РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 августа 2019 г. г. ФИО1

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Алексеевой О.В.,

при секретаре Ибрагимовой Г.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1261/2019 по иску ФИО2 к ООО «Металл-Комплект» о взыскании компенсации за неиспользованные отпуска, процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском (с учетом уточнений) к ООО «Металл-Комплект» о взыскании компенсации за неиспользованные отпуска, процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указал, что на основании приказа №002 от 17.03.2006 г. с 17.03.2006 г. он работал в ООО «Металл - Комплект»» в должности заместителя директора по коммерческим вопросам, на основании приказа №008 от 15.04.2014 г. с 23.04.2014 г. - в должности заместителя директора по экономическим вопросам. 18.05.2018 г. на основании приказа №005 от 15.05.2018 г. он был уволен из ООО «Металл - Комплект» по собственному желанию. Количество неиспользованных дней ежегодного оплачиваемого отпуска, подлежащих компенсации при прекращении трудового договора составляет 141 день. Данный период рассчитан истцом по кодам дохода «2012», содержащимся в справках формы 2НДФЛ. В соответствии с п. 12 трудового договора №010 от 17.03.2006 г. истцу установлен ненормированный рабочий день, однако предусмотренный ст. 119 ТК РФ ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, продолжительность не менее трех календарных дней ему не предоставлялся. В связи с чем, общее количество неиспользованных дней ежегодного оплачиваемого отпуска с учетом дополнительного оплачиваемого отпуска, подлежащих компенсации при прекращении трудового договора составляет 177 дней. Заявления о предоставлении неиспользованных дней отпуска с последующим увольнением истец не подавал. При его увольнении неиспользованные дни отпуска ответчиком не компенсированы. Порядок расчета компенсации за неиспользованные отпуска установлен Правилами об очередных и дополнительных отпусках, утвержденными НКТ СССР 30.04.1930 N 169. Компенсация за 177 дней неиспользованного истцом отпуска, согласно этим правилам, составляет 362 301 руб. Размер процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении на 30.07.2019 г. составил 79 700,18 руб. Незаконные действия/бездействие ответчика причинили истцу нравственные страдания и нанесли моральный вред, который оценивается истцом в сумму 50 000 руб. В связи с необходимостью восстановления нарушенного права в судебном порядке, истец вынужден был обратиться за юридической помощью. Сумма, выплаченная представителю составила 30 000 рублей и представляет собой расходы на оплату юридических услуг в соответствии с гражданско - правовым договором. Сумма, выплаченная за совершение нотариальных действий по оформлению доверенности на представление интересов истца в суде составила 1 700 руб.

ФИО2 просит суд взыскать с ООО «Металл-Комплект» компенсацию за неиспользованные отпуска в размере 362 301 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользованные отпуска в размере 79 700,18 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб., расходы по оформление доверенности в размере 1 700 руб.

Истец ФИО2, представитель третьего лица Государственной инспекции труда в РБ в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, в связи с чем дело рассмотрено судом в порядке ст. 167 ГПК РФ, без их участия. 

