л.д.40-43, 54-55, 56-57).

Кроме того, в названный договор купли-продажи в число отчуждаемых объектов включена автодорога производственной базы (общая площадь 766 кв.м, кадастровый (условный) номер №**). Однако истцом ФИО1 ни в первоначальном исковом заявлении (т.1, л.д.6-9), ни в заявлении об уточнении исковых требований (т.4, л.д.169-176) указанная дорога не включена в перечень объектов, в отношении которых он просит признать сделку недействительной.

Согласно условиям договора, общая стоимость передаваемого имущества в количестве 10 объектов, составляет 6 172 300 руб., в том числе НДС 698 400 руб. (п.2.1 договора).

Перечисление платежей, установленных настоящим договором, осуществляется до 31.12.2016 (п.2.2 договора).

Оплата приобретенного недвижимого имущества и земельных участков ООО «КЭМК «ГЭМ» в общей сумме 6 172 300 руб. осуществлена в пользу ООО «КМУ ГЭМ» в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями: от 12.05.2016 №** на сумму 4 578 400 руб. (за имущество), от 12.05.2016 №** на сумму 1 593 900 руб. (за земельные участки) (т.1, л.д.226-225).

ООО «КЭМК «ГЭМ» выданы свидетельства о государственной регистрации права собственности на приобретенные объекты недвижимого имущества и земельные участки (т.1, л.д.177-186):

здание столярной мастерской, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.181; выписка из ЕГРН, выписка из ЕГРН т.1, л.д.159-160);

здание мастерской КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.183, выписка из ЕГРН т.1, л.д.153-154);

здание базы-склада материалов, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.182, выписка из ЕГРН т.1, л.д.142-143);

мастерская КИП с бытовыми помещениями, кадастровый номер №**, (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.180, выписка из ЕГРН т.1, л.д.138);

земельный участок, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.185, выписка из ЕГРН т.1, л.д.156-157); 

земельный участок, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.186, выписка из ЕГРН т.1, л.д.151); 

земельный участок, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.184, выписка из ЕГРН т.1, л.д.145-146);

здание КПП, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.177); 

ограждение производственной базы, кадастровый номер №** (свидетельство о государственной регистрации права №**, т.1, л.д.178).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску лица, чьи права охраняемые законом интересы нарушает этот договор.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По спору о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Совокупность исследованных судом фактических доказательств свидетельствует о том, что при заключении 18.01.2016 ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» договора купли-продажи имущества №**, стороны согласовали все существенные условия договора, включая цену отчуждаемого имущества путем принятия соответствующего решения всеми участниками ООО «КМУ ГЭМ» (протокол №** от 14.01.2016). 

Сделка осуществлена реально, ООО «КМУ ГЭМ» передало покупателю недвижимое имущество и земельные участки, в порядке, установленном Федеральным законом от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в ред. от 29.12.2015, действующей по состоянию на дату осуществления регистрации), зарегистрирован переход права собственности от ООО «КМУ ГЭМ» к ООО «КЭМК «ГЭМ». Оплата приобретённого недвижимого имущества и земельных участков произведена в полном объеме в пределах установленных договором сроков.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» при заключении сделки, по результатам которой осуществлен переход права собственности на спорное имущество и земельные участки, действовали добросовестно. Доказательств осуществления сторонами сделки гражданских прав с намерением причинить вред другому лицу – истцу ФИО1, действие ответчиков в обход закона с противоправной целью, а также наличие в действиях ответчиков признаков иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом), в ходе рассмотрения дела судом не установлено, соответствующих доказательств не представлено.

Более того, ответчиком ООО «КЭМК «ГЭМ» суду представлены доказательства, свидетельствующие о фактическом и добросовестном использовании приобретенного имущества и земельных участков для целей осуществления своей деятельности (справки о состоянии расчетов по налогам, сборам, страховым взносам; справки-расчеты налогов и платежные поручения об уплате земельного налога, налога на имущество организаций (т.4, л.д.95-165), что также косвенно свидетельствует об истинности намерений на владение имуществом на праве собственности и об отсутствии злоупотреблений при приобретении спорного имущества.

Доводы истца ФИО1 и его представителя ФИО2 о необходимости признания сделки недействительной в связи с нарушением при ее заключении требований ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», регламентирующих порядок заключения крупных сделок, а также доводы о совершении сделки с заинтересованностью, суд полагает не подлежащими оценке при рассмотрении настоящего спора по следующим основаниям.

