Мотивированное 

решение

 составлено 17.07.2023.

Копия

Дело № 2-427/2023

УИД 66RS0039-01-2023-000341-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Нижние Серги 12 июля 2023 года

Нижнесергинский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Глухих Г.А.

при секретаре судебного заседания Коневой Л.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-427/2023 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о компенсации морального вреда (л.д. 4-5).

В обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 22.25 ч., на 

<

адрес> км автодороги 

<

адрес> водитель автомобиля «Камаз» 5490-S5, г/н № с полуприцепом «ТОНАР» 974611 ФИО2, допустил выезд на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем «SCANIA» г/н № под управлением ФИО3, в результате ДТП ФИО3 погиб на месте ДТП, ему (истцу) был причинен вред здоровью. По данному факту 12.10.2021 возбуждено уголовное дело №. Согласно постановления следователя он (истец) признан потерпевшим по данному уголовному делу.

Он (истец) так же находился в автомобиле с погибшем отцом. Последствием произошедшей 19.09.2021 автоаварии стали его (истца) нравственные и физические страдания (постоянная головная боль, ухудшение памяти) по причине невосполнимой утраты отца, невозможностью продолжать нормальную общественную жизнь, физической и психической болью, бессонными ночами, связанными с безвременной кончиной близкого родственника, который погиб на его (истца) глазах. Помимо этого, им (истцом) были получены многочисленные травмы, проходит длительная реабилитация, которой препятствует его моральное состояние.

Полагает, что имеет законное право на компенсацию морального ущерба причиненного ему в результате вышеуказанного ДТП.

Причинная связь смерти его отца в результате вышеуказанного ДТП, виновником которого является ФИО2, подтверждается материалами уголовного дела.

Просит взыскать в свою пользу с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) руб.

Определением от 16.06.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ООО «ТК «Веста» (л.д. 70-71).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен, о причинах не явки суду не сообщил, представил пояснения (л.д. 84, 86-87), в которых указал, что в результате ДТП ФИО3, являющийся его отцом, погиб на месте. Он (истец) получил различные телесные повреждения, проходил длительный период реабилитации, ему была проведена операция по восстановлению двигательной функции руки. Скорейшей реабилитации препятствовало его моральное состояние. Отец погиб на его (истца) глазах, они были с ним очень близки, работали вместе. До настоящего времени он не может оправиться от произошедшего. Его моральное состояние подорвано, душевное спокойствие нарушено. Длительное время его мучала бессонница, мучали кошмары. От ФИО2 попыток загладить вину и возместить причиненный моральный вред не было. От его семьи поступили денежные средства в размере 100 000 руб., но на какие цели не известно. Просил исковые требования удовлетворить. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен, о причинах не явки суду не сообщил, представил возражения, в которых указал, что работал в ООО ТК «Веста» в должности водителя-экспедитора с 17.05.2019 по 30.03.2022. в результате несчастного случая на производстве – дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, получил трудовое увечье. ДТП, виновником которого он (ответчик) является, это несчастный случай, в результате которого погиб человек, а он стал инвалидом 2 группы, с 80% утратой трудоспособности. Это ДТП стало первым при его большом водительском стаже профессионального водителя (26 лет). Ранее он не судим. Потеря управления автомобилем произошло неосознанно, он почувствовал себя плохо, у него потемнело в глазах, больше ничего не помнит. Несколько дней он находился в коме, пришел в себя в Областной клинической больнице г. Екатеринбурга, и там узнал о страшной трагедии. Искренне раскаивается в произошедшем, и желал бы загладить принесенный вред перед родственниками погибшего, но к его (ответчика) глубокому сожалению, ввиду инвалидности и необходимости постороннего ухода, тяжелого финансового положения не может оказать значительную материальную помощь семье погибшего (ранее смог перечислить 100 000 руб. на счет истца). Считает, что в качестве ответчика должен быть привлечен работодатель ООО ТК «Веста», как владелец источника повышенной опасности, с которым у него заключен трудовой договор. Также пояснил, что истцом практически одновременно (13.12.2021 в рамках уголовного дела к ФИО2 и 25.01.2022 в Индустриальный суд г. Барнаула к ООО «ТК Веста», владельцу автомобиля, источника повышенной опасности) было подано два иска о компенсации морального вреда, в связи со смертью отца. Также ФИО1 подал иск к работодателю о компенсации морального вреда в размере 400 000 руб., в связи с причинением вреда его (истца) здоровью средней тяжести. Гражданское дело было рассмотрено 19.5.2022, принято решение о взыскании с ООО «ТК Веста» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью отца в размере 500 000 руб., в счет компенсации морального вреда вследствие причинения вреда его (истца) здоровью в размере 100 000 руб. Итого 600 000 руб. Истец, не согласившись с решение суда подал апелляционную жалобу, таковая рассмотрена Алтайским краевым судом, решение суда оставлено без изменения. Подача повторного иска является незаконной, будет являться неосновательным обогащением, а он (ответчик) окажется под угрозой двойного взыскания (непосредственно с него и в плане регресса от работодателя). Просил в удовлетворении заявленных требований отказать. 

Изучив доводы искового заявления, письменные пояснения сторон, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела № 1-115/2022, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Из п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Как разъяснено в п. 19 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности (абз. 2 п. 19 Постановления).

Кроме того, в соответствии с абз. 3 п. 19 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации на лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абз. 4 п. 19 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи, разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

При рассмотрении дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 22.25 ч. на 

<

адрес> водитель ООО «Транспортная компания «Веста» ФИО2, находившийся при исполнении трудовых обязанностей и управлявший автомобилем марки «Камаз», г/н № с полуприцепом с бортовой платформой «TONAR 974611», г/н №, двигаясь в сторону г. Екатеринбург не справился с управлением, выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем «SCANIA», г/н №, с прицепом «SCHMITZ CARGOBULL», г/н №, под управлением водителя ООО «ТК «Орда» - ФИО3, также находившегося при исполнении трудовых обязанностей.

В результате ДТП водитель ФИО3 от полученных повреждений погиб на месте. 

Указанные обстоятельства установлены приговором Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 29.12.2022 (л.д. 14-16), которым ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок 2 года условно с испытательным сроком 2 года и с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года.

Перечисленными доказательствами установлено, что ФИО2 признан виновным в нарушении правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека (ФИО3). 

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «ТК Веста» и ФИО2 заключен трудовой договор №, согласно которого последний принят в транспортный отдел на должность водителя экспедитора (л.д. 38-40). 

Кроме того, факт нахождения водителей ФИО2 и ФИО3, управлявшими автомобилями в момент ДТП, в трудовых отношениях, соответственно с ООО «ТК Веста» и ООО «ТК Орда» подтверждается имеющимися в материалах уголовного дела, в том числе путевыми листами (том №1 дела 1-115/2022 л.д. 67, 79), трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенным между ООО «ТК Веста» и ФИО2, письменными пояснениями сторон, и по существу работодателями не оспаривается и не опровергнуто. 

Учитывая изложенное, ФИО2, управляющий источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника, не может быть признан владельцем транспортного средства марки «Камаз», г/н № с полуприцепом с бортовой платформой «TONAR 974611», г/н №, поэтому не может нести ответственность за вред перед потерпевшим лицом.

ФИО2 можно было бы признать владельцев источника повышенной опасности только при условии, что транспортное средство было передано ему для использования по своему усмотрению. 

Однако, при рассмотрении дела с достоверностью установлено, что автомобиль марки «Камаз», г/н № с полуприцепом с бортовой платформой «TONAR 974611», г/н № использовался ДД.ММ.ГГГГ не по усмотрению ФИО2 и не для его личных целей, а по поручению ООО «ТК «Веста» для доставки груза.

Таким образом, ФИО2 использовал автомобиль не по своему усмотрению, а по заданию должностных лиц ООО «ТК Веста».

Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» предусмотрено, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации); под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (п. 1 ст. 202, п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

Таких обстоятельств по делу не установлено. 

На основании вышеизложенного суд полагает, что надлежащим ответчиком по заявленным исковым требованиям является работодатель ФИО2 - ООО «ТК «Веста», на которое может быть возложена обязанность по компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП.

Абзац 10 ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно разъяснениям абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина..

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

На основании ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 названного постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

После произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ обращался в медицинское учреждение с жалобами на слабость, онемение левой верхней конечности, по результат осмотра врача невролога последнему установлен диагноз посттравматическая нейропатия дистального отдела локтевого нерва слева, вялый парез кисти, умеренно выраженный, даны рекомендации по лечению (л.д. 84).

Из письменных пояснений ФИО2 следует, что последний перевел денежные средства на счет ФИО1 в счет возмещения вреда, что подтверждается чеком по операции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41). 

Решением Индутриального районного суда г. Барнаула Алтайского края исковые требования ФИО1 к ООО «ТК «Веста» о компенсации морального вреда удовлетворены частично. В пользу ФИО1 с ООО «ТК «Веста» в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью отца взыскано 500 000 руб. и 100 000 руб. в счет компенсации морального вреда вследствие причинения вреда его (ФИО1) здоровью (л.д. 42-53, 62-67, 77-82). 

Учитывая изложенное и руководствуясь приведенными нормами, суд приходит к выводу о том, что требования истца к ФИО2, о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, через суд вынесший решение.

Судья (подпись)

Копия верна: Судья Г.А. Глухих