Представитель истца ФИО2 - ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила суду, что в справках о доходах истца за 2006 - 2018 гг. по форме 2- НДФЛ сведения о начислении и выплате истцу отпускных в полном объеме код дохода 2012 согласно Приказа ФНС России от 13.10.2006 г. отсутствуют. Личная карточка работника, предоставленная Государственной инспекцией труда в РБ сведения о предоставленных отпусках также не содержит. Представленные ответчиком приказы о предоставлении отпуска, не могут быть приняты во внимание, поскольку истец с ними не ознакомлен, график отпусков работодателем не представлен. Табель рабочего времени не является достаточным доказательств, поскольку заполняется работодателем единолично, иными доказательствами факт нахождения истца в указанные дни в отпуске в спорный период не подтвержден. Кроме того, представленный ответчиком табель учета рабочего времени не содержит обязательного реквизитова: подписи руководителя структурного подразделения. Расчетные документы не содержат сведений о выплате истцу денежной компенсации за неиспользованные отпуска. Ответчиком не представлено достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что истцу были представлены отпуска за указанный период, как и была произведена оплата задолженности денежной компенсации за неиспользованные отпуска, в связи с чем расчет сумм компенсации за неиспользованные истцом отпуска надлежит производить исходя из сведений из ИФНС России №27 по РБ о доходах ФИО2 (справка формы 2 НДФЛ) за период с 2006 по 2018 г.г., где за весь период работы истица указан код дохода «2000» - вознаграждение, получаемое налогоплательщиком за выполнение трудовых или иных обязанностей, тогда как сумма отпускных выплат имеет иной код классификации «2012». Сверхурочная и ненормированная работа не являются тождественными понятиями. В первом случае, работник обязательно должен согласиться поработать сверхурочно, и закон запрещает больше 120 часов такой занятости ежегодно. Во втором — персонал привлекается к выполнению профессиональных обязанностей на основании условий трудового договора, поэтому получение дополнительного согласия не требуется и приказ, соответственно, не издается. Таким образом, ненормированная трудовая занятость может устанавливаться в отношении любого сотрудника компании, при условии, что такая возможность предусматривается трудовым договором. Дополнительный отпуск предоставляется независимо от отработанного ненормированного времени, и даже если сотрудник трудился строго по Правилам внутреннего трудового распорядка, и ни разу не работал сверхустановленной нормы часов, работодатель обязан предоставить ему дополнительный отпуск, если это условие предусмотрено трудовым договором. В отличие от сверхурочных работ оплата переработки при ненормированном рабочем дне ТК РФ не предусмотрена, как и обязанность работодателя вести учет времени при такой переработке. Отсутствие заявлений истца на предоставление дополнительных отпусков подтверждает факт их непредоставления ответчиком, что, соответственно, является основанием для выплаты компенсации за их неиспользование. Кроме того, в табеле учета рабочего времени дополнительный отпуск имеет условное обозначение ОД 10 (постановление Госкомстата России №1 от 05.01.2004 г.), соответственно, отсутствие данного обозначения в табелях дополнительно доказывает факт их непредоставления. В уточненном исковом заявлении истцом не ставится в качестве отдельного искового требования требование о взыскании компенсации за неиспользованные дополнительные отпуска. Поскольку в соответствии со ст. 120 ТК РФ при исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска дополнительные оплачиваемые отпуска суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском, истец, руководствуясь ст. 39 ГПК РФ увеличил исковые требования за счет исчисления общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска путем суммирования дополнительных отпусков с основными оплачиваемыми отпусками. Таким образом, заявление ответчика о применении сроков исковой давности к требованию о компенсации неиспользованных дополнительных отпусков является необоснованным, поскольку данное требование истцом не заявлено. Кроме того, за ненормированный рабочий день предоставляются согласно ст. 119 ТК РФ не дополнительные дни к отпуску, а дополнительный отпуск. 