В силу ч.6 ст.45, ч.4 ст.46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, а также крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, могут быть признаны недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

ФИО1 не относится к числу лиц, прямо поименованных в законе, наделённых правом на оспаривание по указанным основаниям сделки, совершенной Обществом.

А непосредственными участниками Обществ, и лицами, действующими от имени юридических лиц, наделенными соответствующими полномочиями, сделка не оспорена, доказательств обратного суду не представлено.

Оспаривая сделку по отчуждению имущества истец и его представитель ссылаются на ряд оснований, в том числе и на аффилированность лиц, участвовавших при ее заключении, и соответственно, определении условий договора, а именно: со стороны ООО «КМУ ГЭМ» (продавца) в качестве участника Общества - гр.М, и директор ФИО3, со стороны ООО «КЭМК «ГЭМ» (покупателя) эти же лица в качестве участников Общества.

В силу положений ст. 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, если настоящий Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом.

Согласно ст.4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Аффилированными лицами юридического лица являются, в том числе, лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; и др.

Установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства подтверждают фактическое участие на стороне как ООО «КМУ ГЭМ», так и ООО «КЭМК «ГЭМ», наряду с иными участниками и лицами, действующими в качестве единоличного исполнительного органа, таких лиц, как ФИО3 и гр.М 

Вместе с тем, надлежит учитывать, что и истец ФИО1 на протяжении длительного периода времени занимал должность заместителя директора (в последующем директора) ООО «КЭМК «ГЭМ» (с 01.02.2005 по 25.09.2015) и должность заместителя директора (в последующем директора) по совместительству в ООО «КМУ ГЭМ» (с 21.04.2011 по 05.06.2015), что следует из представленной им же копии трудовой книжки (т.2, л.д.57-61).

Приведенные данные, а также сведения о характере осуществляемой деятельности с момента создания Обществ (ООО «КМУ ГЭМ» - сдача в аренду недвижимого имущества и земельных участков для выполнения работ по обеспечению деятельности ***; ООО «КЭМК «ГЭМ» - обеспечение рабочим персоналом для выполнения этих же работ), свидетельствуют об избранном способе осуществления деятельности.

Вместе с тем, данные обстоятельства не являются безусловными основаниями для признания сделки по отчуждению имущества недействительной по признаку злоупотребления правом.

Приводя доводы об отчуждении имущества по существенно заниженной стоимости, истец ФИО1 и его представитель ФИО2 ссылаются на заочное решение Полярнозоринского районного суда от 09.11.2016 по делу №**, в соответствии с которым с ООО «КМУ ГЭМ» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по выплате действительной стоимости доли в размере 16 779 750 руб., определенной на основании отчета об оценке №** от 26.01.2016, выполненного специалистом-оценщиком М (ООО ***).

Вместе с тем, оценивая приведенные доводы, суд полагает необходимым отметить, что оценка стоимости имущества ООО «КМУ ГЭМ», в том числе для определения размера доли участника Общества гр.И подлежащей выплате наследнику ФИО1, осуществлялась неоднократно.

Так, согласно пункту 2 статьи 14 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорционально размеру его доли.

Стоимость чистых активов общества с ограниченной ответственностью (за исключением кредитных организаций) определяется по данным бухгалтерского учёта в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (пункт 2 статьи 30 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Под стоимостью чистых активов понимается разность между суммой активов общества и суммой его пассивов, принимаемых к расчёту. 

Порядок определения стоимости чистых активов, утверждённый приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.08.2014 № 84н, предусматривает, что данные бухгалтерского учёта, принимаемые к расчёту, отражаются в бухгалтерском балансе организации. Стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчёту активов организации и величиной принимаемых к расчёту обязательства организации. 

Согласно пункту 8 Положения по бухгалтерскому учёту «Учёт основных средств» ПБУ 6/01, утверждённого приказом Министерства финансов Российской Федерации от 30.03.2001 № 26н, первоначальной стоимостью основных средств, приобретённых за плату, признается сумма фактических затрат организации на приобретение, сооружение и изготовление, за исключением налога на добавленную стоимость и иных возмещаемых налогов (кроме случае, предусмотренных законодательством Российской Федерации). 

Из позиции, выраженной Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в постановлении Президиума от 06.09.2005 № 5261/05, следует, что по смыслу пункта 3 статьи 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» действительная стоимость доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется с учётом рыночной стоимости имущества, отражённого на балансе общества.

