Председательствующий: Иордан Н.А. № 33-1203/2026

55RS0008-01-2025-000434-52

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 25 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Сковрон Н.Л.,

судей областного суда Калининой К.А., Перфиловой И.А.,

при секретаре Ахметвалееве И.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-535/2025

по апелляционной жалобе ответчика общества с ограниченной ответственностью «Авангард»

на решение Азовского районного суда Омской области от 21 октября 2025 года

по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард» о признании отношений трудовыми, заключении трудового договора, выплате северной надбавки, районного коэффициента и оплате междувахтового отдыха, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Сковрон Н.Л., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард» (далее - ООО «Авангард») о признании отношений трудовыми, заключении трудового договора, выплате северной надбавки, районного коэффициента и оплате междувахтового отдыха, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что 20.10.2024 между сторонами заключен гражданско-правовой договор на выполнение услуг, по условиям которого истец обязался предоставлять услуги по управлению краном, а ответчик - принимать результаты выполненных работ и оплачивать обусловленную данным договором цену. Цена договора определена сторонами в размере 229 885 руб. в месяц. Полагает, что заключенный договор является трудовым и регулирует трудовые отношения.

В период с 20.10.2024 по 19.12.2024, с 28.01.2025 по 28.02.2025 ежедневно с 08.00 час. до 20.00 час. (дневная смена), либо с 20.00 час. до 08.00 час. (ночная смена) по поручению ответчика выполнял трудовую функцию в городе Норильск на строительстве газопровода «Норильск – Черногорский рудный комбинат» в качестве машиниста автомобильного крана «Камаз КС-55729-5К-3», государственный регистрационный знак № 

<

...>, а в последующем, машиниста автомобильного крана «КС-55713-5К-3», государственный регистрационный знак № 

<

...>. Трудовую функцию истец осуществлял вахтовым методом, поскольку ответчик приобретал ему билеты для следования от места жительства до места выполнения трудовой функции и обратно. По окончании каждого из двух периодов работы истец к месту жительства возвращался за счет ответчика. Выполнение функции машиниста крана в статусе физического лица допустимо исключительно в рамках трудового договора. Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о фактических трудовых отношениях вахтовым методом в условиях Крайнего Севера.

Истец осуществлял работу в районе, приравненном к районам Крайнего Севера, поэтому ответчик должен ему доплатить «северную» надбавку, которая с учетом продолжительности стажа в районах, приравненных к районам Крайнего Севера (5 лет 10 месяцев 21 день), а также в районе Крайнего Севера (268 дней) согласно записям в трудовой книжке, составляет 40 процентов. Также на сумму полученных истцом денежных средств подлежит начислению районный коэффициент в размере 80 процентов. Кроме того, за весь период выполнения трудовой функции имело место два вахтовых периода: с 20.10.2024 по 20.12.2024 и с 28.01.2025 по 28.02.2025, однако междувахтовый отдых не оплачен.

Просил признать отношения между сторонами за период с 20.10.2024 по 28.02.2025 трудовыми вахтовым методом в условиях Крайнего Севера, обязать ООО «Авангард» заключить трудовой договор в должности машиниста автомобильного крана восьмого разряда с 20.10.2024, взыскать с ответчика процентную надбавку за стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в размере 255 474 руб. 80 коп., районный коэффициент в размере 510 949 руб. 60 коп. руб., задолженность по оплате дней междувахтового отдыха за два вахтовых периода в размере 292 773 руб. 92 коп., а также компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, в случае пропуска срока исковой давности просил восстановить указанный срок.

Представитель ФИО1 Вайсберг Е.Л., действующий на основании ордера, в судебном заседании заявленные требования поддержал. ФИО1 пояснил, что юридически неграмотен, договор ГПХ расценивал как испытательный срок, по истечении которого будет заключен трудовой договор. В случае пропуска срока исковой давности просил восстановить указанный срок.

Ответчика ООО «Авангард» в судебное заседание своего представителя не направил, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя.

Судом постановлено решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Отношения между ФИО1 и ООО «Авангард» за период с 20.10.2024 по 28.02.2025 признаны трудовыми вахтовым методом в условиях Крайнего Севера.

На ООО «Авангард» возложена обязанность заключить с ФИО1 трудовой договор в должности машиниста автомобильного крана восьмого разряда с 20.10.2024.

