Председательствующий: судья Тявлина М.А. Дело № 22- 6078/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 16 сентября 2025 года 

Красноярский краевой суд в составе: 

председательствующего судьи Мугако М.Д., 

при помощнике судьи Мишониной В.В.,

с участием прокурора Тараненко Н.А., 

адвоката Татарчук Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Тылоевой Т.А. на приговор Северо-Енисейского районного суда Красноярского края от 09.07.2025, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и/или административно-хозяйственных полномочий в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения муниципальных нужд, на срок 2 года, 

в соответствии со ст. 73 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года,

в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных, куда являться на регистрацию с установленной данным органом периодичностью и в установленные указанным органом дни, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных,

разрешена судьба вещественных доказательств,

заслушав выступление участвующих лиц, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ

ФИО1 осужден за превышение должностных полномочий, а именно за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление совершено в период с 

<

дата> по 

<

дата> в гп. 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении признал частично.

В апелляционной жалобе адвокат Тылоева Т.А. в интересах осужденного ФИО1 указывает о несогласии с приговором, считает его незаконным и подлежащим отмене в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Полагает, что приведенные в приговоре доказательства не подтверждают умышленный характер действий осужденного.

Суд проявил обвинительный уклон, поскольку привел в приговоре показания Потерпевший №1, ФИО29, Свидетель №1, Свидетель №12, Свидетель №2, Свидетель №10 выборочно, не оценивая их в части отсутствия умысла у осужденного в момент подписания дополнительного соглашения.

Вывод суда об отсутствии работ на строительной площадке не обоснован, поскольку показания свидетелей ФИО30, ФИО31, Свидетель №10 не согласуются в данной части с показаниями свидетелей Свидетель №13, Свидетель №3 и осужденного Бондарь. Само по себе отсутствие работ свидетельствует о невыполнении подрядчиком своих обязательств, а не о преступлении со стороны Бондарь.

Суд сделал противоречивые выводы, полагая, что довод защиты об отсутствии у осужденного специального образования не заслуживает внимания, при этом пришел к выводу, что ФИО1 обязан был обеспечить заключение дополнительного соглашения в соответствии с законодательством, поскольку в его распоряжении имелся контракт, электронная переписка, программное обеспечение, с которыми он мог ознакомиться, однако не сделал этого. Тем самым, по мнению адвоката, суд пришел к выводу о недобросовестном или небрежном отношении ФИО1 к своим обязанностям, что подлежит квалификации по ст. 293 УК РФ.

Доказательств того, что при подписании дополнительного соглашения ФИО1 понимал, что обеспечения контракта в виде банковской гарантии нет, подрядчик станет банкротом, а денежные средства не вернуться в бюджет, и желал этого, в приговоре не приведено.

Показаниями представителей потерпевшего, свидетелей Свидетель №10 и Свидетель №14, ответами потерпевшего на адвокатские запросы опровергается вывод суда о том, что произошел подрыв авторитета МКУ «

<

данные изъяты>». Доказательств обратного в приговоре не приведено.

Возврат выплаченного аванса возможен путем возложения субсидиарной ответственности на саморегулируемую организацию, членом которой является подрядчик ООО КСК «

<

данные изъяты>». Суд не обоснованно отказал в отложении судебного заседания до рассмотрения саморегулируемой организацией соответствующего запроса МКУ «

<

данные изъяты>».

Представители потерпевшего 

<

данные изъяты>, в письменных отзывах на апелляционную жалобу, указали, что по их мнению в действиях ФИО1 не имеется признаков преступления, поскольку он не был осведомлен о порядке продления срока гарантии, консультации юриста по этому вопросу не получил, за пределы своих полномочий не выходил, существенных нарушений в результате заключения дополнительного соглашения не возникло, ущерб причинен не действиями ФИО1, а в результате хищения денежных средств подрядчиком, на момент заключения дополнительного соглашения признаков банкротства подрядчика не имелось, срок банковской гарантии истек до заключения дополнительного соглашения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ подтверждена совокупностью представленных суду стороной обвинения доказательств.