Следовательно, балансовая стоимость основных средств должна быть приведена к рыночной стоимости посредством оценки с учётом положений по бухгалтерскому учёту и других нормативных правовых актов по бухгалтерскому учёту. 

В соответствии с разъяснениями, приведёнными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определённым обществом, суд проверяется обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным законодательством, в том числе заключения проведённой по делу экспертизы. Действительная стоимость доли в уставном капитале общества может быть определена с учётом рыночной стоимости имущества, отражённого на его балансе. 

Согласно бухгалтерскому учёту ООО «КМУ ГЭМ», предоставленному истцом, по состоянию на 31.10.2014 активы Общества составляли 34 740 000 руб., из которых основные средства – 816 000 руб. Размер пассивов Общества на эту дату составляет 10 000 руб. уставного капитала, 33 088 000 руб. - непокрытого убытка и 1 642 000 руб. - краткосрочных обязательств (дело №**, т.1 л.д. 46).

Согласно протоколу №** внеочередного общего собрания участников ООО «КМУ ГЭМ» от 02.12.2015 (т.2, л.д.6-7), утвержден расчет действительной стоимости доли в уставном капитале гр.И, составляющей 25% уставного капитала ООО «КМУ ГЭМ», рассчитанной по состоянию на 31.10.2014 в соответствии с Порядком определения стоимости чистых активов», утвержденным Приказом Минфина России от 28.08.2014 №84н, Уставом ООО «КМУ ГЭМ», законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», на основании бухгалтерского баланса ООО «КМУ ГЭМ» в размере 8 272 000 руб.

11.12.2015 ООО «КМУ ГЭМ» направило в адрес истца письмо №**, в котором сообщило последнему о том, что действительная стоимость доли, рассчитанная по данным бухгалтерской отчётности Общества за последний отчётный период, предшествующий месяцу смерти наследодателя гр.И (31.10.2014), составила 8 272 000 руб. К указанному письму были приложены бухгалтерский баланс Общества по состоянию на 31.10.2014 и расчёт действительной стоимости доли на 31.10.2014 (дело №**, т.1 л.д. 44-46). 

11.03.2016 Обществом в качестве выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале Общества, принадлежащей наследодателю гр.И (8 272 000 руб.), на основании платёжного поручения №** от 11.03.2016 перечислило истцу ФИО1 денежные средства в размере 7 196 640 руб. - за вычетом налога на доходы физических лиц (т.2, л.д. 14). Исчисленные налог на доход физического лица, полученный в виде действительной стоимости доли, в размере 1 075 360 руб. ООО «КМУ ГЭМ» самостоятельно перечислен в бюджет на основании платежного поручения №** от 11.03.2016 (т.2, л.д.13). 

29.04.2016 по результатам аудиторской проверки расчета стоимости чистых активов ООО «КМУ ГЭМ», выполненной ООО ***, составлено экспертное заключение (т.5, л.д.219-230), согласно которому эксперт пришел к выводу, что действительная стоимость выбывшего участника гр.И по состоянию на 31.10.2014 фактически составляет 8 274 500 руб., что меньше на 2 500 руб., рассчитанной Обществом величины.

Данное расхождение возникло вследствие неверного толкования Обществом норм ст.23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а именно: при определении суммы, подлежащей к распределению Обществом из стоимости чистых активов по состоянию на 31.110.2014, исключена сумма уставного капитала ООО «КМУ ГЭМ» в размере 10 000 руб.

Кроме того, оценка рыночной стоимости доли, принадлежащей учредителю гр.И в предприятии ООО «КМУ ГЭМ» по состоянию на дату оценки 20.11.2014 (дата смерти учредителя), по заказу ООО «КМУ ГЭМ» была осуществлена ООО *** (т.2, л.д.65-244, т.3, л.д.1-91).

В ходе рассмотрения дела установлено, что от имени заказчика ООО «КМУ ГЭМ» выступал истец ФИО1, занимавший на тот период времени должность директора.

Объектом оценки являлась доля в размере 25% в предприятии ООО «КМУ ГЭМ», принадлежащая ФИО1, цель оценки – определение рыночной стоимости объекта оценки, предполагаемое использование результатов оценки – вступление в права наследования.