С ООО «Авангард» в пользу ФИО1 за период с 20.10.2024 по 28.02.2025 взысканы процентная надбавка за стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в размере 255 474 руб. 80 коп., районный коэффициент в размере 510 949 руб. 60 коп., задолженность по оплате дней междувахтового отдыха за два вахтовых периода в размере 292 773 руб. 92 коп., а также компенсация морального вреда в размере 25 000 руб.

С ООО «Авангард» взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета в сумме 28 592 руб.

В остальной части иска отказано.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ООО «Авангард» ФИО2, действующий на основании доверенности, просит решение суда первой инстанции отменить, отказав в удовлетворении заявленных требований. Указывает, что между истцом и ответчиком сложились отношения в рамках гражданско-правового договора, а не трудовые отношения.

Полагает, что истцом пропущен трехмесячный срок для обращения в суд, поскольку истец должен был узнать о нарушении своих трудовых прав в момент прекращения оказания работ/услуг ответчику по договору ГПХ № 292/1, то есть 22.12.2024.

Указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт подчинения истца Правилам внутреннего трудового распорядка. Истец понимал, что он заключает гражданско-правовой договор и выражал свободную волю на его заключение.

Ссылается на отсутствие оснований для взыскания районного коэффициента в размере 80 % и процентной надбавки, начисляемой в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к груду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации к трудовым отношениям относятся отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (ч. 1 ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что между 20.10.2024 ФИО1 и ООО «Авангард» был заключен договор ГПХ № 292/1 возмездного оказания услуг, по которому ФИО1 принял на себя обязательства оказать услуги по управлению краном и иные услуги, предусмотренные договором, а ООО «Авангард» обязался принять результаты выполненных работ и оплатить обусловленную данным договором цену.

Согласно пункту 1.3 договора срок оказания услуг с 20.10.2024 по 28.02.2025.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что стоимость предоставляемых услуг составляет 229 885 руб. в месяц, из которых удерживается и уплачивается в бюджет 13% НДФЛ.

В период с 20.10.2024 по 19.12.2024, с 28.01.2025 по 28.02.2025 ежедневно с 08.00 час. до 20.00 час. (дневная смена), либо с 20.00 час. до 08.00 час. (ночная смена) по поручению ответчика выполнял трудовую функцию в городе Норильск на строительстве газопровода «Норильск – Черногорский рудный комбинат» в качестве машиниста автомобильного крана «Камаз КС-55729-5К-3», государственный регистрационный знак № 

<

...>, а в последующем, машиниста автомобильного крана «КС-55713-5К-3», государственный регистрационный знак № 

<

...>.

Согласно пункту 1.3 договора срок оказания услуг с 20.10.2024 по 28.02.2025.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что стоимость предоставляемых услуг составляет 229 885 руб. в месяц, из которых удерживается и уплачивается в бюджет 13% НДФЛ.

Обращаясь в суд, ФИО1 полагал свои права нарушенными.

Возражая против иска, оспаривая постановленное по делу решение суда, ответчик настаивает на наличии гражданско-правовых отношений с ФИО1

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о существовании факта трудовых отношений ФИО1 с ООО «Авангард» с 20.10.2024 по 28.02.2025 в должности машиниста автомобильного крана восьмого разряда.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается.

ООО «Авангард», возражая против иска, настаивал на отношениях гражданско-правового характера. Повторные доводы об этом приводятся в апелляционной жалобе.

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (ч. 2 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 и п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (ст. ст. 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (ст. ст. 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (ст. 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

В материалы дела представлен договор возмездного оказания услуг № 292/1 от 20.10.2024, по которому ФИО1 принял на себя обязательства оказать услуги по управлению краном и иные услуги, предусмотренные договором, а ООО «Авангард» обязался принять результаты выполненных работ и оплатить обусловленную данным договором цену.

Согласно пункту 1.1 договора исполнитель обязуется оказывать услуги по управлению рабочей техникой во время разгрузочных, погрузочных, монтажно-строительных операций, поддержке технической исправности крана, осмотру полигона для размещения техники и контролю присутствия заграждения и сигнального выделения района оказания услуг; регулярному техобслуживанию рабочей техники; самостоятельному выполнению мелкого ремонта; ознакомлению с проектной документацией, технологическими картами на погрузку-разгрузку и складированию грузов; соблюдению требований установки крана, правил сортировки и перебрасывания грузов; выполнению поручений заказчика.

В пункте 1.2 договора предусмотрено, что исполнитель оказывает услуги лично, привлечение третьих лиц к оказанию услуг невозможно.

Согласно пункту 1.3 договора срок оказания услуг с 20.10.2024 по 28.02.2025.