Представитель ООО «Металл-Комплект» - адвокат Мингазова Р.К. в судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на отсутствие у ООО «Металл-Комплект» задолженности перед ФИО2 В обоснование своих возражений указывает на то, что с 27.04.2018 г. по 13.05.2018 г. ФИО2 находился в очередном отпуске, на работу не вышел, никаких объяснений по поводу своего отсутствия не дал. 18.05.2018 г. пришел на работу, подал заявление об увольнении, не передавая никаких дел ушел с работы. Ранее, 13.04.2018 г. вместе с директором ООО «Металл-Комплект» он совместно с ФИО4 учредил ООО «СТАЛЬРИД», куда 19.05.2018 года и был трудоустроен. При уходе бывший директор ООО «Металл-Комплект» ФИО4 и ФИО2 уничтожили финансовые документы, касаемые в том числе и выхода в отпуск, ранее уходили в очередной отпуск без оформления, предприятие сделали убыточным, перевели активы в свое предприятие ООО «Сталь РИД», с целью уничтожения ООО «Металл- Комплект» как конкурента. Доводы истца об использовании ежегодных отпусков не более 14 дней не соответствует действительности, поскольку по приказам о предоставлении отпусков и заявлениям ФИО2 за спорный период он использовал 230 дней, а не 199 дней как указывает истец. Доказательствами оплаты отпускных являются табели учета рабочего времени, расчетные ведомости начисления заработной платы, записки-расчеты оплаты отпуска. Заработная плата перечислялась работникам на банковские карты по договору, заключенному с ПАО «Сбербанк России» от 20.06.2007 г. Учитывая, что ФИО2 был заместителем директора по коммерческой части, он имел возможность отдыхать без ограничения и оформления отпуска. Кроме того, в период с 18.05.2018 г. по 22.04.2019 г. ФИО2 с какими-либо претензиями не обращался. С требованием о выплате ему компенсации за неиспользованный отпуск ФИО2 обратился лишь 22.04.2019 г. При этом никаких требований изначально не заявлял, преследуя корыстную цель взыскания компенсации, тем самым злоупотребляя своим правом с целью нанести вред предприятию. Кроме того, представитель ответчика полагает необоснованным расчет неиспользованных отпускных дней из кода дохода «2012», поскольку, в 2006 г. данный код не был установлен. Кроме того, сам расчет является неверным, поскольку произведен без вычета НДФЛ и включены доходы, полученные истцом от оплаты работодателем личного автотранспорта. Обращаясь в суд с требованиями о выплате за ненормированный день, истец исходит из того, что п. 12 договора ему установлен ненормированный рабочий день, указывает на выполнение им в спорный период сверхурочной работы, однако не указывает на то, что не было учтено работодателем при оплате его труда, в связи чем образовалась задолженность. Вместе с тем, из табелей учета рабочего времени и усматривается, что оплата труда ФИО2 произведена в соответствии с данными, содержащимися в табеле, доказательств наличия в указанный период переработок или не имеется. Приказов относительно выполнения сверхурочных работ, ответчиком не издавалось. Локальных актов предусматривающих нормы о предоставлении трех дней дополнительного отпуска не издавались. Заявлений о предоставлении трех дней к отпуску не предоставлялось. Кроме того, необоснованно требование о взыскании расходов по оплате услуг представителя по договору оказания юридических услуг, так как представитель ФИО3 не является индивидуальным предпринимателем, оказывающим юридические услуги, является лишь гражданином. ФИО3 является ведущим юрисконсультом АО «Башкирская электросетевая компания» и получает заработную плату по месту своей работы, тогда когда участвует в судах. Таким образом, за данные дни ей начисляется заработная плата. Более того, ответчик считает, что оплата не производилась, так как ФИО2 является другом семьи ФИО3 Ответчик не согласен и с требованием о взыскании компенсации морального вреда, так как ФИО2 мог воспользоваться своими отпусками без ущерба для себя и для предприятия.

Также представителем ответчика Мингазовой Р.К. заявлено о пропуске истцом срока исковой давности во всем заявленным требованиям. 

Выслушав участвующих по делу лиц, изучив и оценив материалы дела, в пределах заявленных исковых требований и представленных доказательств, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с положениями статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В соответствии со статьей 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все дни неиспользованного отпуска.

Из материалов дела, истец ФИО2 в период с 17.03.2006 г. по 18.05.2018 г. работал в ООО «Металл - Комплект» в должности заместителя директора по коммерческим вопросам, на основании трудового договора от 17.03.2006 г. за № 10. Указанный трудовой договор заключен сроком на один год, с 17.03.2006 г. до 31.03.2007 г., однако предусмотрено его продление (пункты 7, 9). 