Согласно представленному в материалах дела отчету №** от 26.03.2015, итоговая величина стоимости объекта оценки определена в размере 9 836 000 руб.

Названный отчет был представлен истцом ФИО1 нотариусу нотариального округа г. Полярные Зори гр.С при реализации права на вступление в права наследования в отношении 25% доли в Уставном капитале ООО «КМУ ГЭМ» (свидетельство о праве на наследство с учетом выполненной оценки получено 30.06.2015, т.1, л.д.93).

При этом в ходе рассмотрения дела истец ФИО1 пояснял, что ни нотариусу г.Полярные Зори, ни другим наследникам при прохождении процедуры вступления в права наследования он не сообщал о своем несогласии с произведенной оценкой итоговой величины стоимости доли в размере 25% в Уставном капитале ООО «КМУ ГЭМ», а также о намерении выполнить иную оценку.

Кроме того, данный отчет оценки от 26.03.2015, несмотря на отличающийся (превышающий) размер рыночной стоимости имущества ООО «КМУ ГЭМ», учтенный при определении рыночной стоимости доли в Уставном капитале Общества, не применялся истцом ФИО1 в качестве основания для оспаривания размера выплаченной доли в уставном капитале ООО «КМУ ГЭМ».

Как следует из материалов гражданского дела №** по иску ФИО1 к ООО «КМУ ГЭМ» о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале, не согласившись с размером действительной доли, выплаченной в его пользу ООО «КМУ ГЭМ» в размере 7 196 640 руб., истец 18.12.2015 (то есть до момента получения свидетельства о праве на наследство) обратился в оценочную компанию - Общество с ограниченной ответственностью *** для производства оценки рыночной стоимости имущества, принадлежащего ООО «КМУ ГЭМ».

При этом в число объектов оценки включены недвижимое имущество, земельные участки и транспортные средства, принадлежащие ООО «КМУ ГЭМ».

Согласно отчету №** от 26.01.2016 об оценке рыночной стоимости имущества, принадлежащего ООО «КМУ ГЭМ» (дело №**, т.1, л.д.48-288, т.2, л.д.1-159), рыночная стоимость объектов оценки определена в размере 61 239 763 руб. 

При этом, по мнению суда, следует учитывать, что на дату составления отчета об оценке ООО *** 26.01.2016, часть недвижимого имущества и земельных участков, включенных в объем оценки, была отчуждена на основании оспариваемого договора купли-продажи №** от 18.01.2016.

Указанные сведения заказчиком и оценщиком не проверялись. Как пояснил в ходе рассмотрения дела ФИО1, копии правоустанавливающих документов им были изготовлены заблаговременно в период осуществления обязанностей директора Общества и наличия доступа к ним. 

Осмотр части оцениваемого имущества не производился, на что прямо указано в п.4.2.2 Отчета №**, были использованы лишь фотоматериалы. 

Согласно п.4.1.2 Отчета №** личный осмотр и фотографирование иных объектов оценки (недвижимого имущества, за исключением гаражных боксов, которые также не осматривались) осуществлены оценщиком 14.05.2015 в рамках оказания услуг по договору №** от 14.05.2015, и результаты осмотра (включая фотоматериалы) используются для целей настоящей оценки (договор на оценку №** от 18.12.2015). При этом согласно информации, представленной заказчиком, с даты оценки (31.10.2014) до даты осмотра объектов оценщиком (14.05.2015) существенных изменений в условиях функционирования и физическом состоянии объектов оценки не произошло.

Договор №** от 14.05.2015, на основании которого оценщиком М осуществлялся осмотр находящихся в собственности ООО «КМУ ГЭМ» объектов недвижимого имущества, до заключения 18.12.2015 договора на проведение оценки, в отчете отсутствует. Однако исходя из буквального толкования п.4.1.2 Отчета №** следует, что его целью был сбор информации и материалов для проведения оценки рыночной стоимости имущества, принадлежащего ООО «КМУ ГЭМ». 

Следовательно, на момент вступления в права наследования после смерти гр.И в том числе и в отношении 25% доли в Уставном капитале ООО «КМУ ГЭМ», исходя из даты получения свидетельства о праве на наследство 30.06.2015, истец ФИО1 уже обладал намерением провести иную оценку, нежели та, что была учтена нотариусом и иными наследниками при заключении соглашения о разделе наследственного имущества и определения стоимости наследуемого имущества (отчет ООО *** от 26.03.2015).