В соответствии с пунктом 1.5 оказанные услуги оформляются ежемесячным подписанием акта об оказанных услугах.

Из пункта 2.1.4 договора следует, что исполнитель при выполнении работ обязуется руководствоваться указаниями заказчика.

В пункте 2.2.3 договора предусмотрено, что заказчик обязуется обеспечить условия для оказания исполнителем услуг, в том числе предоставить хозяйственный инвентарь и инструменты, обеспечить исполнителя спецодеждой, проживанием, питанием, оплатить проезд исполнителя к месту оказания услуг и обратно.

В соответствии с пунктом 2.2.4 договора заказчик имеет право проверять ход и качество оказываемых услуг, не вмешиваясь в деятельность исполнителя.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что стоимость предоставляемых услуг составляет 229 885 руб. в месяц, из которых удерживается и уплачивается в бюджет 13% НДФЛ.

Оценивая представленный в материалы дела договор, судебная коллегия приходит к выводу о том, что между сторонами была согласована функция, которую будет выполнять ФИО1 – машинист крана автомобильного по заданию ООО «Авангард», оплата труда ответчиком и обеспечение истцу условий для выполнения работ, в том числе предоставление спецодежды, проживания, питания, оплаты проезда к месту работы и обратно.

ФИО1 получены путевые листы специального автомобиля, выданные от ООО «Авангард» в период с октября 2024 года по февраль 2025 года, из которых усматривается, что в указанный период ФИО1 выполнял работы в качестве водителя автомобиля КМУ Урал-58491L0000025, государственный номерной знак № 

<

...>, либо автокрана КАМАЗ КС-55729-5К-3, государственный регистрационный знак № 

<

...>, либо автокрана КС-55713-5К-3, государственный регистрационный знак № 

<

...>, в городе Норильск. В качестве заказчика указано ООО «Авангард» в распоряжении ООО ХК «Новолекс».

В путевых листах имеется задание водителю ФИО1, отметка о прохождении контроля технического состояния ТС, принятие водителем автомобиля в технически исправном состоянии, время выезда из гаража, время возвращения.

Кроме того, имеются отметки «водитель по состоянию здоровья к управлению автомобилем допущен», «прошел предрейсовый медосмотр», проставлены печать, подпись медицинского работника.

В суде первой инстанции истец ФИО1 пояснил, что работу машиниста автокрана он осуществлял на автотранспорте, который предоставлялся ответчиком.

Согласно ответу ОМВД России по Азовскому немецкому национальному району от 20.10.2025 в соответствии с базой данных ФИС ГИБДД-М транспортные средства: «58491L», государственный номерной знак № 

<

...>, зарегистрирован на ООО «Авангард»; автомобиль «КЛИНЦЫ КС-55729-5К-3», государственный регистрационный знак № 

<

...>, зарегистрирован на ИП ФИО3; автомобиль «КЛИНЦЫ КС-55713-5К-3», государственный регистрационный знак 

<

***>, зарегистрирован на ООО «Транслайн».

Из представленной ПАО Сбербанк выписки движения денежных средств следует, что по договору ГПХ ФИО1 18.11.2024 перечислена сумма 64 516 руб., 29.11.2024 – 80 000 руб., 17.12.2024 – 120 000 руб., 28.12.2024 – 80 000 руб., 14.01.2025 – 61 935 руб., 25.02.2025 – 33 549 руб., 12.03.2025 – 80 000 руб., 28.03.2025 – 118 687 руб., в общей сумме 638 687 руб. Таким образом, ответчиком оплата производилась два раза в месяц.

Доказательств подписания актов об оказанных услугах не имеется.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, судебная коллегия полагает, что предметом договора между сторонами явилось выполнение ФИО1 трудовой функции машиниста автомобильного крана восьмого разряда по заданию и под контролем ответчика ООО «Авангард». Работодатель контролировал время выезда, время возвращения, давал разрешения на выезд.

Истец подчинялся трудовому распорядку, выполнял функции машиниста автокрана на оборудовании работодателя, получал регулярные выплаты, которые являлись его основным источником дохода.

В такой ситуации суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии трудовых отношений между ООО «Авангард» и ФИО1

Доводы жалобы о том, что между ФИО1 и ООО «Авангард» сложились только гражданско-правовые отношений в рамках договора возмездного оказания услуг, противоречат материалам дела и подлежат отклонению.