Так, отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся заключения контрактов, особенностей исполнения контрактов, урегулированы Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»

Часть 3 ст. 96 данного Закона предусматривает, что исполнение контракта, гарантийные обязательства могут обеспечиваться предоставлением независимой гарантии, соответствующей требованиям статьи 45 настоящего Федерального закона, или внесением денежных средств на указанный заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику. Способ обеспечения исполнения контракта, гарантийных обязательств, срок действия независимой гарантии определяются в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона участником закупки, с которым заключается контракт, самостоятельно. При этом срок действия независимой гарантии должен превышать предусмотренный контрактом срок исполнения обязательств, которые должны быть обеспечены такой независимой гарантией, не менее чем на один месяц, в том числе в случае его изменения в соответствии со статьей 95 настоящего Федерального закона.

Исполнение муниципального контракта от 28.12.2020 № 76, заключенного между МКУ «

<

данные изъяты>» и ООО 

<

данные изъяты> на выполнение работ по завершению строительства расходного склада нефтепродуктов в 

<

адрес> на общую сумму 

<

данные изъяты>. было обеспечено в части возврата произведенного авансового платежа на сумму 

<

данные изъяты> руб. банковской гарантией № выданной 

<

дата> 

<

данные изъяты> сроком действия с 

<

дата> по 

<

дата>.

ФИО2, являвшийся в период с 

<

дата> по 

<

дата> лицом, на которого возложены обязанности директора МКУ «

<

данные изъяты>», выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в муниципальном казенном учреждении, то есть являлся должностным лицом.

В его полномочия в указанный период времени, как следует, в том числе из устава учреждения, должностной инструкции, входило, подписание муниципальных контрактов и дополнительных соглашений к ним, в соответствии с действующим законодательством.

Суд в приговоре подробно мотивировал и привел ссылки на нормативные правовые акты, а также иные документы, которыми установлены права и обязанности ФИО1, как должностного лица, и указал, превышение каких из них вменяется ему в вину, со ссылкой на конкретные нормы.

В период исполнения обязанностей директора МКУ «

<

адрес>» ФИО1 от лица учреждения подписал дополнительное соглашение № от 

<

дата> к указанному контракту, согласно которому срок работ продлен до 787 дней, начиная с 

<

дата>.

Как следует из показаний ФИО1, данных в ходе предварительного расследования в присутствии защитника, оглашенных в судебном заседании, он был достоверно осведомлен то том, что исполнение муниципального контракта от 

<

дата> № было обеспечено банковской гарантией. При подписании дополнительного соглашения № он понимал, что предыдущая банковская гарантия истекла, а новой гарантии не имеется. Так же он понимал, что действует с нарушением установленного порядка.

Данные показания обоснованно положены судом в основу приговора, поскольку даны ФИО1 добровольно, в присутствии защитника, соотносятся с показаниями иных свидетелей и материалами дела, а значит, являются достоверными.

Свидетель Свидетель №2, являвшийся юрисконсультом МКУ «

<

адрес>» пояснил, что подготовить проект дополнительного соглашения № к контракту с продлением срока ему поручил именно ФИО1

ФИО1, действуя умышленно, заключив с ООО 

<

данные изъяты> в нарушение требований Федерального закона от 

<

дата> № № дополнительное соглашение № о продлении срока выполнения работ без надлежащего обеспечения допустил явный и очевидный для него выход за пределы предоставленных полномочий.

Поскольку ФИО1 в силу занимаемой должности и осведомленности об истечении срока банковской гарантии осознавал, что обеспечение выполнения договорных обязательств по муниципальному контракту и контроль за их выполнением подрядчиком относится к предмету деятельности МКУ «

<

данные изъяты>», осознавал противоправность и общественно опасный характер своих действий, предвидел наступление общественно опасных последствий в виде невозможности возвращения в бюджет 

<

адрес> денежных средств в размере выплаченного аванса, и причинения имущественного вреда на указанную сумму бюджету 

<

адрес>, подрыва деловой репутации муниципального учреждения, преступление им совершено умышленно.