Условиями трудового договора предусмотрено предоставление работнику ежегодного отпуска продолжительностью по 14 календарных дней в летний и зимний периоды. Отпуск за первый год работы – по истечении шести месяцев непрерывной работы, отпуск за второй и последующие года работы – в любое время рабочего года в соответствии с очередностью предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков, установленной на предприятии (п. 11). 

На основании приказа №005 от 15.05.2018 г. ФИО2 18.05.2018 г. уволен, трудовой договор расторгнут по инициативе работника. 

Доказательства отсутствия ФИО2 на рабочем месте в день увольнения в материалах дела отсутствуют. С приказом об увольнении ФИО2 ознакомился и получил трудовую книжку в последний рабочий день 18.05.2018 г., о чем свидетельствует подпись истца в приказе от 15.05.2018 г. 

Расчет по заработной плате произведен 18.05.2019 г. в размере 12 591,99 руб., что подтверждается расходным кассовым ордером № 6 от 18.05.2018 г. 

Обращаясь в суд с исковыми требованиями о взыскании компенсации за неиспользованные отпуска, истец указал обстоятельства того, что за периоды работы с 16.03.2006 г. по 18.05.2018 г. не были предоставлены отпуска в качестве 177 дней, а при увольнении не произведена выплата компенсации в надлежащем размере. При расчете количества неиспользованных дней, истец принял за основу данные, содержащиеся в коде «2012» справок 2НДФЛ. 

График отпусков ответчиком в материалы дела не представлен, однако из дела следует, что ООО «Металл-Комплект» на основании заявлений ФИО2 издавались приказы о предоставлении ежегодных оплачиваемых отпусков: 

№ 006 от 03.07.2007 г. - 11 дней с 03.07.2007 г. по 13.07.2007 г.;

№ 004 от 28.04.2008 г. - 14 дней с 28.04.2008 г. по 11.05.2008 г.;

№ 008 от 18.02.2009 г. - 21 день с 18.02.2009 г. по 10.03.2009 г.;

№ 004 от 26.03.2010 г. - 22 дня с 29.03.2010 г. по 19.04.2010 г.;

№ 010 от 30.06.2011 г. - 15 дней с 01.07.2011 г. по 15.07.2011 г.;

№ 006 от 16.03.2012 г. - 28 дней с 19.03.2012 г. по 15.04.2012 г.;

№ 14 от 15.07.2013 г. - 4 дня с 15.07.2013 г. по 18.07.2013 г.;

№ 34 от 13.12.2013 г. - 16 дней с 16.12.2013 г. по 31.12.2013 г.; 

№ 051 от 10.12.2014 г. - 28 дней с 11.12.2014 г. по 15.01.2014 г.;

№ 00000000021 от 01.10.2016 г. - 17 дней с 12.10.2016 г. по 28.10.2016 г.;

№ 00000000008 от 27.04 2017 г. - 10 дней с 02.05.2017 г. по 12.05.2017 г.;

№ 00000000013 от 17.07.2017 г. - 12 дней с 24.07.2017 г. по 04.08.2017 г.

№ 00000000027 от 05.12 2017 г. - 15 дней с 08.12.2017 г. по 22.12.2017 г.

№ 00000000008 от 24.04 2018 г. - 15 дней с 27.04.2018 г. по 13.05.2018 г.

Всего по вышеприведенным приказам за период работы истца в ООО «Металл-комплект» предоставлено 228 дней. 

В судебном заседании 30.07.2019 г. представитель истца ФИО3 подтвердила факт предоставления отпусков по приказам № 004 от 28.04.2008 г., № 008 от 18.02.2009 г., поскольку они согласуются со сведениями, содержащимися в справках по форме 2 НДФЛ. Со сведениями о количестве предоставленных отпусков, указанных в остальных приказами не согласна, поскольку информация по количеству дней отпуска не соответствует сведениям, содержащимся в справках 2 НДФЛ, рассчитанных истцом по коду «2012», в справке по форме 2 НДФЛ за 2007 г. сведения о доходе относительно отпускных совсем отсутствует, а также в приказах № 006 от 03.07.2007 г., № 004 от 26.03.2010 г., № 14 от 15.07.2013 г., № 34 от 13.12.2013 г. отсутствует подпись истца об ознакомлении. 

Между тем, доводы ФИО2 о том, что в некоторых приказах отсутствуют подписи работника об их ознакомлении не свидетельствуют о том, что указанные в них отпускные дни истцу не предоставлялись, поскольку периоды отпуска в приказах точно совпадают с периодами, определенными истцом в заявлениях о предоставлении отпуска. 

Кроме того, ответчиком представлены расчетные ведомости и записки-расчеты о предоставлении отпуска работнику, расчетные ведомости начисления заработной платы, из которых в их совокупности прослеживается факт выплаты ФИО2 отпускных в количестве дней, определенных всеми вышеприведенными приказами работодателя.

Оценив в совокупности вышеприведенные доказательства, учитывая, что справки 2 НДФЛ не содержат конкретных данных о количестве оплаченных ответчиком дней отпускных, суд принимает в основу решения приказы о предоставлении отпускных в качестве достоверных доказательств, необходимых для расчета количества неиспользованных истцом дней отпуска. 

За период работы истца в ООО «Металл-Комплект» истцу полагалось 340 дней отпуска из расчета: 336 дней за периоды с 17.03.2016 г. по 16.03.2018 г. по 28 дней в год, и 4 дня за период с 17.03.2018 г. по 18.05.2018 г. 

Учитывая, что ФИО2 предоставлялся отпуск в количестве 228 дней, неиспользованный отпуск составил 112 дней. 

При этом, суд не учитывает количество дней, которые ФИО2 просил ему предоставить в счет оплачиваемого отпуска по заявлениям от 15.08.2013 г. - 1 день 16.08.2013 г.; от 23.03.2017 г. - 1 день 24.03.2017 г., поскольку соответствующие приказы о предоставлении отпуска по данным заявлениям работодателям не издавались. 

Согласно сведениям, содержащимся в справках 2 НДФЛ за 2017-2018 годы, заработная плата истца за последние 12 месяцев до увольнения составила 719 688,20 руб. 

Таким образом, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца размер компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении составил 199 449,94 руб. из расчета: 7919 688,20 руб. (зарплата за последние 12 месяцев) / 12 (месяцев) / 29,3 (среднее количество дней в месяце) х 112 (дни неиспользованного отпуска) – 13 %.

Оснований для применения к требованиям о взыскании компенсации неиспользованного отпуска суд не усматривает, поскольку они заявлены в предусмотренный ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" увеличение истцом размера исковых требований до принятия судом решения не изменяет наступивший в связи с предъявлением иска в установленном порядке момент, с которого исковая давность перестает течь.

Ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности по данным требованиям основаны на неверном толковании Постановления Конституционного Суда РФ от 25.10.2018 N 38-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО5, ФИО6 и других", которым часть первая статьи 127 и часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в них положения - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - не ограничивают право работника на получение при увольнении денежной компенсации за все неиспользованные отпуска и, если данная компенсация не была выплачена работодателем непосредственно при увольнении, не лишают работника права на ее взыскание в судебном порядке независимо от времени, прошедшего с момента окончания рабочего года, за который должен был быть предоставлен тот или иной неиспользованный (полностью либо частично) отпуск, при условии обращения в суд с соответствующими требованиями в пределах установленного законом срока, исчисляемого с момента прекращения трудового договора.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск, суд приходит к следующему. 

Пунктом 12 заключенного между сторонами трудового договора истцу установлен ненормированный рабочий день. Право на дополнительный отпуск и его продолжительность условиями трудового договора не предусмотрено. Локальных актов, предусматривающих нормы о предоставлении трех дней дополнительного отпуска ООО «Металл - Комплект» не издавались. Дополнительное соглашение о предоставлении истцу дополнительных отпусков между сторонами не заключалось. 