Ссылки на отсутствие доказательств подчинения правилам внутреннего распорядка не состоятельны. Факт трудовых отношений между ООО «Авангард» и ООО «Авангард» нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

ФИО1 фактически был допущен к выполнению трудовой функции машиниста автокрана, приступила к ее выполнению с ведома и поручению работодателя, выполняла определенные трудовые функции (управление автомобильным краном во время разгрузочных, погрузочных, монтажно-строительных операций, содержание крана в исправном техническом состоянии) ежедневно в установленные работодателем часы в интересах работодателя, что свидетельствует о заключении между сторонами трудового договора. То обстоятельство, что работодатель надлежащим образом не оформил с работником трудовые отношения при наличии доказательств, свидетельствующих об осуществлении ФИО1 трудовой функции, не может свидетельствовать об отсутствии между сторонами трудовых правоотношений.

Вопреки доводам жалобы в материалы дела представлены доказательства осуществления ФИО1 трудовых функций, что свидетельствует о возникновении между сторонами трудовых отношений.

Поскольку трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании какой-либо конкретной должности, также как и различие в выполняемой работе, само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.

Суд первой инстанции правильно распределил обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств по делу, возложив на работодателя бремя доказывания факта отсутствия трудовых отношений. Таких доказательств в материалы дела представлено не было.

Ссылки представителя ответчика в жалобе на желание ФИО1 оформить отношения именно в рамках гражданско-правового договора не влекут за собой иное решение суда.

Характер правоотношений между сторонами определяется исходя из их сущности, а не зависит от желаний кого-либо из сторон.

С учетом изложенного суд первой инстанции верно возложил обязанность заключить с ФИО1 трудовой договор в должности машиниста автомобильного крана восьмого разряда.

Определяя должность, в которой работал ФИО1, суд первой инстанции учел те должностные обязанности, которые выполнял работник – управление автомобильным краном во время разгрузочных, погрузочных, монтажно-строительных операций, содержание крана в исправном техническом состоянии.

ФИО1 настаивал, что работал вахтовым методом с 20.10.2024 по 28.02.2025 в г. Норильск, при этом имело место два вахтовых периода с 20.10.2024 по 20.12.2024 и с 28.01.2025 по 28.02.2025.

Суд первой инстанции оценил представленные в материалы дела проездные документы ФИО1, выполнение трудовой деятельности в качестве машиниста автокрана в городе Норильск, организацию работодателем в отношении ФИО1 питания и проживания. Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцом осуществлялась работа вахтовым методом в период с 20.10.2024 по 28.02.2025.

Апелляционная жалоба не содержит доводов несогласия с вышеуказанными выводами суда первой инстанции.

Доводы о пропуске срока исковой давности являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции и был обоснованно отклонен.

В соответствии с ч. ч. 1 и 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Срок исковой давности по спорам об установлении факта трудовых отношений начинают течь с момента, когда работник узнал об отсутствии надлежащего оформления своих трудовых прав.

Из положений трудового законодательства, следует, что по общему правилу работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Заявленные в рамках настоящего дела требования направлены на установление факта трудовых отношений с ответчиком, которые возникли, но не были в установленном трудовым законодательством порядке оформлены.

Судом установлено, что отношения сторон прекратились 28.02.2025, с иском в суд истец обратился 26.05.2025, то есть в пределах трехмесячного срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса РФ.

Доводы жалобы ответчика о пропуске истцом трехмесячного срока для обращения в суд, который подлежит исчислению с момента прекращения оказания работ/услуг ответчику по договору ГПХ № 292/1, то есть 22.12.2024, судебная коллегия признает несостоятельным.

Договор возмездного оказания услуг ГПХ № 292/1 был заключен сроком до 28.02.2025, таким образом, отношения между сторонами прекратились 28.02.2025, срок для обращения в суд истцом не был пропущен.

Оценивая доводы ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд с требованиями о взыскании задолженности по заработной плате, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Сроки выплаты работнику заработной платы установлены статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации, сроки расчета с работником при увольнении регламентированы ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации.

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей (ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из положений ч. 4 ст. 11, ч. 1 ст. 14, ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской, содержащихся в постановлении от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что в случае признания судом отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми они подлежат оформлению работодателем в установленном трудовым законодательством порядке, а у истца по такому спору возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место фактически трудовые отношения и, в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Следовательно, нормы трудового законодательства, включая нормы, устанавливающие сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в том числе о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, подлежат применению к отношениям только после признания судом таких отношений трудовыми.