Исходя из совокупности изученных обстоятельств, а также учитывая, что на дату заключения договора непосредственно на проведение оценки 18.12.2015 ФИО1 прекратил осуществление деятельности в качестве руководителя ООО «КМУ ГЭМ», а также оценивая процедуру выполнения названной оценки, свидетельствующую о ее проведении без реального обследования физического состояния части объектов оценки, в отношении которых определялась их рыночная стоимость, суд соглашается с доводами представителей ответчика ООО «КЭМК «ГЭМ» о том, что данный отчет не может безоговорочно учитываться для определения рыночной стоимости имущества, являться достоверным доказательством рыночной стоимости.

Активные действия истца ФИО1 свидетельствуют о признании им результатов оценки, составленной ООО ***, поскольку именно данный отчет был использован им при обращении к нотариусу в качестве доказательства рыночной стоимости наследственного имущества – 25% доли Уставного капитала, принадлежащего наследодателю гр.И.

При этом из материалов дела №** усматривается, что истец ФИО1 в ходе рассмотрения дела не представил суду информации о проведении ООО *** первичной оценки рыночной стоимости доли, принадлежащей учредителю гр.И в предприятии ООО «КМУ ГЭМ» по состоянию на дату оценки 20.11.2014 (дата смерти учредителя). 

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 ссылается на принятое 09.11.2016 Полярнозоринским районным судом решение по гражданскому делу №** о взыскании с ООО «КМУ ГЭМ» в его пользу задолженности по выплате действительной стоимости доли.

В силу ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно правовой позиции, содержащейся в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 «О судебном решении», исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

С учетом изложенного, исходя из субъектного состава рассматриваемого гражданско-правового спора, предмета доказывания и характера юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению для разрешения дела по существу, обстоятельств рассмотрения дела №** в порядке заочного производства, заочное решение Полярнозоринского районного суда Мурманской области от 09.11.2016 не имеет преюдициального значения для оценки оспариваемой сделки, как не соответствующей требованиям действующего законодательства, и не может быть расценено в качестве основания для признания ее недействительной по указанным истцом доводам.

Согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В ходе рассмотрения дела обстоятельств, позволяющих прийти к выводу о недобросовестном поведении ООО «КМУ ГЭМ» при заключении оспариваемой сделки по отчуждению имущества в пользу ООО «КЭМК «ГЭМ» (договор от 18.01.2016 №**) не установлено. Допустимых и достоверных доказательств злоупотребления стороной сделки правом, нацеленным на нарушение прав и законных интересов третьих лиц, в том числе истца ФИО1, суду не представлено. 

Исходя из установленной законом свободы договора, исследованных судом сведений о порядке, процедуре и целях заключения оспариваемой истцом сделки, а также вышеприведенной оценки представленных отчетов, поведения сторон, у суда отсутствуют основания для признания обоснованными доводов о заключении договора купли-продажи имущества между ООО «КМУ ГЭМ» и ООО «КЭМК «ГЭМ» 18.01.2016 по существенно заниженной стоимости.

Доводы истца о том, что отчуждение имущества осуществлено в целях неисполнения решения суда о взыскании в его пользу действительной стоимости доли, также, по мнению суда, являются надуманными.

Право на получение действительной стоимости доли в уставном капитале Общества возникло у ФИО1 10.08.2015. 

Денежные средства в счет выплаты действительной стоимости доли, исчисленной ООО «КМУ ГЭМ» на основании данных бухгалтерского баланса, в неоспоримой части выплачены ФИО1 11.03.2016.

При этом, уже на момент выплаты 11.03.2016 ООО «КМУ ГЭМ» денежных средств в неоспоримой части имущество было отчуждено (договор купли-продажи от 18.01.2016).

Кроме того, платежи по договору ООО «КЭМК «ГЭМ» осуществило в пользу ООО «КМУ ГЭМ» 12.05.2016, то есть уже после выплаты неоспоримой части действительной стоимости доли. На дату исполнения договора купли-продажи от 18.01.2016 на иную сумму истец ФИО1 не претендовал, определенный Обществом размер действительной стоимости доли не оспаривал. 

Заочное решение Полярнозоринского районного суда о взыскании в пользу ФИО1 денежных средств, сверх выплаченных ООО «КМУ ГЭМ» в добровольном порядке, принято 09.11.2016. 

Таким образом, отчуждение имущества ООО «КМУ ГЭМ» осуществлено задолго до принятия вышеуказанного решения. Следовательно, в данном случае нельзя говорить о продаже имущества с целью невыполнения ООО «КМУ ГЭМ» обязательств перед ФИО1 по выплате ему денежных средств.

Доводы истца и его представителя о том, что до 11.08.2016 он в суд не обращался, поскольку его право нарушено не было (в связи с установлением годичного срока для выплаты действительной стоимости доли), не состоятельны, так как исчисленная ответчиком ООО «КМУ ГЭМ» сумма на основании данных бухгалтерского баланса (8 272 000 руб.) выплачена 11.03.2016 (с вычетом подоходного налога 7 196 640 руб.). 

Отчет об оценке рыночной стоимости имущества ООО «КМУ ГЭМ», выполненный ООО *** 26.03.2015, содержал сведения об иной сумме – 9 836 000 руб. 

Несогласие с размером действительной стоимости доли не препятствовало истцу в судебном порядке оспаривать размер произведенной выплаты.

Более того, фактические действия истца свидетельствуют о признании им в качестве достоверного доказательства рыночной стоимости имущества ООО «КМУ ГЭМ» для целей определения стоимости доли 25 % Уставного капитала, в отношении которой он вступал в права наследования после смерти участника гр.И, отчета оценки ООО *** от 26.03.2015, поскольку именно данный отчет им был представлен нотариусу в мае 2016 года уже после получения от ООО «КМУ ГЭМ» денежных средств.

В соответствии со ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу положений ч.1 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ч.2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из доводов истца, положенных в основу заявленных требований о признании сделки по отчуждению имущества от 18.01.2016 недействительной (злоупотребление правом, выразившееся в отчуждении ООО «КМУ ГЭМ» имущества по существенно заниженной стоимости с целью неисполнения обязанности по выплате действительной стоимости доли в уставном капитале Общества), к спорным правоотношениям подлежат применению нормы права, регламентирующие порядок рассмотрения споров об оспоримых сделках.

Сроки исковой давности по недействительным сделкам установлены ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ч.1 ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

Доводы истца ФИО1 о том, что поскольку одним из оснований для признания оспариваемой сделки по отчуждению имущества недействительной (продажа по заниженной стоимости) ему стало известно лишь при ознакомлении с материалами настоящего гражданского дела и полученными по запросу суда документами (договорами купли-продажи с указанием цен) 17.12.2018, соответственно срок исковой давности надлежит исчислять с указанной даты, по мнению суда, являются ошибочными, опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств и не могут быть расценены ка обоснованные и достоверные.

Так, при изучении материалов гражданского дела №** по иску ФИО1 к ООО «КМУ ГЭМ» о взыскании действительной стоимости доли установлено, что в ходе предварительного судебного заседания, состоявшегося 13.10.2016 (т.3, л.д.55-59), истец ФИО1 лично пояснил суду, что ему известна информация о продаже ООО «КМУ ГЭМ» всего движимого и недвижимого имущества в пользу ООО «КЭМК «ГЭМ».

Таким образом, истец ФИО1, действуя с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в сложившейся ситуации, имел возможность ходатайствовать перед судом об истребовании сведений и подтверждающих документов об отчуждении имущества Общества, содержащих информацию, в том числе и о его стоимости, при осуществлении процедуры продажи, а при несогласии с ней, должен был принять все меры для оспаривания заключенной сделки, если полагал, что стоимость отчужденного имущества умышленно занижена.

Вместе с тем, подобных ходатайств со стороны истца не поступало, судом соответствующая документация не истребовалась, заочное решение от 09.11.2016 постановлено без учета достоверных сведений о переходе права собственности на имущество Общества к иному лицу, в установленном законом порядке заочное решение не обжаловалось.

Учитывая, что о нарушении его прав в связи с заключением ответчиком сделки в отношении имущества истцу было известно уже по состоянию на 13.10.2016, заявление о признании оспариваемой сделки недействительной, датированное 16.11.2018, подано в суд ФИО1, 20.11.2018, то есть за пределами сроков исковой давности.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «КМУ Гидроэлектромонтаж» и Обществу с ограниченной ответственностью «Кольская электромонтажная компания «ГЭМ» о признании сделки по отчуждению имущества недействительными и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения. 

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Полярнозоринский районный суд Мурманской области в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения.

Судья О.П. Ханина