Дело № 2–778/19

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. ФИО1 22 мая 2019 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой Ю.А., 

при секретаре Уразовой Е.В.,

с участием представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности от дд.мм.гггг,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонного) к ФИО3 о взыскании незаконно полученной суммы пенсии, 

у с т а н о в и л:

Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонное) обратилось в суд с иском к ФИО3 о взыскании незаконно полученной суммы пенсии.

Исковое заявление мотивировано тем, что с 01.11.2008 г. на основании заявлений нетрудоспособной нуждающейся в постороннем уходе Г.К.А. и лица, осуществляющего уход за нетрудоспособным пенсионером, Г.Л.А. в соответствии с действующим законодательством была установлена компенсационная выплата. Указанная компенсация выплачивалась к пенсии Г.К.А. в размере 1380 рублей в месяц. 

дд.мм.гггг Г.Л.А., осуществлявшая уход за Г.К.А., умерла. О данном факте Г.К.А. в территориальный орган Пенсионного фонда не сообщила и продолжала получать компенсационную выплату по уходу за нетрудоспособным лицом. За период с 01.03.2010 г. по 31.08.2010 г. ею были незаконно получены денежные средства в размере 8280 руб. (1380 руб. х 6).

Взыскать ущерб с Г.К.А. истцу не представилось возможным, в связи с её смертью. 

Задолженность в размере 4140 руб. (1/2 часть) была погашена наследником по закону ФИО4. 

Предполагаемым наследником по закону оставшейся . части наследственного имущества Г.К.А. является ответчик ФИО3. 

На основании ст. ст. 1102, 1175 Гражданского кодекса РФ истец просит взыскать с ответчика за счет наследственного имущества Г.К.А. незаконно полученную сумму пенсии (компенсационной выплаты) в размере 4140 руб. 

В судебном заседании представитель истца Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонного) ФИО2 на исковых требованиях настаивала, суду пояснила, что истец был лишен возможности выявить круг наследников умершей Г.К.А., т.к. от нотариуса В.Н.А. был получен ответ от 30.08.2018 г. о невозможности предоставления таких сведений согласно ст. 5 Основ законодательства РФ «О нотариате». 

Ответчик ФИО3, третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом. 

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ответчика и третьего лица.

06.05.2019 г. от ответчика ФИО3 поступило заявление о применении срока исковой давности к исковым требованиям.

Заслушав представителя истца, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

С 01.11.2008 г. на основании заявлений Г.К.А. (нетрудоспособного лица, нуждающегося в уходе) и Г.Л.А. (неработающего трудоспособного лица) Г.Л.А. была назначена компенсационная выплата в соответствии с Указом Президента РФ от 26.12.2006 г. № 1455 «О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами» и Постановлением Правительства РФ от 04.06.2007 г. № 343.

дд.мм.гггг Г.Л.А. умерла. 

О факте смерти Г.Л.А. в территориальный орган Пенсионного фонда РФ Г.К.А. не сообщила, в результате чего за период с 01.03.2010 г. по 31.08.2010 г. образовалась переплата в размере 8280 руб. 

01.09.2010 г. выплата указанной компенсации Г.К.А. прекращена по решению Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики от 30.08.2010 г. 

дд.мм.гггг умерла Г.К.А..

21.11.2011 г. решением исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 2 города Можги – мировым судьей судебного участка Можгинского района УР с Г.К.А. в пользу Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики взыскано в счет возмещения незаконно полученной компенсационной выплаты 8280 рублей.

17.04.2012 г. определением мирового судьи судебного участка № 2 города Можги исполнительное производство № 2791/12/37/18 от 15.02.2012 г. в отношении Г.К.А. прекращено, в связи со смертью должника. 

Из наследственного дела усматривается, что наследниками первой очереди, принявшими наследство в установленном законом порядке, после смерти Г.К.А. являются: ФИО3 и ФИО4.

28.08.2013 г. решением мирового судьи судебного участка № 2 города Можги с ФИО4 в пользу Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики взыскано неосновательное обогащение (1/2 часть незаконно полученной компенсации) в размере 4140 руб. 

В связи с тем, что оставшаяся . часть компенсационной выплаты, полученной без законных оснований, пенсионному органу не возмещена, истец обратился в суд с рассматриваемым иском к ФИО3. 

Наследственное имущество после смерти Г.К.А. состоит из остатка денежных средств на счете №*** в сумме 4,23 руб., и недополученной пенсии в сумме 13584,26 руб. 

Сведения о наличии у Г.К.А. какого-либо иного имущества на дату смерти отсутствуют.

Таким образом, по состоянию на 02.07.2011 г. стоимость наследственного имущества составляет 13588,49 руб. Доля ФИО3 в наследственном имуществе составляет . часть (6794,25 руб.), в пределах которой ответчик несет ответственность по обязательствам наследодателя. 

Согласно ст. 1112 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту ГК РФ) в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323).

Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (пункт 1 ст. 1175 ГК РФ).

Наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

В целях усиления социальной защищенности нетрудоспособных граждан Указом Президента Российской Федерации от 26.12.2006 г. № 1455 «О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами» установлены ежемесячные компенсационные выплаты неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет.

Порядок осуществления компенсационных выплат определен Правилами осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.06.2007 г. № 343 (далее - Правила).

Согласно пп. 2 и 3 Правил, указанная компенсационная выплата назначается неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет, а ее выплата производится к назначенной нетрудоспособному гражданину пенсии и осуществляется в порядке, установленном для выплаты соответствующей пенсии.

Пенсионное законодательство предусматривает, что лица, которым назначена пенсия, несут ответственность за недостоверность сведений, содержащихся в заявлениях, представляемых ими в пенсионный орган, для назначения и выплаты пенсии. В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений повлекло за собой перерасход средств на выплату пенсий, виновные лица возмещают пенсионному органу причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ст. 25 Федерального закона от 17.12.2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», п. 4 ст. 24 Федерального закона 15.12.2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»).

Одним из оснований для прекращения компенсационной выплаты является смерть нетрудоспособного гражданина либо лица, осуществлявшего уход, а также признание их в установленном порядке умершими или безвестно отсутствующими (подп. «а» п. 9 Правил).

В силу пункта 11 Правил, прекращение осуществления компенсационной выплаты производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступили обстоятельства, указанные в пункте 9 настоящих Правил.

Поскольку дд.мм.гггг Г.Л.А. умерла, постольку выплата компенсации к назначенной Г.К.А. пенсии в период с 01.03.2010 г. по 31.08.2010 г. носила необоснованный характер. 

Обязательства вследствие неосновательного обогащения регулируются гл. 60 ГК РФ.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 Кодекса.

В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Совокупностью представленных по делу доказательств подтверждается, что истец после смерти Г.Л.А. не имел каких-либо оснований для осуществления компенсационной выплаты. При этом о смерти Г.Л.А. истцу стало известно 09.03.2010 г., что подтверждается списком умерших лиц, который поступил истцу 09.03.2010 г. входящий № 379. 

Таким образом, на момент выплаты компенсации в период с 01.04.2010 г. по 31.08.2010 г. истцу было достоверно известно о наличии оснований для её прекращения, в связи со смертью Г.Л.А.

Учитывая положения п. п. 1 и 2 ст. 10, п. 4 ст. 1109 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что компенсация в указанный период времени предоставлялась во исполнение уже несуществующего обязательства, а действия плательщика (истца), знавшего об этом, при такой ситуации, не могут расцениваться как разумные, добросовестные и подлежащие судебной защите.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела от ответчика поступило письменное заявление о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 3 статьи 1175 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 29.11.2007 г. № 281-ФЗ) кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к исполнителю завещания или к наследственному имуществу. В последнем случае суд приостанавливает рассмотрение дела до принятия наследства наследниками или перехода выморочного имущества в соответствии со статьей 1151 настоящего Кодекса к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию.

При предъявлении требований кредиторами наследодателя срок исковой давности, установленный для соответствующих требований, не подлежит перерыву, приостановлению и восстановлению.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

С 01.09.2013 г. вступил в силу Федеральный закон от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», которым внесены изменения в положения, регулирующие порядок исчисления срока исковой давности, в частности в статью 200 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ), если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ предусмотрено, что установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Срок исковой давности в данном случае надлежит исчислять с момента выплаты компенсации и возникновения у Г.К.А. в силу статьи 1102 ГК РФ обязанности вернуть незаконно полученные денежные средства.

Согласно пунктам 6, 7 Правил выплаты пенсии в соответствии с Федеральными законами «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», утвержденных Постановлением ПФ РФ № 15п, Минтруда РФ № 18 от 16.02.2004 г., выплата начисленных сумм пенсии производится за текущий календарный месяц. Выплата пенсии производится территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации по месту нахождения пенсионного дела на основании заявления пенсионера.

Как указано выше, в силу пункта 3 Правил № 343 выплата компенсации производится к назначенной нетрудоспособному гражданину пенсии.

Из материалов пенсионного дела усматривается, что выплата пенсии Г.К.А. осуществлялась через отделение почтовой связи 5-го числа каждого месяца. 

Поскольку 09.03.2010 г. истцу стало известно о наличии оснований для прекращения компенсационной выплаты, в связи со смертью Г.Л.А., то о нарушении своих прав по выплате за март 2010 г. истец узнал 09.03.2010 г., за апрель 2010 г. – 05.04.2010 г., за май 2010 г. – 05.05.2010 г. и так далее по 05.08.2010 г. 

До вступления в силу Федерального закона от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ Гражданский кодекс Российской Федерации в статье 203 предусматривал, что течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке. Данный Кодекс в редакции, действующей с 01.09.2013 г., в статье 204 установил, что срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права (пункт 1). При оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено (пункт 2). Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца (пункт 3).

Как указано выше, 25.10.2011 г. истец обращался к мировому судье с исковым заявлением о взыскании с Г.К.А. незаконно полученной суммы компенсации. 21.11.2011 г. решением мирового судьи судебного участка Можгинского района УР, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 2 города Можги, с Г.К.А. в пользу Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики взыскана незаконно полученная компенсационная выплата в размере 8280 руб. 

27.04.2012 г. исполнительное производство о взыскании с Г.К.А. присужденной денежной суммы прекращено, в связи со смертью. Данное определение вступило в законную силу 03.05.2012 г.

Принимая во внимание перерыв течения срока исковой давности с 25.10.2011 г. по 03.05.2012 г. (6 месяцев 12 дней), срок исковой давности по требованиям о взыскании незаконно полученной компенсационной выплаты за март 2010 г. истек 24.09.2013 г. (с учетом того, что последний день срока приходится на выходной день), за апрель 2010 г. – 18.10.2013 г., за май 2010 г. – 19.11.2013 г. (с учетом того, что последний день срока приходится на выходной день), за июнь 2010 г. – 18.12.2013 г., за июль 2010 г. – 18.01.2014 г., за август 2010 г. – 18.02.2014 г.

Следовательно, к необоснованно полученным компенсационным выплатам подлежит применению действующая с 01.09.2013 года редакция пункта 1 статьи 200 ГК РФ, поскольку до этой даты срок исковой давности не истек.

На момент поступления сведений в Управление ПФР в городе Можге и Можгинском районе УР (в настоящее время наименование учреждения изменено в результате реорганизации на Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонное)) о смерти Г.Л.А. и в период осуществления выплаты истец знал как о нарушении своих прав, так и о надлежащем ответчике (лице, необоснованно получающем выплату). Г.К.А. умерла лишь дд.мм.гггг После её смерти, располагая достоверными сведениями об открытии наследства, истец имел возможность в пределах срока исковой давности обратиться в суд с иском к наследственному имуществу должника, а также к наследникам (п. 3 ст. 1175 ГК РФ), однако каких-либо действий для защиты или восстановления своих нарушенных прав не предпринимал. Доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, препятствовавших истцу в реализации прав в установленный законом срок, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено. Сведений о том, что в период с 03.07.2011 г. по 29.03.2018 г. истец обращался к нотариусу за получением сведений о наследниках и ему в этом было отказано, в материалах дела не имеется. 

Доводы истца о том, что течение срока исковой давности начинается с 10.04.2018 г. – с момента получения ответа нотариуса на запрос о невозможности предоставления сведений о совершенных нотариальных действиях, судом отклоняется, поскольку о неосновательном получении Г.К.А. компенсационной выплаты территориальному органу Пенсионного фонда Российской Федерации стало известно 09.03.2010 г. На эту дату и на момент прекращения выплаты она являлась получателем трудовой пенсии по старости и умерла дд.мм.гггг Ответчик ФИО3 является универсальным правопреемником наследодателя Г.К.А., поэтому истец был вправе обращаться к нему с иском о взыскании неосновательного обогащения в пределах срока исковой давности (п. 3 ст. 1175 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Кроме того, из запроса нотариуса 

<

***> В.Н.А., поступившего в УПФР 25.09.2012 г., истцу было известно о наличии наследственного дела после смерти Г.К.А. и наследственного имущества в виде недополученной пенсии. 

Предъявление иска к ФИО4 о взыскании 

<

данные изъяты> части незаконно полученной компенсационной выплаты, не прерывало течение срока исковой давности по требованиям к ФИО3.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» указано, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

Принимая во внимание пропуск истцом без уважительных причин срока исковой давности, а также отсутствие оснований для взыскания компенсационной выплаты, исковые требования Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонного) к ФИО3 о взыскании незаконно полученной суммы пенсии - удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонного) к ФИО3 о взыскании незаконно полученной суммы пенсии – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение изготовлено 27.05.2019 г.

Председательствующий судья- Кожевникова Ю.А.