РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2023 года город Тула

Центральный районный суд города Тулы в составе:

председательствующего судьи Ковальчук Л.Н.,

при секретаре Гантман А.О., 

с участием истца Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению Е.В. к Страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» о признании недействительным соглашения о страховой выплате, взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, 

установил:

истец Е.В. обратился в суд с иском к Страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (далее САО «РЕСО-Гарантия») о признании недействительным соглашения о страховой выплате от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ним и ответчиком, взыскании страхового возмещения в сумме 37 000 рублей, рассчитанного без учета износа по Единой методике ЦБ РФ, согласно экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ выполненного ООО «АВТО-АМЗ» по заказу АНО «СОДФУ», неустойки за нарушение сроков выплаты страхового возмещения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 82 510 рублей на сумму недоплаты страхового возмещения в размере 37 000 рублей, штрафа в соответствии с положениями Закона о защите прав потребителей, компенсации морального вреда в размере 5 000 за нарушение прав потребителя. 

Обосновывая требования в части недействительности соглашения со ссылками на ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз.3 п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, разъяснения п. 49 Постановления Пленума ВС РФ № 31 от 08.11.2022 истец указал, что соглашение, которое, по мнению истца является договором присоединения, не содержит конкретной суммы полагавшейся ему страховой выплаты, чем он был введен в заблуждение при его заключении, существенно ущемлены его права, как более слабой стороны договора, и со ссылкой на положения ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, считал заключенное между ним и страховой организацией соглашение недействительным. Недействительность оспариваемого соглашения, как указал истец в исковом заявлении, является основанием для взыскания с ответчика страхового возмещения без учета износа, поскольку страховщиком нарушены положения ст. 12 Закона об ОСАГО, предусматривающего организацию страховщиком восстановительного ремонта или его оплаты, поскольку соглашение о замене на страховое возмещение в денежной форме недействительно. 

К участию в деле в качестве третьих лиц истцом были привлечены: причинитель вреда Д.И., финансовый уполномоченный В.В., ПАО «Группа ренессанс Страхование», Управление Роспотребнадзора по Тульской области для дачи заключения по его ходатайству о вступлении в дело.

В судебное заседание ответчик и третьи лица, уведомленные судом о месте и времени рассмотрения дела, не явились. Представителем ответчика заявлено ходатайство о рассмотрении дела без ее участия, представлены письменные возражения на иск. Третье лицо Д.И. представил в суд отзыв на исковое заявление, в котором поддержал исковые требования истца, считая, что истец заблуждался в последствиях заключения соглашения, ссылаясь на положения ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 12 Закона об ОСАГО, указывая также на нарушение его прав как причинителя вреда в спорных правоотношениях, поскольку увеличивает для него финансовое бремя компенсации вреда потерпевшему. Управление Роспотребнадзора по Тульской области представлено заключение по делу в соответствии с правилами ст. 47 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя.

Таким образом, в соответствии с правилами ч.ч.3,4,5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

При рассмотрении дела истец исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, указав что отказывается от проведения судебной экспертизы для проверки размера убытка, полагая что заключение № от ДД.ММ.ГГГГ выполненного ООО «АВТО-АМЗ» по заказу АНО «СОДФУ» отвечает принципам достоверности, относимости и допустимости доказательства. Обосновывая требования в части признания соглашения о страховой выплате в денежном выражении недействительным, истец пояснил, что в оспариваемом соглашении не был указан размер страховой выплаты, в связи с чем, он не мог оценить условия соглашения, и исходя из фактического размера расходов на восстановление его имущества, а именно стоимости ремонтных работ, которые составили 90 940 рублей и стоимости запасных частей и механизмов в сумме 152 160 рублей, полученная им страховая выплата в размере 128 100 рублей, рассчитанная с учетом износа, не покрывает его расходы по восстановлению имущества, и при таких обстоятельствах он был введен ответчиком в заблуждение при заключении соглашения, в связи с чем соглашение подлежит признанию недействительным как недействительная сделка заключенная под влиянием заблуждения. Соглашение содержит обременительные условия для более слабой стороны договора, и он вправе его расторгнуть и оспорить.

При рассмотрении дела представитель ответчика по доверенности Г.А. не соглашаясь с исковыми требованиями и возражая против их удовлетворения указала, что между потерпевшим и страховщиком было достигнуто соглашение по изменению натуральной формы страхового возмещения проведения или оплаты ремонта на выплату страхового возмещения в денежном выражении. Такое соглашение было оформлено сторонами надлежащим образом, в письменном виде. Доводы истца о том, что он заблуждался относительно правовых последствий соглашения, считала необоснованными, поскольку при заключении соглашения порядок определения страховой выплаты сторонами был согласован и изложен в п.2, а именно в соответствии с правилами Единой методики с учетом износа начисляемого на стоимость необходимых для ремонта запасных частей. В связи с чем, сумма страховой выплаты определена страховой организацией на основании экспертного заключения в соответствии с указанными правилами, и права потерпевшего страховщиком не нарушены. Обратила внимание суда, что это было установлено и финансовым уполномоченным при рассмотрении обращения потерпевшего, что следует из решения от ДД.ММ.ГГГГ №. Нарушение прав потерпевшего в связи с нарушением срока выплаты страхового возмещения в связи с проведением независимой экспертизы устранено страховой организацией путем выплаты неустойки в размере 5 148 рублей на основании решения Финансового уполномоченного от ДД.ММ.ГГГГ №. 

Кроме того, представитель ответчика указала, что размер страховой выплаты, рассчитан на основании Единой методики, предназначенной исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, и истец не лишен своего права потерпевшего на полное возмещение убытков исходя из правил, регулирующих деликтные отношения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, выслушав объяснения сторон суд приходит к выводу, что исковые требования истца о признании недействительным соглашения о страховой выплате от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ним и ответчиком, взыскании страхового возмещения в сумме 37 000 рублей, рассчитанного без учета износа по Единой методике ЦБ РФ, согласно экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ выполненного ООО «АВТО-АМЗ» по заказу АНО «СОДФУ», неустойки за нарушение сроков выплаты страхового возмещения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 82 510 рублей на сумму недоплаты страхового возмещения в размере 37 000 рублей удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, осуществляется страховщиком путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение вреда в натуре) (пункт 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Перечень случаев, когда вместо организации и оплаты восстановительного ремонта легкового автомобиля страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств осуществляется в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи.

Изменение формы страхового возмещения (с натуральной на денежную) прямо допускается подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

В силу данной правовой нормы страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Как разъяснено в абзаце втором пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», о достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Как следует из материалов дела в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, вследствие действий Д.И., управлявшего транспортным средством 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, был повреждено транспортное средство истца Е.В. марки 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №. Гражданская ответственность каждого из собственников транспортного средства была застрахована в установленном законом об ОСАГО порядке.

ДД.ММ.ГГГГ Е.В. обратился в САО «РЕСО-Гарантия» в порядке прямого возмещения убытков с заявлением и необходимыми документами для получения страхового возмещения, а также с заявлением о возмещении расходов на оплату услуг по эвакуации транспортного средства с сумме 11 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было заключено соглашение о выплате страхового возмещения путем перечисления денежных средств безналичным расчетом на представленные банковские реквизиты.

Также, как следует из материалов страхового дела в заявлении о прямом возмещении убытков потерпевшим проставлена соответствующая отметка о выборе им страховой выплаты в размере, определенном законом об ОСАГО безналичным расчетом по предоставленным им реквизитам, с отметкой о приложении потерпевшим к заявлению соответствующих реквизитов. 

Таким образом, к оформленному потерпевшим и страховщиком письменному соглашению о страховой выплате путем перечисления выплаты на банковский счет потерпевшего заявлению о прямом возмещении убытков приложены реквизиты для перечисления денежных средств, подписанные собственником поврежденного транспортного средства Е.В. 

Принадлежность подписи на соглашении, заявлении и сообщении о реквизитах для перечисления, истцом не оспаривалась. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ страховой организацией был произведен осмотр поврежденного транспортного средства и ДД.ММ.ГГГГ ответчиком на основании страхового акта № от ДД.ММ.ГГГГ произведена страховая выплата в денежном выражении на счет по представленным потерпевшим реквизитам в сумме 104 700 рублей, а также произведена выплата компенсации расходов по эвакуации транспортного средства в сумме 11 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ страховой организацией был произведен дополнительный осмотр поврежденного транспортного средства. 

ДД.ММ.ГГГГ ответчиком проведена экспертиза, и согласно заключению № ООО «КАР-ЭКС», стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства без учета износа составляет 156 814 рублей 51 копейку, с учетом износа - 128 100 рублей. 

ДД.ММ.ГГГГ на основании страхового акта от ДД.ММ.ГГГГ ответчиком произведена доплата страхового возмещения в размере 23 400 рублей. 

Указанные обстоятельства подтверждены ответчиком соответствующими копиями страхового дела представленными в материалы настоящего гражданского дела и истцом возражений в этой части не представлено. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из положения ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункты 1 и 5 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обосновывая доводы о недействительности сделки истец ссылается на то обстоятельство, что соглашение не содержит сведений о сумме страхового возмещения на которую договорились стороны, в связи с чем, считает, что он заблуждался при волеизъявлении, поскольку фактическая стоимость ремонта и запасных частей существенно превышает полученной им страховое возмещение, что существенно ущемляет его права как потребителя. 

Однако, доказательства, подтверждающие, что оспариваемая сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения истцом не представлены, а выплата страхового возмещения в меньшем размере не свидетельствует о заблуждении истца в смысле пп. 5 п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в соответствии с пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший достигли согласия о размере страхового возмещения и не настаивают на организации независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, такая экспертиза, в силу пункта 12 статьи 12 Закона об ОСАГО, может не проводиться.

При заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере и порядке осуществления потерпевшему страхового возмещения в пределах срока, установленного абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО (пункт 12 статьи 12 Закона об ОСАГО). После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Оспариваемое истцом соглашение об изменении натуральной формы возмещения на выплату страхового возмещения в денежной форме не содержит условия о выплате страхового возмещения без организации независимой технической экспертизы.

При этом, подписывая оспариваемое соглашение о страховом возмещении, стороны согласовали правила расчета страхового возмещения – с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте на основании и в соответствии с Положением о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждённого транспортного средства утв. Банком России 04.03.2021 № 755-П, а также абз.2 п.19 ст. 12 закона об ОСАГО (п. 2 Соглашения). 

Из материалов выплатного дела следует, что страховой компанией при исполнении обязанности по выплате потерпевшему страхового возмещения в денежной форме в соответствии с согласованными условиями, была организована независимая техническая экспертиза, по результатам которой проведена страховая выплата. 

Акты осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ потерпевшим подписаны без замечаний, с установленными при осмотре повреждениями потерпевший достоверно ознакомлен.

Доводы истца Е.В. о существенном занижении суммы страхового возмещения были проверены при его обращении к Финансовому уполномоченному, решением которого № от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении требований истца было отказано. Из решения следует, что при проведении по инициативе Финансового уполномоченного экспертизы ООО «Авто-АЗМ» от ДД.ММ.ГГГГ №, установлено расхождение в результатах расчетов в пределах 10%, что влечет отказ в удовлетворении требований о взыскании этой разницы в пользу потерпевшего. 

Таким образом, доводы Е.В. о его заблуждении относительно правовой природы заключенного соглашения и порядка определения страховой выплаты, и о введении его страховой компанией в заблуждение относительно правовых последствий заключения соглашения об изменении формы страхового возмещения с натуральной на денежную, своего подтверждения не нашили.

Нарушение срока доплаты страхового возмещения в силу п. 21 статьи 12 Закона об ОСАГО влечет взыскание со страховой организации неустойки в пользу потерпевшего. В связи с чем, рассматривая доводы потерпевшего о нарушении срока выплаты страхового возмещения после заключения соглашения ДД.ММ.ГГГГ, в сумме 23 400 рублей, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Финансовым уполномоченным требования Е.В. в этой части были удовлетворены и с ответчика в пользу истца взыскана неустойка в сумме 5 148 рублей. Решение Финансового уполномоченного от ДД.ММ.ГГГГ № в указанной части ответчиком исполнено, что истцом не оспаривалось.

Оценивая заключение Управления Роспотребнадзора по Тульской области, представленного в материалы дела в соответствии с правилами ст. 47 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, из которого следует что Управление считает оспариваемое истцом соглашение недействительным, так как оно не содержит конкретную сумму полагающейся потерпевшему страхового возмещения при изменении формы страхового возмещения с натуральной на денежную, считая такую сделку крайне невыгодной для потерпевшего, являющегося более слабой стороной договора, суд приходит к следующему.

Такое заключение не имеет определяющего значения при разрешении дела и подлежит оценке судом в совокупности со всеми собранными по делу доказательствами (статья 67 ГПК Российской Федерации). 

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств оснований считать действия страховой организации недобросовестными не установлено, поскольку текст соглашения предусматривает порядок расчета страхового возмещения (с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте на основании и в соответствии с Положением о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждённого транспортного средства), с которым согласился потерпевший. При этом, как установлено судом размер страхового возмещения определен страховой организацией в соответствии с заключением независимой экспертизы, и нарушения прав потерпевшего при рассмотрении дела не установлено. 

Таким образом, по соглашению страховщика и потерпевшего приоритетная для Закона об ОСАГО натуральная форма возмещения может быть заменена на денежную. При этом каких-либо ограничений для реализации такого права потерпевшего при наличии согласия страховщика действующее законодательство не содержит.

Доводы третьего лица Д.И. о нарушении его прав в связи с избранием потерпевшим Е.В. страхового возмещения в форме страховой выплаты, основано на неверном толковании правовых норм, регулирующих спорные правоотношения и фактических обстоятельств дела.

Оспариваемое истцом соглашение осуществляется в рамках договорных правоотношений между страховщиком и потерпевшим и не отменяет деликтного обязательства причинителя по возмещению причиненного вреда в полном объеме, так же как и не отменяет права потерпевшего требовать с причинителя вреда возмещения разницы между страховым возмещением полученным по ОСАГО и фактическим размером ущерба в соответствии с положениями статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует целям принятия Закона об ОСАГО. 

Самостоятельным правом обжалования, заключенного потерпевшим и страховой организацией соглашения причинитель вреда Д.И. не обладает. 

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и целям его принятия и не может быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 11 июля 2019 года N 1838-О, законоположения в рамках Закона об ОСАГО относятся к договорному праву и в этом смысле не регулируют как таковые отношения по обязательствам из причинения вреда. В оценке положений данного Закона во взаимосвязи их с положениями главы 59 ГК РФ Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31 мая 2005 года N 6-П исходил из того, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и, тем более, отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Закон об ОСАГО, будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования. Положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ, как это следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года N 6-П, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования (во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО) предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом, в названном постановлении, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что лицо, у которого потерпевший требует возмещения разницы между страховой выплатой и размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате причинителем вреда, суд может снизить, если из обстоятельств дела с очевидностью следует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

С учетом приведенных выше положений законодательства и разъяснений по их применению, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что поскольку истцом изначально была выбрана форма страхового возмещения в виде денежной выплаты и истец не требовал организовать и оплатить восстановительный ремонт автомобиля, оснований для признания недействительным заключенного между сторонами соглашения об изменении формы страхового возмещения с натуральной на денежную при рассмотрении дела не установлено, следовательно такие требования удовлетворению не подлежат, соответственно не имеется оснований для удовлетворения требований истца Е.В. о взыскании доплаты страхового возмещения без учета износа по Единой методике ЦБ РФ, согласно экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ выполненного ООО «АВТО-АМЗ» по заказу АНО «СОДФУ», неустойки за нарушение сроков выплаты страхового возмещения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 82 510 рублей на сумму недоплаты страхового возмещения в размере 37 000 рублей, в связи с чем не подлежат удовлетворению и вытекающие из основных требований производные требования о взыскании штрафа в соответствии с положениями Закона о защите прав потребителей, компенсации морального вреда в размере 5 000 за нарушение прав потребителя. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований Е.В. к Страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий –