Дело № 1-65\17 

Приговор

именем Российской Федерации

г.Судогда 8 июня 2017 года

Судогодский районный суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Муржухиной Г.М.

при секретаре Мановой Н.Н. 

с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Судогодского района Гущина А.В. 

подсудимого ФИО1

защитника Сергеевой Н.М., 

предоставившего удостоверение адвоката № 374 Судогодского филиала АК №17 ВОКА №1 и ордер №114018 от 2.05.2017

потерпевшей Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ... года рождения, уроженца ..., гражданина Российской Федерации, со средним образованием, в зарегистрированном браке не состоящего, иждивенцев не имеющего, официально не трудоустроенного, со слов работающего по гражданско-трудовым договорам на стройках ..., регистрации по месту жительства не имеющего, проживающего по адресу: ..., военнообязанного, являющегося лицом, не имеющим судимости- 

-обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах:

в период времени с 01 часа 00 минут по 03 часа 04 минуты ... Т и ФИО1 находились в квартире, расположенной по адресу: ..., где совместно распивали спиртное. В указанный период времени по неустановленному следствием мотиву Т подошел к лежащему на диване в комнате ФИО1 и нанес ему один удар табуретом по голове, после чего ушел в помещение кухни. От нанесенного Т удара ФИО1 проснулся, проследовал в помещение кухни, где между ним и Т., в руках у которого находился нож, произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 возник преступный умысел на совершение убийства Т. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, в период времени с 01 часа 00 минут по 03 часа 04 минуты 6 февраля 2017 года, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в помещении кухни квартиры по вышеуказанному адресу, выхватил из руки Т кухонный нож, удерживая его в руке, действуя умышленно, по мотиву внезапно возникшей личной неприязни к последнему, с целью причинения смерти Т., нанес ему лезвием данного ножа один удар в область грудной клетки сзади. Преступными действиями ФИО1, Т, причинены телесные повреждения в виде: проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева с повреждением грудного отдела аорты, верхней доли левого легкого и нижней доли правого легкого, осложненное массивной внутренней кровопотерей; выраженное малокровие внутренних органов, гемоторакс справа 1400 мл, слева 2400 мл, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть Т наступила на месте происшествия в вышеуказанный период времени от проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева с повреждением грудного отдела аорты, верхней доли левого легкого и нижней доли правого легкого, осложненное массивной внутренней кровопотерей, причиненного ФИО1, и имеет прямую причинно-следственную связь с преступными действиями последнего. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершенном преступлении признал частично, и суду пояснил, что после нанесенного Т ему удара табуретом по голове, он пошел в кухню умыться, поскольку из разбитой брови текла кровь. При входе в кухню он встретил Т., тот молча шел ему навстречу, держа большой нож в правой руке, которым начал тыкать ФИО1 в лицо, в живот. ФИО1 от действий Т устранялся, с целью успокоить Т, он применил захват руки Т, в которой находился нож, своей правой рукой, а левой рукой отобрал у Т нож. В результате борьбы падали на пол как-то боком одновременно. Т упал на живот с торчащим уже в спине ножом, а ФИО1 перед ним на коленях. Увидев, что нож торчит в спине у Т, ФИО1 его вынул, перевернул Т, пытался привести его в сознание, при этом ФИО1 кричал, чтобы вызвали скорую помощь. Умысла убивать Т у него не было, считает, что все произошло случайно. Явку с повинной, показания на следствии, подтвержденные в ходе проверки показаний на месте, давал в присутствии защитника, но считает, что делал это не осмысленно, был растерян. 

Несмотря на отрицание умышленного убийства Т М.Ю., вина ФИО1 в инкриминируемом ему деянии полностью нашла свое подтверждение в суде.

Так, в протоколе явки с повинной от 6 февраля 2017 года ФИО1 в присутствии защитника, после разъяснения ему ст.51 Конституции РФ, прав предусмотренных УПК РФ, сообщил о совершенном им убийстве гражданина Т при следующих обстоятельствах: проснувшись от сильного удара в область головы табуретом, увидел Т, который направился в помещение кухни. Когда ФИО1 подошел к нему, Т стоял с ножом в руке и в его адрес высказывал угрозы. ФИО1 выхватил у Т нож и нанес Т один удар в область спины. После чего Т упал на пол, где лежал неподвижно. Далее ФИО1 просил лиц, находящихся в квартире вызвать скорую помощь и полицию. Свою вину признал полностью. В данной явке с повинной ФИО1 указал, что с его слов записано верно, им прочитано, явка написана добровольно, без принуждения и является его волеизъявлением, подписи заявителя и его адвоката в данном протоколе имеются (т.2 л.д. 6-8).

Из оглашенных в судебном заседании в соответствии со ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, данных им после явки с повинной в качестве подозреваемого, и допрошенного на предварительном следствии в присутствии того же защитника, установлено, что после распития спиртных напитков он с М легли спать в комнате, где также спали М и И. В другой комнате лег спать Т. Во время сна ФИО2 неоднократно просыпалась и выходила на кухню. В один из моментов он услышал голоса Т и М, которые раздавались из помещения кухни. Услышав голос М, позвал её обратно в комнату спать. ФИО2 вернулась в комнату и легла спать. Спустя некоторое время он проснулся от сильного удара в область головы табуреткой. Проснувшись, увидел Т, который после удара направился в кухню. В это время он подошел к нему, тот стоял с ножом, в его адрес высказывал угрозы и ножом замахивался в его сторону. Испугавшись за свою жизнь и здоровье, ФИО1 выхватил у Т нож и нанес тому один удар ножом в область спины. После этого Т упал на пол и лежал неподвижный. Далее ФИО1 попросил вызвать скорую и полицию, и оставался в квартире, дожидаясь приезда экстренных служб (т.2 л.д. 15-18). 

Согласно протоколу проверки показаний на месте от 8 февраля 2017 года, фото-таблицы к нему, обвиняемый ФИО1, находясь в ..., в присутствии защитника и понятых, пояснил, как развивались события вечером 5 февраля 2017 года по месту его жительства в квартире М, и как после полуночи 6 февраля 2017 года во время сна Т ему по голове был нанесен удар табуретом. Также обвиняемый ФИО1 подробно описал своё положение и положение Т в помещении кухни, указал последовательность своих действий и действий Т, показав на статисте, как сделав захват руки Т, выхватил у того нож, взяв его в свою руку и развернувшись за спину Т нанес ему один удар лезвием ножа в область спины (т.2 л.д. 30-38).

Согласно показаниям ФИО1, данным им в качестве обвиняемого 30 марта 2017 года, он проснулся от удара по голове, чем именно его ударили, сначала не увидел, потом обнаружил рядом с диваном табуретку, которая ранее стояла на кухне. Увидел Т, который направился из комнаты в сторону кухни. Квартира М очень маленькая и комната с кухней соединены небольшим коридором. Когда ФИО1 направился в кухню, то при входе увидел идущего ему на встречу Т, у которого в правой руке был зажат кухонный нож с черной ручкой. Лезвие ножа было направлено в его сторону, он подумал, что тот с ножом собирался что – то ему сделать. Однако каких либо угроз в его адрес Т не высказывал, но находясь в кухне, Т ножом стал ему тыкать в лицо, в живот. Удара не нанес, поскольку на его действия ФИО1 успевал отстраняться. ФИО1 сделав захват правой рукой руки Т, левой рукой забрал у него нож, после чего Т упал на живот, а он был сверху. Когда он увидел нож в спине у Т, то сразу его вытащил, поскольку испугался и закричал М «вызовите скорою и полицию». Он понимал, что Т нужно оказать помощь. После его крика все в доме проснулись. Когда он вынул нож и закричал, с целью оказать помощь Т, перевернул его на спину и пытался привести в сознание. Он понимал, что от ножевого ранения тот может умереть. Он потом стал проверять пульс, но пульс не прощупывался, Т был мертв. После этого он стал дожидаться приезда скорой помощи и полиции. Свою вину в случившемся признает частично. Умышленно убивать Т не собирался и специально удар ножом не наносил. О случившемся сожалеет, и раскаивается в содеянном (т.2 л.д. 50-54).

Свидетель И суду пояснила, что Т. был сильно пьяный, его уложили спать в другой комнате. Ночью сквозь сон слышала шум драки, слышала звуки ударов по телу и слова М «да ты чего?». Потом ФИО2 закричала, что ФИО1 убил Т ножом. Вызвали скорую помощь. В момент, когда покидала квартиру, И видела, что ее брат Т лежит на полу в кухне, ей показалось, что он умер, около него сидела М, которая плакала и пыталась привести его в чувства. ФИО1 стоял уже одетый, говорил им «вызывайте, отсижу». Сама ножа и крови на Т не видела, не поняла, куда ФИО1 мог ударить брата, из-за чего мог произойти конфликт между Т и ФИО1 также не знает, но до случившегося слышала, как в другой комнате они ругались и между ними была драка.

Согласно показаниям М, данных в ходе судебного следствия, ФИО1 ее разбудил, сказал «вызывай скорую». У ФИО1 была рассечена бровь, на полу кухни лежал Т, она подумала, что тот пьяный, поэтому и упал, тормошила его. ФИО1 ничего ей не говорил о том, что между ним и Т произошло, до этого никто между собой не ругался, никто не ревновал, обстановка на кухне оставалась прежняя, все чисто, все на своих местах, беспорядка не было. ФИО1 был в шоке, растерянный, он сам не понимал, что случилось с Т. М вызвала скорую помощь, а ФИО1 вызвал полицию. На следствии давала иные показания, поскольку находилась в шоковом состоянии, поэтому их не подтверждает. 

Из показаний, данных свидетелем М на предварительном следствии 7 февраля 2017 года, и оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.85-88), установлено, что во время вечеринки Т ушел первый спать в соседнюю комнату, поскольку был сильно пьян. Она тоже ложилась спать на диван вместе с ФИО1. В этот вечер была в состоянии сильного алкогольного опьянения и события помнит смутно, фрагментально. Ночью около часа вставала и ходила на кухню попить воды, потом ещё в комнате выпила спиртного с М и Т, которые тоже проснулись. Затем все легли спать. Проснулась от того, что ФИО1 ее разбудил и сказал: «вставай я убил Т». Побежала на кухню, где увидела Т лежащего на животе, на полу. Т признаков жизни не подавал, у него было немного крови в уголках рта. ФИО1 сказал, что ударил Т ножом за то, что тот ударил его сонного табуретом. Сама она не видела, как и когда Т ударил ФИО1 табуретом и не видела, как тот бил его ножом. Когда ФИО1 её разбудил, то М и И ещё спали на диване.

Суд относится критически к показаниям свидетеля М, данных в ходе судебного заседания, поскольку они противоречат показаниям других свидетелей, в том числе И и М. При этом суд считает, что, меняя, таким образом, свои показания, свидетель М пытается помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности за содеянное. 

В тоже время, суд признает достоверными показания М, данные ей в ходе предварительного следствия, поскольку они являются первичными показаниями, достаточными, последовательными, перед началом допроса ей были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.56 УПК РФ, а также она была предупреждена об уголовной ответственности, предусмотренной ст.ст. 307, 308 УК РФ, за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. В связи с этим, суд берет за основу показания свидетеля М, данные ей на стадии предварительного следствия. 

Из показаний свидетеля М данных в судебном заседании и подтвержденных показаний, данных ею на стадии предварительного следствия, оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ, (т.1 л.д.82-84), установлено, что на ... пришла около 21 часа, в квартире был ФИО1, его сожительница М, И с двоюродным братом Т. Впятером распивали спиртные напитки, веселились, между ними никаких ссор и конфликтов не происходило, все друг с другом общались нормально. Примерно около 23 часов она собиралась идти домой, но ФИО2 предложила всем остаться ночевать у неё в квартире. У М в квартире две комнаты и между ними расположена кухня. М разобрала им диван и на него легла она с И. До этого примерно за час может чуть меньше, Т ушел в другую комнату и лег спать. М и ФИО1 ещё распивали спиртное, о чем-то говорили. Она засыпала, но М её будила и предлагала ещё выпить. Она проснулась в час ночи, потому что М ходила по квартире и не давала никому спать, ФИО1 лежал на диване. В очередной раз М проснулась от того, что услышала крик М «вызывайте скорую, Захар убил Макса». В комнате ФИО1, М и Т не было, по крикам поняла, что они были на кухне. Она услышала крик ФИО1: «Вызывай скорую и полицию, я ножом ударил Макса». Потом ФИО1 говорил им, что сначала Т ударил его табуретом, а он его ножом. В 03 часа 04 минуты М вызвала скорую помощь. После этого вышла из комнаты и проходя мимо кухни, увидела Т лежащего головой к выходу и ногами к окну. Признаков жизни он не подавал, близко к нему не подходила. 

Таким образом, к показаниям ФИО1 данным им в ходе судебного заседания и в качестве обвиняемого на стадии предварительного следствия, утверждавшего, что умысла на убийство Т. у него не было, суд относится критически, поскольку эти показания противоречат приведенным выше его показаниям, данным в качестве подозреваемого, из которых следует, что ФИО1 в присутствии защитника были разъяснены права и обязанности в соответствии с положениями ст.47 УПК РФ, ст.51 Конституции РФ. По окончании следственного действия протоколы были подписаны всеми участниками, и замечаний по поводу их содержания данные протоколы не содержат. 

Явка с повинной о совершении преступления в отношении Т. при обстоятельствах изложенных выше, им дана добровольно, после разъяснения права не свидетельствовать против самого себя, права на адвоката и права обжаловать действия (бездействия) и решения органов предварительного следствия. Доводы ФИО1 о том, что явка с повинной и признательные показания им даны в стрессовом состоянии после случившегося, не нашли своего подтверждения в суде. В связи с этим, суд считает, что оснований для признания протокола явки с повинной и его показаний в качестве подозреваемого, недопустимыми доказательствами в соответствии со ст.75 УПК РФ, не имеется.

Поэтому, суд признает достоверными показания ФИО1 данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, поскольку они являются первичными, достаточно подробными и последовательными показаниями.

Кроме того, ФИО1 показания данные им в качестве подозреваемого были подтверждены в рамках проверки показаний на месте преступления, которые он также давал добровольно, без принуждения, в присутствии защитника, понятых, с участием статиста.

К иным доказательствам, подтверждающим виновность ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, и исследованным в судебном заседании, относятся:

Показания потерпевшей Т которая суду пояснила, что с Т прожили в браке 13 лет, от совместной жизни имеют двоих детей. По характеру муж был спокойный, не агрессивный человек, в состоянии опьянения всегда был тихим и в таком состоянии только спал. До 3 февраля 2017 года муж спиртного не употреблял. В тот день муж ушел на работу, в течение дня она с ним созванивалась по телефону, но ближе к вечеру муж на звонки уже не отвечал, а потом вообще телефон отключил. Она предположила, что муж запил. В ночь с 03 на 04 февраля 2017 года муж домой не пришел. 4 и 5 февраля 2017 года она тоже звонила мужу, но трубку он не брал. До 6 февраля 2017 года она не знала где он, в таком состоянии он мог пойти лишь к своей двоюродной сестре И, которая проживает в 

<

...> и злоупотребляет спиртным. 06 февраля 2017года от родственников узнала, о том, что Максима убили. В результате смерти мужа она потеряла близкого ей человека, отца своих малолетних детей, для которых он всегда был заботливым и любящим.

Согласно оглашенным в порядке ст.281 УПК РФ показаниям свидетеля К, 5 февраля 2017 года вечером около 19 часов к нему домой пришел Т, который принес с собой продуктов и спиртного. Т попросил отварить ему пельмени, выпил пол стопки водки, после чего уходил курить на улицу и неоднократно звонил по телефону. Когда Т зашел снова в дом, то сказал, что вызвал такси и сейчас уедет в поселок Муромцево, спрашивал у него, где находится ... тот собирался ехать в поселок Муромцево не сказал, на улице уже было темно, и К предлагал ему остаться переночевать, но Т отказался. Минут через 30 Т уехал на такси, больше живым он его не видел (т.1 л.д. 99-101).

Из сообщений, поступивших в ОМВД России по Судогодскому району 6 февраля 2017 года в 3 часа 11 минут и в 3 часа 23 минуты от диспетчера 03 установлено, что 6 февраля 2017 года в поселке ... ... нанесено ножевое ранение и труп мужчины ( т.1 л.д.11,12).

Согласно показаниям свидетеля С, данным суду, она работает фельдшером скорой помощи. Ночью 6 февраля 2017 года находилась на дежурстве, когда получила от диспетчера вызов о ножевом ранении в поселке Муромцево. Прибыв на место, в помещении кухни увидела на полу лежащего мужчину, без признаков жизни. Она констатировала факт смерти и при осмотре обнаружила у мужчины на спине ножевое ранение слева в области сердца. О случившемся сообщила в полицию и ожидала их приезда. В квартире находились женщина и мужчина, которые были оба нетрезвые. В ходе судебного следствия свидетель опознала в этом мужчине подсудимого ФИО1, пояснив суду, что при ней ФИО1 говорил » я убил, все понимаю». Телесных повреждений и крови на лице у ФИО1 она не видела. При ней сотрудники полиции сначала беседовали с ФИО1, а потом с его сожительницей.

Из сообщения в 3 часа 25 минут, зарегистрированного в КУСП№911 6 февраля 2017 года, поступившего в ОМВД России по Судогодскому району от фельдшера 03, установлено, что 6 февраля 2017 года в поселке ... по адресу: ..., труп мужчины с ножевым ранением ( т.1 л.д.13).

Показания свидетеля С согласуются с картой вызова скорой медицинской помощи и журналом выездов скорой медицинской помощи №974 от 6 февраля 2017 года, в которых зафиксировано время выезда в 03 часа 07 минут по адресу: ... Т., где в анамнезе указано, что потерпевшему было нанесено ножевое ранение во время пьяной ссоры, смерть потерпевшего констатирована до приезда скорой помощи ( т.1 л.д.193-194, 195).

В ходе осмотра места происшествия 6 февраля 2017 года и фото-таблицы к нему, в ... обнаружен труп Т В ходе проведения данного следственного действия зафиксированы все следы имеющие значение для дела и изъяты два среза с ковра с пятнами бурого цвета, две деревянные табуретки, кухонный нож с пластиковой рукояткой, кофта Т. (т.1 л.д.15-30).

Согласно протоколу осмотра трупа от 6 февраля 2017 года и фото-таблицы к нему, в Судогодском отделении ГБУЗ ВО Бюро СМЭ осмотрен труп Т и зафиксированы все имеющиеся на трупе телесные повреждения и их локализация. Также в ходе данного следственного действия изъят лоскут кожи с ранами ( с грудной клетки сзади) ( т.1 л.д.31-34).

По заключению судебно-медицинской экспертизы № 29 от 22 февраля 2017 года, при исследовании трупа Т. было обнаружено следующее телесное повреждение: проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением грудного отдела аорты, верхней доли левого легкого и нижней доли правого легкого, осложненное массивной внутренней кровопотерей: выраженное малокровие внутренних

органов, гемоторакс справа 1400 мл, слева 2400 мл. Рана располагается в 7 межреберье слева сзади на 6.2 см левее средней линии тела. От раны отходит раневой канал в направлении сзади наперед, несколько снизу вверх и слева направо. Данное телесное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п.6.1.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» приложение к приказу МЗ и СР №194н от 24.04.2008 года). Причинено данное телесное повреждение в результате однократного воздействия предмета с колюще-режущими свойствами, что подтверждается преобладанием глубины раневого канала над длиной, наличием у раны остроугольного, «м»-образного концов и наличием одного раневого канала. Длина клинка погруженного в тела была не менее 11-12 см. Смерть Т. наступила от массивной внутренней кровопотери вследствие проникающего колото-резанного ранения грудной клетки слева с аорт и легких, описанного в п.1 выводов. Между данным повреждением и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. После причинения Т данного повреждения он жил в пределах не более 1-5 минут, что подтверждается характером повреждения. Каких-либо телесных повреждений или патологических изменений, вызывающих анатомические нарушения, препятствующие совершению человеком активных действий (ходьба, бег, разговор и т.п.) на трупе Т в период времени указанный в п.5 выводов на трупе не имеется. Взаимное расположение потерпевшего и нападавшего, в момент причинения повреждений, могло быть сколь угодно любым, в котором доступно нанесение удара ножом в область раны и в соответствии с направлением раневого канала, т.е. в направлении сзади наперед, слева направо, несколько снизу вверх. При судебно-химическом исследовании в крови от трупа Т. найден этиловый алкоголь в концентрации 3,6%%, что при жизни обычно соответствует алкогольному опьянению сильной степени. Локализацию раны грудной клетки и направление раневого канала на трупе Т исключает возможность их причинения собственной рукой. По степени выраженности трупных явлений у трупа Т можно сказать, что смерть его наступила в пределах не более 2-6 часов до момента исследования в морге, т.е. 6 февраля 2017 года в период с 2 до 6 часов (т.1 л.д. 129-134).

Допрошенный в ходе судебного следствия эксперт ФИО4 подтвердил вышеназванное заключение, и пояснил суду, что удар, нанесенный в грудную клетку сзади, может свидетельствовать о достаточной силе этого удара, на клиническую оценку ранения как колото-резаное указывает также преобладание глубины раневого канала над длиной при наличии длины погруженного в тело клинка не менее 11-12 см. Локальный характер телесных повреждений у Т по отношению к орудию преступления имел ограниченную контактную поверхность. Взаимное расположение потерпевшего и нападающего могло быть сколь угодно любым, в котором доступно нанесение удара ножом в область раны, и вертикальное положение не исключается при правильном расположении тела. Причинение ранения Т при падении как самого потерпевшего, так и нападавшего, носит абстрактный, гепотетический характер, учитывая, что упал потерпевший на живот, при параметрах ножа в 20 см., раневой канал длиной только в 11-12 см. 

Согласно заключению медико-криминалистической судебной экспертизы № 34 МК от 28 февраля 2017 года, ранение задней поверхности грудной клетки слева на трупе Т причинено острым орудием колюще-режущего типа - ножом, имеющим односторонне-острую заточку клинка. Ширина клинка ножа на уровне части погрузившейся в тело могла быть в пределах около 17-20 мм. Обух клинка имел прямоугольную форму, толщину до 1-2 мм. Ранение Т могло быть причинено фабричным кухонным ножом с черной пластмассовой рукояткой, представленным на экспертизу (т.1 л.д. 186-187).

Согласно заключению молекулярно-генетической судебной экспертизы № 85/33 от 10 марта 2017года генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из следов крови на ноже, двух фрагментах ковра и из образца крови Т., одинаковы, что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от Т Расчетная [условная] вероятность того, что эти биологические следы действительно произошли от Т составляет не менее 99,(9)%. 

Генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из следов крови на тампонах-смывах с рук ФИО1 и из образца буккального эпителия ФИО1, одинаковы, что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от ФИО1 Расчетная [условная] вероятность того, что эти биологические следы действительно произошли от ФИО1, составляет не менее 99,(9)% (т.1 л.д. 165-177)

При осмотре судмедэкспертом у ФИО1 была выявлена поверхностная ушибленная рана правой брови. Данное телесное повреждение само по себе не причинило вреда здоровью и образовалось в результате ударного воздействия тупым твердым предметом в пределах не более суток до момента осмотра, что усматривается из заключения медицинской судебной экспертизы № 42 от 6 февраля 2017 года (т.1 л.д. 116).

Согласно протоколам от 6 февраля 2017 года и от 8 февраля 2017 года у подозреваемого ФИО1 получены образцы смывов с рук на марлевые тампоны и образцы буккального эпителия на две ватные палочки ( т.1 л.д.157,159).

На основании протокола от 24 марта 2017 года, были осмотрены изъятые в ходе предварительного следствия: кухонный нож с черной ручкой; принадлежащая потерпевшему Т кофта; два фрагмента ковра; два деревянных табурета; два марлевых тампона со смывами с рук ФИО1, марлевый тампон с образцом крови потерпевшего Т.; две ватные палочки с образцами буккального эпителия ФИО1 (т.1 л.д. 203-207), которые в соответствии с постановлением от 24 марта 2017 года признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.204).

В соответствие со ст.88 УПК РФ, оценивая каждое из приведенных доказательств, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд полагает все собранные доказательства в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела и признания ФИО1 виновным в совершенном преступлении. 

Суд исходит из того, что в результате противоправного действия потерпевшего Т выразившегося в нанесении им удара ФИО1 по голове табуретом, а в последующие свои действия потерпевший демонстрировал перед ФИО1 нож, между ФИО1 и Т. произошла ссора, в результате возникла личная неприязнь у ФИО1 к Т и мотив для его убийства. Таким образом, отсутствуют основания сомневаться, что смерть Т. наступила не в результате преступных действий ФИО1 Приведенные доказательства с достаточной полнотой указывают, что орудием преступления ФИО1 является нож, о котором, как о применяемом орудии преступления указывает в своих явке с повинной, показаниях и сам ФИО1 о том, что он, применяя тактический прием, осуществил захват ножа из руки Т и нанес им один удар последнему в область спины. Показания свидетелей ФИО2, М и И, подтвердивших факт того, что со слов ФИО1 на месте происшествия им стало известно, что он убил Т., согласуются с показаниями ФИО1, и в совокупности с заключением экспертиз и другими доказательствами по делу, и бесспорно подтверждают причастность ФИО1 к убийству Т

Как следует из показаний свидетеля И, ее брат Т ранее не был знаком с ФИО1, каждый из указанных свидетелей пояснил, что вечеринка в тот день проходила в дружеской обстановке. Следовательно, доказательств надуманности показаний указанных свидетелей, а также данных об оговоре ФИО1 как самого себя на первоначальном этапе следствия в присутствии защитника, так и с их стороны, либо заинтересованности в исходе по делу, не имеется и суду не представлено.

Характер примененного оружия, локализация причинения ранения, фактические обстоятельства его нанесения объективно свидетельствуют о том, что ФИО1 умышленно причинил потерпевшему колото-резанное ранение в области расположения жизненно важных органов потерпевшего, т.е. с прямым умыслом, поскольку в момент нанесения потерпевшему удара предметом, используемого в качестве оружия, осознавал, что совершает действия, направленные на причинение смерти другому человеку, предвидел возможность наступления смерти потерпевшего, и желал ее наступления.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что действия потерпевшего, находящегося в сильной степени алкогольного опьянения, в момент демонстрации ножа создавали реальную опасность для жизни и здоровья ФИО1 или создавали непосредственную угрозу применения какого-либо насилия, судом не установлено, поэтому оснований для вывода о том, что ФИО1, не наносил удар потерпевшему ножом в жизненно – важный орган, а оборонялся от посягательств с его стороны, действовал в состоянии сильного душевного волнения, не позволяющего ему руководить своими действиями, в состоянии необходимой обороны, либо превысил ее пределы, а также причинил колото-резанное ранение грудной клетки Т по неосторожности, в процессе падения Т. и борьбы с ним, не имеется. 

Таким образом, между смертью Т и причиненными ему ФИО1 телесными повреждениями существует прямая причинно-следственная связь, поскольку согласно вышеназванного заключения эксперта № 29 от 22 февраля 2017 года общность механизма и времени образования травм, выявленных при экспертизе трупа Т., дают основания квалифицировать их как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

По указанным выше причинам суд критически относится к доводам подсудимого о недоказанности его вины в умышленном причинении смерти Т, в связи с чем, защитник просил переквалифицировать действия ФИО1 на ч.1 ст.109 УК РФ - как причинение смерти по неосторожности, и признает их не состоятельными, поскольку указанные доводы носят надуманный, гипотетический характер и представляют собой только переоценку представленных доказательств. По мнению суда, данная позиция избрана подсудимым и его защитником, как линия защиты и преследующая цель уйти от наказания. 

С учетом изложенного, суд считает доказанным совершение ФИО1 преступления и квалифицирует его действия по части 1 статьи 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении размера и вида наказания в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, условия его жизни, в том числе обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

По заключению судебной психиатрической экспертизы №427 от 24 марта 2017 года у ФИО1 обнаруживается признаки расстройства личности, о чем свидетельствуют данные о присущих ему в течение жизни таких личностных черт, как повышенная раздражительность, вспыльчивость, несдержанность, склонность к асоциальному поведению (пьянство, кражи, уклонение от учебы), снижение уровня социальной адаптации, а так же выявляемые при настоящем исследовании демонстративность и нарочитость поведения, легковесность и поверхностность суждений, категоричность, склонность к внешнеобвинительному поведению, упрямство, эгоцентризм, эмоционально-волевая неустойчивость, зависимость от чувств, импульсивность. Однако указанные особенности психики подэкспертного не выходят за рамки характерологических, и не лишали его, на период правонарушения, способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент времени относящийся к правонарушению он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют данные об употреблении им значительных доз спиртного перед правонарушением, совершение последовательных целенаправленных действий, сохранность памяти на основные события того времени, отсутствие в его поведении признаков бреда, галлюцинаций, какой-либо другой психотической симптоматики. В настоящее время так же способен осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать по ним показания. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т.1 л.д. 150-152). 

В ходе судебного разбирательства у суда не возникло сомнений в психической полноценности подсудимого, чье поведение в суде явилось адекватным сложившейся для него судебно-следственной ситуации, странностей в его поведении отмечено не было.

Явку с повинной (т.2 л.д.6-8) (п. «и» ч.1 ст.61УК РФ); частичное признание вины; раскаяние; оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ); сообщение другим лицам о совершенном преступлении и вызов экстренных служб (скорой помощи и полиции); противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ), принесенные извинения потерпевшей, заслуги в борьбе с терроризмом в Чеченской республике - данные обстоятельства суд в соответствии со статьей 61 УК РФ признает как обстоятельства, смягчающие наказание подсудимого ФИО1

Оснований для признания отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, судом не установлено, поскольку из материалов уголовного дела следует, что на момент совершения данного преступления он дважды привлекался к административной ответственности, объективных данных о том, что ФИО1 злоупотребляет спиртными напитками, суду не представлено. Следовательно, само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим его наказание.

Таким образом, отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, предусмотренных статьей 63 УК РФ, судом не установлено.

ФИО1 по месту жительства в поселке Муромцево, Судогодского района УУП ОМВД России по Судогодскому району характеризуется с удовлетворительной стороны (т.2, лд.71), по прежнему месту жительства в г.Судогда жителями улиц Химиков и Пролетарская характеризуется с положительной стороны ( т.2 л.д.82-83), на учете у врача психиатра и нарколога не состоит (т.2, л.д. 70), привлекался к административной ответственности (т.2 л.д.63), регистрации по месту жительства и в собственности жилья не имеет, семьи у него нет, до задержания работал (со слов). 

Судом также принимается во внимание, что ФИО1 является участником боевых действий на территории Чеченской республики ( т.2 л.д.75), за что Указом Президента Российской Федерации от 29 сентября 2001 года награжден медалью «Суворова» ( т.2 л.д.77), он состоит в Союзе десантников России, награждался медалью «За верность долгу и отечеству» ( т.2 л.д.76, 78, 79), медалями «За верность Присяге» и « 90 лет Советских Вооруженных Сил» ( т.2 л.д.80).

Учитывая обстоятельства и тяжесть содеянного, данные о личности подсудимого, в целях восстановления социальной справедливости и в целях исправления, суд считает целесообразным назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы с учетом положения части 1 статьи 62 УК РФ, в соответствии с которой наказание при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и «к» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств, срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего кодекса.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени общественной опасности, суд не усматривает оснований, предусмотренных частью 6 статьи 15 УК РФ для изменения категории преступления на менее тяжкую или назначения ФИО1 более мягкого наказания. 

Принимая во внимание смягчающие его наказание обстоятельства, суд полагает возможным не назначать ФИО1 дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы.

Характер совершенного подсудимым преступления, цель и мотив, которыми он руководствовался в процессе содеянного, не позволяют признать их исключительными обстоятельствами и применить статью 64 УК РФ.

Поскольку ФИО1 совершено особо тяжкое преступление, и ранее он не отбывал лишение свободы, в соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 УК РФ отбывание наказания ему необходимо назначить в исправительной колонии строгого режима.

В целях исполнения приговора, меру пресечения в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

Потерпевшей и гражданским истцом Т к подсудимому ФИО1 заявлен гражданский иск о возмещении расходов, связанных с ритуальными услугами и поминальным обедом в сумме ... рублей, расходов связанных с оплатой услуг адвоката по подготовке искового заявления в сумме ... рублей, а всего в общей сумме ... рублей, и компенсации морального вреда в свою пользу и в пользу двоих несовершеннолетних детей Т, ... года рождения и ФИО3, ... года рождения, в размере 1 000 000 рублей, каждому. В ходе судебного заседания потерпевшая просила удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Подсудимый и гражданский ответчик ФИО1 исковые требования о взыскании материального ущерба признал, а компенсацию морального вреда просил удовлетворить частично.

Защитник, адвокат Сергеева Н.М. доводы подсудимого поддержала, указав, что заявленный иск в части материального ущерба подтвержден документально, поэтому подлежит удовлетворению в полном объеме, а компенсацию морального вреда просила удовлетворить в разумных пределах.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Исследовав в судебном заседании доказательства, представленные потерпевшей, гражданским истцом в обоснование заявленного иска, признание иска подсудимым, гражданским ответчиком в части, суд приходит к выводу, что иск о возмещении материального ущерба подлежит удовлетворению в полном объеме. 

В соответствии со ст.151, 1099-1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении компенсации морального вреда должны также учитываться требования разумности и справедливости.

В данном случае, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что по вине ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший смерть потерпевшего Т В результате гибели мужа и отца, Т и ее несовершеннолетним детям причинены моральные и нравственные страдания, связанные с потерей близкого и родного им человека, что является травмирующим фактором, а поэтому, в результате смерти Т истцам был причинен моральный вред, который подлежит компенсации. 

Между тем, моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме.

Суд в соответствии с принципами разумности и справедливости, находит возможным иск Т, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей, о компенсации морального вреда удовлетворить частично, принимая во внимание социальное и материальное положение ФИО1 

Судебные издержки не заявлены.

В соответствии со ст.82 УПК РФ вещественные доказательства: кухонный нож с черной ручкой-уничтожить как орудие преступления, кофту Тпередать по принадлежности Т., два фрагмента ковра, два марлевых тампона со смывами с рук ФИО1, марлевый тампон с образцом крови потерпевшего Т две ватные палочки с образцами буккального эпителия ФИО1- уничтожить; два деревянных табурета - передать по принадлежности свидетелю М

Руководствуясь ст.ст.304,307, 308, 309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу ФИО1 оставить без изменения.

Срок наказания ФИО1 исчислять - с 8 июня 2017 года. Зачесть в срок отбывания наказания срок содержания под стражей- с 6 февраля 2017 года по 7 июня 2017 года. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Т материальный ущерб за ритуальные услуги в сумме ... рублей, поминальный обед в сумме ..., расходы по оплате труда адвоката за составление искового заявления в сумме ... рублей, а всего в сумме ... рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу Т компенсацию морального вреда ... рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу Е компенсацию морального вреда ... рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу Д компенсацию морального вреда ... рублей.

Вещественные доказательства: кухонный нож с черной ручкой-уничтожить как орудие преступления, кофту Тпередать по принадлежности Т два фрагмента ковра, два марлевых тампона со смывами с рук ФИО1, марлевый тампон с образцом крови потерпевшего Т., две ватные палочки с образцами буккального эпителия ФИО1- уничтожить; два деревянных табурета - передать по принадлежности свидетелю М 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Судогодский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий Г.М.Муржухина