При этом мотивы, которыми руководствовался ФИО1 при совершении преступления, значения для квалификации его действий не имеют.

Вопреки доводам защитника, показания свидетелей в приговоре приведены с достаточной степенью подробности и в части обстоятельств, относящихся к предмету доказывания. 

Вывод суда о не невыполнении условий контракта и не проведении работ со стороны ООО КСК «

<

данные изъяты>» является обоснованным и подтвержден совокупностью исследованных судом доказательств, в частности показаниями представителя потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №3, ФИО7, Свидетель №14, Свидетель №8, Свидетель №2, Свидетель №10, протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата>, деловой перепиской между заказчиком и ООО КСК «

<

данные изъяты>», заключением экспертизы исполнения контракта, актом визуального осмотра объекта капитального строительства и другими, подробно приведенными в приговоре.

Вопреки доводам защитника суд подробно мотивировал отсутствие оснований для квалификации действий ФИО1 по ст. 293 УК РФ. Как верно указал суд первой инстанции, объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 293 УК РФ, предусматривает неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, если это повлекло причинение крупного ущерба или существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Вместе с тем, ФИО1 умышленно совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, выразившиеся в увеличении срока исполнения муниципального контракта в отсутствие обеспечения обязательств по контракту со стороны подрядчика, что противоречит ч. 3 ст. 96 Федерального закона от 

<

дата> № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Поскольку ФИО1 явно превысил предоставленные ему полномочия, которые он ни при каких обстоятельствах не вправе был совершать, оснований для квалификации его действий, как халатности не имеется.

Каких-либо противоречий в данной части в выводах суда не усматривается.

Так же судом верно установлены и подробно мотивированы последствия совершенного ФИО1 преступления, выразившиеся в существенном нарушении прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства.

К таким последствиям относятся невозможность возврата в бюджет 

<

адрес> денежных средств в сумме выплаченного аванса в размере 

<

данные изъяты> руб., причинение имущественного вреда на указанную сумму, а также подрыв деловой репутации муниципального учреждения МКУ «

<

данные изъяты>».

В связи с расторжением муниципального контракта, вызванного неисполнением ООО 

<

данные изъяты> своих обязательств, при отсутствии банковской гарантии, а так же признания ООО 

<

данные изъяты> банкротом в настоящее время отсутствует возможность возврата в бюджет денежных средств, выплаченных в качестве аванса, а значит имеется имущественных вред.

Цели заключения муниципального контракта, заключавшиеся в строительстве необходимого для нужд 

<

адрес> склада нефтепродуктов, не достигнуты. 

В части подрыва деловой репутации суд первой инстанции обоснованно установил, что действия ФИО3 вызвали недоверие к МКУ «

<

данные изъяты>», формирование мнения о неспособности МКУ «

<

данные изъяты>» к обеспечению района объектами коммунальной инфраструктуры, кроме того посторонним лицам, в том числе подрядчикам по контрактам, работникам МКУ «

<

данные изъяты>» была продемонстрирована некомпетентность должностного лица муниципального учреждения, а также неэффективное использование и расходование средств муниципального бюджета.

Ответы на адвокатские запросы, указанные в жалобе, а так же показания свидетелей Свидетель №10, Свидетель №14 не опровергают выводов суда о подрыве деловой репутации МКУ «

<

данные изъяты>», основанных на объективных сведениях о неисполнении муниципального контракта и невозвращении авансового платежа.

При этом доводы стороны защиты о возможности возврата аванса в муниципальный бюджет, в том числе за счет субсидиарного ответчика, в будущем, не опровергают выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления. Как на момент расследования уголовного дела, так и в настоящее время денежные средства в размере 

<

данные изъяты> руб. в бюджет не возвращены, что следует из установленных судом обстоятельств и не оспаривается сторонами.

Предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для отложения судебного заседания до рассмотрения саморегулируемой организацией соответствующего запроса МКУ «

<

данные изъяты>» у суда не имелось. Решение суда об отказе в отложении рассмотрения дела по этому основанию отражено в протоколе судебного заседания и обоснованно мотивировано.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом, а значит субъектом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, допустил умышленное превышение должностных полномочий, совершив незаконные действия, которые в силу требований закона никто не праве совершать, которое повлекло существенное нарушение прав и законных интересов организации и охраняемых законом интересов общества и государства.

Проверив и оценив каждое доказательство в отдельности с точки зрения относимости, допустимости, а в их совокупности - достаточности для разрешения дела по существу, судом первой инстанции сделан правильный вывод о виновности осужденного и доказанности его вины. 

При этом мотивировано, какие доказательства суд принимает во внимание, а какие отвергает, с приведением соответствующих обоснований.

Изложенные в жалобе доводы, по существу, сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. 

Несогласие ФИО1 и его защитника с оценкой доказательств, данной судом, не свидетельствует о необъективности выводов суда, об обвинительном уклоне судебного разбирательства и не является основанием для отмены приговора в апелляционном порядке.

Протоколы судебного заседания свидетельствуют, что суд первой инстанций создал все необходимые условия для осуществления сторонами предоставленных прав и исполнения ими процессуальных обязанностей, обеспечил соблюдение принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, не допустил действий и не приняли таких решений, которые свидетельствуют об обвинительном уклоне состоявшегося разбирательства дела.

Как следует из протокола судебного заседания, ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, судом разрешены в соответствии с требованиями закона, по ним приняты мотивированные решения, каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права.

Основное наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств совершения преступления, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, влияния наказания на исправление осужденного, с учетом положений ст. ст. 6, 60 УК РФ, конкретных обстоятельств дела. 

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в части назначения дополнительного наказания в связи с неправильным применением уголовного закона.

Так, в соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. В приговоре необходимо указывать не конкретную должность (например, главы органа местного самоуправления, старшего бухгалтера) либо категорию и (или) группу должностей по соответствующему реестру должностей (например, категорию «руководители», группу «главные должности муниципальной службы»), а определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение (например, должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий).

Лишение права заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью. В приговоре следует конкретизировать вид такой деятельности (педагогическая, врачебная, управление транспортом и т.д.).

Как следует из приговора на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ ФИО1 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и/или административно-хозяйственных полномочий в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения муниципальных нужд, на срок 2 года.

Между тем, запрет, связанный с осуществлением организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий, (функций) устанавливается при лишении осужденного права занимать определенные должности только на государственной службе и в органах местного самоуправления, но не при лишении его права заниматься определенной деятельностью.

Однако назначение наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, которое фактически является лишением права занимать должности, связанные с исполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, не соответствует требованиям уголовного закона. 

Поскольку назначенное ФИО1 дополнительное наказание в целом не соответствует требованиям ст. 47 УК РФ, а апелляционного повода для ухудшения положения осужденного не имеется, его изменение путем указания на лишение права заниматься деятельностью по осуществлению управленческих функций в сфере закупок, как предлагал прокурор, не представляется возможным.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает необходимым приговор в отношении ФИО1 изменить, исключить указание о назначении ФИО1 дополнительного наказания.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлечь отмену или изменение приговора по иным основаниям, не установлено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ

Приговор Северо-Енисейского районного суда Красноярского края от 09.07.2025 в отношении ФИО1 изменить,

исключить из резолютивной части приговора указание о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и/или административно-хозяйственных полномочий в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения муниципальных нужд, на срок 2 года,

в остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам Главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий ФИО17