Согласно положений ст. 119 Трудового кодекса РФ работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, продолжительность которого определяется коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка и который не может быть менее трех календарных дней.

Порядок и условия предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам с ненормированным рабочим днем устанавливаются в федеральных государственных учреждениях нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, в государственных учреждениях субъекта Российской Федерации нормативными правовыми актами органов государственной власти субъекта Российской Федерации, в муниципальных учреждениях нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

В соответствии со ст. 120 Трудового кодекса РФ продолжительность ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков работников исчисляется в календарных днях и максимальным пределом не ограничивается. Нерабочие праздничные дни, приходящиеся на период ежегодного основного или ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, в число календарных дней отпуска не включаются.

При исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска дополнительные оплачиваемые отпуска суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском.

Исходя из положений ст. 101 Трудового кодекса РФ, ненормированный рабочий день - особый режим работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени. Перечень должностей работников с ненормированным рабочим днем устанавливается коллективным договором, соглашениями или локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников.

Таким образом, трудовое законодательство рассматривает ненормированный рабочий день не как удлиненный рабочий день по сравнению с общеустановленным, а как особый порядок распределения рабочего времени в пределах рабочего дня и (или) рабочей недели. Его специфика заключается в том, что работник в большинстве случаев подчинен общему режиму работы организации, но в то же время он может задерживаться на работе для выполнения своих трудовых функций сверх установленной продолжительности рабочего дня (смены) либо являться на работу до начала работы (смены).

Однако, из материалов дела не следует, что истец в спорный период работал в условиях ненормированного рабочего времени.

Кроме того, судом учитывается, что истец с заявлениями о предоставлении дополнительного отпуска за период работы к работодателю не обращался. Факт указания в трудовом договоре о выполнении истцом трудовых обязанностей в условиях ненормированного рабочего дня является недостаточным для предоставления дополнительного отпуска, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения исковых требования о взыскании компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск суд не усматривает. 

Более того, по данным исковым требования истцом пропущен срок исковой давности, предусмотренный ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которого за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

В соответствии с положениями статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Истец работал в ООО «Металл-Комплект» до 18.05.2019 г., уволился в тот же день. 

Исковые требования о взыскании компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск заявлены истцом 30.07.2019 г. при уточнении иска, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности. 

Ходатайств о восстановлении пропущенного срока истец не заявлял, полагая, что он не пропущен по причине того, что данное требование не является самостоятельным, а лишь увеличивает размер исковых требований, поскольку при исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска дополнительные оплачиваемые отпуска суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском.

Суд с доводами истца не может согласиться, поскольку они основаны на неверном толковании норм материального права. Требования о взыскании компенсации за неиспользованный дополнительный образуют самостоятельный предмет и не связан с первоначально заявленным требованием о взыскании компенсации за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск. 

Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43).

Разрешая требования истца о взыскании процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, суд приходит к следующему. 

Согласно статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Судом установлен факт просрочки выплаты ответчиком истцу компенсации за неиспользованный отпуск в размере 199 449,94 руб.

Проценты за задержку их выплаты с 19.05.2018 г. по 30.07.2019 г. составляют 43 873,64 руб., из расчета: 

- период с 19.05.2018 г. по 16.09.2018 г.: 199 449,94 х 121 х 1/150 х 7,25% =11 664,49 

- период с 17.09.2018 г. по 16.12.2018 г.: 199 449,94 х 91 х 1/150 х 7, 5% =9 074,97 

- период с 17.12.2018 г. по 16.06.2019 г.: 199 449,94 х 182 х 1/150 х 7,75% =18 754,94 

- период с 17.06.2019 г. по 28.07.2019 г.: 199 449,94 х 42 х 1/150 х 7,5% =4 186,44

- период с 29.07.2019 г. по 30.07.2019 г.: 199 449,94 х 2 х 1/150 х 7,25% =192,80

11 664,49 + 9 074,97 + 18 754,94 + 4 186,44 + 192,80 = 43 873,64 

Между тем, суд не усматривает оснований для удовлетворения данных исковых требований в связи с пропуском срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 ГК РФ). Например, в случае предъявления иска о взыскании лишь суммы основного долга срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки продолжает течь.

В силу п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Таким образом, предусмотренная ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность работодателя по выплате процентов (денежной компенсации) за нарушении установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, являются финансовой санкцией за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства за просрочку исполнения – неустойкой.

Срок исковой давности по дополнительным требованиям о взыскании процентов за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск начинает течь с момента нарушения ответчиком срока выплаты самой 19.05.2018 г. Между тем, данные требования заявлены истцом при уточнении иска 25.06.2019 г., что свидетельствует о пропуске срока исковой давности, являющимся самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. 

Ходатайств о восстановлении пропущенного срока истец не заявлял, полагая, что он не пропущен по причине того, что данное требование не является самостоятельным, а лишь увеличивает размер исковых требований, о нарушенном праве на своевременную компенсацию неиспользованных отпусков истцу стало известно только в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела. 

Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43).

Рассматривая требования о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда, и в случаях нарушения трудовых прав работников суд в силу ст. ст. 21, 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы), независимо от наличия материального ущерба (п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Судом установлено, что ответчик нарушил имущественные права, не выплатив своевременно причитающуюся истцу компенсацию за неиспользованный отпуск, чем, несомненно, причинил ему страдания.

С учетом длительности нарушения ответчиком трудовых прав истца, серьезности допущенных нарушений, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, и определяет размер, подлежащий взысканию с ответчика, равный 5 000 руб.

Оснований для применения к требованиям о взыскании компенсации неиспользованного отпуска суд не усматривает, поскольку они являются производными от основного требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, заявлены одновременно с основным требованием в предусмотренный ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок 15.05.2019 г. 

В силу требований ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Если же иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Статья 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Вознаграждение за судебное представительство устанавливается с учетом сложности дела, экономического либо иного интереса, длительности разрешения спора и других индивидуальных обстоятельств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.07.2007 № 382-0-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 1 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещении судебных издержек, суд не вправе уменьшать его производство, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. 

Оценивая представленные в материалы дела документы, обосновывающие затраты истца, связанные с получением оказанной ему юридической помощи представителем ФИО3: договор оказания юридических услуг от 13.05.2019 г., расписку в получении денежных средств от 13.05.2019 г., суд приходит к выводу о реально понесенных расходах по оплате соответствующих услуг, поскольку они подтверждены соответствующими платежными документами, а потому учитывая объем и категорию сложности дела, количество проведенных судебных заседаний, объема проделанной представителем истца работы, в том числе неоднократное уточнение исковых требований, исходя из требований разумности и справедливости, взыскивает в пользу истца расходы на оказание юридической помощи в заявленном размере 15 000 руб.

Кроме того, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от которой истец был освобожден при обращении в суд, в размере 3 200 руб. за исковые требования имущественного характера, рассчитанная от взысканной суммы компенсации за неиспользованный отпуск и 300 руб. за исковые требования неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда, всего 3 500 руб. 

Из материалов дела следует, что представитель ФИО3 представляла интересы истца по нотариально удостоверенной доверенности от 08.07.2019 г., за составление которой истцом оплачено 1 700 руб.

В абз. 3 п. 2 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Между тем, доверенность оформлена на представителя ФИО3 не для участия в конкретном деле, а для представления интересов ФИО2 в течение десяти лет во всех судебных, государственных, муниципальных и административных учреждениях и организациях со всеми предусмотренными законодательством правами.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для возмещения истцу расходов за составление нотариальной доверенности.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к ООО «Металл-Комплект» о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Металл-Комплект» в пользу ФИО2 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 199 499 (сто девяносто девять тысяч четыреста девяносто девять) рублей 94 коп., компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Судья О.В. Алексеева