Поскольку наличие трудовых между ФИО1 и ООО «Авангард» было установлено только в ходе рассмотрения дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что истцом не пропущен годичный срок обращения в суд с названными требованиями.

Указанная позиция нашла свое отражение в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2024 № 64-КГ24-4-К9.

В соответствии с положениями ст. 297 Трудового кодекса Российской Федерации вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания. Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности. Работники, привлекаемые к работам вахтовым методом, в период нахождения на объекте производства работ проживают в специально создаваемых работодателем вахтовых поселках, представляющих собой комплекс зданий и сооружений, предназначенных для обеспечения жизнедеятельности указанных работников во время выполнения ими работ и междусменного отдыха, либо в приспособленных для этих целей и оплачиваемых за счет работодателя общежитиях, иных жилых помещениях.

Трудовое законодательство наделяет работодателя правом организовать производственный процесс, применяя по своему выбору тот или иной метод работы, но не делегирует ему полномочий устанавливать критерии для отнесения работ к тому или иному из предусмотренных законом способов организации труда, это - прерогатива законодателя.

Согласно ст. 299 Трудового кодекса РФ вахтой считается общий период, включающий время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха.

Продолжительность вахты не должна превышать одного месяца. В исключительных случаях на отдельных объектах продолжительность вахты может быть увеличена работодателем до трех месяцев с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

В силу ст. 301 Трудового кодекса РФ рабочее время и время отдыха в пределах учетного периода регламентируются графиком работы на вахте, который утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, и доводится до сведения работников не позднее чем за два месяца до введения его в действие.

В указанном графике предусматривается время, необходимое для доставки работников на вахту и обратно. Дни нахождения в пути к месту работы и обратно в рабочее время не включаются и могут приходиться на дни междувахтового отдыха.

Каждый день отдыха в связи с переработкой рабочего времени в пределах графика работы на вахте (день междувахтового отдыха) оплачивается в размере дневной тарифной ставки, дневной ставки (части оклада (должностного оклада) за день работы), если более высокая оплата не установлена коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором.

В соответствии со ст. 313 Трудового кодекса РФ государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 315 Трудового кодекса РФ оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

На основании ст. 317 Трудового кодекса РФ лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты устанавливаются в порядке, определяемом статьей 316 настоящего Кодекса для установления размера районного коэффициента и порядка его применения.

В силу ст. 316 Трудового кодекса РФ размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 16.11.2021 № 1946 утвержден перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, в целях предоставления государственных гарантий и компенсаций для лиц, работающих и проживающих в этих районах и местностях.

Согласно указанному перечню городской округ Норильск Красноярского края отнесен к местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

Указом Президиума ВС СССР от 26.09.1967 № 1908-VII «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера установлена надбавка в размере 10 процентов по истечении первого года работы, с увеличением на 10 процентов за каждый последующий год работы по достижении 50% заработка.

ФИО4 заявлено о начислении к его заработной плате 40 % северной надбавки. Записями в трудовой книжке истца подтверждается, что им отработано в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера непрерывно более 5 лет.

Постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 27.07.1959 N 527/13 «Об утверждении коэффициентов к заработной плате работников предприятий и организаций нефтяной и газовой промышленности» установлен районный коэффициент 1,40.

Согласно ст. 316 Трудового кодекса РФ размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации. Аналогичные нормы предусмотрены статьями 10 и 11 Закона РФ от 19.02.1993 № 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях».

С учетом Постановления Правительства РФ от 07.10.1993 № 1012 «О порядке установления и исчисления трудового стажа для получения процентной надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и в остальных районах Севера» в г. Норильске установлен коэффициент, равный 1,8.

Истец просил взыскать с ответчика невыплаченную ему процентную надбавку, исходя из размера 40 % и районный коэффициент в размере 1,8 (80 %), начисленных на сумму полученных у ответчика за период работы денежных средств в размере 638 687 руб., а также оплату междувахтового отдыха.

Разрешая заявленные требования о взыскании задолженности по заработной плате, районный суд пришел к выводу о наличии у ответчика перед истцом задолженности по выплате процентной надбавки за стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в размере 255 474 руб. 80 коп., суммы районного коэффициента в размере 510 949 руб. 60 коп., оплату междувахтового отдыха 292 773 руб. 92 коп.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда, полагая, что они противоречат установленным по делу обстоятельствам, требованиям закона и пояснениям сторон.

При подписании договора возмездного оказания услуг ГПХ № 292/1 20.10.2024 с ФИО1 была согласована оплата в сумме 229 885 руб. в месяц.

Кроме того, была согласована оплата проезда ФИО1 к месту работы и обратно ООО «Авангард».

ФИО1, согласовывая срок и порядок своей работы с 20.10.2024 по 28.02.2025, принял обязательство по выполнению трудовых обязанностей в особых климатических условиях, при оплате в размере 229 885 руб. в месяц, из которых удерживается и уплачивается в бюджет 13% НДФЛ (п. 3.1 договора).

За вычетам суммы налога фактическая оплата составляла 200 000 руб. в месяц.

При этом согласовано, что указанная сумма может изменяться, если исполнитель оказал больше услуг или меньше, чем указано в п. 3.1 договора (п.3.2 договора).

В ходе рассмотрения дела истец не оспаривал, что заключая договор и прибывая на объект в г. Норильск, он осознавал, где будет проходить работа.

ФИО1 при подписании договора, определении оплаты труда, соглашался с работой, предусматривающей наличие переработки в рамках графика вахты, месте работы.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что указанная сумма оплаты включает предусмотренный законом районный коэффициент (1,8), процентную надбавку 40 %, а также переработку в рамках графика вахты (оплату междувахтового отдыха).

Данные выводы согласуются с правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 № 38-П.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что истцом трудовая деятельность осуществлялась с 20.10.2024 по 20.12.2024, с 28.01.2025 по 28.02.2025.

За работу ФИО1 было получено 18.11.2024 – 64 516 руб., 29.11.2024 – 80 000 руб., 27.12.2024 – 120 000 руб., 28.12.2024 – 80 000 руб., 14.01.2025 – 61 935 руб., 25.02.2025 – 33 549 руб., 12.03.2025 – 80 000 руб., 28.03.2025 – 118 687 руб., в общей сумме 638 687 руб.

Таким образом, ФИО1 за фактическую работу 3 месяца оплачено более 200 000 руб. в мес., в совокупном размере 638 687 руб.

С учетом изложенного требования ФИО1 о необходимости начисления районного коэффициента, северной надбавки, оплаты переработки в рамках графика вахты не состоятельны. Решение суда подлежит отмене в данной части.

При определении компенсации морального вреда районный суд, руководствуясь положениями ст. 237 Трудового кодекса РФ, разъяснениями, содержащимися в абз. 4 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», установив факт нарушения трудовых прав истца, принял во внимание длительность нарушения прав работника, позицию и процессуальное поведение стороны ответчика при рассмотрении спора, исходя из степени нравственных страданий истца, степени вины ответчика, а также требований разумности и справедливости, определил к взысканию в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб.

Размер компенсации морального вреда сторонами не оспаривается.

Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учитывал нарушение прав работника в части невыплаты заработной платы в полном объеме.

Поскольку судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии нарушений работодателем в части произведенной оплаты, подлежит изменению размер компенсации морального вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2024 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

С учетом характера допущенных ответчиком нарушений, связанных с отсутствием надлежащего оформления трудовых отношений, длительности нарушения прав работника, обстоятельств нарушения, особенностей личности работника, усматривается основание для снижения размера компенсации морального вреда.

При определении подлежащего взысканию размера компенсации морального вреда судебная коллегия также учитывает продолжительность работы ФИО1, с учетом отдыха, 4 месяца, оплату работы в полном объеме и своевременно.

В такой ситуации судебная коллегия полагает, что размер компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу работника, подлежит снижению до 20 000 руб.

Согласно абзацу 10 части 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации в бюджеты муниципальных районов подлежат зачислению, в том числе налоговые доходы от государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации).

Поскольку в силу ст. 393 ТК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд, на основании ст. 103 ГПК РФ, статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, размер которой определен исходя из заявленных требований, равен 3 000 руб.

Кроме того, при подаче апелляционной жалобы ответчику была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

Поскольку апелляционная жалоба ответчика удовлетворена частично, истец от уплаты государственной пошлины освобожден, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина 7 500 руб. в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Азовского районного суда Омской области от 21 октября 2025 года отменить в части взыскания процентной надбавки за стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, районного коэффициента, задолженности по оплате дней междувахтового отдыха за два вахтовых периода, приняв в указанной части новое решение об отказе в иске.

решение Азовского районного суда Омской области от 21 октября 2025 года изменить в части размера компенсации морального вреда, государственной пошлины

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1, 

<

...> года рождения, (паспорт № 

<

...>) компенсацию морального вреда 20 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину 10 500 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через Азовский районный суд Омской области.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 марта 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: